Последняя Певерелл (джен)

Когда все разошлись, Жасмин пробыла в кабинете ещё всего час. Обеденный перерыв и так начался гораздо позже, чем ей хотелось, а потом она ещё час провозилась с Биллом, так что рабочий день почти закончился. Домой она вернулась около шести.

Ремонт в поместье Певереллов завершили два года назад, и теперь дом был одним из самых надёжно защищённых во всей Европе. Защитные чары пропускали лишь определённые магические сигнатуры, а на случай, если и этого окажется недостаточно, все владения дополнительно охраняла защита на крови. Тот, кто попытался бы её пробить, скорее всего, погиб бы. Жасмин часами сидела над древними фолиантами, стараясь превратить свой дом в неприступное хранилище. Ведь здесь находился по меньшей мере один из крестражей Тома. Уничтожить слишком много, не привлекая его внимания, она не могла. Они с Тео собирались сжечь их все разом Адским пламенем, а затем отправиться убивать самого Тёмного Лорда. Нельзя дать ему время опомниться и попытаться создать новые. Тут уж либо всё, либо ничего.

Она вышла из камина в своём кабинете. Светлая комната напоминала её рабочий кабинет в Министерстве. Жасмин постаралась придать ей как можно более официальный вид. Здесь она принимала частных клиентов, в основном близких и друзей, но порой сюда приходили и особые клиенты Гринготтса, платившие за её услуги немалые деньги. За временный доступ через защитные чары кабинета с них тоже брали солидную сумму. Выйти из комнаты они всё равно не смогли бы: стоило попытаться, и их вышвырнуло бы за пределы владений. И всё же Жасмин не любила чужих в своём доме.

Не так уж много было мест, где она могла чувствовать себя в безопасности. Жасмин лично защитила Поттер-мэнор, поместье Малфоев в Париже, поместье Ноттов и дом в Годриковой Впадине. Договор на английский дом Малфоев ещё не был заключён. Защитила она и дом на площади Гриммо: это был её подарок семье Сириуса по случаю помолвки. Скоро к этому списку добавится и поместье Лонгботтомов. Её чары защищали надёжнее Фиделиуса.

По словам Сириуса, Дамблдор едва не взбесился, когда Лили и Джеймс отказались перейти под его защиту. Если и Фрэнк с Алисой скажут «нет», старика ещё хватит удар. Вот бы одним глазком посмотреть… Тогда можно и помирать спокойно.

С Фиделиусом слишком многое могло пойти не так. Гарриет росла сиротой именно потому, что эти чары имели столько уязвимых мест. Одна лишь необходимость в Хранителе Тайны была таким условием, с которым Жасмин не хотела связываться. Питер и в этой жизни работал с Орденом, а её доверие к нему простиралось не дальше, чем она могла бы его отшвырнуть. И даже после многих лет постоянных тренировок это было совсем недалеко.

Жасмин вздохнула, повесила рабочую мантию на вешалку и направилась на кухню. Домовые эльфы постоянно трудились, чтобы в доме было безупречно чисто, а в её отсутствие на столе всегда ждало что-нибудь съестное.

Но они прекрасно знали, что Жасмин имеет право готовить на собственной кухне, и не принимали это на свой счёт. Иногда девушке просто нужно испечь что-нибудь, чтобы успокоить нервы. Нет ничего лучше, чем самой приготовить печенье, а потом съесть то, что получилось.

Правда, сегодня был не тот случай. Жасмин хотела только поужинать и уткнуться лицом в матрас. Но сначала еда. Эльфы оставили на кухонной столешнице какой-то дивно пахнущий суп. До большого обеденного стола Жасмин добиралась редко, разве что принимала немногочисленных гостей.

Она ещё не доела, когда защитные чары отозвались в сознании, сообщая, что кто-то пришёл. Гость был из числа желанных, так что Жасмин не стала прерывать ужин. Через некоторое время её обвили руки.

— Ни за что не угадаешь, что случилось на последнем собрании Ордена…

Сириус стоял над ней. Он подхватил появившуюся из воздуха ложку и принялся таскать суп из её тарелки.

Жасмин закатила глаза.

— Что случилось? Марлин опять пыталась уговорить тебя жениться на ней или кто-то наконец предложил бить по врагу заклятиями пожёстче?

Он рассмеялся, и Жасмин ощутила, как содрогнулась его широкая грудь.

— Молли Уизли устроила истерику. Оказывается, её старшего сына едва не похитили, а потом, можно сказать, продали его душу дьяволице из серых магов.

Какие только прозвища для неё не придумывали.

— Так вот что я сделала? А я и не заметила. Мне казалось, я всего лишь предложила ему покровительство на все годы учёбы в Хогвартсе и работу после выпуска. Не помню, чтобы кто-то лишился души. Хотя что я знаю о магии души? Всего-то много лет охочусь за крестражами…

Жасмин вложила в свой голос весь сарказм, на какой была способна.

— Артур пытался её успокоить. Она кричала на Альбуса, требовала, чтобы он всё исправил.

Жасмин нахмурилась.

— Долг жизни не исправишь. Его нужно выплатить сполна. У семьи Уизли нет ничего ценного, кроме дома, а его я не возьму. Обращать их в кабалу мне тоже неинтересно. Не понимаю, с чего она решила, будто я замышляю что-то тёмное. Завтра мне к ним идти подписывать договор. Будет катастрофа.

Сириус вздохнул и принялся разминать напряжённые мышцы её плеч.

— Если тебя это хоть немного утешит, когда я уходил, Гидеон и Фабиан пытались её образумить.

— Я не откажусь от нового ученика. Билл ощутил мою защиту, просто перешагнув её границу. Большинству обученных мастеров это далось бы с трудом. Я специально делаю чары почти незаметными, а он их почувствовал, хотя никогда этому не учился! Нельзя дать пропасть такому природному дару!

Она придвинула остатки ужина поближе к загребущим рукам Сириуса.

— Если хоть каплю на меня прольёшь, спать будешь на диване.

— Можно подумать, я способен потерять хоть каплю того, что Миспи для нас приготовила. Она лучшая повариха в доме и прекрасно знает, как я люблю её стряпню.

Миспи служила Певереллам уже в седьмом поколении. Её обучили мать и отец, тоже работавшие в поместье. Маленькая эльфийка обладала незаурядным кулинарным талантом, и Жасмин обычно поручала ей готовку. Всего у неё было около дюжины эльфов, которые служили в нескольких домах. Здесь их жило шестеро. Кроме Миспи и её родителей, в поместье работали Лейс, Масо и Долли. Жасмин гордилась тем, что её эльфы хорошо одеты, сыты и получают достойную плату. Чтобы жить, домовым эльфам нужно было служить волшебной семье.

Все домовые эльфы заслуживали хорошего обращения, и Певереллы всегда именно так относились к своим слугам. Сириус их обожал. После Кричера, с которым он прожил всю жизнь, эльфы Певереллов были глотком свежего воздуха.

— Почему у меня такое чувство, что за стряпню Миспи ты готов меня предать?

Жасмин почти видела его ухмылку, но оборачиваться и доставлять ему такое удовольствие не собиралась.

— Не знаю, Джаз. Разве ты можешь соперничать с такой едой?

Проглотив последнюю ложку супа, он преувеличенно громко простонал от удовольствия. Жасмин закатила глаза и наконец повернулась к нему, положив ладонь на его грудь. Губы изогнулись в опасной усмешке.

— Не уверена. Это тебе виднее. Ты ведь всё-таки на мне женился.

Сириус тихо рассмеялся.

— Женился. Кажется, меня покорило твоё врождённое обаяние. Или то, что ты можешь убить человека и даже не запыхаться. Пятнадцатилетнему мальчишке всё это казалось очень привлекательным. Кстати, о браке. Лили опять спрашивала, когда мы устроим свадьбу для всех.

— Она вообще-то скрывается и не может появляться на людях. Она знает, что мы женаты. Уже несколько лет. Пусть мы и не устраивали свадьбу для всех… или хотя бы для кого-то, кроме самых близких, но свадьба у нас была. Ты сказал, что мы ждём конца войны? Не все готовы заводить детей во время одного из самых кровопролитных конфликтов в истории магической Британии.

Жасмин опустила голову ему на плечо. На Сириусе всё ещё была аврорская форма из драконьей кожи. Должно быть, он отправился домой прямо из Министерства. На душе у неё всегда теплело при мысли, что Сириус считал поместье их общим домом. После смерти отца он собирался использовать дом на площади Гриммо для официальных встреч. Он не хотел, чтобы кто-нибудь из его семьи там жил. С этим местом было связано слишком много дурных воспоминаний, не дававших ему спокойно спать.

— Наверное, она просто мечтает об этом. У неё с Джеймсом была довольно большая свадьба, пока всё окончательно не пошло к чертям. Алиса и Фрэнк тоже устроили скромную церемонию. А мы просто не хотим никому рассказывать. Упаси Мерлин нам пожелать хоть немного личной жизни. Кто-нибудь непременно полезет искать договоры, чтобы выяснить, что наши роды пообещали друг другу.

После того как Жасмин официально приняла предложение Сириуса, тот долго и мучительно спорил с отцом. Ни Орион, ни Кассиопея не видели договора перед тем, как Сириус отдал его Жасмин на окончательную проверку. Поэтому исчезновение многих из их самых изобретательных лазеек и требований стало для обоих полной неожиданностью.

В конце концов они договорились: четверых детей родить всё-таки придётся, но до окончания войны никто не вправе требовать от них приступать к делу. Жасмин знала, что, если не случится чего-то ужасного, она сможет рожать ещё по меньшей мере лет пятьдесят-шестьдесят. Время у них было.

— А мне наша свадьба понравилась. Всего двадцать человек, простая церемония, потом танцы и торт. Честно говоря, я только и ждал, когда мы уйдём и начнётся настоящее веселье.

Жасмин фыркнула. Весь Сириус.

— Ну ты и кобель. Подумай хоть немного головой, дворняга.

— Попрошу заметить, я породистый, — ответил он, надменно вскинув подбородок.

Жасмин закатила глаза.

— От этого твои слова лучше не становятся.

Сириус уткнулся лицом ей в шею и вздохнул.

— Орден готовит следующий ответный удар. По сведениям наших источников, Том снова задумал нападение. Пока мы не знаем, к чему именно он стремится, но не хотим дать ему своего добиться. Возможно, понадобится помощь. Джеймса всё ещё не допускают к вылазкам, а значит, и меня тоже, пока он не поправится. Лунатик до следующей недели за границей, а Фрэнк отказывается выходить из дома, пока не заработают новые защитные чары. Фабиан и Гидеон вызвались помочь, Грозный Глаз тоже, но хорошие дуэлянты нам всегда пригодятся.

— Зачем ты вообще состоишь в Ордене, Сириус? Там такой бардак.

— Кто-то же должен присматривать за Джеймсом и следить, чтобы у нас были точные сведения о том, что делают светлые… или, судя по всему, не делают, пока Том всерьёз пытается силой захватить Британию.

Жасмин согласно хмыкнула, и на её губах появилась лукавая улыбка.

— Поднимайся наверх и сними рабочую одежду. От тебя пахнет старой кожей. Обсудим, что делать дальше, прежде чем лечь спать.

Он приподнял бровь и отстранился.

— Так теперь это называется? Что ж, раз ты настаиваешь. Не хотелось бы тебя огорчать запахом драконьей кожи.

Жасмин поторопила его. Он надолго прижался губами к её лбу и вразвалку пошёл наверх. Теперь он пропадёт там не меньше чем на час. Уж очень любил понежиться в ванной после работы. У камина на отведённом для обуви коврике стояли её туфли и ботинки Сириуса. Коврик был зачарован на очистку, но для полного удаления грязи требовалось несколько часов. Не раз принеся в дом грязь с поля боя, они договорились оставлять обувь у камина или у того входа, через который пришли.

Пока Сириус мылся, Жасмин вернулась в кабинет и разрешила доступ через камин только для экстренных случаев. Сил на внезапных посетителей, которых пропускали гоблины, у неё уже не осталось. Мерлин свидетель, они уже слишком часто присылали к ней клиентов в час ночи.

Если гоблины видели, что она оставила камин открытым лишь для экстренных случаев, то знали: прежде чем отправлять клиента снова, надо дождаться, когда в Англии наступит приемлемое время. Или же заставить его записаться на приём. Как бы дико это ни звучало для избалованного чистокровного волшебника, которому защитные чары понадобились прямо сию минуту.

Жасмин потянулась, привела в порядок рабочие бумаги, чтобы утром впопыхах захватить их перед уходом через камин, и отправилась в спальню. Деревянный пол обогревали различные древние руны. От них половицы не коробились, и это радовало: не придётся через несколько лет всё вскрывать и переделывать.

Распахнув большие двустворчатые двери, она увидела Сириуса с кочергой в руке. Он тыкал ею Ро, свернувшуюся на подушках в изголовье кровати. Сириус с Ро никогда толком не ладили. Жасмин уже объясняла кошке, что теперь Сириус навсегда останется в их жизни и, если она будет ему пакостить, ничего не изменится. Кошка, похоже, слушать не желала и стала третировать Сириуса вдвое сильнее прежнего. Она скорее изодрала бы подушки и простыни, чем подпустила его к кровати.

— Ро, у тебя пятнадцать секунд, чтобы слезть с кровати, прежде чем я возьмусь за палочку. Я понимаю, вы со Смертью связаны и, скорее всего, это из-за неё ты меня так ревнуешь, но твоё поведение мне уже порядком надоело.

Кошка приоткрыла один глаз, свернулась ещё туже и отказалась сдвинуться с места. Жасмин достала палочку и подняла Ро в воздух. Та шипела и извивалась, пока подплывала к хозяйке.

— В следующий раз достану переноску и запру тебя. Я знаю, что ты умнее, чем хочешь казаться!

Ро хотя бы хватило приличия принять пристыженный вид. Жасмин легонько погладила её по голове, вынесла за дверь и опустила в любимую мягкую лежанку. Затем вернулась в спальню и заперла за собой дверь.

— Итак, на чём мы остановились до кошачьих разборок? — спросила она, игриво шевельнув бровями.

Но у её мужа, похоже, были другие планы.

Сириус рухнул лицом в постель и застонал.

— Надо продумать, что делать с нападением, которое, возможно, готовит Том. Я знаю, мы хотели заняться любовью, но, Мерлин, провернуть всё так, чтобы Дамблдор не узнал, кто передаёт тебе сведения с наших собраний, будет трудно.

Жасмин едва удержалась от смешка.

— Они до сих пор не поняли, что вы с Джеймсом рассказываете мне практически обо всём, что у вас там происходит? Пусть в конце вашего седьмого курса меня и не пригласили в этот клуб, но он должен был догадаться, что ты мне всё расскажешь.

Сириус снова заворочался на шёлковых простынях. Уткнувшись лицом в постель, он издал сдавленный вопль.

— Полагаю, не догадался. А я-то думала, они знали с самого начала. Хоть кто-нибудь должен подозревать, что сведения моим людям передаёшь ты. Большинство этих людей — твои родственники.

— Они считают, что со многими из них я порвал. Да и нас с тобой почти все принимают за простых друзей. Мы специально так сделали, чтобы никто не понял, насколько велико наше влияние на общих заседаниях Визенгамота. О том, что мы живём вместе, знают только самые близкие.

Жасмин тихонько рассмеялась.

— Ах да, большинство думает, что ты обитаешь в той чудесной холостяцкой квартире в Лондоне, где вы с Ремусом и Джеймсом любите устраивать мальчишники. Какой скандал будет на весь волшебный мир, если выяснится, что ты, Сириус Блэк, связан узами брака с печально известной серой ведьмой, у которой есть собственное поместье.

— А самое ужасное, она сохранила за собой все места в правительстве и девичью фамилию!

Он схватился за грудь, изображая сердечный приступ.

Жасмин легла рядом и ненадолго переплела свои пальцы с его.

— Я могу связаться с Северусом. У него есть полезные знакомства. Теодор Нотт тоже может пригодиться. Пусть он и объявил о союзе с родом Блэков, но по-прежнему вращается в очень тёмных кругах. Если прижмёт, Михаил, возможно, пустит в ход свои связи. Странно, что твоя семья не слышала никаких слухов. Разве твоя тётя не специалист по этой части?

Сириус пробурчал себе под нос что-то неразборчивое. Жасмин удалось расслышать только имя его тёти.

— Она ничего не слышала. Думает, этот слух пустили, чтобы отвлечь внимание от чего-то другого. А Дамблдор клянётся, что нападение будет. Просто не знает где. Перед следующим собранием он собирался кое-что разузнать.

Жасмин вздохнула и запустила пальцы в растрёпанные волосы Сириуса, стараясь не дёргать спутанные на концах кудри. Какой бардак. Недодуманные планы ни с той, ни с другой стороны до добра не доведут. Если Кассиопея считает, что ничего не случится, Сириус останется без поддержки семьи и всех средств, которыми она располагает. Белла не будет ждать вызова в бой, Регулуса никто не обяжет искать сведения, да и Сириусу не будут постоянно докладывать новости. Прежде чем Блэки помогут, ему придётся доказать, что нападение действительно готовится.

Помощь семьи, но только при определённых условиях. Трудно придумать что-то более слизеринское. Жасмин знала, как обидно Сириусу, что родные не спешат ему помогать, но отчасти понимала и их. Блэки не верили, что Дамблдор не станет использовать доверившихся ему ведьм и волшебников, ровно так же, как не верили, что Том не будет пытать и убивать своих последователей. Светлые Лорды манипулировали людьми ничуть не меньше тёмных, и Блэки видели Дамблдора насквозь. Честно говоря, это было приятно. Правда, разногласия между Сириусом и его семьёй от этого лишь углублялись, но Жасмин всегда была рада их примирить.

Они проговорили ещё по меньшей мере час или два, пока часы на каминной полке не пробили одиннадцать.

— Я попробую что-нибудь узнать. Думаю, нам обоим не помешает поспать.

Сириус повернулся к ней с лукавой улыбкой.

— Так мы это назовём?

Жасмин радостно рассмеялась, и их губы встретились.