Проделки Людо (джен)

Глава отдела магических игр и спорта Людовиг Бэгмен выпил стакан огненного виски и вздохнул. Тяжело и горько. У Людо были проблемы.

Начались они ещё летом. В отличие от рассудительного и осторожного отца, он был азартен, в чём не раз раскаивался, но поделать с собой ничего не мог. Вот и в этот раз он не сумел себя сдержать и проиграл нескольким людям крупные суммы денег. И, будто этого мало, впридачу оказался должен гоблинам.

Всё мог поправить финал чемпионата мира по квиддичу, но, увы, выигранная им на ставках сумма перекрывала едва ли половину долга, а устроенный в лагере погром лишил его обещанной премии. Так что Турнир Трёх Волшебников был для Бэгмена счастливым билетом. И не только в плане ставок.

Только представители магических ведомств трёх стран — Британии, Франции и Болгарии — знали, что Турнир договорной. Места в нём давно были распределены, а победа предназначена Флёр Делакур. Но об этом не были осведомлены ни участники, ни профессора, ибо такое мероприятие есть дело политики, но не спорта или школ. Людо должен был просто проследить, чтобы всё прошло без эксцессов, тогда министр обещал лично погасить его долги.

Но неожиданное избрание Поттера четвёртым чемпионом всё испортило. После этого ставки взлетели и увеличились, и Людо не удержался. Он поставил на четверокурсника. Инкогнито, разумеется. И мальчик не подвёл: выступил в первом туре так, что осыпал экс-квиддичиста золотом.

Бэгмен радовался. А вот министры и Крауч злились. Из-за избрания Гарри разрозился скандал: стали шептаться, будто английские маги не умеют блюсти договоры и хотят урвать победу себе. Людо оказался меж двух огней. С одной стороны, он должен был следовать указаниям Фаджа, а с другой — Мальчик-который-выжил, а точнее ставки на него, обещали немалый куш, который вполне мог избавить его от кредиторов. К тому же все знали, что Фадж связан с бывшими пожирателями, а всего, что хоть как-то относилось к меченным, бывший загонщик старательно избегал. Как же быть? Ведь хочется и с долгами покончить, и избежать проблем на работе. Но как это сделать? Насколько Людо знал, после скандала каждый министр стал тянуть одеяло турнира, хотя бы немного в свою сторону. Но всех объединяло одно: Поттера все на дух не переносили. Даже Дамблдора отправили по каким-то делам не то в Данию, не то в Швецию, едва прошёл слух, будто он помогает Поттеру, прислав на место старика Гризельду Марчбэнкс.

Потому Людовик и был в затруднении. Было не ясно, как действовать: в рамках старого договора? Или же судить в пользу Диггори?

Он вздохнул. То ли дело квиддич — матчи различных уровней проходили столь часто, что политикам и в голову не приходило вмешиваться в них.

Мужчина снова наполнил стакан. Осушил залпом. Ему вспомнился результат последней игры. Всё как говорили Уизли: снитч поймал Крам, но победили ирландцы.

Стоп! Победила одна команда, а символ победы и славы взяла другая. А что если и тут сделать также?

В помутнённой алкоголем и отчаянием голове начал зреть план.

Цок-цок, цок-цок, цок-цок — стучали по каменному полу старого замка восемь каблуков.

Четыре чемпиона Турнира Трёх Волшебников, стараясь не наделать лишнего шума, шли в кабинет профессора Макгонагалл, куда их всех вызвали в столь позднее время по причине, касавшейся соревнования, в котором все они принимали участие.

Впереди широким шагом шёл Виктор Крам и шептался о чём-то с поравнявшимся с ним Седриком Диггори. Флёр Делакур шла позади них лёгкой элегантной походкой и бросала недовольные взгляды на самого младшего участника.

Гарри Поттер был для неё фигурой загадочной: мало того, что сумел пролезть в Турнир, так ещё чары на него не действуют. Взять хотя бы настоящий момент: она строила ему глазки, откидывала назад волосы, улыбалась, выгибалась, отчего голубое платье плотнее приникало к коже, чётче очерчивая грудь, преувеличенно сильно раскачивала бёдрами. Ничего не помогало — мальчишка шёл погружённый в свои мысли и глядел в пол. Не то чтобы француженка положила на него глаз, Поттер для неё в частности и отношений вообще слишком юн, но столь подчёркнутое невнимание к себе её злило. Впрочем, длилось это недолго, до воспоминания о рыжем дружке этого мальчишки, буквально терявшего при ней разум. Одновременно с этим вспомнилась кватерн-вейле и девушка, всюду ходящая за Поттером и всё почти мгновенно встало на свои места. Мальчик просто был влюблён в неё, а она посетила бал не с ним, а с Крамом, что пробудило в нём комплексы, а теперь он, видимо ещё и разгадал загадку золотого яйца и переживает, успеет ли вытащить свою любовь из озера. Догадка была хорошая и вейла пешила, что её нужно проверить.

— Месье Поттер, — она замедлилась и позволила ему себя догнать. — Вы уже разгадали подсказку в яйце?

Он кивнул головой, удивлённо посмотрев на неё.

— И, вероятно, поняли, что под сокровищем имеется в виду ваша близкая подруга. Грейнджер, кажется, её зовут?

— Гермиона, — уточнил он, сильно побледнев. — А я ведь плавать не умею...

Делакур дурой не была и понимала, что это значит: четвёртому чемпиону придётся не только искать способ дышать под водой отведённый час, но и не утонуть. Что бы о ней не думали, вейла обладала большой добротой. Она уже хотела утешить его и шепнуть верный способ на ухо, но этому помешал их приход к цели....

* * *

— Господа чемпионы! — Людо светился, радуясь посетившей его голову задумке. — Надеюсь, все из вас поняли как получить подсказку? Отлично! А теперь слушайте: было принято решение слегка изменить ход испытания.

— Каким образом? — спросил Крам, скрестив на груди руки.

— Сейчас вы всё узнаете, потерпите. Так вот... Как вы знаете, нужно было вытащить из под воды заложника. Судейской коллегии показалось это скучным и мы решили поменять вас и предназначенных вам пленников местами. Спасать будут они!

— Мистер Бэгмен, — спросил Гарри, переглянувшись с Седриком и остальными чемпионами. — Вы свихнулись или пьяны?

— Нет, юноша, я полностью адекватен. Эта перемена внесёт новую дозу остроты в соревнования между школами! А теперь... Коллопортус! Сомнус максима!

Однако, чемпионы почему-то не восхитились его идеей, не остались стоять на месте, а бросились в стороны и, выхватив палочки, стали защищаться и атаковать.

Людовик увернулся от выпущенного Крамом огненного шара, потушил занявшуюся штору, вскочил на стол, выпустил в болгарина обездвиживающее, спрыгнул на пол, манящими чарами приманил к себе его сапоги, отчего Виктор упал и подъехал прямо к нему на спине, и погрузил в сон.

Занятый последним действием, бывший загонщик не заметил, как на него бросился Диггори. Он упал, чудом не выронив волшебную палочку, ударил того в плечо. Обездвижил, с трудом спихнул с себя, поднялся, чтобы снова упасть и откатился в сторону, едва не став жертвой заклинания Поттера. Вскочил, обезоружил и усыпил вейлу, а потом принялся за Гарри.

Он атаковал его быстро, даже не пытаясь защищаться. Чёткие выверенные движения, экономящие его силы, выработанная за роды спортивной карьеры выучка и форма сделали своё дело: малчишка был загнан в угол, а затем усыплён.

Людо вытер со лба пот, вернулся к Диггори, погрузил в сон его и вызвал домовика. Он не заметил ошивавшейся рядом девочки-призрака.

Сообщать о небольшой перемене, произведённой им во втором задании, следующим утром главе отдела магических игр и спорта не пришлось, ибо это сделала за него Плакса Миртл. Это стало понятно после посыпавшихся на него со всех сторон вопросов. Довольный Людовик уселся на своё место и хотел было приняться за еду, когда услышал голос Каркарова:

— Бэгмен, а вы, оказывается, тот ещё самоуправец! Не уведомили нас о подмене, да ещё и забыли сообщить, кто должен был стать заложниками чемпионов!

— Правда? Вот дырявая память... Но мы же с вами договорились, что сокровищем Диггори и Крама будут их партнёрши на балу; мисс Делакур должна была спасти свою сестру, а мистер Поттер — мистера Уизли, своего друга.

— Во-первых, мы с вами ни о чём не договаривались! — прошипел Каркаров, вскакивая со своего места. — Во-вторых, с какого перепуга Грейнджер для Крама сокровище? У него есть невеста и она здесь!

— Точно?

— Точнее не бывает. В-третьих, вы посмотрите на эту Грейнджер! И скажите, как она будет вытаскивать рослого парня весом в семьдесят киллограм?

— Или сестра Флёр? — вклинилась Максим. — Как восьмилетняя девочка будет спасать старшекурсницу?

— В-четвёртых, за что вы так ненавидите Поттера?

— Да почему же ненавижу? И не знаю как, но чемпионы уже под водой и ждут спасения.

В ответ ему раздались полные негодования крики на разных языках.

* * *

Гермиона, не видя и не слыша вокруг себя почти ничего, шла к берегу Чёрного озера. У неё в голове не укладывалось, как в голову Бэгмену могло придти заставить людей, не имеющих к Турниру никакого отношения, учавствовать в нём? Превратить их, по сути, в живой трофей? Почему нельзя было найти иной способ?

Сами собой вспомнились озвученные экс-квиддичистом условия: спасти помещённого под воду человека. За час. Именно это было зашифрованно в золотом яйце.

"В форме стиха, — отметила про себя девушка. — Если бы всё осталось как было, Гарри, узнав о заложниках очень бы переживал. Думал бы, что им грозит гибель. Он такой впечатлительный. Ради совершенно незнакомых ему людей готов рисковать собой. Но почему его сокровищем стал Рон? Неужели Бэгмен пожалел Парвати?"

Грейнджер нервничала. Она совершенно не представляла, как будет спасать Крама. Каркаров был прав: звезду квиддича гриффиндорка не вытянет. К тому же, её одолевала нервозность: как и всегда, Гермиона переживала за Гарри.

Уже на помосте девушка осмотрелась по сторонам. Стоявший слева Рон, поймав её взгляд, решительно кивнул; справа нервно переминавшаяся с ноги на ногу Чжоу слабо улыбнулась и помахала рукой, словно выражая поддержку. Чуть поодаль испуганно таращилась на воду маленькая, на вид лет восьми, девочка и что-то лепетала.

Позади послышался топот деревянной ноги. Грюм посмотрел на неё и протянул пучок трав.

— Это жабросли, — бросил он. — Помогают дышать под водой длительное время. Ты не чемпионка, так что тебе я помогать могу. Удачи... А мне ещё нужно помочь Уизли и Делакур. Этот идиот Людо додумался отправлять ребёнка в февральскую воду! Дамблдор будет недоволен, когда узнает об этом.

* * *

Едва прозвучал выстрел все четыре невольных участника этого тура, нырнули в воду. Гермиона, хотя и мучилась от боли, пока на её шее появлялись жабры, успела заметить, что Чанг поймала юную вейлу и жестами приказала держаться рядом с собой.

Оправившись от трансформации в рыбу, гриффиндорка, как и все остальные, столкнулась с непредвиденной трусостью: никто из них не имел ни малейшего понятия, куда нужно плыть.

Помощь пришла откуда не ждали. Появившаяся перед ними Плакса Миртл с улыбкой махнула им рукой.

— Я знаю, где они! — крикнуло приведение. — За мной!

Она развернулась и поплыла вперёд. Не имея иных вариантов, бывшие заложники последовали за ней.

Путь не отпечатался в памяти Гермионы. Его вытравило сильное волнение, перемешанное с размышлениями, как ей поступить. Ведь с одной стороны, хоть она и должна спасти Крама, он ей никто. Один поход на Святочный бал и пара танцев ничего не решают. С другой стороны, если она его не вытащит — это международный скандал. Вызывать таковой не хотелось. Но ведь это несправедливо! Та же самая Делакур заслуживает помощи больше. Или Чанг. Но больше всего ей хотелось помочь Гарри. Самому близкому человеку в её жизни...

Последняя мысль решила всё.