↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Мерцающий шар аномалии вспыхнул над полом, и Сара Беккер, послав мужу воздушный поцелуй, шагнула в нее вслед за хеттом.
По ту сторону была пещера в предгорьях Эльбурса, а за ней — каспийский берег и рыбацкая деревушка, где никто не будет спрашивать, откуда пришли гости, зачем им лодка, и почему за посудину, не стоящую и сотни дариков, выкладывают триста и не торгуются… Здесь с пониманием относятся к коммерческим операциям, которые не одобрят ни шаханшах, ни ченгисхан, ни президент.
— У тебя есть какой-нибудь план, Шаррум? — Сара поправила конец газового шарфа, накинутого на голову и плечи, и прикрыла им лицо — ветер сносил выхлоп прямо на нее.
— Для начала — добраться до Багу. Там купим билеты на шестичасовой экспресс и к полудню будем в Батуше.
— А дальше?
Хетт замялся.
— Это зависит не от меня, — признал он, наконец, — я написал письмо одному человеку, когда был здесь в прошлый раз, и он должен был прислать ответ в Батуш. Но вот сделал ли он это и добрался ли ответ… Возможно, нам придется там задержаться, но, спасибо Королевскому монетному двору, с этим проблем не будет.
— Контрольный срок, несит, не забывай. У нас не так много времени.
— Да знаю я… Но вы же сами сказали, что наша проблема на юге и что нас туда не пустят. А она — местная, знает там все и ей можно доверять.
— «Она» — это Анастасия? — полюбопытствовала Сара.
— Анашташи, да, — хетт кивнул, едва заметно улыбнувшись, — она единственная, кому я могу здесь доверять.
Моторный баркас шел на северо-запад. Если все будет в порядке, к вечеру они будут в Багу, нефтяной столице Армении. Взглянув на часы, Беккер пришла к выводу, что на шестичасовой экспресс они вряд ли успеют. Если так получится, придется бездарно потратить почти сутки… Поморщившись от этой мысли, Сара сняла очки, растерла переносицу и принялась обдумывать, что полезного можно будет сделать за это время.
Сара никогда не бывала в Баку и потому не могла сказать — похож Багу на столицу Азербайджана или нет. Но он был пыльным, шумным и тесным, как и любой старый город Востока. А еще он был опасен… Второй по величине город Армении, в котором сходилась добрая половина всех путей с Востока на Запад, неизбежно привлекал внимание и криминала, и полиции. И, что особенно неприятно в их положении — полиции Конфедерации. Армения считалась независимой, но была столь тесно связана с северным соседом, что оставалось только зафиксировать это в союзном договоре… К счастью, в Армении не любили, когда им об этом напоминали — вылазок конфедератов можно было не опасаться. Поэтому они остановились в небольшом (и недешевом) отеле недалеко от вокзала, изображая богатую персиянку со слугой, которой захотелось острых ощущений. Это срабатывало почти всегда…
— Госпожа велит: газеты. Сейчас. Госпожа велит: ужин. Сейчас. Госпожа велит: завтрак в десять часов. Госпожа велит: не беспокоить, — на взгляд доктора Беккер, Шаррум отлично справлялся со своей ролью. На взгляд портье, очевидно — тоже, поскольку все требуемое было доставлено в номер без промедлений.
— Итак, что мы имеем? — Сара развернула газету.
Имелось много чего, но интересного для ее миссии не нашлось ничего. Нет, про хеттов и про аномалии писали много, но все это были общие слова и, по большей части, слова бранные.
— Ничего путного, — резюмировала женщина, отложив газеты, — Шаррум, завтра утром купишь билеты на поезд, а потом я хочу пройтись по музеям. И, кстати, у тебя отлично получается.
— Спасибо за похвалу, Шара. Вы тоже прекрасно играете свою роль.
— Хотя у меня никогда не было прислуги, а хетты слугами не бывают… Надеюсь, нам не придется корректировать планы на ходу?
— Диауш знает. Но пока, кажется, причин для этого нет. С вашего позволения, госпожа, я уйду к себе, — ответил хетт, вспоминая про свою роль.
— Конечно, — Сара кивнула, — уже поздно, а я бы не назвала наше путешествие легкой прогулкой.
Завтрак, действительно подали ровно в десять утра. Продолжая играть свою роль, Сара предоставила Шарруму вести все дела с прислугой. Забрав подносы и приказав доставить билеты на экспресс, Шаррум подошел к двери номера Сары и объявил на фарси:
— Госпожа, завтрак подан!
Впустив помощника и закрыв за ним дверь, Сара осведомилась:
— Как идут дела?
— Неплохо, по крайней мере, пока, — Шаррум принялся за свою порцию, — билеты принесут минут через двадцать, и после этого весь день в нашем распоряжении. Если вы не передумали пройтись по музеям, я прикажу портье вызвать такси.
— Не передумала. Во-первых, это было бы вполне логично для туриста, во-вторых, меня интересует история города.
— Хорошо. Значит, я потребую такси… Кстати, в газетах что-нибудь есть?
— Ничего, что могло бы повлиять на наши планы, — женщина развернула газету, — даже наоборот — на египетской границе затишье.
— Приятно слышать, что хоть где-то затишье, — проворчал хетт.
Спрятанная в кулоне камера сделала не меньше тысячи снимков, но их черед придет уже дома. А пока их ждал экспресс, забронированный по телефону номер и письмо, о котором Шаррум говорил очень неохотно. Сара, попытавшись пару раз вытянуть из него хоть какую-то информацию, махнула рукой и оставила все, как есть. За те почти полтора года, что парень проработал в ЦИА, даже Лестер убедился, что ему можно доверять. И она доверяла…
Издав пронзительный свист, паровоз тронулся, набирая скорость, и короткий — всего в пять вагонов — поезд-экспресс покинул Багу.
— Ну вот, — Сара Беккер сняла туфли и вытянула ноги, — полпути пройдено…
— Нам еще обратно тащиться, — буркнул хетт, — втроем.
— Втроем? — удивилась Сара.
— Я ее здесь не оставлю, — твердо ответил парень, — несмотря ни на какие инструкции. Диауш и сын его Исса, этот мир уже ни на что не годится! Пусть эти проклятые ледники дойдут до самого экватора — может, это остудит наших вояк… Думаешь, перемирие с кеметитами протянется дольше месяца?
— Поскольку я собираюсь вернуться домой гораздо раньше, мне это, в общем, безразлично, — ответила Сара, — хорошо. Если хочешь, можешь ее забрать с собой, но прежде нам нужно выяснить, что там творится.
— Я помню, — мрачно кивнул Шаррум, — но я все-таки это сделаю.
На этом разговор закончился. Шаррум задремал, а Сара смотрела в окно. Ей не доводилось бывать на Кавказе, и сравнить этим места со своим миром она не могла — но сомневалась, что отличий будет много… видимых, по крайней мере. Геология двух планет была идентичной, так что Кавказ оставался Кавказом… Впрочем, не совсем. Взгляд зацепился за струйку дыма, тянувшуюся над вершинами хребта.
— Ты не знаешь, что это за дым? — женщина легонько тряхнула дремлющего спутника.
— Где? А, это... Уршхох. Он уже лет двадцать так дымит. Только вот извергаться до сих пор не надумал…
— Ну, надеюсь и не надумает, — проворчала Сара, — по крайней мере, пока мы здесь. В конце концов, в моем мире он спит двадцать пять веков.
Дорога повернула, дымный шлейф над чужим Казбеком исчез из виду, и в купе снова воцарилось молчание.
За весь вечер они обменялись от силы десятком слов, а затем Шаррум и вовсе ушел в свое купе, а Сара продолжала смотреть в окно и жалеть, что использовать спутники в этом мире невозможно. Не то, чтобы спутник было нереально доставить в этот мир — как раз это было возможно, хотя и затратно — просто ему никто не дал бы проработать хоть сколь-нибудь долго. Несмотря на то, что местная космонавтика пребывала в зачаточном состоянии, сбивать спутники здесь научились и охотно этим умением пользовались…
За ночь экспресс проделал большую часть пути, и утром бодрая Сара Беккер и ее невыспавшийся «слуга» спустились на перрон в Батуше. Две минуты на пограничный контроль, еще минута на поиск такси — и они на территории Республики Нешет.
— Госпожа, — Шаррум распахнул дверь, — мы прибыли.
Справочник не соврал, этот отель был именно тем, что им требовалось — небольшой и дорогой, как и предыдущий. В таких не только не задают лишних вопросов, но и не позволяют их задавать другим.
Отдав распоряжения прислуге, Шаррум закрыл дверь номера и спросил:
— Мне идти на почту сейчас и лучше подождать, как вы думаете?
— А что, по-твоему, будет выглядеть более естественно?
— Говоря честно, не знаю. Оба варианта имеют свои преимущества…
— Сделаем так, — Сара выглянула в окно, — ты меня упросил, и я отпустила тебя заняться личными делами. Но не вздумай бродить слишком долго!
— Да, госпожа, — издевательски поклонился хетт.
Сара вздохнула. Роль богатой негодяйки из Ирана была наилучшим прикрытием, но иногда раздражала — особенно тогда, когда помощник принимался ломать комедию.
— Иди уже, Труффальдино, — махнула она рукой, — и действительно, не задерживайся. Мало ли что…
Письмо ждало его, и Шаррум немедленно разорвал конверт. Всего несколько строчек, коротко и по делу. И подпись — без звания… Она что, демобилизовалась? Ладно, это неважно. По крайней мере, пока, а там видно будет. Быстро написав ответ, хетт тут же отправил его, взглянул на часы и заторопился обратно. Послезавтра он получит ответ и, вполне вероятно, их задание будет выполнено. После этого останется только убедить Таши убраться из этого проклятого мира… И это. вероятно, будет самое сложное.
Все это выглядело вполне логичным, но содержало, как выяснилось, один изъян — не имело никакого отношения к действительности. Впрочем, выяснилось это отнюдь не сразу…
Весь остаток дня прошел в делах, соответствующих легенде: Сара разъезжала по городу, посещала музеи, театр (где с удовольствие присоединилась к общественному недовольству спектаклем, запустив в приму туфлей, а потом заставив Шаррума ее разыскивать среди заброшенного публикой на сцену мусора), обедала в лучшем ресторане города и терроризировала прислугу отеля. Иногда женщине даже казалась, что она переигрывает — но по меркам параллельного мира все это было довольно обыденным делом.
И, естественно, она внимательно слушала.
А говорили многое. В основном — о Египте, поскольку в перемири никто особенно не верил. Говорили и о Конфедерации — о том, что еще немного, и она подомнет Армению, а после этого возьмется и за Нешет. Говорили о том, что еще одна война была бы небесполезна для республики, но не с Конфедерацией же — по крайней мере, сходу. Говорили и о том, что лучше бы всерьез взяться за сферы за тех, кто за ними обитает — тут тебе и от войны спасение, и от ледника…
Так продолжалось до вечера. А утро началось с телефонного звонка.
Горничная робко постучала в дверь и на злобное рычание Сары ответила:
— Простите, госпожа! Вашего слугу просят подойти к телефону.
— Иди,- буркнула Сара, — и не вздумай трепаться долго, ты мне скоро понадобишься.
— Да, госпожа, — хетт выскользнул за дверь. Вернулся он спустя пару минут, и выглядел весьма озабоченным.
— Анашташи сумела сделать несколько снимков, но ее засекли и заставили убраться. Она не уверена, но опасается, что ее опознали. В любом случае, она уезжает к нам и будет сегодня ночью.
— Прекрасно. Значит, готовимся к отъезду и, если все пройдет гладко, завтра в шесть садимся на экспресс.
— Шара, вы позволите одно замечание?
— Гладко не получится?
-Именно.
— Ну… — протянула Сара, — мы и такой вариант учитывали. Так что справимся, тем более втроем.
— И все-таки жаль, что у нас нет генератора аномалий…
Конечно, невозможность создать достаточно компактный генератор аномалий раздражала, но времени на разговоры категорически не было. Требовалось подготовиться к немедленному отъезду, но при этом не допустить ни у кого даже тени подозрения. Требовалось по-прежнему вести себя так, словно ничего не случилось. А еще требовалось придумать какое-то оправдание для ночного отсутствия…
Впрочем, как раз с этим проблем не возникло — по случаю какого-то праздника в городе устраивался фейерверк и шествие с факелами. Конечно, пропустить такое ни один турист бы не смог. Как, впрочем, и шпион — возможности для тайных встреч это ночное шоу предоставляло просто великолепные.
Шаррум был отправлен к портье — сообщить, что госпожа намерена вернуться поздно ночью. Портье заявил, что ей придется взять с собой одного из охранников гостиницы или оставить документы. Сара, вошедшая в образ (да и во вкус тоже), закатила грандиозный скандал с угрозами уволить, разорить и сгноить на каторге сначала несчастному портье, а затем и хозяину. Последний мгновенно пришел к выводу, что человек, способный спустить только за утро пару тысяч сиклей, заслуживает особого отношения и полностью согласился с ее требованиями. На этом все приготовления окончились и началось ожидание — самая утомительная часть любой работы. Впрочем, ожидание оказалось далеко не столь скучным, как опасалась доктор Беккер — она обнаружила повышенное — и отнюдь не лестное внимание к собственной персоне. Кто-то упорно следил за ними с самого утра, следил очень тщательно и без очков дополненной реальности так и оставался бы невидимкой до последнего момента. Но очки (в которых Сара, по мнению мужа, выглядела порнозвездой) имелись, а стало быть, обнаружить «хвост» было делом несложным, а сам наблюдатель даже и не подозревал, что его раскрыли…
— Не нравится мне это, — проворчал хетт, сражаясь с глазным контролером, — с чего бы им к нам привязываться?
— Подозреваю, что из-за звонка, — ответила Сара,- ваши контрразведчики наверняка прослушивал ее телефон или следили за ней…
— Шара, я прошу вас, не называйте их «моими», — скривился Шаррум, — но вы, вероятно, правы. Что теперь делать будем?
— Пока будем делать вид, что ни о чем не подозреваем и вести себя по старому. А ночью… Ночью воспользуемся преимуществом более развитых технологий. Сможешь вести машину в очках ночного видения?
— Смогу, — парень пожал плечами, — ничего сложного, но стрелять, если что, придется только вам. Очков для Анашташи у нас нет, и не знаю, не разучилась ли она стрелять на слух.
Так или иначе, до ночи со слежкой сделать было ничего нельзя — разве что измотать наблюдателя, в свое удовольствие разъезжая по городу, что, к тому же, было не худшим способом убить время…
Солнце клонилось к горизонту, и улицы тали заполнятся народом — праздными зеваками, крикливыми торговцами с лотками, полицейскими, без особого рвения поддерживавшими видимость порядка… Раствориться в этой суматохе — пара пустяков, но, к сожалению, точно так же могла затеряться и Анашташи — а вот это уже было бы совсем ни к чему. Впрочем, Шаррум клялся, что узнает ее в любой толпе. Тем не менее, Сара сочла разумным отправиться к началу Южного шоссе — как раз туда, где машина гостьи должна была въехать в город, объявив что, дескать оттуда будет лучше видно фейерверк.
— Хотя бы скажи, на какой машине она ездит — сердито потребовала Сара, — я хотя бы буду знать, на что не обращать внимания.
— Списанный армейский джип, номер — три двойки, — Шаррум оглядел окрестности, — госпожа, ваш бинокль в полном порядке.
— Дай сюда, — женщина отобрала у помощника бинокль, подняла к глазам и принялась изучать окрестности. Бинокль действительно был в полном порядке, но поблагодарить хетта, пока любители поглазеть не отойдут подальше, она не могла. Впрочем, это было и не слишком важно — все благодарности можно оставить до дома.
— Она появится не раньше, чем через два часа, — вздохнул парень, — пока еще рано высматривать…
— Лучше подумай, как мы будем убираться отсюда.
— Ну, это не проблема, — Шаррум махнул рукой, — правда, ее машина не подойдет, придется искать новую…
— Ты хотел сказать — угнать? — поинтересовалась Беккер.
— Шара, давайте не будем заострять на этом внимание, — поморщился хетт, — я не поклонник таких вещей, но выбора не вижу.
— Не знаю, что ты видишь, а я вот вижу джип, — Сара до боли в глазах вглядывалась с сгущающиеся сумерки, — но номер не разберу.
— Это она, — прищурился Шаррум, — наверняка. Ее манеру водить трудно не узнать…
Сара снова подняла бинокль.
— Не вижу ничего необычного, — признала она через десяток секунд.
Впрочем, это уже не имело значения — джип остановился. Водитель — хмурая, дочерна загорелая девушка с неровной короткой стрижкой — выключила двигатель, повернула голову и осведомилась:
— Во-первых, Шаррум, когда я в последний раз напоминала тебе, что ты идиот? И во-вторых, что это за звезда взрослого кино и зачем ты ее притащил сюда?
Картинку, показываемую очками, мог видеть только их хозяин. Но Шаррум отчетливо представил алые кольца прицельной марки и поспешил с ответом:
— Вообще-то, это мой наниматель, и я очень прошу тебя — будь с ней повежливей… И я очень рад тебя видеть.
— Взаимно, — девушка выбралась из джипа и обняла Шаррума, — считалось, что ты погиб… И до сих пор считается…Проклятье, лучше бы я осталась там!
— Тебя списали?
— Да! Диауш и сын его Исса, меня просто выкинули — я, видите ли, «спровоцировала провал операции»! Я прикрывала их поганые задницы — и я же оказалась виновата.
— Ты выяснила, что это за стройка? — перебила ее Сара
— Все, что я выяснила, умещается на дюжине кадров пленки, — сердито ответила Анашташи, — и я не имею представления, что это.
— Неважно, — Сара махнула рукой, — пленка у тебя?
— Да.
— Тогда забирай самое необходимое — и убираемся отсюда. За тобой следили?
— Боюсь, что да. Я, конечно, оторвалась, но машину мою совершенно определенно запомнили.
— Значит, бросай, — Шаррум забросил на плечо вещмешок подруги, — достану новую. И кстати, Шара, не пора ли нам избавиться от персидского платья?
Сара кивнула, потеребив в задумчивости застежку:
— Пора. Но, я надеюсь, не прямо здесь? Хотя… Мне кажется, вон тот сарай вполне подойдет. Даже если нас будут искать с собаками…
— Ну, на этот случай у меня кое-что есть, — хеттеянка хлопнула по карману, — правда, тратить жалко, но не думаю, что у нас есть варианты.
Пара минут — и пришельцы переоделись в абсолютно ничем не примечательную одежду — вроде бы и деловую, но не совсем — ни дать, ни взять, отдыхающие клерки. Анашташи — в армейских штанах и ботинках и куртке неведомого происхождения — в общем, тоже не выходила из образа. Клерки и демобилизовавшаяся родственница — вот и все, что увидел бы любой. Вернее, любой, у кого не было описания гостей…
Машина нашлась спустя всего пару минут. В родном мире Сары подобная машина именовалась минивэном, а ее местное название филолога не интересовало. Неосторожный владелец забыл поднять стекло, и это определило выбор. Без труда открыв дверь, девушка принялась ковыряться в замке и вскоре шепнула:
— Готово. Поехали.
Автомобиль стронулся с места и свернул в переулок.
— Ты знаешь город? — осведомилась Сара.
— Не особенно, но достаточно для наших целей. Сейчас я предлагаю выбраться на северную окраину — там проще избавиться от машины. Потом пройдем несколько кварталов пешком — в толпе никто не заметит — и угоним новую машину. А потом по окружной дороге на магистраль — и в Армению.
— Сойдет для начала, — кивнула Сара, поправляя очки, — правда, если я не ошибаюсь, договор об экстрадиции у вашего правительства с Арменией есть.
— Это не наше правительство, фарси, — раздраженно бросила Анашташи.
— Да плевать, чье оно, — Сара неожиданно разозлилась, — а до вас, кажется, не доходит, что, если кто-то заподозрит, кто я такая, на нас начнет охоту вся планета.
— Да, собственно, кто ты такая?
— Во-первых, фамильярности я тебе не позволяла. Во-вторых — я была на пляже. Том самом…
— Вот как? Не могу сказать, что рада знакомству, чужая.
— Твой приятель вполне доволен, хотя ты его и бросила там.
Это было нечестно. Это был удар ниже пояса, но Саре было глубоко наплевать на это. И это сработало.
Анашташи мгновенно потеряла весь запал. Довольно долго она молча сидела, ссутулившись, а затем спросила:
— Он никогда не рассказывал о подробностях той стычки?
— Мне — нет.
— Когда нам отдали приказ уходить, я попыталась возмутиться — мы ведь оставляли убитых… А Шаррум, наплевав на субординацию, заехал мне в челюсть и выкинул в сферу. И только поэтому я осталась жива — вы так покромсали отступающих, что половина, если не больше, умерли… Ладно, не будем. Вы-то были в своем праве… Кстати, Шаррум, я так и не сказала тебе «спасибо» за тот удар.
— Не за что, — буркнул хетт,- кстати, вон там подходящая машина. Пересаживаемся.
Спустя ровно три минуты — Сара засекла время — бывший армейский джип, зачем-то выкрашенный в ядовито-оранжевый цвет сменил хозяина. Правда, предыдущий хозяин об этом даже не догадывался, слишком увлеченный фейерверком и бесплатным алкоголем…
— Повезло, — Шаррум постучал пальцем по указателю топлива, — на половину Армении хватит, а там видно будет.
— Боюсь, к тому времени за нами будет гнаться половина Армении. И не забывай, что нам еще придется петлять… Кстати, мне кажется, или тот тип сидит у нас на хвосте?
Низкоуровневая камера заняла свое место, и Сара почти сразу обнаружила подозрительную машину за спиной.
— Это, — заметил Шаррум, сворачивая в какой-то переулок, — вполне возможно. Но вроде бы нет.
Сделав еще пару поворотов, машина снова развернулась на восток, к началу Кавказской Дороги. Путь домой… Или к катастрофе.
Пересечь армянскую границу оказалось на удивление легко. Эта легкость не понравилась ни Саре, ни Шарруму, который предложил бросить машину, дойти до ближайшего городка — благо, недалеко — и проехать на автобусе до города покрупнее, а там разжиться новой, армянской машиной. Сара поддержала план, Анашташи же заявила, что ей все надоело.
— А вот теперь за нами точно следят, — перебила ее Сара оглянувшись.
Шаррум отреагировал мгновенно. Резко выкрутив руль, он развернул машину на сто восемьдесят градусов и помчался назад. За окном мелькнул новенький армейский джип, вслед раздалось несколько выстрелов.
— Да, это явно по наши души, — Анашташи вновь приобрела интерес к происходящему. Покопавшись в рюкзаке, она извлекла пистолет и открыла огонь по преследователям.
Еще один головокружительный вираж, машина преследователей идет юзом — и хетт снова вжимает педаль газа в пол.
— Ну вот, план провалился, — заметил он, — что дальше?
— Меняем машину и едем дальше, — пожала плечами Беккер, — или у вас есть другие предложения?
Предложений не было, и вскоре команда угнала очередную машину, которую владелец неосторожно оставил на ночь под навесом во дворе.
— Чего я не понимаю, так это почему ее не угнали раньше? — проворчала Сара, чьи очки позволяли не включать фары.
— Сложно продать и дорого содержать, — Анашташи, судя о звукам, искала что-то в рюкзаке, — если только не угнать куда-нибудь на край света. Правда, и там вряд ли много желающих… Если уж машину угнали, ее ищут без особого усердия, но к нам это не относится. Нас будут ловить до конца… Диауш, что же я отщелкала?!
— Вернемся — выясним, — бросила Сара, не оглядываясь, — Шаррум, если она опять начнет трепаться — заткни ее, только молча. Не мешайте мне вести.
Вглядываясь в зеленоватое изображение, видимое только ей, доктор Беккер, некогда — египтолог из Британского музея, а ныне — шпион, сосредоточилась на дороге, очень надеясь, что сладкая парочка на заднем сиденье притихла надолго и мешать не будет. Пока что их не преследовали, но как долго это продлится?
Продолжалось это до утра, когда Сара поняла: еще немного — и она заснет прямо за рулем. Затормозив и разбудив пристроившуюся на заднем сиденье парочку, она сообщила:
— Шаррум, твоя очередь вести. Я уже не в состоянии…
— Хорошо, — хетт перебрался за руль, его подружка тоже перебралась вперед, оставив все заднее сиденье в полном распоряжении ученой, чем она и не замедлила воспользоваться. Конечно, вытянуться в полный рост на нем Сара не могла — но ей сейчас это было абсолютно не важно. Лишь бы лечь, а как — дело десятое. И поэтому, едва устроившись на сиденье, она заснула.
Правда, долго спать ей не удалось. Прошло часа полтора — и резкий маневр едва не сбросил Сару на пол.
— Какого черта! — рявкнула она, добавив пару слов на фарси.
— За нами гонятся, — сообщил Шаррум, загоняя в пистолет магазин, — похоже, рутены.
— Что здесь потеряли русские?
— Не забывайте, они в Армении как у себя дома, — Анашташи снова свернула на какую-то проселочную дорогу, — и хорошо еще, что им не пришло в голову поднять пару вертолетов.
— Пока, по крайней мере, — Беккер поправила очки, — и я сомневаюсь, что им это и не придет в голову. Много у нас топлива?
— До границы не хватит, а заправиться негде., — хеттеянка скривилась, — похоже, опять придется машину угонять.
— Угоним… Послушай, Таши, что там такого, что за нам гонятся всей толпой? Может, хотя бы расскажешь, что ты видела?
— Там нехилая электростанция — такой хватило бы на приличный город. Несколько бараков с холодильными установками и площадка с огромным количеством каких-то антенн. Причем их все ставят и ставят…
— Похоже, там намерены всерьез заняться аномалиями, — мрачно заметила Сара, щелчком пальца по очкам активируя прицел, — и, если у них есть хоть малейшее подозрение относительно меня — они сделают все, чтобы от нас отделаться… Ага, вот они.
Кольца прицела стали зелеными, и Сара нажала на спуск. «Глок», конечно, не «Кольт» сорок пятого калибра, но и он сработал вполне удовлетворительно. Водитель в преследовавшей машине откинулся назад, выпустив руль, сама машина пошла юзом, выбросив открывшего дверцу стрелка, и исчезла за поворотом.
— Один есть, — женщина выключила прицел, — осталось еще девятьсот девяносто девять.
— Надеюсь, что все-таки поменьше, — бросила Анашташи.
— Сколько ни есть — все наши, буркнула в ответ Сара, подняв к глазам бинокль, — пока чисто, но не думаю, что это надолго. Кстати, вон какой-то городок, можно попробовать разжиться там если не машиной, то хоть бензином.
Взглянув в указанном направлении, Шаррум повернул руль и заметил:
— Будь этот городишко побольше, я бы рискнул продать машину и купить новую. Но здесь…
— А почему бы и нет? — Беккер хмыкнула, — угонять — да. Не стоит. А вот обменять… Это как раз неплохая идея, тем более, что люди, которым есть что скрывать, такого точно делать не станут.
Идея была хорошей, но, как выяснилось, невыполнимой — городишко оказался слишком мал для подобной сделки. А проще говоря, автомобиль там оказался никому не нужен. Продавать свой тоже никто не захотел, угонять было рискованно — пришлось компании ограничиться только залитым под завязку баком.
— До границы должно хватить, — Шаррум замкнул провода, заставив двигатель злобно рыкнуть, запускаясь, — но лучше бы добыть новую — эта примелькалась. Диауш, скорее бы уж домой…
— Домой? — поразилась Анашташи, — вообще-то, ты и так дома.
— Нет. С того момента, как нам приказали бросить убитых и раненых — это не мой дом. И не твой — пора бы уже тебе это признать.
— Наверно, ты прав, — со вздохом признала девушка, — тем более, что я уже впуталась в ваши дела по самое не могу. Обратного пути нет…
В машине повисло мрачное молчание. Наконец, когда дольше молчать стало невозможно, Сара заметила какие-то крыши в стороне от дороги и потянулась за картой. Отлично…
— Шаррум, поворачивая налево. Посмотрим, что можно найти в деревне — думаю, у кого-нибудь там найдется подходящая машина. Если найдется, то… Шаррум, что ты там говорил про неразмеченную границу?
— Есть несколько мест, где граница никак не размечена — в основном потому, что это никому не нужно — там и так пролезть почти нереально. Но все-таки, это возможно, и контрабандисты там лазают. Пограничники их не замечают — тем им регулярно отстегивают за это, вот и… — он пожал плечами, — короче, если что — сойдем за контрабандистов, а за границу эти ребята уже не полезут — персы их на куски порвут.
— А нас? — встряла Анашташи, — мы-то тоже нешет.
— Да, но мы же как бы беженцы. Нас они не тронут, а может, и денег подкинут на обзаведение. Так что… — он пожал плечами, — сейчас нам нужен потрепанный пикап. Вон как тот, например, — они проехали мимо старого грузовичка, стоявшего на обочине, пока хозяин что-то искал в кузове.
Кусты, подходящие для того, чтобы спрятать машину, наконец, нашлись, и Сара отправилась на разведку. Долго искать не пришлось — списанный армейский джип обнаружился у одного из ближайших домов. Проследив, как его хозяин поднимается на крыльцо и дождавшись хлопка закрывшейся двери, Сара пробралась назад — и вскоре вся троица с самым деловым видом появилась на дороге.
— Вот идиот, даже ключи оставил, — присвистнул Шаррум, заглядывая в кабину, — ну, поехали.
Джип стронулся с места. На сей раз угон не вызвал у Сары даже мимолетного сожаления — идиот, бросивший машину с ключами, вполне этого заслуживал…
— Три часа — и мы у границы, — бросил через плечо хетт, — если, конечно, все будет тихо.
Эта надежда — как, впрочем, и большинство других, — не оправдалась.
— Вертолет, — хмуро сообщила Сара, опустив бинокль, — похоже, по наши души. И, чтоб у вас не было иллюзий, сбить я его не смогу.
— Делать нечего, — Шаррум утопил педаль в пол, — будем прорываться.
Ускорение едва не сбросило доктора Беккер с сиденья — пришлось хвататься за борт.
— Черт, хочу пулемет в кузове, — мечтательно протянула Анашташи, — уж тут бы я им показала…
— Может, сразу «Дэви Крокет»? — ядовито поинтересовалась Сара, — а что, мечтать — так уж по-крупному…
Вертолет, тем временем, исчез за горизонтом, а затем снова появился. И двигался уже прямо к ним.
— Так… Какая у нас максимальная скорость?
— Километров сто двадцать в час. У вертушки все одно двести — я на такой летала пару раз. И до границы еще пилить и пилить…
— Сколько?
— Два часа. Они нас раньше достанут, как ни крути.
— Кстати, — Сара поправила очки, вытащила из кармана вычислитель и вставила в прибор запасную батарею, — а как мы можем крутить?
Шаррум задумался.
— Если только свернуть с дороги, — наконец, предложил он, — но от этого будет немного пользы. Только скорость потеряем. Можем, конечно, вилять, только, по-моему, это будет мучительным оттягиванием конца.
— Глядишь, до самой границы и оттянем, — Сара прищурилась, а затем взялась за очки, — мне кажется, или он сбросил скорость?
— С чего бы? — хетт только крепче вцепился в руль, — до границы у него полно времени, пришить нас он сможет через пару минут, а при небольшом везении — уже сейчас, и чего он там ждет — ума не приложу.
— Чего бы не ждал, главное, что не нас, — подытожила Анашташи, — если только он нас не в засаду гонит…
— Засада? В двух шагах от границы? Наши бывшие соотечественники, может, и идиоты, но не настолько же.
— А может, мы им нужны живыми, и вертолет просто следит? А погоня где-то там, — девушка махнула рукой, — позади? На юге мы такое пару раз проделывали, только у клятых кеметитов почему-то всегда был пулемет… Слушайте, да что ему надо?
Вертолет явно не спешил приближаться на расстояние выстрела, и было совершенно непонятно, что он вообще делает.
Причина столь странного поведения погони обнаружилась спустя минут тридцать — оползень, почти снесший дорогу.
— Приехали, — тяжело вздохнула Анашташи.
— Держитесь крепче! — Шаррум выкрутил руль, джип, отчаянно кренясь, взлетел на оползень и, почти опрокинувшись, сполз по нему на дорогу.
— Твою мать… — Сара, наконец, выдохнула, — ну ты и водишь, хетт…
— Уж как умею… — отозвался тот.
— Вертолет убрался, — сообщила Анашташи, — похоже, путь свободен.
И на сей раз это оказалось именно так.
Мерцающий шар аномалии схлопнулся за спиной, и Сара Беккер сняла, наконец, очки дополненной реальности.
— Готово, — сказала она, наблюдая за утащившим фотоаппарат Коннором, — мы дома. Правда, Лестер вряд ли придет в восторг, от того, что ты притащил эту девчонку, Шаррум…
— Плевать — хором ответили хетты, — что-нибудь придумаем.
— Да уж вы-то придумаете… — задержавшись в дверях, Сара оглянулась. Двое, держась за руки, стояли прямо под эмиттерами генератора аномалий. Двое чужаков, которым больше не было места в их родном мире, нашедших на чужбине новый дом…
Несколько дней спустя Лестер вывел на главный экран присланную ему фотографию — тот самый комплекс, с которого все и началось, разрушенный и сожженный.
— Это стационарный генератор аномалий, позволяющий создавать их в любой точке планеты или даже ближнего космоса, — сообщил директор ЦИА, — был. Русские бомбардировщики сработали безупречно. Поздравляю, леди и джентльмены, мы избавились от еще одной угрозы — хотя бы на какое-то время.
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|