Повелитель Тайн (джен)

Баклунд, Восточный район, в двухкомнатной квартире.

Несколько полицейских в чёрно-белой клетчатой униформе открыли дверь и вошли внутрь, после чего тут же прикрыли рот.

Внутри был сильный запах крови!

— Офицер, я понятия не имею, что произошло. Соседи сказали, что чувствуют запах крови из соседней квартиры, — хозяин квартиры в шёлковой шляпе испуганно озирался по сторонам, не желая больше ни секунды оставаться внутри.

Черноволосый голубоглазый полицейский с инспекторскими погонами махнул рукой:

— Подождите у двери. У нас к вам ещё есть вопросы.

Сказав это, он надел белые перчатки и бросил взгляд на деревянную дверь спальни.

Однако он не спешил входить. Он медленно оглядел помещение, вбирая взглядом всю обстановку: куча угля, шкаф со столовыми приборами и едой, небольшая плита, чисто вымытый железный котелок, слегка засаленный стол, два развалившихся круглых табурета, два покосившихся стула, несколько стеклянных бутылочек с неизвестными порошками, стопка разбросанных карт Таро.

— Любитель мистики с обычным финансовым положением? — сделал заключение черноволосый голубоглазый инспектор, слегка кивнув головой. Затем он дал знак подчинённому открыть дверь в спальню.

В сопровождении скрипа двери наружу вырвался сильный запах крови.

Открывший дверь констебль, заглянув внутрь, издал короткий возглас и отступил назад на несколько шагов.

Инспектор нахмурился. Он надавил на плечо отступающего констебля, обошёл его и подошёл к спальне.

Когда он окинул спальню взглядом, выражение его лица сразу же изменилось.

В спальне на деревянной кровати лежал человек. Его руки были привязаны к решётчатому изголовью кровати.

Он был обнажён, всё тело покрывали тонкие глубокие порезы. Кровь давно вытекла, окрасив простыню и одеяло рядом с ним в тёмно-красный цвет.

При беглом взгляде было видно, что покойный связан металлической проволокой, впившейся в его кожу и плоть до самых костей.

Эта сцена всё равно потрясла полицейских, уже видевших множество убийств. Более того, в ней чувствовалось что-то дьявольское, словно это был ритуал.

Когда инспектор собирался что-то сказать, в комнату ворвались два человека. Один из них попытался сделать фото, а другой стал засыпать его вопросами:

— Ещё одно дело об убийстве? Разве в последнее время в Восточном районе не было ещё нескольких убийств? Офицер, как вы думаете, это серийное убийство?

Черноволосый голубоглазый инспектор нахмурился и махнул рукой.

— Не вмешивайтесь в происходящее, иначе мы будем рассматривать вас как сообщников преступника.

Затем он обратился к констеблю:

— Калис, пожалуйста, проводи двух репортёров. Скажите им, что если у них возникнут вопросы, пусть обратятся в отдел новостей Сивеллаус-Ярда.

После того как репортёров увели с места преступления, инспектор испустил долгий вздох.

— Опять я попаду в газеты, чёрт побери!

* * *

В районе Императрицы, в роскошной вилле графа Холла.

— Ещё одно убийство в Восточном районе. Подозревается, что перед убийством жертва подверглась насилию… — поужинав, Одри сидела в комнате для занятий и беззаботно читала «Вечерние новости Баклунда».

Услышав тихое бормотание дочери, граф Холл покачал головой и вздохнул.

— Это обыденность в Восточном районе. Статистика показывает, что там каждый день умирают люди, и далеко не по одному.

Одри не придала этому вопросу особого значения. После непринуждённого разговора с родителями и братом она вернулась в свою комнату вместе со своим золотистым ретривером Сьюзи.

Одри и Сьюзи понимали друг друга без слов. Собака стояла у двери на страже, пока Одри заперла дверь на ключ. Она села у своей кровати и нараспев произнесла почётное имя мистера Шута.

Через несколько секунд она увидела, как тёмно-красный свет вспыхнул и затопил всё вокруг.

Одри появилась над Серым Туманом, внутри великолепного древнего дворца.

Сбоку она увидела небольшую комнату. Пёстрая дверь была приоткрыта.

«Это гораздо лучше, чем прежняя исповедальня… Однако это не соответствует характеру мистера Мира. Что-то случилось с его душевным состоянием?» Одри задумчиво вошла в комнату и закрыла пёструю дверь.

Ранее она провела повторную встречу с Миром Германом Спэрроу и пришла к выводу, что он полностью выздоровел. К её удивлению, она получила от него просьбу об ещё одном лечении.

Это озадачило её, но в то же время немного заинтриговало.

В довольно просторной тёмной комнате Одри прислонилась к стене, за которой явно находился ещё один человек. Она медленно скользнула вниз и опустилась на колени, отведя ноги по диагонали.

В спокойной и безмятежной атмосфере она настроилась на нужный лад и бодрым тоном произнесла:

— Добрый вечер, мистер Мир~.

В тот момент, когда она это сказала, духовная интуиция Одри уже знала, что происходит с его Телом Сердца и Разума или, говоря обычным языком, с его эмоциями и настроением.

«Мрачный, удручённый, растерянный, подавленный, ничем не интересующийся… Нынешняя проблема мистера Мира совершенно не похожа на предыдущую… Что же случилось на этот раз?» Одри слегка прикусила губу, спокойно приняла решение и применила Успокоение.

Это была самая полезная способность Психиатра. В древности её называли Психоанализом.

«Тёмные тучи» за стеной заметно рассеялись. Наконец Герман Спэрроу хрипло сказал:

— Добрый вечер, мисс Справедливость.

Прислонившись к стене, Одри подумала и отменила свой первоначальный план. Сохраняя бодрый тон, она сказала:

— Мне очень любопытно, что с вами происходило в последнее время. Кажется, за это время вы пережили слишком, слишком многое. Не думайте ни о чём лишнем. Давайте сначала поболтаем как друзья. Если вас интересует моя жизнь, я тоже готова поделиться с вами некоторыми интересными моментами.

С другой стороны стены Герман Спэрроу на мгновение замолчал. Не отвечая на этот вопрос, он спросил:

— Какие надежды вы возлагаете на будущее?

Одри слегка отвела взгляд в сторону и серьёзно ответила:

— Продвигаться вперёд, упорно трудиться и стать полубогом, чтобы лучше защищать отца, мать и братьев. О, я недавно вместе с другими сотрудниками фонда посетила нескольких претендентов на стипендию фонда. Условия их жизни действительно хуже, чем я себе представляла. Хотя я читала некоторые отчёты и была морально подготовлена, всё равно, когда я увидела всё своими глазами, мне стало не по себе. Девочка, которая всего на несколько лет младше меня, была очень маленькой и худенькой. Ей каждый день не хватает еды, и у неё есть только два рваных платья. Когда она сказала, что хочет учиться, её глаза были необыкновенно чисты и полны искреннего желания. Я не могу забыть этого до сих пор…

Говоря это, Одри остро ощущала изменения в душевном состоянии Германа Спэрроу. Озеро перестало быть абсолютно спокойным, оно стало рябить и волноваться.

После недолгого раздумья Психиатр продолжила, как будто ничего не заметила:

— Когда-то я представляла себе красивую свадьбу, надеялась, что придёт мой «принц», как в популярных романах. Однако, став Зрителем, я поняла, что, наверное, никогда не смогу осуществить эту мечту. Я часто могу читать истинные мысли этих мужчин и видеть их ложь насквозь. Я могу подтвердить, что многие люди не так хороши, как я себе представляла, и это меня разочаровало. Возможно, ещё через несколько лет я смогу принимать людей с их недостатками, но сейчас это очень сложно…

Заметив, что у находившегося по другую сторону стены и сидевшего к ней спиной Германа Спэрроу появились эмоции смеха, Одри вовремя использовала на нём очередное Успокоение. Затем она услышала его вопрос:

— Когда-то вы получили информацию о драконах от Солнца, и у вас должно быть некоторое представление о Драконе Воображения. Что, если я скажу вам, что ваши отец, мать и братья выдуманы Королём Ангелов Пути Зрителя и что на самом деле их не существует? Какова будет ваша реакция?

«Я бы точно упала на месте и потеряла контроль… У мистера Мира возникли психологические проблемы из-за того, что он обнаружил, что то, чего он ждал, его конечная цель, никогда не исполнится?» Одри сначала была напугана вопросом Германа Спэрроу, после чего поняла суть проблемы.

Она не ответила, а спросила:

— Похоже, вы стали свидетелем крушения надежд.

— Хех, — за стеной позади Одри раздался самоуничижительный смешок. — Действительно, когда-то я думал, что у меня есть семья. Однако потом я понял, что это была всего лишь моя дерзкая надежда.

— Почему вы так говорите? — Одри спросила так, словно вела непринуждённую беседу.

Спэрроу на несколько секунд замолчал, а затем сказал:

— Вы слышали о тех сказках, которые император Розель использовал для воспитания детей?

— Это мои детские воспоминания, — призналась Одри.

В то же время она обнаружила, что по ту сторону стены эмоции мистера Мира явно были взбудоражены. Подавленная боль вырывалась наружу. На этот раз Одри не стала использовать Успокоение. Её духовная интуиция и профессиональные знания подсказали ей, что ему необходимо выплеснуть это наружу.

— Тогда вы должны знать сказку о Спящей Красавице и её принце, — сказал Герман Спэрроу тихим хрипловатым голосом. — Есть один человек, который тоже погрузился в глубокий сон, но однажды внезапно проснулся… Он верил, что его семья всё ещё рядом, и упорно работал над собой, надеясь, что когда-нибудь сможет их найти. Это стало его главной движущей силой в жизни. Наконец он понял, что проспал не менее трёхсот лет, может даже более тысячи лет, а то и больше. Он уже никогда не сможет найти ничего из того, что у него когда-то было…

Сильная боль и чувство утраты были настолько яркими для Одри, что позволили ей осознать:

У мрачного, сдержанного, опытного и безжалостного мистера Мира тоже есть свои цели и смысл жизни!

«Это соответствует его нежному сердцу… Как жаль… Хотя он привёл пример из сказки, некоторые эмоции, которые он испытывал при произнесении определённых слов, отражали реальность… Когда он упомянул „глубокий сон“, „семью“, „триста лет“, „более тысячи лет“, „а то и больше“ и „никогда не найти“, его боль явно усилилась… Это означает, что он из древности и дожил до наших дней благодаря чему-то? Это совпадает с тем, что мистер Шут является пробуждающимся древним богом. Неудивительно, что он стал Его Благословлённым…» Одри быстро уловила ключ к разгадке.

Она поджала губы и на мгновение задумалась.

— Его семья что-нибудь говорила? Они сказали, чего хотят от него, когда он проснётся?