Повелитель Тайн (джен)

У Клейна, прятавшегося в тени, сжалось сердце. Но затем он быстро успокоился, не выказывая никаких признаков ужаса.

Он был уверен, что отражение на гладкой поверхности золотого диска — это не он, во всяком случае не настоящий он!

Если бы это был он, Энцо увидел бы Серый Туман и странную сцену, напоминающую форму мифического существа. Это привело бы к тому, что Клейн немедленно потерял бы сознание!

«Раз я в полном порядке, значит отражение — это не я…» Клейн активировал видение Нитей Духовного Тела и, управляя Энцо, поднял Слово Моря. Он подошёл к рухнувшей бледно-белой колонне и древнему зданию, лежащему в руинах, тайно высвобождая часть «удачи».

Смуглая марионетка шаг за шагом приблизилась к золотому диску. Нагнувшись и подняв трость, она внимательно осмотрела это место, а затем подняла диск.

Диск состоял из двух слоёв: внутреннего и внешнего. Внутренний слой был гладким, как зеркало, с небольшим количеством узоров. На внешнем были выгравированы птицеподобные существа. От всего диска веяло древним великолепием.

Фигура, которую он отражал, оставалась неизменной. Несмотря на то что перед диском стоял Энцо, он отражал мрачного бледного Клейна с безучастными глазами. Не пропали даже Скипетр Морского Бога, папская тиара и папская мантия, появившиеся из-за карты Тирана. Если бы не отсутствие Серого Тумана, Клейн наверняка подумал бы, что диск может воздействовать на него через марионетку и Нити Духовного Тела. Или что это похоже на случай Святого Тьмы в руинах битвы богов, когда тот, сам того не осознавая, разделился на две личности.

«Что всё это значит…» Клейн спокойно вышел из тени, вернув себе тот облик, в котором он вошёл в Кальдерон. Затем, используя свои потусторонние способности Клоуна, он мысленно проверил своё нынешнее состояние.

Держа в руках белый костяной скипетр, инкрустированный голубыми кристаллами, он был одет в папскую мантию и тиару, усеянную различными драгоценными камнями. Его лицо было скрыто в тени и выглядело несколько размытым. От всего его тела исходило мрачное ощущение, словно от живого трупа, только что выкопанного с кладбища!

«Это…» Клейн был встревожен. Он никак не ожидал, что с ним произойдут такие изменения. Если не считать того, что Серый Туман не смешивался с реальностью, отражение на золотом диске действительно было им!

«Раз это не связано со смешением Серого Тумана с реальностью, то не о чем слишком беспокоиться…» Он быстро утешил себя, чтобы успокоить своё психологическое состояние.

Конечно, учитывая богатый опыт Клейна и его способность к адаптации, обычно в этом не было необходимости. Но, во-первых, учитывая, что он держал в руках Скипетр Морского Бога, который легко мог сделать его опрометчивым, ему нужно было постоянно быть начеку. Во-вторых, он знал, что когда-то это место было божественным царством Прародительницы Фениксов Грегрейс, в котором находилась необходимая для Её возрождения установка. Неизбежно с этой установкой должны были произойти всевозможные аномалии. Поэтому сейчас он нервничал, как никогда раньше.

Заставив Людвелла вернуться, он использовал его потусторонние способности, чтобы тщательно себя осмотреть и составить предварительное представление.

«Когда живые существа попадают в город Кальдерон, они превращаются в умерших, как и в Подземном мире, но есть и принципиальное отличие. Здесь живые существа не умирают внезапной смертью и не превращаются в бездумную нежить, а сразу становятся душами мёртвых.»

«Раньше я этого не замечал, потому что Энцо и Людвелл, по сути, мёртвы, и нет необходимости в их превращении… Арродес и Красный Свет Аиур Мория не упоминали об этом, потому что Путешественники, существа Мира духов и Ангелы автоматически восстанавливают своё обычное состояние, если покидают это место живыми? Подобная трансформация не способна повлиять на силы Серого Тумана, сливающегося с реальностью. Диск отражает мёртвого меня, а не всего меня? Или того меня, который вступил во взаимодействие с Кальдероном?» Клейн склонялся ко второму варианту, но не был полностью уверен.

В этот момент он услышал звук, раздавшийся неподалеку.

Лязг!

Лязг! Лязг!

Звук был тяжёлым и чётким, как будто кто-то сильно ударял по металлу.

Клейн не спешил реагировать. Он внимательно прислушивался в течение двух секунд, после чего заставил Энцо отложить тяжёлый золотой диск и подойти к стоящему неподалеку разбитому надгробию.

Полуразрушенный надгробный камень принадлежал стоящей рядом гробнице, которая уходила под землю. На нём были написаны слова на Языке Мёртвых:

«…Вспыльчивый парень, погибший в результате соревнования, что крепче — его голова или чужой молот.»

Энцо обогнул повреждённое надгробие и подошёл ко входу в гробницу. Протянув левую руку, он повернул ручку и открыл дверь.

Под грубый скрежет тяжёлая дверь медленно открылась.

Фью! Фью! Фью!

Белые лучи света, похожие на стрелы, вылетели наружу!

Они пронеслись около лица Энцо, макушки, туловища и внутренней поверхности бёдер и улетели вдаль, вонзившись в землю, а затем исчезли. Победитель Энцо остался совершенно невредим.

«…Должен сказать, что такая марионетка отлично подходит для опасных исследований…» Клейн не удержался от восхищения и заставил Энцо заглянуть в здание внизу.

Внизу был кузнец — великан с синевато-чёрной кожей и головой, похожей на разбитый арбуз. Он держал молот и непрерывно бил по наковальне, на которой ничего не было.

У великана с треснувшей головой были нормальные Нити Духовного Тела. Он не был чьим-то душевным аватаром. Клейн тихо вздохнул с облегчением.

Как раз в тот момент, когда он собирался отправить Энцо глубже для более тщательного осмотра, его тело внезапно онемело, а мысли стали вялыми.

Подобное чувство он испытывал и раньше, в Тингене, когда находился под влиянием Запечатанного Артефакта 2-049!

Тогда Клейн не знал, что происходит, но, став Кукловодом, он понял, что это означало, что его Нити Духовного Тела контролировались Запечатанным Артефактом!

Иными словами, теперь кто-то контролирует его Нити Духовного Тела!

Кроме того, в отличие от прошлого раза, его суставы не только «ржавели», будто их залили клеем, но ещё и немели так сильно, словно его ударило молнией. От этого двигаться было ещё труднее.

«Нехорошо… Это Грабитель Мира духов… Я остерегался… Что он использует душевный аватар… Отвлечёт меня… И тайно приблизится… Но я никак не ожидал… Что у него есть не только душевный аватар… Но и… Напарник… Этот… Кузнец… Отвлёк меня… А использование… Марионетки… Заставило меня… Пренебречь… Собственной… Безопасностью…» В голове Клейна непроизвольно возникали различные мысли, мешавшие ему думать о попытках спастись.

В этот момент огромный кузнец с проломленной головой поднял свой молот и бросился на Энцо, надеясь превратить его в мясной фарш. На шею Клейна, казалось, подул холодный ветер, отчего его волосы встали дыбом.

Если раньше вокруг было необычайно тихо, то теперь из-за белой каменной колонны, обветшалых домов и могильного камня начали появляться всевозможные странные существа.

Одни имели только половину тела. Другие были прозрачными и почти невидимыми. Некоторые были растянутыми и мягкими, как лапша. У некоторых была разорвана грудная клетка с окровавленными внутренностями. Некоторые имели тёмно-зелёные лица, похожие на лица злых духов. У других по всему телу росли глаза. Были и такие, которые напоминали медуз, плавающих в воздухе.

Бесчисленные взгляды устремились на Клейна с разных сторон. В них не было никаких эмоций, только равнодушие.

В этот момент Клейн с большим трудом открыл рот и медленно произнёс:

— Восхваляй…

В этот момент перчатка на его левой ладони открыла рот, обнажив белые зубы:

— Хвала тебе!

— Господь, создавший всё;

— Господь, царствующий за завесой теней;

— Выродившаяся природа всего живого!

Под эти звуки, напоминающие скрежет ногтя по доске, Энцо, уже брошенный на землю, удачно уклонился от удара молота. В то же время трость Слово Моря взволнованно начала извергать пузырьки воды:

— Бейся! Бейся! Бейся!

Клейн вдруг почувствовал, что у него разболелась голова. Способность мыслить мгновенно восстановилась, а мысли перестали быть вялыми.

Однако его тело всё ещё «ржавело» и было наполнено онемением.

Вернув способность мыслить, Клейн, не двигаясь, положился на свою духовность и заставил Людвелла, уже вернувшегося к нему, ударить его левым кулаком.

Бах!

Клейн отшатнулся назад, мгновенно выйдя из оцепенения и заторможенного состояния.

Затем Клейн в папской тиаре вспылил, распахнул свой папский плащ и поднял Скипетр Морского Бога.

Голубые драгоценные камни загорелись один за другим, и из них вырвалась яркая серебряная молния.

Молния разделилась на множество «ветвей», покрывая сотни метров периферии города Кальдерон лесом молний. Разрушение и катастрофа словно обрели физическую форму!

Странные существа, вылезавшие отовсюду, рассыпались, испарялись и полностью исчезали под воздействием серебристого шквала молний.

Через несколько мгновений после того как серебряный шторм утих, Скипетр Морского Бога в руках Тирана Клейна вновь засиял ослепительным светом.

Электрические змеи переплетались и охватывали всё вокруг, снова и снова обрушиваясь на землю, словно огромная волна.

После двух повторных применений Грозового Шторма Клейн выдохся и вновь обрёл спокойствие.

Его сердце внезапно забилось, когда он кое-что вспомнил.

Грозовой Шторм был неразборчив в нанесении ударов. Кроме него самого, державшего Скипетр Морского Бога, и напарника, стоявшего рядом, все остальные пострадали от сокрушительных ударов!

Это означало, что с Людвеллом всё было в порядке, но была большая вероятность того, что Энцо будет «очищен».

Клейн инстинктивно оглянулся и увидел Энцо, свернувшегося калачиком у полуразрушенного надгробия. Позади него лежал огромный металлический молот, из которого всё ещё вырывались крошечные молнии. Неподалеку от него лежали две нечеловеческие обугленные ноги.

Гробница, находившаяся около надгробия, уже обрушилась. На железно-чёрных плитках, упавших на землю, всё ещё шипели остатки серебристых молний.

«…Как и ожидалось от Победителя. Он не умер, даже несмотря на такой натиск… Вероятно, вся накопленная им удача была пассивно израсходована…» Клейн почувствовал облегчение и активировал зрение Нитей Духовного Тела, чтобы осмотреть окрестности.

Он искал Грабителя Мира духов!

Он полагал, что дальность управления Нитями Духовного Тела Грабителя Мира духов не сравнится с областью поражения молний!

Уже обветшавшие здания почти сравнялись с землёй. Оставшиеся каменные обломки и кости почернели. Даже тяжёлый золотой диск был разрушен.

Вдруг из-под обломков более чем в ста метрах от Клейна появилась фигура.

Она была одета в полупрозрачную белую мантию. У неё не было ни головы, ни конечностей. Казалось, что под мантией скрывается невидимый человек.

В этот момент она выглядела плачевно: повсюду были раны и чёрные пятна.

«Наверное, это Грабитель Мира духов… Похоже, безрассудное применение двух Грозовых Штормов подавило его…» При виде этой сцены у Клейна промелькнули некоторые мысли.