Повелитель Тайн (джен)

В мгновение ока Колин Илиад превратился в четырёхметрового тёмно-синего мускулистого великана. Каждый сантиметр его кожи, пор и плоти, казалось, нарушал обычные границы человеческого тела, складываясь в уникальное сочетание, от которого невозможно было не содрогнуться.

Это тело нельзя было описать ни плоскостью, ни объёмом. Помимо таких количественных понятий, как длина, ширина и высота, здесь в качестве мер выступали информация, сила и духовность. Они словно напрямую являлись наблюдателю сложными мистическими узорами, символами и метками, хотя на самом деле видимых изменений такого рода не было. Это был лишь частичный образ, который человек получал из-за неспособности по-настоящему воспринять и различить подобное существо. Но даже так, столкнувшись с ним лицом к лицу, человек без божественности всё равно оказался бы осквернён духовностью, а его разум был бы разорван. Обычным итогом стала бы смерть на месте или полное безумие.

Именно из-за этой особенности подобные существа известны в мистике как: Мифические Существа!

Однако в этот момент голова Колина Илиада не претерпела никаких значительных изменений. Она лишь сильно раздулась, а в области между носом и лбом появилась чёрная вертикальная щель, похожая на глаз.

Не достигнув 2-й Последовательности, Форма Мифического Существа полубога была неполной!

Для могущественного существа уровня полубога преимущества и недостатки принятия такой формы были очевидны.

С одной стороны, это значительно увеличивало силу человека. С другой стороны, это приводило к безумию и потере контроля.

Это было испытанием разума человека. Люди с недостаточной силой воли не могли этого выдержать.

Только если их загоняли в угол, святые рассматривали возможность превращения в неполное Мифическое Существо, а не только какой-то части тела. Для них это было попыткой танцевать на острие ножа. Перевоплощение легко приводило к потере контроля, поэтому осторожность в этом плане была для них на первом месте.

В большинстве случаев существовали две крайности. Первая — это меньшинство, которое потакает своим желаниям и в полной мере использует свою злую сторону. Вторая — те, кто обладает чрезвычайно прочной силой воли и стойким умом.

Для первых вход в форму Мифического Существа был равносилен потере контроля и невозможности трансформироваться обратно. Вторые же, в свою очередь, могли использовать форму Мифического Существа как сравнительно обычный боевой приём, не опасаясь потери контроля и угрозы безумия. Конечно, «сравнительно обычный» не означало «обычный»: эту форму всё ещё нельзя было использовать часто. Для тех, кто танцевал на краю бездны, каждая попытка лишь углубляла разъедавшее их осквернение. Этого нельзя было полностью избежать только потому, что они умели справляться с негативными последствиями.

Среди Совета Шести Города Серебра глава Колин Илиад был одним из немногих, кто мог контролировать свою форму Мифического Существа Охотника на демонов.

Он держал два меча, смазанных различными маслами. Сделав шаг вперёд правой ногой, он вскочил на вершину алтаря, сотрясая землю. Затем он бросился на бывшего главу, тело которого было покрыто белыми перьями.

Гигантское тело начало излучать свет зари, рассеивая окружающую тьму и очищая место от ужасных существ в иллюзорной реке позади них.

В то же время Уэйт Чирмонт продолжал натягивать Лук Убийцы Драконов, двигаясь вокруг бывшего главы, превратившегося в неизвестное чудовище, и осыпая его ослепительными серебряными стрелами-молниями.

Ловия уже закрыла глаза. Пятиметровый рыцарь в серебряных доспехах, стоявший позади неё, постепенно растворился. Волоча иллюзорный огромный меч, он помчался прямо к алтарю, оставляя за собой трещины, из которых струился серебряный свет.

Также тень у ног старейшины Пастыря вдруг сжалась и зашевелилась, словно ожила.

Она быстро оторвалась от Ловии и, следуя за жуткой аурой в месте, где перемешались тьма и рассвет, устремилась к железно-чёрному гробу на вершине алтаря.

Однако её целью, похоже, был не мутировавший бывший глава, а тонкие иллюзорные чёрные трубки, вонзавшиеся в его тело и простиравшиеся в бесконечность!

* * *

Через несколько мгновений после того как Клейн вернулся в реальный мир, он услышал громкий шум разбивающихся волн. Он слышал, как проститутки на улицах, не прекращая, кричали от ужаса.

Слегка удивлённый, он подошёл к окну и сквозь щель между двумя беспорядочно построенными зданиями увидел свинцовые облака, громоздившиеся друг на друга, и волны, захлёстывавшие пространство за гаванью Пото. Чёрный ураган тянулся от поверхности моря до неба, окрашенный тёмно-серебряными молниями, и беззвучно разрушал всё вокруг.

Словно дверь, ведущая в апокалипсис, наконец-то была открыта.

Внутри портового города пространство стало иллюзорным. Черепа с открытыми ртами, лианы с детскими лицами, окровавленные руки и странные склизкие щупальца с зубами врезались в границу между иллюзорным и реальным миром. Это было захватывающее и ужасающее зрелище.

У многих пиратов дрожали колени, они не смели оставаться на улицах и бросились в близлежащие здания.

Почти невидимые призраки и тени летали вокруг, время от времени показываясь из пустоты. Приближаясь к ушам разных целей, они пытались кричать, но не могли соприкоснуться с ними.

В этот момент гавань Пото словно провалилась в ад, также известный как Подземный мир. Здесь было жутко, тёмно, хаотично и безумно.

Клейн слегка нахмурился, смутно догадываясь, что происходит.

«Его гадание над Серым Туманом разгневало объект в глубине мрачного мавзолея, и тот выплеснул свой гнев, изменив погоду в Бушующем море и гавани Пото и создав феномен нисхождения Подземного мира.

Это означает, что мавзолей действительно скрыт где-то в Бушующем море… Скорее всего, это наследие Смерти. Конечно, это также может быть продукт проекта Искусственной Смерти Духовного Ордена. Или же это оба варианта сразу…» Клейн отвёл взгляд, быстро провёл ритуал жертвоприношения и перенёс медный свисток Азика в таинственное пространство над Серым Туманом. Это должно помешать неизвестному, странному и злому существу найти его.

Сделав это, он посмотрел в окно и, увидев, как аномалия постепенно рассеивалась, усмехнулся:

— Какое тёплое приветствие.

«Хм… Духовный Орден определённо заметит аномалию в Бушующем море. Интересно, какие действия они предпримут…»

* * *

Над иллюзорной тёмной рекой волны медленно успокаивались. Руки, лианы и щупальца, пытавшиеся за что-то ухватиться, либо испарялись, либо вынужденно втягивались обратно в воду.

Земля вокруг алтаря уже покрылась трещинами. Повсюду валялись белые перья, испачканные бледно-жёлтым маслом.

Колин Илиад в своей форме великана вонзил оба меча в тело бывшего главы, прижав гниющего монстра, который был не ниже его ростом, к разрушенному алтарю. Лук Убийцы Драконов Уэйта Чирмонта уже сгустил серебряную световую стрелу, наполненную яростной аурой, и направил её в голову бывшего главы, на которой держались лишь крошечные клочья плоти.

Тень, которую создала Ловия, успешно добралась до алтаря под прикрытием серебряного рыцаря. Пока два других старейшины не обращали внимания, тень прыгнула и набросилась на чёрные трубки, которые тянулись в бесконечность из тела бывшего главы.

По мере приближения бестелесных трубок цвет тени стал ещё темнее. Эта чернота словно воплощала самые развратные и злые мысли человеческого сердца.

В этот момент около алтаря раздался глубокий голос:

— Судьба.

Область «перед» тенью мгновенно потемнела, и она обнаружила, что набросилась на гигантского Колина Илиада.

Колин посмотрел на неё сверху вниз, и его глаза загорелись чистым и ясным светом.

Свет был похож на первые лучи солнца, озаряющие темноту глубокой ночи.

Свет становился всё ярче, вырываясь из мавзолея и заставляя подвал шпиля Города Серебра излучать ему навстречу ещё более яркое и ослепительное сияние.

Когда два потока света встретились в воздухе, они обрушились вниз и легли на массивное тело Колина Илиада. Кромешно-чёрная тень с шипением испарялась, её искажение и извивание слабели, пока она полностью не исчезла.

Охотник на демонов Колин обернулся и без единого слова, без всякого выражения посмотрел на Ловию, будто только что ничего и не происходило.

Он быстро отвёл взгляд и направил остаточный луч прямо в два меча, пронзившие бывшего главу.

Ловия стояла с закрытыми глазами, не проявляя никаких признаков паники или страха. Вместо этого она медленно вздохнула.

* * *

В Городе Щедрости Баяме Элджер Уилсон сделал несколько кругов, чтобы избавиться от воображаемых преследователей или наблюдателей, после чего подошёл к дому Ремесленника и позвонил в дверной звонок.

Он слышал, что Ремесленник недавно заразился какой-то болезнью, а в окрестностях появились странные соглядатаи. Первым подозреваемым Элджера была Секта Демонессы, но, хорошенько подумав, он решил, что, судя по предпочтениям Ремесленника, тот никак не смог бы устоять перед их очарованием. Демонессам не было нужды идти таким сложным и окольным путём. Достаточно было просто поманить пальцем, продемонстрировать своё обаяние, и он бы всё рассказал и на всё согласился.

Поэтому Элджер считал, что причина всех проблем в другом, и ему нужно убедиться в этом самому, чтобы доставка мистического предмета снова не затянулась. Он не хотел терять характеристику и материалы без веской причины.

Под звон дверного колокольчика открылась главная дверь дома Ремесленника. Худой и загорелый мужчина средних лет взглянул на Элджера и спросил:

— Почему ты здесь?

Это был не кто иной, как Ремесленник Шариф, который работал с Элджером уже много лет. Его происхождение было неизвестно.

— Разве ты не говорил, что болен? — спросил Элджер, как бы невзначай.

Шариф зевнул и ответил:

— Мне уже лучше.

Элджер ошарашенно огляделся по сторонам.

— Где же этот странный шпион?

Мешки под глазами Шарифа были немного опухшими, а карие глаза выражали усталость и нетерпение.

— Откуда я, чёрт возьми, знаю? В любом случае никаких следов соглядатая больше нет, а я скоро перееду. Здесь слишком опасно.

Элджер облегченно вздохнул.

— Это хорошо.

Он сделал небольшую паузу и сказал:

— Не собираешься пригласить меня выпить?

— Такой парень, как ты, который ищет только крепкий алкоголь, не способен оценить хорошее вино, — Шариф дернул себя за волосы цвета льна и отошёл в сторону, чтобы освободить проход.

Элджер спокойно вошёл и беглым взглядом окинул окружающую обстановку.