Повелитель Тайн (джен)

«Я действительно чувствую себя немного раздражительным, но не вспыльчивым…» Клейн, носивший папскую тиару и тёмно-синюю мантию, взял в руки Скипетр Морского Бога и внимательно изучал своё состояние.

Это означало, что карта Тирана может подавить негативные эффекты Скипетра Морского Бога, но не полностью.

Использовав Когитацию, Клейн успокоился и посмотрел на кучу хлама в углу.

«„Путешествия Грозелля“? Это мой самый сильный защитный предмет на сегодняшний день. Кроме того, у него есть и кое-какие магические применения, но проблема в том, что он был сделан другим древним богом — Драконом Воображения Анкевельтом. Судя по словам Солнца, этот король драконов когда-то был союзником владелицы города Кальдерон — Древней Смерти, Прародительницы Фениксов Грегрейс. Кто знает, не спровоцирует ли эта книга какие-нибудь лишние изменения… Чтобы подстраховаться, лучше мне её не брать.

Как и медный свисток Азика, мутировавшую бумажную фигурку брать нельзя. На ней осталась аура Искусственной Смерти… При исследовании города Кальдерон это может дать эффект устрашения, но также таит множество скрытых рисков.

Потусторонняя характеристика Священника света? Она может эффективно сдерживать нежить и является естественным врагом Города Мёртвых, но это всего лишь ингредиент, который ещё не был превращён в мистический предмет. Эффекты, которые он оказывает, весьма ограничены, а негативные эффекты чрезвычайно серьёзные. В моём состоянии духовного тела она не слишком поможет. Кроме того, молния также может очищать нежить. Со Скипетром Морского Бога и Словом Моря мне нет нужды брать с собой характеристику Священника света…» Мысли мелькали в голове Клейна, пока он перебирал оставшиеся предметы в куче хлама.

Он надел перчатку из человеческой кожи на левую руку, этой же рукой взял Скипетр Морского Бога и правой рукой поймал Слово Моря, полетевшее в его сторону.

После этого Клейн в папском одеянии изменил облик своего духовного тела. Он спрятал лицо в тени папской тиары.

Он медленно встал. Тёмно-синяя мантия развевалась, будто на ветру, а белый костяной скипетр ослепительно сверкал.

Сделав всего один шаг, Тиран Клейн прошёл через Дверь Вызова и вышел из огня свечей, попав в реальный мир. Он оказался в довольно просторной ванной комнате.

Поместив в своё тело амулет Сифон Судьбы и Похоронный Звон, он прошёл через дверь и влетел в гостиную. Он позвал к себе Энцо, чтобы тот взял Слово Моря.

Немного подумав, Клейн достал Похоронный Звон и передал его Адмиралу Ада Людвеллу.

Сделав всё это, он взял с собой двух марионеток и, используя Путешествие, отправился к координатам, которые ему сообщила мисс Маг.

Путешествие прошло довольно гладко. Благодаря ауре Тирана существа Мира духов не решались приближаться к нему во время пути. Они даже не осмеливались смотреть на него. Вскоре Клейн прибыл к месту назначения.

Сцена, открывшаяся перед ним, ничем не отличалась от других мест в Мире духов. Насыщенные цвета накладывались друг на друга, повсюду клубился тонкий туман, а в глубине пары глаз одна за другой удалялись.

Накидка папской мантии мягко развевалась, будто на ветру, пока Клейн осматривался. После некоторого осмотра он заставил Энцо и Людвелла войти в туман, который с виду был вполне нормальным.

Внезапно перед глазами марионеток предстал грандиозный город огромных размеров. Этот город был необычным: он строился не вертикально вверх, а спиралью уходил глубоко в землю. Он напоминал перевёрнутый мавзолей.

Здания внутри выделялись разнообразием стилей, но все были одинаково странными. Некоторые из них возвышались над землей в виде белых каменных колонн, на вершине которых был высечен огромный дом. Некоторые были прямоугольными, с дверями, расположенными под потолком, без окон. Некоторые были построены в земле, а у входа стояли надгробные плиты. Некоторые были построены из раздробленных и беспорядочно сложенных белых костей.

Чем ближе были постройки ко дну ямы, тем лучше они сохранились. Чем ближе к верху, тем больше было разрушенных участков, обветшалых и прогнивших от времени.

Клейн заставил своих двух марионеток остановиться. Несмотря на то что они стояли на краю города и видели его со стороны, они не могли разглядеть, что находится в самой нижней части города. Глубокая темнота окутывала его, как будто тысячи и тысячи лет здесь не было света.

После недолгого наблюдения Энцо опустил голову и нараспев произнёс слова на древнем гермесе:

— Шут, не принадлежащий этой эпохе;

— Таинственный владыка над серым туманом;

— Король Жёлтого и Чёрного, которому сопутствует удача…

Как только он произнёс эти слова, Клейн, который всё ещё находился за пределами города Кальдерон, услышал множество иллюзорных молитв. Он также узнал в них человека с нарочито хриплым голосом.

«Это молитва марионетки…» Клейн облегчённо вздохнул и тихо пробормотал про себя:

«Это значит, что город Кальдерон не изолирован от Серого Тумана. По крайней мере, внешняя периферия. Я могу войти.»

Сказав это, он нисколько не торопился. Вместо этого он заставил Людвелла поднять левую руку и раскрыть ладонь.

Внезапно перед марионеткой вспыхнул иллюзорный свет. Вслед за этим пространство вокруг точки, из которой он исходил, схлопнулось, образовав двойную бронзовую дверь.

Дверь была слегка размытой и иллюзорной. Её поверхность была покрыта бесчисленными загадочными узорами, создававшими ощущение неописуемой тяжести и тишины.

Со скрипом таинственная бронзовая дверь немного приоткрылась.

Через щель в двери Клейн увидел самую глубокую и тяжёлую тьму.

Среди этой тьмы колыхались бледно-белые массы, то вздымаясь вверх, то опускаясь вниз. Происходящее напоминало реку, бурлящую в беспросветной ночи.

С двух сторон от неё появились бледно-белые каменные колонны, очень похожие на те, что стояли в городе Кальдерон, но более огромные по масштабам.

В этот момент внезапно появились прозрачные глаза и неописуемые лица. Они заполнили щель иллюзорной бронзовой двери, стремясь пройти сквозь неё.

В глазах Клейна появилась лёгкая колющая боль, и он тут же заставил Людвелла сжать левую ладонь.

Бах!

Иллюзорная дверь, покрытая таинственными узорами, закрылась, исчезнув из поля зрения Энцо.

«Таинственная дверь, отделяющая жизнь и смерть и ведущая в Подземный мир, кажется, изменила направление. Теперь за дверью виднеется не Подземный мир, а центральный район города Кальдерон. Самая глубокая точка на дне ямы?» Одетый в папскую тиару и держащий Скипетр Морского Бога, Клейн задумчиво кивнул.

Это означало, что многие силы домена Смерти в городе Кальдерон перестраиваются, порождая аномалии.

С этими мыслями Клейн снова заставил Людвелла поднять левую руку.

Левая часть тела марионетки быстро стала иллюзорной, на ней появились тёмно-зелёные крапинки, словно он превратился в призрака или спектра.

Рука перестала подчиняться законам реальности и внезапно вытянулась на большое расстояние. В центре ладони появился ненормально белый участок, из которого выступило иллюзорное лицо.

Из полуоткрытого рта виднелся острый как у змеи язык, покрытый белым мехом.

В совершенно нереалистичной манере язык высунулся далеко в сторону. Казалось, что он может вонзиться прямо в тело человека и поглотить его душу.

«Действительно, силы Посланника Смерти, которые Людвелл получил от существа Подземного мира внутри своего тела, мутировали. Они не только усилились, но и перешли от дистанционного извлечения Духовных Тел к их непосредственному поглощению…» Клейн стоял у входа в город Кальдерон и заставлял Адмирала Ада демонстрировать все виды способностей домена Смерти. Благодаря этому он понял, чем они отличаются от обычного результата.

Общим для них было то, что все они стали более могущественными!

Затем Клейн поэкспериментировал, заставив Энцо использовать особенности своего тела и различные силы Цветка Крови и Слова Моря, после чего пришёл к нескольким выводам:

«Способности в области Судьбы не затрагиваются…

Удар молнии подавляется и становится гораздо слабее…

Невозможно летать слишком высоко…

Такие способности, как Лезвие Ветра, Пение, Иллюзорная Чешуя, Равновесие и Водная Мембрана, не претерпели никаких изменений…»

Закончив эксперименты, Клейн отправил Энцо и Людвелла спуститься по бледно-белой лестнице, держась внешней окраины города Кальдерон, где все здания уже полностью обрушились.

Когда две марионетки приблизились к отметке в двести метров, Клейн поднял правую руку и надавил на лицо, скрывавшееся в тени папской тиары. Затем, взяв в руки Скипетр Морского Бога, он шагнул в тонкий туман.

Его голова слегка закружилась, когда картина перед ним изменилась. Он вошёл в Город Мёртвых, город Кальдерон.

Сдерживая раздражительность внутри себя, Клейн заставил левую перчатку потемнеть.

Его тело окрасилось в тёмный цвет, превратившись в тень. Только Скипетр Морского Бога в его руке продолжал излучать серебристо-голубые лучи света.

Используя сокрытие души и подавление карты Тирана, чтобы спрятать свет, Клейн полетел по диагонали вперёд, скрываясь в тенях разрушенных зданий. Следуя за двумя марионетками, он приступил к первичному осмотру внешнего района города Кальдерон.

Постепенно Клейн заметил что-то странное.

Здесь было слишком тихо!

Было так тихо, что казалось, будто весь город умер и даже насекомые не выжили!

Судя по словам Арродеса и Красного Света Аиура Мории, Прародительница Фениксов Грегрейс вытащила из земли город Кальдерон и отправила его глубоко в Мир духов, не позволяя жителям города покинуть его. Также изредка в город заходили другие существа Мира духов.

Но сейчас во внешнем районе не было не только активных существ, но даже скелетов, зомби или хотя бы одного-двух зданий, построенных не из костей!

Клейн напрягался всё больше и больше. С помощью зрения Энцо и Людвелла он внимательно наблюдал за окружающей обстановкой.

В этот момент его взгляд наткнулся на сломанную белую колонну. На вершине древнего, но разрушенного сооружения находился отполированный золотой диск.

На гладкой поверхности диска отражалась фигура, но это был не Энцо, а Клейн в папской тиаре и тёмно-синей мантии!

У этого Клейна было мрачное выражение лица. Его лицо было бледным, а лишённые сияния глаза выглядели так, словно он давно мёртв.