Первый день - уже приключение (джен)

Каждый уважающий себя отпрыск клана Поттер-Уизли обязан любыми способами совершить какую-нибудь проделку в свою первую ночь в Хогвартсе. И Роксана Уизли, как преемница отца, знаменитого шута и обалдуя школы, Джорджа Уизли, как никто другой чувствовала всю ответственность первой выходки.

Накануне отъезда в школу Роксана посетила магазин отца и прихватила с собой всё, что может понадобиться для шалости. И вот юная гриффиндорка аккуратно делала шаг за шагом, накрывшись мантией-невидимкой и практически не дыша. Всё лето многочисленные братья как могли запугивали Роксану, рассказывая всякие страшилки про Хогвартс и его обитателей, и только сейчас она осознала, что у них это получилось.

Ей было страшно. Чертовски страшно сновать по школе ночью с риском быть пойманной Филчем и его чудаковатой кошкой. Но Роксана упрямо продолжала идти вперед, мысленно, словно мантру, повторяя, что даже Роза, гордость и надежда всей семьи, совершила выходку в свою первую ночь.

Роксана уже почти добралась до первого этажа, как вдруг из соседнего коридора вылетел какой-то мальчик и на полном ходу врезался в нее. Роксана попятилась и опешила, мантия-невидимка сползла на пол.

— Кто здесь? — беспокойно спросил неизвестный, но потом его взгляд сосредоточился на Роксане. — А, новенькая Уизли. Вечно вы тут шастаете по ночам.

— Сам-то не лучше, — фыркнула Роксана. Она шарила руками по полу, пытаясь поднять мантию, но в темноте никак не могла её найти.

— Ты же сын Драко Малфоя, верно? — спросила она.

— Тебе какое дело? — грубо отозвался новый знакомый, на что Роксана лишь закатила глаза. Она была наслышана о Малфоях задолго до поступления в Хогвартс.

Вдруг мальчик слишком быстро подлетел к Роксане, схватил её за руку и потянул за ближайший гобелен.

— Филч идет! — шепотом объяснил он.

Роксана вжалась спиной в стену и зажмурилась. С каждой секундой она все отчетливее различала шаркающие шаги, и от этого становилось еще страшнее. Она даже толком не могла понять, чего боится: получить наказание в первый же день, или провалить традиционную ночную вылазку.

Пока Роксана всеми силами пыталась слиться со стеной за гобеленом, завхоз Филч благополучно миновал коридор, где прятались двое школьников.

— Эй, Уизли, он уже ушел, — хмыкнул Малфой. Роксана выбралась из укрытия, тщательно игнорируя то, с какой ухмылкой тот на нее смотрит. Бросив попытки отыскать в потемках мантию, она крепче ухватилась за сумку и продолжила свой путь.

— Куда это ты собралась? — Малфой не отставал ни на шаг.

— Тебе какое дело? — мастерски скопировав тон слизеринца, фыркнула Роксана. Они, наконец, миновали последний коридор и очутились прямо у входа в Большой зал. Роксана скептически посмотрела на Малфоя и, понимая, что он никуда не уйдет, принялась расставлять ловушки для учеников.

— Так вот ради чего все Уизли нарушают правила в первый же день, — хохотнул он. — Вы такие странные!

— Не страннее некоторых, — буркнула Роксана.

Последняя ловушка все никак не хотела крепиться к стене, и Малфой, к большому удивлению Роксаны, предложил свою помощь. Он закрепил плевалку с краской повыше и повернулся к Роксане.

— Меня, кстати, Скорпиус зовут, — Малфой дернул уголками губ и вытянул вперед руку.

— Роксана, — немного неуверенно произнесла она и ответила на жест.

На том их совместная вылазка и кончилась.

Следующим утром Роксана проснулась раньше всех и поспешила на завтрак, чтобы не пропустить, как ученики будут страдать из-за её ловушек. В Большом зале еще не было никого кроме Скорпиуса, который за столом Слизерина попивал что-то из золотистого кубка. Дети обменялись приветственными кивками, и Роксана села на свое место.

Потихоньку в зал стали сбредаться сонные и заспанные ученики, но почему-то никто из них не попадался в ловушку. Время шло, в Большом зале уже стало слишком шумно, и многочисленные кузены и кузины Роксаны постоянно посматривали на нее с вопросительными выражениями на лицах.

И тут вдруг резко раздался слишком громкий хлопок, а затем треск, и все до единого синхронно повернулись в сторону входа. У дверей стояла профессор Макгонагалл, с ног до головы в розовой краске и перьях. Ученики так и застыли на своих местах, испуганно глядя на директора. Профессор Макгонагалл тяжело дышала, и казалось, что у неё из носа вот-вот повалит пар. Она свирепо обвела зал взглядом и остановилась на гриффиндорском столе, после чего тишину прорезал разъяренный возглас:

— УИЗЛИ!

— О, Мерлин! — пискнула Роксана и посмотрела на Скорпиуса. Малфой не выдержал и расхохотался во весь голос.

Кажется, их ожидало немало отработок…