Успеть (гет)

Поженились они в августе, в барнаульском загсе. Лика не пожелала ехать в Карагаиху: одна мысль о пьяной деревенской свадьбе казалась ей отвратительной. Да и коллег с телевидения туда не пригласишь: разве согласятся они ходить по навозу в брендовых туфлях и пить водку с аборигенами?

Дыня с покорностью исполнил каждый Ликин каприз. После случая с коллегой из похоронного бюро Лика все еще считала его виноватым, и он всеми силами старался искупить свою надуманную вину. Поэтому на свадьбе с его стороны были лишь Светка, Макс да тетя Рая. Никаких армейских сослуживцев, никаких «четких пацанчиков» — друзей с района.

И все же Лика осталась недовольна.

Среди ее гостей Макс и Светка чувствовали себя неуютно. Однако тетя Рая… тетя Рая одним своим присутствием могла заменить целый деревенский балаган. С каждым мужчиной она флиртовала, у каждой женщины в красивом платье спрашивала, на каком рынке «вещичка» была куплена, а посреди церемонии достала из-под юбки фляжку с коньяком и, натолкнувшись на взгляд стоящего рядом Ликиного начальника, предложила выпить на брудершафт.

После, когда Лика, рыдая от злости, накинулась на нее, оказалось, что тетя гордится тем, как расшевелила этот «безжизненный светский раут».

— Вы будто и не хотите, чтобы мы поженились! — крикнула Лика. Тетя Рая, загадочно улыбаясь, сидела, по-мужицки закинув ногу на колено, и сосала из фляжки коньяк. Дыня с виноватым видом повел плечами, но Лика понимала, что поведение тети его смешит.

Светка и Макс ушли после церемонии — им нужно было вернуться к Ванюше, которого они оставили под присмотром тетьраиной подруги. Лика же отвела в сторону Дыню и потребовала, чтобы он выпроводил шумную родственницу с фуршета. Но он снова лишь повел плечами.

…Они вернулись домой в три часа ночи, разбитые и обессиленные, совсем не счастливые после свадьбы. Дыня тотчас провалился в сон, на всю квартиру раздался его богатырский храп, а Лика уткнулась в подушку и разрыдалась. Она плакала до тех пор, пока не уснула.

Ей приснился февраль в белой бескрайней долине. Они с Князевым ехали на машине по Чуйскому, и Лика глядела в окно, на заснеженные горы, на реку — голубую, точно сделанную из хрусталя… И правда — была такая поездка! Лика тогда училась на первом курсе, у нее даже остались фотки в инсте… А теперь это будто другая жизнь…

Любила ли Лика Князева? Пару лет назад точно сказала бы: да!..

Любит ли она Дыню? Полюбит ли их ребенка, если он у них родится? И зачем они поженились… они ведь так молоды! Неужели чтобы быть «как все»? Чтобы… «успеть»?

Как же Лика боится стать с возрастом такой, как тетя Рая — злой, хабалистой, несчастной. Растратив всю красоту, всю молодость, всю жизнь, завидовать тем, кто может еще обрести счастье. Выдавать свою обиду и злобу за мудрость.

Вот только… разве Дыня спасет ее от такой участи?

Лика уже не спала. Она лежала на боку и глядела в окно, где за серыми пятиэтажными панельками разгорался августовский рассвет. Ветер трепал густые кроны деревьев, росших у самого дома.

…А на медовый месяц они собирались в Милан. Когда-то Лике обещал это Князев. Но теперь она сама способна исполнить свои мечты.