↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Заказчик был нескзанно счастлив. Обнимал и гладил уродливую статуэтку как нечто совершенно прекрасное и невероятно хрупкое, глупо ухмылялся и едва слышно что-то нашёптывал, шевеля потрескавшимися губами. Так благоговеть можно разве что над мешком бриллиантов, но Фран, таскавший этого нечастного деревянного гнома всё утро, сомневался в весе. Может, героин? Но за него нынче много не выручить: на чёрном рынке среди наркотиков слишком много интригующих новичков.
Фран слишком устал, чтобы гадать. Левое бедро неприятно ныло, а штанина пропиталась кровью аж до колена прежде, чем эту самую кровь удалось остановить, но он всё равно ухитрялся не только твёрдо держаться на ногах, но и даже не прихрамывать. Семпай стоял рядом, тоже изрядно потрёпанный, с неестественно прямой спиной, безнадёжным шухером в волосах и тоннами чужой крови на куртке.
Что бы ни было внутри этой гномьей статуэтки, обошлось оно Варии несколько дороже, чем предполагалось.
— Любопытства ради, — не удержался Фран, поправляя сползающую на лоб шапку, — что в ней?
За заказчиком так пристально наблюдали, что простая доставка статуэтки из пункта А в пункт Б превратилась в целое кровавое приключение с погоней по многолюдным улицам Палермо, прятками в грязных переулках, в которые семпай запихивался только с применением грубой силы, и чрезмерными энергозатратами там, где им не следовало быть.
Они имели право на ответ, правда?
— Ооо, это… — с придыханием начал заказчик, и Бельфегора рядом отчётливо передёрнуло от омерзения. — Это чрезвычайно редкая вещица для моей коллекции! Вторую такую во всей Италии не сыскать!
Вещица. Для коллекции. Фран пристально посмотрел на гнома, искренне пытаясь найти в нём хотя бы крошечную деталь, которой можно было бы восхищаться, но потерпел поражение в первом же раунде. Итак, они так вымотались ради вещицы для коллекции.
Фран скосил взгляд влево. Уголок губ семпая подозрительно дрогнул.
А заказчик, пожелавший остаться неназванным ещё во время заключения сделки и теперь мешавший Франу придумать ему мало-мальски достойное оскорбление, тем временем аккуратно надавил на гномий пояс на статуэтке. Что-то глухо щёлкнуло, и он, сняв верхнюю половину фигурки, бережно отставил её в сторону.
Семпай хрипло засмеялся, накрывая ладонью лицо. Фран прищурился, рассматривая открывшееся их взглядам содержимое столь ценного груза, и понял, что всей его безграничной фантазии просто не хватит, чтобы описать сие зрелище словами.
Впрочем, иногда семпай оказывался на удивление красноречивым.
— Гномья матрёшка, — выдавил он сквозь смех, и плечи его затряслись сильнее. — Это чёртова гномья матрёшка!
— Спокойствие, семпай, — посоветовал Фран, похлопывая его по плечу.
Губы Бельфегора под его тонкими, испачканными в крови пальцами медленно расползлись в жутковатую улыбку. Фран прикинул кое-что в уме и руку на всякий случай убрал, машинально прикрывая ею оцарапанное пулей бедро. Коснулся пальцами влажной повязки, задумчиво перекатываясь с пятки на носок и обратно, после чего привстал на цыпочки, чтобы дотянуться до уха семпая.
— А вы знаете, семпай, — едва слышно зашептал он, придерживая шапку свободной рукой, — босс запретил косячить, потому что сделка уже оплачена.
Хорошо, что шапку держал: ладонь семпая надавила на неё очень внезапно, едва не усадив Франа на пол.
— Даже от тебя иногда есть толк, жаба, — хмыкнул Бельфегор. — Ты знаешь, что делать.
Фран ловко вывернулся из-под его руки, отворачиваясь.
— Разумеется, — бросил он за спину. — Только не увлекайтесь. Мы и так немного выбиваемся из графика.
— Покомандуй мне ещё тут, — раздалось из-за спины раздражённое шипение.
Не оборачиваясь, Фран неторопливо дошёл до двери, выскользнул за неё и, плотно прикрыв, прислонился к ней спиной. Из комнаты не доносилось ни звука, но в способностях семпая сомневаться не приходилось — шутка с грузом не удалась, а семпай очень ценил чувство собственного достоинства и своё время заодно, чтобы просто развернуться и уйти.
В конце-концов, всё ведь оплачено.
Стоять на стрёме Франу стало скучно уже минут через пять, но заглядывать за дверь с просьбой поторопиться он бы не стал даже под страхом смертной казни.
Решив подарить ноге небольшой долгожданный отдых, раз уж представилась возможность, Фран стянул с головы шапку и использовал её как пуфик, удобно вытягивая ноги перед собой. Кажется, он даже слегка задремал, и очнулся только когда его вместе с этим пуфиком внезапно подвинули в сторону, едва не спихнув на пол.
— И что вы сделали? — поинтересовался Фран, оглядывая семпая с высоты своего роста. Кровь, казалось, впиталась в каждую ниточку его формы, запуталась в растрёпанных волосах, осела на кончиках пальцев.
Бельфегор засмеялся — на сей раз удовлетворённо — и, подняв Франа за шкирку, нахлобучил злополучную шапку обратно ему на голову.
— Матрёшку, — загадочно ответил он. — Матрёшку для его коллекции.
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|