Магия зелий: В поисках знаний (джен)

Примечания:

Заранее предупреждаю, что частично начало взято из оригинальной книги. Поэтому некоторые описания и диалоги могут быть идентичными.

---

— Вон он, смотри!

— Где?

— Да вон, рядом с высоким рыжим парнем.

— Это который в очках?

— Ты видел его лицо?

— Ты видел его шрам?

Гарри слышал этот шёпот с самого утра, как только вышел из общей спальни. Он следовал за ним повсюду — в коридорах, у дверей классных комнат, даже в Большом зале. Ученики останавливались, таращились, кто-то нарочно проходил мимо несколько раз, чтобы рассмотреть его получше. Гарри предпочёл бы, чтобы этого не было. Ему было немного неловко, но больше всего раздражало то, что они мешали сосредоточиться. Гарри хотелось просто добраться до нужного класса и не потеряться.

Абстрагироваться от происходящего он умел — за годы, проведённые у Дурслей, это стало привычным навыком. И если кто-то перешёптывается за спиной — это можно просто игнорировать. Гораздо больше волновала другая проблема: где же, чёрт возьми, карта этого замка? Она бы очень пригодилась первокурсникам на первых порах. Интересно, а такая вообще существует? Надо будет спросить у Перси.

Хогвартс оказался настоящим лабиринтом. Лестницы меняли направление, двери то просто не открывались, то и вовсе оказывались фальшивыми, портреты разговаривали, ходили друг к другу в гости, а доспехи, казалось, вполне могли внезапно ушагать по своим делам. Это все здорово сводило с ума и сбивало с толку, но Гарри воспринимал хаос с любопытством исследователя. Исчезают ступеньки на лестницах? Ладно, будем прыгать. Главное — запомнить, какие именно, чтобы однажды не скакнуть в пустоту. У него даже проснулся некий азарт. Если что-то ведёт себя странно — значит, у него есть закономерность. Нужно просто её найти.

Привидения тоже добавляли хлопот. Особенно, когда ты, раздумывая, какую дверь открыть, вдруг видишь, как из неё вылетает полупрозрачная фигура. Почти Безголовый Ник оказался дружелюбным, всегда готовым помочь гриффиндорцам найти дорогу. А вот Пивз... Пивз был настоящим стихийным бедствием. Он мог швырнуть в тебя мел, ухватить за нос, завопить прямо в ухо или подложить что-нибудь скользкое прямо перед лестницей. Даже профессора не могли его выгнать. Кажется, он боялся только Кровавого Барона — привидение факультета Слизерин.

Сложности возникли и с школьным завохозом. Аргус Филч оказался довольно неприятной личностью. В первое же утро Гарри и Рон обратили на себя его внимание — к сожалению, в плохом смысле слова. Филч застал их в тот момент, когда они пытались открыть одну из дверей. К несчастью, выяснилось, что именно за этой дверью начинается тот самый закрытый для всех коридор на третьем этаже, про который говорил на банкете Альбус Дамблдор. Филч отказывался верить, что ребята просто заблудились. Смотритель был уверен, что они специально хотели проникнуть на запретную территорию, и угрожал запереть их в находящуюся в подземелье темницу. Но в самый критический момент их спас проходивший мимо профессор Квиррелл.

Гарри, конечно, привык к ругани. Но этот разговор всё равно оставил неприятное ощущение — скорее не из-за самого Филча, а из-за того, как легко взрослые люди могут увидеть злой умысел там, где его нет. Тут же вспомнились «любимые» родственнички.

Филч знал все секретные ходы лучше, чем кто-либо другой в школе — за исключением, пожалуй, близнецов Уизли, — и появлялся так неожиданно, словно был привидением. А ещё была его кошка — миссис Норрис. Ученики ненавидели её и мечтали когда-нибудь дать ей пинка, считая, что она появляется из ниоткуда, а через мгновение приводит с собой завхоза. Гарри не разделял эту ненависть. В конце концов, кошка — это кошка, она верна своему хозяину и не заслуживала жестокости.

Но главной сложностью оказались вовсе не лестницы, призраки или Филч. А уроки.

Магия была не просто размахиванием волшебной палочкой. Заклинания требовали точности, цветы могли запросто укусить, а звёзды на ночных наблюдениях так и норовили спрятаться за облаками, когда нужно было записать их расположение. Всё это было непросто, но безумно интересно.

Самым скучным предметом из всех оказалась история магии. Профессор Бинс, единственный призрак среди преподавателей, монотонно читал лекции, совершенно не делая пауз. Ученики первое время пытались конспектировать, но чаще просто боролись со сном.

Зато трансфигурация сразу произвела на него неизгладимое впечатление. Профессор МакГонагалл начала занятие с того, что без труда превратила стол в свинью, а затем обратно. Учеников захватила идея, что они смогут повторить это… пока не выяснилось, что до таких зрелищных превращений им всем ещё далеко. А для начала им нужно всего лишь превратить спичку в иголку. Все оказалось не так просто. Пока что хоть какие-то успехи наметились лишь у Гермионы Грейнджер. К концу урока кончик ее спички немного заострился и покрылся серебром.

С самого начала МакГонагалл показала себя строгим и требовательным преподавателем, для которого дисциплина была превыше всего. При этом она оставалась справедливой и внимательно следила за успехами учеников. Но больше всего первокурсников поразило даже не превращение стола в свинью, а то, что в конце урока, увидев результат Гермионы, профессор неожиданно улыбнулась.

Защита от Тёмных искусств, которую ученики особенно ждали, наоборот, оказалась сплошным разочарованием. Весь кабинет пропах чесноком, профессор Квиррелл вёл себя так, будто сам всего боялся, а его тюрбан вызывал слишком много вопросов.

Но самое важное Гарри понял не на уроках.

Он не хуже других.

Многие его однокурсники тоже родились в магловских семьях и понятия не имели о магии, пока не получили письмо. Даже Рон, выросший среди волшебников и имеющий пятерых старших братьев, не имел особого преимущества перед остальными.

Пятница стала для Гарри и Рона великим днем. Они, наконец, смогли спуститься в Большой зал на завтрак, ни разу не сбившись с пути.

— Что у нас там сегодня? — спросил Гарри, посыпая сахаром овсянку.

— Два занятия по зельям. Со слизеринцами, — ответил Рон мрачно. — Ведёт Снейп. Он их декан, и говорят, что всегда на их стороне. Выгораживает перед остальными, ставит им лучшие отметки… Вот и проверим, правда ли это.

Гарри оживился. Он бросил быстрый взгляд на преподавательский стол. Профессор Снейп сидел на своём обычном месте и спокойно завтракал.

Гарри поёрзал и принялся быстро загребать ложкой овсянку.

— Эй, ты хоть жуй немного! — воскликнул Рон. — Подавишься! Чего ты так радуешься? Это же Снейп!

— Да ладно тебе, Рон! Это же интересно! — Гарри едва не подпрыгивал от нетерпения. — Я заглянул в учебник, и там сто-о-олько всего! Ты знал, что есть Болтливое зелье? Выпьешь — и голос становится таким пискля-я-явым! Представь, если бы его выпил Дадли! Вот умора!

Он захохотал, живо представляя, как его двоюродный брат пытается напустить на себя важности, но вместо этого пищит, как резиновая уточка. Рон с недоумением посмотрел на Гарри.

— Да и вообще, — добавил он, отсмеявшись, — на уроках неважно, кто чей декан. Они же не должны… ну, знаешь… нарочно пакостить остальным? Может, Снейп не такой уж и противный, как говорят твои братья?

— Ну, может быть… — протянул Рон скептически. — Хотя не уверен, что от такой угрюмой летучей мыши можно ожидать чего-то хорошего. Ты его лицо видел? Он будто только что наступил на навозную бомбу! Ладно, поживем — увидим.

Пока они завтракали, прибыла почта. Теперь Гарри уже привык к этому, но в свое первое утро в школе он даже испугался, когда во время завтрака в Большой зал с громким уханьем влетело не меньше сотни сов.

Они начали кружить над столами, высматривая своих хозяев и роняя им на колени письма и посылки. Пока Хедвиг не принесла Гарри ни одного письма. Сова иногда залетала в зал вместе с другими, чтобы посидеть у него на плече и ласково похватать его клювом за ухо. А потом, съев кусочек тоста, улетала в совятню — как называли в школе домик, где жили совы, — и там спокойно засыпала.

Но этим утром Хедвиг, приземлившись между сахарницей и блюдцем с джемом, уронила в тарелку Гарри запечатанный конверт. Гарри тут же вскрыл его — он просто не мог спокойно завтракать, не прочитав свое первое письмо.

«Дорогой Гари», — было написано в письме неровными буквами. — «Я знаю, что в пятницу после обеда у тебя нет занятий, поэтому, если хошь, приходи ко мне на чашку чая. Ну примерно часам к трем. Хочу знать, как прошла твоя первая неделя в школе. Пришли мне ответ с Хедвиг.

Хагрид».

Гарри одолжил у Рона перо, нацарапал на обороте письма: «Да, с удовольствием, увидимся позже, спасибо» — и вручил письмо сове.

Кабинет Снейпа находился в одном из подземелий. Тут было холодно — куда холоднее, чем в самом замке — и довольно страшно. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные.

Снейп, как и Флитвик, начал занятие с переклички. И, как и Флитвик, остановился, дойдя до фамилии Поттер.

— О, да, — негромко произнес он. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость.

Драко Малфой и его друзья Крэбб и Гойл издевательски захихикали, прикрывая лица ладонями.

Гарри поёжился от холодного тона профессора, но его предвкушение чего-то интересного никуда не исчезло.

Закончив знакомство с классом, Снейп обвел аудиторию внимательным взглядом. Глаза у него были черные, как у Хагрида, только без того тёплого света, которым всегда сияли глаза великана. Взгляд Снейпа был холодным и пустым, словно тёмный тоннель.

— Вы здесь для того, чтобы изучать искусство зельеварения, — начал он, — очень точную и тонкую науку.

Снейп говорил почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Как и профессор МакГонагалл, он обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. Никто не осмеливался перешёптываться или заниматься посторонними делами. Гарри внимательно слушал каждое слово профессора, стараясь впитать в себя как можно больше.

— Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я сомневаюсь, что вы способны оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, что проникают в кровь, околдовывая разум, порабощая чувства…

Он сделал паузу, оглядывая класс.

— Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как закупорить смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.

После этой короткой речи царившая в классе тишина стала абсолютной.

Гарри слушал Снейпа, затаив дыхание. А как же! Сколько удивительного могут сотворить одни только зелья! Даже без волшебной палочки! Рон, сидя рядом, с недоумением переводил взгляд с друга на профессора, а Гермионе Грейнджер, судя по тому, как она ерзала на стуле, не терпелось доказать, что уж её-то к «стаду болванов» точно не отнесёшь.

— Поттер! — неожиданно произнес Снейп. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?

— Э-эм… Асфодель и полынь… Что-то такое я видел в учебнике, — тихо проговорил Гарри, вспоминая всё, что успел прочитать перед приездом в школу.

Размышляя, он покосился на Рона, но тот, похоже, был сильно ошарашен вопросом. Зато Гермиона Грейнджер явно знала ответ, и ее рука моментально взметнулась в воздух.

— Точно! Вспомнил! Из корня асфоделя и полыни приготавливают очень сильное усыпляющее зелье! Его ещё называют напитком живой смерти, сэр, — обрадовано выпалил Гарри.

На лице Снейпа появилось едаа заметное удивление.

— Так-так… Радует, что вы всё-таки удосужились что-то прочитать, перед приездом в школу. Что ж, как на счет следующего, Поттер, — Снейп упорно не желал замечать поднятую руку Гермионы. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?

Гермиона продолжала тянуть руку, с трудом удерживаясь от того, чтобы не вскочить с места. «Безоар значит…» — Гарри с азартом принял условия этой игры.

— Скорее всего, в магазине, сэр, или же в школьном хранилище, — ответил он.

— Очень остроумно! Очевидно, что я не это имел в виду, наглый мальчишка! — раздраженно бросил Снейп. — Где его добывают?

— Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов.

Гарри не отводил взгляда и смотрел прямо в эти холодные глаза, которые на мгновение выдали удивление. Он был несказанно рад, что решил прочитать свои новые учебники, пока жил у Дурслей, и даже умудрился что-то из этого запомнить.

Снейп снова проигнорировал дрожащую от волнения руку Гермионы. Она с интересом и каким-то уважением поглядывала на Гарри, но её желание ответить самой не угасало.

— Ладно, Поттер, а в чём разница между волчьей отравой и клобуком монаха?

Гермиона, не в силах больше сидеть спокойно, встала, вытягивая руку к потолку.

— Хм… Простите, профессор, этого я не запомнил, — тихо произнес Гарри. — Но мне кажется, что Гермиона это точно знает, почему бы вам не спросить её?

Послышался смех. Гарри нервно оглянулся, чтобы увидеть, кто еще над ним смеется, кроме Малфоя и двух его приятелей. Ему показалось, что смеявшихся было человек десять, как минимум. Он встретился взглядом с Симусом, и тот одобрительно подмигнул ему. Гарри подумал, что смеются, видимо, не над ним, а над его ответом, который почему-то всем показался остроумным. Но как бы там ни было, Снейп, похоже, так не думал.

— Сядьте! — рявкнул он, на мгновение повернувшись к Гермионе. — А вы, Поттер, запомните: я не потерплю на своих уроках неуважения. Вы смогли ответить на первые два вопроса, но никто не давал вам позволения дерзить! А волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, также известное как аконит. Поняли? И почему никто ещё не начал записывать?!

Все поспешно схватились за перья и зашуршали пергаментом. Но тихий голос Снейпа перекрыл поднявшийся шум.

— А за повторный такой наглый ответ, Поттер, я в следующий раз запишу штрафное очко на счёт Гриффиндора. Учтите это!

Для первокурсников факультета Гриффиндор уроки Снейпа обещали стать настоящим испытанием. После того как Снейп усадил Гарри на место, он разбил учеников на пары и дал им задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов. Профессор кружил по классу, шурша своей длинной черной мантией, и следил за тем, как они взвешивают высушенные листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. Казалось, что с Гриффиндора только Гарри и Гермиона обрадовались новому заданию и воодушевлённо принялись выполнять инструкции, написанные на доске.

— Фух, пронесло! Друг, тебе реально повезло! Откуда ты это всё знаешь?! — прошептал Рон прямо в ухо Гарри, когда профессор отвернулся. — Говорил я тебе, Снейп — ненормальный!

— Тише, ты! А то услышит! — шикнул Гарри. — Он, конечно, немного странный, но зелья — это всё равно круто! Давай, за дело!

Снейп раскритиковал всех, кроме Малфоя, которому, очевидно, симпатизировал. Поттер молча выслушал критику по поводу своего зелья и продолжил работу, мысленно соглашаясь с профессором. Нужно будет запомнить эту деталь.

В тот момент, когда Снейп призвал всех полюбоваться, как Малфой варит рогатых слизняков, класс вдруг наполнился ядовито-зеленым дымом и громким шипением. Невилл каким-то образом умудрился растопить котел Симуса, и тот превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое они готовили в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников. Через мгновение все с ногами забрались на стулья, а Невилл, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли, так как на его руках и ногах появились красные волдыри.

— Идиот! — прорычал Снейп, одним движением (!) ладони сметая в угол пролившееся зелье. Гарри замер — он и представить не мог, что магию можно использовать так небрежно и в то же время так властно. — Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза?

Невилл вместо ответа сморщился и заплакал — теперь и нос его был усыпан красными волдырями.

Гарри пожалел беднягу Невилла, который пострадал из-за своей невнимательности и ещё получил нагоняй от Снейпа. Наверное, он слишком перенервничал под таким пристальным взглядом профессора. Но, несмотря на это, Гарри не мог не восхититься, как ловко Снейп исправлял ошибки. Всё было чётко, как у опытного мастера, которому не привыкать работать с неумелыми студентами.

— Отведите его в больничное крыло, — скривившись, произнес Снейп, обращаясь к Симусу. А потом повернулся к Гарри и Рону, работавшим за соседним столом. — Поттер, почему вы не сказали ему, что нельзя добавлять в зелье иглы дикобраза?

— Простите, профессор. Я не заметил…

— Молчать! За вашу невнимательность и пререкания я записываю одно штрафное очко на счет Гриффиндора.

Это было несправедливо. Но Гарри решил, что лучше промолчать. Он давно усвоил: «Собака лает, да не кусает». Рон пнул его под столом.

— Не нарывайся, — прошептал Рон. — Я слышал, если Снейп разозлится, будет очень плохо.

Час спустя, когда они вышли из подземелий и поднимались по лестнице, голова Гарри была полна разрозненных мыслей. С одной стороны он продолжал восхищаться профессионализмом профессора, и его завораживал процесс приготовления зелья. Нарезка ингредиентов давалась легко — готовить ему приходилось с детства, так что это не вызывало трудностей. Да и остальное не показалось таким уж сложным. Но вот что его огорчало: в первую же неделю пребывания в школе он заработал штрафное очко. И все из-за того, что Снейп почему-то возненавидел его, хоть Гарри и смог ответить на часть вопросов. Это было очевидно по его поведению. Но что именно вызвало такую неприязнь? Чем больше Гарри об этом думал, тем яснее становилось: гадать можно бесконечно, а узнать — только спросив.

Идея поговорить со Снейпом казалась простой и логичной… пока он размышлял о ней на ходу. До встречи с Хагридом оставалось ещё много времени, и Гарри решил, что после обеда попробует найти профессора.

С этим намерением он ускорил шаг, догоняя Рона — тот успел уйти далеко вперед, пока Гарри, погруженный в свои мысли, едва плелся по ступенькам.

* * *

Наскоро пообедав, Северус Снейп вернулся в свой кабинет, и теперь сидел, проверяя работы пятикурсников. Вчера утром он как раз провел у них самостоятельную, чтобы определить уровень остаточных знаний на начало семестра. Раздраженно вздохнув, Снейп зачеркнул половину работы очередного Хаффлпаффца.

Ну как можно быть настолько безалаберными, чтобы напрочь забыть всё, что они проходили в прошлом году?! И, судя по всему, они даже не попытались хоть что-нибудь повторить за время каникул!

Отложив в сторону оставшуюся кипу бумаг, Северус снова вздохнул, поставил локти на стол и, сложив пальцы домиком, прислонился к ним лбом.

Как же он уже устал. А тут ещё Поттер! Он с дрожью ожидал прибытия этого ребенка в этом году. Точная копия Джеймса! Однако, ради справедливости, стоит отметить, что есть между ними и отличия. Впервые встретив его в Косой Аллее, Северус был ошеломлён.

Помнится, в тот день зельевар отправился за необходимыми ингредиентами. Его личные и школьные запасы были истощены, и ему пришлось ненадолго вырваться, чтобы пополнить их до начала нового учебного года.

Зайдя внутрь лавки, первым, на что он обратил внимание, был ребенок, стоявший там, в полном одиночестве и что-то с интересом рассматривавший. Судя по всему, это был первокурсник, поступающий в этом году. Однако мальчик совершенно не походил на школьника — ростом маловат, слишком худощав, а его одежда явно досталась ему от кого-то вдвое или даже втрое крупнее его. Было странно видеть такого маленького ребёнка в столь мешковатой одежде, но ещё удивительнее, что рядом с ним никого не было. Обычно маглорождённых студентов в Косую Аллею сопровождал кто-то из преподавателей. Если же он не маглорождённый, то ситуация выглядела ещё загадочнее — какой родитель позволил бы своему ребёнку ходить без сопровождения, да ещё и в таком виде?

Подойдя ближе, Снейп увидел, чем так увлекся мальчик, что даже не заметил как звякнул колокольчик. Оказалось, это был каталог с зельями и необходимыми для них ингредиентами.

За прилавком появился продавец, поэтому Северус отвлёкся от изучения мальчишки и протянул мужчине список того, что ему необходимо.

В этот момент ребенок обернулся к продавцу с вопросом.

— Сэр, а можно…? — тут он, видно, заметив еще одного человека, прервался на полуслове. И подняв взгляд наверх, сконфуженно извинился.

Но Северус пропустил извинения мимо ушей, замерев, едва только увидел его лицо. Поттер?! Широко распахнув глаза, он смотрел на мальчика. В ответ же на него смотрели ярко-зелёные, колдовские очи. Лили… Спустя 10 лет, он снова увидел её сияющие глаза. Точно такие же, как когда-то давно, когда рыжая девчушка восхищённо слушала рассказы маленького черноволосого паренька. Сейчас в глазах этого мальчишки он уловил ту же смесь восторга и удивления, прежде чем тот опустил голову и отошел в сторонку, чтобы не мешать взрослым.

Словно в бреду, отвернувшись обратно к прилавку, Северус быстро сложил готовый заказ в сумку, расплатился и стремительно вышел на улицу. Это было похоже на бегство.

Даже вернувшись в Хогвартс, он не мог отделаться от роя беспокойных мыслей. Почему мальчик был один? Где его опекун или сопровождающий? Почему он так странно выглядел? А ещё… Зельеварение. Северус сам не заметил, как вновь и вновь возвращается к этому моменту. Мальчик с таким вниманием изучал каталог, в его глазах плескался неподдельный восторг.

Стоит присмотреться к нему повнимательнее. Посмотреть, как он проявит себя на уроках, как будет вести себя в классе. Потому что Северус не потерпит нахальства и лени!

Позднее, увидев его в Большом Зале среди толпы первокурсников, Снейп убедился в том, что мальчишка и правда мельче других. Но теперь, по крайней мере, был одет как подобает. Он почти не сводил взгляда с тощей фигурки, наблюдая, как тот неуверенно прошёл вперёд, сел на стул, а затем, спустя несколько напряжённых мгновений, с явным облегчением опустился за стол Гриффиндора. Волновался. Что ж, неудивительно.

Внезапно, Квиррелл, сидевший рядом за учительским столом, отвлёк его каким-то совершенно глупым вопросом. Снейп нахмурился, но в этот момент Гарри вдруг дёрнулся, словно что-то почувствовал, и поднял на него взгляд.

Сначала — удивление, затем узнавание, а после — едва заметный интерес. Через секунду мальчик потер лоб и отвернулся.

Сегодня во время урока, обнаружив мальчишку увлеченно болтающим с очередным Уизли, Северус почувствовал раздражение. Такой же невоспитанный, как его отец! Хлопнув дверью, он стремительно влетел в аудиторию и остановился перед студентами, развернувшись к ним лицом.

Все замолчали.

Отлично.

Зачитывая список, он остановился на ненавистной фамилии.

— О, да, — негромко произнес он. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость.

Известность ещё ничего не значит!

Скорее всего, мальчишка такой же, как и его отец. Выросший, как домашний цветок. Избалованный и наглый. Что ж, тем более — лучше сразу поставить его на место, пресечь всё на корню. Пусть привыкает: перед Избранным он плясать не будет.

Услышав слова Снейпа, Поттер заметно поёжился, и в его взгляде промелькнула боль, в ответ на холод, исходивший от преподавателя. Но, как ни странно, он не отвёл взгляд и продолжил внимательно смотреть.

Северус, осторожно наблюдая за ним в течение занятия, отметил, что мальчишка, похоже, слушает его с интересом. Настолько, что даже не заметил, как рыжий ткнул его в бок, собираясь что-то сказать.

Что ж, стоит проверить, чего стоит его «заинтересованный» вид. Возможно, он просто ждёт момента, когда учитель ослабит бдительность, и тогда выкинет что-нибудь.

Удивительно. Похоже, Поттер действительно изучал новые книги перед школой — по крайней мере, по его предмету. Пусть и не идеально, но всё же он смог ответить на вопросы. Интересно, интересно... Однако, в любом случае не стоит так явно проявлять к нему расположение. Особенно учитывая, что в классе полно детей Пожирателей. Нельзя допустить, чтобы они узнали о его истинном отношении к мальчику, который выжил.

Нет, Поттер, нельзя так срезать обороты при помешивании! Надо обязательно делать полный круг!

Ох! Ни на секунду нельзя расслабиться с этими оболтусами! Лонгботтом умудрился расплавить котёл Финнигана и сам пострадал! Он так поседеет раньше времени от беспокойства о мелких бездельниках.

Отправив пострадавшего с сопровождающим в Больничное крыло, Северус сорвался на Поттера, который оказался рядом, и снял с него балл. Они обязаны быть внимательными! В Зельеварении крайне важно быть собранным и четко следить не только за собственными действиями, но и за действиями соседа, дабы избежать неприятностей и травм!

Что удивило его больше всего, так это то, что Поттер покорно, и даже с какой-то грустью извинился и попытался объясниться. От резких слов учителя в его глазах промелькнула обида, но он воздержался от дальнейших пререканий. Северус почувствовал толику уважения к ребёнку.

Обратив внимание на котёл перед ним, Снейп отметил правильную текстуру и почти соответствующий требованиям цвет. Неплохо. Очень неплохо мистер Поттер. Очевидно, что Уизли приложил минимум усилий для приготовления зелья, а основную работу Поттер выполнял самостоятельно.

Собрав флаконы с образцами у всего класса, Северус отпустил учеников и с облегчением выдохнул, когда за последним закрылась дверь. Большинство зелий представляло из себя жалкое зрелище. Он, поморщившись, отметил фамилии студентов получивших «ноль» за зелье в классном журнале. Затем очистил содержимое флаконов, оставив только несколько наиболее удачных образцов. В том числе и флакон с подписью «Поттер».

Череду воспоминаний прервал тихий стук в дверь. Сначала он даже подумал, что ему показалось, но стук повторился.

— Войдите!

Всем привет! Спасибо, что верили в историю и ждали — я наконец-то в строю с новой главой! ❤️

И, пользуясь случаем, поздравляю всех с Днём космонавтики и светлым праздником Пасхи! Пусть вдохновение будет бесконечным, как Вселенная, а весна приносит только добрые вести. Поехали! 🚀🐣

Поднимаясь из подземелий после урока зелий, Гарри думал о том, что только что произошло. Все пошло совершенно не так, как он себе представлял.

Нет, он не чувствовал, что обижен, и не злился. Скорее пытался понять — что он сделал не так. Вроде все было нормально… Должна же быть причина.

Профессор Снейп был строгим — это заметно сразу. Но разве не такой же была профессор МакГонагалл? Только вот с ней всё было понятно. Плохое поведение, невнимательность — замечание. Постарался — заслужил баллы и теплую улыбку.

А у Снейпа…

Гарри нахмурился, преодолевая последние ступени.

Там было что-то ещё. Не простая строгость. И не ненависть — в этом он был почти уверен. Скорее… как будто профессор ждал от него чего-то другого. И уже с самого начала был недоволен.

Но чем?

Он снова и снова прокручивал в памяти урок: вопросы, ответы, снятый балл, выражение лица. Вроде бы ничего особенного. Но что-то не давало покоя. Дело не только в ошибке на уроке.

Рон, конечно, был уверен, что всё предельно ясно.

— Я же говорил, он ненормальный, — продолжил возмущаться он, едва они оказались в гостиной. — Просто терпеть не может гриффиндорцев. Зато, видел, как он на Малфоя смотрит?..

Гарри кивал в нужных местах, но слушал вполуха.

Почему?

Не «за что», а именно «почему». Он не чувствовал, что сделал что-то по-настоящему плохое. Да, не на всё смог ответить. Может мог быть немножко внимательнее. Но разве это повод для такой неприязни?

— Выше нос, — подбодрил его Рон. — Фреду и Джорджу тоже не везёт на уроках Снейпа. Знаешь, сколько штрафов они у него получили? Слушай, а можно я пойду с тобой к Хагриду?

Гарри снова кивнул.

Мысли упорно возвращались к одному и тому же.

Следующий час пролетел, а Гарри будто не слышал ничего вокруг. Шум в гостиной, чей-то смех, разговоры, шуршание страниц — всё проходило мимо. Он сидел, уставившись в огонь, и мысленно примерял предстоящий разговор с профессором, пытаясь угадать, как он среагирует.

«А если он просто рассмеётся? Или отругает ещё сильнее? Или вообще скажет, чтобы я не тратил его время?»

Гарри представлял, как Снейп посмотрит на него своим взглядом, который замораживал все внутренности. Сердце стучало быстрее. Что ему сказать? Стоит ли пытаться объясниться?

Позже, за обедом, стало только хуже.

Гарри машинально ковырял вилкой в тарелке, почти не чувствуя вкуса еды.

Он смотрел куда-то мимо шумного зала и ловил себя на странной мысли: а с чего он решил, что может вот так просто пойти и задать вопрос взрослому?

У Дурслей вопросы всегда были плохой идеей. Любые. Почему так, а не иначе. Почему нельзя. Почему с ним — так.

Особенно про семью.

Обычно они только злились, и всё заканчивалось окриками и насмешками. Он это давно усвоил.

Раньше ему хотелось понять, почему его не любят. Почему Дадли получает всё, а он — нет. Один раз спросил — и больше не пытался. Никогда. Проще было молчать, соглашаться и делать вид, что всё равно.

А теперь? Почему он решил, что здесь должно быть как-то по-другому?

Снейп — взрослый. Строгий. Жесткий. И, судя по сегодняшнему уроку… почему-то его невзлюбил. С чего Гарри вообще взял, что профессор станет с ним разговаривать? Что не прогонит его, решив, что он наглец или выскочка?

Эта мысль задела его. Он сжал кулаки на коленях и опустил взгляд в тарелку. Идея поговорить со Снейпом уже не казалась такой простой, как ещё пару часов назад. А может, ну его?.. Оставить все как есть.

Гарри поднял взгляд.

Рон рядом что-то жевал и одновременно рассказывал Симусу очередную историю. За столом было шумно, живо, весело.

Он почти передумал идти в подземелья. Можно же просто присоединиться к остальным. Потом поиграть в шахматы с Роном, почитать. Ни о чем не думать. Сделать вид, что все в порядке.

И всё же внутри оставалось упрямое ощущение: если он не попробует — так и не узнает.

* * *

Пустой класс зельеварения выглядел иначе. Слишком просторный. Слишком тихий.

Гарри медленно прошёл между столами. Шаги казались громче, чем должны были.

Поздно поворачивать назад.

Дверь в кабинет была в глубине, за столом. Почти сливалась со стеной.

Он был уверен, что по дороге сюда всё продумал. Что скажет. Как скажет. Даже с какой интонацией.

Сейчас — в голове было пусто.

Гарри остановился у двери и простоял так несколько минут, будто гипнотизируя ее, не решаясь постучать. В ушах так шумело, что всё вокруг будто утонуло. Он пытался собрать мысли, но они разлетались, как мелкие бусинки из шкатулки тёти Петуньи...

«А вдруг он подумает, что я надоедаю?» — мелькнуло в голове. — «Или что я просто не понимаю элементарных вещей?»

Он поднял руку… и не постучал.

Секунда.

Глупо. Сам же сюда пришёл.

Он уже здесь. Развернуться сейчас — ещё глупее

Гарри втянул воздух глубже и потянулся к двери. Первый стук получился таким тихим, что он еле услышал его сам. Рука задрожала, и он отдернул её, будто обжегся. От волнения сердце колотилось всё быстрее, ладони вспотели. Гарри затаил дыхание и прислушался — пытаясь уловить хоть что-нибудь. Но ответа не было.

Нужно постучать ещё раз… только сильнее… но вдруг это будет слишком?

Он оборвал эти мысли и снова прикоснулся к дереву. Ну всё… сейчас или никогда. Из-за дрожи стук получился глухим, но в этот раз достаточно громким. Колени предательски дрогнули.

— Войдите! — резко раздалось изнутри.

Гарри сжался, сердце подпрыгнуло в груди, и он… бросился прочь. Он не помнил, как вылетел из подземелий.

Шаги отдавались эхом по коридору, дыхание сбилось почти сразу.

Глупо. Глупо. Глупо!

Он сбежал.

Сам пришёл — и сбежал.

Лишь отдалившись от кабинета на достаточное расстояние, он замедлил шаг.

Гарри уже долго брел по коридорам, почти не разбирая дороги. Он в сотый раз прокручивал свою провальную попытку поговорить со Снейпом, каждый раз возвращаясь к одному и тому же.

А если бы не сбежал? Или вообще не пошел? Зачем он это сделал? Может стоило просто махнуть на все рукой — как Рон? Все пошло совсем не так, как он планировал. Снова. И почему именно зельеварение?

Мысли путались и злили ещё больше.

Он шагал вперёд, не обращая внимания, куда идёт. Портреты, лестницы, темные проёмы — всё сливалось в одно размытое пятно, пока ноги сами не вынесли его к выходу из замка. В себя он пришёл только тогда, когда внезапно услышал:

— Куда это ты направляешься?

Гарри вздрогнул и остановился.

Перед ним стоял Филч, подозрительно щурясь.

В этот момент Гарри вспомнил, что его приглашал к себе Хагрид. А ещё — что он обещал взять с собой Рона.

Он остановился возле завхоза и вежливо поздоровался:

— Здравствуйте, мистер Филч. У нас на сегодня больше нет занятий. Меня пригласил Хагрид к себе на чай. Вообще, мы с Роном вместе собирались, только я не знаю где он сейчас... Я совсем забыл с ним договориться о встрече.

На миг Гарри показалось, что Филч растерялся — его лицо будто стало не таким сердитым. Но через секунду он снова недоверчиво прищурился:

— Ты знаешь вообще, куда идти то?

А затем ворчливо добавил:

— А то шастают где попало, ищи их потом после отбоя…

Гарри почувствовал, как у него загорелись уши. Он ведь и сам только что бродил где-то и лишь чудом вышел в знакомое место. Опять забыл спросить у Перси про карту!

Он опустил взгляд в пол:

— Да, сэр. Знаю. Только, наверное, сначала поищу Рона в башне, раз уж обещал пойти вместе… — он задумался.

— Мистер Филч, не подскажете, который час? — спохватившись, спросил Гарри, оглядывая вестибюль в поисках часов.

Он ещё не умел вызывать Темпус. Хотя слышал от старшекурсников о таком полезном заклинании.

— Без четверти три, — ответил Филч, достав из-за пазухи старые, но вполне рабочие механические часы.

Гарри быстро прикинул в уме.

— Тогда я, пожалуй, подожду Рона здесь. А то пока добегу до башни…

Дорога только в одну сторону заняла бы минут пятнадцать. Бегом.

— Ну-ну, — скептически хмыкнул завхоз, — некоторых людей ждать приходится очень долго…

И ушел своей шаркающей походкой.

В это время большинство студентов были на занятиях, поэтому в вестибюле было пустынно. Чтобы чем-то занять себя, Гарри начал осматривать все, что было вокруг него.

Наверное, самым примечательным здесь были огромные песочные часы, отображающие баллы факультетов. Гарри подошёл поближе. Пока что с небольшим отрывом лидировал Рейвенкло — на дне их сосуда уже поблескивала аккуратная горка синих сапфиров. Ну, конечно. Вороны — умники и зарабатывают больше всех баллов.

У Гриффиндора же на самом дне сиротливо лежало всего несколько рубинов. Обидно. Похоже близнецы опять попались на какой-то шалости.

А может, один из этих камушков исчез как раз сегодня, в подземельях.

Гарри закусил губу. У Дурслей за любую провинность его запирали в чулане. А что, если и здесь другие ребята решат, что Поттер приносит одни неприятности, и просто перестанут с ним разговаривать?

Ему стало не по себе. Поёжившись, он снова вернулся мыслями к уроку зельеварения. Хотелось бы все-таки понять, что же с ним не так, раз учитель его так невзлюбил. Он тяжело вздохнул — надо было поговорить…

Вокруг было тихо, если не считать тихих шушуканий портретов и лязга рыцарских доспех. Гарри казалось, что прошла уже целая вечность, а Рона все не было. Уточнив у проходившего мимо старшекурсника время, он понял, что опаздывает к Хагриду. Было семь минут четвертого, а ведь до него ещё нужно было дойти.

Гарри начал нервничать. Он не хотел обижать ни одного из своих новых друзей. С одной стороны Хагрид ждал его и мог подумать, что Гарри передумал. С другой — Рон, который точно обидится, если он пойдет без него. Постояв ещё пару минут, Гарри решил потихоньку идти в сторону опушки, чтобы если что, Рон мог его догнать.

С улицы пахнуло осенней свежестью, как только Гарри распахнул парадные двери. Он огляделся и увидел рядом с кромкой леса тоненькую струйку дыма из печной трубы. Похоже, Хагрид уже топил печь.

Гарри направился в ту сторону и начал не спеша спускаться по утоптанной тропинке с холма.

Он успел пройти почти половину пути, когда позади раздался громкий топот и крик: «Эй, Гарри! Постой!»

Гарри остановился и, обернувшись, увидел запыхавшегося Рона. Тот едва добежал, тут же согнулся пополам, упираясь руками в колени:

— Ты чего... уф... без меня ушел? Мы же договорились вместе пойти! — возмущался он, пытаясь отдышаться и одновременно поправить сбившуюся от быстрого бега мантию.

— Да, но Хагрид позвал к трем, а сейчас уже больше... Я тебя ждал-ждал… долго, но потом... — внезапно Гарри что-то заметил и показал пальцем на мантию друга, — У тебя тут пуговица не так застегнута. Ну так вот... потом, я побоялся, что он обидится, и решил идти потихоньку. Ты где пропал то?

— Да я играл в плюй-камни с Симусом, а когда вспомнил о встрече было уже почти три! Так ещё и эти лестницы дурацкие! Я несколько раз попадал не туда, один раз даже потерялся... — начал беспорядочно и взахлёб рассказывать Рон, а потом возмущенно добавил. — Я бежал со всех ног! А ты... я думал ты зайдешь в гостиную и вместе пойдем. Ещё друг называется!

Гарри растерялся. Ну и как ему надо было поступить? Он никогда раньше не оказывался в такой ситуации. У него и друзей-то раньше никогда не было. Никто не звал его в гости, никто не хотел составить ему компанию. Он всегда был один…

Но Рону похоже и не нужен был ответ. Кажется, ему достаточно было просто выговориться. Он наконец-то сумел восстановить дыхание.

— Ну что, идём? — напомнил Рон, вопросительно глядя на приятеля, и шагнул вперёд первым.

— А, да, конечно, — слегка растерянно ответил Гарри и поспешил за ним вниз по тропинке.

Хижина Хагрида стояла у самого края Запретного леса — невысокая, сложенная из тёмных брёвен, будто пыталась слиться с деревьями. Над дверью висели охотничий лук и старые галоши — странное соседство...

Едва Гарри постучал, как изнутри раздался яростный скрежет когтей по дереву и оглушительный лай. Дверь задрожала под чьим-то напором.

— Назад, Клык! Назад, кому говорю! — прогремел знакомый бас.

Щель приоткрылась, и в проёме показалось широкое, заросшее густыми волосами лицо Хагрида.

Почему-то в эту дверь постучать оказалось куда легче.

— Заходите, — пригласил Хагрид. — Назад, Клык!

Хагрид пошире распахнул дверь, с трудом удерживая за ошейник огромную чёрную собаку. Как называется эта порода, Хагрид не знал, хотя и пояснил, что с такими собаками охотятся на кабанов.

Гарри огляделся. Комната была всего одна, и казалось, что всё в ней немного великовато — как и сам хозяин. Под потолком тянулись верёвки с подвешенным мясом и дичью; от них тянуло терпким, чуть копчёным запахом. В камине потрескивали поленья, и от разожжённого очага по комнате разливалось тепло. На огне шумно закипал медный чайник. В углу стояла тяжёлая кровать с пёстрым одеялом, будто собранным из десятков разных лоскутков.

— Вы… э-э… чувствуйте себя как дома… устраивайтесь, — сказал Хагрид, отпуская Клыка, который кинулся к Рону и начал лизать ему уши. Было очевидно, что этот огромный пёс, как и его хозяин, выглядел куда опаснее, чем был на самом деле.

— Это Рон, — сказал Гарри.

Хагрид уже суетился у стола, разливая чай по чашкам и выкладывая на тарелку кексы. По звуку было ясно: они твердые почти как камень, и Гарри сразу понял — свежими их точно не назовёшь.

— Ещё один Уизли, а? — спросил Хагрид, глядя на веснушчатое лицо Рона. — Я полжизни провёл, охотясь на твоих братьев-близнецов. Они всё время… ну… пытаются в Запретный лес пробраться, а мне их ловить приходится, да!

Такими кексами запросто можно было сломать зубы, поэтому Гарри на всякий случай окунул свой в чай. Рон рядом, после провальной попытки откусить, тоже последовал его примеру.

Клык тем временем, окончательно освоившись, подошёл ближе и без церемоний положил тяжёлую голову Гарри на колени. От этого мантия почти сразу стала влажной — пёс шумно сопел и время от времени пытался лизнуть ему руку.

— Он безобидный, — успокоил Хагрид, бросив взгляд через плечо. — Просто любит гостей… по-своему.

Рон тихо хихикнул, наблюдая, как Гарри пытается одновременно удержать кекс, чашку и навалившегося на него Клыка.

Неловкость как-то сама собой рассеялась.

Гарри и Рон взахлёб принялись рассказывать Хагриду о первых днях в школе — о занятиях, лестницах, которые вечно ведут не туда, и о том, как легко можно потеряться в замке.

Хагрид слушал с явным удовольствием, время от времени громко хмыкал или качал головой.

— А, Филч-то вас ещё не замучил? — усмехнулся он вдруг. — Старый брюзга…

Рон фыркнул, а Гарри невольно улыбнулся. Ему вспомнилась сегодняшняя встреча с завхозом, и он подумал, что тот не такой уж и плохой на самом деле.

— И кошка его, миссис Норрис… — продолжил Хагрид, поморщившись. — Вот уж за кем глаз да глаз нужен. Стоит мне в замок зайти — она уже тут как тут. Ходит следом, вынюхивает всё. Не спрячешься от неё… чует, как ищейка. Это он её натаскал, не иначе.

Клык в этот момент особенно усердно ткнулся носом в руку Гарри, будто подтверждая слова хозяина, и тот тихо засмеялся.

Разговор шёл легко, но в какой-то момент сам собой перешёл к сегодняшнему уроку зельеварения. Гарри помрачнел и уставился в свою кружку, стараясь не выдать этого.

— А вот Снейп — это вообще… — вдруг сказал Рон, закатывая глаза. — Он с первого же занятия начал снимать баллы! И, конечно, с Гарри.

Гарри неловко повёл плечами, будто хотел отмахнуться от темы.

— Да ладно… — пробормотал он, не поднимая взгляда.

— «Да ладно»? — возмутился Рон. — Да он к тебе придрался! Я же видел! И вообще, он только и делает, что снимает баллы с Гриффиндора!

Гарри молчал, глядя в кружку и медленно проводя пальцем по её краю.

— Ещё и глазами сверлил, будто ты уже виноват, даже если ещё ничего не сделал, — продолжил Рон, всё больше распаляясь.

Гарри чуть заметно вздрогнул. Ему было неловко прямо жаловаться, но вдруг захотелось спросить совета.

— Хагрид… — тихо сказал он, всё ещё не поднимая взгляда. — А он… он всегда такой?

Он помедлил и добавил:

— Я просто… не очень понял, что сделал не так.

Хагрид почесал затылок, слегка смущённо улыбнулся и ответил мягко:

— Э-э-э… Ну… он строг, да. Но строг он ко всем, не только к тебе.

— Правда? — Гарри слегка приподнял взгляд.

— Правда, правда, — сказал Хагрид, покачав головой. — Просто у него свой способ… ну… объяснять, если можно так сказать. Не переживай, Гарри. Ты постарайся, а остальное… ну, оно само как-нибудь будет.

Он внезапно очень сильно заинтересовался содержимым своей огромной кружки, прикрывшись ею чуть ли не до самых глаз. Гарри показалось, что лесничий как-то слишком поспешно замял разговор, а его взгляд на мгновение стал виноватым, будто он знал что-то еще, но пообещал себе держать язык за зубами.

— Ну-ка, берите еще по кексу! — громыхнул Хагрид из-за кружки, явно стараясь замять неловкость. — А то Клык всё сам съест, глазом не моргнете!

Гарри послушно взял еще один твердый, как булыжник, кекс, но внутри поселилось странное чувство. Хагрид явно что-то недоговаривал. И это «что-то» было куда важнее, чем просто строгость учителя.

— А как там твой брат Чарли? — вдруг поинтересовался Хагрид, повернувшись к Рону. — Мне он жутко нравился: уж больно хорошо он со зверьём умел обращаться.

Гарри заметил, как резко свернул с темы Хагрид. Так делала тетя Петуния, когда с фальшивой улыбкой сплетничала с соседками через забор, не желая отвечать на неудобный вопрос. С Гарри она так не церемонилась — просто обрывала его или отмахивалась, но сейчас её повадки вдруг проступили в неловкости великана.

Пока Рон увлеченно рассказывал о Чарли, который теперь работал с драконами в Румынии, Гарри задумчиво скользил взглядом по столу — от опустевшей чашки размером с маленькое ведро к тарелке с кексами, чайнику… И тут он зацепился за газетный листок под чехлом для чайника. Гарри осторожно вытянул его.

«ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ О ПРОИСШЕСТВИИ В БАНКЕ „ГРИНГОТТС“».

Гарри быстро пробежал глазами текст. Тридцать первое июля… Сейф оказался пуст… Владелец забрал содержимое утром того же дня.

Он вспомнил, как в поезде Рон рассказал ему о том, что кто-то пытался ограбить «Гринготтс», но Рон не назвал дату. А теперь…

В памяти тут же всплыл тот день. Хагрид в своей огромной шубе, маленький сверток в грязной бумаге, который он с видом заговорщика сунул в карман, и его слова о том, что это «секретное дело Хогвартса»

— Хагрид, — удивлённо позвал Гарри. — Смотри, тут написано про «Гринготтс». Ограбление произошло в мой день рождения. Мы ведь как раз были там в то утро!

Хагрид внезапно поперхнулся чаем и издал странный утробный звук. Он принялся шумно прихлебывать из своей кружки, сосредоточенно изучая что-то на её дне и старательно не глядя на ребят.

— Э-э... ну, бывает, да... Гоблины — они разберутся, Гарри. Ты лучше кекс ешь, а то совсем худой, одни очки остались!

Великан явно не хотел об этом говорить. Он даже на Гарри не смотрел, всё подсовывал и подсовывал эти каменные кексы.

— Спасибо, Хагрид, — вежливо ответил Гарри. Он послушно взял один, чтобы не обижать лесничего, но к еде не прикоснулся.

В голове уже крутились мысли.

Значит, тот сверток — это что-то важное? Раз грабители полезли в пустой сейф, они искали именно его. И если в банке стало небезопасно, то где он спрятан теперь? Хагрид говорил, что «Гринготтс» — самое надёжное место после Хогвартса. Значит ли это, что тот свёрток теперь здесь? Запретный коридор?

Когда они с Роном шли обратно в замок, вечерняя прохлада приятно освежала лицо. Рон что-то весело болтал, похлопывая себя по карманам, набитым каменными кексами, а Гарри чувствовал себя так, будто он случайно нашел детальку от пазла, который никто не собирался ему показывать.

Встреча с Хагридом оставила странное чувство. Сначала — разговор про Снейпа, который Хагрид так быстро замял. Теперь — этот сверток. Кажется, взрослые в Хогвартсе только и делают, что хранят секреты.

Гарри посмотрел на темнеющий замок. Он вспомнил лицо профессора Снейпа в кабинете — серьезное, сосредоточенное. Интересно, а Снейп тоже знает про это ограбление?

— Эй, Гарри, ты чего застрял? — окликнул его Рон, который уже ушел вперед. — Пошли скорее, а то всё самое вкусное на ужине разберут!

— Иду! — отозвался Гарри, прибавляя шагу.

Ему было немного не по себе от всех этих тайн, но в то же время... это было безумно интересно. Куда интереснее, чем пересчитывать дырки на старых джинсах Дадли в своем чулане.

* * *

— Войдите!

Тишина.

Северус нахмурился, не поднимая взгляда от бумаг.

Прошла секунда. Затем ещё одна. Никто не вошёл. Зато за дверью послышалась тихая возня и быстрые удаляющиеся шаги.

Он резко поднялся и распахнул дверь магией.

Пусто.

Лишь край школьной мантии мелькнул в коридоре.

— Инфантильные идиоты...

Раздражение вспыхнуло — и почти сразу погасло.

Это не было похоже на обычную выходку. Слишком тихо. Слишком… осторожно.

Северус ещё мгновение смотрел в пустой класс, затем устало провёл ладонью по лицу и, захлопнув дверь, вернулся к столу.

Работы. Флаконы. Подписи.

Взгляд невольно зацепился за один из них.

«Поттер».

Он задержался на нём чуть дольше, чем собирался.

…слишком тихий для сына Джеймса.

___________________________________________________

Примечания:

Моя продуктивность сильно проседает и я понимаю, что вам не интересно ждать обновлений слишком долго. Я создала тг-канал, чтобы как-то расшевелить себя и заодно показать вам то, что написание всё-таки продвигается)) там будут спойлеры, идеи, зарисовки и прочее-прочее, что не укладывается в формат полноценных глав. Кому интересно — заглядывайте:)

https://t.me/happy_end_please

Если не удобно там, есть ещё группа в ВК:

https://vk.ru/happy_end_please