Временное назначение (джен)

С расформирования отряда Стая прошло уже 3 месяца. Бывший командир некогда легендарного подразделения полковник Никита Иванов продолжал службу в ФСБ, несмотря на то, что большинство его боевых товарищей по Стае покинули ряды вооружённых сил. Окончательно раскиснуть ему не давали штабная работа, которая никак не могла сравниться с уже ставшей родной работой в полях, и любимая жена — Ксюша. Они поженились практически сразу же после реорганизации отряда. Именно на их свадьбе Стая последний раз собиралась в полном составе.

Несмотря на относительное спокойствие новой жизни, Никиту периодически посещали воспоминания о прошлых операциях, друзьях и событиях, которые теперь казались далекими и нереальными. Штабная рутина постепенно начала утомлять его, и порой казалось, будто прежняя жизнь была лишь ярким сном.

Одним из вечеров, сидя дома перед телевизором, он увидел новость о крупном террористическом акте в одном из российских городов. Инцидент напомнил ему старые времена — оперативность принятия решений, мгновенная реакция, риск и адреналин. Эта новость пробудила в нём желание вернуться туда, где он чувствовал себя нужным и полезным.

Ксюша заметила изменения его в настроении и осторожно спросила, что случилось.

"Не могу я просто так сидеть и смотреть, как гибнут люди, понимаешь? Да, подобное случается каждый день, но когда ты являешься частью той силы, которая может противодействовать этому... Ксюш, я скучаю по тем временам."- посмотрел в глаза супруги Никита.

Ксюша внимательно выслушала его, понимая, насколько важны были для него те годы службы в отряде. Но одновременно она хотела видеть рядом спокойного и счастливого мужчину, которого полюбила.

"Никусь, я понимаю тебя. Я знаю, как важна для тебя была твоя служба с ребятами. Но помни, что мы оба заслуживаем счастья. Может быть, стоит попробовать найти баланс между прошлым и настоящим?— сказала она тихо, взяв его руку в свою.

Никита задумался над её словами. Он понимал, что семья — это самое важное, что сейчас у него есть. Однако мысль о возвращении к активной службе продолжала будоражить его сознание.

Спустя несколько недель Никита написал рапорт о переводе его подразделение спецназа. Ему было не важно куда и на какую должность, самое главное, что он снова окажется в деле.

В один из дней его рабочий телефон зазвонил.

"Полковник Иванов, слушаю."- ответил Никита.

"Здравствуй, полковник. Меня зовут генерал-майор Пригов, Владимир Викторович. Я начальник КТЦ по Ленинградской области. Мне тут на стол попало ваше личное дело. Хочу предложить вам место заместителя командира в подразделении «Смерч»."- раздался голос на том конце провода.

Никита мгновенно напрягся, услышав предложение Пригова.

Подразделение «Смерч», известное своими высокопрофессиональными операциями и эффективностью, давно стало легендарным. Истории об их операциях он слышал ещё в те времена, когда служил вместе с Савой Терентьевым и Светой Полушиной в группе «Султаны». Возможность стать заместителем командира такого элитного подразделения открывала новые перспективы и позволяла вновь почувствовать вкус настоящей оперативной работы.

"Это интересно…" — произнес Никита, стараясь скрыть волнение.

Он прекрасно осознавал ответственность и риски, связанные с такой должностью, но именно это и притягивало его больше всего.

"Мы нуждаемся в опытном руководителе, способном быстро адаптироваться к новым условиям и эффективно управлять командой. Твой послужной список впечатляет, и я уверен, что ты справишься."- продолжил Пригов.

Эти слова окончательно убедили молодого офицера принять предложение.

"Товарищ генерал-майор, я согласен, только можно жену с собой взять?"- спросил Никита.

Пригов практически сразу же вспомнил о Сармате и Опере и их семейных проблемах.

"Полковник, сразу извиняюсь за вопрос: У вас с ней на личном фронте всё в порядке? Мне ваши домашние проблемы уже вот здесь сидят."- сказал он.

"Всё в порядке. Мы только 3 месяца женаты, поэтому скандалов у нас не бывает. А так уж если, на всякий случай, хотелось бы, чтобы она тоже со мной в подразделении служила."- ответил полковник, желая видеть любимую рядом с собой на работе.

"Хорошо, но если хоть раз увижу, что отвлекаете друг друга от работы... Жду у себя в кабинете через 5 дней!"- закончил разговор Пригов.

Никита шел по коридорам КТЦ в сторону кабинета Пригова, предвкушая знакомство с новым начальством. Ксения осталась наводить уют в выделенной им квартире на "Ваське".

"Разрешите?"- спросил Никита, постучавшись.

"А, Иванов, заходи. Как добрались?"- спросил генерал-майор.

"Без происшествий. Разрешите преступить к своим обязанностям?"- ответил новый боец Смерча.

"Сразу с корабля на бал? Похвально. Ну что, пошли знакомиться с подразделением."- пригласил за собой Никиту Пригов.

Никита кивнул и последовал за Приговым по длинному коридору. Они миновали ряд дверей с табличками сотрудников и остановились перед одной из них.

"Это кабинет моего заместителя, а заодно и нового начальника подразделения Смерч после перевода Булатова, контр-адмирала Шального."— пояснил Пригов, открывая дверь. Внутри сидел мужчина средних лет, сосредоточенно изучавший бумаги на столе.

"Максим Витальевич, познакомьтесь с нашим новым заместителем командира полковником Ивановым."— представил его Пригов.

Шальной поднял взгляд от документов и протянул руку.

"Весьма наслышан о вашем отряде, полковник. Надеюсь, быстро освоитесь."- сказал он.

"Постараюсь оправдать ваши ожидания, товарищ контр-адмирал."— ответил Никита, пожимая крепкую руку Шального.

Пригов закрыл дверь и продолжил экскурсию.

"Теперь пошли знакомиться с самим Смерчом. Небось сердце замирает?"- спросил генерал-майор.

"Вообще нет. Воспринимаю как должное."- ответил полковник.

Из комнаты Смерча раздавались веселые разговоры и смех.

Пригов толкнул дверь, приглашая Никиту внутрь. Их встретили шум и оживление — молодые офицеры сидели на затертых диванах и пуфиках, играли в карты, шутили и делились историями.

"Вот наш легендарный Смерч! Но не подумай, что мы тут расслабляемся постоянно. Как говорится, делу время, потехе час!" — объяснил Пригов, улыбаясь.

Единственная присутствующая в компании девушка поднялась навстречу гостям, вытянувшись по стойке смирно:

"Товарищ генерал! Разрешите доложить?"- спросила она.

"Докладывайте, капитан Мурашёва."— разрешил Пригов.

"Подразделение готово к заданию, экипировка проверена, боеприпасы загружены. Ждем вашего приказа."- коротко изложила ситуацию в подразделении девушка.

Пригов удовлетворённо кивнул.

"Отличная работа, Мура. А теперь позвольте представить вам нашего нового замкома — полковника Иванова."- сказал он.

Офицеры встали и представились.

"Капитан Мурашёва Евгения Валерьевна, можно просто Мура. Командир Смерча."- представилась Мура.

"Рад знакомству. Полковник Иванов Никита Александрович, для своих Головастый."- ответил Никита.

Настроение в комнате мгновенно изменилось, став менее непринужденным, но приветливым.

"Это Давид Гасания, для друзей Дав. В Смерче относительно недавно, но знакомы мы с ним давно, еще с Кавказа."- подмигнув, представила Женя мужчину возле себя.

"Кавказ? Интересно!"- воскликнул полковник.

"А это наш мозг, глава аналитического отдела старший лейтенант Зыков Илья Петрович. Позывной Дакар."- представил худощавого парня с жизнерадостной улыбкой, сидящего на диване.

"Значит будете начальником моей Арфы."- улыбнулся Никита, пожимая руку Дакару.

"Еще один аналитик?"- спросил Илья у Пригова.

"Да, забыл сказать, полковник прибыл сюда вместе с супругой, которая будет работать в аналитическом отделе. Что ж, если я правильно понимаю, вы нашли общий язык. Завтра утром состоится инструктаж и первое задание, готовьтесь"- сказал генерал, направляясь к выходу.

После ухода генерала обстановка вновь стала более дружеской. Мура подтянула стул ближе к группе собравшихся и пригласила Никиту присоединиться.

"Расскажите немного о себе, полковник. Чем занимались раньше? Почему решили перейти сюда?" — попросила она, устраиваясь рядом.

"Ну, что могу рассказать, много лет служил в другом регионе, участвовал в специальных операциях и контртеррористических мероприятиях. Некоторое время возглавлял местный филиал КТЦ."-начал рассказывать Никита

Отвечал он спокойно, без лишней пафосности, что сразу расположило бойцов.

"А где именно служил, Головастый?"- спросил Дав.

"Ну сначала в отряде Кузбасс, потом в группе Султаны. Как раз тогда и на Кавказе удалось несколько раз побывать. И после это до недавнего времени возглавлял отряд "Стая"."- поведал полковник.

"Погоди, это часом не тот ли самый отряд, который мятеж в Москве подавил?"- удивился Дакар.

"Он самый... Дошло до того, что пришлось друзей по театру вызывать. А потом: звание Героя России, роспуск Стаи, свадьба и вот я здесь."- ответил бывший командир Стаи.

Комната погрузилась в тишину, каждый переваривал услышанное. Молчал даже Дакар, которого редко удавалось застать задумчивым.

Мура первой нарушила молчание.

"Так значит, слухи верны… Значит, ты действительно тот самый командир Стаи, который в одиночку сорвал попытку переворота? Да ты в легендарности с Батей посоревноваться можешь!"- сказала она.

"Один в поле не воин, конечно же, было бы сложно справиться одному. Так что о легендарности говорить трудно, просто я командовал группой профессионалов, сработавшихся за долгие годы совместной службы. Впрочем, хватит обо мне. Расскажите лучше, какой была ваша служба в «Смерче» до меня?"- спросил Никита.

"Мы были семьей... Батя был для нас всех как строгий и справедливый отец, Багира как любящая мама. А потом их и Бизона перевели, куда-то на север, в отряд "Нерпа". Вася сначала обрадовался, он ведь тут самый старший остался, а потом и его туда же..."- начала Мура.

"Какой еще Вася?"- удивился Никита.

"Капитан-лейтенант Ионов Василий Романович."- объяснил Дав.

"А почему Вася то?"- переспросил полковник.

Мура едва заметно показала Даву кулак.

"Просто так."- спас подругу Дакар.

"Ясно... Ладно, давайте вы потом расскажите? Завтра нам на наше первое совместное задание, а я еще обмундирование не получил, в бумагах не расписался..."- сказал Никита и покинул комнату.

"Суровая мадам."- подумал новый заместитель командира Смерча, шагая по коридору КТЦ.

Утро следующего дня встретило Никиту в кабинете Шального. Контр-адмирал, несмотря на ранний час, был бодр и сосредоточен. Рядом с ним, у плазменной панели с картой, стояла Мура, уже в полевой форме, её взгляд был острым и деловым.

«Садитесь, полковник. Ждем Зыкова с последними данными»— кивнул Шальной, не отрываясь от стопки спутниковых снимков.

Через минуту в кабинет влетел Илья, с планшетом в руках и привычной улыбкой, которая на этот раз казалась немного напряженной.

«Данные подтвердились, товарищ контр-адмирал. Объект на месте. Фон чистый, но по периметру — повышенная активность. Похоже на смену караула или подготовку к вывозу»- сказал он.

«Что за объект?» — спросил Никита, подходя к карте.

«Первое задание для нового заместителя не должно быть скучным. Но и бросать в мясорубку сходу — не наш метод. Задача точечная, но деликатная»— усмехнулся Шальной.

Он ткнул пальцем в точку на карте в пригороде.

«Здесь, на заброшенном складе лесопилки, по данным лейтенанта Стрельцовой и подтверждению агентуры, появился один господин по кличке «Счетовод». Бывший бухгалтер одной из разгромленных ОПГ, который решил не просто сбежать, а прихватить с собой цифровой архив. Ключи от всех финансовых потоков, схем откатов и списки «крыш» за последние десять лет»- начал контр-адмирал.

Мура продолжила, её голос был ровным и чётким.

«Сам по себе он — мушка. Но архив — детонатор. Если он попытается им торговать или его перехватят конкуренты, в городе начнется война за передел. Нам нужно взять его и носитель тихо, до того, как о его местонахождении узнают все остальные. Задача — изъятие, без шума, без следов. Пригов хочет живого «Счетовода» и целые данные»- сказала она.

«Силы?» — уточнил Никита, уже мысленно проигрывая варианты.

«Группа прикрытия — шесть человек, судя по тепловизионным снимкам. Вооружены автоматами, явно не охранники с травматами. Сам объект в кабинете управляющего на втором этаже главного корпуса. Построение?» — Мура повернулась к Никите, предлагая ему инициативу.

Никита почувствовал на себе изучающие взгляды Шального и Зыкова. Это был тест.

«Классика подобного рода операций: «клещи» и «молот». Два подгруппы. Группа «А» — я, Мура и Дав. Заходим с тыла, через прогнившую секцию забора, которую отметил Дакар. Тихим снятием проходим к главному корпусу. Группа «Б» — трое бойцов по вашему выбору, капитан. Создают шумовую диверсию у ворот в момент нашего проникновения в здание. Отвлекают, имитируют попытку поджога мусора или проверку пьяными подростками. У «Счетовода» паника, охрана бежит на шум. Мы в это время уже на втором этаже. Берём цель, изымаем архив, уходим тем же путём. На связи, синхронизация по времени критична»- ответил он.

Мура одобрительно кивнула.

«Думала о схожем варианте. Группу «Браво» поведу я…»- начала командир Смерча.

«Нет, ты в группе «А». Ты лучше знаешь бойцов «Смерча», их стиль. Дав будет нашим «щитом», ты — «глазами», я займу цель. А группу «Б» пусть ведёт…»- на секунду задумался Никита, перебирая вчерашние знакомства.

«Пусть ведет самый опытный из оставшихся. Тот, кто лучше всех чувствует грань между имитацией и реальной дракой»- продолжил он спустя время.

«Варяг?», — почти хором произнесли Мура и Дакар.

«Бурлак? Логично. Утверждаю. На сборы пятнадцать минут. Выезд через двадцать»- объявил Шальной.

* * *

Операция началась как по нотам. Глухой ноябрьский вечер, низкая облачность и моросящий дождь были их лучшими союзниками. Группа «Б» под началом Варяга — коренастого, молчаливого мужчины с лицом, испещренным шрамами, — бесшумно растворилась в темноте у главных ворот. Через наушники Никита услышал его спокойный, сипловатый голос: ««Б» на позиции. Готовы к фейерверку».

«Группа «А» на точке входа. Ждем сигнала»— доложил Никита, прижимаясь спиной к холодной бетонной стене склада рядом с Мура и Давом.

«Начинаем через три… два… один.»- объявила Мура.

Со стороны ворот раздался грохот опрокидываемых бочек, приглушенные крики на пьяной драке и треск горящего пиротехнического факела, брошенного Варягом. Почти сразу из-за угла склада послышались бегущие шаги и возбужденные голоса охраны.

«Пошли!» — скомандовал Никита.

Три тени метнулись к тёмному проёму разбитой двери. Внутри пахло сыростью, плесенью и машинным маслом. Двигались по памяти, отрисованной по схемам Дакара. Лестница на второй этаж скрипела, но её шум тонул в гамме со стороны ворот.

Кабинет управляющего оказался там, где и ожидалось. Дверь была прикрыта. Дав занял позицию у косяка. Мура прикрыла противоположную сторону коридора, ствол автомата скользя по темноте. Никита, достав тактический фонарь, кивнул.

Удар плечом — дверь с треском распахнулась. В комнате, за столом, заваленным пустыми банками из-под энергетиков, сидел тщедушный мужчина в помятом костюме. Он в ужасе вскрикнул, пытаясь сунуть руку в кейс у своих ног.

«Не надо, — голос Никиты прозвучал спокойно, но с такой железной интонацией, что «Счетовод» замер. — Руки на стол. Медленно. Животное к нам пришло за тобой, но мы быстрее».

Пока Дав молниеносно обыскивал и фиксировал руки цель пластиковыми стяжками, Никита поднял кейс. Внутри, среди пачек денег, лежал невзрачный внешний жёсткий диск.

«Архив?» — спросил он.

«Да… да… только не бейте!» — захныкал бухгалтер.

« Группа«А». Цель захвачена, актив изъят. Отходим» — доложил Никита в микрофон.

«Группа «Б». Охрана купилась, отвлекаем. У нас чисто» — отозвался Варяг.

Возвращение прошло ещё быстрее. Через десять минут они уже были в сером фургоне без опознавательных знаков, который нёсся по мокрому асфальту прочь от лесопилки. «Счетовод» сидел, ссутулившись, между Давом и Мура. Никита смотрел в тёмное окно, анализируя каждое действие. Ни одной лишней пули, ни одного крика (кроме цели), слаженная работа двух групп.

Мура встряхнула волосами и посмотрела на Никиту. В её глазах, помимо усталости, читалось уважение.

«Чистая работа, Головастый. Без суеты. Почти как у Бати»- сказала она.

«Почти — не считается, — ответил Никита, но углы его губ чуть дрогнули.

«Просто Батя в этом деле собаку съел» — ухмыльнулся Дав.

Фургон свернул на охраняемую территорию КТЦ. Первое задание было завершено. «Смерч» получил нового заместителя не только на бумаге, но и в поле. А Никита понял, что попал не просто в подразделение, а в организм, где каждый нерв, каждая мышца уже знали свое дело. Оставалось стать частью этого организма. И судя по сегодняшнему дню, начало было положено.

Следующие несколько дней прошли в привычном для подразделения «Смерч» ритме: утренние совещания, разборы операций, тренировки и бесконечные отчёты. Никита быстро втянулся, хотя чувствовал, что между ним и остальными ещё оставалась лёгкая стена формальности. Он был новым, да ещё и начальником — такое не прощается за пару дней.

Ксения, тем временем, освоилась в аналитическом отделе. Её позывной «Арфа» быстро стал привычным для сослуживцев. Работа с данными, построение моделей угроз, подготовка справок — всё это было ей знакомо, хоть и в другом масштабе. С Дакаром они нашли общий язык почти сразу: оба мыслили быстро, говорили коротко и ценили точность. Иногда, засиживаясь допоздна над картами или расшифровкой перехватов, они обсуждали не только работу, но и личное — осторожно, по-товарищески.

— Твой Никита — он всегда такой… собранный? — как-то спросил Илья, отодвигая от себя клавиатуру.

— На службе — да, — улыбнулась Ксения. — Дома может и диванным тираном стать, если плавание идёт.

— Повезло тебе, — Зыков вздохнул. — У меня последние отношения разбились о график. Девушка сказала, что я больше говорю во сне шифрами, чем с ней при свете.

Ксения понимающе кивнула. Она и сама помнила, как в «Стае» время измерялось не днями, а операциями. Теперь, когда они с Никитой служили вместе, стало проще, но тревожнее: опасность теперь угрожала им обоим одновременно.

* * *

В пятницу вечером, после успешного завершения очередного этапа операции по перехвату канала поставки контрабанды, Мура неожиданно объявила:

— Всем остаться! Сегодня — банкет в честь нового замка. Наш, внутренний. Без погон.

— Банкет? — переспросил Дав. — Мура, у нас же в холодильнике только тушёнка и майонез.

— А я позаботилась, — таинственно подмигнула командир. — Дакар, ты отвечаешь за музыку. Дав — за атмосферу. Головастый, ты с Арфой — почётные гости. И не вздумайте отказаться.

Никита хотел было сослаться на усталость, но Ксения тихо тронула его руку.

— Надо. Это важно.

Комната отдыха «Смерча» преобразилась: стол, составленный из нескольких рабочих, ломился от еды — пиццы, суши, крылышек, даже домашние пироги от кого-то из девочек из соседнего отдела. В углу дымил небольшой гриль. Дакар запустил негромкий рок-микс, а Дав расставил по столам банки с газировкой и соком — «сухой закон» в подразделении соблюдался строго.

— Коллеги, — подняла руку Мура, когда все собрались. — Сегодня мы не по уставу. Просто свои. Выпьем за того, кто пришёл к нам не просто начальником, а бойцом. За Головастого. И за Арфу, которая теперь наш аналитик. Чтобы у нас всё горело, но не сгорало!

Под смех и аплодисменты все чокнулись банками. Напряжение начало таять. Варяг, казавшийся в жизни тихим и немногословным, вдруг рассказал историю про то, как на учениях в Баренцевом море их подлодку «потеряли» на трое суток. Дав подхватил байку про то, как на Кавказе местного котёнка усыновил и таскал с собой в рюкзаке полгода.

Никита слушал, улыбался, понемногу включался в разговор. Рассказал историю из «Стаи», когда на учениях пришлось целую ночь прятаться от «противника» в свинарнике. Смеялись все, даже обычно сдержанный Шальной, заглянувший на полчаса и оставшийся до конца.

— Значит, тебе тут норм? — тихо спросила Ксения, когда они вышли ненадолго в коридор под предлогом «подышать».

— Пока да, — ответил Никита, глядя на приоткрытую дверь, откуда доносился смех и музыка. — Ребята… правильные. Не такие, как в «Стае», но свои.

— А Мура? — с лёгкой ухмылкой спросила Ксения.

— Мура — командир. Жёсткая, но справедливая. И глаза у неё умные. Видит всё. На Отпетую чем то похожа

— Она про тебя тоже хорошо отзывается. Говорит, что ты не лезешь командовать ради командования. Ценит.

Никита кивнул. Ему было важно это слышать — не как начальнику, а как человеку, который снова оказался в коллективе, где от каждого зависит жизнь другого.

Вернувшись, они застали кульминацию вечера: Дакар устроил «квиз» на знание армейского сленга и истории спецназа. Никита и Ксения играли вместе против всех и, к всеобщему удивлению, проиграли только с разницей в одно очко.

— Ладно, герои, хватит на сегодня, — наконец объявила Мура, глядя на часы. — Завтра в семь утра — плановые стрельбы. Кто проспит, тот бегает вокруг территории.

Постепенно компания стала расходиться. Убирались вместе, без лишних слов — быстро и слаженно, как всё, что они делали.

— Завтра увидимся, — на прощанье сказала Мура Никите. — Пригов хочет лично поздравить с удачным началом. Готовься, он любит долгие речи.

— Спасибо, командир, — кивнул Никита. — И за сегодня — отдельное спасибо.

— Пустяки, — махнула она рукой. — Мы тут семья. Пусть и для кого-то странная.

* * *

Дома, уже за полночь, Никита стоял у окна и смотрел на тёмный двор. Ксения обняла его сзади, прижалась щекой к спине.

— О чём думаешь?

— О том, что, кажется, снова попал туда, куда нужно, — тихо сказал он. — И что ты со мной.

— Всегда с тобой, — она улыбнулась в его плечо. — Просто помни, что теперь у тебя не только «Стая» за спиной. Теперь ещё и «Смерч».

— Знаю, — он повернулся и обнял её. — И это тоже семья.

За окном моросил дождь. Впереди был новый день, новые задания, новые риски. Но Никита чувствовал: здесь, в этом городе, в этом подразделении, у него снова появилось то, без чего служба теряла смысл — плечо товарищей и дом, в котором ждут.

А значит — всё только начинается.

После успешного первого месяца в «Смерче» Никиту вызвал генерал Пригов. В кабинете, кроме начальника, его ждал контр-адмирал Шальной и невысокий мужчина в штатском с внимательным, оценивающим взглядом.

— Полковник Иванов, — начал Пригов без предисловий. — Познакомьтесь. Это полковник Антон Сергеевич Коробов, представитель Главного управления ФСБ. Он прибыл с информацией, которая может вас… заинтересовать.

Никита почувствовал лёгкое напряжение. ФСБ, да ещё из центра — это редко сулило рутинные поручения.

— Здравствуйте, товарищ полковник, — кивнул Коробов. Его голос был спокойным, но в интонации чувствовалась сталь. — Мы изучали ваше личное дело. Особенно ту часть, что касается операции в Польше и последующего расформирования «Стаи».

— Чем могу быть полезен? — спросил Никита, сохраняя нейтралитет.

— Вам знакомо имя Захар Соловьев?

Никита едва заметно изменился в лице. Старый прапорщик, их «оружейник», человек, который знал каждый винтик в экипировке «Стаи». Он был переведён ещё до расформирования — тихо, без объяснений.

— Знаком. Старший прапорщик, заведующий вооружением Стаи. Переведён спустя год после польской… операции.

— Совершенно верно, — Коробов открыл тонкую папку. — По линии технического обеспечения он был прикомандирован к вашему отряду из Главного управления материально-технического снабжения. После перевода он продолжил службу в Архангельской области, на складе резерва спецтехники. Две недели назад он не вышел на связи. Местные сначала списали на бытовуху, но когда в его квартире нашли следы неспешного, профессионального обыска, а в личном сейфе — пустоту, забили тревогу.

— Его похитили? — уточнил Никита.

— Или он сам исчез, прихватив кое-что с собой, — вмешался Шальной. — Пропали три журнала учёта специмущества, выданного «Стае» в период с 2023 по 2025. А также личные записи, черновики, схемы.

— Какие схемы? — насторожился Никита.

— Схемы снабжения, маршруты переброски, списки контактов в регионах, где работала «Стая», — перечислил Коробов. — Всё, что могло бы помочь восстановить полную картину деятельности отряда и его связей. Включая те, что были засекречены.

В кабинете повисла тишина. Никита медленно переваривал информацию. Соловьев не был предателем — он был педантом, «серым кардиналом» тыла, который помнил всё. Если его записи попали не в те руки…

— Вы думаете, это связано с недавними событиями? — спросил он. — С попыткой перехвата «Счетовода»?

— Мы пока не думаем, мы проверяем все версии, — ответил Пригов. — Но совпадение слишком уж удобное. Кто-то активно собирает информацию о бывших спецподразделениях, которые были расформированы или переформированы. «Стая», «Нерпа», теперь вот «Смерч»… Полковник Коробов считает, что Соловьев мог стать мишенью именно из-за своих знаний о вашем отряде.

— Что мне делать? — прямо спросил Никита.

— Вы знали его лучше нас, — сказал Коробов. — Вы понимали, как он мыслил, где мог прятать дубликаты, с кем контактировал. Мы хотим, чтобы вы возглавили группу по поиску Соловьева и изъятию компрометирующих материалов. Формально — это задача «Смерча». Фактически — вам придётся снова окунуться в прошлое. Без шума, без официальных запросов. Как в старые времена.

Никита почувствовал знакомое холодное покалывание в груди — то самое, что бывало перед сложными внедрениями. Не страх, а собранность.

— Я согласен. Но мне понадобится команда. И доступ к архивам «Стаи», даже к тем, что были засекречены после расформирования.

— Доступ вам предоставят, — кивнул Пригов. — Команду соберёте сами из людей «Смерча». Только тех, кому полностью доверяете. Это не должно стать достоянием всего подразделения.

— Мура, Дав, Дакар, — почти не задумываясь, перечислил Никита. — И… мне понадобится аналитик, который знает контекст.

— Ваша супруга? — уточнил Шальной.

— Да. Ксения работала с документами «Стаи» в Польше. Она понимает, как мы мыслили, как строили операции. И она умеет находить связи там, где их не видят другие.

Коробов и Пригов переглянулись.

— Хорошо, — согласился Коробов. — Но помните: если Соловьев жив, его могут использовать как приманку. Или как источник. Ваша задача — найти его раньше, чем это сделают те, кому эти данные нужны для куда менее патриотичных целей.

* * *

Вечером того же дня Никита собрал в учебном классе тех, кого назвал. Мура, Дав, Дакар и Ксения слушали его, не перебивая.

— Значит, всё началось не со «Смерча», а ещё со «Стаи», — тихо произнесла Мура, когда он закончил. — И теперь мы должны искать призраков прошлого.

— Не призраков, — поправил её Дакар. — Конкретного человека с конкретными знаниями. Если он в руках у врага, то эти знания уже превращаются в оружие. Против нас, против всех, кто служил с ним.

— Что мы знаем о Соловьеве? — спросила Ксения, открывая ноутбук. — Кроме того, что он был оружейником.

— Он был одержим порядком, — начал Никита, закрывая глаза, чтобы лучше вспомнить. — Делал всё в трёх экземплярах. Один — официальный, второй — личный, третий… третий он где-то прятал. На случай, если «официальная правда» вдруг исчезнет. Он не доверял электронным носителям. Предпочитал бумагу. И у него была фобия — боялся огня. После одного случая на складе, когда чуть не сгорели уникальные образцы трофейного оружия.

— Значит, дубликаты он хранил в месте, защищённом от пожара, — заключил Дакар. — И, скорее всего, не в жилом помещении.

— У него была дача под Архангельском, — вспомнил Никита. — Старый бревенчатый дом, который он унаследовал от отца. Там он бывал редко, но всегда отказывался от предложений продать её.

— Координаты? — спросила Ксения, уже набирая запрос в базе.

— Дам приблизительные. Точные надо искать в архивах жилищного управления.

— Я займусь этим, — кивнула она.

— А мы с Давом начнём смотреть зацепки по последним местам его визитов, — предложила Мура. — Камеры, свидетели, маршруты. Если его взяли, то не в чистом поле. Значит, остались следы.

— А я покопаюсь в его связях, — сказал Дакар. — Соцсети, переписка, банковские операции. Даже если он был консерватором, цифровой след остаётся у всех.

Никита смотрел на них — на эту новую команду, которая уже работала как единый механизм. Они не были «Стаей», но в их глазах горел тот же огонь — огонь охотников, которые знают, что ставки высоки.

— У нас есть три дня на подготовку, — сказал он. — после вылет в Архангельск. Официально — проверка объектов резерва. Неофициально — начинаем поиск.

Когда все разошлись, остались только он и Ксения.

— Страшно? — спросила она, обнимая его за талию.

— Нет, — ответил он честно. — Но неприятно. Казалось, что прошлое осталось позади. А оно… оно не отпускает. Оно напоминает о себе такими вот историями.

— Но теперь у тебя не только прошлое, — тихо сказала она. — Теперь у тебя есть мы. И мы найдём твоего оружейника. Живым.

Никита притянул её к себе и закрыл глаза. За окном снова начинался дождь — холодный, осенний, как и тогда, в день расформирования «Стаи». Но теперь у него была не только память. Теперь у него была команда. И это меняло всё.