↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
В этот вечер пятницы ночной клуб — один из самых популярных в Лондоне, — был забит магглами до предела. Рыжая девушка ловко петляла между танцующими парами, продвигаясь к своему столику. Она игриво подвинула бедром скучающего мулата и наконец зацепила взглядом подругу. Гермиона сидела в кожаном кресле, вздыхала, поглядывая на наручные часики, и теребила свои кудряшки. После тяжёлого рабочего дня она напрочь отказалась тратить время на макияж и выпрямление волос с помощью зелий и заклинаний. Однако Джинни ликовала уже потому, что её любимый руководитель Отдела Магического Маркетинга согласилась надеть своё самое откровенное платье.
Гермиона рассталась с Роном больше полугода назад и столько же жила вместе с подругой, однако ходить на свидания до сих пор категорически отказывалась. Джинни же, напротив, на протяжении последней пары лет предпочитала романы без обязательств и безуспешно пыталась подсадить Гермиону на ту же иглу.
Уизли торжественно поставила в центр стола четыре стопки текилы. Она упала в своё кресло, обмахиваясь влажной ладошкой.
— Мерлин, и почему в клубах так жарко? — девушка тряхнула рыжими волосами, оголяя веснушки на плечах, и взяла в руки первую стопку. — Ладно, мы просто обязаны выпить за нас, таких шикарных и независимых…
— …старых дев, — закончила предложение Гермиона, и её узкий высокий стакан со звоном встретился с «лошадкой» Уизли.
— Прекрати! Тебе всего двадцать пять, — Джинни сморщила носик, поправляя свободной рукой блестящий топ, который держался, по большей части, на честном слове.
— Зато завтра по ощущениям будет за сорок, — Гермиона высыпала на ладонь горсть белоснежных кристалликов и выжала из цитрусовой дольки несколько капель сверху. Её подруга проделала те же незатейливые манипуляции.
— Хорошо, тогда выпьем за то, чтобы завтра у нас не было похмелья! Мы заслуживаем напиться без последствий, — Джинни слизнула с руки соль и залпом осушила свой стаканчик, поспешно заедая его остатками лайма.
Спустя полчаса и восемь опустошённых стопок на двоих, девушки ощущали приятное головокружение. Гермиона погрузилась в воспоминания о тяжёлом разрыве, а Джинни уже не могла усидеть на месте, пританцовывая под громкую музыку.
— По-моему, нам давно пора на танцпол! — рыжая в очередной раз встретилась взглядом с мулатом, который весь вечер не сводил с неё своих карих глаз, и обворожительно улыбнулась.
— А я, кажется, жутко скучаю по Рону… — Гермиона запустила руки в свои густые волосы и устало прикрыла глаза.
— Нет, нет, нет! Тебе точно кажется, — Джинни с беспокойством посмотрела на подругу. — Вспомни, почему вы расстались. Он теперь знаменитость, постоянно в разъездах из-за квиддича. Мы все видим его в основном только в газетах. Разве тебе нужны такие отношения? — Гермиона открыла было рот, чтобы ответить, но Уизли остановила её жестом. — Нет, не нужны! Никто не хочет целоваться со своим парнем один раз в сезон, а всё остальное время наблюдать его колдографии с красивыми фанатками. Серьёзно, вы обсуждали что-то кроме его таланта отбивать мячи?
Гермиона усмехнулась, опуская руки на стол. Джинни как всегда была права. Рон был её многолетней вредной привычкой и до сих пор незаслуженно казался незаменимым. Несмотря на то, что у них всё было непросто — напрочь отсутствовала романтика, постельная жизнь, и отношения в течение многих лет стояли на месте, — Гермиона действительно любила его. Она закрывала глаза на невежество и незрелость Рона, старательно компенсируя это со своей стороны. Девушка верила в их отношения, ведь Рон был таким привычным и родным, и как приятный бонус — отлично целовался. Буквально так, что ей голову сносило! И когда он успел натренироваться?
Гермиону, словно зависимую, друзья долго вытягивали из этих болезненных отношений, переполненных необоснованной ревностью, глупыми обидами и невыполненными обещаниями со стороны Рона. Она могла часами плакать в объятиях Гарри, когда Уизли не приезжал на праздники и даже забывал поздравить в письме, но никогда не предъявляла претензий своему парню. «Он просто забыл. Он просто занят…» — вот что она отвечала, когда друг спрашивал, зачем терпеть подобное отношение и терзать себя. Она откладывала расставание вплоть до того дня, как друзья посадили её за стол и рассказали про возможные измены. Гермиона не была уверена в том, заходил ли Рон так далеко, но боялась, что если такой день действительно наступит — она просто не переживёт. Девушка даже представить себе не могла, как бы справлялась в одиночку. После разрыва Джинни от неё не отходила, а Гарри виделся с ней при каждой возможности. И Гермиона была благодарна судьбе за таких друзей. Если не везёт в любви, значит, везёт в чём-то другом, ведь так?
* * *
В невзрачном баре на окраине города известный в магическом мире лорд с неповторимыми платиновыми волосами опустошал стакан за стаканом, раздумывая о бессмысленности своего существования.
— Два виски со льдом, — на соседний от Малфоя стул приземлился высокий мужчина с блестящими, коротко остриженными волосами угольного цвета, на которых местами проступала седина. Он небрежно поправил дорогие очки квадратной формы, сидящие на его орлином носу словно влитые. — Мне и спивающемуся юноше, — в голосе послышалась насмешка.
Драко скользнул быстрым взглядом по профилю соседа, привлечённый пугающе знакомым тембром голоса. Мужчина медленно обернулся.
— МАТЬ ТВОЮ! — Малфой поражённо отшатнулся и сразу же потерял и без того шаткое равновесие. Парень вместе с высоким стулом полетел на пол, попутно ударяясь головой о барную стойку.
— Мистер Малфой, вы словно призрака увидели, — мужчина характерно растягивал слова. И Драко знал лишь одного человека, у кого это выходило так мастерски. Мужчина выглядел крайне довольным произведённым эффектом. И правда, кто ещё был способен на подобные фокусы?
Один из свидетелей попросил бармена больше не наливать тем, кто падает со стульев, а блондинка с надменным выражением лица посоветовала Драко отправиться домой. Малфой недовольно потёр ушибленную голову. Он готов был поклясться, что словил пьяную галлюцинацию, словно от переизбытка спирта его больной мозг решил над ним поиздеваться. Однако в следующую секунду крепкие руки этой самой фантазии подняли его.
Ошибки быть не могло. Он смотрел в глаза своему крёстному. Вернее, его более совершенной версии — хорошо одетой и с нормальной причёской. Кто-то позади уже поднял стул и сочувствующе похлопал Малфоя по плечу, проходя мимо.
— Какого хрена? — только и смог спросить Драко, разглядывая знакомые черты и добавившиеся к ним морщинки.
— Это я тебя должен спросить. Ты планируешь пропить последние деньги и сдохнуть в канаве среди алкашни? — Северус отвернулся и, как ни иронично, сам отпил из стакана.
Малфой медленно приземлился на свой стул, судорожно думая, насколько реально было сделать оборотное зелье, перевоплощающее в человека, погибшего много лет назад. Но главное, зачем? В мире магов Драко давно уже не представлял интереса, ведь без волшебства ему нужно было протянуть ещё пять лет. Он не колдовал ни разу с тех самых пор, как его лишили волшебной палочки. После войны Малфоя сослали в Мерлином забытую провинциальную задницу и запретили общаться со всеми волшебниками кроме аврора Джо, живущего по соседству. Северус был прав — Драко готов был сдохнуть в канаве, но не из-за отсутствия денег, а от тоски. Он умел подстраиваться под обстоятельства, но лишиться магии — пытка для волшебника хуже смерти. Попав в мир магглов, Малфой первым делом пересилил себя и по совету аврора сел за компьютер с проводным интернетом. Он освоил фондовый рынок в рекордные сроки и вложил туда часть наследства, выданного Министерством маггловскими деньгами. Стоило отдать Джо должное, Малфой остался в плюсе. Каким бы ущербным калекой он ни ощущал себя без магии, его расчётливость и ум никуда не делись, вот только радостей в жизни значительно поубавилось. Теперь Малфой в основном наслаждался качественным алкоголем и хорошенькими женщинами, независимо от их статуса, возраста и цвета кожи. Ведь если все они были магглами, так какая разница?
— Серьёзно, Северус, как ты выжил?! Мне ведь это не снится?
— Ты правда считаешь, что работая под прикрытием на абсолютного психа, я не позаботился о целебных зельях? Да моя мантия была грёбаной аптечкой, — Снейп усмехнулся, с наслаждением наблюдая за смесью изумления и восхищения в глазах крестника.
— Но змея… Её яд… — Малфой покачал головой, не находя слов.
— Ты хоть представляешь, сколько раз я наблюдал, как ползучая тварь пожирает людей? — зельевара передёрнуло. — Ну разумеется, я сразу создал противоядие. Салазар, это ведь моя профессия, — Снейп одним глотком допил янтарную жидкость в своём стакане. — Но вернёмся к тебе. Ты запаршивел, Драко. Запои, пьяные дебоши, секс с богатыми старушками…
— Прекрасно, крёстный папочка вернулся в седло, — Малфой криво улыбнулся. — Ты поэтому появился только сейчас? Дожидался, пока я совсем запаршивею?
— Многие хотят исчезнуть и начать сначала, но не всем это удаётся…
— А тебе удалось? Твоя жизнь… Стала лучше? — в глазах Драко мелькнула надежда. Все ведь хотят верить в чудо, верно?
Взгляд Снейпа потеплел. Вероятно, его жизни подобное чудо всё-таки коснулось.
— Ты поймёшь это, когда познакомишься с малышкой Лиззи, — просто ответил он, в это мгновение мало походя на привычного Северуса.
— О-о-о, девушка? — Малфой усмехнулся, заинтересованно приподнимая светлую бровь.
— Это моя дочь, — просто ответил Снейп, будто сообщая самую обычную новость.
Словно и не было всех этих лет разлуки.
Словно не его считал погибшим весь магический мир всего несколько минут назад.
И окружающим действительно казалось, что это лишь встреча в баре двух старых друзей, которые решили выпить и поделиться новостями. Драко слушал невероятную историю Снейпа с открытым ртом, словно заворожённый мальчишка, и всё происходящее казалось слишком волшебным даже для него. Ему хотелось кричать, смеяться, плакать, крепко обнять крёстного, а затем хорошенько ему врезать за всё, что им пришлось пережить, и наконец, написать письмо с прекрасными новостями матери, которая слишком тяжело переживала смерть друга. И возможно, Драко именно так и поступил бы, если бы только смог. Он словно оцепенел, и у него выходили лишь неуверенные кивки. Малфой знал, что окажись это розыгрышем — он точно нашёл бы способ, как убить юмориста без волшебной палочки, даже если бы ему предстоял неравный бой.
Северус притянул крестника к себе и в порыве чувств поцеловал его в макушку, взъерошив светлые волосы. Даже такой простой жест заставил сердце Малфоя сделать сальто, а глаза увлажниться. Могло ли всё это действительно быть правдой?
Гермиона сползла с кровати, проклиная тот день, когда придумали алкоголь. Похмелье беспощадно настигло её, вызывая приступы тошноты и сильное головокружение. Каждый раз это казалось по-настоящему несправедливым. Гермиона была уверена, что Джинни, выпившая на пару стопок больше, сейчас выглядит гораздо свежее и чувствует себя, вероятно, намного лучше. Шатенка с радостью бы не вылезала из постели, устроив своей судьбе бойкот, но этот день был особенным.
Каждый год тридцатого октября миссис Уизли собирала в Норе всех своих детей вместе с их вторыми половинками и близкими друзьями. Молли неустанно готовилась к своему дню рождения, проводя у плиты рекордное количество времени и украшая дом цветами. Она сильно переживала, если кому-то не удавалось приехать, поэтому все старались заранее организовать свои планы, чтобы прибыть в обязательном порядке.
Гермиона знала, что Молли будет ждать и её, даже несмотря на тяжёлое расставание с Роном. За эти годы девушка сильно сблизилась с миссис Уизли — они могли обсудить всё на свете и за горячим чаем, и за бокалом вина.
Гермиона собралась с силами и поднялась, опираясь о прикроватную тумбочку. Она медленно пробиралась по квартире в надежде обнаружить в аптечке антипохмельное. Девушка не могла вспомнить, когда в последний раз занималась закупкой целебных зелий — слишком уж много было работы в связи с повышением. Вся надежда была на Джинни.
Гермиона свернула на кухню и застыла от неожиданности. У плиты, тихонько напевая, суетился полуголый парень. Он быстро нарезал два помидора и засыпал аккуратные кубики в сковородку, посолив и накрывая крышкой. Никаких заклинаний — лишь суровая маггловская готовка. Девушка оценивающе прищурилась, разглядывая загорелое, в меру накаченное тело.
— Доброе субботнее утро! — дружелюбно воскликнул парень и обернулся на смутившуюся Гермиону. Потрясающее боковое зрение.
Волшебница натянуто улыбнулась и поправила свой атласный халатик, скрывая широким кружевом оголённые сантиметры на груди.
— Омлет почти готов, и я сварил кофе, будешь?
— А ты хорошо умеешь готовить? — вопросом на вопрос ответила Гермиона, неловко переминаясь с ноги на ногу.
Девушка уже сталкивалась по утрам с кавалерами подруги, но обычно она успевала оказаться чуть более одетой и причёсанной. Гермиона даже представить боялась, что сейчас происходило на её голове. Она устало прикрыла глаза и потёрла пульсирующие виски. До шкафчика с аптечкой оставалось всего несколько шагов, но если этот парень — маггл, как она объяснит ему наличие зелья на своей кухне? Гермиона медленно вдохнула и выдохнула, открывая глаза.
— Не совсем, но madre вышла замуж за повара, — улыбка парня оказалась такой ослепительной, словно он сошёл с обложки журнала. — Он показал мне пару кулинарных трюков.
— Класс, — Гермиона слабо кивнула, остро ощущая неловкость. Она даже не знала имени этого парня, а он уже видел её любимый домашний наряд и потрясающие фантазию лохмы.
Девушка была почти уверена, что пользуясь привилегиями начинающего дизайнера, Джинни соблазнила очередную модель. Это был самый нелюбимый для Гермионы тип мужчин — горячий и не обременённый интеллектом. Тут у подруг кардинально расходились вкусы.
— Вот вы где, — проконстатировала Джинни, кокетливо поправляя влажные волосы. Она вошла в одном махровом полотенце, что заставило подругу ещё острее ощутить себя третьей лишней. — Герми, это Блейз Забини. Он учился с нами в Хогвартсе…
— Слава Мерлину! — Гермиона выдохнула и направилась прямиком к заветной коробочке. Теперь ей однозначно было наплевать на профессию мулата и собственный халатик. Волшебник — это прекрасная новость. Девушка ловко выудила из аптечки последний флакончик необходимого зелья и залпом его осушила. — Антипохмельное мне было жизненно необходимо, — смущённо пояснила она, встречая на лицах понимающие улыбки.
— Ты помнишь Блейза? Он со Слизерина. Говорит, вы были сокурсниками.
Гермиона внимательно изучила лицо парня, стараясь найти в его чертах хоть что-то знакомое. Казалось, они и правда где-то встречались.
— Скорее всего и не вспомнишь, я на пятом курсе переехал в Италию, так что… — Блейз выключил плиту и перевёл вопросительный взгляд на рыжую. — Где у вас тарелки?
— О, спасибо, но дальше я сама. Пахнет изумительно, кстати, — Джинни оставила на губах парня многообещающий влажный поцелуй, и Гермиона предпочла ретироваться.
— Я в душ, — шатенка махнула рукой парочке, которая уже не обращала на неё ровным счётом никакого внимания.
Тем временем её перед праздником ожидала немалая работа по перевоплощению из чудовища обратно в человека.
* * *
Гермиона и Джинни прибыли в Нору первыми, искренне радуясь, что опередили Флёр и на время избежали разговоров о какашках и отрыжках. Молли заканчивала последние приготовления в своей комнате, а мистер Уизли читал газету за чашкой любимого чая с бергамотом, отдыхая от предпраздничной суеты. Девушки расположились в гостиной, дожидаясь виновницу торжества и остальных гостей.
— Тебе не понравился Блейз потому, что он бывший слизеринец? — Джинни бессознательно крутила бантик на подарочной коробке.
— Я стараюсь не делить людей на факультеты, — Гермиона важно вздёрнула носик. — Мы ведь уже не в школе.
— Ага, теперь ты их делишь по профессиям… Кстати, у его мамы собственное модельное агенство! Там такие ребята работают… — глаза рыжей загорелись лукавым огоньком. — Это просто очуметь можно!
— Вау, и правда, рай для женщин, — Гермиона поморщилась, явно не разделяя настрой подруги.
— Не переживай, я и с тобой поделюсь кем-нибудь сладеньким.
— Гадость! — шатенка забрала подарок у Джинни и поправила на нём съехавший бант. — Напомни, почему мы ещё дружим?
— Потому что без меня ты бы уже поросла плесенью. Хотя, одна твоя часть определённо нуждается в хорошей встряске. Я имею в виду, что в твоём возрасте пора бы позволить мужскому пенису…
— Фу, нет! Стоп! — Гермиона быстро затрясла головой, мечтая выкинуть из неё только что услышанную реплику.
— Я согласен с Джин, — на диван к девушкам приземлился Джордж. — И я знаю одного отличного парня, который был бы счастлив устроить тебе «хорошую встряску», — Уизли торжественно указал на себя и в следующую секунду полетел с мягкой обивки на ковёр. Парень громко засмеялся, поднимая руки в примирительном жесте. — Зря ты так, я довольно хорош…
— Обойдусь! — Гермиона резко поднялась на ноги, поправляя свой классический костюм с юбкой, который считала парадным. — Вы ужасные извращенцы! И я ухожу к Артуру.
Гермиона и мистер Уизли успели выпить всего по чашке крепкого чая, обсуждая последние новости Министерства, когда в Нору прибыли Билл и Флёр со своими дочками — шестилетней Мари-Виктуар и полуторагодовалой Доминик. Девочки сразу забрались на любимого дедушку. Старшая без конца задавала интересующие её вопросы, а малышка облюбовала частично поседевшую рыжую бороду, заставляя Артура болезненно морщиться.
Гарри прислал записку с извинениями, сославшись на внеплановую командировку у мракоборцев, а Чарли через каминную сеть поклялся прибыть на следующее утро. Молли, нарядная и счастливая, спустилась как раз к прибытию Перси и его глубоко беременной жены. Праздничная часть вечера началась.
* * *
Прибытие Рона стало для всех большим сюрпризом. Он вышел из камина при параде и с огромным букетом жёлтых нарциссов. Гермиона на мгновение забыла как дышать, цепляясь за Джинни как за спасательный круг. Рон выглядел так стильно и ухоженно, что его бывшая девушка не могла отвести от него взгляда.
В камине вновь загорелось зелёное пламя, впуская в дом ещё одного гостя — миловидную француженку лет восемнадцати. Рон притянул её к себе и смущённо улыбнулся. На фоне широкоплечего Уизли волшебница казалась миниатюрной. Её длинные светло-русые волосы были заплетены в "колосок", а голубые глаза застенчиво прятались под чёлкой. Девушка нерешительно переминалась с ноги на ногу рядом со своим парнем, и ему пришлось подтолкнуть её вперёд, в распростёртые объятия матери.
— Мам, это Аннет, выпускница Шармбатона и… моя девушка, — лицо Рона приобрело багровый оттенок.
— Какая красавица! А какие у тебя чудесные волосы, Аннет! — миссис Уизли расцеловала гостью в обе щёки. — Мы всегда рады друзьям наших детей.
— Мы выбирали букет вместе, — Рональд торжественно вручил нарциссы матери. — Будь счастлива, мам!
— Спасибо, мои дорогие, цветы просто прелесть! И я так рада видеть тебя, сынок, — Молли потрепала сына по щеке и отпустила его поздороваться с остальными.
Рона окружили братья, а к Аннет подошла познакомиться Флёр с малышкой Доминик на руках. Женщина сразу затараторила по-французски, наслаждаясь возможностью пообщаться на родном языке.
— Попробуй сделать вид, будто не желаешь им смерти, — Джинни пихнула Гермиону в бок, привлекая её внимание.
— А я вовсе и не желаю, — шатенка натянуто улыбнулась. — Мы давно не вместе, так что…
— Со мной можешь не притворяться. Даже я ревновала Гарри к Полумне первое время, хотя сама его бросила. В этом ничего такого нет… Рональд! — Джинни крепко обняла подошедшего брата. — Не знала, что у тебя есть девушка, — шёпотом добавила она в самое его ухо.
— Мы встречаемся всего-то три месяца, — парень смущённо почесал затылок и перевёл взгляд на Гермиону, чья улыбка выглядела абсолютно фальшиво.
— Какой приятный сюрприз! — девушка протянула ладонь для рукопожатия, Джинни поморщилась, а Рон растерянно уставился на тонкие пальчики.
— Эм… Обнимемся? — он криво улыбнулся, и Гермиона недовольно убрала свою руку.
— Представишь нас Аннет? — вдруг сказала шатенка и сразу же поймала на себе два удивлённых взгляда.
— Да-а, славная идея, — фраза Джинни прозвучала с откровенной иронией, и Рон смутился, вжимая голову в плечи.
Миссис Уизли нарушила повисшую неловкость, созвав всех гостей к столу. Джордж наполнил ближайшие бокалы, позаботившись о том, чтобы у Гермионы оказалась двойная доза шампанского. Девушка ответила милой улыбкой — братья Рона всегда уделяли ей особое внимание, словно родной сестре. Артур покашлял и демонстративно поднял бокал, желая начать первый поздравительный тост. Он посвятил любимой жене трогательное стихотворение, пусть небольшое и корявое, зато собственного сочинения. Это вызвало бурную реакцию со стороны гостей и пламенный поцелуй от хозяйки дома.
Ужин, как и всегда, прошёл крайне душевно, с французскими поговорками Флёр, шуточками Джорджа и нравоучениями Перси. Рон и Аннет буквально не отлипали друг от друга, заставляя Молли и Артура многозначительно переглядываться. Джинни и Гермиона сели с самого края и без толики смущения распили бутылку шампанского на двоих, заглушая нежелательное для последней новое знакомство. Когда все начали перемещаться из-за стола в более уютные уголки, девушки передвинули к себе тарелку с любимым лакомством от именинницы.
— Можно? — Аннет с улыбкой протянула руку к печенью в форме сердечка, и Гермиона кивнула, находя это самым логичным ответом.
Рон с Джорджем тут же возникли по обе стороны от француженки, рассеивая возникшее напряжение. Гермиона заметно выдохнула. Расслабиться в компании новой пассии Рона ей пока не удавалось. Джордж выудил с тарелки небольшую звездочку, обильно посыпанную сахарной пудрой, и с хрустом откусил от неё половину.
— Аннет, так ты фанатка квиддича? — как бы невзначай поинтересовался он.
— Нет, напротив. Я совсем не люблю этот спорт, — девушка крутила в руках своё печенье, не спеша к нему приступать.
— А как же вы познакомились? — Джордж засунул в рот оставшуюся половину, и Гермиона поморщилась. Уизли есть Уизли.
— На квиддиче, конечно же, — на лице Аннет возникло такое невинное выражение лица, что у Гермионы в который раз возник вопрос о её возрасте.
— Та-ак, и что же ты там делала? Тебя пытали просмотром нелюбимого спорта? — Джордж приподнял свою рыжую бровь, и Гермиона незаметно усмехнулась, с воодушевлением поедая печенье и старательно избегая участия в разговоре.
— В каком это смысле?
— Ой, не обращай внимания, брат просто шутит, — Рон собственнически положил свою руку на тонкую талию девушки, словно пытаясь её защитить. — Аннет пришла на встречу фанатов вместе со своей подругой, вот так мы и познакомились.
— Да, это было так неожиданно!
— То есть ты не ожидала увидеть игрока на встрече с фанатами? — Джордж спросил это с таким живым интересом, что Гермиона, сдерживая смех из последних сил, подавилась печеньем. Она закашлялась, прикрывая рот ладошкой, и старший из присутствующих братьев заботливо похлопал её по спине.
— Я принесу водички! — Аннет торопливо ушла, утянув за собой Рона.
К Гермионе подошла Джинни с двумя бокалами, один из которых вручила подруге.
— Его девушка такая… — Джинни неопределённо махнула рукой и отпила шампанского.
— …красивая и изящная, — договорила за неё Гермиона, наконец справившись с приступом кашля.
— Я хотела сказать — пустоголовая. Ей хоть есть восемнадцать?
— Она закончила школу весной, так что вероятно, — Джордж опустился на ковёр, вытягивая ноги к огню.
— А тебе она как? — Джинни приземлилась рядом, совершенно игнорируя диван неподалёку.
— Думаю, она отлично подходит Рону. Без обид, Гермиона, но у них есть нечто, что их объединяет.
— Ну давай, просвети нас! — Джинни резко обернулась к брату, определённо недовольная услышанным ответом. Джордж лишь равнодушно пожал плечами.
— Вот что я вам скажу. Они оба абсолютно точно не обременены интеллектом. Мне кажется, их жизнь будет самой беззаботной.
Девушки засмеялись, но уже спустя пару секунд Гермиона затихла, глядя куда-то в угол комнаты. Джордж проследил за взглядом девушки и заметил самозабвенно целующуюся парочку.
— Можно помереть, пока она водички принесёт…
На ворчание Джорджа никто не обратил внимания, и тогда он решил поменять тактику, дабы отвлечь Гермиону. Парень неожиданно сменил позу, приземляясь на одно колено перед её креслом. Он взял маленькую ладошку в свою и со всей проникновенностью сказал:
— Мисс Грейнджер, соблаговолите стать моей женой!
— Так, этому больше не наливаем, — Джинни усмехнулась, особо не удивляясь выходке брата.
— Нет, серьёзно, мама скоро с ума меня сведёт по поводу женитьбы. А если ещё малыш Ронни опередит…
Гермиона тепло улыбнулась, погладив большим пальцем широкую кисть, покрытую веснушками.
— Я ценю твою поддержку, Джордж, но это не значит, что я согласна до старости стирать твои носки.
— Мы заведём домовиков! — Уизли не растерялся, но в ответ получил лишь взгляд, полный укора. — Ладно, — Джордж смиренно принял поражение, целуя тонкие пальчики. — Но это не значит, что разговор окончен.
С праздничного ужина прошло уже больше недели, но у Гермионы плохо получалось выкинуть из головы новую девушку Рона. Её лицо всплывало в голове в самые неподходящие моменты, и словно назло, она напомнила о себе в утреннем выпуске "Пророка", окончательно испортив утро понедельника. Гермиона обожглась чаем, заметив на странице счастливую француженку, и недовольно зашипела. Вновь и вновь Аннет целовала неприлично довольного Уизли в квиддичной форме.
—«Победителям достаются поцелуи», — девушка отбросила газету на стол, не имея никакого желания дочитывать статью до конца.
— Скиттер душка, да? — Джинни, проходя мимо, умыкнула круассан из-под носа у подруги. — Ты ведь прочитала?
Гермиона нахмурилась, опуская взгляд на опустевшее блюдце.
— Иногда можно есть свою еду, ты так не считаешь? — шатенка устало вздохнула, согревая руки о чашку.
— Я думаю, ты скоро превратишься в безразмерный пончик, если не сядешь на диету.
— Мне не нужна диета, мне нужна нормальная соседка.
— Ты не дочитала, — утвердила Джинни, садясь на свободный стул. — Скиттер написала, что на Рональда «от переизбытка чувств накинулась фанатка». Про тебя бы такое никогда не написали, это должно тебя подбодрить.
Утро понедельника стало чуточку лучше.
— Я не удивлена. Эта женщина без ума от скандалов, — Гермиона сдержала довольную улыбку, отпив свой чай. — И ты сегодня рано.
— Вообще-то, у меня особый заказ, — Джинни гордо приосанилась. — Одна чудесная девушка прибудет ко мне за свадебным платьем!
Гермиона радостно захлопала в ладоши. Она хорошо знала, с каким удовольствием её подруга бралась за дизайн подобных вещей. Чаще она шила пижамы и нижнее бельё по индивидуальным меркам, но все праздничные и изысканные наряды являлись её фаворитами.
— Кто-то из наших знакомых? — Гермиона допила чай и поднялась со стула.
— В общем-то да. Ты точно будешь удивлена!
Улыбка Гермионы померкла. Мерлин, если это Аннет…
— Спокойно! Ты будешь приятно удивлена. Вообще-то, они ещё официально не объявляли о своей помолвке, но раз уж им рано или поздно придётся…
— Без интриг, пожалуйста, у меня ещё собрание с утра.
— Это Парвати!
Глаза Гермионы заметно расширились.
— У неё разве был парень? В смысле, мы так часто сталкиваемся на работе, иногда даже обедаем вместе, и она ни слова не говорила. Я думала… Ну, это же Парвати.
— Согласна. Она не похожа на человека, который умеет хоть что-то хранить в тайне. А теперь приготовься услышать, кто жених, и лучше сядь обратно на стул… — Джинни выжидающе смотрела на подругу, но та лишь отмахнулась. — Это Симус!
— Финниган?! Что-то я не помню у них симпатии в Хогвартсе… О, Мерлин! Время! — Гермиона подорвалась с места, на ходу хватая свою сумочку.
— До вечера! — Джинни с усмешкой надкусила круассан.
* * *
Дом Снейпов, состоящий из двух этажей и открытой веранды, был целиком построен из сруба, как и большинство домов в этом городке. Посреди небольшого облагороженного дворика стояли детские качели и песочница, буквально кричащие о наличии ребёнка у жильцов.
Драко быстро преодолел малочисленные ступеньки и нажал на дверной звонок. Ему пришлось ждать целую минуту, прежде чем на пороге появилась миловидная женщина с волосами медного оттенка и фартуком в цвет. Она растерянно улыбнулась, убирая тыльной стороной руки непослушные прядки со лба.
— Ты ведь Драко? А что, уже семь? То есть… Проходите и чувствуйте себя как дома… А я побежала, потому что мне нужно спасти погибающую курицу, — женщина исчезла на кухне, оставив гостя у двери.
Манеры — восторг. Драко с усмешкой вошёл внутрь и снял пальто, решив потратить свободное время на осмотр дома.
Мебель в нём оказалась старая, но добротная, а детали добавляли интерьеру уюта: мотивирующие постеры и маггловские семейные фотографии на стенах, резные полки с ароматическими свечами и статуэтками, яркие декоративные подушки на простом бежевом диване.
— У вас очень уютно! — Драко засмотрелся на
простой маггловский портрет темноволосой девочки, которая походила на отца всем, кроме, пожалуй, крохотного носика. Повезло.
Снейп спустился в чёрном велюровом халате, который смотрелся на удивление уместно. Почти как мантия.
— Лиззи уснула в нашей спальне. Как раз там, где мой шкаф, — вместо приветствия заявил мужчина, затягивая пояс потуже. — Она спит у нас чрезвычайно чутко, а так как сейчас малышка приболела…
— …Я убью любого, кто её разбудит! — из-за угла вынырнула миссис Снейп, на ходу снимая фартук и демонстрируя красивое персиковое платье. — Слава Богу, в нашей семье детей укладываю я!
— Если тебя интересует, могла ли моя жена вынести одежду и мне…
— …Его интересует в первую очередь только моя еда, — хозяйка обезоруживающе улыбнулась, полностью игнорируя откровенное недовольство на лице мужа. — Я Розали, если вдруг Северус этого не упоминал, — женщина протянула руку, и Малфой лёгким движением поднял её к своим губам. — О, как мило! Идёмте скорее к столу. Я столько наготовила, что с ума сойти.
Стол действительно ломился от изобилия блюд. По кухне витали невероятные запахи, и Малфой на мгновение замер, вспоминая, как прекрасно его прежде кормили домовики.
— Божественно! Я уже хочу всё это попробовать, — признался Драко, подходя к свободному стулу.
Снейп разлил вино по бокалам и произнёс краткий тост — многословностью он никогда не отличался. Еда на вкус оказалась также хороша, как и на запах, и Драко позволил себе очередной комплимент, благодаря за гостеприимство. Разговоры за столом шли непринуждённо, Северус больше не ворчал, а Розали была весьма дружелюбна.
— Так вы познакомились на приёме у врача? — Малфой удивлённо приподнял брови, совершенно не понимая, что зельевар забыл у маггловского целителя.
— Да-да, нам доставили этого красавчика в срочном порядке, — Розали отпила из бокала, выдерживая эффектную паузу. — Северус на скорости въехал в контейнер с мусором и отключился, — Снейп недовольно закатил глаза, а Малфой заинтересованно подался вперёд. — Хорошо, что ему помогли прохожие. В итоге, обошлось лёгким сотрясением и ссадинами, но он такой гордый, что в жизни бы сам не доехал до врача.
— Не знал, что ты водишь, — Драко перевёл взгляд на крёстного и поиграл бровями, вспоминая все его нелестные высказывания о маггловских изобретениях.
— Я и не вожу. Ненавижу этих железных чудовищ, — процедил Снейп.
— Это просто не твоё, — Розали успокаивающе погладила мужа по руке. — Мой отец тоже не любитель сидеть за рулём, и я всегда подвозила его на работу. А сейчас, пока я с ребёнком, ему помогает принимать пациентов другая медсестра — она же и новый шофёр. Почему бы и нет?
— А я говорил, что Драко был одним из лучших моих учеников? — гордо сообщил Снейп, переводя тему. Взгляд его жены стал заинтересованным.
— Так ты тоже любишь химию? Как здорово! Это нас всех объединяет.
— Да в общем-то, я уже лет сто… не химичил. Ну, так, чтобы изготовить какое-нибудь снадобье, — Драко улыбнулся краешком губ, переглянувшись с крёстным. От женщины подобное не укрылось, и она слегка забеспокоилась.
— Так, я надеюсь, он не учил вас делать наркотики? — Розали подозрительно сощурилась, покосившись на мужа.
Малфой засмеялся, представляя тайную лабораторию в подземельях, словно в маггловских фильмах. По правде, некоторые маги действительно занимались незаконной торговлей и сами принимали какую-то дрянь, но профессор… Блондин покачал головой — такое невозможно.
— За подобное мы бы сразу получили по шее. Причём, как раз от профессора Снейпа — он никогда не отличался большой жалостью к студентам.
— Так Северус не только со мной такой беспощадный? — Розали засмеялась над собственной шуткой, накладывая себе ещё картофельных шариков.
Малфой улыбнулся. Он симпатизировал Розали, и не только из-за кулинарных способностей. Миссис Снейп оказалась позитивной и уверенной в себе. А кто бы ещё смог терпеть его крёстного?
После ужина словно по часам проснулась Лиззи. Розали умчалась наверх к дочери, не успев убрать со стола, и Снейп взмахом волшебной палочки отправил стопку пустых тарелок в раковину. Следом полетели бокалы и столовые приборы.
— Твоя жена ведь не знает? — Малфой обошёл стол, задвигая стулья.
Снейп усмехнулся, качая головой. Малфою было интересно, каково это — скрывать от любимой женщины самую важную часть своей жизни, — они ведь не просто встречались, а жили вместе и воспитывали ребёнка.
— А Лиззи… если она?..
— Это вряд ли, — Северус заклинанием заставил посуду отчиститься и пустил из палочки струю воды, намочив всё содержимое раковины. — Уж поверь, я способен позаботиться о том, чтобы её силы дремали до нужного момента.
— И это безопасно?
— Безусловно, — Снейп спрятал палочку, и они покинули столовую, погасив свет. Хозяин подкинул в камин дров, поддерживая пламя, и пригласил крестника присесть на диван.
Скоро спустилась Розали с сонной малышкой на руках и внушительных размеров альбомом, заполненным семейными фото. Лиззи не было ещё и трёх, но она уже знала много слов и с лёгкостью составляла их в предложения. Умная малышка. Девочка с удовольствием познакомилась с Драко, который ей определённо понравился, и даже сразу попросилась к нему на колени. Розали удивлялась своей обычно стеснительной дочке, а Снейп казался довольным, по крайней мере, до того, как они приступили к просмотру фотографий.
Вечер был действительно хорошим — они дружно смеялись над неудачными снимками, под уютный треск камина рассказывали друг другу занимательные истории и все вместе играли с необычайно смышлёной Элизабет. Драко не верилось, что он наконец обрёл семью в новом для него мире.
Его жизнь снова обретала смысл.
Гермиона шла по узкой улочке Лондона, включив в наушниках музыку на полную громкость. Небо было серым и неприветливым, а её состояние — максимально паршивым. Пожалуй, поднять настроение со дна Марианской впадины в эту минуту могла лишь хорошая песня. Потому девушка судорожно листала свой плейлист в поиске подходящей. Наконец заиграли аккорды, заставившие её сердечко забиться чаще, а тело покрыться мурашками. Вот оно. Гермиона дошла до автобусной остановки и спряталась под прозрачный козырёк от моросящего мелкого дождя.
С утра она первым делом увидела сову, принёсшую злополучное письмо-приглашение на свадьбу Рона — как обухом по голове. Словно глупый розыгрыш. Их отношения с Аннет развивались чересчур стремительно, даже Джинни от новости оказалась в культурном шоке и переместилась на работу без завтрака. А её вообще мало чем можно было удивить.
Уже через месяц Рождество, а после — каких-то две недели до свадьбы. Кто вообще женится с такой скоростью? Гермионе казалось, что Рон над ней просто издевается. Годами держал её на расстоянии вытянутой руки, словно запасной вариант, а после расставания вдруг решил жениться на другой. И всего-то спустя несколько месяцев знакомства! Девушка ощущала себя униженной и растоптанной. Она заранее представляла, как прекрасно будет смотреться на их торжестве в гордом одиночестве.
Утро, начавшееся с подобных новостей, могла скрасить только встреча с родителями. Гермиона взяла отгул на работе и пораньше отправилась в их съёмную квартиру в центре Лондона. Многолетняя терапия в больнице Святого Мунго дала свои плоды, и родители уже стали узнавать её, даже стремились наверстать упущенное, хоть память и не удалось восстановить целиком. Врачи настаивали на том, чтобы на маггловскую пару было минимизировано давление со стороны дочери, так как ситуация и без того была стрессовой. Гермиона честно старалась не видеться с родителями чаще одного раза в месяц, но сейчас ей был жизненно необходим повторный экстренный визит. Потрясающий мамин пирог и лучшие в мире шутки от папы — вот что могло поднять её, казалось, даже из могилы.
Гермиона забежала в нужный автобус, столкнувшись в дверях с пожилым мужчиной. Вытащила наушник и с улыбкой извинилась. Иногда ей были нужны именно такие дни — обычные, без капли магии.
Отец был на работе, и её встретила мама, с распростёртыми объятиями и горячим куриным супом на плите. Когда Гермиона обнаружила в своей тарелке пару ложек сметаны, она наконец отвлеклась от насущных проблем.
— Мам, мой суп! В смысле… Ты… ты помнишь?
Гермиона могла поклясться, что из всех своих знакомых, не говоря уже о семье, она была единственной, кто добавлял сметану в куриный суп. Прежде они довольно долго встречались на нейтральной территории, потому за столько лет девушка ещё не успела по новой опробовать всю мамину стряпню. Кажется, в прошлый раз Гермиона ела куриный суп, приготовленный руками матери, лет в… пятнадцать?
— Теперь да! — женщина победно улыбнулась. — Знаешь, на приёме в прошлый вторник мы обсуждали твои вкусовые предпочтения. Ты уже говорила, что любишь мои блинчики и яблочный пирог, а ещё, что предпочитаешь пить кофе или бергамотовый чай… Но вот я вспомнила кое-что новенькое! Сама! — глаза миссис Грейнджер светились восторгом, словно у маленького ребёнка. — Честно говоря, я уже попробовала этот суп так, как любишь ты…
— И как тебе? — Гермиона усмехнулась, предполагая, каким окажется ответ.
— Просто гадость, тут ты явно не в меня! — миссис Грейнджер рассмеялась, и Гермиона с удовольствием поддержала её.
— Да, тебе никогда не нравилось, — девушка аккуратно вытерлась салфеткой. — Как у вас с папой дела?
— Да что у нас может быть интересного? Стоматология, терапия, свидания, — как самая моя любимая часть. Ах да, у отца на днях был корпоратив по поводу дня рождения начальника. Давненько я таким его не видела, еле дотащила до дивана…
Гермиона с улыбкой покачала головой. Отец прежде мало позволял себе пить. Или просто она была не в том возрасте, чтобы знать подробности?
— Лучше расскажи, что тебя привело сюда? Если моя память мне не изменяет, ты уже навещала нас пару недель назад. Ты знаешь, я тебе только рада, но папа точно расстроится, когда узнает, что такое пропустил. Ты ведь не предупреждала…
— Да, это было спонтанное решение… — Гермиона закусила губу, задумавшись на секунду, как лучше объяснить причину своего визита. Мама совсем не помнила друзей своей дочери и только по её рассказам знала, что она со школы встречалась с одним парнем — другом детства, а теперь снимала квартиру с его сестрой.
— Говори как есть. Если я чего-то не помню, ты всегда можешь мне рассказать, ничего с моей памятью не случится от одного раза, не переживай!
— Дело в Роне… Ну, мой бывший. Он выслал мне приглашение сегодня утром. На свою свадьбу.
Миссис Грейнджер негодующе хлопнула ладонью по колену.
— Никогда он мне не нравился! Рыжий-бесстыжий!
— Ма-ам!
— А чего? Сколько он тебя мурыжил? Лет десять? Ты на него свою молодость угробила, с вашего расставания всего ничего прошло, а у него уже с кем-то там свадьба! Никаких приличий!
— Ладно, я с тобой согласна… — Гермиона вздохнула, откладывая ложку. — Для меня это действительно неожиданно. Он, разумеется, имеет право на личную жизнь, может делать всё, что вздумается… Но, признаться, это оказалось ударом по моему самолюбию.
— Детка… — миссис Грейнджер пододвинулась ближе, беря дочь за руку. — Ты чудесная! Даже если половину своей жизни провстречалась с не тем парнем. Он не последний мужчина на этой планете, слава Богу! Так что пусть с концами уже исчезнет из нашей жизни. Да?
Гермиона кивнула, но её мать энтузиазму не поверила и понимающе улыбнулась.
— Нужна тяжёлая артиллерия?
— Ага. Я приехала за пирогом…
— Ладно, сделаем! — миссис Грейнджер приподняла лицо дочери за подбородок, с нежностью заглядывая в карие глаза. Гермиона благодарно улыбнулась.
* * *
Парвати придирчиво осмотрела своё отражение, поправляя длинный шлейф перламутрового оттенка, расшитый цветами и усыпанный бусинами.
— Я толстая! — возмутилась невеста, которая в действительности казалась тростиночкой на фоне пышной юбки.
— Ты роскошно выглядишь, — спокойно ответила Джинни, привыкшая к капризам своих клиенток. — Это платье представлено в восточном стиле, как ты и просила.
— А восточные наряды могут быть менее… объёмными? Я чувствую себя неуютно, — в подтверждение своих слов волшебница передёрнула плечами.
— Если тебе хочется, я могу сделать его уже. Но шлейф тогда будет слишком выделяться, — Джинни отошла на несколько шагов, целиком осматривая своё творение. Она обошла подругу вокруг с палочкой наготове и нахмурилась. — Шлейф совсем убираем?
— Нет, оставь. Просто пусть будет не так…
— Громоздко? — подсказала Уизли, направляя палочку на платье.
— Да! Пожалуйста, уменьши его!
— Тогда, прошу тебя, не шевелись, — Джинни на мгновение прикрыла глаза и глубоко вдохнула.
Ей была необходима полная концентрация, чтобы заклинания коснулись только платья и не навредили невесте. Она старалась прибегать к подобной практике исключительно в случае крайней необходимости, предпочитая делать только пометки, а исправлять все недочёты именно на манекене. Однако Парвати постоянно хотелось что-то поменять, и за сегодняшнюю встречу ей пришлось бы переодеться уже раз пять. По крайней мере, это всё хорошо отвлекало от утренних новостей.
Спустя пятнадцать минут и несколько замысловатых заклинаний, платье стало значительно уже, а шлейф короче. Обе волшебницы наконец остались довольными и решили сделать перерыв. Они сели в удобные кресла, и Джинни подозвала свою помощницу, чтобы та организовала им кофе и какой-нибудь перекус.
— Я недавно прочитала крайне занимательные новости о твоём брате… — глаза Парвати заинтересованно заблестели, когда подвернулась возможность посплетничать. — Скиттер напридумывала всё, как всегда?
— У Рона и правда полно фанаток, и некоторые из них в самом деле сумасшедшие, — увильнула Джинни, молясь, чтобы её помощница скорее вернулась.
— А та, с колдографии? Она ведь не какая-то фанатка, — утвердила Парвати, не желая ни на секунду отвести пытливого взгляда от своего дизайнера.
Джинни было не по себе, но она лишь уверенно расправила плечи.
— Я и не знала, что тебя так интересует личная жизнь моего брата, — улыбка рыжей была скорее предупреждающей, чем дружелюбной. — Они с Симусом вроде бы дружат?
— Им давно не удаётся пересечься, к сожалению, но мы хотели бы пригласить его на нашу свадьбу. Он придёт с парой?
Джинни едва сдержала рвущийся наружу смех — любопытство Парвати не имело границ.
— Это лучше узнать у него, — Уизли бросила очередной взгляд на дверь. — А вы уже определились с датой?
— Мы хотим весной, но день пока выбираем.
— Думаю, до весны ещё всё может измениться… Я имею в виду Рона. Ближе к делу разберётесь.
— Ну да, ближе к делу… — разочарованно протянула Парвати, так и не добившаяся ценной информации.
Вскоре в комнату вернулась помощница с ароматным кофе и закусками. Джинни с удовольствием приняла из её рук поднос, надеясь избежать дальнейших расспросов. Она мысленно отметила, что Блейзу стоит запретить появляться здесь в дни, когда она занималась платьем Парвати. Их отношения Джинни афишировать пока не планировала, хотя Забини нравился ей больше, чем большинство прежних партнёров. Он умело сочетал в себе настоящего ловеласа и славного, добродушного паренька. По правде, Уизли ещё не была уверена в том, что из этого являлось его маской. Но определённо собиралась это выяснить.
Гермиона прильнула к окну, заметив долгожданные, кружащие в воздухе в снежинки. Девушка начала уже не на шутку переживать, что Рождество в этом году окажется дождливым и совершенно не атмосферным. Но вот оно — чудо, которое они все ждали. Волшебница и не заметила, как рядом с ней оказалась мама с такой же счастливой улыбкой на лице.
— Дорогой, отлипни от экрана! У нас тут первый снег!
Не прошло и минуты, как в комнату вошёл мистер Грейнджер в запачканном фартуке.
— Я тоже делом занят, между прочим, — проворчал мужчина, со спины обнимая любимую жену. — Куда вы без моих фирменных салатов?
Гермиона засмеялась, наконец отводя взгляд от завораживающего снегопада.
— Конечно, никуда, папочка! Это же лучшее, что есть в нашем Рождестве.
— Даже не сомневаюсь, — мистер Грейнджер с улыбкой щёлкнул по носу дочери, заставляя её смешно поморщиться.
Миссис Грейнджер ойкнула, словно о чём-то вспомнив, и, выскользнув из крепких мужских рук, побежала к плите. Она что-то помешала и выключила огонь.
— Попробуй, малышка, не многовато ли корицы? — женщина разлила по большим бокалам горячий глинтвейн собственного приготовления и выжидающе посмотрела на дочь.
— Не прибедняйся, мам, — Гермиона с удовольствием вдохнула цитрусовый аромат и отпила согревающего напитка. — Ммм… Идеально! Не знаю человека, у которого выходило бы также невероятно!
— А я, с вашего позволения, забираю одну чашку себе, — мистер Грейнджер умыкнул глинтвейн из-под носа жены и с невинным выражением лица сделал глоток. — Да, весьма недурно!
— Благодарю, — миссис Грейнджер с усмешкой притянула мужа к себе и оставила на его губах лёгкий поцелуй. — Будь так добр, успей всё приготовить до застолья.
— Разумеется, — на мужском лице отобразилась такая серьёзность, словно вопрос касался жизни и смерти.
Гермиона с улыбкой наблюдала за своими родителями. Как же ей нравились их взаимоотношения — тёплые и доверительные. Девушка мечтала, что однажды, создав семью, у неё получится сделать её такой же дружной и счастливой.
* * *
Джинни стояла под горячими струями уже минут двадцать, не в силах покинуть душевую. Тело приятно болело после бурной ночи, а лень непозволительно обволакивала, хотя дел на сегодняшний день было запланировано невпроворот. Сквозь шум воды Джинни услышала, как открылась и закрылась дверь, — к ней определённо стремились присоединиться.
Девушка выдохнула, когда ощутила широкие ладони Блейза на своих ягодицах. Она с улыбкой обняла парня за шею, и тот рывком поднял её, в следующую секунду впечатывая хрупкое тело в холодные плиты душевой. Джинни сморщила веснушчатый носик, обвив стройными ножками узкие, скользкие от воды бёдра Забини.
— Доброе утро, — немного разочарованно протянула девушка, вырванная из маленького персонального рая. — А я ведь почти уснула обратно.
Блейз оставил несколько влажных поцелуев на тонкой шее прежде, чем заговорить.
— Детка… — Забини прикусил мочку маленького ушка, вызывая у Джинни табун мурашек.
— Ммм?
— Ты, вроде, говорила, что до сих пор не все подарки организовала?
— Так и есть, — нехотя согласилась рыжая, понимая, к чему клонит её парень.
Из огромного списка она пока лишь заказала в каталоге «Ведьмополитена» наборы косметики для мамы и жён братьев. К вечеру ей нужно было появиться в Норе, Гермиона уехала, а это означало, что на шоппинг придётся заманить Блейза. И какой мужчина на такое пойдёт?
— Малыш, ты же составишь мне компанию? — попытала удачу Джинни и, не дождавшись ответа, накрыла губы Забини своими.
Парень охотно ответил на поцелуй, углубляя его. Когда Уизли наконец отстранилась, в её ореховых глазах читалась мольба.
— Так ты согласен?
— Я думал, это риторический вопрос, — Блейз обворожительно улыбнулся.
* * *
Впервые Драко Малфой собственноручно наряжал ель, под пристальным взглядом хозяйки дома подбирая, какой шарик будет лучше смотреться на каждой из веток. Потрясающий опыт. Розали то и дело подходила, отвлекаясь от собственных занятий, и со знанием дела давала советы. Ох уж эти женщины… Снейп с нескрываемым удовольствием наблюдал за происходящим со стороны, с чистой совестью передав собственные хлопоты крестнику. Он успел прочитать газету, решить кроссворд и выпить пару чашек кофе, прежде чем пришлось пойти забирать из садика Лиззи.
Реакция малышки на ель оказалась очень бурной — она с визгами носилась вокруг дерева и хохотала, раскачивая небьющиеся игрушки, предусмотрительно развешенные на нижних ярусах. Северус снисходительно улыбался, наблюдая за дочерью, и после недолгих уговоров даже посадил её себе на шею, позволив повесить у самой макушки несколько шаров.
Драко был приятно удивлён изменениями, произошедшими за эти годы с его крёстным. Нет, он никогда не считал его плохим. Может быть, чересчур прямолинейным и порой грубым… Но не плохим. Северус опекал Драко с рождения и во многом поддерживал, в отличие от отца, а вот прощать любые шалости… Честное слово, Малфой готов был поклясться, что Снейп на такое не был способен. И вот теперь в его, по обыкновению, холодных чёрных глазах он всё чаще замечал любовь и принятие. Чего только не устраивала Лиззи за эти недели — убегала на улице в неизвестном направлении, а дома при любой возможности выкидывала вещи из шкафов… Девочка была довольно смышлёной, любила передвигаться по комнатам со своим детским стульчиком, чтобы достать с полок запрещёнку, пока никто не видит. Иногда казалось, что малышка находилась в постоянном поиске неприятностей. Малфой был уверен, что окажись он на месте её отца — уже начал бы ставить маленькую егозу в угол. Но Снейп сохранял спокойствие, лишь просил убрать последствия баловства, и неизменно таял, когда Лиззи с извинениями карабкалась на него словно обезьянка.
Вот и теперь ни одна мышца на лице бывшего профессора не дрогнула в ответ на совершённое его дочерью преступление: разбитая вдребезги игрушка тосковала на полу, пока малышка довольно хихикала. Подоспела взволнованная Розали и разочарованно осмотрела кладбище стеклянного оленя.
— Это не смешно! Совершенно не смешно! Так нельзя делать, ты чего? Северус, унеси её, пожалуйста, я уберусь.
— Лучше ты возьми Лиз, я сделаю всё сам, — спокойно ответил Снейп, снимая с шеи притихшую девочку.
Женщина послушно забрала малышку и унесла её наверх, продолжая отчитывать.
Одним взмахом волшебной палочки Северус склеил все осколки воедино. Ещё пара взмахов — и олень поменял свой цвет и размер. Мужчина спрятал его в коробку на верхнюю полку шкафа.
— Розали ничего не заподозрит? — удивился Малфой, искренне недоумевая, как Снейп столько времени продержался.
— Мы купили эту бесполезную штуковину на ярмарке всего неделю назад. Что мне мешало купить ей ещё одно животное?
— Или можно просто выкинуть, раз эта штука такая бесполезная, — пожал плечами Малфой, присаживаясь на подлокотник дивана.
Северус усмехнулся.
— Зачем, если эта ерунда может порадовать жену?
— А ты не боишься, что Розали с ума сойдёт, когда всё узнает? — вдруг спросил Малфой, неожиданно даже для себя самого. Он никогда не отличался чрезмерным любопытством. Задавать личные вопросы и лезть к кому-то в душу, — это было совершенно не его. Особенно если человек являлся близким, — Драко предпочитал дождаться, когда тот сам захочет поделиться. Кого-нибудь подколоть, неуместно пошутить, — да, это он с лёгкостью. Но приставать с расспросами…
— Нет, Драко. Я уверен, что она умрёт от восторга, — лицо мужчины оставалось столь непроницаемым, что Малфою понадобилось ещё некоторое время, чтобы разобраться, было ли это шуткой. Снейп продолжил: — Уверяю тебя, Роза сильная девочка. А ещё она обожает смотреть абсолютно бесполезную фантастику и читать глупые книжонки про вампиров. И Салазар, там ни слова правды! — мужчина скривился. — Не считаю сие занятие полезным, но думаю, я последний человек, кто вправе учить её жизни.
— Тогда почему не расскажешь правду?
— Это перевернёт весь её мир, — Снейп нахмурился, поджимая и без того тонкие губы. — Я и так слишком наследил в её жизни.
Драко понимающе кивнул. Он больше не стал задавать вопросы и докучать крёстному. Ему и так доверили слишком много, впустив в семью. Малфой знал — что бы ни случилось, он всегда будет благодарен Снейпу за то, что тот вернулся в его жизнь и сделал её более яркой и красочной. Даже если Северус однажды вновь решит исчезнуть.
Гермиона пила уже третью чашку кофе, разбирая проекты своих сотрудников по продвижению товаров. Из сорока восьми работ ей нужно было утвердить хотя бы шестнадцать, но прочитав добрую половину, она отобрала всего три. Гермиона устало размяла затёкшие плечи. В такие дни ей казалось, что Отдел Магического Маркетинга наполнен абсолютно бездарными волшебниками, бесполезно прожигающими как собственное, так и чужое время. Неудивительно, что ей так легко удалось подняться по карьерной лестнице, — о здоровой конкуренции даже речи не шло. Девушка сделала большой глоток остывшей горькой жижи и брезгливо отставила чашку.
— Так, кофе в меня больше не лезет…
На её стол приземлился наколдованный бумажный журавлик, и Гермиона с интересом развернула записку. Кто это в такое время ещё сидит на работе? Предложение перекусить было написано знакомым размашистым почерком. Тут даже подписи не было нужно, волшебница сразу ответила согласием и засобиралась в буфет Министерства, работающий допоздна для всех сотрудников.
У окна, на её любимом местечке, уже дожидался Гарри с подносом, заполненным круассанами и хот-догами. За соседними столами сидели ещё с десяток авроров — единственных посетителей в столь поздний час.
— Выглядишь помято, — усмехнулась Гермиона, приземляясь на стул напротив друга.
— Готовимся к одной операции, — Гарри неспешно протёр очки салфеткой и нацепил их обратно. — Первый перерыв за последние шесть часов.
— Да над вами просто издеваются! — девушка возмущённо запыхтела, поправляя выбившиеся из хвоста кудряшки.
Гарри с улыбкой надкусил хот-дог, — стремление Гермионы защитить всех сирых и убогих, да даже перекроить ради них всю систему, его всегда умиляло.
— Я, конечно, подробности разглашать не могу, но хорошие тренировки нам сейчас точно не помешают.
— Да и здоровый сон не повредит, — девушка покачала головой. — Что ни говори, а я никогда не пойму, зачем ты в это полез. Тебя готовы были взять на любую самую престижную и вполне безопасную должность, но ты снова и снова рискуешь собственной жизнью…
— Возможно, я просто подсел на адреналин? — Гарри поймал взгляд подруги и подмигнул. Однако той было не до смеха.
— Я серьёзно! Тебе просто повезло, что у тебя такая понимающая девушка. Будь ты моим парнем… — Гермиона, прищурившись, погрозила волшебнику круассаном.
— Знаешь, — Поттер горько усмехнулся, — тут ты права. Обычно это я веду себя как соплохвост, ревнуя Луну ко всем магическим существам. Но у меня иногда такое чувство, что ей на меня с высоты совиного полёта…
— Эй, — Гермиона взяла друга за руку и тепло улыбнулась. — Просто Полумна даёт тебе много свободы, совершенно не давит… Что, к слову, отлично, учитывая твою сферу деятельности! К тому же, и её пойми: быть магозоологом тоже нелегко.
Парень задумчиво приступил ко второму хот-догу, когда к ним подошёл коренастый светловолосый аврор.
— Гарри, не хочу мешать, но через десять минут мы собираемся в зале, ты помнишь?
Поттер интенсивно закивал и засунул в рот сразу половину хот-дога. Гермиона поморщилась, но тактично промолчала, возвращая на поднос надкушенный круассан, — аппетита совершенно не было. Возможно, виной тому три выпитые чашки кофе?
— Когда вы уезжаете? Надолго в этот раз?
— Боюсь, мы не успеем вернуться к свадьбе Рона, — Гарри наконец расправился с ни в чём не повинным хот-догом.
— Луна в командировке, у тебя очередная секретная операция… Без вас будет так тоскливо! — Гермиона уронила голову на сложенные на столе руки, даже не заметив, как её кудряшки упали в еду. Гарри погладил подругу по голове.
— С тобой будет Джинни, и я попрошу её не отходить от тебя ни на шаг. Согласна?
Гермиона покачала головой, не поднимая её:
— Ты уже говорил Рону, что не придёшь? Он, должно быть, в бешенстве!
— Перетопчется! — возмутился Гарри. Девушка повернула голову так, чтобы лучше видеть собеседника. Поттер, кажется, совсем не шутил, — сидел насупившись, словно обиженный ребёнок. Опять мальчики поругались? — Вот была бы твоя свадьба, я бы даже уволился, чтобы на неё попасть! — с воодушевлением заявил он, побуждая Гермиону улыбнуться.
— Я уже говорила, что ты самый лучший в мире друг? — спросила девушка, и Гарри засмеялся.
— Упоминала пару раз, — он перевёл взгляд на настенные часы и подскочил с места, запуская руку в волосы. — Мерлиновы кальсоны! Я побежал… — Поттер поцеловал подругу в макушку и, прихватив с подноса круассан, умчался на очередную тренировку.
А Гермиона в который раз поймала себя на мысли, что, вероятно, была не такой уж и умной, раз никогда не воспринимала такого классного человека как парня. И даже теперь, после всего, что они пережили вместе, видела в нём лишь брата и продолжала тосковать по Рону, тем временем планировавшему собственную свадьбу. Гермиона несколько раз несильно стукнулась головой о свою лежащую на столе руку. И почему сердцу невозможно приказать? Для неё — человека, который любил всё контролировать и продумывать до мелочей, — эмоции порой были настоящим наказанием.
Но, что бы то ни было, она с этим обязательно справится.
* * *
Северус с усмешкой наблюдал за тем, как Драко в восьмой раз подряд повалился на снег, едва встав на лыжи. Снейп был уверен — Малфою полезно ощутить на практике, что он не так хорош во всём, как ему казалось, и что порой не стыдно, а даже полезно обратиться за помощью. Ведь даже сейчас, обходясь без магии столько лет подряд, Драко оставался по-прежнему спесивым, и его крёстному это не нравилось. Северус знал всё, что происходило в семье Малфоев, и как никто другой понимал, почему Драко был именно таким — эгоистичным, самоутверждающимся за счёт других, свыкшимся с одиночеством, но глубоко в душе опасающимся, что его никто так и не полюбит. Если бы он мог, с радостью убрал бы из парня все гены Люциуса и пробелы в воспитании взмахом волшебной палочки. Но даже магия тут была бессильна. Столько психологических травм… И всё благодаря завышенным требованиям, жестоким побоям за любую оплошность и запретам на проявление многих важных человеческих чувств и эмоций. Совершенно неудивительно, что Драко таким стал, ведь как в подобной атмосфере может вырасти полноценный счастливый человек? Люциус словно пытался вырастить прекрасную розу посреди пустыни, совершенно не заботясь о почве, поливе, правильном климате… Вот только при таком раскладе, среди песков, можно вырастить лишь кактус, и незачем потом угрожать ни в чём не повинному растению, что оно не оправдало каких-то ожиданий. Северус любил Драко и чувствовал свою ответственность за него, словно за родного сына. Он хотел помочь и пытался как умел.
— Соберись и не спеши: это тебе не метла, тут свои правила, — Снейп помог крестнику подняться и в очередной раз показал основную стойку. — Ноги на ширине плеч, стоим на полной стопе, немного согни колени, вот так… Корпус вперёд, руки перед собой… Так, сгибай локти… Слишком сильно! Слабее. Не смотри вниз! Не убей никого палками!
Малфой рассмеялся — коротко и нервно.
— Я уже задолбался, если честно!
— Я верю, что у тебя получится, — спокойно ответил Снейп. — Просто включи наконец свой мозг и прислушайся к собственному телу.
Ещё пара неудачных попыток, и Драко наконец сдвинулся с места, ему даже удалось проехать метров десять, прежде чем снова упасть. Северус с лёгкостью его догнал и лениво похлопал в ладони, упакованные в специальные перчатки.
— Отлично, я знал, что ты не столь безнадёжен…
Ещё через час Драко сумел без падений овладеть холмом для начинающих и ощущал себя так, словно победил на маггловских Олимпийских играх. Теперь он мог спокойно кататься со своим крёстным, хоть тот и обгнял его, без конца петляя.
В снятом гостевом доме мужчин ожидали Розали и Лиз. Они собирали на полу пазлы, и мама под восторженный смех дочери забавно озвучивала домашних животных с картинки, которую они уже почти доделали. Заметив папу, Лиззи подорвалась с места и повисла на нём. Драко переключил внимание малышки на себя, чтобы дать возможность крёстному переодеться и побыть наедине с женой.
Когда Северус вышел из душа, смежного со спальней, на кровати его уже ожидала Роза в чёрном кружевном боди. Снейп сглотнул, скользнув внимательным взглядом по соблазнительным женским изгибам.
— Иди ко мне, я соскучилась, — Розали откинула медные волосы за спину, демонстрируя красивую вышивку на груди и глубокое декольте. — Я знаю, что ты вполне способен порвать эту тряпку в клочья, так что можешь приступать.
Северус не стал дожидаться ещё одного приглашения, с лёгкостью скидывая с мокрых бёдер махровое полотенце. Быстро настигнув кровати, он повалил жену на спину, заглядывая в её небесно-голубые глаза. Откинул очки куда-то в район подушек и позволил любимой женщине себя поцеловать.
Ещё несколько мгновений, и ткань под его руками с треском порвалась. Он опустился к нежной груди, лаская её языком.
Как же он любил Розали. Каждый сантиметр её кожи, невероятный запах, исходящий от неё, каждую новую морщинку и каждый волосок. Женщина со стоном выгибалась, позволяя мужу наслаждаться её телом и царапая его широкую спину.
Всего несколько лет назад Северус думал, что это невозможно.
Невозможно снова полюбить.
Невозможно пьянеть от женщины как от огневиски.
Невозможно колдовать, не имея палочки.
Но вот же она — чистая магия.
Та, что подарили людям небеса.
Всем.
Как магглам, так и волшебникам.
Джордж откашлялся, пригладил волосы и позвонил в дверной звонок. Дверь распахнулась, и на пороге возникла Гермиона в элегантном платье шоколадного оттенка, выгодно подчёркивающем её фигуру. Джордж едва не выронил своё пальто, когда девушка наклонилась, чтобы поспешно застегнуть босоножки. Он глубоко втянул воздух, нехотя переводя взгляд с округлых бёдер на зеркало прихожей, накинул верхнюю одежду, поправил шарф. И когда эта девчонка успела стать такой?
— Прости, не знаю, как так вышло… — застёжка наконец поддалась, и Гермиона выпрямилась. — Я обычно не опаздываю, честно! — девушка с волнением поправила свой объёмный пучок.
— Я тебя лет пятнадцать знаю, так что можешь не оправдываться, — Джордж с широкой улыбкой протянул волшебнице её тренч.
Гермиона хмыкнула, позволяя старому другу за собой поухаживать. В конце концов, быть сильной и независимой она ещё успеет.
— Прекрасно выглядишь, кстати, — Джордж сглотнул, ощущая себя влюблённым подростком, хотя кажется, даже в школе он был больше уверен в себе. Рядом с Гермионой все его умения обольщать женщин меркли, становясь бессмысленными, пошлыми и банальными. К неординарной женщине — неординарный подход, таков закон.
Гермиона смущённо улыбнулась, захватив с полки свой клатч с золотыми ажурными бабочками, которые, ведомые магией, тотчас же встрепенулись. Она мысленно собралась с силами и приняла руку Джорджа, — вечер предстоял непростой.
Пара трансгрессировала к дверям ресторана, и Гермиона в нерешительности замерла. Она благодарила Мерлина, что молодые решили расписаться во Франции без лишних глаз, ведь если присутствие на банкете давалось ей так тяжело, что было бы во время клятв? Джордж звонко поцеловал девушку в щёку, выдёргивая из оцепенения.
— Это на удачу, — просто шепнул он, заглядывая в перепуганные карие глаза.
Пара вошла внутрь и словно очутилась в июньском Провансе: просторный, хорошо освещённый зал, обставленный плетёной мебелью и украшенный живыми цветами. На винтажных скатертях — букеты из лаванды и старинный фарфор. Молодой волшебник в форме встречал гостей у дверей, показывая таблички с рассадкой. В банкетном зале за столами собралось уже немало волшебников, все выпивали и оживлённо беседовали в ожидании молодожёнов. Джордж с Гермионой заняли свои места рядом с Джинни и Блейзом.
— Ты меня сегодня удивила, — рыжая откинула свои локоны за спину, разворачиваясь к подруге. — Я думала, ты либо заявишься первой, либо не придёшь вообще.
— Ты бросила меня на произвол судьбы с моими волосами, что я могла поделать? — смущённо ответила Гермиона, оглядываясь на незнакомых молодых людей за столом.
— Хорошенький у тебя вышел пучок, — Джинни пожала плечами. — Ну прости, милая, ты же знаешь, я обещала маме…
— …и неплохо справилась, — подытожил Джордж.
— Да, ты молодец, тут прекрасно! Французская свадьба… — голос Гермионы предательски дрогнул. — Это всё не так просто организовать без профессионала.
— Чисто к слову, я дизайнер, — обиженно напомнила Джинни, отпивая из своего бокала. Она заметила косые взгляды подруги в сторону незнакомцев и заговорщически прошептала, наклоняясь к её уху: — Это мальчики из команды Рона. Познакомить?
— Н-нет, — девушка покраснела, поспешно отводя глаза. — Я пришла с твоим братом, прекращай.
Музыка на фоне сменилась, стала тише, к центру зала прошёл ведущий, объявляя молодожёнов. Гости засуетились, наполняя бокалы и поднимаясь со своих мест. Через дверь в левой части зала вошёл жених, одетый с иголочки и с волнением заламывающий руки, а с противоположной стороны в дверях показалась красавица-невеста в струящемся платье цвета шампань и лавандовых туфлях с большими бантами на лодыжках. Гости аплодисментами сопровождали молодожёнов, пока они не взялись за руки, встретившись у своего стола.
— …Так поднимем же бокалы за наших прекрасных молодых! Будьте счастливы!
Перезвон бокалов заставил жениха на мгновение растеряться, но Уизли собрался и решительно притянул к себе Аннет, оставляя на её губах нежный поцелуй. Гости одобрительно зашумели, а Гермиона залпом осушила своё шампанское, встречая сочувствующий взгляд Джинни.
Первый танец проходил под известный французский вальс, и элегантность миниатюрной Аннет с лихвой компенсировала неуклюжесть долговязого Рона. Она была словно украшением всего этого танца. Гости засматривались на неё, когда француженка кружилась, и восхищённо вздыхали, когда жених с лёгкостью поднимал её. Джинни без устали разглядывала наряд невесты, отмечая удачные детали платья и аксессуары, а Гермиона внимательно слушала, старательно скрывая свою подавленность.
Зал вновь взорвался аплодисментами, провожая влюблённых на их места. Джордж заботливо положил в пустую тарелку Гермионы рулетики с красной рыбой и несколько ложек какого-то салата.
— Ты знаешь, это довольно вкусно. Тебе необязательно радоваться за молодых, можешь просто перекусить, — с понимаем предложил рыжий, внимательно изучая профиль девушки.
— Я за них рада, — возразила Гермиона, всё-таки беря приборы в руки, — но благодарю за заботу.
— Скажу по секрету, тут все гости немного в шоке, — подала голос Джинни. — Она… весьма юная.
— Семь лет разницы — не так много, — ответила Гермиона, покорно попробовав немного рулета.
— Для Рона?! И вообще, мы думали, что он женится на тебе, — Джордж сразу пожалел, что сказал это. Взгляд сестры стал угрожающим. — Хотя лично я надеялся, что нет.
— А я была уверена, что он найдёт себе мамочку лет на десять старше, чтобы с ложечки кормила и меняла подгузники, — пошутила Джинни, стараясь разрядить обстановку. Она выдохнула, заметив, что плечи подруги заметно расслабились.
— Ага, Аннет и не представляет масштабы работы, которая её ждёт, — Джордж заботливо подлил Гермионе ещё шампанского. Девушка благодарно улыбнулась, отпив из своего бокала. — Мне вот интересно, умеет ли она готовить, — Рона так-то ещё прокормить надо.
Гермиона усмехнулась и покачала головой.
— Ребята, вы слишком стараетесь. Можете перестать обижать брата.
— Он нас не слышит, так что можем продолжать хоть до самого конца! — бойко заявила Джинни, беря подругу за руку и слегка сжимая её пальцы.
Гермиона засмеялась, на какое-то время действительно почувствовав облегчение. Она изо всех сил пыталась мысленно пожелать счастья молодым, ведь, по правде, любила свадьбы. Девушка искренне верила в родственные души и счастливый конец. Однако в этот раз у Гермионы не выходило переступить через собственную гордость, ведь где-то внутри неё жила обида, что её обскакала какая-то, пусть и красивая, но недалёкая девчонка. Глядя на молодожёнов, волшебница копалась в себе, стараясь найти те самые изъяны, что стали роковыми. Да, это она бросила Рона, но что ему мешало в течение многих лет отношений сделать предложение? Гермионе пришлось наступить на свои чувства, чтобы уйти, и она до сих пор оставалась одна, тогда как брошенный Рон теперь играл свадьбу с малознакомой девушкой и казался совершенно счастливым. Где же справедливость? Счастливое завершение для неё, Гермионы Грейнджер? Или семейное счастье — не то, чего ей стоит ожидать?
— Пошли танцевать, — скорее утвердил, чем спросил Джордж, силком вытягивая Гермиону из её мыслей.
Девушка отрицательно качнула головой, однако вскоре оказалась на руках у настырного парня в центре танц-пола. Отказ определённо не приняли. Джордж самозабвенно отплясывал под свист других гостей, словно Гермиона ничего не весила. Девушка смущённо уткнулась в мужское плечо, впитавшее в себя запах алкоголя и цветов. Скоро она попросила опустить себя, согласившись добровольно поучаствовать в танце. Они станцевали две или три песни, прежде чем сесть на свои места. Джордж остался довольным подобным результатом, да и Гермиона стала ощущать себя лучше. В конце концов, ведь не на похороны же она приехала. Девушка решила, что её страданиям по бывшему пора положить конец и стоило порадоваться за старого друга. Ведь если прежде в глубине её души тлел огонёк надежды на продолжение болезненных отношений с Роном, то сейчас он погас — окончательно и бесповоротно. Гермиона была из разряда тех девушек, кто даже не посмотрит в сторону женатых мужчин. Она не верила, что когда-то ещё сможет общаться с бывшим так, как с Гарри, потому что их с Роном дружба не была настоящей — он всегда ей нравился. Так не пришло ли время просто отпустить его?
— Ты как? — Джордж отловил Гермиону у кэнди-бара. Девушка абсолютно игнорировала торжественное разрезание торта молодых, поглощая разноцветные макаруны и запивая их розовым вином из огромного бокала.
— Это французское лакомство определённо лучшее, что есть в этой свадьбе, — Гермиона захихикала, прикрывая рот тыльной стороной руки.
— Знаешь, а я тут слышал ещё пару неплохих песен, — пошутил Джордж, встречаясь взглядом с девушкой. — Мы уже можем отправиться по домам, вряд ли пропустим что-то стоящее.
Следующим пунктом невеста должна была бросать букет, но Гермиона участвовать в этом балагане не планировала. В особенности потому, что даже представить не могла свои ощущения, если всё-таки поймает цветы из рук жены своего бывшего… Или, ещё хуже, не поймает.
Гермиона даже задумываться не стала и сразу с удовольствием приняла предложение Джорджа. Она попросила немного прогуляться и добраться на обычном такси — трансгрессия в подобном состоянии могла быть небезопасна.
Парень аккуратно вёл Гермиону под руку, то и дело обращая её внимание на всякие пустяки вроде интересных вывесок и дорогих машин. Девушка смеялась над нелепыми шутками, в кои-то веки ощущая себя совершенно расслабленно и непринуждённо. В первый раз за долгое время не было никакого желания плакать, хотя прошедший день определённо к этому располагал. Гермиона гордилась своей выдержкой, хоть и подозревала, что Джордж тоже приложил немало усилий для её нынешнего состояния.
Когда они добрались до её квартиры, парень нехотя попрощался, собирая в кулак всё своё рыцарство и поганой метлой гоня от себя любые похотливые мысли. Однако Гермиона отловила Джорджа за пальто и утянула внутрь прихожей.
— Зайди, выпей чего-нибудь, — с улыбкой предложила девушка, не вкладывая в это предложение никакого потайного смысла.
— О, знаешь ведь, от чего я никогда не смогу отказаться, хитрюшка, — Джордж озорно улыбнулся, побуждая Гермиону рассмеяться.
— Заходи уже, любитель женщин и выпивки, — с улыбкой потребовала Грейнджер, приземляясь на деревянную тумбу для обуви, едва не промахнувшись и не оказавшись на полу. Девушка предприняла попытку разделаться с обувью, но застёжки отчаянно отстаивали своё право оставаться застёгнутыми до самого утра. Гермиона разочарованно выдохнула, когда поняла, что после определённого бокала эти туфли можно использовать как кандалы.
Джордж без лишних слов присел на корточки у ног девушки и помог ей справиться с застёжками. Он бережно стянул туфли с аккуратных лодыжек и, затаив дыхание, перевёл свой взгляд на любимые шоколадные глаза. Кажется, Гермиона тоже не дышала.
— Ну вот, делов-то, — хрипло сообщил Уизли, чтобы хоть как-то заполнить повисшую паузу.
— Ты прямо рыцарь, — Гермиона усмехнулась и разорвала зрительный контакт, попробовав подняться с места. Попытка успехом не увенчалась, и девушка со смехом рухнула обратно. — Прости, я чувствую себя глупо…
— Прекрати извиняться, — Джордж подался вперёд, непозволительно сокращая расстояние между ними. — В любом состоянии ты просто вейла!
Гермиона со смехом покачала головой, отталкивая от себя Уизли. Нет, нет и ещё раз нет! Обольстить подобными фразочками её было невозможно. Джордж славился своими похождениями, но многие девушки осознанно шли на секс без обязательств с этим парнем, желая насладиться каждым предоставленным им мгновением. Подобный расклад событий Гермионе совершенно не подходил. Да она лучше уйдёт в монастырь, чем поддастся на шарм какого-либо бабника! Даже если знала его добрую половину своей жизни. В самом деле, не просто же так в школьные годы Грейнджер предпочла близнецам их младшего брата, тогда как по Джорджу и Фреду пускали слюни немало девчонок.
— Ты хотела предложить мне что-то выпить? — Уизли нехотя поднялся на ноги и протянул девушке руку. Гермиона с благодарностью приняла её и поднялась.
Она смутилась, заметив, с каким интересом её разглядывает Джордж. Словно в попытке запомнить каждую чёрточку на её лице. Гермиона хотела смыться на кухню, но оступилась и упала в крепкие мужские объятия. Джордж улыбнулся, наклоняясь к её лицу.
— Ну, сама напросилась, — пошутил он, впиваясь в её губы жарким поцелуем.
* * *
Гермиона проснулась от сильной пульсирующей боли в висках. Голова раскалывалась так, словно всю ночь на ней с бубном отплясывал взрывопотам.
— Ну нет, прошу… — прошептала Гермиона пересохшими губами. В такие моменты ей казалось, что отмечать в этом году она должна была столетие, а не двадцать пять.
Ну сколько раз за последний год я клялась больше не пить?!
Девушка приложила немало усилий, чтобы продрать глаза и перевести взгляд на прикроватную тумбочку. Стрелки на часах неумолимо приближались к полудню… Это вообще законно — столько спать? Гермиона медленно села и заметила заботливо оставленное кем-то антипохмельное и записку. Девушка решительно опрокинула в себя содержимое флакончика, и лишь почувствовав, как к ней медленно, но верно возвращается жизнь, взялась за листок бумаги.
«Спасибо за незабываемую ночь!
Целую, Джордж У.»
Гермиона перечитала записку дважды, прежде чем способность дышать к ней вернулась. Девушка медленно приподняла край одеяла, в надежде увидеть на себе жизнеутверждающий элемент одежды…
Кружевные стринги сидели словно влитые.
Вот они, мои родненькие! — девушка едва не расплакалась от счастья.
— Стоп, — Гермиона ещё раз внимательно осмотрела себя. Ей пришлось поднапрячься, чтобы покалеченные алкоголем извилины захотели немного поработать. — А у меня вчера разве оставались силы, чтобы переодеться?
Вместо вечернего платья на ней была надета лишь свободная футболка. Не домашняя футболка. Гермиона подозрительно сощурилась, сминая записку, и скинула с себя одеяло. Какова вероятность, что мужская рука, а может, и не только рука, побывала в…? Гермиона отрицательно мотнула головой. Ей казалось, что даже выпей она в одиночку весь алкоголь со свадьбы, — подобным бы не кончилось. Не для того мама ягодку растила!
Девушка натянула шорты — от греха подальше, — и всё-таки вышла из комнаты. Из кухни доносились голоса и смех. За столом уже завтракали Джинни и Блейз, а у окна стоял… Джордж Уизли собственной персоной. Гермиона схватилась за дверной косяк, ощутив, как все внутренние органы болезненно сжались от страха.
Джинни первой заметила приход подруги и многозначительно поиграла бровями, встретившись с ней взглядом.
— А вот и наша Спящая красавица очнулась! Как ночка?
— Чудесно, — вместо Гермионы ответил Джордж и лукаво улыбнулся шатенке. Девушка на мгновение прикрыла глаза, подавляя желание убежать и спрятаться. Она едва не выругалась вслух, хотя нецензурной бранью никогда прежде не отличалась.
Уизли быстро преодолел расстояние, которое их разделяло, и, притянув Гермиону к себе за лицо, с чувством поцеловал её в губы. Девушка в изумлении замерла, не в силах оттолкнуть наглеца. Джинни довольно улыбнулась и что-то зашептала Блейзу. Словно в замедленной съёмке Гермиона увидела, как Джордж с усмешкой отстранился.
— Ты будешь чай, кофе? — бросил он, с абсолютной уверенностью беря девушку за руку.
В голове Гермионы промелькнула картинка с жарким поцелуем в прихожей. Пока эта сцена была единственной, что ей удалось вспомнить… Но этого было достаточно.
После ночи, проведённой с Джорджем, Гермиона старательно избегала его ещё целую неделю, словно нашкодивший ребёнок. Память к ней так и не вернулась, а Джинни усугубляла ситуацию, предлагая отметить долгожданный прорыв, совершённый в теле подруги. Отмечать Гермиона, разумеется, ничего не собиралась. Она вообще с каждым днём всё острее ощущала безнадёжность и понимала, что если сама настоит на расставании с очередным Уизли, то станцует на собственных моральных принципах. Гермиона знала, что теперь просто обязана дать Джорджу шанс, и когда Джинни предложила организовать двойное свидание с участием её брата, девушка с неохотой, но согласилась. Они решили посетить новый ресторан, открывшийся недалеко от площади Голден-сквер в районе Сохо. Заведение пусть и маггловское, зато уже весьма нашумевшее из-за своего изысканного дизайна и юного, но даровитого шеф-повара — настоящей находки в мире кулинарии. В подобном месте любое свидание автоматически улучшалось за счёт атмосферы и потрясающей еды, и Джинни, от всей души желавшая брату и подруге счастья, на это очень рассчитывала. Рыжая лично принялась за Гермиону, подогнав под неё собственное платье винного цвета, на тонких бретелях и с v-образным вырезом. Пожалуй, она ещё никогда так не старалась с причёской и косметикой. Ей хотелось, чтобы Гермиона была идеальной, хотя Джинни ни капли не сомневалась в чувствах Джорджа к подруге. Она уже давно знала о его влюблённости, ещё с тех пор, когда неожиданно стала свидетельницей разборок братьев, а именно прижатого к стене Рона с палочкой у горла. По правде, младший Уизли нарвался сам, неоправданно часто доводя свою девушку до слёз, но и реакция одного из близнецов была слишком бурной, даже подозрительной. Девушки опоздали на десять минут, и кавалеры уже дожидались их за одним из столиков в центре зала. Оба подорвались со своих мест, чтобы галантно отодвинуть дамам стулья, подозвали официанта, сделали заказ. Весь вечер Джордж не сводил с Гермионы глаз, и она чувствовала себя от этого совершенно неуютно. Он по-прежнему не переставая шутил и пытался сделать атмосферу менее напряжённой, но расслабиться у девушки не выходило, у неё и аппетита толком не было. Когда Гермиона отошла в уборную, Джордж отловил её у дверей на балкон и предложил выйти пообщаться. Он незаметно наложил на них согревающие чары, чтобы им ничто не мешало насладиться зимним пейзажем. Это было… мило. Гермиона даже на мгновение подумала, что отношения с ним могли бы быть иными, чем с Роном. Ей всегда не хватало заботы, ведь раньше именно она без конца обхаживала своего парня, мало что получая взамен. Когда Джордж её поцеловал, Гермиона ответила. Это не было фейерверком из чувств, но это было правильно. Она ощущала тёплые мужские руки, обвившие её талию, нежные, мягкие губы, и ей вовсе не было противно, нет. Ей даже было необходимо это. На какое-то время Гермиона смогла отвлечься от всего, что на неё навалилось, включая свежую новость о беременности Аннет и личную потерю. Так стоило ли отказываться от отношений с Джорджем, дабы остаться честной с собственным сердцем? * * *
Звонкая пощёчина разорвала затянувшуюся тишину, и Джордж отшатнулся, не понимая, что из его слов вызвало столь бурную реакцию у девушки. — Ты пошутил? Это что, по-твоему, смешная шутка?! — По крайней мере, вполне безобидная. И ведь это было до наших отношений, не забывай! —Уизли потёр ушибленное место, жалея, что всё-таки решился сказать правду. — Это было началом наших отношений! Я же в итоге набралась храбрости и спросила, что именно произошло между нами! А ты что ответил?! — Что мы тогда стали невероятно близки. Что тут не так? Полночи держать волосы девушки над унитазом — невероятно сближает, знаешь ли, — Джордж усмехнулся, довольный своим ответом. — Ты… ты… — девушка задохнулась от возмущения. — Явно намекнул, что видел меня голой, и что тебе это понравилось! — Но ты ведь всё заблевала, так что да, я тебя переодел — поступил по-рыцарски, между прочим. И мне правда всё понравилось, Герми, так что прекращай! Гермиона разочарованно выдохнула, качая головой. Видит Мерлин — она старалась. Все эти месяцы играла роль эталонной девушки: наряжалась перед тем, как отправиться на свидания, научилась печь его любимые блинчики и приготовила их раз пять — а ведь она ненавидела готовить, — дважды составила ему компанию на ненавистном квиддиче, а самое страшное… В один прекрасный вечер позволила — О, Моргана! — потрогать себя за грудь… И не просто пощупать через лифчик! Парень тогда такое вытворял своим языком, что Гермиона до сих пор пребывала в культурном шоке. И вот теперь она смотрела в бесстыжие карие глаза напротив и понимала, насколько ошиблась. В тот вечер всё было замечательно. Настолько, что Гермиона едва не зашла слишком далеко, решив, что терять-то уже нечего… Но, как выяснилось, всё же есть что. Обида жгла Гермионе глаза, наполняя их слезами. Джордж прекрасно знал её трепетное отношение к сексу и решил воспользоваться ситуацией с потерянной памятью, чтобы повернуть всё в свою сторону. Да, его можно было понять — он давно любил Гермиону, а она совершенно его не воспринимала. Да, возможно, кто-то бы простил намёк на близость, которой не было и в помине, но… Слишком уж долго Грейнджер берегла свою невинность для того, чтобы её лишение могло стать пустяковым моментом. И, по правде, только поэтому девушка решила дать Джорджу шанс. Она бы не смогла иначе… — Всё было обманом! — воскликнула Гермиона и ощутила, как первая слеза сорвалась с кончиков ресниц и скатилась к подбородку, оставляя после себя мокрую дорожку. — Я люблю тебя — это не ложь! И про ту ночь я не врал, лишь немного… недоговорил. — Отлично! Прекрасно! — Гермиона зло стёрла следы от слёз. — Ты продолжаешь делать из меня дуру? — Прошу, не делай трагедии, я хотел помочь тебе раскрепоститься. Вроде вышло? — Джордж по-доброму усмехнулся, пытаясь перевести разговор в шутку. Но это был неподходящий случай. Девушка некоторое время изучала веснушчатое лицо, пытаясь в нём что-то разглядеть и принять важное решение. Сожаление, раскаяние, — вот чего не было в Джордже. Отсутствие, которое стало фатальным. Гермиона кивнула своим мыслям и развернулась в сторону двери. С каждым шагом девушка всё отчётливее ощущала правильность решения и понимала, это расставание — навсегда. Обратного пути нет и не будет. Больше Гермиона не планировала встречаться со лжецами. Никогда. * * *
— Мерлиновы кальсоны, почему мы этим занимаемся? — Драко сидел на склоне, уже поросшем мхом и молоденькой травкой, и крутил в руках удочку, пытаясь разобраться, как работает данный прибор. — Потому что у нас есть сертификат на рыбалку, — безучастно ответил Северус, раскладывая для себя удобное кресло. — Ты же можешь взмахнуть грёбаной палочкой и заставить рыбу прилететь в твои руки! — Малфой откинул удочку, потеряв к ней всякий интерес. — И отправить наших добрейших соседей в лечебницу? Пятьдесят очков Слизерину, мистер Малфой, — лицо Снейпа оставалось непроницаемым. Он приземлился в своё кресло, вытягивая ноги к воде и открывая пиво. Три старичка, расположившиеся неподалёку с рыболовной снастью и ящиком алкоголя, уже успели подойти познакомиться и вручить им по бутылочке. Драко перевёл на магглов недовольный взгляд, мысленно обвиняя во всех бедах. — Хорошо, мы остаёмся. Но знай, мне они не нравятся, как и вся эта затея, — напоследок проворчал парень, всё-таки сдаваясь на милость победителя. Розали тем временем установила металическую треногу с походным котелком и вместе с Лиззи натаскала веток для костра. После этого они отправились в разложенную палатку, чтобы малышка смогла передохнуть за чтением детской книги. — Я всё ещё не понимаю, что тут делать ребёнку? Что вообще магглы находят в подобных развлечениях? — Пытаются почувствовать собственную власть, покушаясь на жизнь неразумных существ, — Северус усмехнулся. — Прекрасно, — Малфой поморщился, скидывая с ноги большого паука. — Я бы нашёл способы получше. — Возможно. Но ты обязан попробовать уху моей жены, уверен, домовики тебе такого не готовили. Драко неопределённо пожал плечами. Конечно, не готовили! Он ведь не особо любил рыбу... Первый час тянулся для Малфоя медленно, словно старый глизень, ползущий на последнем издыхании. Однако после первой пойманной рыбки рыбалка заиграла совершенно иными красками. Драко давно не испытывал подобного азарта и радовался каждому трофею словно ребёнок, напоминая Лиззи, с удовольствием наблюдающей за процессом ловли. Когда Снейп сказал, что большую часть рыбы придётся отпустить, Малфой возмущённо притянул ведро к себе, решив отстаивать добычу до последнего. Нахрена он тогда потратил столько сил и времени? После недолгого спора Северус в очередной раз одержал победу — против закона не попрёшь, разрешено забрать лишь тридцать процентов от улова. Розали сварила уху из пойманной рыбы, все расселись у костра и с удовольствием отведали душистого супа. Даже Малфой притих, наслаждаясь атмосферным вечером на природе. — Мне кажется, ему очень одиноко, — шепнула мужу Рози, украдкой наблюдая за Драко. — А ведь он мог бы стать неплохим отцом. Может, мне его с кем-нибудь познакомить? Северус отрицательно покачал головой. Ему не хотелось, чтобы Драко проходил то же, что и он сам, — пусть его девушкой станет волшебница, так проще. Скрывать значительную часть жизни от любимой женщины порой было невыносимо, пусть и необходимо. Но он безупречно умел это делать. А Драко? У этого засранца было море недостатков, но он так устал от лжи, что иногда его грубая прямолинейность даже пугала. Пусть так — это лучше любого обмана. Заметив, как Розали поёжилась от порыва ветра, Северус притянул её к себе и обнял, укрывая подолом своего длинного чёрного плаща. Женщина благодарно улыбнулась, оставляя на подбородке мужа лёгкий поцелуй. Роза прикрыла глаза, вслушиваясь в треск костра и сверчков на фоне. Северус незаметно наколдовал заклинание, отгоняющее настырных насекомых, и зарылся лицом в медные волосы. Лиззи уже задремала на коленях Драко, и тот с лёгкостью поднял миниатюрную фигурку, чтобы отнести её в одну из палаток. Снейп проводил их взглядом, выглядывая из-за копны рыжих волос. Да, Драко мог бы стать хорошим отцом. Гораздо лучше Люциуса. И когда Малфой снова почувствует под ногами почву, независимо от того, есть ли в его руках древко волшебной палочки или нет, — вот тогда он и сможет создать семью. Прекрасную, дружную, счастливую, — в этом Северус не сомневался. * * *
Гермиона вернулась домой в сумерках — она допоздна гуляла по цветущему Лондону в одиночестве, пытаясь привести мысли в порядок. Джинни, обложившись кипой бумаг, с воодушевлением рисовала эскизы и не сразу заметила приход подруги. — Как прошёл твой день? — Уизли отложила волшебный карандаш, самовыравнивающий линии. В ответ Гермиона лишь пожала плечами, опуская голову прямо на эскизы. — Хорошо, если ты не хочешь рассказывать, мне есть чем поделиться, — Джинни собрала раскиданные листы в аккуратную стопку. — Я вся во внимании, — протянула Гермиона, не поднимая головы. — У меня появился ещё один заказчик, и в этот раз живёт он далековато… — Насколько далековато? — шатенка вдруг оживилась, выпрямляясь. — Я бы сказала — в месте, забытом Мерлином, — Джинни подтвердила свои слова кивком головы. — Удивительно, как легко прославиться, если ты являешься сестрой известного спортсмена. Или всё дело в том, что мой бывший — любимчик магического общества? Этот вопрос заставил Гермиону слабо улыбнуться. — Ты уже решила, когда отправишься? — На днях будет готов портал для двух человек, и мы сможем переместиться. — Мы? — Джордж искал тебя, дорогая, — Джинни понимающе улыбнулась. — Он рассказал про вашу ссору, и я подумала, ты тоже захочешь сменить обстановку. Гермиона сглотнула слёзы, позволяя подруге подвинуться ближе и обнять себя. Может, и был смысл в её предложении? Ведь, в конце концов, пришла весна. А весна — это новая жизнь…
Джинни распахнула плотные шторы, впуская в маленькую, отделанную деревом комнатку солнечный свет. Она подошла к небольшой кровати и принялась настырно стягивать с подруги одеяло.
— Эй, мы прибыли ещё накануне и не видели ничего кроме нашего номера!
— Меня всё раздражает, и я ничего не хочу, — объявила Гермиона, наотрез отказавшись вылезать из постели.
Джинни негодовала, но на уговоры времени не было — впереди её ожидала встреча с парой клиентов, чтобы сделать замеры для платья и смокинга и обсудить все детали. Рыжая махнула на Гермиону рукой и ушла одна. Сначала она заскочила в продуктовую лавку, затем в магазин с прокатом дисков, и, наконец, принесла подруге «Секс в большом городе» и большую упаковку попкорна.
— Можешь лежать, есть и смотреть, — торжественно объявила Джинни, наблюдая за тем, как краска начала заливать лицо Гермионы, разглядывающей стопку дисков.
— Это ещё что?!
— Отличный маггловский сериал! Удивительно, что ты не знаешь. Пока изучи теорию, вдруг потом практики захочется…
Гермиона запульнула в подругу подушкой, но промахнулась. Джинни помахала рукой и поспешно ретировалась, оставляя подругу наедине с дисками. Девушка долго гипнотизировала взглядом картинки с изображением четырёх счастливых подруг. Неужели секс — это так жизненно необходимо?
Гермиона покачала головой. Она много раз представляла себе, как это могло быть. И безусловно, в любых её фантазиях это было приятно. Гермиона не считала секс мерзким, она его возвышала.
Зависимость людей от данного процесса всегда пугала её. В конце концов, ведь именно контроль над инстинктами — отличие от животных. Тем временем, окружающие занимались этим ради самого процесса, а не вследствие большой любви, расставались, исходя из сексуальной несовместимости, в конце концов, изменяли друг другу! Порой Гермионе казалось, что её, шутки ради, поместили жить в программу «В мире животных».
Прежде в её глазах Рон выделялся среди всех. Он никогда не настаивал на близости, принимая позицию «отдаться мужу», и картинка их отношений могла быть идеальной, если бы не одно но… Рон так и не сделал предложения! А в итоге, женился на другой, когда та залетела. И Гермиона могла сколько угодно твердить себе, что Рон, как и она, блюл чистоту, но… Мерлин! В глубине души девушка задавалась вопросом: кто будет столько лет сидеть без секса и даже не пытаться что-то изменить? Тем более, учитывая положение Аннет, у него явно всё прекрасно функционировало.
Ответ же был очевиден: тот, кто в этом не нуждался, по разным причинам. Гермиона была для Рона удобной — умная, красивая, стабильный вариант. Она его боготворила, и Уизли это прекрасно знал и с удовольствием этим пользовался. Он считал, что Гермиона попросту больна — фригидна. «Ведь кто станет столько лет терпеть, прикрываясь какой-то свадьбой?» — так думал Рон. И главное, он в это верил, потому даже не пытался что-то предпринять. Ведь нормальный мужчина поднимет вопрос! И в случае, если желание секса перевешивает уважение к партнёру, — он будет на этом настаивать или даже поставит ультиматум. Если любовь — подождёт, снова попытает удачу, опять подождёт и, в конце концов, женится.
Но Рон… Ему было проще принимать от Гермионы любовь, а секс получать на стороне. А вот связывать себя узами брака с женщиной, которая никогда не сможет его удовлетворить, он просто боялся. И если бы только Гермиона всё это знала…
Если бы.
Девушка взяла диск с первым сезоном и отправилась возиться с дисководом. Плевать! Если она пока не собиралась этим заниматься, кто сказал, что она не могла на это смотреть?
К приходу Джинни Гермиона вырубилась за просмотром восьмой серии в обнимку с остатками попкорна. Рыжая разбудила подругу и потребовала её принарядиться для выхода в «местный свет». Гермиона нехотя поднялась, надела простые расклешённые джинсы и безразмерную футболку. Джинни ужаснулась, увидев выбор подруги. Она сразу отправила её повторно переодеваться, вручив другую одежду.
Скоро Гермиона вернулась и покрутилась, демонстрируя приталенный джинсовый сарафан и ковбойские сапоги с крашенным в голубой цвет верхом.
— Ну, уже не так плохо, — Джинни придирчиво осмотрела подругу. — Ты надела тот комплект белья, который я дала?
— Мерлин, это ведь не конкурс красоты!
— Нет. Но в этот раз без мужика ты из бара не уйдёшь!
* * *
В баре громко играла музыка, и на сцене выступали все желающие поучаствовать в караоке-конкурсе. Драко и его крёстный заняли отдалённую позицию, чтобы спокойно поиграть в карты и выпить разливного пива. Снейп то и дело бросал задумчивый взгляд на сцену и в какой-то момент предложил загадать проигравшему желание. Малфой, с лёгкостью выигравший прошлую партию, согласился без сомнений, злорадно представляя, как заставит Северуса ловить курицу с соседнего участка без волшебной палочки. Пятнадцать минут ожесточённого боя, и Драко был загнан в угол. Он разочарованно бросил карты на стол, прекрасно осознавая, что дальнейшая игра не имела смысла. Малфой медленно вдохнул и выдохнул, пытаясь свыкнуться с мыслью о поражении. Ещё минута, и он уже выслушивал желание, загаданное крёстным.
— Северус, прекращай, — Малфой брезгливо поморщился. — Я туда не пойду, нет.
— Уверен, ты неплохо поёшь, — равнодушно протянул Снейп, но пронзительный взгляд его тёмных глаз выдавал интерес.
— А вот мой отец, вероятно, так не считал, — парень горько усмехнулся, вспоминая, как будучи подростком пару раз забывал поставить заглушающее заклинание в душе, и Люциус устраивал ему хорошую трёпку. — «Пение — работа грязных шлюшек в кабаре! Малфои никогда столь низко не падали. Не позорь меня, сын.», — Драко хорошо передал угрожающую интонацию отца, и Снейп криво улыбнулся.
Он был единственным кроме домовых эльфов, кто знал влечение крестника к музыке. Уроки игры на рояле были обычным делом в аристократических семьях, вот только Драко ещё и обладал прекрасным голосом, даже иногда сочинял песни. Как и Нарцисса в школьные годы. Всё-таки, кровь Блэков никто не отменял.
А был случай, когда Северусу даже пришлось прикрыть крестника перед отцом, сказав, что это он музицировал в одном из залов Мэнора. Люциус, никогда не питавший особой любви к Снейпу, в тот раз едва не отправил кума в больницу Святого Мунго лечиться от шизофрении. Но Северус ни о чём не жалел. Он верил в то, что таланты даны людям не просто так. Они дарят смысл. Снейп познал это на собственном опыте. Зельеварение являлось неотъемлемой его частью, и если музыка для Драко была хоть вполовину также важна, как он мог позволить ему этим не заниматься?
— Мистер Малфой, — поучительным тоном начал мужчина. — Спешу вас разочаровать — жизнь не только выпивка и женщины. В любом случае, я наложил заклятие честности, так что рекомендую соблюдать правила и выложиться по полной, — лицо Северуса было непроницаемым. Он отпил тёмного пива из своей кружки, не отводя взгляда от крестника.
— Я же лишён магии, где справедливость? — Драко опешил.
— И всё же, в тебе ещё течёт волшебная кровь, так что это заклинание нельзя назвать надругательством над магглом, даже не пытайся.
— Дерьмо, — Малфой откинулся на стуле, ощущая всю безысходность ситуации. И кто дёрнул играть в карты на желание со столь бесчеловечным типом?
Снейп довольно ухмыльнулся, словно ему удалось почерпнуть энергию из вытянувшегося от разочарования лица. По правде, он просто жаждал вновь услышать, как Драко поёт. Парню был необходим волшебный пендаль, и — ну надо же, — вот он!
* * *
— Караоке-конкурс, вот это по-нашему! — Джинни захлопала в ладоши, наблюдая за тем, как на сцене после выступления раскланивается очередная рандомно подобранная пара.
Ведущий принялся зазывать следующих певцов, и Джинни, пользуясь моментом, резко подняла руку подруги. Гермиона даже возмутиться не успела, как ведущий указал на неё, рассыпаясь в похвалах за решимость и попросив присутствующих поддержать прекрасную леди аплодисментами.
Шатенка поднялась на трясущихся ногах, сглотнув чересчур вязкую слюну. Джинни сунула ей в руки рюмку с горячительным, и девушка моментально опустошила её, хоть и обещала себе завязать с алкоголем. Гермиона сама не заметила, как под бурные овации ноги привели её на сцену к ведущему. От волнения девушка боялась даже поднять глаза, изучая деревянные доски пола. Она не обратила внимание и на то, кого ей рандомно подобрали в пару. Опомнилась Гермиона только тогда, когда кто-то мягко забрал у неё микрофон, скользнув тёплыми пальцами по её руке, и шепнул куда-то в непослушные кудряшки, что начнёт, а она может поддержать на припеве.
Ведущий торжественно объявил название песни, которые лично подбирал парам, усложняя тем самым выступление. Гермиона лишь перепуганно хлопала пушистыми ресницами, слушая первые аккорды. По правде, с песней им повезло — «No Doubt — Don’t speak» — довольно известная, слова которой были у всех на слуху. Возможно, ведущий заметил ошалелый вид певицы и пожалел их? Довольные слушатели поддержали выбор песни, но девичье сердце продолжало бежать с такой скоростью, что совсем не давало думать, не то что петь.
Первым вступил партнёр, поудобнее перехватывая в руках микрофон. В конце концов, какая разница, что подумает кучка пьяных магглов? Мужской голос завораживал, и Гермиона на мгновение прикрыла глаза, выдыхая и наслаждаясь тембром незнакомца. В ней зародилась надежда, что с таким напарником присутствующие даже не заметят, если она сфальшивит. Гермиона начала петь, поначалу тихо, но с каждой строчкой всё более уверенно. Парень подошёл сзади, подставляя ей микрофон:
«…Our memories, well, they can be inviting,
But some are altogether mighty frightening…»
Блондин наклонился ближе, чтобы вступить вместе с Гермионой:
«…As we die, both you and I,
With my head in my hands, I sit and cry…»
Даже если девушке не удавалось зацепить какие-то ноты — это ничуть не портило песню, ведь харизма её партнёра всё перекрывала, да и голоса у пары прекрасно сочетались.
Когда дело дошло до второго припева, парень внезапно сорвался с места и встал за старое пианино в углу сцены, с лёгкостью подбирая на слух нужные аккорды, оживляя музыку и делая её ещё более прекрасной. От подобного зрители пришли в неистовый восторг, а Гермиона наконец обернулась, чтобы рассмотреть, как выглядел её незнакомец. Продолжая петь, она подошла к пианино и облокотилась на него рукой, заглядывая в лицо музыканта. Тот поднял взгляд, и голос девушки сорвался на высокой ноте — на неё смотрели пугающе-знакомые глаза цвета грозового неба. Гермиона ощутила, как сердце начало биться где-то у неё в горле. Разве глаза способны на подобный обман? Она не чувствовала ничего кроме всепоглощающего шока, — никакого отвращения или злости, как это бывало прежде. Перед ней словно стоял совершенно другой человек с такими же необыкновенными платиновыми волосами как у её старого школьного врага. Драко Малфой улыбнулся, заметив, как обескураженная девушка начала опускать микрофон. Он перехватил его своей рукой, плотно сжимая нежные пальчики, и подтянул магговское изобретение к своим губам, чтобы допеть. Девушка сглотнула, в первый раз в жизни наблюдая за юным лордом на расстоянии каких-то десяти сантиметров. Она могла разглядеть каждый волосок и шрам на его лице. Малфой повзрослел и стал выглядеть более мужественно, и девушке определённо это нравилось — Гермиона неуверенно улыбнулась.
Когда песня наконец закончилась, слушатели повскакивали со своих мест, свистя и аплодируя, — подобного ажиотажа этот бар ещё не видел. Ведущий без капли сомнений объявил очевидных победителей, и Драко в порыве чувств подхватил Гермиону, закружив её по сцене. Девушка смеялась, ощущая странное волнение, опьянённая от нахлынувших эмоций. Она не сразу поняла, что её прижимает к себе никто иной как Драко Малфой. Ей вдруг стало не по себе, словно она делала что-то противоречащее собственным принципам.
Со смешанными чувствами Гермиона вернулась за свой стол. Джинни встретила её аплодисментами.
— Детка, ну ты отожгла! Как твои ощущения?
— Ты видела, кто пел со мной? — Гермиона ответила вопросом на вопрос, приземляясь на свой стул. Ей всё ещё не верилось в реальность происходящего.
— Кто-то невероятно харизматичный и привлекательный? — глаза Джинни заинтересованно заблестели. Она определённо жаждала подробностей.
— Ну, можно и так сказать… Это Драко Малфой. Помнишь такого?
— Так, стоп… Что? — Джинни перевела поражённый взгляд на пустующую сцену, где ещё недавно выступал аристократ из древнего чистокровного рода.
— Да, Джин, да. Это он, я уверена!
— Беру свои слова обратно, — рыжая поморщилась, припоминая, что устраивал Малфой в школьные годы. — Забудь всё, что я сказала.
— Но ты права! Он отлично справлялся с маггловским микрофоном, у него приятный голос. К тому же внешне…
— Нет, нет, нет! Дорогая, очнись! Вспомни, как он отравлял твою жизнь в школе. Это ведь один из бывших Пожирателей смерти.
Гермиона удивилась возникшему желанию защитить Малфоя. В чём-то подруга была права — его прошлое говорило само за себя. Но стоило ли так решительно клеймить человека?
Драко неожиданно возник у стола, заставляя Гермиону вздрогнуть, и напомнил, что им нужно забрать свой приз.
В ожидании ведущего они сели у барной стойки.
— Грейнджер, сам не верю, что говорю это, но ты отлично смотришься на сцене!
Гермиона посмотрела на Малфоя как на душевнобольного, до конца не понимая, как именно должна отреагировать. Лет десять назад парень бы произнёс эту фразу исключительно под пытками или же с нескрываемым сарказмом.
— Я не шучу, — Малфой обезоруживающе улыбнулся, побуждая Гермиону улыбнуться в ответ.
К ним постоянно подходили незнакомцы, чтобы сделать комплимент и поздравить с честной победой, а вот Джинни и Северус разумно не показывались.
Драко и Гермиона проговорили до самого закрытия бара. Разговор шёл на удивление легко, словно и не было в их жизнях многих лет вражды. Малфой, с корнем оторванный от привычной жизни, с удовольствием слушал новости из Магического мира, спрашивая о всяких глупостях вроде новых законов или уточняя, не менялся ли состав команд по квиддичу. Больше всего ему, конечно, хотелось узнать о матери, и Гермиона удовлетворила его любопытство — Нарцисса больше не сидела под домашним арестом, её жизнь текла размеренно, пусть и с пожизненным запретом на выезд за границу. Девушка даже позволила себе несколько шуточных вопросов о жизни в маггловской среде, и Драко поддержал тему, ничуть не обидевшись.
Гермиона не знала, встретятся ли они вновь, но почувствовала некоторую лёгкость от того, что старая история про школьного врага была перекрыта новыми интересными воспоминаниями. Ведь всегда приятно осознать, что кто-то, кого ты всю жизнь считал отвратительным, не так уж и плох.
Небо потемнело за считанные минуты, затянувшись мрачными тяжёлыми тучами. Вдалеке послышались раскаты грома, и лошадь испуганно дёрнулась.
— Тише, девочка, тише, — Гермиона погладила мягкую гриву, всматриваясь в беспросветный горизонт. — Нужно возвращаться.
Девушка натянула поводья, давлением на один из ремней указывая лошади направление. Не успели они добраться до знакомой дороги, как стеной пошёл дождь, неумолимо сокращая видимость.
— Всё в порядке, всё под контролем… — голос Гермионы предательски дрожал, но она старалась уверенно держаться в седле, прекрасно зная, как тонко лошади чувствуют настроение наездника.
Сквозь ливень они медленно, но верно пробирались в нужную сторону. Минуты тянулись, словно часы, Гермиона успела промокнуть до нитки и продрогнуть, возненавидя саму идею посетить Мерлином забытое ранчо.
Справа от них мелькнула яркая вспышка, и одно из деревьев с грохотом упало в лужу, пугая и без того напряжённую лошадь. Гермиона завизжала, а кобыла сорвалась с места, пустившись в лесную чащу. Мокрые ветки хлестали девушку по лицу, оставляя ссадины на нежной коже. Гермиона из последних сил держалась в скользком седле, подлетая на каждой кочке, и пыталась перекричать ливень, чтобы усмирить лошадь.
— Гельда! Стой! Прошу тебя! Сто-ой!— девушка пригнулась к мускулистому телу, чудом избежав очередного столкновения.
Лошадь резко сменила направление, обогнув очередное дерево, и Гермиона в ужасе зажмурилась, почувствовав, как теряет шаткое равновесие. Гельда перепрыгнула через трухлявый пень, скидывая свою наездницу, и, не замечая ничего вокруг, скрылась за пеленой дождя…
* * *
— Надо же, как вовремя мне приспичило, — Драко поправлял брюки, вслушиваясь в приближающиеся раскаты грома. — Придётся нам здесь задержаться, красавица, — Малфой подошёл к лошади и потрепал её за гриву, усмехнувшись, когда та ласково ткнулась головой в его плечо. — Давай прятаться, приближается гроза.
Парень отвязал лошадь и потянул в сторону старого сарая, затерявшегося среди леса. Малфой давно облюбовал это место — отталкивающее и заброшенное снаружи и довольно уютное внутри. Жизель покорно следовала за ним, с опаской втягивая ноздрями свежий воздух. Они едва успели войти внутрь, как начался проливной дождь. Драко привязал лошадь к столбу, и та спокойно принялась за гору сухого сена, ощутив себя в безопасности. Малфой нащупал в кармане брюк спички и зажёг старые керосиновые лампы.
— Переждём непогоду, и я верну тебя домой, — ласково сказал Драко, разглядывая прекрасное маггловское животное.
Он почувствовал пробирающий до костей сквозняк и поёжился, оглядываясь по сторонам. Одно из окон оказалось разбито — внутрь дыры задувал сильный ветер и заливал дождь. Малфой подобрал какую-то доску и попытался закрыть пробоину. В окне сверкнула молния, а следом послышался женский визг. Драко замер, не понимая, показалось ему или нет.
— Так, без паники, я ещё вернусь, — сообщил он лошади, равнодушно поедающей сено, и, кое-как пристроив доску, направился к выходу.
Он стоял под дождём всего пару минут, вслушиваясь в разбушевавшуюся стихию, когда где-то в лесу опять послышались женские крики. Вот сейчас бы не помешала палочка. Малфой увидел мелькнувшую между деревьями тень, напоминающую лошадь, и рванул в ту сторону. Он спотыкался о торчащие корни, местами погружался в настоящие грязевые ванны и определённо не понимал, что за сомнительный всплеск героизма произошёл в его крови.
Наконец Драко заметил хрупкое тело, без движения лежащее на земле. Он подбежал к нему, дрожа от холода и страха. «Мерлин, только бы не труп…». Малфой наклонился над телом и выдохнул, услышав сдавленный хрип. Он с лёгкостью подхватил девушку на руки, вглядываясь в знакомые черты.
— Твою ж мать…
Драко не мог поверить собственным глазам — на его руках лежала Гермиона Грейнджер, чья жизнь теперь полностью зависела от него. Так случайны ли случайности?
* * *
Джинни мерила шагами резиновую плитку, выложенную на полу конюшни. Лошади провожали её заинтересованными взглядами, но девушка не обращала на них ровным счётом никакого внимания, — она в принципе не была фанаткой парнокопытных и пришла сюда только ради Гермионы.
К Джинни подошёл берейтор, неустанно флиртовавший с ней во время небольшого урока верховой езды.
— Может быть, вас нужно подвезти? Там такая погода…
Девушка натянуто улыбнулась, теребя рыжие косички.
— Вообще-то, я всё ещё жду подругу.
— Вы давно разминулись, так, может быть, она уже отправилась домой?
— Точно нет, Герми до сих пор здесь не появлялась и лошадь не возвращала, — произнеся это вслух, Джинни ещё острее почувствовала нахлынувшее отчаяние. — Каков шанс выжить на лошади в такую погоду?
— Будем надеяться, что ваша подруга сообразительная и смогла найти укрытие, — мужчина подбадривающе улыбнулся, но рыжая лишь поморщилась. Да, Гермиона была умной, вот только ещё и слишком самонадеянной…
* * *
Драко аккуратно положил Гермиону на импровизированную подстилку из сена. Лошадь негодовала, глядя на остатки былой роскоши, покоившиеся у её копыт.
— Жизель, я обязательно дам тебе вкусной морковки, как выберемся, — примирительно сказал Малфой, стягивая с девушки мокрую джинсовку. Из глубокого внутреннего кармана с глухим стуком выпала волшебная палочка, откатившись в сторону лошади.
Заинтригованная Жизель склонила голову и приблизила свою морду к магическому древку.
— Стой! — Драко вытянул вперёд руки. — Стой, дорогая, давай договоримся? — он медленно поднялся и замер, увидев, как лошадь многозначительно поставила копыто на палочку, чудом не поломав её. — Хочешь сено? Я верну тебе часть, только дай забрать эту вещицу обратно.
Несколько томительных секунд глаза Драко смотрели в лошадиные. Наконец Жизель отступила, покорно уступая волшебную палочку. Малфой выдохнул, забрал часть сена из-под ног у девушки и выдал лошади, а после забрал древко себе.
— Это было довольно трогательно, — прохрипела Гермиона, всё это время наблюдавшая за своим спасителем исподтишка.
— Лошади весьма умны, — Драко усмехнулся, ощутив несказанное облегчение. — Надеюсь, ты знаешь медицинские заклинания?
— Справлюсь. Давай сюда, — Гермиона болезненно сморщилась, сменив положение, но быстро сменила выражение лица на благодарную улыбку, принимая свою палочку.
Всего несколько заклинаний, и многочисленные ссадины, шишки и синяки бесследно исчезли с её тела. Ещё пара взмахов волшебной палочки — Драко и Гермиона стали абсолютно сухими. Девушка трансфигурировала из сена простой узкий диванчик и наложила на него согревающие чары, позволяя себе присесть.
— Я уже начал забывать, как охренительно быть волшебником, — Драко приземлился рядом, ощущая приятный подогрев со стороны спинки и сидения. — Так бы и сидел весь день.
Гермиона с улыбкой покачала головой. Удивительно, но в этом они были совершенно солидарны. Она вдруг о чём-то вспомнила и нахмурилась.
— Как думаешь, с моей лошадью всё будет в порядке?
— Они обучены возвращаться на своё ранчо, — задумчиво ответил Драко. — К тому же, лес небольшой, и тут недалеко есть поселение, поэтому лошадь обязательно найдут и позаботятся о ней.
— И как я могла упустить Гельду? Так глупо…
— В этих краях погода меняется стремительно, а некоторые лошади крайне пугливы, — Малфой неопределённо пожал плечами. —Ты давно сидишь в седле?
— По правде говоря, лет с пяти. Я в детстве занималась верховой ездой, и мне очень нравилось. А ты?
— Кажется, я сел на лошадь ещё раньше, чем начал ходить, — Драко усмехнулся. — Отец презирал всё немагическое, включая животных, но в семье матери конный спорт являлся традицией, так что тут она ему не уступила.
— Я её поблагодарю при встрече за то, что у нас есть что-то общее, — пошутила Гермиона, но, встретив удивлённый взгляд Малфоя, смутилась. Немного перестаралась, кажется?
— Насчёт матери… — Малфой напрягся — ему всегда было сложно говорить на личные темы. — Ты планировала сообщать ей, что мы… пересекались?
— Если хочешь, я могу что-нибудь передать.
— Нет, не нужно. Не утруждайся, — Драко на мгновение прикрыл глаза, ощутив себя последним идиотом, раз осмелился поднять подобную тему. Показал свою слабость.
— Неважно, можешь ничего не говорить, — Гермиона сразу разглядела за плотно сжатыми губами и нахмуренными светлыми бровями обычную неловкость. — Я и сама могу рассказать, как ты подлизывался к лошади с вкусняшками, чтобы она не сломала чужую палочку.
Драко поднял взгляд от дощатого пола и встретился с тёплыми глазами цвета горячего шоколада. Гермиона улыбалась весело и искренне, она не пыталась обидеть, задеть за живое, — лишь хотела избавиться от повисшего напряжения. И кажется, у неё это получилось. Малфой не смог сдержать ответной улыбки — он даже не представлял, что с магглорождённой зазнайкой могло быть так легко и комфортно. Да и какое значение имела кровь, если при любом происхождении из-за собственного тщеславия или трусости можно лишиться способности колдовать на многие годы? И что могло быть более унизительным, чем родиться в великом чистокровном роду и не иметь возможности сотворить элементарное «Люмос» или «Алохомора»? Малфой не сомневался: была бы у его предков возможность, они бы непременно поставили его на колени и ударили по лицу за подобную оплошность. Кто он, чтобы теперь судить девушку за её происхождение? В конце концов, на сегодняшний день Гермиона имела гораздо больше заслуг: получила Орден Мерлина за неоценимый вклад в победу в Великой Магической войне, собственными усилиями заняла высокую должность в Министерстве магии, была любима и уважаема в магическом сообществе. А кто он? Чего он достиг? Научился ставить чайник, пользоваться микроволновкой и стиральной машинкой? Просто смешно.
— Прости, я не должна была так шутить, — Гермиона заметила, как скоро померкла улыбка Малфоя, и почувствовала себя виноватой.
Драко лишь покачал головой, показывая, что проблема была совсем не в этом.
— Знаешь, я бы никогда не подумала, что с тобой можно провести столько времени в одном помещении и ни разу не поругаться, — вдруг призналась Гермиона, переводя тему в иное русло. — А ещё не знала, что ты поёшь. Я уже говорила, но повторюсь, у тебя выходит просто отлично!
— Если честно, наверно, это единственный плюс моего пребывания здесь.
— Пение?
— Ощущение свободы. Иронично, но я не был волен выбирать до того дня, как меня лишили магии и отправили в эту провинциальную задницу.
— Раз уж мы разоткровенничались, тебе очень идёт быть сельским парнем. Ну, знаешь, караоке, сарай, лошади… — Гермиона рассмеялась, вспоминая и Малфоя на сцене, и его попытки договориться с кобылой.
Это словно был совершенно другой человек. Неужели он так изменился? Или она совсем не знала его в школе?
Малфой смотрел на то, как девушка смеётся, не в силах отвести взгляда. Он просто не мог налюбоваться Гермионой — её распушившимися от дождя волосами, поражающими своими объёмами, обаятельной улыбкой, маленьким веснушчатым носиком, такими хрупкими плечами и соблазнительными ключицами. Драко готов был поклясться, что никогда прежде не замечал, какой всё-таки она была необыкновенной. Да, даже в школе, говоря ей гадости при любом удобном случае, он никогда не считал её уродиной, но ведь сейчас Гермиона была просто красавицей! Малфой вдруг подумал, что, вероятно, может никогда её больше не увидеть… Или же, спустя годы, получив обратно свою палочку и вернувшись в магическое сообщество, где-нибудь случайно встретит её — замужнюю, с двумя или тремя детьми. Может быть, она стала бы женой того рыжего слизня из их Золотой троицы?
Драко притянул девушку к себе, замирая всего в нескольких дюймах от её губ, будто бы спрашивая разрешения. Гермиона горячо выдохнула и подалась вперёд, соприкасаясь своими губами с его.
Малфой вложил в поцелуй всё — старые недопонимания и обиды, страсть, желание, собственную боль и страх, надежду и нежность. Он нетерпеливо сминал её губы, покусывая, а после аккуратно зализывая ранки, врывался в её податливый рот словно ураган, желая изучить каждый её дюйм.
Гермиона едва успевала вдохнуть, ощущая, как её лёгкие сжимаются, вопя о пощаде. Она прижимала Драко всё ближе к себе, в странном порыве слиться воедино, и ей было так жарко… Так безумно жарко даже тогда, когда на пол полетела её футболка. Возможно, виной тому были согревающие чары?
Драко с лёгкостью опрокинул Гермиону на диван, перемещаясь от её губ к шее и груди, с наслаждением впитывая в себя каждый женский стон наслаждения. Он с удовольствием изучал все её изгибы, обводя языком встречающиеся родинки и шрамы, опускаясь всё ниже и одним рывком стягивая джинсы, а после отправляя их к футболке — туда, где им было самое место. Драко коснулся языком самого чувствительного места и, услышав своё имя, сорвавшееся с пересохших губ, решил не отступать. Гермиона с силой сдавила его плечо. Опять имя — более требовательно и настойчиво. Малфой отстранился, поднимая непонимающий взгляд на девушку.
— Драко, я… Я никогда… Остановись, пожалуйста.
Малфой резко выпрямился, переводя удивлённый взгляд с кружевного белья на смущённое, раскрасневшееся лицо. Они ведь ровесники? Грейнджер было… двадцать пять? Нет. Не может быть. Или, может?..
— Ты никогда не делала этого в сарае? Признаться, я тоже, — Малфой усмехнулся, оглядываясь по сторонам.
Гермиона села и молча указала на элементы своей одежды — она не была настроена вести беседу в подобном виде. Драко смиренно подождал, пока девушка оденется, чтобы продолжить разговор.
— Я не делала этого вообще, — на одном дыхании выпалила Гермиона и продолжила прежде, чем начнёт Малфой. — И, честно говоря, совершенно не хочу что-либо подцепить. Ты только не обижайся, но в мире магглов принято спрашивать специальную справку перед тем, как приступить к делу, иначе без презерватива можно подхватить какую-нибудь страшную гадость…
— Что? — Малфой не мог скрыть собственного шока. Либо Гермиона действительно оказалась девственницей, либо пыталась отшить его самым изощрённым в мире способом.
— Ну, это… Метод контрацепции. Может, не самый удобный, зато самый безопасный, — девушка тараторила, не позволяя Малфою вставить и слова. — Я знаю, в мире магов есть противозачаточное зелье, но ведь есть и заклинание, блокирующее заражение всякими болячками. Я вот ничего не пила и не колдовала, к твоему сведению. А ты ведь сейчас самостоятельно не можешь колдовать… Прости. Однако, это значит, что ты должен быть в курсе безопасного секса этого мира. Надеюсь, ты знаешь, что только презерватив может обезопасить тебя от венерических заболеваний…
— Салазар, — Драко схватился за голову, припоминая последний раз, когда ему приходилось пользоваться «резинками». Обычно они ограничивались таблетками или спиралями. И если это не так уж и безопасно, почему же, мать твою, так популярно?! — Так, спасибо, теперь я срочно хочу попасть к врачу…
— Эй, там всего один анализ крови, и результат приходит быстро, — Гермиона в очередной раз мысленно погладила себя по головке за свою устойчивость к сексу. Да, она отказала себе во временном кайфе и воспоминаниям о необычном сексуальном опыте, — зато, возможно, убереглась от поломанной жизни.
— Мать твою, Грейнджер, ну почему ты так всё любишь испортить? Такой момент был упущен…
— Я хочу признаться, что, возможно, в первый раз в жизни была так близка к тому, чтобы сорваться. Но всё-таки рада, что ничего не произошло.
Малфой разглядывал нежные женские черты, удивляясь тому, как этой девушке удавалось читать нравоучения тоном как у старухи Макгонагалл и притом оставаться всё такой же милой.
— Мерлин, если я сдам этот грёбаный анализ, ты отдашься мне?
— Если ты правда интересуешься у Мерлина, то мне тут делать нечего… — Гермиона усмехнулась, и Малфой притянул её к себе, оставляя на губах лёгкий поцелуй. — Всё будет зависеть от результата и настроения, — увильнула девушка, с трудом сдерживая глупую улыбку.
Она определённо сходила с ума и даже понятия не имела, чем обернётся вся эта история. Но возможно, есть смысл в том, чтобы жить моментом?
Гермиона и Драко провели вместе две незабываемые недели, и девушка всерьёз подумывала продлить свой отпуск, половину которого уже отгуляла. Малфой успел показать ей каждый уютный уголок маленького города, а как-то раз они даже посетили местный кинотеатр вместе с Уизли. Ради подруги Джинни вела себя прилично, воздержавшись от любых нелестных комментариев, а блондин изо всех сил сдерживал рвущийся наружу сарказм, на ходу придумывая альтернативные окончания у любой обидной фразы. Гермиона не могла сдерживать улыбок, наблюдая за их стараниями. Тот вечер втроём прошёл не хуже других свиданий, и Грейнджер подумала, что у них с Драко действительно есть шанс. Малфой все эти дни вёл себя как истинный джентельмен, без попыток совращения, не считая жарких поцелуев в различных локациях. И вот, наконец, он пригласил её к себе.
Гермиона не была уверена в том, как далеко может зайти — Драко действовал на неё опьяняюще. По правде, она ещё никогда не чувствовала себя рядом с мужчиной столь уязвимой. Всё её тело было накалено до предела и с удивительной охотой отвечало на ласки, словно живя своей жизнью. Отдельно от головы.
Дом Малфоя оказался довольно просторным, обставленным со вкусом и немного… маггловским. Девушка с удивлением обнаружила много различной техники, не без удовольствия отметив, что Драко всё-таки не брезгует пользоваться благами человечества. Малфой заказал еду из китайского ресторанчика и предложил выпивку, пока Гермиона осматривалась.
— Шкура белого медведя, серьёзно? — Гермиона с улыбкой приземлилась на мягкий ворс, запуская пальцы в пушистый мех.
— Искусственная, разумеется, — Драко протянул девушке бокал вина и сел рядом, любуясь бликами огня, играющими в волосах девушки. Они сидели близко к большому открытому камину, увидев который в первый раз, Драко не раздумывая приобрёл этот дом. Так он хотя бы немного ощущал себя прежним волшебником, которому могла понадобиться каминная сеть в любое время дня и ночи.
— Надо же, я думала, подделкам не место в твоём доме, — Гермиона смотрела на пламя сквозь стекло бокала, прикрыв один глаз. Всё такой же ребёнок.
— Ты ещё предложи мне развесить на стенах головы убитых животных, — Малфой брезгливо поморщился, напоминая девушке одного заносчивого белобрысого мальчишку. — Немного не в моём стиле, знаешь ли.
— Я рада, что твои вкусы поменялись, и ты больше не стремишься убивать прекрасных и безобидных созданий вроде Клювокрыла, — Гермиона прочистила горло и, нахмурившись, отпила из бокала.
— Та-ак, пошли лучшие воспоминания и старые обиды? Эта «безобидная» животина едва не оттяпала мне руку, а все вы… Выбесили меня. Знаешь, я ведь тогда просто мечтал, чтобы вас казнили следом за этой тварью…
Гермиона поперхнулась вином и закашлялась, не веря собственным ушам. Вот так люди меняются, да?
— Слушай, Драко, выбирай выражения, прошу тебя.
— Я не буду делать вид, словно тайно любил тебя с первого курса. Да, я был засранцем, коим, собственно, и остался, поэтому необязательно напоминать мне о былых подвигах. И, раз уж на то пошло, я пытался избавиться от агрессивного животного, а ты сломала мне нос.
— Ты заслужил! — Гермиона отставила бокал на пол и одёрнула задравшееся вечернее платье. И зачем так вырядилась?! Под пылающим взглядом Малфоя она ощущала себя голой, и её это невероятно раздражало. Хотелось закрыться и трусливо сбежать.
— Грейнджер, твою мать, что за идиотская привычка всё усложнять… — Малфой устало потёр глаза, уже ненавидя себя за то, что дал волю эмоциям, — вечер определённо катился в тартарары.
— Это я всё усложняю? — Гермиона фыркнула, откидывая локоны за спину. — Это не я портила тебе жизнь на протяжении стольких лет.
Вот она — обида. Старая, жгущая, подавленная и запрятанная глубоко внутри. Но всегда, рано или поздно, наступает момент, когда потаённые эмоции покидают свои укромные места, выходят наружу, сметая всё на своём пути.
— Не может быть, ты до сих пор злишься, — подытожил Малфой, ощущая лёгкое разочарование. В конце концов, в последнюю их встречу Драко был на чужой стороне. На стороне тех, кто убивал таких, как она. Чего он ожидал? У них была история, было общее прошлое, наполненное ядом до самых краёв, — злыми, гадкими словечками Малфоя, жалящими Гермиону при каждом упоминании.
— Спешу напомнить, что ты так ни разу и не извинился, — неожиданно даже для себя самой ответила девушка.
— Хорошо. Извини. Извини за то, что меня так воспитали. За то, что я когда-то так чувствовал и считал это правильным. За то, что твои дружки провоцировали меня, и я пытался их довести, цепляясь к тебе…
— Ты невыносим! — Гермиона подорвалась с места, опрокидывая бокал на мягкий ворс. Содержимое алым пятном расплылось на шкуре, словно кровь убитого медведя. Или же так могла выглядеть кровь от их убитых отношений?
Девушка схватила свою сумку и решительно направилась к двери. Малфой не дёрнулся с места, позволяя Гермионе уйти. В конце концов, может быть, всё складывалось нужным образом? Зачем ему отношения с той, кто до сих пор держал в себе обиду на его давнишние ошибки? Он о многом жалел, во многом не был согласен со старым собой, но таково было его прошлое. Таков он сам — человек, который когда-то, как это ни прискорбно, во всём подражал отцу и считал грязнокровок позором общества.
Гермиона, сокращая путь, возвращалась домой через лес, наплевав на несоответствующий аутфит. Она громко всхлипывала, периодически прощупывая в кармане плаща свою волшебную палочку, чтобы суметь защититься в случае чего. Солнце уже садилось, но ей было совершенно плевать. Тропинка была хорошо протоптанной, так как многие использовали этот путь, чтобы быстро попасть из одной части города в другую, а также широкой и прямой. Идти было не так долго, лучи заходящего солнца ещё хорошо освещали землю, а значит, шанс заблудиться был практически равен нулю.
Девушка не сразу услышала шум веток, не сразу заметила нависшую над ней тень. Напротив неё на задних лапах стоял бурый медведь, угрожающе рыча. Всё это время Гермиона продвигалась к нему и провоцировала, сама того не замечая. Грейнджер замерла, медленно опуская руку в карман, чтобы достать свою палочку.
— Не бойтесь, всё хорошо, — неподалёку раздался уверенный женский голос. — Они у нас частые гости.
Женщина с медными волосами спокойно достала из кармана сигарету и закурила. Животное, ощутив запах табака, развернулось и скрылось в чаще. Гермиона наконец отпустила палочку, всем корпусом разворачиваясь к незнакомке.
— Спасибо вам, я не местная, так глупо растерялась…
— Растеряешься тут, — женщина добродушно улыбнулась, туша свою сигарету и отправляя её в старую покоцанную урну. — Вообще-то, я почти и не курю, но это действенный способ отпугнуть заплутавшего мишку.
— Буду иметь в виду, — девушка улыбнулась в ответ, украдкой вытирая слёзы. — Обязательно угощу вас чашкой кофе перед отъездом. Я Гермиона Грейнджер, — волшебница протянула руку для рукопожатия, и женщина с радостью ответила.
— Розали Снейп, но можно просто Рози.
— Снейп? — Гермиона не сразу отпустила руку незнакомки, замерев от неожиданности. — Это весьма… редкая фамилия.
— Фамилия мужа, — Розали улыбнулась чуть шире, переводя взгляд на сцепленные в рукопожатии ладони. — Гермиона, мне кажется, вы ещё испытываете небольшой стресс после встречи с плюшевым другом. Хотите, угощу вас чаем? Тут недалеко есть кафе, я знаю хозяйку лично, и поверьте, у неё прекрасные травяные сборы. Чабрец, ромашка и мята вам бы сейчас не помешали.
— Да, наверно, — Гермиона наконец отпустила чужую руку, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Я, к тому же, поругалась с парнем, так что в чашку можно накапать сверху валерьянки для полного счастья.
Розали звонко рассмеялась, поддержав шутку, и взяла Гермиону под руку, словно давнюю знакомую. Она щебетала всю дорогу, рассказывая про свою первую встречу с медведем и про то, как отправляясь в лес на охоту вместе с отцом, не раз наблюдала зайцев, лис и кабанов. Гермионе было интересно слушать занимательные истории про провинциальную жизнь, а сама она не без удовольствия ударилась в воспоминания об уроках верховой езды. Время текло незаметно, темы не заканчивались, и за второй чашкой чая Розали спохватилась, что ей пора укладывать ребёнка спать.
Гермиона сумела отвлечься и осталась благодарна судьбе, что после столь стремительного разрыва, разбившего ей сердце, обрела такое неожиданное и приятное новое знакомство.
Гермиона была расстроена, обижена и разочарована. С последней встречи с Малфоем прошла уже почти неделя, а он не предпринял ни единой попытки к примирению. Если быть точнее, он не появлялся вовсе, словно всё произошедшее его никак не касалось, и подобное поведение было для девушки неприемлемым.
Джинни заканчивала последние штрихи со свадебными нарядами и часто пропадала, но всё свободное время старалась уделять подруге, которая совсем раскисла, в очередной раз разочаровавшись в любви. Уизли всё время подмывало сказать Гермионе, что произошедшее было логичным, естественным завершением малоперспективных отношений, но она молчала, боясь усугубить положение. В конечном счёте, Грейнджер захотела домой. Желания оставаться и ждать ушедший поезд у неё абсолютно не было, а каждая лавочка этого городка напоминала о самых ярких и чувственных двух неделях в её жизни. Подумать только, такой короткий промежуток времени подарил ей столько эмоций.
В день, когда смокинг жениха, а также платья невесты и двух её подружек были готовы, Гермиона заявила, что не намерена ждать изготовления портала со всей предшествующей бумажной волокитой, и завтра же собирается отправиться домой, а потому уже сейчас планирует паковать вещи и заказывать авиабилеты. Джинни, всегда мечтавшая полетать на маггловском самолёте, смиренно приняла свою участь и взялась за чемоданы, решив, что остаток отпуска подруги они хорошенько оторвутся в Лондоне. Быть может, у Джорджа ещё был шанс?
* * *
Малфой изучал трещины на потолке своей комнаты, пропуская мимо ушей всё, что говорили в телевизоре. Которую ночь он не мог уснуть и заполнял гнетущую тишину дома посторонними шумами. Драко скучал по Гермионе, по её запаху, голосу, прикосновениям. Он злился на себя за то, что отпустил её в тот злополучный вечер, а на девушку — за то, что та была злопамятной и прямолинейной. Как и он сам. Такое глупое и бессмысленное, никому не нужное расставание. Драко почему-то был уверен, что Гермиона тоже сожалеет о случившемся, также не хочет его отпускать, но ни за что не сделает первый шаг к примирению. И как ему искупить вину? Как доказать, что он уже не тот, что раньше, что он не эгоист, жаждет сохранить отношения, способен на романтичные поступки? Что она важна для него? Что он её любит…
Малфой выключил опостылевший ему дребезжащий телевизор и глубоко задумался, что именно могло бы всё изменить. Вероятно, за один раз он ничего ей не докажет, зато сможет красиво рассказать о своих чувствах. Пусть знает и только тогда принимает решение. Так будет честно.
* * *
Громко заиграли первые аккорды песни Пола Анка — «I love you, baby».
Девушки остановились, не понимая, откуда взялась музыка посреди аэропорта.
— Наверное, это чей-то мобильник, — предположила Гермиона, растерянно оглядываясь по сторонам.
Люди вокруг не обращали никакого внимания на песню, словно музыка играла в голове у двух волшебниц и никак иначе.
— А телефон может так громко звонить? — с сомнением уточнила Джинни.
— Нет, больше похоже на целый музыкальный центр… Но ведь люди могут не услышать про свой рейс. Так странно, где охрана?
— Наслаждается музыкой? — издала смешок Джинни и вдруг сделалась серьёзной. — Слушай, это ведь не оригинал звучит? В смысле, ты давала мне послушать эту песню, и голос…
— Да, другой, — подтвердила Гермиона, продолжая выискивать взглядом источник звука.
— Ладно, это ведь не так важно? Мы можем опоздать на самолёт, — Джинни потянула подругу к эскалатору.
Гермиона поудобнее перехватила чемодан и послушно последовала за ней. Поднявшись на первую движущуюся ступень, шатенка всё-таки обернулась напоследок.
И тут из-за колонны вышел Малфой. Он пританцовывал и громко пел куплет, приближаясь к эскалатору и завораживающе глядя в шоколадные глаза девушки. Гермиона удивлённо открыла рот, не понимая до конца, спит ли или наблюдает собственную галлюцинацию. Некоторые прохожие косились на Малфоя словно на сумасшедшего. Да и понятно почему. Однако никто не торопился его останавливать и штрафовать, хотя пел он словно в громкоговоритель. Зазвучал припев, и сердечко Гермионы забилось чаще.
I love you baby, I love you so,
I need you honey, I'll never let you go…
Она безумно любила эту песню, и светловолосый засранец прекрасно знал это.
'Cause you're the girl in my heart,
You're the one I adore,
And I love you!
Гермиона судорожно дёрнула подругу за рукав, пока они не поднялись до верха, и блондин не скрылся из виду.
— Ты тоже его видишь?!
На лице Джинни отобразилось неподдельное удивление. Определённо, видела.
— Эй, он же не может колдовать. Как Малфой это провернул?! Кажется, его никто не слышит, а ведь, даю на отсечение свои шикарные волосы, голос усилили магией.
Они добрались до верха, и Гермиона уверенно зашагала к другой лестнице, ведущей вниз.
— Куда ты? — Джинни не отставала, огибая незнакомцев.
Они встали на эскалатор, и совсем скоро у подножия снова показался Малфой. Он ослепительно улыбался и продолжал воодушевлённо петь, словно не сомневался, что Гермиона вернётся.
Шатенка нервно засмеялась, прикрывая белоснежные зубки ладошкой. Драко Малфой собственной персоной распевал ей песни посреди маггловского аэропорта. Явно не без помощи, зато как трогательно!
Гермиона сбежала с последних ступеней, не в силах больше сдерживаться. Она ощущала себя героиней маггловской мелодрамы и буквально задыхалась от нахлынувших эмоций.
— Что за?…— только и смогла спросить Гермиона, глядя в любимые глаза цвета плавленого серебра. Малфой притянул девушку к себе за талию и страстно поцеловал, уже через мгновение проникая языком в податливый рот. Гермиона отбросила свои вещи, обхватывая Драко за шею и жадно отвечая на поцелуй.
Они не знали, сколько это продолжалось. Может быть, вечность?
Гермиона отстранилась, пытаясь отдышаться.
— Ты сошёл с ума? — только и смогла спросить девушка, прикусывая припухшую губу в попытках хоть как-то сдержать глупую улыбку.
— Нет, но все вокруг определённо так думают, — на лице появилась привычная ухмылка, и Гермиона смущённо отвела взгляд.
— Они ведь не слышали песню? — Малфой утвердительно кивнул. — Как ты это сделал?
— Мне помог один друг, — просто ответил Драко, потянувшись за новым поцелуем.
Позади тактично покашляла Джинни, которая всё это время выжидающе смотрела на влюблённую парочку.
— Простите, ребят, но самолёт…
— Самолёт! — Гермиона в ужасе обернулась на подругу, снова вернула взгляд Драко, но не смогла найти подходящих слов. Оставила на губах парня лёгкий поцелуй, прихватила свой багаж и умчалась, крикнув уже с эскалатора, что обязательно напишет.
Малфой разочарованно выдохнул, проводя пальцами по губам, которые всё ещё горели и требовали продолжения. Когда волшебницы скрылись из виду, к Драко подошёл Северус и сжал плечо крестника, привлекая к себе внимание.
— Это было позорно, но я тобой горжусь, — Снейп усмехнулся, встречаясь взглядом с посерьёзневшим Малфоем, которому было совсем не до шуток. — Ты сделал всё, что было в твоих силах, Драко. Остальное зависит уже не от тебя.
Малфой нехотя кивнул. Он и сам понимал, что только в сказке Гермиона бы наплевала на всё и осталась с ним навсегда, но реальная жизнь была куда сложнее. Не стоило забывать, что в Лондоне её ждала семья, друзья, работа и свои обязанности, а в Мерлином забытом городке был только он, ну и, хотелось бы верить, достаточно приятные воспоминания о двух проведённых вместе неделях. Малфой сжал кулаки, остро ощутив свою беспомощность. Он даже не мог отправиться следом за ней, находясь здесь словно в тюрьме.
Северус потянул крестника за собой — к выходу из аэропорта. Он действительно ощущал гордость за него. Стоило Драко влюбиться, он начал взрослеть на глазах, и Снейп знал, что теперь уж он точно не отступит. Малфой был слишком целеустремлённым, чтобы упустить свою любовь. И Северус не сомневался, что именно эта черта характера поможет ему в отношениях с Грейнджер. Его уверенности хватит на двоих.
Сразу по приезде Гермиона отправилась к своим родителям. Они не виделись уже больше месяца, и девушке сейчас как никогда нужна была их поддержка. В этот раз отца застать не удалось, — он был на работе, а маму Гермиона отловила уже на выходе. Когда-нибудь у неё появится привычка отзваниваться перед приездом, но это неточно. Они отправились по магазинам вместе, решив обсудить всё по дороге в какой-нибудь кафешке.
Миссис Грейнджер привела дочь в своё любимое, довольно популярное Чёрно-Белое кафе. Как раз к их приходу освободился один из столиков, и им удалось присесть.
— Ну рассказывай, милая, что тебя так беспокоит? Ты писала, что рассталась с тем мальчиком. Ты всё ещё переживаешь по этому поводу?
Гермиона вдруг подумала, что за последний год её личная жизнь внезапно оживилась, и за советом к матери ей приходилось прибегать всё чаще.
— Нет, думаю, эту историю я уже отпустила. Джордж навсегда останется братом моей лучшей подруги, и он действительно хороший друг…
— Просто парень неподходящий?
Гермиона кивнула, радуясь, что мама понимает её с полуслова.
— Так что дело в другом. Мы с Джинни ездили по её работе в один городок и встретили там моего бывшего сокурсника…
— Я уже заинтригована, — миссис Грейнджер подалась вперёд, отмахнувшись от подошедшего официанта.
Гермиона смущённо извинилась перед парнем в форме, и когда он отошёл, продолжила:
— По правде, в школе мы совсем не ладили. Он был с другого факультета, довольно грубым, избалованным мальчишкой, и часто доводил меня до слёз… А тут мы встретились спустя много лет, и, вроде как, ну… У нас отношения, — девушка выжидающе смотрела на мать, ожидая её реакцию, однако та восприняла новость довольно спокойно.
— Милая, это же было так давно! Да и мальчишки в этом возрасте постоянно вытворяют всякие глупости… К тому же, с Роном вы были близкими друзьями с первого курса, и что это дало?
Гермиона удивилась — в таком ключе об этой ситуации она даже не размышляла.
— Знаешь, тут ещё в том дело, что сейчас он не может покинуть свой дом, а моя жизнь здесь, в Лондоне.
— Детка, — миссис Грейнджер с улыбкой погладила дочь по руке и понизила голос до шёпота: — В чём смысл быть волшебницей, если имеешь те же проблемы, что и обычные люди, но никак не можешь их решить? Насколько я помню, тебе ведь даже не обязательно пользоваться самолётом. Ну и ходи на работу из его камина каждое утро, что тебе мешает…
Гермиона едва не открыла рот от удивления. И она ещё считала себя умной... Удивительно, но вся её рассудительность рассыпалась словно песок, когда дело касалось чувств. А ведь мама, не будучи волшебницей, сумела найти реальный выход из ситуации за считанные минуты, о котором она почему-то даже не подумала.
— А если я… Не уверена в наших отношениях? У нас уже была ссора, когда я по глупости обвинила его в старых обидах.
— Герми, подумай, как можно быть уверенной в мужчине за такой короткий промежуток времени? Вы пробыли вместе слишком недолго. Попробуй продлить отпуск, присмотрись к нему, прислушайся к собственным чувствам… Тебе ведь с ним хорошо?
— Очень, — призналась девушка, от смущения покрываясь румянцем. — Честно говоря, я никогда подобного не испытывала. Я словно пьянею от его присутствия…
— Ты влюбилась! — торжественно объявила женщина на всё кафе, заставляя дочь спрятать пылающее лицо в ладонях. — Не смущайся, это просто отлично и стоит того, чтобы отметить!
Гермиона рассмеялась, не убирая рук от лица. Она была счастлива, что поделилась с мамой. В конце концов, ей ведь было в кого родиться такой умной?
* * *
Гермиона мерила просторный, дорого обставленный кабинет шагами в ожидании своего начальника. Ей хотелось закидать его наглую румяную физиономию гнилой тыквой, и видит Мерлин, она бы так и поступила, если бы та оказалась под рукой.
Изначально мистер Уильямс отсрочил её отпуск почти на три недели, чтобы Гермиона успела подготовить свой отдел к особенной встрече с важным клиентом из-за рубежа. И волшебница выложилась по полной: составила план, проконтролировала выполнение, — да она буквально жила на работе, чтобы добиться успеха. И она его добилась! Клиент остался в восторге, подписал с ними судьбоносный контракт, планируя вложить в их работу немалый капитал. Всё складывалось просто великолепно, и Гермиона уже мысленно собирала чемоданы, когда мистер Уильямс объявил её ответственной за предстоящие проекты. Решение естественное, ведь из всего отдела она была самым стоящим кадром, но — Мерлина ради,— они ведь договаривались об отпуске!
Теперь её отъезд откладывался на неопределённый срок, а начальник даже не потрудился объясниться или попросить прощения за причинённое неудобство, просто поставив сотрудницу перед фактом. Мистер Уильямс никогда не был начальником года, но стоило деньгам помаячить перед его носом, как он превращался в кусок гиппогрифова дерьма, а подобное отношение Гермиона Грейнджер терпеть не могла. Никак. Ни при каких обстоятельствах…
* * *
Гермиона вылетела к Малфою первым же рейсом, уже даже не думая о том, чтобы позаботиться о портале. Лучше лишние часы в самолёте, чем лишние дни в ожидании перемещения. Она заранее предупредила его о прибытии и была просто счастлива, когда он предложил пожить у него. Девушка даже не предполагала, во что это может вылиться, но ведь она хотела проводить с ним больше времени и узнать его поближе…
Драко превзошёл все ожидания Гермионы, встретив её у аэропорта верхом на лошади. Для маленького городка подобная картина была не особо удивительной, но девушку из Лондона впечатлить удалось. Гермиона мысленно поблагодарила Мерлина, что приехала с любимой сумкой с незримым расширением, а не с чемоданом, как в прошлый раз, иначе кобылу пришлось бы вести под уздцы. Драко сообщил, что им нужно заехать в одно место, помог девушке забраться, и они отправились в путь.
Гермиона чувствовала себя героиней фильма, в обнимку с любимым неспешно преодолевая расстояние верхом на мускулистой лошадиной спине. С её прошлого приезда природа ещё больше оживилась — вокруг всё зеленело и цвело, и девушка не могла отвести взгляда от потрясающих фантазию видов.
Когда они проехали ранчо и приблизились к знакомому лесу, Гермиона очень удивилась, но виду не подала, решив, что Малфой, возможно, здесь что-то забыл. Они подъехали к тому самому домику, затерянному среди деревьев. Драко остановил лошадь, спустился сам и помог девушке.
Гермиона удивлённо выдохнула, когда вошла внутрь сарая и увидела, как он преобразился. Он просто сиял чистотой, окно было заделано, тут и там виднелись кадки с цветами, по полу в хаотичном порядке была разбросана целая куча подушек, а в центре — та самая шкура медведя с почти полностью выведенным пятном от вина. Стены украшали новенькие керосиновые лампы, светящиеся зелёными и серебряными огоньками сквозь цветные стёкла, и Гермиона усмехнулась, поймав себя на мысли, что это было очень по-слизерински.
— Что скажешь? Я готовил этот домик специально к твоему приезду.
Гермиона закусила губу, сдерживая рвущуюся наружу улыбку. В конце концов, сколько можно улыбаться как идиотка?
— Довольно неплохо, если учитывать, что ты белоручка.
— Эй! Ты хоть представляешь, каких усилий стоило притащить сюда все эти растения? Так что "белоручка" — точно не про меня!
Гермиона усмехнулась, притягивая парня к себе за шею, чтобы отблагодарить рыцаря поцелуем. Он неожиданно подхватил её на руки и возложил на подушки. Они долго целовались, прежде чем рука Малфоя будто бы невзначай скользнула под её кофту. Девушка выгнулась, дав возможность его руке добраться до застёжки лифчика. Драко с лёгкостью освободил нежную грудь от оков, теперь без толики сомнения давая своим рукам свободу. Он снял с Гермионы ненужные элементы одежды, скользя пальцами по её изгибам и оставляя влажные поцелуи на бархатистой коже. Гермиона задыхалась от накрывшего её возбуждения, охотно отвечая на ласки. В один момент она, неожиданно для себя, потянулась к Драко и, не желая оставаться в долгу, стянула с него футболку. Следом полетели их джинсы, — любая одежда казалась абсолютно лишней, словно забор, поставленный не к месту. Гермионе хотелось слиться с Драко воедино, чтобы между их телами не оставалось этих томительных сантиметров. Она со стоном прижалась к нему, ощущая его возбуждение внутренней частью бедра. Драко скользнул рукой к её самому чувствительному месту, изучая и лаская, крадя у девушки стоны наслаждения. Гермиона, целиком погружённая в свои ощущения, скользила невидящим взглядом по листьям сооружённого зимнего сада, вдыхала аромат любимого мужчины и выдыхала его имя.
Драко замер, вопросительно глядя на девушку. Та кивнула и притянула его к себе, позволяя ему устроиться поудобнее.
Всё было так, как она себе и представляла. Желание пересиливало любые страхи. Она ощущала себя в безопасности, ей этого по-настоящему хотелось. И главное, она любила и была любима. А что может быть важнее?
Проснуться от неумолимых нарастающих рвотных позывов с утра пораньше было не самой приятной неожиданностью. Гермиона бежала к унитазу с такой скоростью, словно за ней гнались Пожиратели. Волосы назад, тапочки слетали с ног, — в общем, всё, как полагается.
Она провела возле туалета добрых сорок минут своей жизни, составляя мысленный список всех съеденных накануне продуктов, надеясь и веря, что это не кишечная инфекция, которая могла выбить её из колеи на несколько дней.
Перед выходными ей пришло от начальника письмо с просьбой появиться в отделе и обсудить произошедшее недоразумение, коим он назвал её так и не подписанное им заявление об увольнении. И Гермиона действительно была рада такому исходу. За прошедшие три недели она соскучилась по работе, хоть у них с Драко всё и было замечательно. В конце концов, сколько можно сидеть без дела?
И вот, судьбоносное утро понедельника, а она совершенно обессилена. Сидит на полу, обнимая белого друга и думая о превратностях судьбы.
Проснулся Драко и, не обнаружив в постели рядом с собой любимую, отправился на её поиски.
— Доброе утро? — поинтересовался он, садясь на корточки неподалёку.
— Самое доброе, — проворчала Гермиона, не открывая глаз.
— Может, тебе принести водички? У меня нет никаких зелий, а из простых лекарств только обезболка…
Гермиона открыла глаза, медленно поворачиваясь в сторону парня.
— Да не переживай, наверное, вчерашние суши были не первой свежести. Ты как себя чувствуешь?
— Ну, во-первых, если помнишь, мы ели разное, потому что я не фанат рыбы, а во-вторых, вполне себе. Ну, насколько вообще можно чувствовать себя нормально в такую рань, — он усмехнулся, вызывая у Гермионы слабую улыбку.
— Ладно, ничего, я уверена, что быстро приду в норму. На мне всё заживает так, словно у меня есть домашний феникс. Всё, иди, не смущай меня…
Драко с улыбкой погладил Гермиону по распушившимся волосам и, оставив на её виске невесомый поцелуй, ушёл в душ.
Девушка просидела ещё некоторое время, глядя в одну точку. Потом собралась с силами, встала, умылась, почистила зубы. Ей уже было значительно легче, и это дарило надежду, что всё обойдётся. Она успела выпить крепкий чёрный чай и собраться, когда Драко вышел из ванной.
— Ты не пойдёшь в душ? — удивился он, вытирая влажные волосы полотенцем.
— Я и так слишком задержалась, у меня назначена встреча в Министерстве, — Гермиона приподнялась на носочки, целуя Драко в губы. — Вечером не жди, я уеду с ночёвкой.
— Пожелать тебе удачи?
— Удачи нужно пожелать моему начальнику, — Гермиона с усмешкой помахала рукой, направляясь к камину.
* * *
— Второе утро подряд — это уже ненормально… — Джинни, разбуженная не самыми приятными звуками, держала волосы подруге уже целый час.
— Но ведь вчера в течение дня больше не было симптомов, — разочарованно протянула Гермиона. — Я спокойно общалась с Уильямсом, и, к слову, он пообещал мне гибкий график, если я соглашусь вернуться.
— Здорово, что ты пока ещё ценный кадр…
— В смысле, пока ещё? — возмутилась шатенка.
— Пока жива, Герм, — Джинни усмехнулась, погладив подругу по плечу. — Сегодня же поедем с тобой к колдомедику, чтобы узнать, что не так. И желательно, пораньше, потому что вечером у меня особые планы.
Немного подумав, Гермиона кивнула. В конце концов, даже если всё в порядке, хорошо бы в этом удостовериться.
— А что за планы такие? — Гермиона заинтересованно приподняла бровь, облокачиваясь на холодную стену.
— Блейз хочет познакомить меня с мамой…
По мечтательной улыбке подруги Грейнджер сразу поняла, что многое пропустила, пока её не было дома.
— Мне кажется, ты раньше не знакомилась с родителями парней, — подозрительно сказала Гермиона, пытаясь разглядеть ответ в ореховых глазах.
— Ты права, — рыжая закусила губу, накручивая прядки волос на палец. — Но Блейз такой славный и одновременно горячий… И мне всегда с ним интересно. У нас одинаковый юмор, он выслушивает всякие глупости про мои дизайнерские идеи и готовит мне диетические вкусняшки… Хватит хихикать, Герм! Знаешь, мне всё больше кажется, что это именно то, что я искала.
— Мне смешно не поэтому, — Гермиона едва сдерживала рвущийся наружу смех. — Я просто подумала, что это лучшее время и место для душещипательных признаний.
Джинни звонко рассмеялась, падая от смеха на подругу. Гермиона поймала её, уже тоже не сдерживаясь. Так они и хохотали, сидя на полу туалета и радуясь тому, что на свете существует такая дружба.
* * *
Этим же вечером Гермиона вернулась к своему парню и обрадовалась, не застав его дома. Она пока не знала, как сообщить ему, возможно, самую важную новость в их жизни.
Первой, разумеется, узнала про это Джинни, смиренно ожидавшая её в коридоре больницы. Подруга была, мягко говоря, в шоке. В особенности потому, что лучше всех знала трепетное отношение Гермионы к вопросу секса. С одной стороны, она была рада, что девушка наконец решилась на важный шаг в её жизни. А вот с другой… Ни хрена себе последствия важного шага! Уизли поддержала подругу как смогла, сказав, что это, в конце концов, случилось не после ночи с незнакомцем, а во время стабильных, пусть и недолгих, зато счастливых отношений.
На грани нервного срыва Гермиона отправилась к родителям. В этот раз была рабочая смена у мамы, и её встретил отец: заспанный, в халате, очках и со свежей газетой в руках.
— Привет, родная, — мужчина с улыбкой обнял дочь, приглашая её войти.
Девушка долго не знала, как начать разговор и в итоге разревелась, едва не расплескав весь чай. Мистер Грейнджер растерялся, подсел поближе и сразу принялся утешать дочь. Он даже не представлял, что такого страшного могло произойти в жизни у его обычно сдержанной и рассудительной девочки. Мистер Грейнджер приготовился услышать самую кошмарную историю. Когда Гермиона наконец сумела выдавить из себя слово «беременность», мужчина едва не перекрестился от облегчения.
— Так, хорошо, кто отец? Ты… знаешь?
— Пап! — у Гермионы даже слёзы на лице высохли от таких вопросов. — Ну, разумеется! Это мой парень, и мы друг друга любим.
— Так, ладно… А в чём, собственно, проблема?
Гермиона растерянно хлопала ресницами, не понимая, почему её отец так спокоен.
— Ну, это ведь… Произошло незапланированно.
— И что же? Мы про тебя тоже узнали, когда ещё не планировали жениться.
— Что? Пап! Зачем ты мне это рассказал?
— Чтобы ты понимала, что если твой мужчина взрослый, умный и ответственный, то вы станете счастливыми родителями.
— А если… нет?
— То ты станешь счастливой мамой, а я — счастливым дедушкой! — мужчина снова обнял дочь, которая вновь не смогла сдержать слёз. Вот только на этот раз её переполняла благодарность.
Джинни дрожащей рукой положила простой маггловский тест на беременность к остальным четырём. Разные фирмы показывали однозначный результат, и тут даже не нужно было идти к колдомедику, чтобы сделать проверочные заклинания. У неё будет ребёнок. У них будет малыш! Просто не верится…
Всего месяц назад у Рона и Аннет родился четвёртый ребёнок, долгожданный сын после трёх дочерей, которого назвали Фредом. Они отмечали это событие в течение нескольких дней, собравшись в Норе огромной компанией, как в старые добрые. Потом известие о первой беременности жены Джорджа, ожидавшей сразу двойню. И вот теперь пришла очередь Джинни… Молитвы Молли о большом потомстве пожинали свои плоды.
Джинни дрожащими руками вытирала слёзы, не понимая, откуда в ней столько радости, ведь беременность они совершенно не планировали с мужем, не отвергая даже ныне новомодную позицию «чайлдфри». Им с Блейзом всегда было комфортно вдвоём, они много путешествовали, благо профессии кондитера и дизайнера им это позволяли. Джинни шила свадебные платья волшебницам по всему миру, а её муж изготавливал великолепные торты и кэнди-бары на заказ, — идиллия. Было ли место ребёнку в их безупречном мире? Джинни положила ладонь на оголённый живот, разглядывая своё отражение в туалетном зеркале. В ней растёт маленькая жизнь! Быть может, копия её, или Блейза, рыжая крошка или хорошенький пухленький мулатик… Джинни с улыбкой погладила свой живот. Она не сомневалась, что станет хорошей матерью, в конце концов, она же дочь Молли, а та всю свою жизнь посвятила детям. Забини искренне верила, что Блейз поддержит её. Он всегда поддерживал. Да и разве можно отказаться от подарка судьбы?
* * *
Гарри едва успел бросить на пол свой дорожный рюкзак, когда Полумна вручила ему маленького, но довольно увесистого взрывопотама. Поттер едва не выронил спящее животное, стоило блестящему острому рогу мелькнуть возле его носа. Малыш смешно сопел, тихонько подвывая во сне, словно кит.
— Почему из каждой командировки меня встречают животные? — проворчал Гарри, бросив недовольный взгляд на жену, которая, напевая что-то себе под нос, мыла из волшебной палочки взрывопотама-мать. — А если у кого-то из них взорвётся рог?
Полумна с задумчивой улыбкой погладила по щеке крупное серое животное, которое с наслаждением прикрыло глаза.
— Мамочка устала после родов. А Потамчик совсем крошка, — мечтательно ответила блондинка, с лёгкостью забирая из рук Гарри тяжёлую ношу. Поттер в который раз удивился, как его миниатюрной жене удаётся в одиночку справляться со всей обременительной работой в африканском магическом питомнике. — Мешочки со взрывной жидкостью ещё не созрели, — Луна поцеловала маленького взрывопотама в рог, совершенно не беспокоясь о том, что могла случайно пораниться об остриё.
Она доставила малыша матери, положив его возле вымени. Произнесла очищающее заклинание и, наконец, поцеловала своего мужа. Гарри довольно замычал, почувствовав маленькие ладошки под своей футболкой. Он на мгновение прервал поцелуй, заглядывая в затуманенные серые глаза.
— Я безумно скучал, — прошептал мужчина, прикладываясь лбом ко лбу жены. — У Уизли намечается очередная вечеринка, и мы приглашены, — нехотя сообщил он, понимая, что после длительной командировки в состоянии лишь лежать в постели, вдыхая запах любимой.
— Какой повод? — поинтересовалась Луна, вырисовывая ноготком узор на подкаченном мужском прессе.
— Джинни беременна…
— Чудесная новость! — Полумна отстранилась, широко улыбаясь своей фирменной мечтательной улыбкой.
— Луна… — Гарри вдруг сделался серьёзным, — Если ты вдруг переживаешь, что у нас до сих пор нет детей…
— О чём ты? — блондинка искренне удивилась, оглядываясь по сторонам. Почти в каждом загоне находились детёныши самых разных магических зверей. — Мы уже многодетные родители!
Гарри выдохнул, прижимая жену к себе и целуя в светлые волосы. Он чувствовал невероятное облечение от того, что жена полностью разделяет его взгляды. Гарри просто не мог представить себя настоящим отцом. Вся его жизнь была наполнена нескончаемой, смертельно опасной, но по-настоящему важной работой, от которой он никогда не смог бы отказаться… А ещё редких выходных, проведённых рядом с самой любимой женщиной. Гарри возненавидел бы себя, если бы не смог дать счастливое детство своему ребёнку. Но о каком счастливом детстве могла идти речь, если бы отец появлялся дома всего пару раз в месяц? А в один ужасный день не вернулся бы вовсе…
— Перестань думать об этом, — взгляд Луны неизменно оставался нежным, и как же Гарри это обожал.
Её огромные любящие глаза невероятного туманного оттенка. Он вспоминал о них каждый раз, когда находился в смертельной опасности. И пусть Полумна этого не знала, она не раз спасала его.
Гарри в очередной раз поклялся себе, что сделает свою жену самой счастливой в мире. И абсолютно неважно, будут ли у них когда-либо дети. Они обязательно. Будут. Счастливы.
* * *
— Папа, ты же обещал, что этим летом научишь меня кататься на метле! — светловолосый мальчик с возмущением топнул ножкой, услышав воодушевлённый рассказ Лиззи о письме из Хогвартса и предстоящих ей занимательных уроках, включающих в себя полёты.
— Скорпи, милый, говори тише, — Гермиона с беспокойством огляделась по сторонам, но каждый посетитель парка в это залитое солнцем утро был занят своим делом.
— Поверь, малыш, это мне следует завидовать дочери, а не тебе, — усмехнулась Розали, потрепав крестника по платиновым волосам. Мальчик улыбнулся, обвивая ручками любимую тётю Рози.
— Крёстная, ты не переживай, я как научусь летать, обязательно тебя покатаю!
— Успокойся, боец, для начала тебе нужно метлу купить, — Драко поймал на себе убийственный взгляд жены, которая была категорически против полётов восьмилетнего ребёнка. — Вот когда отправимся в Косой переулок вместе с Лиз, и тебе присмотрим самую безопасную модель, — эти слова ничуть не успокоили Гермиону, и она раздражённо поднялась с большого клетчатого пледа, расстеленного на траве, чтобы проверить спящую в коляске дочь.
Драко всегда делал то, что хотел. Даже лошадей завёл — сумасшедший. Гермиона до последнего думала, что он просто шутит, говоря о том, что из-за их истории любви они просто обязаны заиметь собственное ранчо. И каков итог? Гермиона усмехнулась своим мыслям, подходя к коляске.
Алии на месте не оказалось, и мать на мгновение охватила настоящая паника, когда в голове промелькнули самые страшные картинки. Однако, в следующую секунду взгляд Гермионы зацепил Северуса, который сидел на корточках за раскидистым дубом, держа на руках годовалую малышку с каштановыми кудряшками, и демонстрировал ей белочку, притаившуюся в траве.
— У меня чуть сердце не остановилось! — возмутилась женщина, ощутившая за минуту глубочайший шок и несказанное облегчение.
— А кто виноват, что твой материнский инстинкт настолько слабый, что напоминает тебе проверить ребёнка один раз в году? — Снейп криво улыбнулся, поднимаясь в полный рост и протягивая счастливую девочку маме.
— Я наложила защитные заклинания, — пробурчала Гермиона, принимая Алию в свои руки. — И ты мог бы предупредить.
Выражение лица Снейпа напомнило старые добрые уроки зельеварения. Женщина усмехнулась, перехватывая дочь поудобнее. Всё-таки, что-то остаётся неизменным… Гермиона зацепила взглядом своего мужа, который корчил смешное лицо Алии, вызывая её смех. А где-то судьба не перестаёт нас удивлять…
1) 9 лет спустя
![]() |
|
Отличное начало и такой скомканный конец, очень жаль((((
|
![]() |
Vagrisавтор
|
Тамара16061996
Спасибо за честный отзыв и конструктивную критику ❤️ Одна из первых моих работ, знаю данный косяк, но, согласитесь же, есть своя прелесть в героях этой истории?😄 (все равно тут горячо люблю их, как ни крути, они везде у меня немного разные выходят) 1 |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|