Во имя рода (гет)

— Сегодня мы должны подвести промежуточные итоги и… — Минерва вздохнула и села в кресло, устало потирая виски. — Просто скажите о том, какие у вас есть трудности, и мы разойдемся. Из-за этой метели мигрень совсем не отступает…

Все преподаватели в учительской разом переглянулись, пожали плечами и что-то отрицательно промычали.

— Отлично. Тогда перейдем сразу к важным вещам. Первое — это приближающиеся экзамены. Не буду говорить, как это важно, потому что вы и сами все знаете. Если возникают какие-то сложности со студентами, сразу говорите мне. Чтобы мы успели решить все вопросы и не получили больше необходимого разгневанных сообщений от родителей.

Кто-то хихикнул, и Минерва грозно посмотрела в тот угол, где сидела мадам Трюк.

— А что? — встрепенулась та. — У меня все летают отлично. Разве что Гриффиндор и Слизерин устраивают гонки, когда у них совместные занятия…

— Так, ладно, — МакГонагалл отмахнулась. — Тогда последнее на сегодня. Мадам Пинс пожаловалась, что кто-то взял и не вернул книгу из Запретной секции. В добавок ко всему книга была вынесена тайком. Когда ее украли — неизвестно. Но сейчас практически середина декабря. До Рождества вся специальная литература должна быть на месте. Поэтому напомните студентам о правилах поведения в библиотеке и в жизни в целом…

Все согласно закивали, а Снейп ехидно усмехнулся, сидя в своем кресле подальше ото всех и поближе к камину:

— По-моему тут все более, чем очевидно. Спросите у своей обожаемой всезнайки, где эта книга, и она вам тут же принесет ее из своих комнат.

В учительской поднялся незначительный, но вполне ощутимый шум, и все стали переводить взгляд с Северуса на Грейнджер. О, эти двое устраивали невероятные перепалки изо дня в день. В отдельные дни все обходилось простым обменом любезностями, но иногда, когда у обоих было располагающее настроение, а под рукой имелись бесполезные листы пергамента, в учительской летали не только слабенькие проклятия, но и канцелярия.

— Позвольте узнать, что это за книга? — елейным голосом поинтересовалась у директора Гермиона.

— Темномагические ритуалы: исследования пророческой материи, — осторожно ответила Минерва, переживая, в какую сторону именно заведет их этот диалог.

— Тогда здесь все очевидно, — девушка с улыбкой повернулась к Снейпу, который с прищуром ждал ее ответа. — Среди нас есть только один человек, который жить не может без темномагических ритуалов. На днях я видела, как он выходил из Запретной секции, так что, директор, вам бы стоило осмотреть его комнаты.

— В самом деле? — Северус встал и сложил руки на груди. — А может быть мы заодно посмотрим и ваши комнаты и тоже найдем там пару интересных книг, скажем, по рунам из Запретной секции?

— Да будет вам известно, коллега, — Грейнджер намеренно выделила последнее слово, зная, как сильно оно бесит декана Слизерина. — Я уже как несколько лет не читаю книги по рунам.

— Потому что уже все перечитали?

— Потому что меня интересует другая область науки.

Он наклонился чуть вперед:

— И какая же? Нервозность и неумение молчать больше пяти минут?

И пока они продолжали сверлить друг друга взглядом, остальные в который раз усмехнулись и принялись медленно расходиться. Перепалки перепалками, но вкусный пятничный ужин еще никто не отменял. Но все вокруг замерло, когда Минерва, голова которой грозилась расколоться в любую секунду, громко хлопнула в ладони:

— Оба — молчать! Вы не представляете, как сильно достали меня и всех вокруг своими пустыми спорами.

— При всем уважении… — начал Снейп.

— При всем уважении, Северус, тебе сейчас следует закрыть рот и послушать меня, — МакГонагалл заметила легкую победную улыбку на лице Грейнджер и обратилась к ней. — Гермиона, тебя это тоже касается.

И хоть речь была обращена только к ним двоим, пристыженными чувствовали себя все, за исключением, разве что, самой Минервы.

— В качестве наказания за столь детское поведение вы двое вместе будете искать пропавшую книгу.

— Если позволите, мы можем в два счета быстро найти ее в комнатах мисс Грейнджер, — продолжил гнуть свое Снейп.

— Профессора Грейнджер, — недовольно поправила его Гермиона.

— Вы пока еще не доросли до профессора.

— Северус, а позвольте поинтересоваться, — медленно начала Трелони, которая сквозь толстые линзы очков внимательно наблюдала за спором. — Откуда вам так хорошо известно, что именно находится в комнатах Гермионы?

Трюк не удержалась и расхохоталась, хлопнув рукой по креслу, а Синистра и Вектор тактично прикрыли рот ладонями, чтобы Минерва, не дай Мерлин, не увидела их улыбок.

Снейп возмущенно вздохнул, собираясь ответить что-то язвительное и Сивилле, но МакГонагалл снова призвала всех к спокойствию и тишине:

— Возражения не принимаются. Вы двое должны найти книгу до Рождества. Опросите студентов, принудительный обыск пока осуществлять не разрешаю. Посмотрим, что будет к концу следующей недели. Все. Уходите с глаз моих.

Первым из учительской выскочил Снейп, взмахнув черной мантией и хлопнув дверью так, что добрая часть преподавательского состава вздрогнула.

— Ох, сегодня вам все-таки удалось вывести Северуса из себя, — несколько нервно усмехнулся Флитвик, спрыгивая с дивана. — Пора ужинать, дамы. Идемте-идемте.

* * *

Выходные, по мнению Северуса, проходили продуктивно и довольно-таки приятно: он сидел в гордом одиночестве в учительской; домовики сделали прекрасный чай и восхитительное шоколадное печенье; за окном валил пушистый снег белыми хлопьями; в камине бодро потрескивал огонь; на коленях покоилась новая книга по защите от темных искусств.

Все в этом моменте было идеально. И где-то на краю своего гениального подсознания Снейп понимал, что так долго продолжаться не может. Однако каждой минутой, проведенной здесь в одиночестве, он искренне наслаждался.

Дверь скрипнула, раздалось до бешенства знакомое причитание, и в учительскую залетел сквозняк из коридора, который и принес с собой Грейнджер.

— Еще немного и я подам в министерство жалобу на преследование, — не отрывая от камина взгляда, звучно объявил Северус, давая ей знать, что это теплое, нагретое и уютное местечко уже занято им.

Гермиона посмотрела на него с полным безразличием к описываемой ситуации, опустила свитки и книги на свой стол и встала напротив него, пристально глядя в его темную душу:

— Прошу заметить, что я появилась здесь раньше.

— Я сижу здесь час.

— Может быть, — согласилась девушка. — Однако, впервые я переступила порог учительской два часа назад.

— Чем докажете? — Северус прищурился и подался чуть вперед, ища в ее взгляде толику страха.

— На моем столе лежит книга, которую я только сегодня взяла в библиотеке. Мадам Пинс лично записала ее в мою карточку. И она здесь лежала до того, как вы заняли это место.

— Чушь, — Снейп фыркнул и, закинув ногу на ногу, снова обратил свой взгляд к огню. — Это общественная территория, а не ваши покои. Так что вы сейчас самолично признались в разбрасывании своих вещей. Думаю, это такое же неподобающее поведение, как и… Что вы делаете?

— Простите, сэр, — язвительно протянула Гермиона, подходя к его столу и небрежно поднимая один из ветхих томиков по зельеварению. — Эта книга, если мне не изменяет память, лежит здесь уже как минимум неделю. Но место то общественное. Вам стоило бы хранить такие вещи в личных покоях.

— Она лежит здесь всего час, — Северус нагло соврал, не сводя взгляда с книжки в руках молодой коллеги.

— Я могу спросить личную карточку у мадам Пинс. Это открытая информация…

— Однако нигде не сказано, что мадам Пинс записала эту книгу в мою карточку, — самодовольно заметил Снейп, тут же жалея о сказанном.

— Вы сознаетесь в том, что взяли ее без ведома нашего библиотекаря? — брови Гермионы поползли вверх в притворном удивление. — Воровство… Как это низко, профессор. Быть может, ваши студенты…

— Я взял ее из своих комнат! — Северус не выдержал и привстал с кресла. Его тонкие крючковатые пальцы с силой впились в кожаную обивку подлокотников, ноздри гневно раздувались, глаза метали молнии, а на щеках появился легкий румянец, который, впрочем, можно было бы списать на слишком близкое расположение к камину.

— А разве учительская стала вашими покоями?

Снейпу хотелось наорать на нее так, чтобы девчонка расплакалась, побежала к Минерве и написала заявление на увольнение, но вместо этого он просто сел обратно в кресло и, не поворачивая больше головы в ее сторону, спокойно произнес:

— Пойдите прочь.

И судя по тому, как она недовольно хмыкнула, это странное самообладание подарило ему очередную победу в их перепалках. Но наслаждение триумфом длилось недолго, потому что теперь его покой решила нарушить госпожа директор.

— Северус, оставь девочку в покое, — спокойно пробормотала МакГонагалл, садясь в кресло напротив него и наблюдая, как Грейнджер поспешно уходила из учительской с книгами и свитками в руках.

— Я ее не трогаю.

— Ты ее доводишь.

— Не больше, чем она меня.

— Да что ты говоришь, — Минерва усмехнулась и быстро стащила с его тарелки печенье. — Молодая девушка может довести такого ворчуна как ты в два счета? Стареешь, друг мой, стареешь…

Снейп хотел что-то сказать, но лишь плотнее сжал губы. Так обидно проколоться в разговоре с МакГонагалл… Это ж надо…

— Что мне сделать, чтобы вы перестали грызться?

— Уволь ее.

— О, ты ведь это не серьезно?

Северус повернулся к ней и чуть наклонился вперед:

— Вот скажи мне, зачем ты вообще взяла ее на работу?

— Мне нужен профессор трансфигурации, потому что я, если ты не заметил, теперь директор, — Минерва развела руками в стороны. — Еще вопросы?

— Тебе просто нравится меня доводить, да? Признайся уже, женщина…

— На самом деле я думала, вы поладите…

— Мы?! — вскрикнул Снейп и прокашлялся. — Ты в своем уме?

— А что? — директор стряхнула с юбки невидимую пылинку. — Вы похожи друг на друга больше, чем можно было бы предположить. Да и вообще… Ты к ней слишком строг.

— А вот про это давай не будем, — он насупился и вновь отвернулся к огню. — Таким молодым и наглым особам, как она, необходима дисциплина, а ты поощряешь ее неуважительное отношение к…

— Старикам?

Северус нахмурился:

— К взрослым людям с богатым академическим опытом, — как можно тактичнее поправил он МакГонагалл.

— Какое самомнение, Северус, какое… Ты сейчас серьезно?

— Предельно.

— Отлично, — она встала с кресла. — В таком случае объясни ей это сам, когда вы наконец-то отправитесь искать книгу. И если я узнаю, что ты сделал все в одиночку, я придумаю вам еще совместное времяпровождение для налаживания командного духа. Ты меня понял?

Северус не кивнул, но Минерве этого и не нужно было. Она прекрасно знала, что Снейп, сжав зубы и поворчав добрые полчаса, прилежно исполнит все, что она сказала.

* * *

Пронзительный ветер обдувал Гермиону со всех сторон, и только согревающее заклинание не давало ей замерзнуть. Она наслаждалась видом заснеженного Хогвартса и своей маленькой победой в учительской, хотя в глубине души была немного разочарована тем, что не удалось вывести Снейпа из себя. И лишь совсем немного задавалась вопросом, почему Снейп — такой упертый дурак.

Он постоянно придирался к ней по поводу и без. И по началу ему удавалось выводить ее из себя. Проработав пару месяцев в конце прошлого года, она собиралась уволиться, даже несмотря на все уговоры Минервы, потому что этот невыносимый человек был ужасен. Потом прошли летние каникулы, Грейнджер успокоилась и в этом учебном году решила все изменить. Теперь его слова не значили для нее абсолютно ничего, а порой, в отдельные дни, эти перепалки даже доставляли ей какое-то странное удовольствие. И нет, как бы Гермиона ни хотела, она не могла сказать, что ненавидит Снейпа. Однако за его чувства она ручаться не могла. Вероятно, он не только ненавидел ее, но и в тайне хотел бы чем-нибудь отравить.

— Прохлаждаетесь? — позади раздались шаги, а обладатель этого раздражающего голоса скоро и вовсе поравнялся с ней.

— Отдыхаю, — Гермиона поправила шарф, даже не повернув голову в сторону Северуса.

— Напрасно, вы еще не закончили со своими делами.

— И какие же это дела, позвольте поинтересоваться?

— Поиск потерянного учебника из Запретной секции, — язвительно произнес Снейп. — Минерва огорчена, что вы не принимаете участие в этом увлекательном мероприятии.

— Впереди еще целый выходной день. Думаю, ей более важен результат, нежели мнимая деятельность, профессор.

— Однако, мне пришлось выслушивать целую лекцию о вашем бессовестном отношении к рабочему поручению, — он поморщился, когда несколько снежинок попало за шиворот.

— Боюсь, это лекция была адресована вам, а не мне, — Гермиона мило улыбнулась и, развернувшись, направилась в сторону замка.

— Жду вас сегодня после ужина в библиотеке. Придется осмотреть Запретную секцию еще раз, — крикнул вдогонку Снейп. — И не смейте уходить, когда с вами разговаривают!

Девушка застыла, ликуя внутри себя, и посмотрела на коллегу:

— Первое — я закончила с вами беседу; второе — я уже опросила своих студентов ровно также, как это сделала профессор Стебль и профессор Флитвик; третье — так уж и быть, приду сегодня в библиотеку после ужина. Слышала, что некоторые книги в Запретной секции могут покусать читателя. Будет прискорбно, если Хогвартс лишится единственного зельевара.

Она не успела пройти и пяти метров после своей пылкой речи, как обо что-то споткнулась и, не удержавшись, рухнула лицом в сугроб. Что-то подсказывало Гермионе, что в ее падении виноват исключительно Снейп.

— Какая неуклюжесть, мисс Грейнджер. — Северус подошел ближе и чуть наклонился, чтобы девушка точно его услышала. — Вам следует быть более осторожной в своих… действиях.

— Если вы еще раз подставите мне подножку, я… — начала Гермиона, но Северус лишь хмыкнул и, не дослушав ее поток недовольств, направился в библиотеку.

Идти рядом с ним было некомфортно. Все разговоры, которые и так больше напоминали легкий шум, стихали, и, казалось, ученики немного отодвигались от центрального коридорчика библиотеки. Мадам Пинс проводила их строгим взглядом, будто могла допустить мысль, что именно двое преподавателей смогут стать нарушителями покоя. Однако стоило им только оказаться около дверей входа в Запретную секцию, как библиотекарь опустила взгляд на раскрытую книгу и потеряла к ним всякий интерес.

— Дамы вперед? — Снейп чуть склонил голову и, открыв дверь, пропустил Гермиону.

На секунду Грейнджер показалось, что он сейчас запрет дверь каким-нибудь гадким заклинанием и заставит ее промариноваться какое-то время в обществе далеко не самых лучших книг. Но ее опасения не подтвердились, когда совсем рядом послышался стук его ботинок, легкий кашель и скрип закрывающейся двери.

В Запретной секции всегда было… неуютно. Практически также, как и рядом со Снейпом. Однако существовало одно важное различие, как бы мужчина ни относился к ней на самом деле, вряд ли бы он когда-нибудь позволил себе по-настоящему навредить Гермионе. Безобидное заклинание — да. Какое-нибудь едкое замечание в ее адрес — это стало утренним ритуалом. Но чтобы по-настоящему навредить… Такого Грейнджер все же представить себе не могла. Хотя в этом вопросе надо было сказать «спасибо» Минерве, которая была для обоих сдерживающим фактором.

Запретная секция же навевала настоящий страх. По воспоминаниям пробираться сюда тайком во время учебы было любопытно. Гермиона делала это с азартом и не чувствовала ничего кроме триумфа, когда ей наконец-то удавалось заполучить те крохи информации, ради которых она рисковала своим добрым именем. Однако сейчас все ощущалось по-другому. Оказывается, здесь было гораздо темнее, чем в основной библиотеке. Что-то время от времени шуршало, напоминало о себе. Здесь был куда холоднее, а меж стеллажей книг завывал сквозняк.

Гермиона вздрогнула и поплотнее запахнула мантию.

— Ради Мерлина, только не говорите, что мне в напарники дали трусиху? — Северус посветил ей люмусом прямо в лицо, будто надеясь найти прямое доказательство своему предположению.

— Здесь просто холодно.

— Разумеется, — он посмотрел на один из шкафов. — Здесь есть пять стеллажей, которые так или иначе связаны с пророчествами. Разделимся или трусите?

Гермиона зло сверкнула глазами в его сторону и, прошептав: «Люмос», направилась в противоположную от Снейпа сторону.

Северус не создавал впечатление приятного компаньона, и уж тем более таковым не являлся. Но даже с ним, среди этих стеллажей в полумраке, она чувствовала бы себя куда спокойнее. До ее слуха перестали доходить свидетельства, что она здесь не одна. И единственные звуки, которые теперь витали вокруг нее, был шелест и шептания книг, ее глубокое и частое дыхание, стук каблуков туфель.

Медленно проходя от одного стеллажа к другому и подсвечивая себе название разделов, Гермиона неторопливо продвигалась вглубь Запретной секции.

— Руны, темногомагические ритуалы с рунами, древние… — она замерла, прислушиваясь. В начале коридора, откуда она пришла, раздался скрип, так напоминающий дверной, а на соседнем шкафу раздалось тихое шипение.

Внутренний голос кричал, что Снейп сейчас уже наверняка запирал дверь, чтобы оставить ее наедине с самыми темными тайнами Хогвартса. Не обращая внимание на шипение и другие звуки, издаваемые книгами, она бросилась бежать по коридору к выходу. Стук ее каблуков вместе с сумасшедшим сердцебиением оглушал. Поэтому на несколько секунд, до такого как в темный коридор Запретной секции просочился свет из основной части библиотеки, весь ее взгляд сосредоточился только на одном стеллаже, за которым был поворот к двери.

— Куда вы несетесь? — возле самого поворота ее перехватил Снейп, больно сжав руку чуть выше локтя.

Гермиона тяжело дышала, широко раскрытыми глазами глядя на его хмурое лицо. Он стоял перед ней, держал ее за руку и, по всей видимости, совсем не собирался запирать одну в Запретной секции.

— Вы… я…

— Подумайте, что хотите сказать, перед тем как открывать свой рот.

— Я думала, вы хотите меня здесь запереть…

— А вы, конечно же, не смогли бы наложить на замок контрзаклятие, — он встряхнул ее и отпустил, делая шаг назад. — Я бы сделал это с превеликим удовольствием, но госпожа директор оторвет мне голову за такую выходку.

— Очень мило с вашей стороны.

Северус проигнорировал ее последние слова, вновь устремив взгляд на стеллажи с книгами.

— Нашли что-то?

Грейнджер отрицательно мотнула головой:

— Но мне кажется, я уже была близка…

Снейп кивнул и, вздохнув, медленно направился по тому коридору, по которому пару минут назад бежала Гермиона. Шипение книги раздавалось все ближе, и Грейнджер невольно стала идти рядом с Северусом, даже не замечая, что чуть ли не вцепилась в его мантию, когда цепи на одной из книг громко звякнули поблизости.

— В следующий раз признавайтесь честно и оставайтесь ждать в светлой части библиотеки, — не поворачиваясь, бросил Снейп, подсвечивая несколько верхних полок, до которых даже он дотягивался с трудом.

— В следующий раз?

Он не ответил. Ловко подцепив одну из книг, он положил ее на небольшой стол и провел рукой по обложке, стряхивая пыль. Это был не тот фолиант, который они искали, однако написан был на такую же тему.

— Какой-то студент по своему незнанию пренебрег этой потрепанной книгой, хотя ритуалы в ней куда более… эффективны, — хмыкнул Северус, пролистав несколько страниц и убрав книгу на место.

— Мы не можем быть уверены, что кому-то из учеников понадобился конкретный ритуал, — Гермиона тяжело сглотнула. — Быть может, студент взял книгу для… легкого чтения.

Северус посмотрел на нее как на наивную дуру. Но стоит отдать ему должное, вслух такое оскорбление не сказал.

— Тогда ответьте мне на вопрос: почему он вынес книгу тайком?

— Она довольна специфична, чтобы ее выдали на руки просто так. У преподавателей и мадам Пинс могли бы возникнуть вопросы.

— Чушь, — Северус небрежно махнул рукой в сторону другого коридора. — Студент мог бы сказать, что книга ему нужна для углубленного изучения прорицания или для написания доклада. Никто бы не стал вдаваться в подробности. А мадам Пинс… Она куда более любопытна в делах житейских, чем в тех, где дело касается литературы.

— И откуда же вам это знать? — Грейнджер остановилась у другого стеллажа.

— К моему глубокому несчастью, Пинс сидит рядом со мной практически на всех ужинах. Я становлюсь невольным слушателем ее сплетен о том, что происходит в библиотеке, когда кто-нибудь из студентов думает, что их не видно.

— Так можно же не слушать, если вам так неинтересно.

Раздался тихий смешок:

— Кто сказал, что неинтересно?

Гермиона удивленно моргнула и только сейчас осознала, что у них впервые со Снейпом сложился нормальный разговор, в котором не прозвучало ни одного оскорбления.

— Кажется, книгу взяли отсюда, — Гермиона посветила на пустое место среди других книг на полке по прорицанию.

— Видимо. И судя по тому, что пыли здесь достаточно, ее точно не возвращали.

— Мы вроде и так знали эти два факта. Зачем мы тогда сегодня сюда пришли?

— Чтобы убедиться, что мадам Пинс еще не выжила из ума.

— Чисто теоретически студент мог бы положить книгу в другое место?

Северус задумчиво почесал бровь:

— Вряд ли. В обычной библиотеке книги сами раскладываются по местам, а тут, думаю, должно быть еще строже.

Когда они вышли из библиотеки, все дружелюбие Снейпа, наблюдаемое за ним в последние минуты, выветрилось:

— Когда будете идти в комнаты, не испугайтесь собственной тени.

— Как продвигается расследование? — Минерва с любопытством посмотрела на Северуса и Гермиону, которые вот уже как полчаса находились в одной комнате и не разу не сцепились в обоюдных оскорблениях.

С момента посещения запретной секции прошла практически неделя А значит, до Рождества оставалось совсем немного — десять дней. Волнение директора по поводу пропавшей книги не утихали. Наоборот, с каждым днем она все больше и больше размышляла об этой пропаже. И каждый раз, заходя в учительскую, она надеялась, что ее обрадуют столь долгожданной книгой. И в качестве благодарности судьбе за столь щедрую находку, она даже пообещала, что не будет строго наказывать провинившегося студента.

— Книги действительно нет в библиотеке довольно давно, студентов мы опросили — все молчат. Недавно я договорился с домовыми эльфами, они аккуратно посмотрели личные вещи студентов. Там тоже пусто, — довольно лениво ответил Снейп, разглядывая колдографии последнего выпуска Пророка.

— Я не давала разрешения досматривать вещи студентов!

Северус поднял на МакГонагалл взгляд, который вопил о том, какую глупую вещь только что сказала эта женщина:

— Минерва, домовики делают ежедневную уборку в комнатах студентов, наводят там порядок и стирают их вещи. Поэтому тот факт, что они должны были обратить чуть более пристальное внимание на книгу по темным заклинаниям, ничего не меняет.

Директор поджала губы и обратила свое внимание на Грейнджер, которая тихо сидела напротив Снейпа, вчитываясь в доклады студентов. Минерва прокашлялась:

— Гермиона, а что ты думаешь на этот счет?

— Я согласна с профессором Снейпом. На данном этапе мы сделали все, что было в наших силах и компетенции. Мы можем и дальше заниматься этим… расследованием, но там уже нужны другие полномочия. Личный досмотр комнат. Однако, нас всего двое, а перепрятать книгу не так сложно. Во-вторых, она может быть спрятана в любом уголке как Хогвартса, так и за его пределами. Например, где-то в Запретном лесу или Воющей хижине.

Где-то на словах «я согласна с профессором Снейпом» чаем подавались мадам Трюк. Остальные преподаватели подавались печеньем и чаем, когда Северус, не отрывая взгляда от Пророка, высказал ответное соглашение с последними словами профессора Грейнджер.

— Но надо что-то делать, — Минерва хлопнула ладонями по кожаным подлокотникам своего кресла. — Одно дело, если студент просто забыл вернуть книгу, другое дело, если он пытается повторить какой-то темномагический ритуал.

— Может, мы не будем сгущать краски настолько? — осторожно предложила Вектор.

— В самом деле, Минерва, — Снейп свернул газету, которую ему так и не удалось нормально прочитать, и сложил руки на груди. — Самое страшное, что может произойти — это если студент принесет себя в жертву. Об этом мы узнаем, когда не досчитаемся одной головы за завтраком следующего дня.

— Северус!

— Вы разводите лишние кудахтанья, — чуть повысил голос зельевар. — Ты не хочешь выносить все это за пределы кабинета, однако каждый студент уже знает что и откуда пропало. Не легче ли собрать абсолютно всех студентов одного факультета в Большом зале и объявить о пропаже? Тот, кто виновен, обязательно выдаст себя. Потому что они все малолетние идиоты, и среди нынешнего поколения нет ни одного достойного примера, который мог бы серьезно заняться темномагическими ритуалами.

В учительской повисла тишина. Минерва, поджав губы, смотрела на огонь в камине, остальные тоже затихли, вернувшись к своим делам. Посчитав, что дело сделано, Северус поднялся с кресла и, поправив мантию, спокойно вышел из учительской, даже не хлопнув дверью.

* * *

Делать было нечего, поэтому на следующий же день Минерва пригласила деканов факультетов в Большой зал. Обсудив кратко процедуру, факультетам по очереди было позволено заходить. Вопросы были одни и те же. МакГонагалл спрашивала, Северус же коршуном вглядывался в лица каждого студента, надеясь вычислить испуг.

Тряслись все. И либо это было из-за того, что всем было страшно, какая именно книга попала в руки студенту, либо потому что кто-то знал правду, но скрывал ее.

Снейп хотел предложить директору провести сеансы легелименции со студентами старших курсов, но времени на это не было, как и сил, желания и прав.

Мадам Пинс ежедневно следила за тем пустым местом на полке прорицания в Запретной секции, а библиотека стала охраняться еще строже. Как итог — результатов не было. И это бесило Северуса сильнее, чем даже вынужденное редкое общество Грейнджер.

Так прошла еще неделя безрезультатных поисков. Преподаватели практически в полном составе по обыкновению сидели в учительской, что-то изредка обсуждая, когда в дверь постучали. На пороге появился Филч.

На лице старого сторожа покоя Хогвартских коридоров была мрачная улыбка, которая не нравилась абсолютно никому из присутствующих. Между его ног сидела Миссис Норрис, внимательно глядя на присутствующих своими красными глазами.

— Мы кое-что нашли, директор, — прихрамывая, он прошел к столу, прижимая к груди какой-то бумажный сверток. — Миссис Норрис почувствовала неладное в коридоре на третьем этаже, и мы поспешили туда. В этом время студенты уже сидели по своим гостиным, но кто-то не спал. Нам не удалось найти нарушителя, однако…

Он хрипло рассмеялся, выдерживая паузу и всматриваясь в лица присутствующих:

— Это очень интересное дельце, госпожа директор. Думаю, вам стоит взглянуть на это…

Он небрежно вытряхнул содержимое на журнальный столик, наблюдая за реакцией присутствующих. Со стороны казалось, что старик наслаждается происходящим, впитывая отвращение и страх, которые вызвала его находка.

На столе, среди исписанных листов пергамента, лежала окровавленная тряпка. И на ней было не просто несколько капель. Нет. Казалось, что ею вытерли целую лужу крови.

Минерва с ужасом вздохнула, прижимая ладонь ко рту. Женщины отвернулись, не желая смотреть на неприятное зрелище. И только Северус и Флитвик склонились чуть ближе.

— Вы видели, куда побежал студент?

— Мы видели только тряпку, сэр, и то, что осталось от лужи крови, — Филч внимательно всматривался в находку. — Миссис Норрис почувствовала неладное, мы услышали какой-то шум и побежали. Однако успели только к финалу сцены.

— Северус, что ты думаешь? — тихо спросил Флитвик, делая несколько шагов назад.

Снейп достал палочку и вывел несколько заклинаний:

— Мы вряд ли сможем вычислить обладателя, только если ты не собираешься взять по капле крови у всех студентов.

— Но если сейчас мы пойдем осматривать студентов, то мы сразу вычислим, кто… — Минерва осмотрела профессоров.

— Вряд ли, — поморщился Снейп. — Даже студенты первых курсов сейчас знают базовое заживляющее. И в конце концов, у каждого второго найдутся какие-то царапины.

— Не много ли крови из-за царапины? — с сомнением спросила директор. — И все же я считаю, вы должны внимательно осмотреть студентов и опросить старост, не замечали ли они чего-то странного за кем-то в последние дни.

Северус что-то проворчал про то, что все студенты странные. Однако без лишних вопросов отправился вместе с другими профессорами в гостиные факультетов. Филчу же велели еще раз осмотреть туалет на предмет каких-то подозрительных следов. Никто в тот момент не чувствовал себя более важным и нужным, чем Аргус Филч.

* * *

Никаких серьезных ран или других увечий у студентов не оказалось. По просьбе Минервы Северус все же провел несколько простых ритуалов, но результатов это сомнительное действие не принесло. Кровь уже успела достаточно высохнуть и была единственной зацепкой. Филч, как и предполагали в глубине души все остальные, больше никаких интересных вещей в туалете не обнаружил. Поэтому все сошлись на мнении, что все это было по случайности и, раз все студенты на месте, то переживать не стоит. Хотя Минерва, думавшая по обыкновению больше других, начала строить догадки, не связана ли это сомнительная лужа крови с пропавшей книгой.

Оставив мантию лежать на кресле в своих комнатах и взяв из шкафа две небольшие бутылки огневиски и вина, Северус направился к покоям Грейнджер. Ему не доставало никакого удовольствия общаться с ней больше необходимого, однако невольно, после спокойного разговора в Запретной секции и мирного краткого общения в учительской исключительно по рабочим вопросам, Снейп задумался, что она и правда могла бы стать неплохим собеседником. В добавок ко всему, у него было несколько идей на счет книги, да и выглядела девушка несколько потрясенной сегодняшней находкой Филча.

Последнее было для него странным, но вместе с тем и понятным. Несмотря на все пережитые ужасы войны, она могла бы со спокойной душой и полным хладнокровием смотреть на всю произошедшую ситуацию. С другой стороны, к спокойной жизни без какие-либо связей с темными ритуалами привыкаешь достаточно быстро. И даже сам Северус почувствовал легкую тошноту, подступающую к горлу, когда увидел окровавленную тряпку в руках Аргуса.

— Кто там? — спросила Гермиона, когда в дверь ее покоев постучали.

— Не дайте мне повода усомниться в ваших интеллектуальных способностях.

Усмехнувшись, она открыла дверь, и Северус, не спрашивая разрешения, прошел мимо нее и сел в кресло.

— Я принес огневиски и, на случай если вы его не пьете, захватил с собой вино.

— Как мило с вашей стороны, — Гермиона села в кресло напротив, поджимая под себя ноги и откладывая книгу на стол. — Что привело такого общительного человека ко мне?

Северус посмотрел на нее исподлобья и призвал бокалы с другого стола, которые он сразу же заметил, как только вошел сюда:

— Помолчите, пожалуйста.

— Вы думаете, стаканы с надписью «лучшей подруге» и «веселого Рождества, задница» подходят для распития огневиски?

— Возьму себе с задницей, если вы не против, — он налил алкоголь в бокалы и протянул один ей. — Как говорится: слишком много чего-либо — это плохо, но слишком большого количества хорошего виски едва хватит.

— И кто это сказал? — делая небольшой глоток, с легкой улыбкой спросила Грейнджер.

— Какой-то классик.

— И многих классиков вы знаете?

— Достаточно, чтобы цитированием оправдывать распитие виски.

Гермиона тихо рассмеялась, помотав головой:

— Так что же вас все-таки вынудило подняться в мои комнаты из подземелий?

— Гермиона, — Северус внимательно посмотрел на нее, а потом вздохнул, переводя взгляд обратно на остатки виски в бокале. — Я понимаю, что вид крови в столь спокойное время потряс вас, но, возможно, это небольшая зацепка по нашему с вами делу.

— Я бы не сказала, что он меня потряс…

— Вы отвернулись.

— Вид крови не может быть приятен, только если вы не маньяк или волк, — поморщилась Гермиона и сделала глоток из своего рождественского бокала, который по атмосфере совсем не подходил к их разговору.

— Тем не менее я считаю, что…

— Я сама могу справиться со всеми потрясениями, которые встречаются в моей жизни. Вам нет необходимости переступать через собственные принципы и бежать меня успокаивать.

— Хоть раз в жизни вы можете заткнуться и принять помощь? — громче, чем того требовала ситуация, спросил Снейп и внимательно посмотрел на нее. — Никому из преподавателей не была приятна эта ситуация. Мне неприятна эта ситуация. Это мерзко и отвратительно, особенно когда провинившийся не соизволил ни убрать за собой следы, ни обратиться за помощью хотя бы к Поппи.

Гермиона в миг сникла после его речи и не смела поднять на него взгляд в следующие несколько минут. От неожиданного приступа заботы с его стороны в груди разлилось давно забытое тепло, однако объяснить себе поступок Северуса ей бы вряд ли удалось.

Он задумчиво забарабанил по подлокотнику кресла, то и дело посматривая на собеседницу. Снейп не выдержал первый:

— Скажете что-нибудь?

— Ранее вы велели мне заткнуться…

Северус цокнул:

— С вами всегда так сложно?

— А с вами?

Снейп поджал губы, отставил бокал с недопитым виски и встал:

— Прошу прощения за вторжение. Больше не посмею вас побеспокоить.

Он уже дошел до двери, когда позади послышался скрип кресла и тихие шаги по ковру:

— Подождите.

Северус замер и повернулся, хмуро глядя на нее.

— Спасибо, что зашли и… Давайте обсудим, что вы хотели обсудить… На счет книги.

Он кивнул, но так ничего и не сказал. Гермиона тем временем вернулась и села в кресло, взяв бокал:

— Извиняться не буду, можете не ждать.

— Ну слава Мерлину, — вздохнул Северус и тоже вернулся к креслу и виски. — В противном случае я бы подумал, что вы раскисли окончательно.

Сидели они долго, наверное, до полуночи. Северус озвучил несколько мыслей, где студент мог бы проводить обряд прорицания. Тайная комната и Выручай комната сразу отпадали. И тогда зельевар предложил Крипту. О ней было мало известно, а сам он слышал о ней только во времена своей учебы. Однако игнорировать ее существование было бы глупо. Особенно после случая практически десятилетней давности с Тайной комнатой.

Разговор плавно перетек к книгам по прорицанию, и они нашли общее соприкосновение в этом вопросе, — и Северус, и Гермиона считали эту область ненаучной и крайне сомнительной. Потом успели обсудить последние слухи в волшебном мире. И на удивление Грейнджер, Снейп был крайне осведомлен в житейских делах. Вместе с тем он часто беззлобно острил. Но если что-то недоброе мелькало в его речи, то направлено оно было точно не на Гермиону. Под конец встречи Северус расслабился настолько, что несколько раз искренне негромко рассмеялся.

Разошлись они в тот вечер по нескольким причинам: полночь, пустая бутылка виски и правила приличия, которые не позволили Снейпу и дальше оккупировать покои коллеги.

Встретиться с Северусом Гермионе предстояло рано утром следующего дня. Солнце еще не поднялось из-за леса, вид на который открывался из окон Больничного крыла, когда девушка тихой поступью пробралась к шкафчику с легкими зельями. Бодроперцовое у нее, как назло, закончилось, а головная боль, виновниками которой безусловно были виски и метель, разыгравшаяся прошедшей ночью, сама по себе исчезать отказывалась.

Так вот, Гермиона медленно шла по каменному полу Больничного крыла, стараясь не светить сильно Люмосом в лица спящих пациентов. И только ее холодная рука коснулась нужного флакончика на полке, как где-то открылась дверь и по полу подул пронизывающий сквозняк. Из дальней двери послышался тихий разговор.

Не сумев обуздать свое природное любопытство, девушка тихо приподнялась на носочки и, крепко сжимая в одной руке волшебную палочку, а в другой флакон с нужным зельем, пошла на шум, ближе к тонкой полоске света, что падала из-за приоткрытой двери в дальнем конце помещения.

— Немыслимо! Просто немыслимо. Филиус…

— Мы все поражены, Минерва. Если бы Стивен вовремя не заметил нездоровое состояние Майкла, я…

— Закройте рты.

Последний голос без всяких сомнений принадлежал Снейпу. Он что-то тихо бормотал. И судя по этому злостному звуку, который больше напоминал шипение клубка змей, ему совсем не нравилось находиться здесь.

— Не затыкай мне рот, Северус! — Минерва чуть повысила голос.

— Я перестану это делать только тогда, когда ты наконец-то перестанешь дергать меня из кровати в раннее утро…

— С похмелья, — закончила за него директор. — Чем быстрее ты все сделаешь, тем быстрее вернешься в свои покои и продолжишь смотреть красочные сны.

— Мне. Не. Снятся. Сны! — чуть ли не прокричал Северус. — И к твоему сведению легилименция это не быстрый процесс, особенно после чистки памяти. Особенно, если это делал какой-то дилетант.

— Тут кто-то… —- за дверью послышался голос Поппи. Грейнджер не успела спрятаться за ширму, как ее подслушивание тут же вычислили. — О, Гермиона, хорошо, что это вы. Я уж подумала, что какой-то студент подслушивает и… Проходите, проходите. Что-то случилось?

Гермиона сжала в руке покрепче флакон с зельем от головной боли и сглотнула, встречаясь с хмурым взглядом Северуса, который, впрочем, насмешливо хмыкнул, поняв, что именно за зелье держит она в руке. Присмотревшись, Гермиона заметила точно такой же флакончик, который выглядывал из кармана его брюк.

— Голова что-то разболелась, — она неуверенно потерла шею. — А у меня закончились зелья и…

— Страшная метель была ночью, — со знанием дела кивнула Поппи. — У Северуса тоже сегодня голова разболелась.

— У Северуса голова разболелась несколько по иной причине, — пробормотала Минерва, все еще с недовольством смотря в его сторону и припоминая ему взглядом, что она не забыла его грубый тон несколькими минутами ранее.

— Уверен, что по той же самой, — тихо пробормотал он, вновь обращая все свое внимание на студента, который сидел перед ним и невидящим взглядом смотрел куда-то вперед. — Как бы ни были увлекательны причины головных болей всех живущих на земле, лишние зрители тут совершенно не нужны.

Ученик что-то простонал, и теперь все внимание преподавателей и Поппи было обращено полностью к нему. Он что-то тихо шептал, слегка покачиваясь, а в глазах застыл неподдельный ужас.

Северус нахмурился, придвинулся ближе и, направив волшебную палочку на висок Майкла, тихо прошептал заклинание, погружаясь в его взломанный разум.

—Я… я не уверен, что это стоит делать. Подожди, — Майкл в испуге спрыгнул с подоконника в коридоре и сделал несколько шагов, отступая от собеседника, силуэт которого в сознании парня был размыт. — Прошу, давай не будем этого делать. Я передумал. Я не хочу участвовать ни в каком ритуале!

Голос собеседника был плохо различим, однако уловить отдельные слова Северусу все же удалось. Он уговаривал Майкла сделать то, о чем они договаривались, пытаясь напомнить ему о данном обещании. В последней брошенной фразе речь шла о том, что следовало бы взять с него Непреложный обет.

После этой фразы в Майкла прилетела вспышка заклинания. Наступила темнота.

Северус вынырнул из воспоминаний, тяжело дыша и ругаясь на усиливающуюся головную боль. Память мальчику определенно почистили. И на удивление Снейпа, сделали это не совсем плохо для студента. Будь сейчас другая ситуация и другие обстоятельства, он бы не отказался позаниматься с этим студентом. Однако, все вокруг кричало о грубом и непозволительном поведении, которое поощрать никто не имел права.

Вопреки всеобщим переживаниям затронуты были лишь поверхностные слои памяти, без фундаментальных изменений. А значит нынешнее состояние Майкла — шок и лишь легкое помутнение рассудка, которое Поппи исправит за несколько дней приема зелий.

Немного поразмыслив, Северус объяснил, что именно случилось с Майклом и пересказал кратко сцену, которую ему удалось увидеть. После этого, резко подскочив с больничной койки, Снейп удалился, чудом не задев плечом стоящую на проходе Гермиону.

* * *

— Что вы думаете на счет утреннего события? — Гермиона со всей грациозностью, которая только могла бы быть в ней с утра выходного дня с легкого похмелья, опустилась на стул в Большом зале по соседству с Северусом.

Снейп вздрогнул, демонстративно немного отодвинулся и вновь с величайшим интересом обратил внимание на завтрак в тарелке.

— Не стоит делать вид, что вы не слышали моего вопроса, — тихо произнесла Гермиона, наливая себе тыквенный сок из графина и назло мрачному хозяину подземелья придвинулась ближе к нему.

— Не стоит делать вид, что мы с вами друзья, мисс Грейнджер.

— Профессор Грейнджер, на случай если вы вновь решили вернуться к тому, от чего мы только вчера ушли. Это во-первых. Во-вторых, я ни в коем случае не собираюсь становиться вашим другом. В-третьих, я…

— Помолчите, Мерлина ради, — он бросил на нее недовольный взгляд, откидываясь на спинку стула. — Вы даже не можете молча есть, не так ли?

— Как видите, — ухмыляясь, ответила девушка, полностью копируя его позу, чем начала бесить его в это утро еще сильнее.

— Так что же может заткнуть вам рот, профессор Грейнджер? — с издевкой произнес Северус, внимательно глядя на нее.

— Не знаю, коллега, не знаю, — с улыбкой протянула Гермиона. — Может быть, ответ на мой вопрос…

Он смотрела на нее добрые несколько минут, прежде чем ухмыльнулся и вернулся к завтраку. Странным образом перепалка с ней была больше как дань уважению их прошлым конфликтам и развлечением, но былого раздражения Снейп больше не ощущал. Напротив, в отдельные дни, когда она пропускала мимо ушей какой-то едкий комментарий или не поддерживала перепалку дольше необходимого, Северус в глубине души расстраивался. И вот тогда уже настроение точно портилось. И как следствие, перепалки в такие дни становились уже далеко не шуточными.

Сейчас же ему больше нравилось, что Грейнджер, точнее Гермиона, как в мыслях все чаще и чаще он называл ее, улыбалась во время перепалки. Это обезоруживало и снижало уровень язвительности в его крови. Снейп не мог знать наверняка в такие моменты, однако ему казалось, что и Грейнджер, точнее Гермионе, такая перемена по душе.

— Что именно вы хотите узнать, Гермиона? — тихо произнес он, в надежде, что соседи по столу слишком заняты своими завтраками.

— По-моему, мой вопрос был сформулирован достаточно ясно и четко. Мне повторить, или вы таким способом просто даете себе дополнительное время подумать? — она откусила кусочек печенья. — Если последний вариант верен, то с ответом я вас не тороплю.

Северус прикрыл рот рукой и усмехнулся, но сделал это так, чтобы известно об этом грандиозном событии стало только его собеседнице:

— Вы куда коварнее, чем кажетесь, Гермиона. Я думаю, что это напрямую связано с исчезновением книги. И также у меня есть все основания полагать, что студент, который стал причиной этого переполоха, учится на Когтевране.

— Довольно смелое предположение. Почему не Слизерин или Пуффендуй?

— Или Гриффиндор? — передразнил он ее. — Не знаю, замечали ли вы когда-нибудь или нет, но Когтевран самый обособленный факультет. Очень мало людей из него, кто общается с другими домами. Так было всегда. Безусловно, есть исключения и не мало. Однако для это утверждения у меня есть неоспоримый факт. Даже если пострадавший Майкл дружил со студентом из другого факультета, то никому бы, кроме хорошего знакомого, он бы не дал поспешное согласие на проведение ритуала. Таким знакомым с вероятностью в девяносто девять процентов мог стать только другой Когтевранец. И скорее всего, его хороший друг.

— Тогда мы можем спросить у Майкла, как только тот придет в себя, с кем он общается ближе всего и…

— Устроить допрос? — Северус задумчиво пожевал бекон. — Можно, конечно, но ему восстанавливаться еще около недели. Слишком много времени. Нам бы до отъезда учеников выяснить всю эту ситуацию.

— Тогда какие варианты? — с искренним интересом спросила Гермиона. Девушка соврала бы самой себе, если заявила, что ей совсем не нравится принимать участие в этом расследовании. Любопытство и жажда приключений все еще были горячи и свежи в ее памяти со времен ее обучения в Хогвартсе. Вдобавок ко всему, Северус Снейп оказался довольно интересным собеседником. Поэтому такую возможность — вспомнить старое и изучить что-то (а точнее кого-то) нового — она никак не могла упустить.

— Предлагаю исследовать варианты на предмет каких-то следов темной магии.

— Крипту? — понизив голос до еще более тихого шепота, произнесла Гермиона, во все глаза смотря на собеседника.

— Я еще думаю над этим вариантом. И плюсом ко всему, надо понять, как туда проникнуть. Чтобы не терять времени даром, предлагаю осмотреть другие сомнительные места.

— Думаю, Тайную комнату можно не брать в расчет. Вряд ли этот студент способен ее открыть.

— Минерва запечатала ее сразу после Битвы, — задумчиво произнес Северус, отодвигая от себя недоеденный завтрак. — Предлагаю осмотреть Воющую хижину, окраины Хогсмида. Завтра заглянем в то, что осталось от Выручай комнаты. Запретный лес не предлагаю, кентавры сразу бы почувствовали что-то неладное и доложили об этом либо Минерве, либо Хагриду.

— Так, может быть, ритуал еще не совершался. А соответственно никаких следов быть и не может.

Снейп пожал плечами:

— Сомневаюсь. Каждый ритуал, как правило, совершается в несколько этапов. А так как практически все студенты решили покинуть Хогвартс на Рождественские каникулы, то подготовка к нему уже началась. А значит…

— Следы темной магии уже есть, — закончила за него Грейнджер, задумчиво смотря на стол Когтеврана. Как бы ни старалась она заметить что-то необычное в поведении хотя бы одного студента, ничего подобного не обнаруживалось. — Тогда встречаемся через час у главных ворот Хогвартса.

Северус не успел хоть как-то отреагировать на это предложение, но судя по всему, с его мнением в этом вопросе не особо-то и считались.

Она бежала к нему от самых дверей Хогвартса. Пару раз споткнулась, где-то поскользнулась, но выглядела вполне счастливой. Северуса такая эмоция озадачила, учитывая, что на встречу именно с ним торопилась Гермиона.

— Думала, вы не придете, — запыхавшись, объявила Грейнджер, часто дыша и поправляя шарф. Щеки и нос ее покраснели от мороза и бега, а на ресничках стал образовываться иней, отчего карие глаза стали еще более выразительные и в них появился блеск.

Северус молчал и смотрел на нее. Девушка усмехнулась и щелкнула пальцами перед его носом:

— Заснули?

— Пытаюсь дать вам время отказаться от поспешных выводов и не дать мне усомниться в ваших умственных способностях.

Снейп развернулся и медленно направился в Хогсмид. И ему очень повезло, что на улице было мороз: именно на него можно было списать румянец, появившейся на впалых бледных щеках.

Гермиона догнала его и теперь бодрым шагом, не забывая спотыкаться каждые метров двадцать, шла рядом.

— Вы выглядите хмуро, — все-таки подметила она его отстраненное настроение, когда они уже вышли на главную улицу Хогсмида.

— Вам кажется, — буркнул он, обводя взглядом украшенные к Рождеству домики.

Везде висели гирлянды, по крышам некоторых домов прыгали зачарованные снежные фигурки животных. Украшений было множество, все они были до невозможности яркими, но таковыми они были исключительно по мнению Северуса.

— Смотрите какие хлопушки! — воскликнула Гермиона и понеслась к одной лавке, в которой хлопушек и фейерверков было больше сотни видов.

Северус не успевал за ней, но был готов подхватить ее за руку в любую секунду, если девушка надумает снова поскользнуться. Так и произошло. Не добежав до лавки пары метров, Грейнджер бы растянулась прямо на перекрестке, но Снейп успел поймать ее.

Тряхнув Гермиону, будто она была несмышленым ребенком пяти лет, он хмуро посмотрел на нее:

— Мы пришли не развлекаться. Это раз. Два — я не ваша личная нянька, чтобы ловить вас под руку каждый раз, когда вы собираетесь разбить себе нос о лед под ногами.

Гермиона хихикнула, стряхивая с рукавиц снег:

— Не ворчите. Рождество — такой чудесный праздник, а тут столько украшений… Я столько не видела с курса пятого, наверное. Наконец-то чувствуется праздник…

В ее словах чувствовалась горечь и печаль. И как бы ни хотелось ему сказать что-то поучительное, он просто не смог. Кивнув и сделав шаг назад, Северус обвел взглядом лавку, к которой так спешила его спутница:

— Хотите что-то купить?

— Не думаю… Я никогда не запускала фейерверки. Хотела просто посмотреть…

Снейп цокнул, подошел к лавке, что-то сказал продавцу, вернулся к Гермионе с самым непроницаемым выражением лица, на которое был способен, и двумя фейерверками и спрятал их демонстративно в карман:

— Гермиона, слушайте меня внимательно, — он прищурился и, заведя руки за спину, продолжил. — Если ни разу не упадете и мы успеем сегодня со всей ответственностью осмотреть все выбранные локации, я их вам отдам.

— Похоже на подкуп.

— Разве? Мне казалось, это похоже на… исполнение мечты?

Гермиона не знала, как на это отреагировать, поэтому просто кивнула несколько раз и засмеялась, направляясь в сторону Воющей хижины.

Как следствие, ни в Воющей хижине, ни на окраинах Хогсмида никаких следов Темной магии обнаружено не было. Это было досадно, потому что всерьез Северус Выручай-комнату даже не рассматривал, а в Крипту лезть не хотелось. Он знал о ней из книг, каких-то рассказов старшекурсников еще со времен своего обучения в Хогвартсе, но никогда там не был и даже не представлял, как туда вообще попасть. С годами она стала чем-то мистическим и таинственным ровно настолько, насколько мистической и загадочной была Тайная комната, до появление в школе Поттера.

— И где же обещанный приз? — Гермиона, сама того не замечая, нетерпеливо переступила с ноги на ногу, с озорством посматривая на Снейпа.

Они стояли на небольшой возвышенности, недалеко от ворот Хогвартса, и отсюда открывался завораживающий вид на Черное озеро, которое под ночным небом действительно выглядело черным.

— Какой приз, Гермиона? — с искреннем удивлением спросил Северус, всеми силами стараясь скрыть рвущуюся наружу ухмылку.

— Фейерверк, — совершенно с детской наивностью ответила Гермиона. Она начала переживать, что он успел их где-нибудь потерять, пока они бродили по Хогсмиду и собирали пыль в Воющей хижине.

Снейп смотрел несколько секунд, но после не был способен больше держать серьезное лицо и тихо рассмеялся:

— Вы похожи на ребенка.

— Я и есть ребенок… в какой-то степени.

— Однако, вы каждый раз вступаете со мной в жесточайшую дискуссию, стоит мне назвать вас ребенком хоть раз.

— Важное уточнение, Северус, — Гермиона шмыгнула носом и продолжила. — Вы каждый раз называете меня «несмышленым ребенком». А это уже звучит как оскорбление.

Поспорить с таким утверждением было нельзя, да и не хотелось. И чего уж скрывать, Грейнджер никогда не была несмышленым ребенком. И хоть ей было уже чуть больше двадцати, Северусу сейчас отчего-то нравилось видеть в ее глазах этот живой интерес и любопытство, который как раз и бывает у детей.

— Ладно, давайте запустим фейерверки и вернемся в Хогвартс. Я хотел еще зайти в библиотеку.

— Не советую, — как между делом пробормотала Гермиона, наблюдая, как мужчина присел на корточки и сделал небольшие сугробики для фейерверков.

— Почему же? — с интересом полюбопытствовал он, глядя на нее снизу вверх.

— Мадам Пинс не любит, когда кто-то допоздна засиживается в библиотеке по выходным.

— И что вы предлагаете? Оставить поиск информации по Крипте на завтра? Нас итак с вами ожидает поход в Выручай-комнату. И я сомневаюсь, что нам с первого раза удастся выяснить, где именно в подземельях располагается вход в наше загадочное место.

— Я предлагаю… — Гермиона слегка зажмурилась и чихнула, закрывая лицо пушистыми шерстяными рукавицами.

— Не болейте.

— Обычно говорят «будьте здоровы».

— Разве это не одно и то же?

Девушка пожала плечами и улыбнулась:

— Так вот, я предлагаю взять нужные книги и отправиться на кухню.

— На кухню? — он усмехнулся.

— Северус, не делайте вид, что у вас плохо со слухом, потому что я совершенно точно знаю, что это не так, — она вздохнула и выпалила на одном дыхании. — Честно говоря, я до жути хочу тыквенный пирог со сливочным пивом. И хочу посидеть на кухне. Поэтому выбирайте: либо вы идете туда со мной, либо я пойду туда в гордом одиночестве.

Снейп мог бы в эту самую секунду громко и искренне рассмеяться из-за того, что Грейнджер подумала, будто ему нравится проводить время в ее компании. Но ему нравилось, и совершенно не хотелось сидеть в одиночестве в библиотеке или в своих комнатах. Поэтому кивнув и скрыв улыбку за упавшими волосами, он произнес:

— Незачем так громко кричать. Кухня, так кухня, — он поднялся и, отряхнув колени от снега, подошел к Грейнджер. — Готовы поджигать?

— Я?

— Вообще-то мы тут вашу мечту исполняем, не мою, — Северус завел руки за спину. — Давайте, давайте.

Две маленькие искры слетели с кончика ее волшебной палочки, и темное небо, с которого на землю снова начал сыпать белый и пушистый снег, озарили вспышки волшебных фейерверков. Они принимали причудливые формы магических зверей, громко хлопая над головами двух профессоров Хогвартса. Гермиона с восторгом следила за каждой искрой, что появлялась и затухала на небе от фейерверка, а Северус старался не быть пойманным на том, что стоит и рассматривает счастливое лицо коллеги. Наверное, на Рождество он подарит ей целую коробку этих фейерверков. А может быть, даже две. И сливочное пиво.

* * *

Домовиков не было ни слышно, ни видно, книги про историю Хогвартса уже были закрыты и лежали на краю стола, а Северус и Гермиона расположились с пирогом и сливочным пивом перед камином.

— Странно, что упоминаний про Крипту практически нет, — задумчиво пробормотала Гермиона.

— Не говорите с набитым ртом, пожалуйста, — Снейп стряхнул с брюк крошку.

— Извините, мы просто целый день бродили по холоду и даже ни разу не поели.

— Уж не собираетесь ли вы сделать меня виновным в отсутствии ваших манер?

Вместо ответа Грейнджер несильно пнула его в ногу:

— Помолчите, пожалуйста.

Северус усмехнулся, сделал глоток из бутылки и, подперев голову кулаком, задумчиво посмотрел на собеседницу. Как так вышло, что та, кого он с ее первого курса на дух не переносил, теперь сидела перед ним и ему это нравилось?

— Почему ты работаешь в Хогвартсе? — тихо спросил он, не сводя взгляда с ее лица, на котором красиво играли блики огня из камина.

— Мы перешли на «ты»?

— Имеются возражения?

Она с улыбкой отрицательно помотала головой:

— Нисколько.

— Так почему?

— Здесь спокойно… и надежно.

— Брось, — Северус вытянул ноги поближе к теплу, невольно соприкасаясь с ее ногами. — При столь активной деятельности во время учебы в жизни не поверю, что ты захотела состариться в этих стенах к тридцати годам.

Гермиона опустила взгляд на бутылку в своих руках и вздохнула:

— Я… пробовала поработать в Министерстве. Но планка слишком высока. Быть может, когда-нибудь я пересмотрю свое решение и снова вернусь в «большой мир», но пока хочу быть здесь.

— Да это же практически дом престарелых, — Снейп невесело усмехнулся. — И детдом по совместительству.

— Однако ты тоже здесь работаешь. К какой категории себя относишь?

Немного подумав, Северус ответил, смотря ей прямо в глаза:

— Детдомовец, который слишком быстро постарел.

— Мне кажется, здесь можно охарактеризовать «детдомовцами» всех, — повертев бутылку в руках, пробормотала девушка.

— Думаешь?

Она кивнула:

— Я, конечно, благодарна родителям, что они сделали такой выбор, дав мне возможность узнать о волшебном мире. Хотя я даже представить не могу, насколько им было тяжело сделать такой выбор. Это даже не школа пансион в привычном понимании. Но знаешь… — Гермиона немного помолчала и нахмурилась. — В какие-то моменты мне бы хотелось, чтобы они не отпустили меня в Хогвартс.

— Тогда ты бы умерла. Никто не смог бы купировать магию в тебе, и в конечном варианте это бы привело к трагедии. Возможно, даже к большей трагедии, чем безвозвратно стертая память твоих родителей сейчас, — тихо произнес Северус, не сводя с нее взгляда. — Не думаю, что кто-нибудь хотел бы, чтобы ты умерла.

— Думаю, пара человек найдется, — усмехнулась Грейнджер, делая глоток.

— У каждого человека найдется несколько десятков таких, а у кого-то даже больше. Но из близкого окружения и тех, кто не относится к Пожирателям, такие вряд ли найдутся.

— Я думаю, ты был бы не против, если я вообще никогда не появлялась в Хогвартсе, — без обиды произнесла девушка, объявляя это как само собой разумеющийся факт.

— Напрашиваешься на комплименты?

— А ты умеешь их делать? — хихикнула Гермиона, чувствуя, как у нее горят щеки.

— Хочешь проверить?

Девушка закрыла лицо руками, и Северус расслышал какое-то подобие плача и смеха. Он улыбнулся.

— Давай-давай. Ты должна смотреть мне в глаза, когда я буду говорить комплименты, — Снейп наклонился чуть вперед и, взяв ее за запястья, развел руки Грейнджер в стороны. — Во-первых, я скажу про значимость. Готов поставить все свое состояние, что Поттер и Уизли без тебя бы просто не выжили.

— Удваиваю ставку, — с улыбкой произнесла Гермиона, смущаясь еще сильнее под его внимательным взглядом.

— Во-вторых, Минерва никогда бы не получила в свою власть такой пытливый ум, Гриффиндор остался бы без такого профессионального и понимающего декана, а волшебный мир остался бы без такой сильной и умной ведьмы.

— В-третьих?

Снейп усмехнулся:

— Нет, определенно есть пара плюсов, если бы тебя не существовало: седых волос на моей голове было бы куда меньша, а в моей кладовке бы сохранились несколько ингредиентов и… мою мантию никто не поджег.

Гермиона рассмеялась и не сильно пнула его по ноге.

— Так и знала, что что-то тут не чисто.

Снейп улыбнулся:

— Да ладно, чистая правда. Неужели не помнишь? Но на самом деле, я считаю, что твое отсутствие стало бы глобальной трагедией. И, как минимум, вместо того, чтобы сидеть сейчас на теплой кухне, пить сливочное пиво, которое я уже не пил лет десять и есть этот вкусный тыквенный пирог, я бы сидел в своей спальне, с какой-нибудь книгой и проверял очередную порцию домашних заданий, выплескивая злость и желчь, что копилась во мне с детства, на студентов, — он опустил взгляд и добавил чуть тише. — Думаю, твое отсутствие в этом мире стало бы для всех настоящей катастрофой.

— Я думаю, что твое отсутствие в мире тоже стало бы трагедией.

Северус поднял на нее взгляд и со всей серьезностью ответил:

— Без сомнений. Поэтому я здесь, чтобы превратить жизнь окружающих в настоящую катастрофу.

Гермиона улыбнулась:

— Я серьезно.

— Так ведь я тоже не шучу, — Северус опустил взгляд вниз. — Не то чтобы мне не приятно сидеть здесь в твоей компании, но думаю, что пора спать. У нас завтра немало дел — перелопатить оставшиеся книги в библиотеке и наведаться в Выручай-комнату.

— Да, наверное пора. Спасибо за вечер и фейерверки.

Снейп кивнул, вставая с кресла и отворачиваясь в сторону двери:

— Пойдем, я тебя провожу.

— Я взрослая девочка, дойду и сама.

Он развернулся и внимательно посмотрел на нее:

— Только вчера была обнаружена кровь в туалете на третьем этаже, а сегодня утром у студента почистили память. Это небезопасно.

— Я профессор, если ты помнишь. Думаю, смогу за себя постоять.

Северус нахмурился и сверлил Грейнджер внимательным взглядом, пока она не кивнула, еле скрывая улыбку:

— Ладно. Буду благодарна, если проводишь меня.

Такой ответ порадовал обоих. Расстались они возле комнат Гермионы. Быть может, Снейп и хотел бы зайти, однако посчитал, что это будет слишком подозрительно и совсем немного нагло. И, пожелав добрых снов, он направился в подземелья с легкостью на душе и совершенным отсутствием желания хотя бы немного поспать.

В Выручай-комнате, как тайно и предполагал Северус ничего найти не удалось. В библиотеке нужной литературы также не оказалось, хотя Гермиона думала, что они нашли не все книги. Всю неделю в учительской они что-то изредко обсуждали под любопытными взглядами других профессоров, однако делу это никак не помогало.

И вот в ночь перед Рождеством, Снейпу не спалось. Он собрал из своей личной библиотеки все книги, заново внимательно изучая их содержание, которые так или иначе были связаны с самим Хогвартсом, а также с его историей и основателями. В некоторых Крипта не упоминалась вовсе, в других же, совершенно редких и ветхих изданиях, о ней вскользь рассказывалось рядом с историей возведения той части школы, за которую отвечал Салазар. Но где она находится сейчас, практически невозможно было бы определить. И тогда, стоя уже рано утром возле дверей Гермионы, Снейп был совершенно убежден, что им нужно спрашивать призраков.

Он не сомкнул глаз, но такая простая и совсем нехитрая догадка крайне воодушевила его. Поэтому каждую минуту в дверь декана Гриффиндора поступали точные громкие удары.

— Северус, если это ты, то я… — дверь распахнулась. За ней стояла сонная, взъерошенная и закутавшаяся в одеяло Гермиона. Судя по недоброму огоньку в ее карих глазах, а также криво надетых тапочках, она очень крепко спала и с удовольствием продолжила это делать, если бы один небезызвестный человек не нарушил ее покой.

— А если бы это был не я? — Снейп насмешливо посмотрел на нее. — Чтобы о тебе подумали люди?

Гермиона несколько секунд сонно смотрела на него, потом посильнее укуталась в одеяло и направилась обратно в сторону спальни, так ничего и не ответив. Сочтя это за очень своеобразное приглашение, Северус закрыл за собой дверь и последовал за ней.

Девушка лежала на кровати, все также закутавшись в одеяло, а на второй половине кровати спал Живоглот.

— Я внимательно слушаю, — пробубнил голос из-под одеяла.

— Ты не выглядишь как человек, который заинтересован в моем приходе.

Одеяло зашуршало:

— Я вообще сейчас не выгляжу как человек, который хоть в чем-то заинтересован, — Гермиона на секунду выглянула. — Если речь не о сне, конечно же.

Северус хмыкнул и сел на кровать:

— А я расскажу. В общем, я не спал всю ночь…

— И теперь решил, чтобы я тоже не спала…

— К твоему сведению, уже утро.

Грейнджер снова выглянула из под одеяла, быстро посмотрела в окно и, нахмурившись, легла обратно:

— Утро — это когда солнце, птички и все такое. А когда за окном метель и темное небо — это ночь.

Северус тихо засмеялся. На самом деле он был с ней сейчас полностью согласен. И даже был не прочь лечь спать:

— Не суть. В общем, я пролистал несколько книг про историю Хогвартса и основателей и ничего толком не нашел.

— Как жаль.

— Не язви, — он нашел под одеялом ее ступню и слегка пощекотал. — Есть всего один намек, одна идея.

— Вся во внимании.

— Я сказал — не язви. Так вот, по легендам на вход в Крипту указывают несколько змеек на кирпиче. Но в Хогвартсе столько кирпичей, что описать их количество можно только неприличными словами.

Гермиона тихо рассмеялась и наконец-то полностью показала свое лицо из под одеяла и с интересом уставилась на Снейпа.

— И у меня появилась одна идея — поговорить с призраками.

— С Кровавым Бароном?

— Как вариант. Но я бы предложил поговорить с Почти Безголовым Ником.

— Вряд ли он что-то знает…

— О, поверь, он может знать куда больше, чем кто-то другой в этом замке. Только надо найти подход. Просто так он не расскажет.

— Ник любит поболтать…

— Отлично. Для этого ты мне и нужна, — Северус встал с кровати. — Пойдем, пока студенты не проснулись.

Грейнджер вздохнула и снова накинула на голову одеяло:

— Это какой-то сюр, — пробубнила она. — Северус Снейп, самый вредный человек на всем земном шаре, заваливается ко мне в выходной день, перед самым Рождеством и заставляет куда-то идти в самую рань. Это отвратительно. Я не верю в происходящее…

— А как насчет сделки? — тихо спросил Северус. — Если мы найдем вход в Крипту, то с меня сливочное пиво и коробка фейерверков в рождественскую ночь. Что скажешь?

Послышался вздох и шуршание одеяла:

— Я бы и так с тобой пошла, но на сделку согласна.

— Слизерин по вам плачет, мисс Грейнджер, — усмехнулся Северус. — Горькими слезами.

— Профессор Грейнджер, коллега, профессор Грейнджер.

* * *

— Сэр Николас, доброе утро! — излишне радостно произнесла Гермиона, когда среди коридоров Хогвартса им все же удалось отыскать призрака.

— Мисс Грейнджер, давно с вам не пересекались, — он пролетел через нее и рассмеялся, наклоняя голову так, что та чуть не оторвалась.

— Почему ему можно называть тебя «мисс Грейнджер», а мне нельзя? — шепотом спросил Северус, пока Почти Безголовый Ник закреплял свою голову обратно.

— Потому что он — призрак, а ты — настоящая задница, — Гермиона отвернулась от него, слыша только вздохи негодования, и широко улыбнулась призраку. — Как ваши дела?

— Замечательно, мисс Грейнджер, — сэр Николас снова кивнул, но на этот раз более аккуратно. — Это чудо, что мы с вами встретились, потому что я как раз собирался отправиться на ежегодный съезд…

— Как? Вы не будете встречать Рождество в Хогвартсе?

— Не в этом году, к сожалению. Хотя для себя я расцениваю это событие больше как радостное. На Хэллоуин не получилось устроить вечеринку.

— Тогда хорошего вам Рождества, — Грейнджер заметила, как Северус нетерпеливо переступает с ноги на ногу. Странно, что ему самому не захотелось общаться с Ником. — А можно у вас спросить один момент? Про Хогвартс?

— Разумеется, мисс Грейнджер. Только быстро, иначе я рискую опоздать.

— Конечно, конечно. Вы знаете, где вход в Крипту?

Призрак задумчиво болтался в воздухе, смотря куда-то поверх голов Гермионы и Северуса:

— Обманул, значит.

— Кто обманул? — нетерпеливо вступил в разговор Снейп.

— Мистер Норман, — Почти Безголовый Ник несколько раз аккуратно кивнул. — Месяц назад или около того, ко мне подошел мистер Норман, шестой курс Когтеврана, и начал спрашивать про интересные места в Хогвартсе. Мол, он хотел побольше изучить историю, но в книгах так мало написано, а допуска в запретную секцию у него нет. И что-то про реферат… Я рассказал про Крипту.

— Что именно?

— Где она находится. О ней знают только я и Кровавый Барон. Возможно, госпожа директор тоже в курсе, но у меня есть некоторые сомнения на этот счет… Тут дело серьезнее реферата, да? Тот несчастный случай с мальчиком тоже с этим связан?

Северус кивнул, хмуро глядя на призрака:

— Где находится вход?

— В подземельях, в одной из ниш стоит ваза. Там практически никто никогда не ходит. И на одном кирпиче есть…

— Змейки…

— Совершенно верно, — сокрушенно пробормотал призрак. — Вход прост. Открывается по прикосновению палочки на каждую змейку. Я даже удивлен, что никто так и не нашел вход туда раньше…

— Потому что на вазе лежит одно очень простое, но вредное проклятие, — пробормотал Северус. — А учитывая, что эта часть коридора часто подтапливается, то туда вообще никто никогда не ходит, — Снейп строго посмотрел на Ника. — Что еще спрашивал мистер Норман?

— Ничего, — призрак помотал головой. — Думаете, произошло что-то страшное? Я не видел мальчика со вчерашнего обеда и… Мерлин, отныне буду прислушиваться к Кровавому Барону, чтобы он исчез.

Больше не сказав ни слова, Северус развернулся и стремительно пошел по коридору, слыша как скомкано поблагодарила Почти Безголового Ника Гермиона и побежала за ним. Сомнений не оставалось — путь в Крипту был неизбежен.

* * *

Северус и Гермиона стояли в том самом коридоре, о котором им рассказал Почти Безголовый Ник. В коридоре, в котором была ниша с вазой, скрывающая нужный им кирпич с тремя змейками. Коридор, в котором был вход в Крипту. Коридор, в котором не было света.

Они спустились в подземелья, прошли мимо гостиной Слизерина, студенты которой все еще спали, и дошли до самого края, который ознаменовался небольшой лестницей, спускающейся в темноту.

— Каждый студент может спокойно сюда пройти… — сокрушенно пробормотала Гермиона. Перед ее лицом был зажжен Люмос, однако он не помогал рассеивать ту тьму, что скопилась перед ними.

— Если бы здесь была решетка с замком, желающих спуститься вниз было куда больше, — со знанием дела ответил Северус. Он направил палочку сначала на свои ноги, потом на ноги девушки и тихо добавил. — Водоотталкивающее. Если я правильно помню, там много воды.

Два Люмоса практически никак не спасали ситуацию. Приходилось спускаться на ощупь, придерживаясь одной рукой за скользкую стену. В какой-то момент стали появляться какие-то звуки. От эха, что царило в этом коридоре, было непонятно — проснулись ли студенты и уже заполнили своими шумом коридоры Хогвартса, или шум доносился из глубины, куда им только предстояло спуститься.

— Гермиона, — Северус остановился и, развернувшись, внимательно посмотрел на девушку, подсвечивая лицо Люмосом. — Возвращайся назад.

— Смеешься надо мной? — сурово спросила она. — Ты разбудил меня, заставил тащиться перед самым Рождеством к Нику, а теперь, когда мы прошли уже половину пути, ты отправляешь меня обратно?

— Я хочу, чтобы ты вернулась.

— Хочешь забрать все лавры себе, а меня выставить дурой перед МакГонагалл? Снова?

— Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Северус сказал это так тихо, и так серьезно, что Грейнджер невольно вздрогнула. Его глаза казались совсем черными в свете только двух огоньков на концах волшебных палочек.

— Ничего не случится…

— Я переживаю за тебя, — несколько мягче произнес Северус и слегка прикрыл глаза. — Мы не можем предсказать, что там…

— А если тебе понадобится помощь? — с вызовом спросила она, на что Снейп тихо усмехнулся.

— Я думаю, ты немного забыла, с кем разговариваешь…

— Ты тоже.

Северус поджал губы, но кивнул. Он развернулся и продолжил медленно спускаться, слыша шуршание мантии о ступени и легкий стук каблуков Грейнджер. И на удивление, девушка была права, он определенно забыл, с кем разговаривал все это время, что она работает в Хогвартсе.

Последняя ступень привела их к затопленному коридору. Из стен торчали факелы, но сколько бы Северус ни старался поджечь их, ничего не получалось. Воды было по щиколотку, пахло какой-то тиной и чем-то еще. Гермиона поморщилась, но уверенно шла за ним.

— Теперь понятно, почему сюда никто не ходит, — задумчиво пробормотала она.

На стенах висели какие-то старые картины, жители которых уже давным давно перебрались в более сухие места Хогвартса. Но в остальном, коридор мало чем отличался от других в подземелье.

— Да, однако я бы на месте Минервы вообще бы запечатал эту ветвь раз и навсегда.

— Так предложи ей.

— Посмотрим, — Северус замер и прислушался. Голоса сверху доносились еле-еле, напоминая один сплошной шум. Но чем дальше они продвигались от лестницы, тем тише становилось все вокруг. — Стой.

Они остановились напротив небольшой ниши, в которой стояла ваза.

— Ты раньше бывал здесь?

— Разумеется. Он не всегда был так сильно подтоплен, а во время моей учебы это было довольно популярное место среди студентов. Здесь много пустых классов. Вероятно, Минерва надеется выбить из Кингсли дополнительное финансирование, чтобы все здесь убрать и пользоваться местом по назначению… — Снейп направил палочку на вазу и шепнул Грейнджер. — Свети прямо на вазу.

Он нарисовал какую-то руну и что-то тихо прошептал, когда из вазы вылетело что-то темное. Не было никаких конкретных очертаний, однако это нечто больше напоминало привидение, чем дементора. Все вокруг как будто-то задрожало, а ваза раскололась на несколько частей. Оглушительный треск эхом пронесся по коридору.

— Направляй свет прямо на него, — прошептал Северус и тоже зажег Люмос.

Гермиона держала палочку наготове, а черное нечто как будто смотрело на нее.

— Отходи в сторону, — прошептал Северус, надеясь выждать подходящий момент и запустить в существо Люмос Максима.

Гермиона не успела сделать ни одного шага, как существо полетело на нее, пролетая насквозь и растворяясь в воздухе. У нее на секунду перехватило дыхание. Это было похоже на то, когда через нее пролетали призраки — будто окатывает ледяной водой. Только в этом случае еще и казалось, что она на несколько секунд исчезла из мира. Все голоса и слабый свет Люмоса исчез, осталась лишь она и темнота.

А потом кто-то коснулся ее руки.

— Гермиона, — Северус встревоженно вглядывался в ее лицо. — Ты как?

— Н-нормально. Сейчас все нормально, — она вздохнула и оглянулась. — Что это было?

— Хранитель вазы, — он пнул один из глиняных кусков и подошел к нише. — Он безвреден и не может жить без оболочки. Однако у него есть это неприятное последствие, которое тебе посчастливилось испытать на себе.

— Прям уж таки посчастливилось, — проворчала она, все еще переводя дыхание. — Это было похоже на…

— Маленькую смерть? —Северус провел рукой по одному из кирпичей. — Его раньше так и называли — демон маленькой смерти. Очень неприятное создание. Но лучше, чем боггарт.

— А если бы ты не разбил сосуд, что произошло? — она подошла ближе, внимательно вглядываясь в тот самый кирпич, на котором были изображены три змейки.

— Скорее всего он бы наслал на нас какое-нибудь неприятное, но довольно простое проклятие. Проблема в том, что ты никогда не знаешь, что демон выкинет в следующий раз, — Северус внимательно посмотрел на нее. — Я не знаю, что там. Ты готова?

Гермионе оставалось только кивнуть. И тогда Снейп палочкой коснулся до головы каждой из змей. Кирпичи зашевелились, прямо как в проходе на Косой Аллее, и проход в Крипту был открыт.

— А вот и мистер Норман, — прошептал Северус, светом Люмоса указывая на следы в появившемся коридоре.

* * *

Крипта представляла собой настоящую каменную паутину, которая, как казалось, пролегала под всей площадью Хогвартса и даже выходила за пределы замка. Заблудиться в нем было легче простого, если не путеводные чары, напоминающие Северусу и Гермионе, откуда они пришли, а также следы Нормана, которые были более чем видны в свете волшебных палочек.

Вода капала с потолка на пол, на головы идущих, а лужи с периодичностью хлюпали под ногами. Здесь было сыро, холодно и темно. Было промозгло и одиноко, несмотря на то, что Северус и Гермиона шли рядом. В какой-то момент Грейнджер не выдержала и вцепилась в полы его мантии, когда где-то впереди раздался грохот, эхом перекатываясь по всему туннелю, отражаясь от стен и ниш, мимо которых они проходили.

— Думаю, мы скоро будем на месте, —- прошептал Северус, наклонившись ближе к Грейнджер, и осветил ее лицо Люмосом. — Все еще хочешь идти вперед?

— Разумеется, — Гермиона сглотнула, смотря вперед.

Он задержал на ней взгляд дольше необходимого и, кивнув, пошел дальше, молча беря за руку. Каждую секунду Снейп переживал, что она выдернет руку или, что еще хуже, посмеется над ним, но она просто сжала его ладонь в ответ.

Пробираясь вперед, не переговариваясь и ступая так тихо, как только это было возможно в каменном гулком коридоре, они заметили впереди тусклый свет. Даже не свет, а блики от огня на сыром полу Крипты. Коридор заканчивался, врезаясь в просторную круглую комнату.

Приложив указательный палец к своим губам, Северус пошел вперед еще тише и стремительнее — так, как мог ходить по Хогвартсу только он один. Видит Мерлин, он не планировал отмечать Рождество, но ходить по сырым подвалам замка Снейпу тоже не нравилось. Он был бы готов сидеть на праздничном ужине, слушать шутки коллег и смотреть на веселых студентов. Все было бы лучше, нежели быть сейчас здесь.

Выдохнув, он заглянул в комнату. Это было просторное помещение: у стены стоял небольшой жертвенный стол, а в центре, на круглой платформе, сидел парнишка, низко склонив голову и сложив руки в замок на груди. Он слегка раскачивался, а все его тело подсвечивалось свечами, которых было недостаточно, чтобы рассмотреть детали комнаты, но которых вполне хватало, чтобы убедиться, что перед ними — мистер Норман.

— Идем, — Северус коротко позвал Гермиону, подходя вплотную к студенту и вставая перед ним на колени. Рубашка Нормана было покрыта каплями крови, кровью были испачканы также и его руки и даже некоторые свечи, на которых она уже запеклась. — Он в трансе, — проведя над его головой палочкой, сказал Снейп, переводя взгляд на Грейнджер.

Вопросов было больше, чем ответов. Сомнений в том, что Норман проводил какой-то ритуал, не было — на небольшой стойке, рядом с жертвенным столом, была раскрыта та самая книга, которую, по всей видимости, и потеряла мадам Пинс в Запретной секции.

— Давай…

— Не трогай его, — строго сказал Снейп, обводя пристальным взглядом комнату. Он слышал бурление котла, звук, который он ни с чем никогда не перепутает. — Если мы прервем ритуал сами, это может оказаться куда опаснее, нежели он его доведет до конца.

— Но мы не можем просто сидеть и смотреть, как Норман…

— Я воспользуюсь Легилименцией, — тихо произнес Северус, поднимая глаза на Гермиону. — Я сделаю так, чтобы он сам прервал ритуал. Это наименьшее из трех зол.

Девушка тяжело сглотнула и кивнула. Что же, не ей судить, не ей решать. Признаться честно, она вообще мало что смыслила в ритуалах. Конечно, в теории проведения некоторых она была более чем осведомлена. Но вряд ли хоть в одной из тех книг, которые она изучала в свободное от остальных занятий время, было хоть что-то про безопасность. Северус, казалось, был более осведомлен в этом вопросе. И ей не оставалось ничего, кроме как слепо довериться и сделать то, что он скажет.

— Хорошо, — Северус вновь перевел взгляд на Нормана. Взгляд мальчика был затуманен, а глаза смотрели в пустоту. Пугающее зрелище. — Садись как я, позади него и держи его голову прямо. Я могу связать его, но боюсь, что так сделаю ему хуже.

Грейнджер сделала все, как было велено: опустившись на колени со спины Нормана, она крепко обхватила его голову руками и немного приподняла вверх, чтобы Северус мог установить зрительный контакт.

— Раз, два… — Северус на секунду посмотрел на Гермиону. Она была сосредоточена и серьезна. Ее брови были слегка нахмурены, а глаза смотрели прямо на него. Снейп вздрогнул и, кивнув, полностью доверяя себе и ей в прерывании ритуала, продолжил. — Три. Легилеменс!

…— Нет, нет и еще раз нет! — крупный мужчина средних лет ходил из угла в угол, заложив руки за спину. Перед ним на небольшом диване сидела женщина. Она была чуть моложе него, но из-за слез на ее лице, в какие-то моменты могло показаться, что она годится ему в матери. — Видеть его не хочу!

— Но он твой сын… — прошептала женщина, сдерживая слезы и вытирая глаза платком.

— Он мне не сын! — взревел мужчина и рухнул на стул, зарываясь руками в темные волосы. — Мой сын не может быть таким!

— Если он не может сотворить пророчество к тринадцати годам, это не значит что…

— Джон смог, Кэтрин тоже смогла. Даже Дени, которому недавно исполнилось десять, имеет куда больше способностей к провидению, чем…

— Бенджамин, прошу, говори…

— Не затыкай мне рот, женщина, — громко сказал он, и его взгляд метнулся к приоткрытой двери. В маленькой щели он видел широко раскрытые глаза своего сына — Лайла Нормана. Его сыну было уже тринадцать лет, но он оказался в семье единственным, у кого не получилось сотворить хотя бы одно пророчество. Лайл был болью его сердца, его позором и позором всей его семьи. Бенджамин махнул рукой, и дверь громко захлопнулась прямо перед лицом дрожащего от слез мальчика…

По телу Северуса прошла дрожь. В какие-то моменты ему казалось, что его собственные воспоминания смешались с воспоминаниями мальчишки. Но это было только сознание Лайла Нормана. И больше никого.

— Он вырывается… — сквозь пелену и толщу жужжащих вокруг мыслей мальчишки просочился голос Гермионы. Северус сжал зубы и продолжил дальше, пробираясь через толщу воспоминаний, чтобы найти то, за которое можно зацепиться.

… — Я не могу, — мальчик стоял посередине комнаты, захлебываясь слезами и держа в дрожащих руках миску с какой-то горячей жидкостью. — Пап!

— Пей, иначе нам придется отдать тебя в Мунго, — Бенджамин стоял рядом, покровительственно сжимая плечо сына. — Пей и пробуй еще раз…

— Мне станет плохо, пап…

Отец больше не сказал ни слова. Лишь дал сыну сильный подзатыльник так, что миска выскочила из рук, разливая содержимое на ковер.

— Прибери здесь. Надеюсь, на это ты способен…

— Лайл, выходи, — будто сквозь сон услышал Норман ужасно знакомый голос. — Лайл. Я жду тебя здесь.

Студент продолжал сосредотачиваться на своих ощущениях. Но единственное, что он сейчас чувствовал — боль, опустошение и злость. Норман старался вытолкнуть кого-то из сознания, но сил еле-еле хватало, чтобы самому оставаться там.

— Лайл, я жду. Идем.

Норман устало выдохнул, чувствуя, как его разум и все то, что ему удалось увидеть за счет зелья, слабел. Казалось, что вот-вот ему удастся освободить сознание от вмешательства, как в голове эхом пронесся низкий громкий голос:

— Лайл!

По телу прошла дрожь, а воспоминания, к которым Норман так долго пробирался, рассеивались. Он вздрогнул и открыл глаза. Лайл сидел все в той же ритуальной комнате. Но теперь перед ним сидел еще Снейп. Профессор внимательно всматривался в его лицо своими черными строгими глазами, и, казалось, даже не моргал.

— Что вы наделали? — прошипел Лайл, как только понял, что произошло. — Что вы наделали?!

— Спасали твою дурную голову, — спокойно ответил Северус, вставая с колен и подавая руку Гермионе.

— Вы все испортили! — со злостью прокричал Лайл. Все болело: голова, рука, сердце.

— Успокойся, — отрезал Снейп. — Ты даже не представляешь, к каким последствиям мог бы привезти ритуал.

— Я прекрасно знаю, к каким последствиям это бы привело, — тихо сказал парень. — В этом была суть ритуала.

— В книжке прочитал о последствиях? — насмешливо поинтересовался Северус.

— Не ваше дело. Этот ритуал никому бы не навредил!

— Кроме тебя.

— И что? Какая в этом была бы разница?!

— Школе не нужны проблемы, — спокойно сказал Северус, полностью игнорируя встревоженный взгляд Грейнджер.

— Ну конечно…

— Собирайся. Пора возвращаться.

— Я никуда не пойду, пока не доведу дело…

Договорить он не успел. Ловко вытащив палочку из рукава, Северус направил на студента Остолбеней, а следом и Инкарцеро.

— Северус, так нельзя! — воскликнула Гермиона, подбегая к упавшему без сознания Норману.

— Можно. Он бы не ушел отсюда сам.

— Откуда ты знаешь? Поговорить сначала не пробовал?

— Быть может, ты видела его воспоминания, а не я? Поверь, он бы не ушел сам…

— Северус…

— Все будет хорошо, — Снейп кивнул и, протянул к ней руку. — Поверь. А когда мы доставим его в Больничное крыло, я с ним поговорю.

— Уверен, что ты?

— Думаю, да.

* * *

Гермиона ходила от одного окна к другому в коридоре перед больничным крылом. Ей нужно было всего пятнадцать небольших шагов, чтобы преодолеть это расстояние в одну сторону. Изредка она подходила вплотную к закрытой двери, прислушиваясь, но ничего слышно не было.

Снова пятнадцать шагов в одну сторону и пятнадцать — в другую. А потом нервное постукивание по подоконнику.

Сегодня Рождество. Все, кто остался в Хогвартсе, уже сидели в Большом зале, и только они трое находились здесь. Конечно, Грейнджер спокойно могла бы уйти отсюда. Но девушка расценивала это как побег. Или будто она бросила Северуса. Вдруг ему потребуется помощь? Вряд ли, но вдруг.

Дверь скрипнула, и зельевар темной тенью выскользнул из нее, подходя ближе к Гермионе. Он встал рядом с ней, внимательно следя за хлопьями пушистого белого снега.

— Лайл спит.

— Заболтал своими лекциями? — усмехнулась она, вставая к Снейпу чуть ближе.

— Заставил выпить снотворное.

— Что он рассказал? — Гермиона внимательно посмотрела на него. — Зачем ему нужен был весь этот ритуал?

— Я не могу сказать много, — вздохнул Северус и наконец посмотрел на нее. — Дал слово. Но… Ты наверняка знаешь семью Бенджамина Нормана?

Она кивнула.

— Лайл его сын. Единственный, у кого нет дара к пророчествам.

— И с помощью ритуала он хотел…

— Да, — Северус вздохнул. — Теперь он все также без дара пророчества и без указательного пальца правой руки. Благодаря нам, конечно же…

— Это ужасно. Тем более перед Рождеством…

— Он пообещал, что больше не будет пытаться сделать что-то подобное. А я пообещал договориться с одним провидцем, который может помочь развить этот дар. Уверен, он у него есть. Где-то глубоко внутри… Хотя, — Снейп внимательно посмотрел в окно. — Мне кажется, ему это не нужно.

— Тебе, конечно же, видней.

— Не язви, — он облокотился на стену, вновь смотря на Гермиону. — Из него получился бы приличный специалист по рунам или по заклинаниям. Это куда солидней, нежели быть прорицателем.

— Семейное дело, наверное, важнее…

— Шарлатанство, — фыркнул Снейп. — Кстати, на счет Рождества…

— Да, оно скоро наступит. Я уже слышала, как кто-то начал расходиться. Жаль, что так вышло…

— Да, но… Хочешь отметить Рождество со мной?

Грейнджер подняла на него заинтересованный взгляд. А Северус продолжил:

— Ну, раз не получилось в Большом зале. Я попрошу домовиков, они… Там наверняка осталось много всего с праздничного ужина и… Коробка фейерверков еще, да… — он вздохнул и резко замолчал.

— Северус Снейп, что происходит? — еле сдерживая улыбку, спросила девушка, пытаясь встретиться с ним взглядом.

— Ничего, — нахмурился он, наоборот стараясь и вовсе с ней взглядом не встречаться. — Если не нравится предложение, иди куда тебе там нужно и…

— Это свидание? — тихо спросила Гермиона с улыбкой.

— Что? — Северус удивленно вытаращил глаза, пытаясь скрыть свое волнение. — Нет! В смысле, если свидание — это когда двое людей едят за одним столом, то да, но…

— Я согласна.

— Но, если тебе не нравится, как это звучит, то это можно просто называть ужином и вообще… — Северус резко замолчал, смотря куда-то вперед. — Согласна?

— Но только, если мы будем называть это свиданием, — со всей серьезностью ответила Гермиона, после чего широко улыбнулась.

— Да, да, отлично, — он слегка расслабился. — Как-то тут жарко… И душно. Не свойственно для зимы.

— Наверное, домовики лучше стали топить камины, — предположила Грейнджер. — И кто-то нервничает.

— Закрой рот, пожалуйста.

Гермиона заливисто засмеялась, наблюдая смущенную улыбку Северуса.

— Неприлично смеяться рядом с больничным крылом, — прошептал он, направляясь к лестницам.

— На свидания рядом с больничным крылом тоже неприлично звать.

Он усмехнулся:

— Одни-один.