Прелести Хогвартса (джен)

Дневник исследований №1. Объект: все вокруг.

Цель: выявить закономерности в формах и изгибах, которые определяют судьбу человека.

Сегодня я решила начать свой новый проект. Обычно люди заводят дневники, чтобы писать о чувствах, а я хочу писать о телах. Точнее — о попах и грудях. Они сопровождают нас с момента рождения и до смерти, но при этом почему-то их стесняются обсуждать вслух. А я не вижу смысла стесняться. Когда кентавры обсуждают движение звёзд, никто их не осуждает. Так почему я не могу рассматривать ягодицы профессора Снейпа с таким же серьёзным видом, как они трактуют Марс?

Методика моих исследований проста:

Визуальный контакт — длительное наблюдение под любым предлогом. Даже если объект дёргается, всё равно можно успеть заметить контуры.

Слуховые заметки — иногда попа слышна. Например, когда Рон садится на стул, он издаёт характерный звук. Это важный маркер.

Тактильные исследования — считаются случайными, если никто не успел обвинить исследователя. В этом вся хитрость.

Сравнительный анализ — нельзя изучать объект в одиночку, всегда нужен второй или третий для сопоставления.

Я собираюсь подходить к делу систематично. Чтобы избежать обвинений в предвзятости, я буду вести шкалу:

от «пергаментной плоскости» (когда грудь или попа настолько незаметны, что их можно спутать с доской для писем),

до «блаженной упругости» (такой формы, что её хочется похлопать в знак признательности).

Возможно, позже я введу ещё промежуточные категории, вроде «ягода с косточкой» или «пышность в движении».

Некоторые скажут, что я извращенка. Но ведь извращение — это всего лишь слово для тех, кто смотрит не в ту сторону. Я же смотрю именно туда, куда природа велела: на округлости, на выпуклости, на линии, что делают нас людьми.

Иногда думаю: может быть, именно грудь и попа определяют судьбу волшебника? Гарри Поттер, например, всё время спасает мир, но у него — ну, скажем так, попа скорее героическая, чем красивая. Может, это и есть причина, почему он всегда лезет на рожон? Слишком прямолинейная форма ягодиц.

Итог первого дня:

Исследование необходимо, иначе знания об этой важной области человеческой (и нечеловеческой) природы пропадут.

Я обязана быть честной, даже если объект мне нравится или наоборот — раздражает.

Энтузиазм — главный инструмент исследователя. Руки иногда тоже, но только при удачном случае.

Завтра я начну с ближайших объектов. Думаю, Гарри и Рон будут подходящей стартовой парой. Они всё равно рядом, да и никто не поверит, если я скажу, что случайно их щупала. А это значит, что исследование можно вести без страха.

Конец записи №1.

Запись №2. Спустя три дня систематических наблюдений.

Сегодня я, наконец, готова представить первый отчёт. За Гарри Поттером наблюдать удобнее всего: он рядом, он ни о чём не подозревает и, что самое важное, он слишком занят спасением мира, чтобы обращать внимание на то, куда я смотрю.

Первое впечатление.

Попа Гарри в мантии кажется довольно невинной. Почти обманчиво скромной. Но если внимательно следить за ней в течение трёх уроков подряд (я проверяла на Зельях, Защите и Трансфигурации), становится ясно: там есть скрытая упругость. Особенно заметно, когда он нервничает и дёргается. Я думаю, это называется «героический изгиб»: форма вроде не выдающаяся, но держится так, будто готова броситься в бой.

Форма.

Если измерять по моей шкале, то Гарри находится где-то между «средне образной ягодой» и «героической выпуклостью». Не слишком круглые, зато чёткие. Это попа, которая говорит: «Я не ради красоты, я ради дела».

Методика проверки.

На третий день я устроила так называемый «случайный контакт в коридоре». Гарри резко остановился, и я врезалась в него — коленом ровно в цель. Краткий тактильный отчёт: плотность выше среднего, отдача минимальная, поверхность слегка пружинит. Гарри покраснел, извинился и ушёл, даже не подумав, что я что-то исследую. Методика сработала идеально.

Сравнительный анализ.

В теории, если бы Гарри не был Избранным, его попа могла бы затеряться среди других. Но, учитывая его статус, она приобретает символическое значение: как шрам на лбу, только ниже и без молнии. Я подозреваю, что героизм формируется именно здесь. Возможно, вся его способность к самопожертвованию и рискованным поступкам сидит прямо в ягодицах.

Выводы:

Попа Гарри Поттера — это не эстетика, а функциональность.

В ней есть упрямство и прямота, но мало изящества.

Для девушек, наверное, не шедевр. Для истории — бесценна.

Я чувствую лёгкое уважение каждый раз, когда он встаёт со стула.

Завтра начну изучать Рона. У него гораздо больше статистического материала для анализа: длинные ноги, рыжая наследственность и привычка сидеть, раскинувшись, словно он сам — исследуемый экспонат.

Конец записи №2.

Запись №3. Второй объект исследования. Рыжий, шумный, высокий. Ягодицы в постоянном движении.

Общее наблюдение.

Рон Уизли представляет собой ценный пример «типичного носителя рыжей генетики». Его формы менее аккуратны, чем у Гарри, зато они более… громкие. Рыжие вообще редко бывают скромными. Их тела ведут себя так же, как и их волосы: топорщатся, светятся и требуют внимания.

Форма и динамика.

Если Гарри сидит прямо, то Рон — всегда вразвалку. Из-за этого его ягодицы постоянно занимают больше пространства, чем им положено. Они как будто кричат: «Посмотри на нас! Мы тут!»

На моей шкале это примерно «обширная необработанная площадь» — неидеально, но зато много материала для исследований.

Практический эксперимент.

На завтраке я применила методику «ложка под столом». Достаточно легко зацепить металлическим концом сиденье лавки рядом с Роном и слегка подтолкнуть его сбоку. Результат: ягодицы отреагировали быстрым подскоком, что подтверждает гипотезу о повышенной подвижности.

Рон посмотрел на меня с подозрением, но я просто сказала: «У тебя крошка на плаще». Он поверил. Методика успешна.

Акустика.

Попа Рона имеет собственный голос. На деревянных скамьях она издаёт характерное глухое «бум», а на мягких креслах в Гриффиндорской гостиной — лёгкое «шлёп». Я уверена, что по звуку можно было бы узнавать Рона в темноте. Это редкое свойство, достойное фиксации в научных заметках.

Сравнение с Гарри.

Если у Гарри попа героическая, то у Рона — комическая. Одна создана для подвига, другая для анекдота. Вместе они образуют интересный дуэт: героизм и статистическая погрешность. Но я думаю, именно поэтому они друзья. У них баланс: один тянет вперёд, другой — вбок.

Выводы:

Попа Рона Уизли — громкая, большая и немного хаотичная.

Это не объект эстетического восторга, но объект честного исследования.

Рыжесть влияет не только на волосы, но и на динамику ягодиц.

Если бы в школе проводили соревнование по звукам сидения, Рон выиграл бы кубок факультета.

Конец записи №3.

Запись №4. Методы ощупывания на практике. Два эксперимента: «тишина библиотеки» и «громкость стадиона».

Эксперимент первый: библиотека.

Теория утверждает: в местах тишины прикосновение ощущается сильнее. Библиотека Мадам Пинс идеально подошла.

Рон тянулся за книгой на верхней полке, Гарри держал в руках свиток, я стояла рядом с абсолютно невинным видом. Дальше — простая механика: я делаю вид, что спотыкаюсь, и ладонь попадает прямо туда, куда и должна.

Результаты:

Гарри: твёрдый, собранный, будто внутри напряжённая пружина. При касании практически не двигается, но взгляд его становится острым, как у совы.

Рон: наоборот, под рукой мягче, податливее. Когда я приложила ладонь, он дёрнулся всем телом и чуть не сбил с полки ещё три книги.

Сравнение: Гарри — как учебник по Заклинаниям: плотный и сжатый, неудобно держать, но надёжный. Рон — как старый фолиант по Травологии: пухлый, расхлябанный, но тёплый и живой.

Эксперимент второй: Квиддич.

После тренировки команды Гриффиндора в раздевалке царила расслабленность. Это идеальное время для «похлопываний». В спорте принято хлопать друг друга по плечу или спине, но я расширила традицию и похлопала чуть ниже.

Результаты:

Гарри: ягодицы после полёта становятся ещё более упругими. Похоже, мышцы работают так же усердно, как он сам в роли Искателя. При хлопке отдача такая, что ладонь слегка вибрирует — эффект «живого мяча».

Рон: в мокрой спортивной форме его попа прилипает к ткани, но от этого похлопывание звучит особенно звонко. Звук был похож на то, как пощёлкивают по воздушному шару. Рон оглянулся подозрительно, но решил, что это сделала Джинни.

Сравнение: Гарри — как гладкий камень, нагретый на солнце: твёрдый, но приятный на ощупь. Рон — как тыквенный пирог после ужина: мягкий, вкусный, и всегда чуть больше, чем нужно.

Общие выводы первой практики:

1. Лапанье в библиотеке требует идеальной маскировки, но даёт более чистые ощущения.

2. Похлопывания после Квиддича можно маскировать под спортивный жест — никто ничего не заподозрит.

Заметка себе: Нужно составить таблицу тактильных ощущений с аналогиями. Например: «Гарри = камень, Рон = пирог». Таблица поможет при сравнении следующих объектов. Думаю, Невилл станет хорошим следующим кандидатом.

Конец записи №4.

Запись №5. Тактильный опыт в теплицах и общежитии.

У Невилла ягодицы были замечены мною давно — ещё с третьего курса, когда он случайно застрял в дверном проёме теплицы №4. Я тогда подумала, что растения растут у него не только в руках, но и на теле — настолько его задница напоминала пару ухоженных горшков с мандрагорами.

Эксперимент первый: теплицы.

Удобное место для прикосновений: все думают, что если кто-то случайно дотронулся, значит, он просто боролся с корнями.

Когда Невилл наклонился за коробкой с удобрением, я аккуратно «поддержала» его сбоку, и ладонь мягко опустилась туда, куда нужно.

Результаты:

Сразу ощутилась пышность. Это не Гарри с его пружинностью и не Рон с его рыхлой пирожковостью. Тут — упругая округлость, напоминающая спелый персик, только в два раза крупнее.

При нажатии (легком!) ощущается сопротивление — словно под слоем мягкости спрятан запас прочности.

Сравнение: ягодицы Невилла = подушка, в которую зашита пружина.

Эксперимент второй: общежитие.

Невилл сидел на кровати и пытался починить свой котёл. Я незаметно хлопнула его по спине, а вторая рука «случайно» задела нижний сектор.

На удивление, он почти не отреагировал — видимо, привык, что его часто хватают растения.

Результаты:

Тёплые, как одеяло после сна.

Объём ощущается лучше всего при боковом касании. Если у Гарри задница «собранная внутрь», у Рона — «разливающаяся наружу», то у Невилла она живёт своей собственной жизнью и гордо держит форму.

Сравнение: ягодицы Невилла = булочки, которые только что достали из печи: мягкие, пышные, с золотистой корочкой силы.

Общие выводы:

1. Невилл — это баланс между уютом и мощью.

2. Его ягодицы кажутся созданными не только для сидения, но и для устойчивости. Думаю, если бы мандрагоры могли выбирать себе хозяина, они выбрали бы именно его попу как самую надёжную поверхность.

3. В таблице сравнений:

* Гарри = камень

* Рон = пирог

* Невилл = булочки с пружиной

Конец записи №5.

Запись №6. Полевая работа в коридорах Слизерина и во время перемены.

Общее наблюдение.

Драко Малфой — уникальный объект: арийская худоба и утончённая, почти графическая форма ягодиц. Они кажутся выточенными ножом, как статуэтка в музее. В отличие от Гарри или Рона, которые живут своим телом, Драко выглядит так, словно он — проект аристократии.

Визуальная оценка.

Узость: на моей шкале — «аккуратная щель».

Контуры: почти геометрические, с острыми, правильными линиями.

Движение: лёгкое, как будто ягодицы стараются не привлечь лишнего внимания.

Эксперимент первый: наблюдение на лестнице.

Я встала за Драко, притворяясь, что ищу книгу в сумке. Он спускался вниз медленно, но изящно, будто каждый шаг — репетиция к балу. Ладонь не тронула объект, но визуальный контакт позволил зафиксировать форму с разных углов.

Сравнение: ягодицы Драко = два кусочка твёрдого шоколада, идеальной формы, аккуратные, холодные на вид.

Эксперимент второй: случайный толчок в коридоре.

Он пытался отойти в сторону, но я «по случайности» слегка столкнула его плечом. Рука дрогнула рядом, почти не касаясь — и всё равно почувствовалась пружинящая напряжённость. Реакция Драко: мгновенное фыркание и демонстративное подтягивание плаща.

Сравнение с другими объектами:

Гарри = камень (героическая упругость)

Рон = пирог (размазанная рыхлость)

Невилл = булочка с пружиной (мягкость + скрытая сила)

Драко = шоколадка (холодная аккуратность, строгая форма, не поддаётся давлению)

Акустика:

Попа Драко почти не издаёт звуков при контакте с лавкой или мантией — она тихая, как библиотечный том. Это говорит о высокой плотности и строгой дисциплине формы.

Выводы:

Драко — пример «аристократической ягодицы».

Скрывает силу в узости: внешне кажется тонкой, но внутри — управляемая упругость.

Контрастирует с другими объектами, особенно с Роном и Невиллом.

Философский вывод: иногда строгость формы и холодность — это тоже эстетика, и она работает на внушение авторитета.

Конец записи №6.

Запись №7. Углы наблюдения: фронт, профиль, диагональ и случайное боковое столкновение.

Объект: Драко Малфой — сложный эксперимент

Драко — объект тонкой аристократической конструкции, поэтому простое наблюдение спереди мало что даёт. Для научного исследования нужно три угла: фронт, профиль и диагональ.

Фронтальный угол.

Я стояла перед ним, притворяясь, что рассматриваю расписание. Форма ягодиц почти незаметна из-за тонкой мантии, но лёгкая тень на ткани выдавала контур. Никаких лишних движений — объект абсолютно собран, почти каменный.

Профиль.

Когда Драко проходил мимо, я отошла немного в сторону. С этого ракурса узость и аккуратная форма стали очевидны. Лёгкое касание плаща руками дало ощущение плотности: твердая поверхность под тонкой мягкостью.

Сравнение: как ледяная скульптура, в которую вложили мягкий воск. Внешне кажется холодной, а внутри — упругая упорядоченность.

Диагональ.

Случайное столкновение на лестнице: плечо задело мантией боковую область ягодиц. Даже лёгкий контакт позволил зафиксировать упругость. Драко фыркнул и подтянулся, как будто защищался от атаки. Научно это подтверждает: сложные объекты требуют аккуратности и точного угла наблюдения.

Объект: Невилл Долгопупс — привычный объект

Фронтальный угол.

Пока я фиксировала Драко, Невилл стоял неподалёку и занимался своим котлом. Фронтально ягодицы пышные, округлые, как маленькие бугорки тепла.

Профиль.

Он наклонился, чтобы поднять ингредиент. Я успела провести визуальную оценку: пружина внутри мягкости явно ощущается, объём увеличивается при движении.

Диагональ.

Случайный толчок локтем (внешне невидимый для других) подтвердил упругость. Невилл отреагировал мягко — почти не заметно, но данные зафиксированы.

Общие выводы по методике углов:

Сложные объекты требуют нескольких ракурсов.

Лёгкое прикосновение иногда более информативно, чем визуальное наблюдение.

Простые объекты (Невилл, Рон) дают полные данные даже при одном угле, но их динамика интереснее в движении.

Систематизация углов наблюдения позволяет строить «трёхмерную карту упругости» — полезный инструмент для будущих сравнительных экспериментов.

Конец записи №7.

Запись №8. Экстренные полевые наблюдения. Случай, когда наука встречается с хаосом.

Сегодня произошёл инцидент, который можно классифицировать как «полевая случайность с повышенным коэффициентом тактильного контакта». Я наблюдала за тренировкой Гриффиндора: Гарри и Рон готовились к очередному упражнению, а Драко на другой стороне поля демонстрировал идеальные развороты на метле.

Объект №1: Гарри Поттер

Во время одного из манёвров Гарри неожиданно потерял равновесие и упал почти прямо на мою руку. Я не успела отскочить, и ладонь «по случайности» оказалась на ягодицах. Это был идеальный контакт: плотность, пружинность, героическая упругость. Реакция: мгновенный взгляд «что это?» и лёгкий рывок. Данные зафиксированы.

Сравнение: ощущение похоже на упругий камень, разогретый солнцем: твёрдый и упругий одновременно.

Объект №2: Рон Уизли

Рон в этот момент стоял рядом и с удивлением наблюдал падение Гарри. Он слегка подтолкнулся локтем о меня, что позволило зафиксировать его обычную рыхлость и громкость в движении. Данные корректируются для динамического анализа.

Объект №4: Драко Малфой — сложный случай

Драко в это время выполнял разворот на метле и не подозревал о моём внимании. С высоты можно было наблюдать его ягодицы с диагонали. Форма остаётся строго выточенной, но динамика движения при прыжках и поворотах показывает неожиданную упругость, почти как резинка, натянутая на рамку. Контакт невозможен из-за расстояния, поэтому данные — только визуальные.

Особенности наблюдения:

Гарри — идеальная модель героической упругости под давлением.

Рон — хаотично подвижный, но информативный объект.

Драко — сложный объект, требует точного угла для анализа, динамика неожиданно усиливает «аристократическую пружину».

Невилл — в стороне, но его стабильность остаётся эталоном для сравнения: без участия в Квиддиче можно спокойно фиксировать объём и мягкость в покое.

Итоги инцидента:

Случайные прикосновения дают данные, которые невозможно получить планово.

Драко оказывается сложным объектом даже на расстоянии: визуальные углы при движении — ключ к пониманию формы.

Гарри — проверка теории «героизм и форма ягодиц»: падение подтверждает плотность и упругость.

Рон — динамика хаоса: подтверждает статус «пирогового» объекта.

Невилл — контрольный объект: покой и стабильность без участия в полевых манёврах.

Вывод: Случайные контакты — это тоже метод. Иногда хаос даёт больше данных, чем аккуратные наблюдения. Личная безопасность исследователя и быстрота реакции — важный фактор для правильной фиксации данных.

Конец записи №8.