Повелитель Тайн (джен)

Даниц подпрыгнул от испуга, выпалив:

— Извини, я ничего не видел…

Тем временем он уже потянул ручку двери на себя.

Бах!

Дверь громко захлопнулась. В этот момент Даниц, наконец, осознал происходящее.

Стоп, зачем я вообще вышёл? И что там делает Андерсон?

Он инстинктивно снял чёрную боксёрскую перчатку и, нахмурившись, с досадой задумался. В конце концов, он решил вернуться в свою комнату, упаковать багаж и уехать.

Что же касается Андерсона, он, несмотря на любопытство, чувствовал во всём этом какой-то подвох, поэтому даже не планировал ввязываться в это, чтобы не угодить в ловушку.

Капитан сказала, что я должен сохранять страх и уважение к неизвестному. Итак, я должен дистанцироваться от происходящего… Когда Даниц уже собирался уходить, он внезапно услышал, как открылась дверь.

Андерсон, у которого не были застегнуты нижние пуговицы рубашки, вышёл с тупым чёрным как смоль ножом. Он посмотрел на Даница со смешанным выражением лица.

— Ты не собираешься остановить меня?

Даниц моментально заметил возможность поиздеваться над ним и злорадно усмехнулся.

— Это твой выбор. Если у тебя нет завещания, я буду богат!

Андерсон потер щеки.

— Разве тебе не интересно, с чем я столкнулся?

Даниц подозрительно взглянул на него.

— Я чувствую, что ты что-то замышляешь.

Андерсон тут же рассмеялся.

— Некоторое время назад меня захватили в плен и пропитали странной кровью с самыми разными ингредиентами. Она долго разъедала меня, пока внутри моего тела не образовалась странная куколка. Это было сделано для того, чтобы создать определённый эффект притяжения к потусторонним высоких Последовательностей Пути Охотника.

Говоря это, он указал на свой живот.

Даниц был застигнут врасплох.

— Впервые слышу о чём-то подобном. Если бы ты был другого пола, я бы подумал, что ты беременный… — он на мгновение умолк, прежде чем спросить: — Того странного человека на площади Возрождения привлёк ребёнок, нет, «куколка» у тебя в животе?

Андерсон кивнул.

— Ты пытался вспороть себе живот, чтобы извлечь «куколку»? — спросил Даниц, показывая жестами.

Андерсон честно ответил:

— Да, я беспокоюсь о том, как эта вещь повлияет на меня. Также она до сих пор привлекает полубогов. Я должен устранить эту скрытую проблему как можно скорее.

Даниц подумал, прежде чем озадаченно спросить:

— Тогда почему ты не продолжил этим заниматься после того как я ушёл? Ты забыл составить завещание и хочешь, чтобы я был свидетелем?

Мышцы лица Андерсона дернулись, после чего он усмехнулся.

— Неплохо. Твоё зелье Провокатора должно уже почти перевариться, — затем он вздохнул. — После тщательного анализа я полагаю, что это нельзя просто извлечь напрямую. Иначе зачем им было пропитывать меня кровью и позволять ингредиентам просачиваться внутрь? Они могли бы просто вскрыть мне живот, поместить куколку внутрь и зашить. Разве у тебя нет способа связаться с Германом Спэрроу? Он через многое прошёл и многое знает, поэтому я хотел бы посоветоваться с ним о том, как решить эту проблему.

В последние месяцы Даниц очень боялся, что люди поднимут вопрос о его знакомстве с Германом Спэрроу, поэтому он моментально ответил:

— Нет! Я не видел его с тех пор как покинул Золотую Мечту!

Андерсон усмехнулся и сказал:

— Когда ты писал Герману Спэрроу, я был рядом с тобой и встретил его посланца.

Выражение лица Даница тут же застыло. Через несколько секунд он заставил себя улыбнуться.

— Тогда почему бы тебе самому не вызвать его посланника?

Андерсон снова поднял руку, коснулся горла и усмехнулся.

— Я не знаю нужного ритуала вызова.

Даниц всё ещё подозревал, что Андерсон что-то замышляет, поэтому не желал подтверждать, что он неоднократно общался с Германом Спэрроу. Через некоторое время он предложил:

— На самом деле, ты всегда можешь обратиться за помощью к нашему капитану в таких вопросах. Она очень хорошо осведомлена и умеет заниматься исследованиями. Она знает много секретных техник, а в крайнем случае может обратиться за помощью в Церковь Бога Знаний и Мудрости. Она должна быть в состоянии найти решение проблемы с куколкой в твоём животе.

— Ха-ха, если ты смущен, я могу поговорить с ней за тебя.

Как только он это сказал, он увидел, как лицо Андерсона просияло. Он быстро ответил торопливым тоном:

— Хорошо, на этом и порешили! Я уже упаковал свой багаж. Когда отправляемся?

— …

Даниц на несколько секунд застыл, почувствовав, что Андерсон его обманул.

Он вернулся в свою комнату, допил остаток пива и побросал все свои вещи в сумку, оставив после себя высушенный лист с золотыми узорами.

Это был знак, который Даниц ранее использовал для установления контакта с лидером Северного штата, генералом Майсанчесом. Следуя инструкциям Германа Спэрроу, он оставил лист в комнате и позволил ответственному лицу сделать всё остальное.

* * *

В комнате, которую только что освободил Даниц, внезапно зажглась свеча, и вспыхнуло алое пламя высотой в два метра.

Из пламени вышел человек. На нём был шёлковый цилиндр, чёрный строгий костюм и белые бакенбарды. Глубокие голубые глаза и зрелая манера держаться придавали ему представительный вид. Он был не кем иным, как Клейном в роли Дуэйна Дантеса.

Подобрав листок с золотыми узорами, Клейн вышёл из отеля, обогнул огороженную площадь Возрождения и прибыл в центральный район Кукавы, площадь Белого Пера.

Резиденция Майсанчеса находилась там, рядом с уходящим вниз собором Смерти.

Как обычный лоэнский джентльмен, Дантес выглядел неуместно, прогуливаясь по городу. Здесь иностранцы составляли меньшинство, большинство из которых можно было увидеть только возле нескольких крупных посольств, расположенных вокруг площади Радости. Остальные места были заполнены в основном местными жителями из Балама.

У местных была слегка смуглая кожа, вьющиеся чёрные волосы и мягкие черты лица. В глазах большинства выходцев с Северного континента люди одного пола здесь выглядели одинаково, если не считать различий в росте и весе.

Большинство местных жителей, будь то мужчины или женщины, любило скручивать высушенные табачные листья в сигареты «Балам». По пути Клейн время от времени видел местных жителей, извергающих дым вдоль дороги.

Кроме того, многие из них подвешивали за талию фрукт, известный как Далава.

Этот фрукт был размером с два кулака, с толстой кожурой. Проделав крошечное отверстие и съев мякоть внутри, можно было использовать его для хранения воды, алкоголя и других напитков.

По наблюдениям Клейна, они в основном пили оранжево-жёлтый Гвадар, кислый с лёгким привкусом сладости, хорошо утоляющий жажду и снимающий жар. Он также здорово помогал людям бодрствовать.

У меня не было возможности попробовать это раньше… пробормотал про себя Клейн, найдя охранника около резиденции генерала и попросив встретиться с человеком по имени Хаггис.

Из-за его внешности лоэнца и джентльмена охранник не отказал ему в просьбе и не стал чинить препятствий. Он попросил своего коллегу позвать мужчину лет тридцати.

Черты лица и кожа мужчины были как у обычного уроженца Балама. Однако его вьющиеся чёрные волосы были выпрямлены и аккуратно зачесаны назад, как будто он пытался подражать представителям высшего общества стран Северного континента.

На нём были белая рубашка и чёрный жилет в тон с очень официальным галстуком-бабочкой. Увидев Дуэйна Дантеса, он сказал на стандартном лоэнском:

— Добрый день, я Хаггис. Приятно познакомиться с вами.

У него был немного странный акцент, не похожий ни на один район Лоэна.

Клейн довольно долго жил в высшем обществе, поэтому не показал удивления. Он сказал с улыбкой:

— Добрый день, я Дуэйн Дантес. Я никогда не ожидал встретить здесь джентльмена, который так хорошо говорит с акцентом лоэнской аристократии.

Хаггис не смог сдержать улыбки.

— Многие дети благородного происхождения из Лоэна приезжают в Восточный и Западный Балам в поисках возможностей. Мне посчастливилось учиться у них.

— О, возможно, я знаю некоторых из них.

Клейн не спешил переходить к сути и начал вести светскую беседу с Хаггисом как джентльмен.

Хаггис улыбнулся.

— Среди моих друзей есть полковник Альфред Холл, второй сын графа.

Холл… Клейн издал мысленный смешок.

— Однажды я встретил графа Холла на благотворительной вечеринке. Он настоящий аристократ. Как же тесен мир.

Хаггис кивнул в знак согласия.

— Возможно, так распорядилась судьба. К сожалению, Альфреда перевели в Восточный Балам в прошлом году.

После этих слов он не стал продолжать разговор, пригласив Дуэйна Дантеса в резиденцию генерала.

Проходя через боковую дверь, Клейн внезапно поднял голову, бросив взгляд на встроенный витраж наверху. В лучах солнечного света стекло переливалось подобно радуге, словно по нему скользили взгляды.