И теперь ты точно Мёртвый Бассейн (джен)

Питер не любил это дерево. Тёмное и вечно лысое, будто отполированное от листвы чьими-то когтями, оно вызывало ненужные ассоциации. Особенно, когда на часах била полночь, вокруг стояла темнота, а на улице гулял невозмутимый тонкий ветерок.

Питер часто просыпался по ночам — то кошмары не давали сну стать по-настоящему глубоким, то организм требовал к себе внимания. Очень сложно быть супергероем и не получить в ответ какое-нибудь нервное истощение. Так вот, ночью Питер часто бодрствовал — и его не устраивало всякий раз вздрагивать, когда тёмные ветки, словно чьи-то руки, двигались под порывами ветерка. В полутёмной комнате тени становились какими-то слишком тревожными, и всё это не добавляло Питеру радости.

Поэтому Питер не любил это дерево. И в последнее время всё сильнее и сильнее.

* * *

Зуб неприятно ныл, мешая заснуть. Питер уже раздербанил всю кровать, выпил воды с таблеткой анальгина, но это ему не помогло.

«Вот и приспичило же тебя ночью болеть!» — злобно думал Паркер, раздражаясь на зуб и на весь мир в целом. Первая зубная клиника открывалась только после восьми утра, а это значило, что ночь обещала быть до-о-олгой…

Ветер тоскливо завыл на улице, будто сочувствуя его горю. Питер кинул быстрый взгляд на окно и привычно вздрогнул, увидев темнеющий на фоне безоблачного неба силуэт дерева.

«Тьфу!» — разозлился он на самого себя. Впрочем, злость не успела продлиться долго.

Что-то было не как обычно.

«И давно дерево… движется?» — Питер, забыв на время даже про зубную боль, привстал на локтях, настороженно наблюдая за силуэтом. Нет, ветки шевелились от ветра, как обычно, но среди них были какие-то странные движения, которых у дерева Питер раньше не замечал.

Он встал с кровати и, крадучись, подошёл к окну. Так и есть — на крыше, прямо на краю ската, медленно ходил человек. По крайней мере, эта тень была очень похожа на человеческую.

«Вор?» — Питер осторожно приоткрыл окно, готовый, если понадобится, стрелять в незнакомца паутиной. Но тот, похоже, его не заметил. По крайней мере, он не бросился в сторону отворённой рамы, даже не посмотрел в её сторону. Сопя и тихо матерясь сквозь зубы, он пытался затащить на крышу что-то, по габаритам явно не предназначенное для залезания куда-либо.

Питер быстро нырнул в костюм и тихонько вылез на крышу. Зуб оказался окончательно забыт. Да и до зуба ли сейчас, когда дом собирались грабить! Изготовившись стрелять при первой же необходимости, он принялся приближаться к незнакомцу.

— Едрить тебя через коня три раза! — смачно припечатал тот, заставив Питера вздрогнуть от неожиданности.

Черепица под ногами опасно треснула, и незнакомец, мгновенно замолчав, начал оборачиваться.

А за следующее мгновение, растянувшееся, казалось, на века, произошло много чего. Ветер зашелестел особенно сильно, и на головы людей посыпались мелкие сухие ветки, не дожившие до зимы. Незнакомец обернулся и сощурился, пытаясь понять, что заставило черепицу затрещать. Питер рванул вперёд и с воплем «This is SPARTA!» сшиб его с крыши. И полетел следом, так как незнакомец его героический порыв не оценил и успел схватить за отворот рубашки.

К счастью, лететь пришлось недолго: всё-таки спальня Питера находилась на втором этаже. А прямо под крышей, во внутреннем дворике, расположился бассейн, в который они со всей дури и влетели.

— Пиздец, сука, блядь, — печально возвестил незнакомец, когда они вдвоём, мокрые, словно попавшие под дождь собаки, выползли на газон.

Питер выплюнул попавшую в рот воду. И тотчас, не давая времени на раздумья, сшиб незнакомца обратно в бассейн.

— Эй, пацан, прекрати! Пожалей мои бедные яйки, я же ещё не «опапился» даже! — возмутился тот, пытаясь дотянуться до бортика.

Питер на автомате выпустил в него самую липкую паутину из имеющихся, накрепко скрепляя руку незнакомца с бортиком. И лишь потом его мозг начал медленно включаться.

— Что?!

— О, просвет! — обрадовался незнакомец. — Земля, Земля, вызывает Марс! Как слышно, приём! Выпусти из бассейна, доктор Зло, я уже мылся в этом году!

Питер прищурился. Голос, в котором издёвка и серьёзность образовали симбиотическую связь, был ему знаком.

— Уэйд? — неуверенно уточнил он.

Судя по тому, как резко замолчал незнакомец, попал он в самую сердцевину яблочка.

— Что? Неужто это мой любимый паукообразный дружочек? — Уэйд, в более широких кругах известный под прозвищем Дэдпул, тотчас преобразился. Если быть более точным — вообще отбросил какую-либо серьёзность. — В-вау, ух ты! — он тихо, хрипло засмеялся. — Снова Железная Консервная Банка на дежурство записал? И кого же ты ищешь тут, в Куинсе? М-м? Злобных маленьких эльфов?

— Заткнись, Уэйд! — вспылил Питер. Теперь, когда он был точно уверен в том, кого поймал, адреналин немного схлынул. И вернулась зубная боль, противная, как и прилипшая к телу мокрая рубашка. — Сам-то что тут делаешь? — угрюмо поинтересовался он, отплёвываясь: вода в бассейне была далеко не свежая. — Только не говори, что тоже эльфов ищешь!

— Фу-фу-фу, как ты мог подумать о таком?! — звонко возопил Уэйд в полутьме и, судя по коротким всплескам, попытался картинно упасть на спину. Но паутина держала крепко, поэтому всё, что он смог — это пленённо плюхнуть водой, будто рыба хвостом. — Я что, на хоббита похож?

— К сожалению, нет.

— У-у, ну и вкусы у тебя, паучище! — Уэйд вздохнул: кажется, его юмор здесь не ценили. — Уверяю тебя, я здесь по совершенно доброй, благой и гуманной цели, какую только может выдумать красавчик вроде меня.

— Да ну?

— Ну да, а ты, — он ткнул Питера в живот запелёнутым в спандекс пальцем, — мрачный немного, очень сильно, мой Соус Тардар. Что такое, кто-то проспойлерил «Игру престолов»?

— Заткнись.

— О, я угадал?.. Да брось, паучок, никакой сериал не стоит таких страданий! Ну хочешь, я сделаю с этим нехорошим то же, что и кхал Дрого с этим надменным опарышем… как там его… А! Таргрином вроде. А? Я свободен, буду, скоро.

— Нет! — поспешно выкрикнул Питер. Ещё не хватало, чтобы этот безумный маньяк начал убивать людей направо и налево. Какого хрена его вообще потащило в Куинс?!

— Говорю же, это самое нелепое и героическое деяние, пришедшее в мою светлую голову, — напомнил Уэйд — видимо, Питер забылся и последнее предложение произнёс вслух. — Слыхал о Питере Паркере? Ну, парне-фотографе из Daily Bugle?

Питер замер. С чего бы Уэйду…

— Почему ты спрашиваешь? — ответил он, пожалуй, слишком поспешно, но лучше так, чем совсем промолчать.

— Тю! Так он же на тебя охотится!

— Что?!

Уэйд вздохнул и произнёс предельно медленно:

— Малыш Питер считает, что прославится, если добудет твои фотки. Ну, или тебя, так даже лучше. Вот я и решил сделать Питти восхитительный подарок. Подсластить его стылые денёчки, так сказать.

— Убить его, что ли?

— Боже, паукообразный, это я должен постоянно думать об убийствах, а не ты! Или патруль так беспросветно ужасен?

— Ну уж извини, какая репутация — такие и ожидания! Что ещё может означать «подарок» из твоих уст?

Уэйд взоржал.

— Паучок учится недоверию, — произнёс он с каким-то неуместным восторженным придыханием. — Мужает, взращивает цинизм… О нет, насекомое, оставайся маленькой Спаркл!

— Пауки — не насекомые.

— Да пофиг, я ж не на экзамене.

— Уэйд! Тема!

— А, ну да. Нет, убивать маленького несчастненького Питти я не собираюсь — без его фотографий с твоим участием мои тоскливые ночи будут ещё тоскливее, хе-хе.

— Фу!

— Не фукай, я же знаю, что ты тоже на меня теребонькаешь. — Уэйд прищурился, словно пытался разглядеть выражение лица Питера прямо сквозь маску, но без толку — вокруг было темно, как в погребе. Приходилось полагаться на слух и прикосновения. — Я хочу, чтобы Питти делал больше фото, но этого не случится, если папенька-босс вышибет его из корпорации. А значит что? Значит, надо сделать, чтобы его не вышибли. Смекаешь?

— О нет… — выдохнул Питер и, позабыв об Уэйде, бросился на крышу, к мешку, втайне надеясь, что внутри него не то, о чём он подумал.

Мешок лежал там, где остался, когда Питер сбил Дэдпула вниз — на краю ската, заботливо поддерживаемый одной из веток жуткого лысого дерева. Питер резко схватил его и тряхнул, пытаясь заглянуть в тёмные глубины.

— О нет, паучок, тебя разве не учили не совать мандибулики в чужие подарки? — Уэйд внезапно появился за спиной, отряхивая руку от налипшей на спандекс паутины. — Чего это ты так вструхнул? — Он заглянул за плечо Питера и прищёлкнул языком. — Не, это не так делается, любопытный мой. Нужен свет.

— Знаю! — Питер дёрнул плечом, спихивая прислонившийся на него чужой подбородок. По ощущениям, в мешке было что-то крайне лёгкое. И всё равно душу Питера грызли подозрения. — Что там? — тихо поинтересовался он.

— Тебе то какое дело, дорогуша? — Питер, нахмурившись, ткнул локтем назад. Судя по резкому шипению, куда-то он всё-таки попал. — Ну ладно, ладно. Ты только не дерись! Серьёзный такой стал, эти ряженые героические клоуны на тебя плохо влияют…

— УЭЙД!

— Да всё, всё, хорош пихаться. Костюм там.

— Костюм?!

— А что? Питти с тобой одного роста, я немного проследил за ним, пока он своему боссу отсчитывался. Наденет его — и может фотографировать «Спайди», пока фото в цене не упадут. Зная его босса, это произойдёт, хе-хе, вчера.

— Уф, — Питер не был уверен, что Уэйд не шутит, но всё-равно почему-то расслабился. Да уж, подарок так подарок. Ну и как теперь сообщить Уэйду, что он не особо-то и необходим?

Уэйд почувствовал его сомнения. Будто акула, он поразительно точно ощущал это.

— Что не так, мой шестилапый друг? — спросил он, и Питер дёрнулся, когда сильные руки обхватили его поперёк живота. — Кажется, ты выглядишь не таким весёлым, каким должен быть, узнав о том, что я совершил светлый поступок.

— Уэйд, — решившись, тихо произнёс Питер, — у меня есть секрет.

— У-у, правда? У меня тоже. По правде говоря, у меня много секретов. А уж сколько скелетов — шкаф не закрывается! Видимо, оттого не могу совершить выход из него. Ведь чтобы выйти из шкафа, надо в него зайти, а это, хех, невозможно. Но, — он резко посерьёзнел и потёрся носом о взлохмаченный затылок Питера, — на то мы и люди, паучок. Секреты и из самого правильного тихони делают живого и неоднозначного человека. А правильным быть тухло. Ты вон посмотри на своего Капитана Я-Одет-В-Американский-Флаг — какой же он старый пер…

— Уэйд!

—… перспективный мужик я хотел сказать. Да, именно так и хотел.

Питер вздохнул. Поговорить с Уэйдом? Да ещё и серьёзно? Это что-то из области фантастики.

— Так что у тебя за секрет? — внезапно вспомнил Уэйд. Так внезапно, что Питер аж вздрогнул.

— Очень важный. Ты должен пообещать, что никому о нём не расскажешь, — пояснил он и уточнил на всякий случай — всё-таки он говорил не абы с кем, а с Дэдпулом, у которого рот никогда не закрывался: — Вообще никому. Никогда.

— Ты что, считаешь, что я не умею хранить секреты? — тотчас возмутился Уэйд. — Я не балаболка какая-то, мистер паук!

— Х-хорошо. — Питер всё ещё не был уверен в том, что собирался сделать, но, с другой стороны, его тайну уже знали Мстители и некоторые Иксы. Да и Уэйд рано или поздно узнает, проследив за якобы «Питером-фотографом» в каком-нибудь переулке. Лучше уж открыться самому, чтобы иметь рычаг давления на болтливого Дэдпула.

Осторожно добравшись до окна, он перелез в комнату. Уэйд за его спиной хмыкнул и, прихватив мешок, последовал за ним.

— Проникновение со взломом. От трёх до пяти лет, если ты ничего не украл и никого не трахнул, — заметил он слегка ехидно, с любопытством — и как только эмоции так ярко выделялись через маску? — осматриваясь.

Питер щёлкнул ночник и повернулся. И вздрогнул, чуть ли не уткнувшись носом в чужую грудь.

— УЭЙД!

— Что? — Дэдпул отступил на шаг и чуть склонил голову набок.

— Не так близко, — Питер вздохнул, борясь с нервозностью, и стянул маску с лица.

Наступила пауза. Уэйд не двигался, глядя на Питера, и последний почувствовал лёгкую тень раздражения от того, что не мог увидеть взгляд Уэйда в этот момент.

— Хм. Походу, мой подарок не актуален, — наконец задумчиво протянул Уэйд. Впервые он не пытался выдавить из себя какую-либо шутку, и Питер даже удивился, узнав, что серьёзный, настоящий, голос Дэдпула был таким бархатным и низким.

— Надеюсь, это останется между нами? — скептично оценив собственные слова, уточнил Питер, обхватив себя руками.

Уэйд промолчал. Потом, словно тоже на что-то решившись, схватился за застёжку собственной маски.

— Надеюсь, что да, насекомыш.

Они стояли друг напротив друга и молчали. Да уж, Питер совсем не ожидал такого расклада. Признаться честно, он не то чтобы вовсе ждал, что будет откровенничать. Да ещё и с кем, с наёмным убийцей и психопатом! Дэдпул пытливо осмотрел его, убедился, что его внешность Питера не то чтобы смутила… и вновь стал собой. Уголки его губ растянулись и он издал довольный хихикающий звук.

— Походу, теперь я действительно Мёртвый Бассейн, — промурлыкал он и отбросил мешок с костюмом куда-то вглубь комнаты.