Тайны Чёрного дома (джен)

Тридцатого июля одна тысяча девятьсот девяносто первого года, в гостиной одного из лондонских коттеджей на диване сидел мальчик. Вчера ему исполнилось одиннадцать лет. День рождения он отпраздновал с опекунами, в тихой семейной обстановке. А сегодня к ним в дом пришла женщина, представившаяся как Минерва Макгонагалл. А ещё она рассказала о том, что она является заместителем директора школы чародейства и волшебства Хогвартс и, что сам мальчик тоже является волшебником. И, что в этой школе ему предстоит учиться ближайшие семь лет.

— Вот ведь хрень, — подумал в тот момент мальчик, — только этого мне не хватало. На старости лет в поттериану попасть. Впрочем, если я не Поттер то и здо́рово, наверное.

И, если бы кто-нибудь спросил почему вдруг, с какого спрашивается перепуга, он думает про старость лет, то ответ был бы следующий. Потому что мальчик, кстати, звали его Найджел Октавиус Гринхилл, ребёнком только выглядел. А вот его сознание или разум, называйте как хотите, принадлежало совсем другому человеку. Прожившему свою жизнь в другой стране и, скорее всего, в другом мире. То есть... мне.

Почему я думаю, что в другом мире? Да потому что не было в нашем мире магии. Хотя, прямо сейчас, на все сто процентов я уже и не уверен. Очень даже может быть, что и у нас соблюдался «Статут о секретности». Тогда мир может быть тот же. А как так получилось? Да хрен его знает. Однажды я лёг спать, а во сне мне приснилось что я ребёнок. Который живёт в Лондоне, сдаёт экзамены за начальную школу, общается с опекунами и парочкой знакомых. А ночью ему, ну, и мне заодно, в это время сняться сны о жизни и приключениях ещё одного человека.

Вот так оно всё и продолжалось в течение месяца, примерно. А потом, за четыре дня до своего дня рождения, Найджел тупо споткнулся, ударился головой и впал на день в кому. Я же просто лёг вечером спать. Самим собой. Но, проснулся уже в теле этого самого мальчика. А самое интересное, при этом, было то, что Найджелом я себя не чувствую. Осталась только его память, а вот куда при этом подевалось его сознание было непонятно. Может мы с ним слились в нечто единое, а может он умер ненадолго и отправился на перерождение. Кто знает? Вот, такая вот абсурдная и бредовая сложилась ситуация.

И, не успел я толком освоиться в этом мире, как появилась Маккошка и преподнесла мне сюрприз. С одной стороны, меня это порадовало. Ну, то что я оказался магом. Всегда хотелось уметь что-то эдакое. Да и поучиться магии я был совсем не против.

Но, вот что меня не порадовало, совершенно и абсолютно, так это то, что придётся мне ехать в Хогвартс. Вот уж куда, куда, а именно в эту школу мне ехать вообще не хотелось. Не нравилась она мне, самым решительным образом, со всеми её Дамблдорами, Снэйпами, Филчами, Уизли и прочими Хагридами. Да и к Макгонагалл я симпатии никогда не испытывал. Недалеко она от них ушла.

Увлекался я, знаете ли, в своё время, фантастикой и фэнтези. Поэтому, книги и фильмы про Гарри Поттера просто не могли меня не заинтересовать. А потом ещё фанфики появились. Так что, в курсе я оказался, что примерно будет происходить и с чем мне придётся столкнуться. Но, и выбора, при этом, у меня особого-то и не было. Ну, я имею в виду участвовать во всём этом или нет. В событиях Поттерианы я имею в виду. Нет, можно было бы, конечно, пообещать самому себе ни во что не влезать. Вот только не зря в народе говорится про специфический юмор богов. Я имею в виду, что здорово они посмеются, если рассказать им о своих планах. К тому же, есть в народе ещё одна поговорка. От тюрьмы, и от сумы не зарекайся.

Так что, хочу я этого или нет, но ехать и участвовать в каких-то событиях всё равно придётся. А всё потому, что Найджел был сиротой и вырос в патронатной семье. Поэтому, денег, чтобы ехать на учёбу в другую страну в этой семье для меня не было. Да и вообще, после того как у них родился собственный ребёнок ему стали уделять внимание по остаточному принципу. Так что, письмо из Хогвартса было к лучшему.

Только, если он оказался магом, то возникал закономерный вопрос. Является ли он волшебником магглорождённым или чьим-нибудь бастардом. А что, такой вариант тоже вполне себе возможен. Папаша-маг гульнул на стороне, подтёр потом мамаше-маггле память и живёт себе дальше припеваючи, без хлопот. А мамаша поступила как самая обыкновенная кукушка.

Ещё же порадовало меня, при этом то, что я не попал в самого Поттера. Впрочем, как тут оно будет, пока непонятно. Может тут и Поттера-то никакого нет. Как и Волдеморта. А вот, если это самая, что ни на есть, почти стопроцентная и канонная Поттериана, то меня её события наверняка заденут. Как магглорождённого. Ну, или маггловоспитанного. Тут даже и сомневаться было не нужно. Потому что терпеть нападки всякой чистокровной, или не самой чистокровной сволочи, типа Снэйпа, как и шуточки всяких там близнецов-уизлецов, я совершенно не собираюсь.

Да и способов поставить их на место множество имеется. Ну, если дело до этого дойдёт. Уж в чём, в чём, а в этом я практически уверен. В том что дойдёт. И то, что у меня это получится «на место их поставить», я точно знал. А дело тут было в тех самых снах, которые мы с Найджелом видели напару. Снились же нам жизнь и приключения одного парня. Мага и, одновременно с этим, Серого Стража. Звали которого Дайлен Амелл.

Жил и действовал этот самый Дайлен в королевстве Ферелден, в мире под названием Тедас. Точнее, так назывался один из его континентов. Ну, сами понимаете, средневековье, судоходство почти не развито, плюс бурный океан омывающий его берега, как и разные интересные, и совсем недружелюбные зверушки живущие в его водах. В общем, про другие материки сведений ни у кого не было. Как и желания отправлять экспедиции для поиска новых земель. Как говорится, своих дел хватало. Так что, мир так и оставался безымянным. Но, сами жители континента называли его Тедас.

Сам же Тедас был похож на средневековую Европу. Но, только заражённую какой-нибудь чумой или холерой. И, если бы не Серые Стражи, то и вымер бы континент. Они были теми, кто выступал в роли врачей-эпидемиологов или, скорее, санэпиднадзора. Правда, устранить причину болезни окончательно они не смогли. Поэтому, болезнь стала хронической. Ну, и, разумеется, иногда случались периоды её обострения. Вот в один из таких периодов довелось жить Дайлену Амеллу. Которому, в силу ряда причин, пришлось взять на себя обязанности Главного санитарного врача и прекратить распространение заразы. Может быть даже ценой своей жизни.

Единственным отличием тедасской эпидемии от обычной, было то, что она была вполне себе материальна. Как раковая опухоль. А началось всё с того, что несколько высших магов империи Тевинтер, имелась там такая, возомнили себя существами превосходящими богов и возжаждали ещё больше власти. За что и поплатились. По крайней мере, так рассказывали церковники. В общем, они сунулись туда, куда их не просили и были за это наказаны.

А наказанием стало заражение их мутагеном под названием «Скверна». В результате, они мутировали и стали первыми Тёмными отродьями. И хотя они изменились внешне, но власти желать не перестали. Вот и занялись они созданием себе подобных, чтобы было кем повелевать. Со временем, отродий стало много и они практически уничтожили подземную империю гномов. Ну, нужно же им было где-то обитать. Потому что существами они были, в основном, подземными и на поверхности практически не появлялись. И жили бы они себе под землёй и не совались на поверхность, если бы не одно "Но".

Заключалось это "Но" в том, что Тёмные отродья слышали зов древних богов. Спящих глубоко в недрах планеты. Ну, как богов? Вообще-то это были разумные драконы которых, в своё время, обожествляли. А может быть и в самом деле они были богами. Кто ж его знает-то? Да и неважно это было, по большому счёту. Главным же в этом деле было то, что от них исходил Зов.

И этот самый Зов влиял на разум Тёмных отродий, и заставлял их этих самых богов разыскивать. И, как только они находили очередного, то тут же пробуждали. Вот только не проходило пробуждение безболезненно для самого бога, потому что его в этот момент заражали этой самой «Скверной». И тогда бог превращался в архидемона. А уже архидемон, сплачивал всех отродий в единую орду и вёл её на завоевание поверхности.

Происходили такие события очень редко и имели название Мор. И для того, чтобы его прекратить нужно было сначала уничтожить архидемона, а потом зачистить территорию от остальных отродий. А сделать это могли только Серые Стражи. Ну, имеется в виду победить самого архидемона и наиболее сильных и умных отродий. В этом, собственно, и состояло их предназначение. С остальными-то и обычные солдаты могли справиться.

Вот, как раз, во время такого очередного Мора Дайлену довелось быть призванным в ряды Стражей и взвалить на себя задачу по его прекращению.

А так, как приключения Дайлена я пережил фактически вместе с ним, то теперь его знания оказались у меня. И пусть, пока, они были только теоретическими, но, практические-то навыки нарабатывать мне никто не помешает. Главное, не «светить» ими раньше времени.

Кстати, насчёт Дайлена и его приключений в Тедасе. С этим миром и событиями там происходящими я тоже был заочно знаком. Из-за своей любви к фэнтези. И если мир Поттерианы возник благодаря книгам и фильмам, то основанием для появления мира Тедаса стала компьютерная игрушка, в жанре РПГ. Называлась эта игрушка «Dragon Age: Origins» или «Эра Дракона», если по-русски.

И ещё я понял одну вещь. Если кто-то когда-то какой-то мир придумал, то значит где-то он существует.

А пока же, я внимательно слушал Маккошку, надеясь услышать что-нибудь, что позволило бы мне понять канон ли это или всё же есть какие-то отличия. Но, к моему величайшему сожалению ничего нового я не услышал. Хогвартс лучшая школа в мире, бла-бла-бла, Дамблдор величайший Светлый маг, тоже, во всём мире, бла-бла-бла, Гриффиндор форева, а Слизерин рассадник всяческих пороков. Бла-бла-бла. В результате, моя патронатная мама снабдила меня деньгами и мы с Маккошкой отправились на Диагон Аллею.

Добирались мы туда аппарацией. А дальше был поход по магазинчикам и приобретение школьных принадлежностей. Деньги на галлеоны я поменял, разумеется, в Гринготтсе. Гоблины, кстати, были чем-то средним между гномами и эльфами Тедаса. Острые, большущие уши как у эльфов, маленький рост как у гномов и, совершенно нечеловеческие лица. А ещё у них были треугольные акульи зубки и зеленоватый цвет кожи. Впрочем, если судить по воспоминаниям из жизни Дайлена, то тёмные отродья, пожалуй, поуродливей выглядели. Ещё, помимо обмена денег, я спросил у гоблина-операциониста, оказывает ли народ гоблинов отдельные услуги. Не входящие в перечень банковских. Оказалось, что оказывают.

Ведь, если вспомнить фанфики, то гоблины занимались установкой родословной используя кровь. Или же, иными словами, делали анализ ДНК. Только я никогда не верил, что это делали банковские служащие. Оно им надо? Вот и мыслилось мне, что не могли быть гоблины только банкирами. И не могли они не оказывать других услуг. Особенно, если это может принести прибыль.

Кстати, анализы по своей сложности делались разные. В том смысле, что самый дешёвый позволял узнать только кто были твои родители. Вот такой я и заказал. Ну, уже после того как мы закончили с Маккошкой. И мне, к счастью, этого хватило. Оказалось, что я внебрачный сын Вильгельмины Гринхилл, магглы, и... внимание!... вишенка на торте... грёбаного кобелины Сириуса Ориона Блэка третьего. Н-да. Не было печали. Никогда не любил этого персонажа.

— А, впрочем,- подумалось мне когда я слегка успокоился, — может оно и к лучшему. Помнится, Риддл был таким же полукровкой и ничего так себе в плане магической силы оказался. Ему бы ума ещё добавить, да энергию его в мирное русло направить и цены бы ему не было. Как, впрочем, и Снэйпушка.

Так что, отправился я домой, подумать что мне делать с этой информацией. И, надумал я вот что. Взять, да и попробовать позвать Кричера. В крайнем случае, думалось мне, что ничего я не и потеряю. Не откликнется, да и фиг с ним. Ну, а если откликнется, то может поговорить удастся. В общем, позвал я его. И знаете что, Кричер не только откликнулся, но и появившись обложил меня, при этом, отборнейшим английским матом. Нет, помнится читывал я в фанфиках, что он за словом в карман не лез, но не настолько же. Так что я поначалу даже опешил. Но, потом мы нашли с ним общий язык. После того как я обложил его в ответ. Но уже по-русски.

— Слушай, Кричер, — начал я разговор после того как мы оба с ним угомонились, — так получилось, что беспутный Сириус разбивший сердце хозяюшке Вальбурге, оказался моим биологическим папашей. Донором, трижды хвать его за ногу да головой об стену, спермы. Это я у гоблинов сегодня узнал. Сириус-то, кстати, где? В Азкабане, поди?

— Да, беспутный Сириус в Азкабане, — «проскрипел» старый домовик, после того как прочёл гоблинское свидетельство. — А чего бастард-полукровка хочет от старого Кричера?

— А бастард-полукровка хочет получить от старого Кричера несколько ответов. Если конечно он не возражает. Я имею в виду старого Кричера, — обратился я к нему с такой... немного витиеватой просьбой. И получив от него согласие, я продолжил разговор. — Например, есть ли у рода магический покровитель? И, если есть, то как бы мне с ним побеседовать? Вдруг он меня признает и у рода Блэк появится надежда на возрождение. А то на Сириуса-то беспутного надежды нет. Да и хуже-то от этого никому не будет. Не то, чтобы я настаивал, но попробовать же можно. Как ты считаешь, Кричер?

Старый домовик задумался, а потом ответил:

— Кричеру нужно посоветоваться. Сам он не может ответить на такие вопросы.

— Хорошо, ты мне только сообщить потом не забудь, — попросил я его перед тем как он к себе отправился.

В общем, через два дня оказался я в ритуальном зале Блэк-хауса, на Гриммо двенадцать. И обратился к Покровителю рода. Н-да. Хочу сказать только, что впечатление Грим производил внушительное. А может и не сам Грим, а его аватар. Впрочем, не это важно. Главное, что признал меня Грим и принял меня в род Блэков. Ну а я, в свою очередь, пообещал сделать всё возможное чтобы Блэки окончательно не сошли со «сцены», так сказать. И, ещё я задал Гриму вопрос про будущую супругу. Обязательно ли мне жениться на так называемой «чистокровной» у которой родовых проклятий как блох? Не будет ли лучше жениться на какой-нибудь полукровке, вроде меня, или даже магглорождённой девочке. А то вон, Орион и Вальбурга, за чистоту крови боролись, боролись и, к чему это привело? В итоге, Грим посоветовал поступать по обстановке, но и в дурь особо не переть.

А ещё я попросил оставить мне моё нынешнее имя. Не хотелось мне, честно говоря, становиться каким-нибудь Антаресом или вообще, Альдебараном. Да и фамилию сменить на Блэк, не прямо сейчас, а когда нужда возникнет.

И, ещё я вдруг задумался о том самом пророчестве. Ведь может же быть и так, что касалось оно не Поттера, а меня. Ну, точнее Найджела. Хотя, нет. И меня, и его одновременно. Раз я теперь стал им. Так, пожалуй, правильнее будет.

Ведь если порассуждать, то что получается? Рождённый на исходе седьмого месяца. Подходит? Подходит. Родители трижды бросали вызов. Тоже можно допустить. Пусть и с натяжкой, если не оба родителя пересекались до этого с Волдиком, а только один из них. Отметит его как равного. А почему, спрашивается, все думают что он это уже сделал? Может, он ещё никого и не отметил. Про Поттера-то все знают, а про меня — никто. Дальше. Не будет знать всей его силы. Так ведь магия Тедаса вполне может оказаться этой самой силой.

Вот и получится, что когда мы с ним пересечёмся, то он удивится, отметит меня как равного себе, а после сразу отправится в «следующее большое приключение». Ну, или заснёт надолго. Почти вечным сном без сновидений. Это если хоркруксы действительно нельзя разрядить без уничтожения их носителя. Кстати, так же совсем не обязательно, что наше с ним равенство означает наличие у меня видимых шрамов.

Разумеется, не забыл я и про медальон Слизерина. Его мы с Кричером уничтожали вдвоём. Мудрствовать при этом я не стал. А зачем, если есть возможность воспользоваться подручными средствами. Например, универсальным растворителем под названием «Царская водка». Смесью концентрированных азотной и соляной кислот. В общем, достал я её. «Водку» эту. И, конечно же, уничтожаться добровольно хоркруксу не захотелось. Начали, непосредственно перед этим процессом, появляться у меня в голове непрошенные мысли. Типа: зачем это нужно, может лучше договориться и ещё в таком же духе.

Пришлось, в ответ, приложить его «Взрывом разума». Было такое заклинание в арсенале у Дайлена Амелла. Ну, и у меня теперь имелось. После чего хоркрукс ненадолго заткнулся, а Кричер опустил его в кислоту.

А затем,сразу, как хоркрукс, после некоторого сопротивления, приказал «долго жить», мы с Кричером занялись подготовкой меня к Хогвартсу.

Оставшееся до Хогвартся время я провёл на Гриммо. Предварительно договорившись со своими опекунами. Не, ну а чего? У них своя жизнь, а у меня теперь своя. В общем, обговорили мы с ними все нюансы и я переселился. А дальше мы с Кричером занялись подготовкой меня к школе. Ну, и портреты помогали, конечно.

Для начала мы с ним занялись одеждой и обувью. Помнилось мне, что у того же Дайлена мантия и сапоги были зачарованы и это давало дополнительные бонусы к его защите. Вот этому-то мы и уделили некоторое внимание. И, само собой, на указательном пальце моей правой руки появился перстень-печатка главы рода. Который предоставлял защиту от магии разума и мог предупредить о всяких хитрых зельях в моей еде.

Кстати, такой штуки как Кодекс рода в этом мире не было. Глава просто должен был делать всё для рода и семьи. Руководствуясь здравым смыслом и текущей обстановкой. И сейчас, как просветил меня на этот счёт Грим, предыдущий Глава рода Орион отбывает наказание. Вместе со своей женой Вальбургой. За то, что привели род к фактическому краху.

Так же Кричер и портреты предков просвещали меня на тему кто есть кто в магической Британии и растолковали по поводу обращения Лорд. Так, в формальной обстановке, нужно было обращаться к Главе рода. Правда род, при этом, должен быть не менее чем древним. Были ещё и древнейшие, но их на всю Британию осталась всего два. И одним из них, кстати, были Блэки.

А вот те же Поттеры были, как раз таки, родом древним. Кстати, древними родами, ещё считались входящие в Список двадцати восьми священных. Но, в него были занесены только те, кто, как считалось, не запятнал себя брачными связями со сквибами или магглами. Вот такая была ситуация. Так что, ко мне сейчас, по идее, нужно было обращаться как к Лорду Блэку.

А ещё я учился нормально колдовать. Ну, как нормально? В каком смысле? А в том, что волшебник должен являться силой сам по себе и не зависеть при этом от «костылей». А то, хрень какая-то выходит. Это я про волшебные палочки, если кто не понял.

Ведь тут, у здешних магов как получается? Палочку у него забрали и... всё. Был пацан, и нет пацана. И если сравнить с магическими посохами Тедаса, то палочки проигрывали по всем статьям. Хотя бы потому, что из посоха можно было, так сказать, отстреливаться от врагов, если у мага заканчивался запас его собственной маны. Давая, тем самым, магу возможность этот самый запас восстановить. Вот я и колдовал, потихоньку. И, не только, для того чтобы иметь возможность магичить без палочки, но и собственный запас маны научиться экономить. Ну, не только экономить, конечно, но, и расход её контролировать. Ведь не всегда же, выражаясь фигурально, нужно было долбануть кувалдой. Иногда и иголкой кольнуть было достаточно.

Кстати, здешние маги, насколько я понял, запас маны называют магической силой. Впрочем, несмотря на название, сути это не меняет. Сводится всё к запасу магической энергии. И, само собой разумеется, что чем больше у мага этот запас, тем большим количеством заклинаний он может воспользоваться, не нуждаясь в отдыхе или подпитке из посторонних источников.

Например, тедасские учебники по магии формулировали это следующими образом.

«Мана, — говорилось в них, — это то, что характеризует мага как мага. Этот потенциал существует внутри каждой личности, но проявляет себя не всегда. Все люди связаны с Тенью, мы уходим туда во снах. Но только те, у кого есть потенциал, могут опираться на эту силу. Мана, таким образом, является мерой способности черпать силу из Тени, и именно эта сила расходуется на магию».

Вообще, если сравнивать и проводить аналогии, то маги Тедаса очень уж сильно напоминали мне псайкеров из Вархаммера. Только одни работали с энергией Тени, а другие — с энергией Варпа. А что такое Варп? Хаос, потусторонний мир, иное измерение, состояние нематериальности, подпространство или надпространство. Называйте как хотите. Не ошибётесь.

А что такое Тень? Да, в принципе то же самое. Те же тедасские учебники поясняли, что Тень, это, потусторонний мир, который соседствует с реальностью. Эльфы называют его Загробным миром. А Церковь говорит, что когда-то Тенью управлял сам Создатель. Он жил в Золотом Городе, пока город не осквернили тевинтерские магистры. Ну, церковников, как говорится, хлебом не корми, дай только Создателя упомянуть. Впрочем, речь не о них.

А о том чем Тень отличается от Варпа. Ведь если порассуждать, то получается, что ничем, по своей сути. Разве что, с моей точки зрения, Тень, это — узкая приграничная полоса. Которая тянется вдоль Завесы. Завеса же, в свою очередь, это граница отделяющая материальный мир от нематериального.

Но, тут я не берусь утверждать наверняка. Просто мнение у меня такое сложилось. И ещё, кстати, вполне могло быть и так, что Лорды-Магистры Тевинтера сунулись в Тень чуть поглубже. И оказались в настоящем Варпе. Ну, если можно так сказать, конечно. В общем, на них воздействовал Хаос, и они преобразились в Тёмных отродий. Кстати, как здешние маги колдуют понятия не имея о Тени? Тоже было мне совершенно непонятно.

Ещё меня заинтересовали вот такие вопросы. Почему в разных магических мирах имеются отличия? Например, в Тедасе были зелья здоровья и маны. Их употребление позволяло мгновенно восполнять запас того и другого. Также, там отсутствовали такие магические понятия, как левитация и аппарация. Было в Тедасе такое ограничение. Или, как мне удалось уничтожить хоркрукс? Ведь была же в нём магическая составляющая. И, вполне возможно, что именно благодаря ей, он мог иметь настолько непробиваемую защиту, из-за которой Кричеру так и не удалось его даже поцарапать. Может быть, думалось мне, сначала нужно было его обезмажить. Чтобы наверняка. Знал я о таком заклинании. Называлось оно «Столкновение маны» и было в арсенале у Дайлена Амелла. И у меня, теперь. Вот только, пока, мне просто не хватало запаса маны чтобы его наколдовать. Так что, повезло мне, скорее всего когда я его уничтожал.

А ведь ещё были моменты о которых я даже и не задумывался. Просто потому, что знаний о них не имелось.

Впрочем, рассуждать об этом можно долго. Нет, оно конечно, было бы интересно сойтись с кем-нибудь в учёном диспуте. Но, на повестке дня, сейчас были совсем другие, более практические вопросы. Главным из которых был вопрос о том как пройдёт моя поездка в Хогвартс. И появились у меня, на этот счёт, мысли. Подумалось мне, что сценарий неплохо было бы и подправить. Самую малость. В смысле, если не можешь предотвратить, то возглавь.

Для этого я явился на вокзал Кингс-Кросс заранее. Там я занял купе в предпоследнем вагоне Хогвартс-экспресса, а затем вышел на немагическую часть. Первым пунктом моего плана было встретиться с Гермионой Грэйнджер. Ну, и с чемоданом ей помочь, заодно. А то, помнится, у неё чемодан кучей книг был заполнен. И очень хорошо, что Кричер помог мне заранее освоить заклинание левитации. А то ведь намучились бы мы с ней затаскивая её чемодан. Ох, намучились бы. В общем встретил я Гермиону, помог ей с чемоданом и пригласил в своё купе. А сам отправился обратно.

Кстати, Гермиона мне понравилась. Чисто по-человечески. Приятная оказалась девочка, во всех отношениях. Даже, чуть великоватые передние зубы совсем не портили её улыбку. Наоборот, придавали ей какой-то своеобразный шарм. А ещё, она успела сообщить мне что была ужасно удивлена узнав о том что она волшебница. И о том, что она прочла все учебники за первый курс и попрактиковалась в некоторых заклинаниях. В общем, разместил я её в купе, а сам отправился отлавливать Поттера. Ведь Хагрид-то, как пройти на платформу ему сообщить не удосужился. Скорее всего. Вот и будет Гарри по вокзалу метаться, отчаиваясь с каждой минутой всё больше, и больше.

А потом что? А потом, в последний момент, появятся Уизелы и Поттер на них запечатлится. Так что, нет уж. На хрен. Нам такой хоккей не нужен. Поэтому я отправился на его поиски. Как я уже заметил, что если предотвратить не получится, то лучше возглавить.

Встретил я Поттера как раз в тот момент, когда его моржеобразный дядя Вернон обратился к нему с известными всем знатокам канона словами.

— Ну что ж, мальчик, — гадко ухмыляясь, высказал он Гарри свою «умнейшую» мысль, — вот ты и на месте. Вот платформа девять, а вот платформа десять. Твоя платформа, по идее, должна быть где-то посередине. Но, судя по всему, её ещё не успели построить.

— Ну, почему же не успели? — вклинился я в разговор, — очень, даже, успели. Причём не вчера, а задолго до вашего рождения, мистер Не-Знаю-Как-Вас-Там.

— А ты ещё кто такой? — переключился на меня Вернон.

— Встречающий. Не видите что ли? Пойдём, приятель, я тебя провожу на платформу 9 и 3/4.

Ну, что можно было сказать, глядя на Поттера? Канон рулит. Был он мелким, недокормленным, в обносках от кутюрье Дадли и в заклеенных лейкопластырем очках. И, с почти зажившими синяками, в некоторых местах. А ещё, разумеется, с «вороньим гнездом» на голове и самыми зелёными в мире глазами. Ну, из тех которые мне доводилось видеть в своей жизни.

— Кстати, Гарри, ты как, — продолжил я разговор, — не против разместиться у нас в купе и познакомиться с будущими соучениками?

— Ну, нет, наверное. То есть наоборот, совсем не против. — отвечал мне Гарри. — А как ты понял, что мне нужно на эту платформу? И откуда ты меня знаешь?

— Да тут-то, как раз, всё очень просто, — пустился я в объяснения. — Во-первых, тебе уже наверняка не раз говорили, что ты похож на папу, но только с мамиными глазами. Так что, я примерно представлял как ты выглядишь. Во-вторых, птичья клетка с совой. Ну и в-третьих, меня попросили тебя встретить.

— Кто?

— Твой родственник. Лорд Блэк. И, предваряя твой вопрос, отвечу, что он и сам до недавнего времени не знал о том что он является Лордом. И о своей родне, разумеется, тоже. Да и вообще, о том где ты был всё это время, тоже никто не знал. В общем, попросил он тебя встретить и просветить о том кто есть кто в волшебном мире. Ну, и присмотреть за тобой, заодно. Меня, кстати, зовут Найджел Гринхилл.

Так, общаясь, мы добрались до нашего купе, где я познакомил Гарри и Гермиону. А потом мы с Гермионой окинули Поттера оценивающим взглядом и порекомендовали переодеться в школьную форму. Прямо сейчас. Ну, и заодно отправить сову прямо в школу. Своим ходом. Сову, кстати, Гарри, как и в каноне назвал Хедвиг. А ещё, как и в каноне, Гермиона отремонтировала Гарри его очки. А вот затем, я решил поговорить с ними, пока Уизли к нам не присоединился, и немного просветить их. Ну, и предостеречь, заодно.

— Гарри, Гермиона, — начал я свою речь, — хочу вас предупредить. О том, что прямо сейчас, мы с вами, сели в машину времени. И она переправит нас в прошлый век. Или, даже в позапрошлый. В викторианскую эпоху. Так что, будет лучше если вы будете поменьше говорить и побольше слушать. На первых порах, пока сами не освоитесь. И, держу пари, что Макгонагалл ничего вам об этом не рассказала. Впрочем, как и мне.

— Профессор Макгонагалл, — поправила меня Гермиона. — А Гарри рассказал что к нему приходил Хагрид.

— Хагрид? — переспросил я Поттера. — А это ещё кто такой?

Гарри рассказал. А я сделал вид, что очень удивился и уставился на него во все глаза. Потом немного помолчал и обратился к Грэйнджер.

— Гермиона, ты что-нибудь понимаешь? — спросил я у неё.

— А что, по-твоему, я должна понимать? — уточнила Грэйнджер.

— А то, что вокруг нашего нового знакомого творится какая-то... ерунда. Причём, весьма нездоровая. И если вы мне позволите, то я попробую вам пояснить.

Мне позволили и я продолжил:

— Ну, смотрите сами. Гарри, судя по тому что про тебя пишут в книгах и тех слухах, которые про тебя распространяются, ты у нас национальный герой и великий маг. Но, в то же время, тебя привозят на вокзал на автомобиле. То есть, вырос ты, скорее всего, в немагическом мире. Вид у тебя, при этом, мягко скажем, слегка бомжеватый. Дальше. Ты явно недокормленный, твой вес и рост не соответствуют твоему возрасту. Как по мне, то герои несколько по другому должны выглядеть, да и относиться к ним должны немного не так. Но, даже если бы ты не был героем, то ты по-прежнему являешься наследником древнего рода. А выглядишь, при этом, как последний босяк. Тебе самому-то это всё странным не кажется?

Гермиона задумалась, а Гарри покраснел. Ну, оно и понятно. Сказывалась во всю та неблагоприятная обстановка в которой он вырос. А ещё у него вполне мог развиться, из-за этого, стокгольмский синдром. Н-да.

— Ты, кстати, не красней, Гарри, — продолжил я свою речь, — потому что ты ни в чём не виноват. А скажи-ка нам лучше вот что. Ты когда узнал о том, что ты маг?

— В свой день рожденья.

— А сказал тебе об этом, Хагрид? Вот только почему-то к тебе, в отличие от нас, прислали лесника, а не профессора. Много он тебе, кстати, объяснил?

— Хагрид мой друг, — насупился Гарри.

— Так я против него ничего и не имею, — поднял я руки в примирительном жесте, — я про другое говорю. Понимаешь, Гарри, мы с Гермионой, как и ты, выросли в немагическом мире. И мы о нём ничего не знали. Поэтому к нам прислали... э-э-э... профессора, — тут я сделал небольшую паузу, чтобы таки назвать её профессором. А то с Грэйджер из-за этого «бодаться» не захотелось, — Макгонагалл, человека, обладающего достаточной квалификацией, чтобы ответить на наши вопросы. А к тебе — Хагрида. Может быть там, — я указал пальцем вверх, — посчитали, что раз ты Поттер, то ты и так всё знаешь.

— Слушай, а ведь действительно, странновато звучит, — высказалась Гермиона.

— Вот и я о том же, — согласился я с ней. — И это хорошо ещё, что мне месяц назад встретился Лорд Блэк. Уж не знаю чем я ему приглянулся, что он надо мной шефство взял. Выступил в роли эдакого Лорда-Протектора. А Гарри кто просветил? Держу пари, что он даже не знает никого из своей магической родни. Которой у него оказалось не очень-то и мало.

Услышав мои последние слова Гарри так и застыл с открытым ртом.

— Подожди, — заговорил он через некоторое время, — ты хочешь сказать, что родственников у меня много? Но почему же тогда...

— Не знаю, Гарри, — «отрезал» я. — Сейчас, в данный момент, я не могу ответить тебе на этот вопрос. Лорд Блэк, кстати тоже. Он только начал разбираться с тем, что за ерунда в этом мире творится.

Тут поезд наконец тронулся, а ещё через некоторое время к нам в купе постучался Рон Уизли.

Ну, что можно сказать? Наверное, только то, что к внешности Рона нужно было привыкнуть. Не ожидал я такого. Потому что на Руперта Гринта, игравшего Уизли в кино он был совершенно не похож. В отличие от тех же Гарри и Гермионы. Они-то как раз на Рэдклифа и Уотсон похожи были. Не один в один, конечно. Но, что-то общее, отдалённо напоминающее об артистах, в них было. Это с первого взгляда определялось. А вот Рон, пожалуй, был больше похож на себя книжного. Длинный нос и веснушки россыпью были его главными отличительными чертами. Но, нрав, Рончик, продемонстрировал вполне ожидаемый.

Сначала он чуть ли не ткнул Гарри пальцем в его шрам на лбу, потом стал прибедняться. Дескать, и мантия у него от Билла, и палочка от Чарли, и крыса от Перси. Ну, а после, разумеется, он начал рассказывать нам про квиддич. Но, самое главное, что на меня и Гермиону он смотрел как на своих личных врагов. Типа, шли бы вы отсюда и не мешали бы мне становиться лучшим другом Гарри Поттера. Да и вообще, с Поттером могут дружить только Уизли. А все остальные могут лесом идти. А я его послушал, послушал, да и спросил.

— А скажи-ка мне Рон, ты на квиддчных матчах бывал?

— Конечно, — раздувшись от важности ответил младший Уизли.

— И в прошедшем году тоже?

— Ну, конечно.

— И, сколько ты посетил матчей?

— Десять.

— Слушай, а билеты на них в какую цену? — я посмотрел на Рона заинтересованно. — Наверное, дорогие?

— Да нет, не очень. Папа, обычно, брал нам билеты сиклей по пятьдесят.

— То есть, в итоге, почти тридцать галлеонов. Н-да.

— Это ты о чём? — Рон уставился на меня с подозрением.

Не понравилось ему, видимо, чем я закончил разговор. Кстати, вспомнилось мне описание его комнаты. Что там и куча плакатов его любимой команды на стенах висела, и сувениры с матчей наверняка присутствовали. Да и про коллекцию вкладышей от шоколадных лягушек он, вроде бы, что-то упоминал. А ведь всё это денег стоило. Вот мне и подумалось, а не специально ли Рончика так приодели, что бы Гарри, на его фоне, не чувствовал себя некомфортно.

— А это я о том, — ответил я Рону, — что если бы ты на квиддич не ходил, а деньги, потраченные на билеты, попросил своего папу откладывать, то глядишь была бы у тебя новая волшебная палочка. И, что самое главное, своя, новая, а не доставшаяся в наследство. Да и форма своя тоже, как и домашний питомец.

Уши у Рона начали краснеть, да и сам он, судя по всему, готов был «взорваться», но я не стал этого ждать и обратился к Поттеру:

— Видишь, Гарри, какие у тебя родственники. Так что, ты смотри, если тебе попытаются всунуть в жёны его младшую сестрёнку, то обеспечивать тебе придётся не только жену, но и шурина. А оно тебе надо? К тому же, если ты на ней таки женишься, то ты будешь не только отцом своим детям, но и дядей своим племянникам.

— Да ну вас, — обиделся Рон и выскочил из купе.

А мы продолжили разговор и стали обсуждать факультеты. К тому же дорога предстояла ещё долгая и впереди ожидались визиты Невилла и Драко. Да и узнать было интересно насколько они будут соответствовать канонным образам. И будут ли?

Первым в нашем купе, разумеется, появился Невилл. Который, как и каноне искал жабу. Я быстренько помог найти ему его в одном из туалетов. Непонятно было как туда забрался Тревор, но факт остаётся фактом. Именно там он и был. А затем пригласил его к нам в купе.

— Не желаешь заглянуть к нам, Невилл? Познакомиться с будущими сокурсниками.

— Нас, вроде как, друг другу не представляли? — спросил мальчик.

— Совершенно верно, просто, проходя по перрону, я случайно услышал, как ты жаловался бабушке на своего питомца. Ну, и имя твоё заодно узнал. Кстати, меня зовут Найджел Гринхилл.

— Невилл Лонгботтом. — мы пожали друг другу руки.

А затем мы отправились к нам в купе. Правда, перед этим Невилл уточнил, а будет ли это удобно. Но, я его заверил, что всё в порядке и ещё понял одну вещь. Про Невилла. Нифига он не стеснительным оказался. Вежливый и тактичный. Порой, даже чересчур. Но вот стеснительности в нём точно не было.

— Гарри, Гермиона, — представил я его будущим сокурсникам, — знакомьтесь, Невилл Лонгботтом. По совместительству ещё один твой дальний родственник, Гарри. А это его домашний питомец, — тут мне вспомнился один читанный в первой жизни фанфик, — борец за свободу, товарищ Тревор. Прошу любить и жаловать. И того, и другого.⁽¹⁾

Потом мы устроились в купе и продолжили разговор уже вчетвером. После перекуса, который мы обеспечили чаем и бутербродами, а Гарри — десертом, я задал Невиллу вопрос.

— Скажи-ка нам, Невилл, если тебя не затруднит, как сейчас, в магмире, относятся к покровительству, или, например, — к протекторату.

— Ну, — подумав ответил Невилл, — сейчас никто это не практикует, но, насколько я знаю, никто ни то, ни другое не отменял. А, в чём дело?

— Да вот, хочу Гермионе покровительство предложить. От лица Лорда Блэка как его протеже.

— А зачем мне это? — уточнила Гермиона. — Хотя, если ты говорил, что мы едем в прошлое, то может и не будет лишним. Но, что потребуется от меня и почему именно мне?

— Да ничего особенного, — разъяснил я ей ситуацию. — Во-первых, это на тебя не накладывает никаких обязательств, во-вторых, дело это сугубо добровольное и его можно прекратить в любой момент. А именно тебе, потому что Невилл и Гарри являются наследниками древних родов. И предлагать им такое, по их статусу не положено. Разве что, союз или протекторат. А вот мы с тобой дело другое, точнее ты. За тобой прямо сейчас пока ещё никто не стоит и заступиться, в случае чего, будет некому. Ну, и остается вопрос «Зачем?». Надеюсь, что вскоре смогу показать тебе это на примере.

И через некоторое время такой «пример» сам «нарисовался». Живой. Бесцеремонно распахнувший двери нашего купе. Разумеется, это был Малфой со своими «книжными шкафами». Знаете, была у меня слабенькая надежда, что Малфой окажется не совсем канонным. Невилл-то оказался. Может и на Драко это распространится. И, совсем не потому, что я был в восторге от этого персонажа. Просто, надеялся, что история будет тут не совсем канонная и, что у нас, со временем, появится свой «человечек» на Слизерине. А, почему бы и нет-то? Ведь если в этом варианте Поттерианы появился я, то почему бы и Малфою не оказаться немного другим? Кстати, пока было непонятно, я тут вместо кого-то или как дополнение к общему количеству учеников.

Впрочем, мои надежды относительно него не оправдались.

Кстати, на Тома Фелтона, игравшего Малфоя в фильме, здешний Драко, как и Рон — на Гринта, оказался совершенно непохож. Обычная бледная, прилизанная, блондинистая немочь. У которой было не отнять ни огромного самомнения, ни ЧСВ, ни апломба.

— Это правда? — с порога надменно спросил блондинчик. — По всему поезду говорят, что в этом купе едет Гарри Поттер. Значит, это ты, верно?

На нас, остальных, он смотрел с плохо скрытым презрением.

— А вот тебе и пример, — шепнул я Гермионе. После чего обратился к Малфою.

— Ты сам-то чьих будешь? — спросил я у него. — Впрочем, можешь не отвечать. Я и так могу догадаться. Нос задран, смотрит на всех как на грязь под ногами, дорогие шмотки, прилизанные белые волосёнки. Познакомься, Гарри, ещё один твой родственничек. На сей раз, сколько-то там ...юродный племянничек. Драко Малфой.

— А ты ещё кто такой? — обратил на меня внимание Драко.

— Найджел Октавиус Гнинхилл, протеже Лорда Блэка.

— Что?! — переспросил удивившись Малфой. — Какого ещё Лорда Блэка? Все знают, что Сириус...

— А я разве назвал его имя? — не менее «удивлённо» посмотрел я в ответ. — Впрочем, знанием его имени, на твоём месте я бы озаботился в последнюю очередь. Гораздо больше тебя должно волновать, что скажет твой отец, Лорд Малфой, когда ему выразят неудовольствие поведением его Наследника.

Затем я достал из кармана Сквозное зеркало. Удобная, кстати, оказалась штука. До смартфона, разумеется, оно не дотягивало, потому что обеспечивало связь только с одним абонентом. Но, на первых порах, и такое средство связи было большим подспорьем.

— Кричер, — сказал я ответившему домовику, — передай, пожалуйста, Лорду Блэку, что поведение Наследника Малфоя полностью соответствует его ожидания.

— Кричер сделает, — «проскрипело» в ответ зеркало голосом домовика.

Такое письмо, кстати, я составил и написал заранее. Всё как положено. С родовой печатью. На всякий случай. А то, мало ли на что я надеялся. Надежды — надеждами, а против фактов не попрёшь. Что Малфой и продемонстрировал. Вот я и озаботился. Раз уж с самого начала решил переиграть «сценарий». И, пока, у меня вроде бы всё получилось.

Не, ну а чего? Будут ещё ходить всякие и Поттера сбивать с пути истинного. Нечего тут.

А дальше посмотрим, что Гарри из себя представляет. Кстати, может и так случиться, что усилия на него, да и не только на него, сегодня затраченные совершенно не окупятся. Обидно будет, конечно, но тут уж ничего не поделаешь.

— Вот для этого-то и нужно покровительство, Гермиона, — пояснил я девочке, после того как блондинчик нас покинул. — Сама видишь, что демократией здесь и не пахнет. И такие вот нацики, вроде Малфоя, тут не редкость. Так что, ты подумай, подумай.

Кстати, тут вполне закономерно возникает вопрос. А для чего, спрашивается, зачем я во всё это ввязываюсь? Ну, во-первых, потому что могу. А, во-вторых, я очень надеюсь, что в этой, так сказать, локации, не будет Поттер стучать себя «пяткой в грудь» и кричать, что он «человек Дамблдора». Нет, тут, конечно, точки зрения на это могут быть разные, но как по мне то, Гарри должен быть «человеком Поттера». Прежде всего. Ну, или в самом крайнем случае «человеком Лорда Блэка». А Дамби обойдётся.

И ещё, я очень надеялся, что благодаря отсутствию Уизли в его жизни у Гарри разум в Хогвартсе отключаться не будет. А то, помнилось мне во времена чтения канона, что когда Гарри попал в школу, то как-то очень уж резко он поглупел. Вот, если вспомнить случай с троллем, то очень уж показательно выходит. Они там чудом в живых остались и у разумного ребёнка, сразу должен возникнуть вопрос: какого, мол, хрена по школе тролли разгуливают. А Поттер о чём в это время мечтает? О том, что им баллов за это подкинут. В общем, полный... восторг.

Кстати, афишировать то, что я теперь Лорд Блэк, я тоже пока не собирался. В идеале, было бы дождаться лета после четвёртого курса, и обломать Дамби и его Орден. А то, ишь ты чего удумали. Дом Древнейшего рода под ночлежку и столовую приспособить. А уж запустить туда Молли Уизли и Мундунгуса Флетчера... Это было верхом идиотизма. Со стороны Сириуса, конечно. Впрочем, думается мне, что до этого не дойдёт. Но, загадывать пока не будем.

А сейчас мы с Гермионой обучали Гарри его первому заклинанию Люмос. Невилл, как оказалось, его наколдовывать умел. Да и палочка у него была своя, родная. Не отцовская. А обучая Гарри, мы сейчас, как говорится «убивали двух зайцев» сразу. Ведь, помнится, в каноне Поттер до самого последнего момента был уверен, что его прямо сейчас отправят обратно. Вот мы и старались уверенности в себе ему прибавить. Да и желание пройти дорогу к лодкам тоже присутствовало. Ну, без переломанных ног, я имею в виду.

А дальше было как в каноне. Мы доехали до Хогсмида. Добрались до лодок подсвечивая себе тропинку. Приплыли в замок и там Хагрид передал нас Макгонагалл. Хочу заметить, что замок и потолок в Большом зале внушали уважение к Основателям. Здорово они, в своё время, поработали. А вот дальше случилась непонятка. И выразилась она в том, что Квиррелл не носил на голове тюрбан. Соответственно, у Поттера голова в его присутствии не болела. И было непонятно, одержим ли Квиррелл. Нет, он слегка заикался, конечно же. Да и выглядел довольно болезненно. Но, не несло от него ни чесноком, ни запахом разложения.

Хотя, если вспомнить одержимых с которыми сталкивался в Тедасе Дайлен Амелл, то ничего необычного в данной ситуации не было. Далеко не всегда по внешнему виду можно было это определить. Особенно, если вспомнить Коннора, сына эрла Эамона. Он вообще оставался с виду самым обыкновенным мальчиком. А вот одержимость ещё одного персонажа, по имени София Драйден, бросалась в глаза сразу же. К тому же, Волдик мог маскироваться. А ещё могло быть и так, что второе лицо, на затылке, у него позже начнёт расти. Вот и пришлось обратиться в ожидание.

Ещё я подстроил так, что Поттера в этом году в команду по квиддичу не взяли. Несмотря на то, что Невилл таки сорвался, с метлы и потерял Напоминалку. Просто, когда он упал, то я переместился поближе к Малфою. Кстати, всё это время Драко вёл себя относительно прилично. Видимо, папаша таки «вставил» ему фитиль. Но, тут он явно не сдержался. Впрочем, как только он поднял Напоминалку с земли, я тихонечко обездвижил его Руной паралича и забрал стеклянный шарик из руки Малфоя.

Так что, не стал Гарри, пока что, самым молодым Ловцом за последнюю сотню лет. И не было, соответственно матча, во время которого его пытались сбросить с метлы. И «дуэль» с Дракусиком тоже не состоялось. Точнее, не было не только самой дуэли, но, и тех событий после которых Гермиона произнесла свою знаменитую фразу: «... Нас всех могли убить... или, что ещё хуже, исключить из школы...».

В общем, учились мы потихоньку, сдерживая Гермионины порывы. А то ведь её хлебом было не корми, дай только чего-нибудь выучить. Вот и пришлось общими усилиями приучать её к режиму труда и отдыха. Распределились, кстати, мы все на Гриффиндор. Я же, как оказалось, персонажем был не лишним, а вместо. Не было в этом мире Дина Томаса. Вот и занял я его место. А ещё Невилл учил Гарри быть наследником Древнего рода. Потому что Гарри, когда услышал что он оказывается Наследник, то, сильно удивился, разумеется. И гардеробом Поттера мы тоже озаботились.

Рон, кстати, так и не смог вписаться в нашу компанию. Поэтому, переключился на Шеймуса Финнигана. Сам по себе Шеймус тоже не был большим любителем учёбы, вот они друг друга и нашли. Храпел Рончик, кстати, не так-то уж и громко, но вот за столом он, как говорится, во всю соответствовал. И это тоже не добавляло желания с ним дружить. Ещё к нашей компании, со временем, присоединилась Фей Данбар. Тихая и скромная девочка распределившаяся на Гриффиндор вместе с нами. Да и из других домов тоже появились друзья, со временем.

Боунс и Эббот из Хаффлпаффа, Голдштейн из Рейвенкло, и Гринграсс с Забини из Слизерина. С последними мы правда не то что бы дружили, но общались вполне неплохо. А вот с Голдштейном у нас появилась своеобразная традиция. Каждое утро я здоровался с ним словами:

— Таки, шолом, мистер Голдштейн. И шо ви имеете мине таки сказать за сегодня?

— Таки не делайте нерви строму еврэю, мистер Гринхилл, — неизменно отвечал мне Энтони.

Был, разумеется, ещё один персонаж, которого пришлось ставить на место. Если вы ещё не поняли про кого я, так это про Снэйпа. Как я уже рассказывал, было теперь в моем арсенале заклинание «Взрыв разума». Вот этим-то самым «Взрывом...» я Снэйпа и прикладывал. Периодически. Нет, если бы я применил к нему «Ужас» или «Кошмар наяву», то он бы с ними справился. Окклюмент-то он был великолепный. А вот со «Взрывом...» справиться у него шансов не было.

Потому, что воздействовало оно на человека, как удар кулаком в боксёрской перчатке. Причём, изрядно утяжелённой. Так что, никакая окклюменция тут не помогала. И никакой известной защиты от него не было. Первый раз это случилось на самом нашем первом занятии по зельеварению. Ну, помните, как в каноне было? Когда он на Поттера наехал. Типа, известность это ещё не всё и всё такое прочее. Потом ещё несколько раз. Так что, со временем, Снэйп утихомирился и больше нас сильно не трогал. Единственными гриффиндорцами из нашего потока, которым он, скажем так, безнаказанно мог высказывать своё неудовольствие, были Финниган и Уизли.

Так всё и шло до самого Хэллоуина. Пока своё веское слово не сказал канон и мне не пришлось принимать радикальные меры. Началось всё после возвращения нас с Гарри из Годриковой Впадины. Кстати, тот разговор в поезде про покровительство закончился тем, что Гермиона его приняла. А Гарри и Невилл, по совету последнего, приняли протекторат Лорда Блэка. На время обучения и пребывания в школьных стенах, так сказать.

Туда мы отправились с Гарри вдвоём, не поставив в известность никого из преподавателей. Это как раз был случай из разряда тех, когда проще попросить прощения, чем добиваться разрешения. А друзей попросили нас «прикрыть», если что. Гермиону, правда, пришлось поуговаривать. Всё-таки медленно с неё снимались «розовые очки». Тем более, что ситуация, когда бы ей пришлось действовать наплевав на правила пока не возникала. Это в каноне она лихо Снэйпу мантию подпалила. А вот тут такого не было. Впрочем, уговорили мы её. Все вместе. Тем более, что собирались мы выбраться из замка всего-то часа на два.

Сначала мы воспользовались подземным ходом, который начинался у статуи Горбатой Ведьмы. А уже в Хогсмиде я вызвал Кричера и он доставил нас по назначению.

Скажу откровенно, не очень-то я любил бывать на кладбищах, так что мандраж у меня присутствовал. Не знаю почему, но повелось у меня так ещё с прошлой жизни. А уж про Гарри я вообще промолчу. Он, от волнения, залился слезами. Ну, когда мы могилы его родителей нашли. Так что, пришлось мне отойти немного в сторону, что бы дать ему возможность побыть с ними наедине. И, заодно, поискать могилу Игнотуса Певерелла. А после того как Гарри немного успокоился показать ему её и рассказать сказку про трёх братьев. Ну, и объяснить, заодно, что Гарри является далёким потомком этого самого Игнотуса.

А вот глядя на дом Поттеров, куда мы потом отправились, я испытал явное недоумение. Потому что, видел я его. Совершенно отчётливо. А значит и никакого Фиделиуса на доме не было. Отсюда возникал вопрос. А был ли мальчик, то есть, простите, Фиделиус? Крыса-то был жив. Мы его у Рончика сколько раз видели. В общем, непонятно тут было, чего это за дела такие.

Кстати, на сам дом видимо были наложены какие-то хитрые, укрепляющие его заклинания. Потому что, кроме дыры в стене, на втором этаже, где была детская комната, больше никаких повреждений не было. Как и пыли внутри. Ну, почти. Даже мебель и фотографии на стенах сохранились. А ещё, Кричер, пользуясь своей домовиковской магией, помог нам найти скрытый вход в подвал. В который можно было попасть только Наследнику рода. А если кому-то ещё, то только с его разрешения. Было на стене, в одном месте, схематическое изображение ладони. И как только Гарри приложил свою, то его сразу же кольнуло в ладонь иголкой. А дальше в стене образовалась арка в которую мы и вошли.

Комната, которая нам открылась, была чем-то средним между лабораторией зельевара, мастерской артефактора и хранилищем. В котором мы обнаружили перстень Наследника рода Поттер. А то непорядок получается. У Невилла такой имеется, у Малфоя я такой видел. У Крэбба и Гойла тоже есть, а у Поттера нету. Вот мы его на Гарри и надели. А потом вернулись в школу.

Успели мы как раз к ужину. Но, за столом нашего факультета, я почему-то не увидел ни Гермиону, ни Невилла, ни Фей. А когда мы выяснили, что Данбар и Лонгботтом находятся в больничном крыле, а где Грэйнджер вообще неизвестно, в Большой зал ворвался Квиррелл. На сей раз в тюрбане. И прокричал что в подземельях бродит тролль.

Разумеется, поднялась паника, а Дамблдор, как и в каноне, выдал команду отправить учеников в факультетские общежития. А я дёрнул за рукав Поттера.

— Гарри! — прокричал я ему, потому что гвалт стоял тот ещё. — Беги к профессору Спраут и сообщи, что общага её барсуков, как и тролль находится в подземелье! И пусть она предупредит Снэйпа!

— А ты куда?! — проорал в ответ Гарри.

— А я попробую Гермиону отыскать! Кажется я знаю где она! — крикнув это, я бросился на выход из зала.

1) Фанфик о котороя я упомянул, это работа «Оружейник Хаоса» нашего уважаемого Raven 912

Вернуться к тексту

Даже, несмотря на то, что я знал куда мне бежать, я чуть не опоздал. Потому что, когда я только подбегал к туалету, в котором предположительно находилась Гермиона, тролль уже протискивался в него через узкий и низкий проход. Для него, конечно. Здоровенное, всё-таки, было... создание. А почему предположительно? Да потому что не было канонного инцидента на уроке Чар.

Так что, вероятность того, что Гермиона окажется в туалете была не стопроцентная. Она вообще в каком-нибудь другом месте могла находиться. Но, тем не менее девочка оказалась именно в нём, а тролль начал размахивать своей дубиной.

Страшно было... чуть ли не до мокрых штанов. Ну, когда я тролля увидел. Не со спины, а лицом к лицу с ним встретился. Это в фильме он выглядел как заплывший жиром увалень с пивным пузиком и туповатым выражением лица. А на самом деле это была гора мышц. От которой так и веяло опасностью. Да и дубиной он помахивал, как лёгкой тросточкой.

Хорошо ещё, что были у меня теоретические знания как с такими махинами справляться. Благодаря снам про Тедас. Встречались на его просторах, знаете ли, подобные создания. Только там назывались они ограми. И был у Дайлена Амелла практический опыт по их уничтожению. Встречались в его жизни моменты, когда приходилось ему, как говорится, переведываться с подобными созданиями. И, даже, один на один.

Вот только, когда он столкнулся с огром в первый раз, то был он вместе с ещё парочкой Стражей. И завалил его тогда совсем не Дайлен. В общем, была у него возможность и издали огра рассмотреть, и приноровиться к тому, чем его долбить лучше. А вот у меня выбора не было. Особенно, когда после первого тролличьего удара по туалетным кабинкам, раздался чей-то крик ужаса. Хотя, почему чей-то? Понятно же, что Гермиона кричала.

Вообще-то в Тедасе проживало четыре расы разумных. Гномы, эльфы, люди и кунари. И, хоть они и походили друг на друга внешне, но, в отличие от здешнего мира они не могли давать совместного потомства. А может и могли, но Дайлену ни разу, за время его приключений, не встретилось ни одного полукровки. И Тёмных отродий тоже было четыре разновидности. Генлоки, гарлоки, шарлоки или крикуны, и огры. Первые были невысокими и коренастыми как гномы. Вторые — больше походили на людей. Среди них, кстати, чаще всего встречались самые умные отродья. Которые умели не только тупо уничтожать всё живое, но и разговаривать, и командовать остальными. Третьи были худощавыми, подвижными и очень быстрыми. Как эльфы. Ну, и наконец, четвёртые были здоровыми и мощными как кунари. Только ещё в два раза больше. Вот их-то и называли ограми.

Откуда, спрашивается, пошло такое разделение? Да и вообще, как отродья появлялись на свет? Сами-то они были бесплодны. Точно никто не знал. Известно было только, что их воспроизводили Матки. Типа муравьиных или пчелиных. Только непонятно было как их оплодотворяли и кто этим занимался. Затем, когда наступал срок, матки откладывали личинок, а уже из них вырастали отродья. Так вот, самих Маток отродья тоже создавали искусственно. А для этого они захватывали в плен женщин, которых, собственно, потом преобразовывали в Маток. И от того, какой расы женщина была изначально, зависело в какую разновидность отродий разовьются личинки.

Если, преобразованная в Матку женщина было гномкой, то её потомство превращалось в генлоков, если человеком, то — в гарлоков. Бывшие эльфийки и кунари воспроизводили, соответственно, крикунов и огров.

Огры походили на здешних горных троллей только ростом. И, думается мне, что в рукопашной схватке самый слабый огр справился бы с самым сильным троллем. Потому что были огры и здоровее тороллей, и, что самое главное, умнее. А на поле боя они были страшными, очень трудно уничтожимыми противниками. Но, и с ними, со временем, Серые Стражи научились справляться. И сделать это мог не только маг, но и обычный человек. Что и продемонстрировал как-то Дункан, командор Серых Стражей Ферелдена. Правда, для этого нужно было иметь соответствующую физическую подготовку и достаточно мужества. Чтобы огра не испугаться. А ещё пару кинжалов.

В общем, можно было используя кинжалы как ледовые крюки, забраться на огра и нанести ему несколько сильных ударов кинжалом прямо в сердце. Ну, или воздействовать на него магически. Магия, конечно, действовала на них гораздо слабее чем на прочих отродий, но всё же действовала. Как и на тамошних драконов.

А так как у меня, пока, недоставало запаса маны, чтобы справиться с троллем магией, то я собирался победить его не наколдовывая на него ничего убойного. Для этого я использовал... опцию, что ли, тедасского боевого мага. Заполучил, в своё время, Дайлен такие знания путешествуя по лесу Брессилиан. Попалась ему... нечто вроде филактерии с душой жившего в незапамятные времена эльфа. Вот эта самая душа и снабдила ими Амелла, в обмен на помощь в отправке её на перерождение.

Кстати, сам Дайлен этими знаниями так и не воспользовался, а вот мне они пригодились. Смысл же данной... опции заключался в том, что среди древних эльфов были маги, развивающие магические способности в дополнение к своему боевому искусству. Они пропускали магическую силу через своё оружие и тело, сея ужас на поле боя. Поэтому я обратил свою маги внутрь себя, как бы включая это умение и ещё применил, опять же на себя заклинание «Аура силы». Помнится в игре эта самая «Аура...» прибавляла: +5 к атаке, + 10 к защите и +5 к урону. Но, у нас-то здесь была не игра. Поэтому, я просто на некоторое время стал сильнее, защищённее и быстрее. Ну, и ловкости немного прибавилось.

В общем, когда я буквально влетел в туалет, то увидел, мельком, несколько снесённых кабинок и разбитых умывальников. И Гермиону, прижавшуюся в ужасе к стене, закрывшую голову руками и зажмурившую глаза. А ещё тролля, замахивающегося для очередного удара. Так что, выскочил я перед ним и швырнул ему в морду обломок умывальника, что бы привлечь к себе внимание.

— Ы-ы-ы-ы... — промычал тролль и саданул по мне дубиной.

Я отскочил в сторону, а дубина стукнула об пол. Именно этого момента я и ждал. И, как только он начал её поднимать для очередного замаха, я вскочил на неё и использовал дубину и его руку как узенький, перекидной мостик через пропасть. Промчавшись по этому «мостику» я оказался у тролля на плече и, не мудрствуя особо, просто всадил ему в глаз свою волшебную палочку. Которую я воткнул до самой рукоятки, чтобы наверняка добраться до его мозга. А потом ещё и подёргал её из стороны в сторону, чтобы нанести ещё большие повреждения.

Ноги тролля подломились и он упал. Сначала на колени. И всё это произошло так быстро, что я не смог удержаться на его плече. Ухватиться-то толком было не за что. Ухо у него было слишком большое, а моя ладонь слишком маленькая, что бы нормально зацепиться. Вот я и слетел с него. А потом ещё и в сторону пришлось откатываться, потому что падать он начал головой вперёд.

И к счастью для меня, запас моей маны исчерпался только теперь. После того как основная задача была выполнена. А то ведь сил бы могло не хватить и тело тролля припечатало бы меня к полу. Так что, повезло мне. А дальше у меня начался откат, как после адреналинового пика. Хотя, почему — как? Так, по сути, оно и было. И, как после приёма любого наркотика, наступило чувство опустошённости, моральный и физический упадок. Ну, те кто стал по жизни адреналиновым наркоманом, меня поймут.

И они же согласятся, что в кино показали полную хрень. Нет, понятно, конечно, что фильм прежде всего был для детей. И в нём не будут показывать всякие ужасы. Но, всё равно. В реальной жизни так не бывает. А то, помнится, Поттер и Грэйнджер выглядели свеженькими как «огурчики». После схватки с троллем. Ни тебе тяжёлого дыхания, ни заторможенности, ни радости от того что живы остались. В общем, у нас тут, на самом деле всё было совсем не так, как в кино. Я валялся на полу, будучи не в силах пошевелиться, а Гермиона так и стояла с зажмуренными глазами и прикрывая руками голову.

И только когда ко мне вернулось немного сил, я стал в состоянии её позвать. А то лежать на полу становилось несколько неудобно. Вот только встать с пола самостоятельно я всё ещё не мог. Для этого-то я и собирался её позвать. Ну, чтобы помочь мне встать. Да и из шока нужно было постараться её вывести. Но, тут в туалет ворвались профессора. Макгонагалл, Снэйп и Квиррелл. Последний, разумеется, тут же, якобы, упал в обморок. Снэйп нагнулся над троллем, а Макгонагалл сверлила злющим взглядом Гермиону. У неё даже губы побелели. А вот меня она почему-то до сих по не заметила.

— О чем, позвольте вас спросить, вы думали, мисс Грэйнджер? — в голосе Макгонагалл была холодная ярость. — Вам просто повезло, что вы остались живы. Почему вы не в спальне?

Гермиона, услышав Макгонагалл несмело открыла глаза.

— А почему вы спрашиваете мисс Грэйнджер, профессор? — подал я голос. — В конце-то концов это я здесь джентльмен, вот у меня и поинтересуйтесь. Да и вообще, не помешало бы вызвать домовиков и переправить нас в больничное крыло. А то у Гермионы шок, а я, боюсь, совсем не в том состоянии, что бы сопроводить её.

— Э-э-э... — протянула Минерва, видимо ошарашенная моим ответом. Скорее всего, она думала что мы тут перед ней оправдываться начнём.

— А на ваш вопрос, профессор, я могу ответить следующее, — продолжил я свою речь. — У нас с мисс Грэйнджер свидание тут было. Но, его прервали, самым невежливым образом. Вот и пришлось зарвавшегося хама «на место ставить».

В общем, переправили нас в больничное крыло. Потому что, Гермиона так и молчала, до сих пор пребывая в шоке. И даже до Макгонагалл дошло, что расспрашивать её сейчас бесполезно. А я просто отказался отвечать на её вопросы. Как минимум, до тех пор пока мы с ней не получим медицинскую помощь.

А утром, после того как мадам Помфри выписала нас и отправила на завтрак, нас встретил взволнованный Гарри. Всё-таки не каждый день сразу четверо его друзей оказываются на больничной койке.

И, как и следовало ожидать, передал нам пожелание Дамблдора видеть всех нас в его кабинете. Кстати, выписали из санчасти не только меня и Гермиону, но и Фэй с Невиллом. Как выяснилось, по дороге на завтрак, Фэй пострадала из-за «шутки» близнецов Уизли. Ну, то что они над ней «подшутили» я из её рассказа понял. Никто кроме них больше подобными вещами не занимался.

А получилось всё следующим образом. Фэй регулярно принимала одно зелье. Прокляли её не так давно. Уж не знаю что там случилось, в подробности-то вдаваться она не стала. К счастью, проклятье было снимаемое. Но, чтобы его снять, нужно было её сначала к этому подготовить. Ну, как предоперационную подготовку с ней провести. Вот она и принимала какое-то зелье. А было оно весьма редким и очень дорогим. Настолько, что ни в аптеке Малпеппера, ни в госпитале Сент Мунго найти его было невозможно. Делалось оно исключительно под заказ. Так что, родителям Фэй пришлось обращаться к Горацио Слагхорну. А старина Слагги, как известно, бесплатно не работал.

И, это ещё хорошо, что рядом с Фэй оказался Невилл. Успел он своевременно доставить её в санчасть. Правда, переволновался по дороге. Вот мадам Помфри и оставила его до утра в своей вотчине, напоив успокоительным и снотворным. А самочувствие Фэй, она смогла стабилизировать и... как бы сказать-то... откатить к исходному состоянию, что ли. Так, наверное. В общем, Фэй нужно было теперь начинать всё с самого начала. Благодаря двум рыжим недоумкам.

И, если спросить почему это случилось только сейчас, то можно предположить, что всё это время эти «шутнички» усиленно работали над каким-то очередным своим проектом и не уделяли много времени своим обычным делишкам. Придумывали, к примеру, очередной вариант какой-нибудь Канареечной помадки. Который только сейчас решили испытать. А в качестве испытуемого они Фэй выбрали. И, фиг его знает чего они там в неё намешали. Вот испытание этой фигни и чуть не закончились... фатально. Для неё.

А как они её подловили? Так ведь тоже ничего сложного. Фэй, из-за побочки от зелья приходилось часто пить. Поэтому у неё всегда был стакан в сумке. Ну, а наполнить его водой, используя палочку, проще пареной репы. Вот Фэй в очередной раз и налила себе водички. А потом её отвлекли. Швырнули Рону паука на голову. Тот, разумеется, поднял шум. Вот в это-то время ей незаметно левитировали в стакан быстрорастворимую пилюлю. Скорее всего.

С Гермионой тоже, судя по всему, было не всё в порядке. Сейчас-то она была всё ещё немного заторможена из-за зелий. А вот что будет дальше я понятия не имел. Как бы у неё кошмары не начались. Как я уже говорил, это в фильме у тролля было лицо туповатого увальня. А в реальности у него была довольно уродливая морда. Перекошенная от злости, рычащая и брызжущая слюной. Которая ещё и с его клыков капала.

И, для чего нас вызвали к директору тоже понятно было. И, если кто-то думает, что для расследования, то фиг они угадали. Нет, расследование, для вида тоже проведут. Но, в первую очередь, «прессовать» нас начнут чтобы мы «сор из избы не вынесли». Или же вообще виновными нас захотят сделать. А может сразу и приложат чем-нибудь типа Обливиэйта. И память заодно подкорректируют. Поэтому я, по дороге к директорскому кабинету, вызвал тихонечко Кричера и слил ему копию своих воспоминаний. Нет, у меня, конечно, присутствует на пальце перстень Лорда, вот только и у Дамби в руках убер-палка имеется. Так что, как говорится, нафиг, нафиг.

Ещё было не очень понятно кто Гермиону в том туалете запер. Оказалась-то она там по причине вполне банальной. У организма её потребность возникла. Вот она и отправилась в ближайший туалет. А когда хотела выйти, то оказалось, что двери опечатаны. И никакая Алохамора не работает. Было у меня предположение, что тут Волди отметился. Чтобы внимание всех от третьего этажа отвлечь. Хотя, могли и "шутнички" наши, доморощенные. Особенно если им мама Молли «хвоста накрутила». А то ведь на вокзале-то Поттера они упустили. Вот она и решилась на ответный шаг. Чтобы отвадить от Гарри его нынешних друзей и сблизить его со своими отпрысками. В общем, непонятно всё было.

А по дороге в кабинет я постарался заинстуктировать Грэйнджер и остальных, чтобы они не влезали в предстоящий разговор.

— Друзья мои, — говорил я им по дороге, — у меня к вам будет убедительнейшая просьба. Не разговаривайте с директором. Предоставь это мне. Потому что я с ним сейчас буду разговаривать не как ученик, а от имени Лорда Блэка. По взрослому, жёсткому варианту. И, если вам покажется, что я проявляю неуважение к директору и деканам, то просто помолчите. Своё возмущение вы мне потом выскажете. Договорились? Пожалуйста, очень всех прошу.

Невилл и Гарри со мной согласились, Фэй — тоже, а Гермиона только слегка заторможено покивала. А я, глядя на неё, думал что мне теперь с ней делать. Да и не только с ней. Фэй тоже, только чудом, избежала шанса отправиться в «следующее большое приключение». Как их теперь... реабилитировать, что ли. Ведь если наличие магии делало нас более здоровыми, ну, в том смысле, что всякие болячки и травмы вылечивались гораздо быстрее, то с психикой всё обстояло, как и у обычных, немагических людей. Вот я и не знал, что делать. Всё-таки, встречи с горными троллями желающими тебя сожрать, случаются в жизни далеко не каждый день. Или, как в случае с Фэй, насильственная трансфигурация из живого в живое. Но, Фэй-то пережила всё только в ощущениях, а Гермиона ещё и видела в живую. И это запросто могло её «сломать», нанести её психике необратимый вред.

Настолько сильный, что инициативная, энергичная, можно сказать рвущаяся в бой девочка могла превратиться в боящееся малейшего громкого звука существо. Шарахающееся от собственной тени. Разве что, постараться окутать её душевным теплом. И настраивать на то, что если нас что-то не смогло убить, значит оно сделало нас сильнее. Как-то так.

А для чего с нами пригласили Гарри? Он-то вроде в данной ситуации человек посторонний. Ну, я думаю, что Дамби решил продемонстрировать ему всю глубину его... ошибки и направить его на «путь истинный». А то, как-то неправильно он себя ведёт. Слишком по-умному. А герой таким быть не должен. В общем, не с теми людьми он дружит, не с нужными. Настроят ещё его неправильно, вот он и не полезет «Философский камень» спасть от злобного Снэйпа. Но, это опять же, я так думаю. А что там у него в голове, кроме самого Дамби никто не знает.

В кабинете директора, помимо самого Дамблодора, находились четверо деканов. Злющая Макгонагалл, мрачный Снэйп, любопытные Флитвик и Спраут. И огорчённый Дамблдор. Эдакая вишенка на торте. В общем, ничего необычного. Кстати, то что разговор решили начать с меня и Гермионы, тоже следовало ожидать. На самом деле, всё очень просто. Сначала припугнуть нас, а остальные в это время перенервничают и убеждай себе спокойно испуганных детишек в чём угодно. И они на всё будут согласны.

После того как нас усадили на один большой диван, Альбус посмотрел на меня своими голубыми глазами и спросил:

— Найджел, мальчик мой, что ты можешь сказать нам в своё оправдание?

— Найджел, мальчик мой, что ты можешь сказать нам в своё оправдание? — произнёс Дамблдор.

Сказано это было тоном деда, уставшего от шалостей своих внуков. И сильно в них разочаровавшегося. Дескать, ну что же вы детишки? Я тут для вас стараюсь, стараюсь, а вы шалите. Вот, что такого вы тут ещё натворили, что мы, люди взрослые и занятые вынуждены отвлекаться от важных и нужных дел?

По сути, ситуация была обычная, для таких случаев. В школе случились сразу два ЧП и начальство теперь, простите за грубость, старается «задницу свою прикрыть». Вот и собирается для этого «стрелочников» назначить. А ещё, судя по всему, если Дамби спохватился, что Гарри не с теми дружит, то сейчас, на нашем примере, он захочет показать ему, что выбрал он неправильно. И, что нужно дружить с детьми из хорошей, светлой семьи Уизли. Н-да. Вот ведь... интриган доморощенный. Но, если он думает, что всё у него сейчас получится, то нифига он не угадал.

А ещё мне очень сильно захотелось сначала расхохотаться ему в лицо. После чего схватить Дамби за бороду и начать долбить его головой об стол, разъясняя при этом всю глубину его неправоты.

Вообще-то, рациональнее всего Дамбика надо было бы устранить. Вычеркнуть, так сказать, из расклада. Но, не наступило пока ещё время для этого. Уж слишком мы с ним пока в разных весовых категориях чтобы в открытую «бодаться». А нанести удар в спину, исподтишка, тоже не выйдет. Потому что свидетелей вокруг него всегда много. Так что, планы на это отложить пока придётся.

Но, это всё в отдалённой перспективе. А сейчас же, мне нужно постараться свести к ничьей данную ситуацию. Вот этим-то я и займусь.

— Оправдываться, мне? А собственно в чём? В том что я добросовестно выполнил ваше распоряжение и подыграл вашему плану? — «удивлённо» уставился я на директора, выделив интонацией слово «Вашему».

— Какому ещё плану? — взвилась Макгонагалл. — Вас тут о чём спрашивают? Почему вас с мисс Грэйнджер не было в гостиной факультета и почему вы нарушили приказ директора?

— Да потому что мисс Грэйнджер не было на пиру и приказ директора она услышать никак не могла. И уж тем более его выполнить, — не дал я заткнуть себе рот. — Вот я отправился на её поиски, чтобы сопроводить в гостиную. Так что ничего я не нарушал, а совсем наоборот. Поспособствовал выполнению. Что тут непонятно-то?

— Ну, в целом ситуация прояснилась. А о каком таком директорском плане вы говорили? — спросил Флитвик.

— Так это вообще просто, — пожал я плечами. — Тролль, насколько мы знали, разгуливал по подземельям, а общежитие Слизерина там как раз и находится. Правда, там ещё и общежитие Хаффлпаффа, но я попросил Гарри предупредить об этом профессора Спраут. Ну, чтобы она своих придержала. А то ведь первыми на тролля и барсуки могли нарваться.

На меня уставилось пять пар удивлённых глаз наших преподавателей и директора. И ещё — учеников. Нет, я конечно понимал, что сейчас несу откровенный бред, вот только если запустить в массы такую сплетню и вспомнить о том, что маги и логика вещи несовместимые...

В общем, Дамблдору могло мало не показаться. Особенно если вспомнить как его после Турнира грязью поливали, да и с должностей он послетал в две минуты. Там, правда, скандал на международном уровне образовался. Но, всё равно. Врагов-то за его жизнь у Дамбика немало скопилось. Так что, бред бредом, но если Малфой-старший накрутит Фаджа, то последствия могут появиться. Да и вообще, после прочтения канона, у меня было стойкое ощущение, что не настолько уж и велик наш добрейшей души дедушка. Да, крутой. Но, не крутейший, если вы понимаете о чём я.

— Кстати, — добавил я подливая, так сказать, масла в огонь, — хороший был план, директор. Одним махом подсократить количество будущих последователей Того-Самого. Жаль только что тролль не в подземельях оказался.

— Что?! — заорала Макгонагалл. — Да как вы смеете?! Да как у вас язык повернулся такое сказать?! Да как вы такое подумать могли?!

В общем, Маккошка орала, Флитфик посмеивался, Спраут смотрела на Дамблдора с осуждением и настойчивым пожеланием взглянуть на цвет его внутренностей, а Снэйп смотрел на меня. С некоторым интересом. Я же почесал макушку и вновь заговорил. Разумеется, после того как Макошка прооралась.

— Ну, раз никакого плана не было, то может мы тогда пойдём? А то нам ещё домашку делать. Мы-то в отличие от Уизли сюда учиться приехали, а не семьи свои разорять.

— Вот, кстати, об этом — подал наконец голос Дамблдор, — Фэй, девочка моя, ты же понимаешь, что это была всего лишь невинная шалость. И, что нужно учиться прощать.

— Да Фэй-то может и понимает, — снова влез я в разговор, — и даже, может быть простит, по доброте душевной. Но, вот с её родителями, боюсь, такой номер не пройдёт. Так что, попали Уизли. Галлеонов... примерно на пятьсот.

На меня вновь удивлённо уставились преподаватели вместе с директором.

— Но, откуда взялась такая сумма, мистер Гринхилл? — спросила меня Макгонагалл.

— Разумеется, не с потолка. Профессор Снэйп, будьте столь любезны, озвучьте нам, так сказать официально, сколько стоит... — я произнёс наименование зелья.

— От двухсот пятидесяти до трёхсот галлеонов, — ответил Снэйп. — И это только здесь, у нас в Британии, а кое-где и подороже будет.

— Но, — не поняла Макгонагалл, — почему вдруг прозвучало число пятьсот? Ведь это вдвое больше озвученной стоимости.

— Так, за моральный ущерб, профессор, — пояснил я свою мысль. — Или вы предлагаете им просто пальчиком погрозить? Нет уж. За свои дела нужно отвечать. А то, как я смотрю, им лавры Мародёров покоя не дают, вот они и стараются их переплюнуть. Это сейчас, слава Мерлину, благодаря решительным действиям Невилла, никто не погиб. Но, можете ли вы гарантировать, что такого не случится завтра?

— Э-э-э... но у Уизли нет таких денег. Где им их взять-то?

— Одолжить. Или у гоблинов кредит взять, — предложил я. — Лет на сто. Хотя нет. Пусть лучше сразу в рабство себя продают. Так надёжнее будет.

В общем, отправили нас обратно в гостиную Гриффиндора. А по дороге Гермиона спросила меня, почему я так разговаривал с преподавателями и директором. Практически, на равных и чуть ли не по-хамски. Они же всё-таки взрослые и лучше знают что к чему. А я пояснил свои действия.

— Видите ли, Гермиона, Фэй, Гарри и Невилл, — привлёк я общее внимание. — Я, как вы знаете, сирота. И вырос в патронатной семье. Вот меня и научил как себя вести в похожих ситуациях мой патронатный папа. Он у меня адвокат. А почему именно так? Ну, если бы я не переключил их внимание, то мы бы вышли их кабинета директора в твёрдой уверенности, что мы виноваты. Вы: ты и Фэй, в том что живы остались, а мы: я и Невилл, в том что вас спасли. А Гарри рассказали бы что мы ребята нехорошие и ему лучше держаться от нас подальше. Как-то так. В общем, как-то так.

Дети задумались. Потом, попозже, каждый из них высказал свою точку зрения на происходящее и мы совместно решили что будем делать дальше. Решили же мы, что всё что нам оставалось, так это ждать, как события развернуться и чем это Уизли аукнется. И, разумеется, на самотёк мы это дело пускать не стали. Родителей Фэй и ДМП мы известили, поверенных родов Поттер и Блэк тоже. А то ведь у некоторых может хватить ума финансовое положение Уизли за счёт Поттера поправить. Ключик-то от Гарриного хранилища так у Дамби и остался. Правда, никто ещё не знает, что он уже аннулирован. Вот и будет кое-кому сюрприз, в случае чего. А для этого мы оповестили поверенных, а через них, заодно, ещё и директора Гринготтса Рагнока.

Единственное, о чём нас попросила Гермиона, так это не ставить в известность её родителей. Очень уж ей не хотелось расставаться с появившимися друзьями. Первыми в её жизни. Так что пришлось нам всем взять на себя роль психотерапевтов. К тому же её состояние, как и состояние Фэй постоянно контролировала мадам Помфри. В общем, к Рождественским каникулам Гермионе перестали сниться кошмары.

А ещё на постоянном контроле у мадам Помфри был Гарри. Когда она его впервые обследовала, то очень долго ругалась на латыни. И только её клятва колдомедика не позволила ей немедленно отправиться к Дамблдору, чтобы... ну, сами понимаете зачем. В общем, состояние Гарри тоже потихоньку выправлялось. Разумеется, до Рождества он ещё не достиг заложенных природой параметров, но уверенно к ним приближался.

Также, через два дня после хэллоуинских событий, из школы исчез профессор Квиррелл. Не без моей помощи, разумеется. Посчитал я, что ни к чему ему всякую там кровь единорожью пить и за Философскими камнями охотиться. И, конечно, Поттера в это втягивать. Вот и нанёс ему превентивный удар. И даже сам не подставился.

Для этого я позвал Кричера, он сделал меня и себя невидимыми и я обездвижил Квиррелла. Как раз, когда он к себе в кабинет вечером возвращался. Использовал я для этого всё ту же Руну паралича, из арсенала Дайлена Амелла. Затем мы с Кричером втащили его в кабинет и я размотал его тюрбан. Чтобы окончательно удостовериться в своих предположениях. А то ведь, как говорится, на канон надейся, но и слепо доверять тоже не нужно. Но, к счастью для меня и, к несчастью для Квиррелла, канон оказался прав. На его затылке действительно стали проявляться внешние признаки одержимости.

Поэтому я не стал мудрствовать, а применил заклинания из того же Дайленовского арсенала. Сначала заморозил его до состояния льда используя заклинание «Конус холода», а затем долбанул «Каменным кулаком». Почему именно так? А потому что замороженное тело, после удара, превращалось в... ну, мелкодисперсную взвесь... наверное. Именно таким был эффект от этой комбинации. А потом эту самую взвесь, под воздействием ударной волны, разносило по окружающему пространству. В общем, следов не оставалось.

Ну и Дамбику, заодно, головной боли добавил. Пусть побегает, посуетится в поисках нового преподавателя. Ну, или сам «тряхнёт стариной». Помнится, года примерно с пятьдесят шестого по шестьдесят девятый, преподавал он ЗОТИ. После того как его на посту преподавателя трансфигурации Минерва сменила.

Кстати, кому там задолжали Уизли было непонятно. Но, деньги родителям Фэй они заплатили. И, как я и предполагал, ровно пятьсот галлеонов. Близнецы, до самого конца года, имели бледный вид. Потому что находились на жесточайшем контроле у своего брата Перси. Ну, и карту Мародёров я у них конфисковал, а то ведь совсем забыл про неё.

Мы же до конца года вели себя как обычные школьники. Учились, дурачились когда учиться надоедало, помогали Невиллу в теплицах, летали на мётлах. Даже Гермиону к этому делу приохотили. В общем, прекрасно обходились без приключений.

Дамблдору тоже видимо «хвоста прикрутили». И совсем не слегка. Правда, с должностей он пока не слетел. «Непотопляемым» оказался дедушка. Здесь в магической Британии. Как думалось мне, не тонет такое. Но, это только пока. А дальше, если в Хогвартсе таки будет проходить Турнир Трёх Волшебников, то посмотрим как дела пойдут. Глядишь, уровень его непотопляемости существенно понизится.

На повестке дня оставался ещё один вопрос. Где Гарри будет проводить свои каникулы? Ведь наверняка же Дамби его позовёт к себе и начнёт сказки рассказывать про защитные обереги и материнскую любовь. Так оно и случилось, вот только мы все вместе подумали и посоветовали Гарри согласиться с Дамблдором. И пообещать ему, что каникулы он проведёт со своими родственниками. Только их фамилию, при этом, не называть. Гарри так и сделал и мы спокойно погрузились в Хогвартс Экспресс везущий нас в Лондон.

Кстати, характер у Гарри тоже не как в каноне оказался. Не было у него «синдрома всеобщего спасения». Своих — да. А вот отвечать за всех он как-то и не собирался. Началось же всё с того, что мы показали Гарри, что он больше не мальчик из чулана под лестницей. Что он нужен своим друзьям, то есть нам. И, что мы в любой момент готовы прийти к нему на помощь. Ну, и ещё что с его мнением считаются. В общем, мальчишка потихонечку «оттаял» и уже не был тем затравленным зверьком, каким он ехал в школу. Оставалось только выдернуть его на лето из Дурслькабана. Но, и на этот случай у меня был план. Для его выполнения я написал своему патронатному папе-адвокату и он организовал для нас представление. Прямо там, на стоянке вокзала Кингс-Кросс.

Что же он сделал? А он, на мои деньги, разумеется, нанял на полдня ребят из охранного агентства на двух машинах. Ещё, он взял в прокате авто представительского класса и нанял актёра. Актёр, как вы понимаете, сыграл роль Лорда Блэка.

В общем, в нужное время эскорт из трёх машин остановился на стоянке вокзала и дядюшку Вернона пригласили в роскошный «Бэнтли». Не, ну правильно, не Лорд же будет до простого сметного снисходить. Ещё в «Бэнтли» пригласили Дэна и Эмму Грэйнджеров.

А там мистеру Дарсли сделали предложение, на которое он не смог не согласиться. Иными словами, Вернону предложили отказаться от опеки над несовершеннолетним Гарри Джеймсом Поттером и передать её Дэниелу Эдварду Грэйнджеру. Стоматологу, владельцу собственной клиники и, по совместительству, отцу Гермионы Джин Грэйнджер. Что Вернон с радостью и проделал.

Как такое стало возможным? А чёрт его знает. Я, честно говоря, особо не интересовался. Получилось и ладно. Мой папа-адвокат, даже, как-то умудрился решение суда протолкнуть в отсутствии тех кого оно непосредственно касалось. В общем, деньги и связи, я так думаю. Ну, и репутация моего папы-адвоката и Грэйнджеров, разумеется.

А дальше мы разъехались. Гермиона уехала с родителями. Им в этот же день предстоял перелёт во Францию. А мы с Гарри отправились на Гриммо. В дом Древнейшего рода Блэк. И у Гарри началось самое лучшее лето в его жизни.

Целых три недели каникул мы с Гарри занимались самым что ни на есть настоящим дуракавалянием. Воспользовались моментом пока Гермиона с родителями во Франции. Отдыхали, гуляли, ходили в кино и посещали различные аттракционы. Даже в зоопарк сходили. В тот самый, в котором произошёл случай с удавом. Удава, кстати, отловили и поместили обратно. Там же я стал свидетелем как Гарри общался с ним на парселтанге. Ощущения при этом, скажу откровенно, были немного жутковатые. Видимо, благодаря этому, в народе и появилось мнение, что разговаривать на парселтанге могут только Тёмные маги.

Ещё, попутно мы нашли волшебную строительную бригаду, которая отремонтировала дом Поттеров в Годриковой Впадине. После чего мы с Гарри решили его законсервировать и поместить под Фиделиус. Хранителем, при этом, сделали самого Гарри. Как оказалось, это очень даже возможное колдунство. И было совершенно непонятно, почему им родители Гарри не воспользовались. Разве что Дамби им мозги настолько «закомпостировал». Впрочем, как там оно было интересно, конечно, но сейчас неактуально.

Да и потом, делать из дома памятник при живом-то владельце, который об этом ни сном, ни духом, как-то неправильно было. Нет, против самой идеи-то я ничего не имел, но ведь не так это делается. Дом, при этом, должен был быть выкуплен у владельцев и ему, как памятнику, должен был быть назначен смотритель. Как-то так. И, если кто-то думает, что так оно и было, то ничего подобного. Министерство Магии тупо отжало у сироты недвижимость. Так что, поступая подобным образом, Гарри был в своём праве.

Также мы с ним облазили, начиная с чердака и заканчивая подвалом, дом Древнейшего рода Блэк. Так вот там, в подвале, нашли мы с ним одно помещение, в котором меня ожидал сюрприз. Было оно опечатанным. Причём, очень-очень давно. Даже Кричер не знал что там можно обнаружить. А находилась в нём большая артефактная, каменная хреновина. Представляющая собой эдакое ложе, размерами, примерно, как двуспальная кровать.

И были на её поверхности четыре маленьких круга, располагавшихся в одну линию и как бы вплавленных в поверхность этой... «кроватки». Размером они были чуть больше человеческой ладони и выглядели как диски, вырезанные из цельного куска какого-нибудь, отполированного... нефрита, наверное. А ещё на стене был рисунок, на котором человек ложился на это ложе и накрывал эти диски своими ладонями.

Разумеется, тут же проверять, что должно произойти если улечься на ложе мы с Гарри не стали. А то ведь можно вот так вот лечь, а потом и не встать. Единственное, что подсказала мне интуиция, так это приблизить свою ладонь к одному из дисков. И, после того как я это сделал, у меня появились странные ощущения. Очень знакомые. Как будто бы что-то незримое мягко и ненавязчиво обволакивало кисть руки. Вот только я точно знал что ни с чем подобным в своей жизни не сталкивался. Так что, закрыли мы комнату и отправились дальше. Поглазеть на камеры, в которых в своё время держали пленников и пыточную.

И только на следующее утро я понял, что ощущения были не мои, а Дайлена Амелла. Как я уже говорил, был он магом. А быть магом в Тедасе было... не очень комфортно, скажем так. Если не вдаваться в подробности, то в Тедасе, как только у ребёнка проявлялись магические способности, дети изымались из семей и помещались в башни Круга магов. Эдакие своеобразные резервации и, одновременно, университеты. Там детишки становились сначала учениками, а потом после длительного обучения, полноценными магами. Вот только происходило всё это под жесточайшим контролем. А в роли контролёров в Тедасе выступали церковники вообще, и их боевое крыло под названием Орден Храмовников, в частности. А всё потому, что главный принцип жизни в Тедасе выражался лозунгом: «Магия должна служить человеку, а не человек магии».

А возможным это стало потому, что магов в Тедасе, как и в этом мире было мало. Ну, относительно конечно. Вот поэтому-то церковь и смогла накинуть на них свой «поводок». Нет, были среди магов, конечно, и отступники, и прочие желающие жить как им нравилось, не оглядываясь на церковь. Ну и, была там ещё куча всяких нюансов. Впрочем, речь моя началась не с того как жилось магам в Тедасе, а с ощущений испытанных когда-то Дайленом. И не им одним. Их испытывал любой маг, да и не только маг, имевший дело с лириумом. Но, это я потом, попозже вспомнил.

Лириум же представлял собой... овеществлённую ману имеющую вид сине-зеленых кристаллов. Добывался этот редкий минерал под землёй и высоко ценился за свои магические свойства. Но, не всё было так просто. Было известно, что если живое существо подвергалось длительному воздействию необработанного лириума, то это медленно сводило его с ума. Также, это становилось причиной некоторых физических нарушений. Поэтому работать с необработанным лириумом могли только гномы, из-за его слабого на них воздействия. И только после его обработки им могли пользоваться остальные. Использовался же лириум в самых разных областях. В том числе и для того, чтобы маги могли попадать в Тень.

Нет, так-то в Тени мог оказаться любой, во время сна. Но, вот, чтобы можно было ощущать себя там... наверное, как в реальном мире, нужен был лириум. Кстати, именно в этом заключался, выпускной экзамен, что ли, учеников Круга магов. Их отправляли в Тень и там они должны были сразиться с демоном. Если побеждал ученик, то он становился дипломированным магом. Ну, а если же он проигрывал, то превращался в одержимого и, по возвращении в реальный мир, его ликвидировали Храмовники. Ещё посещение Тени могло закончиться фатально, если ученик пребывал там слишком долго или же там погибал. Поэтому-то и назывался этот экзамен Истязанием.

Так вот, ощущения которые я испытал приблизив руку к пластине, были очень похожи на те, которые испытывал Дайлен подвергаясь воздействию лириума. Очень, очень сильно похожи. Но, в то же время, были и незначительные отличия. То есть это был не лириум, а какой-то очень, очень близкий его аналог. И, чтобы понять что же именно я обнаружил, мне ничего не оставалось как пообщаться с портретами предков.

Выяснить удалось следующее. Когда-то, до определённого момента, Блэки знали про Тень. И про то, что находясь там можно было совершенствовать свои магические навыки. А обнаруженное мною ложе, как раз таки, и использовалось для перемещения в Тень. Только если в Тедасе ученика забрасывали туда одного, без всякой поддержки, то тут, очередной Глава рода мог сопровождать обучаемого. Потому что ложе, в их подвале, было спаренным. Там он знакомил с Тенью своего преемника и готовил его к испытаниям. Потому что, стать Главой рода Блэк в те времена мог только тот, кто смог выжить в Тени и не стать одержимым.

Разумеется, у меня возник вопрос, А откуда, собственно, эта хреновина появилась у Блэков? Так вот, основатель рода меня просветил на этот счёт. Оказывается ему эту штуку завещал их сосед. Был он старым и одиноким. И считал Астериона Блэка, будущего основателя рода, кем-то вроде внука. Он же впервые сопроводил его в Тень и очень многому научил. А вот откуда этот артефакт появился у него самого, он никогда не рассказывал. Может он умел путешествовать между измерениями? Кто ж его теперь-то знает. Помнится в Тедасе такое было возможно. По крайней мере раньше, во времена седой древности. Были у эльфов такие артефакты, которые представляли из себя огромные зеркала, так называемые Эллювианы. Вот благодаря таким Эллювианам можно было мгновенно перемещаться как с одного края материка на другой, так и между мирами.

Ещё, меня заинтересовала, а почему сейчас это не практикуется, да и вообще знания об этом утеряны. Ну, я имею в виду обучение в Тени. Даже Кричер, несмотря на свой долгий век, ничего об этом знал. Оказалось, что прекратилась данная практика давно, ещё во времена войны Алой и Белой Розы. После того, как в семье Блэков, случилась ужасная трагедия. У тогдашнего Главы было три сына. Так вот, двое из них погибли во время испытаний. Там, в Тени. И он принял решение не подвергать испытаниям третьего, а назначить его Главой рода просто по праву рождения. А тот, в свою очередь, не стал подвергать испытаниям уже своего наследника. Так вот и была прекращена эта практика, ну и знания об этом, со временем, утратились. Как-то так.

В общем, я послушал предков, поразмышлял, и решил что нужно будет там всё-таки «полазить». Ну, в Тени я имею в виду. Потому что появилась у меня одна мысль, и для того чтобы её подтвердить или опровергнуть, нужно было там оказаться. Только не в одиночку, а вместе с Гарри. Тут я как рассуждал? Если Тень это нечто вроде Загробного мира, то может появиться возможность отделить осколок Волдемортовской души от Поттеровской. Вероятность, конечно, не стопроцентная, но попробовать-то ничего не мешает. Тем более что в этом Блэковском артефакте была встроена функция ограничения по времени.

Само собой разумеется, что сначала в Тень я отправился в одиночку. И только после нескольких краткосрочных её посещений, я взял с собой Гарри. Но, увы и ах, ничего описываемого мадам нашей Ро, не произошло. То есть никакого разделения душ не случилось. Наверное, для этого нужно было умереть на самом деле. Как говорится, без дураков. И, всё что нам оставалось делать, так это искать другие способы. Если они конечно есть. И Блэковская библиотека нам в этом поможет.

Кстати, в Тени Гарри выглядел, как и в реальном мире. Единственным отличием были его глаза. Нет они были такими же зелёными, но их радужку очерчивала тоненькая, красноватая окружность. А у меня появился ещё один вопрос, точного ответа на который пока не было. Да и подсказать, пожалуй, никто не смог бы. Вот как так получается? Что Квиррел, что Поттер, по сути своей являлись одержимыми. Ведь, что в одном, что в другом присутствовала инородная хрень. Паразит. Но, одному из них... не поздоровилось, скажем так. А второй жил себе и почти не тужил. Ну, вот как так-то?

И, подумалось мне, что тут может быть всё очень просто. Квиррелл пошёл на это добровольно, то есть изъявил желание. А Поттер, мало того что не только не хотел, так ещё и не знал. Насколько я прав? Не знаю, но теория, как говорится, не хуже и не лучше других. Да и нет у меня достаточных знаний чтобы её подтвердить либо опровергнуть.

Вот так мы и проводили время. А когда из Франции возвратились Грэйнджеры, я собрал всех моих друзей в Блэк-хаусе и частично приоткрыл им своё инкогнито.

— Леди и джентльмены, мальчики и девочки, друзья, — начал я свою речь. — Позвольте мне раскрыть вам один секрет. Раньше, к сожалению, я не мог вам сообщить.

От детей тут же посыпались вопросы. Их очень заинтересовало, что же такого страшного я хочу рассказать. Но, я заверил их, что страшного в моём секрете ничего нет.

— Дело в том, — продолжил я, — что я — настоящий полукровка, в отличие от Гарри, а не магглорождённый.

— А Гарри у нас какой? — последовал вопрос от Гермионы.

— А Гарри у нас искусственно созданный, — ответил я. — Дело в том, что его мама, в отличие от моей, была магглорождённой ведьмой. А моя была чистокровной магглой. Но, по нынешней теории чистокровности, мы с Гарри считаемся полукровками. Впрочем, речь не об этом. Позвольте представиться ещё раз, Найджел Шедар Октавиус Гринхилл, Лорд Блэк. И, предваряя ваш вопрос, как можно стать Лордом в одиннадцать лет, сообщаю, что я поучаствовал в ритуале призыва Покровителя рода, ну, после того как узнал что я наполовину Блэк. Так вот, Грим — наш покровитель, дал добро и я стал Лордом. На Сириуса-то надежды нет.

Я замолчал, давая возможность остальным осмыслить информацию.

— А кто такой Сириус? — вновь спросила Гермиона. — И почему на него нет надежды?

— Потому что, Гермиона, Сириус Орион Блэк третий является моим биологическим отцом. А ещё, по официальной версии, он был хранителем Фиделиуса, под которым скрывались Поттеры. И он же привёл в их дом Волдеморта. Так что, ехать в школу с клеймом сына предателя мне не очень хотелось.

— А, почему по официальной? — спросили Невилл и Фэй.

— Да потому что много чего неясного в этом деле. Например, на доме не было Фиделиуса. Я его сам, своими глазами видел. Но Сириус-то жив. — Кстати, разумеетяс, я знал что настоящим хранителем был Петтгрю. ТОлько свою осведомлённость решил пока не показывать. — Он сейчас в Азкабане. И если он был хранителем, то и Фиделиус до сих пор держаться на доме должен. А ещё, он вроде бы был магическим крёстным Гарри. Но, если бы он на самом деле предал Поттеров, то его тут же магическим откатом должно было так долбануть... В общем, либо сквибом бы стал, либо вообще умер бы из-за нарушения клятвы.

Мы снова замолчали.

— Н-да, — сказал Невилл. — Понимаю почему ты промолчал. Кстати, а как давно ты об этом узнал?

— Тридцать первого июля прошлого года. Заказал у гоблинов проверку крови и выяснилось, что мне лучше язык за зубами придержать. До поры, до времени, — ответил я Невиллу и обратился затем к Поттеру. — Гарри, а ты что скажешь?

— А что я могу сказать? — подумав ответил Гарри. — Только то, что вы стали моими первыми друзьями в этой жизни. Ты, Найджел, ничего плохого мне до сих пор не сделал. Так что, буду считать тебя другом, пока не доказано обратное.

В общем, Поттер, что называется, в «дурь переть» не стал, а с остальными мы решили, что пока мой школьный статус пусть так и останется неизменным. Ну а пока, мы продолжим свои каникулы. И ещё, мы решили, что в школе попробуем обратиться к Сьюзен Боунс. Тётушка-то её Главой ДМП работала. Глядишь, может и удастся вытащить Сириуса из Азкабана. Очень уж мне хотелось ему пару вопросов задать. Впрочем, это было делом будущего. А сейчас у меня на повестке был вопрос, что с Люциусом делать. Помнится, именно этим летом он мелкой Уизлихе подбросит один занимательный артефактик. И случится это в день презентации книг Локхарта. В общем, не собирался я позволять василиску по школе ползать. А то как-то слабо мне верилось, что здоровенная, смертоносная змеюка по школе ползала и никто не погиб.

Кстати, о Малфоях, точнее об их домовиках. Это хорошо, что мы в Блэк-хаусе тусуемся, так что никакой Добби к нам не проникнет. И не сможет воровать Поттеровскую почту. К тому же у нас Кричер имеется. Вот и обойдется Гарри без предупреждений. А уж если ещё и Уизелы вздумают лететь за Гарри, чтобы из Дурслькабана его вызволить, то и «балалайку» им. Заодно с прочими.

Остальная часть каникул прошла не менее великолепно чем предыдущая. Помимо домашних заданий я потихоньку учил друзей Тедасской магии. Нет, ну а чего? Палочка сломается или ещё чего и всё, беспомощными они будут. Так что, учиться, учиться и ещё раз учиться без палочки колдовать. Ну и, заодно, пригласил я в гости старших Грэйнджеров. Нужно же им было увидеть чему их дочь за год научилась и, за что они деньги платят. Да и с Гарри их познакомить поближе, заодно. В общем, хорошо мы проходили каникулы.

А потом наступил день «Д». Нам прислали письма их Хогвартса и мы отправились за покупками. Одеться, кстати, мы решили по моде, а не по погоде. Ведь если Дракусик, одетый в дорогущие шмотки, по школе ходит с таким видом, как будто ему каждый школьник по жизни должен, то Люциус — как будто ему вся магическая Британия должна. Вот мы и решили экипироваться соответствующим образом, чтобы его «опустить» легче было. Встречают-то по одёжке.

Началось всё в книжном магазине, как в каноне. Ну, почти. Сначала Малфой-младший прошёлся по младшим Уизли, а после и старший подключился.

— Ба-а! Кого я вижу! Артур Уизли! — Подал голос Люциус, растягивая гласные. Подойдя к сыну, он опустил руку ему на плечо и ухмыльнулся, точь-в-точь как Драко. А дальше я не стал ждать. И скопировал малфоевскую фразу.

— Ба-а! Кого я вижу! Лорд Малфой! — Но кроме этого добавил ещё и от себя. — Так вот ты какой, северный олень.

При этом я смотрел на Люциуса как на нижестоящего. Эдакого шестёрку полового. А он, наверное, офигел от такого обращения. Ну сами подумайте, стоит он весь такой из себя, а тут к нему обращается какой-то мелкий шкет без всякого уважения. Вот он и «завис» на некоторое время. А я, для надёжности, незаметно приложил его заклинаниями «Слабость» и «Потеря ориентации». Практикуемых магами Тедаса.

— Кстати, — продолжил я, — хочу представиться. Найджел Гринхилл, протеже Лорда Блэка. Рядом со мной, если вы вдруг не знаете, Наследник Поттер, — продолжил я и указал я на Гарри и остальных. — Наследник Лонгботтом, мисс Грэйнджер и мисс Данбар. А теперь, Лорд Малфой, медленно, двумя пальцами, достаньте из вашей мантии дневник Тома Марволо Риддла и дайте его мне.

Люциус передал мне дневник, а народ вокруг, глядя на это, безмолвствовал. Драко смотрел на нас во все глаза и тоже, как и все прочие, недоумевал. Не понимал он что происходит. Почему вдруг его отец, стоит перед магглорождённым выскочкой чуть ли не по стойке «Смирно» и безропотно выполняет его указания. Малфой. Указания какого-то Гринхилла. Как так-то?

— И вот ещё что, — продолжил я разговор с Люциусом. — Спасибо за подарок, Лорд Малфой.

С этими словами я выхватил из рук Люциуса его знаменитую трость и позвал Кричера.

— Кричер, — обратился я к домовику, — сделай любезность, помести эту тетрадку... ну, сам знаешь куда.

Заказали мы у гоблинов, для этой цели, шкатулку для хранения особо опасных артефактов. Так что, Кричер знал куда её поместить.

— И укороти-ка мне эту трость по моему росту.

Кричер щёлкнул пальцами, укорачивая трость, схватил тетрадку и исчез.

А я пригласил друзей в кафе Флориана Фортескью. Мороженым полакомиться и заодно посмотреть как Малфой-старший будет пытаться вернуть свою волшебную палочку. Если, конечно, он, как и в каноне её в тросточке прятал.

С Люциусом Малфоем мы таки поговорили. Через некоторое время. Он сам примчался в кафе Фортескью после прекращения воздействия на него моих заклинаний. Хочу заметить, что без своих понтов Люциус оказался вполне адекватным и здравомыслящим джентльменом. И, ещё он очень сильно не захотел возрождения Тома. Ну, после того как я разъяснил ему ситуацию с хоркруксами и вероятностью возрождения Волдеморта. И добавил, что он фактически, подписал смертный приговор себе и своим близким. Тогда, когда захотел подбросить хоркрукс Тома, находящийся в его ведении, мелкой Уизлихе. А свою семью, жену и сына, Люциус очень любил. Несмотря на весь его сволочизм. К тому же, помимо всего прочего, он был бизнесменом, а дорвавшийся до власти сумасшедший маньяк бизнесу будет только мешать.

В общем, поговорили мы и вернул я ему его волшебную палочку, вместе с тросточкой. После того как он пообещал держать меня в курсе шевелений в рядах его «товарищей по партии» направленных на возрождение Волдика. Обещание его, разумеется, было скреплено магической клятвой. Потому что, не тем Люциус был человеком, чьему слову можно было доверять. Хотя и адекватным, в целом.

Кстати, было бы интересно понять, как так получилось, что у Люциуса родился такой недалёкий отпрыск. Непонятно было, то ли природа на нём отдохнула, то ли родители с воспитанием напортачили. Ведь если судить по рассказам его софакультетников, самого Драко можно было охарактеризовать словами подруги Дайлена Амелла. Симпатичной ведьмочки из Диких земель Коркари по имени Морриган.

— Дружелюбие-то изобразить можно, — говаривала она примерно в таких случаях, — а вот с умом, боюсь, такая штука не получится.

Вот только ни дружелюбия, ни особого ума или хитрости Драко почему-то не демонстрировал. В повседневной жизни. Только амбиции. Поэтому-то и не любили Малфоя-младшего. Даже на его родном факультете. Особенно за его коронную фразу: «Когда мой отец узнает...».

Впрочем, бог с ними с Малфоями. Детей нам с ними было не крестить и в разведку не хаживать. С ними мы вопрос пока закрыли. Дальше, сегодня нам предстояло понять правы ли были фикрайтеры утверждавшие что Локхарт опрыскивал страницы своих книг лёгким зельем Симпатии к автору. Воздействующим в первую очередь на женщин. Для чего мы зашли в аптеку Малпеппера и купили у него антидот. Книги Гилдероя, кстати, мы тоже купили. Один комплект на всех, к тому же, подержанные. Оказалось, что зелье действительно применялось. И выяснилось это экспериментальным путём. Мы дали подержать книги Гермионе и Фэй, до и после обработки их антидотом. Ощущения, по словам девочек, были совершенно разные. На этом наше посещение Диагон Аллеи в тот день и закончилось.

А дальше мы коллективно принялись изучать творчество Локхарта. Ну, что сказать? Если отбросить моменты в которых описывались какого цвета Гилдерой надел мантию или чем отбеливал свои зубы, чтобы сразить чудовищ или хищников своей ослепительной улыбкой, то были в его книгах несколько полезных советов. Но, очень и очень мало. Хотя, писал он конечно интересно и даже захватывающе. Впрочем, преподавать ему нам недолго было. Впереди его ждал Азкабан, и, вполне возможно, новая книга о его там пребывании.

Так закончилось лето перед вторым курсом. И мы поехали в Хогвартс. Решить некоторые школьные проблемы. Ну, помимо учёбы, конечно.

Началось их решение с ареста Питера Петтигрю на платформе 9 и 3/4. Кроме самого Питера, также были задержаны Артур, Молли, Перси и Рон. А близнецы с Джинни отправились в школу на поезде. Рона и Перси, доставили, конечно, потом в школу. Но свою «минуту славы», ещё большую потерю репутации и порцию сплетен семья Уизли, разумеется, смогла заполучить.

Забегая вперёд, хочу добавить, что над Сириусом и Питером через некоторое время наконец-то состоялся суд, по итогам которого Блэка оправдали, а Петигрю отправился в Азкабан. Только живым он до него не добрался. Вот прямо на подъезде к острову, он почему-то вдруг взял да и умер. От сердечного приступа. А Люциус Малфой и Найджел Гринхилл были тут совершенно ни при чём. От слова «Совсем». Какая досада.

Затем, состоялась беседа, во время которой Дамблдора щёлкнули по его длинному, кривому, сломанному носу. Который он сильно любил совать во все дыры.

После окончания праздничного пира, к Гарри подошла Макгонагалл и пригласила его в директорский кабинет. Вот только я тоже отправился вместе с ним.

— Мистер Гринхилл, — строго взглянула на меня наш декан, — если вы не расслышали, то директор пригласил только мистера Поттера.

— О нет, профессор, — улыбнулся я в ответ, — я прекрасно всё услышал. Вот только мой опекун рекомендовал мне, весьма настойчиво, не допускать чтобы мистер Поттер посещал кабинет директора в одиночку. А мой опекун, уверяю вас со всей ответственностью, совсем не тот человек чьи просьбы можно... игнорировать. Так что, либо мы идём вместе, либо не пойдёт никто.

Макгонагалл, конечно, попробовала применить свою власть, но я стоял на своём твердо. Да и Гарри ко мне присоединился. Так что, в кабинете у директора мы оказались вдвоём. И, после того как я повторил свои слова Дамблдору, он вынужден был согласиться с моим присутствием.

— Хотя я и не понимаю какая опасность может грозить Гарри в моём кабинете, — Дамби изобразил лёгкое недоумение, — но так уж и быть. Можешь поприсутствовать, Найджел, мальчик мой.

А затем он принялся расспрашивать Поттера.

— Гарри, мальчик мой, где ты был этим летом? — задал он свой вопрос, ответ на который ему совершенно не понравился.

— Вообще-то, на каникулах, а что? Вы с какой целью этим интересуетесь, сэр? — ответил ему Гарри выделив интонацией слово "Вы".

— Что значит с какой целью? — воскликнул Альбус. — Гарри, я же тебе объяснял, что ты должен был провести каникулы со своей семьёй, в доме твоей тёти и почему это так важно.

— Ну, — Гарри взлохматил волосы на макушке, тут, как говорится, канон «рулит», — я, если быть до конца честным, так и не понял почему я должен был провести каникулы именно там.

— К тому же, директор, — вклинился я в разговор, — вы так и не ответили, с какой целью вы этим интересуетесь. Вы, вроде как, директор школы, а не директор каникул. Так какое тогда вам дело где именно Гарри проводит каникулы? Я бы ещё мог понять ваше беспокойство если бы вы были Гарриным опекуном, но вы-то таковым не являетесь.

— Что-о-о?!

Тут нужно заметить, что Альбус действительно никогда таковым не числился. По документам. Несмотря на то, что все его таковым считали. Всё что он сделал, в своё время, так это опечатал завещание Поттеров, как Верховный чародей Визенгамота. И всё. Не было в архиве Министерства Магии ни одной официальной записи об его опеке над Гарри. Не знаю, упустил он этот момент, или сознательно не стал делать ничего такого. Например, чтобы его не могли потом официально в чём-нибудь обвинить. Например, в пренебрежении опекунскими обязанностями. В общем, переиграл себя дедушка, и теперь у Гарри был официальный магический опекун. И, как вы наверное догадались, им был отнюдь не Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, а очень даже Найджел Шедар Октавиус Блэк, Лорд Блэк. Всё-таки не удержался тогда Грим, когда со мной общался и добавил к моему имени звёздное название. А то, что два имени у Лорда Блэка и у некого мистера Гринхилла совпадают, так это не более чем совпадение.

А получилось всё так. Мы с Гарри посовещались и решили не ждать начала учебного года чтобы с мадам Боунс познакомится. Пришлось, правда, посвятить её в тайну Лорда Блэка, но без этого было никак. В общем попросили мы Сьюзен Боунс организовать встречу с её тётушкой. Амелия, которая услышав историю жизни Гарри, чуть ли не за шкирку, доставила нас с ним в Министерство. Имелся там... ну Отдел опеки, наверное... не знаю как он правильно называется. К слову, Глава этого отдела мадам Офелия Гренвик, была давней подругой мадам Боунс. Они, даже, жили в одной комнате во время учёбы в Хогвартсе, на факультете Хаффлпафф. Впрочем, не это важно, а то что мадам Гренвик, когда открыла папку с делом сироты по имени Гарри Джеймс Поттер очень долго возмущалась, ругалась и грозила всяческими карами одному длиннобородому субъекту.

В общем, если не вдаваться в подробности, то через полтора часа, когда мы выходили из Отдела опеки, у Гарри был официальный магический опекун. Всё-таки некоторые вопросы решались в магическом мире гораздо проще. Ещё мы, что называется, «закинули удочки» по поводу Сириуса. Дескать, все знали что у Гарри всё хорошо, а на деле-то оказалось совсем по-другому. Так может и с Сириусом далеко не всё так, как все знают. Ну и, про Петтигрю и Локхарта, заодно рассказали. Мадам Боунс пообещала поднять эти вопроси.

Кстати, почему мадам Амелия согласилась с тем, что опекуном Гарри будет его ровесник, пусть даже и Лорд. Ну, мы подумали и смогли её убедить, что так будет проще. Типа, Лорд Блэк в наличии есть, а то что его никто до сих пор не видел, так это никого не колышет. И если кто-то захочет задать ему вопрос лично, то пусть сначала его найдёт. Как-то так.

Так что, разговор с Дамблдором закончился предъявлением ему официальных документов. Ещё Гарри рассказал Дамбику, что в немагическом мире у него теперь тоже новые опекуны. Люди достойные, проверенные социальными службами и могущими себе позволить содержание и воспитание несовершеннолетнего ребёнка.

Кстати, Дамблдор, когда узнал что магическим опекуном стал Лорд Блэк, очень сильно удивился. И тоже, как и Драко Малфой, вспомнил про Сириуса. И очень сильно захотел с ним познакомиться. Ну, когда мы ему объяснили, что Сириус тут совершенно ни при чём. Но, и тут его ждал «облом», потому что в данном вопросе желание Дамблдора совершенно не учитывалось.

Кстати, Сириуса, я как Лорд Блэк «законопатил» в Мунго. Ну, после того, как его оправдали. Пусть для начала подлечится, пройдёт реабилитацию после Азкабана, а потом посмотрим что с ним делать. И допускать ли его до Гарри вообще. Вот, не нравился мне никогда этот персонаж. Так что, будем разбираться.

Ещё, таки, состоялся арест Локхарта. После того памятного урока с пикси. Как только он прошёл, тут же появились авроры с мадам Боунс во главе. Всё-таки Локхарт был пусть и небольшой, но величиной. Кавалером ордена Мерлина и популярной личностью. Так что, нужен был формальный повод для его ареста. Который он сам любезно аврорам и предоставил. Ну, а дальше было дело техники. Пару капель веритасерума, правильно заданные вопросы и Локхарт «запел как соловей». Выяснилось также, что он помимо присвоения чужих подвигов, он ещё и тайным педофилом оказался. В общем, получил наш «герой» по «полной программе», а Дамблдор опять вынужден был озаботиться поисками преподавателя.

Ну и, разумеется, я не могу не рассказать о том, что мы познакомились с Луной Лавгуд. И как это произошло. А получилось очень просто. Она сама пришла в наше купе, в Хогвартс-Экспрессе и представилась нам. Девочка, кстати, оказалась весьма миловидная и симпатичная. Глаза её, в отличие от канонного описания, были хоть и большими, но уж никак не на выкате. И, разумеется, чтобы с ней общаться, нужно было «настроиться на её волну». А то ведь всякими своими лунопухами, мозгошмыгами, жгучехвостиками, микозюбрями и прочими нарглами она, что называется, мозг «выносила» на раз, два. И именно их рекомендацией, этих самых лунопухов, она объяснила своё появление в нашем купе. Сначала, конечно, понимать её речь было почти невозможно, но дело это было поправимое и, со временем, мы этому научились.

А ещё она привела с собой Джинни Уизли. И вот тут-то канон, как говорится, приказал «долго жить». Во-первых, Джинни совершенно не походила на представителей своей семьи. Нет, она, конечно же, была рыжей, вот только оттенок её волос не был ни уизлевским, ни прюэттовским. Скорее... эвансовским. Ну, я имею в виду маму Гарри Лили Эванс. И веснушек у неё почти не было. А, во-вторых, характер у неё оказался... как бы сказать? В общем, не проявляла она в отношении Гарри ни робости, ни стеснения, ни фанатизма. Вообще, создавалось впечатление, что она совсем и не Уизли, а удочерённая. Кстати, попадался мне помнится фанфик, в котором Джинни была родной, младшей сестрой Гарри. Могло ли так быть здесь? Да запросто. Впрочем, этот вопрос решался довольно просто. Нужно было всего лишь к гоблинам обратиться.

Кстати, распределились они обе, Луна и Джинни, на Гриффиндор и, со временем, органично вписались в нашу компанию.

А с Сириусом, когда он более-менее оклемался, я таки побеседовал. Как я уже говорил, было у меня к нему пара вопросов. Доставил меня к нему в Мунго Кричер. И, хочу сказать, что результатом данного разговора я остался весьма разочарован. Хотя и ожидаемо это было. А началось всё с того, что он так и смог вспомнить, а кто же собственно такая была Вильгельмина Гринхилл. Скорее всего, как сказал сам Сириус, это была очередная девочка «на одну ночь», с которой он пересёкся в каком-то маггловском баре. Впрочем, тут я не особо-то и надеялся. Так что, и не огорчился. Очень сильно. Но, вот дальше Сириус продемонстрировал своё полное неприятия рода Блэк. Типа, все они тёмные, а значит сволочи, просто по умолчанию. Крёстным Гарри он оказался только на словах и даже не поинтересовался его судьбой. Но, при этом, блэковскими денежками он пользоваться совершенно не стеснялся. И, ещё он весьма неуважительно отзывался о матери Гарри. Дескать, сбила она Сохатого с «пути праведного». А ведь нормальный был парень. Так весело было с ним на пару над Сопливусом издеваться.

В общем, приказал я ему властью Лорда Блэка держаться от нас подальше. Был у него в распоряжении дом дяди Альфарда, вот пусть там и живёт. И на глаза мне не попадается.

Забегая вперёд, скажу что Сириус долго не продержался. Он запил, стал завсегдатаем маггловских баров, и погиб в пьяной драке. Так что, правильно мы на него не надеялись. А Джинни оказалась внучкой сквиба из рода Фоули. Который был младшим братом Аргуса Филча. А вот как она оказалась у Уизли, было покрыто мраком. И для чего это было нужно самим рыжим, тоже было непонятно. Действительно ли по доброте душевной они приняли её в свою семью или же собирались использовать её в каких-то своих целях. Впрочем, по словам самой Джинни, отношение к ней в семье было вполне приемлемым. Разве что, Рон со своей ревностью, «капал» ей на мозги. Остальные же братья были гораздо старше и точек пересечения с ними у неё почти не было. А Артур и Молли относились к ней, как и к остальным детям.

В общем, два этих события, я имею в виду изъятие у Люциуса дневника и освобождение Сириуса, позволило нам жить и учиться без всяких канонных приключений. Так что, мы спокойно проучились сначала второй курс, а потом и третий. Гарри, кстати, на втором курсе, таки, стал Ловцом квиддичной команды. Ну, что поделать, если нравился ему этот бестолковый вид спорта. Единственное, что пришлось сделать, так это поговорить с Оливером Вудом, капитаном команды. Он, как и в каноне, страдал фанатизмом, вот и пришлось его на «место поставить». А то, чересчур он усердствовал. В общем, я его предупредил, что Хогвартс, это прежде всего школа чародейства и волшебства, а не квиддича. Поэтому, если он начнёт «перебарщивать» в своём рвении, то пусть нового Ловца в команду ищет.

ЗОТИ, на третьем курсе нам, как и в каноне, преподавал Римус Люпин. Как преподаватель он был выше всяких похвал, но вот как человек он мне не понравился. Сначала был печально известный урок с боггартом. Правда, в этот раз он предложил представить в смешном виде Снэйпа не Невиллу, а другому ученику. Снэйп, в отместку, провёл урок про оборотней. В общем, Люпин, как и прочие до него продержался всего год и уволился.

А дальше, началось лето перед четвёртым курсом и канон «сказал своё веское слово».

Разумеется, всё это время, мы, что называется, не сидели «на попе ровно». Одной из наших главных задач были поиски способа отделить осколок Волдемортовской души от Гарриной. И если бы не Гермиона, то поиски изрядно затянулись бы. Всё-таки был у неё талант или магический дар, считайте как хотите, по поиску и обработке информации. Только представьте себе как это выглядело со стороны. Она становилась посреди библиотеки, а потом, постепенно поворачиваясь вокруг своей оси, просто указывала пальцами на книги. Те слетали с полок и укладывались на стол, одновременно раскрываясь в нужном ей месте. После чего она переходя от книги к книге зачитывала вслух интересующие её моменты, а дикт-перо в это время записывало за ней на пергаменте. Затем она просто хлопала в ладоши и книги, закрывшись, сами возвращались на полки, на свои места. Вот это действительно было... Волшебство. Именно так, с Большой буквы.

Вообще, думается мне, что это был её родовой дар, несмотря на её магглорождённость. И, что она вполне могла бы стать основательницей рода. Ну, если бы у неё была такая цель.

Само собой разумеется, что мы, конечно, тоже участвовали в поисках. Причём, направления поисков у нас у нас были распределены. Невилл, как и в каноне, был у нас главным по растениям. Фэй и Джинни — по зельям. Вообще, Фэй в зельях была талантом. И мастерство в этой области ей было обеспечено, со временем, конечно. А Джинни вытягивала, опять же со временем, на твёрдого помастерья. Нет, мастером бы она тоже стала, в конце концов, но времени у неё на это ушло бы больше чем у Фэй. Луна специализировалась на магических животных. А ещё у неё был дар... Оракула, что ли. Вот только не предсказывала она что-то одно. Её дар заключался в том, что она могла одновременно увидеть множество вариантов. И, выбрать из них оптимальный. Правда, далеко не всегда. Бывало и так, что она вообще ничего не видела и превращалась в это время в самую обыкновенную девчонку. Любящую и пошутить и посмеяться. Общее руководство поисками осуществляла Гермиона. Я называл её нашим Главным библиотекарем-архивариусом и аналитиком.

Вот так мы и проводили часть каникул. Да, забыл упомянуть про меня и Гарри. Мы с ним были боевиками. Ну, в большей степени. Так-то мы ещё и артефакторику и ритуалистику с ним изучали. Тем самым помогая в поисках. В общем всё было хорошо. За исключение того, что способа «разрядить» хоркрукс без разрушения материального хранилища мы пока так и не обнаружили.

А ещё, в начале каникул, как раз перед четвёртым курсом, нашли мы в библиотеке три книги. Казалось бы, что такого необычного? Найти книги в библиотеке. Ну, да, их ведь их там днём с огнём не сыщешь. Но, тем не менее, необычность в этом была. Заключалась же она в том, что их страницы были изготовлены из... ну, больше всего это напоминало пластик. И, откуда, спрашивается, могли взяться такие книги в насквозь волшебной библиотеке Древнейшего рода Блэк? Да и алфавит, который использовался для их написания, был очень похож на Санскрит. Вот только, это оказался не Санскрит. Ну, точнее не совсем. В общем, выяснили мы у основателя рода, что книги эти достались ему одновременно с артефактом. От того старичка-соседа, который научил первого Блэка выходить в Тень. И это ещё больше утвердили меня в мысли, что тот старичок мог, каким-то образом, перемещаться между Измерениями. И, очень даже могло быть, что способы таких перемещений были описаны в этих книгах.

Но, и том, что мы всё ещё дети, мы тоже не забывали. В общем, и отдыхали, и развлекались мы по «полной программе». А сейчас мы собирались посетить Чемпионат мира по квиддичу. Финальный матч. Разумеется, уговорил нас Гарри. Простите что повторяюсь, но нравилась ему эта бестолковая игра. Впрочем, мы не пожалели. Помнится, в каноне говорилось, что там был организован целый палаточный лагерь. Но, вот о чём в каноне не рассказывалось, так это от том, что там была ещё куча развлечений. Поэтому мы отправились туда за пару дней до начала матча. Несмотря на то, что билеты мы с Гарри приобрели, в министерскую ложу и имели полное право прибыть прямо непосредственно перед матчем.

Расположилась вся наша дружная компания в великолепной шестикомнатной палатке, с расширенным внутренним пространством. И мы с огромным удовольствием провели предшествующее матчу время. Даже Гермиона. Научили мы её и отдыхать, и расслабляться. Так что, не посчитала она это время бесцельно потраченным. Тем более, что развлечений было много. Посмотрели мы и перетягивание каната, и кулачные бои, и соревнования по метанию шестиметрового бревна на дальность. Есть такой национальный шотландский вид спорта, если кто не в курсе. И много ещё чего. Да и сам матч тоже смог нас заинтересовать. Всё-таки когда играют «профи», это не совсем то же самое когда играют школьники.

В министерской ложе, помимо нас, присутствовали Уизли и Малфои. И ещё, разумеется Винки и Крауч-младший под мантией-невидимкой. Его я решил пока не трогать. До школы. Уизелы, как я и предполагал, не были такими уж бедными. Больше «пыль в глаза» окружающим пускали. Билеты-то в министерскую ложу стоили совсем немало. И даже если Артур заплатил всего половину их стоимости, это если ему помог с ними Людо Бэгмен, то всё равно, это было совсем недёшево.

Малфой-старший, как с ним и было договорено, тихонечко предупредил меня о том, что его «товарищи по партии» собираются покуролесить. Что было вполне ожидаемо, если вспомнить канон. Разумеется, я его поблагодарил. Вот только о том, чтобы он держался от этого мероприятия подальше, я предупреждать его не стал. И если он нарвётся на неприятность, то кто ему виноват? Потому что, я собирался сегодня слегка проредить ряды Пожирателей. А может и не слегка. Там помнится, человек пятнадцать-двадцать, ну максимум тридцать, в шествии через палаточный лагерь участвовало. Столько, примерно, их и оказалась.

Услышали мы их, когда празднующие победу сборной Ирландии уже слегка подустали от возлияний и собирались отправиться на боковую. Сначала, в свете немногих ещё горевших костров мы увидели людей, убегающих в лес от чего-то, что двигалось к ним через поле, выпуская странные огни и гремя чем-то наподобие выстрелов. Потом до нас донеслись громкий издевательский смех и хмельные выкрики, и последовала мощная вспышка зелёного света, осветившая всю сцену. Плотная толпа волшебников с поднятыми волшебными палочками медленно двигалась по полю. В воздухе высоко над ними бились четыре фигуры, корчившиеся в невероятных положениях.

Впрочем, мы к этому мероприятию подготовились. Во-первых, мы прикопали вокруг палатки несколько дощечек с нанесёнными на них рунами, чтобы её паникующая толпа не снесла, и во-вторых, на поверхность палатки нанесли несколько рун, препятствующих её возгоранию. Но, сделано это было так, на всякий случай.

И как только мы услышали шум, я дал команду девчонкам сворачивать палатку, а Невилла оставил и ними, для защиты, если к ним, вдруг, прорвутся какие-нибудь пьяные дебилы. Нет, девочки, конечно, и сами могли за себя постоять, но мне так было спокойней. Мы же с Гарри помчались навстречу Пожирателям, лавируя между бегущими зрителями.

Скажу откровенно, меня всегда поражала ситуация описанная в каноне. Сто тысяч в страхе разбегаются перед несколькими десятками. Вот как так-то? Ведь почти у каждого в руках палочка волшебная имеется. Почему отпор-то было не дать? Непонятно мне это было. Ну ладно ещё ближайшие к Пожирателям разбегаться начали. Те, всё-таки применили что-то вроде заклинаний Ужаса или Кошмара наяву. Были такие в арсенале Тедасских магов. Но остальные-то? В общем, непонятно мне это было.

В образовавшейся неразберихе на нас с Гарри никто внимания не обращал, что нам было «на руку». Мы с ним сначала остановили Пожирателей используя Массовый паралич, а затем пальнули в замершую толпу несколькими Ходячими бомбами и Заразными ходячими бомбами. Используя магию Тедаса. Вообще-то, применяя эти заклинания, мы точно знали, что в живых из числа Пожирателей останется немного. Эти заклинания наполняли цель постепенно убивающей, едучей отравой. И, как только цель умирала, то тело носителя этой заразы тут же взрывалось, поражая окружающих. Как осколками.

Потом мы подхватили Левитацией подвешенных в воздухе магглов, опустили их на землю и помчались обратно к своим друзьям. А пока мы мчались к нашим, я мельком успел подумать, что этот Гарри на канонного совсем не похож. Тот Поттер, помнится, до последнего использовал Экспеллиармус, а этот прекрасно понимал, что используя доброе слово и волшебную палочку всегда можно достичь гораздо лучшего результата. По сравнению с ситуацией когда используется только доброе слово. Да и остальные наши друзья такими же были.

Ещё, когда шоу началось, я подумал, что неплохо было бы проверить как там Джинни и остальные Уизли. Не смогли мы к сожалению, на время Чемпионата, «изъять» её из рыжей семейки, вот и пришлось о них вспомнить. С ней, кстати, вообще получилось интересно. Помните, я говорил что в этой семейке она была приёмной? Так вот, когда она бывала у нас на Гриммо, то Кричер на неё совершенно не бурчал, да и портрет мадам Вальбурги тоже относился к ней весьма благосклонно. В общем, нашим она была человеком. И мы, соответственно, озаботились, чтобы ей Уизелы вреда не причинили. А то, как я уже говорил, неизвестно зачем она им была нужна.

Так что, я совсем не удивился, когда отправившись проверить как она там, то увидел только её и Рона. Папаша Артур, со старшими детьми, как и в каноне, помчался аврорам, типа, помогать. Близнецы куда-то профукались и Рончик остался вместе с Джинни. В общем, одна большая дружная семья показала себя во всей красе.

А почему мы сразу после матча не отправились по домам? Так ведь... Луна. На неё, прямо перед матчем, что называется «накатило» и она сказала, что мы должны остаться. И я даже догадывался зачем. Поэтому, когда мы с Гарри вернулись, приведя с собой Джинни и Рона, то оставалось только уточнить у Луны куда нам идти. А она подумала и указала нам направление, махнув рукой.

А далее было почти как в каноне. Даже Рончик о корень споткнулся. Дракусика, правда, не было. Но, Тёмная метка в небе появилась и стычка с Краучем-старшим и аврорами состоялась. Единственное, чем отличалась канонная попытка Крауча перевести на нас «стрелки», тем что закончилась она неудачно. Для него. Потому что молчать мы не стали. Ну, а дальше, как и каноне, была обнаружена Винки с палочкой в руках И Барти-старший её «освободил». Идиот.

И, если вы думаете, что мы упустили возможность разжиться «на халяву» бесхозной эльфийкой, то вы глубоко заблуждаетесь. Как бы цинично это не звучало. Мы её тут же, по-быстрому, привязали к Гермионе. И остались у нас без личных домовиков только Гарри и Джинни. Ну, пока ещё. Впрочем, нам с Гарри пока хватало Кричера, а с Джинни, пока она жила в Норе, домовики сами связываться не хотели. Они вообще, не хотели туда идти. Лучше смерть чем Нора, так они говорили. Так что, мы решили подождать пока Джинни подрастёт и начнёт жить самостоятельно. Вот тогда мы с ней проведём ритуальчик, очистим её от Уизлевской магии и привяжем к ней домовика.

А почему именно к Гермионе? Ну, во-первых, потому, что она тут всякие там Г.А.В.Н.Э. организовывать не собиралась, и, во-вторых, потому что у остальных в семьях домовики уже были. Вот мы к ней Винки и привязали.

Кстати, в той толпе, которую мы с Гарри завалили, было несколько, так называемых «уважаемых» граждан, а именно: Роули, Селвин, Трэверс, оба Эйвери и Корбан Яксли. Именно их фамилии перечислили в «Ежедневном Пророке». Остальные, скорее всего, были сбродом из Лютного и упоминания в газете не удостоились. Кстати, все перечисленные были представителями из списка Древних родов и обладатели Тёмной метки. Так что, если Волдик всё же какм-то образом возродится в конце Турнира, то на его зов откликнется немного меньше народа.

Вот так закончилось наше посещение финала по квиддичу. Теперь нам предстояло дождаться Хэллоуина и посмотреть, что там произойдёт. Сам Турнир-то состоится, и это однозначно. Люциус уже успел нам шепнуть об этом «по секрету». Вот только непонятно было, кто будет Волдика возрождать, ну, если конечно будет. Петтигрю-то приказал долго жить. В общем, посмотрим.

А пока, суд да дело, мы принялись изучать правила Турнира. Чтобы, если всё же канон скажет своё «веское» слово, то мы были бы к этому подготовлены. И если таки Кубок выбросит из своих недр, если можно так выразиться, клочок пергамента с именем Гарри, можно было бы не допустить его участие.

Прибытие школ-участниц Турнира произвело впечатление даже на меня. Человека «измученного нарзаном», точнее подготовленного в подобному зрелищу Голливудом. Особенно меня впечатлили крылатые кони запряжённые в карету Шармбатона. Вот уж действительно мощные были зверюги. Казалось, что они её излучают, эту самую мощь, и чувствовалось на расстоянии, что любого они к себе не подпустят. А глядя на парусник Дурмстранга, мне невольно вспомнился фильм «Пираты Карибского моря» и корабль Дэйви Джонса. Нет, до такого же обветшалого состояния он, конечно, ещё не дожил, но всё равно, когда он вынырнул из Чёрного озера, мне вспомнилось именно это.

Кстати, Флёр де Ла Кур, тоже была совсем не похожа на себя киношную. Скорее она напомнила мне молодую Памеллу Андерсон, из тех времён когда она в «Спасателях Малибу» снималась. Так что, она сама по себе девушкой была симпатичной. А уж когда она «включала» свой вейловский шарм, то мало кто мог устоять и не изойти слюной от вожделения.

На Хэллоуин, как и ожидалось, прошёл выбор чемпионов Турнира. И, как и ожидалось, Кубок выбросил пергамент с именем Гарри. То, что подстава будет, я понял уже давно. Карта Мародёров сразу подсказала, что Муди у нас по школе ненастоящий разгуливает. А настоящий в своём сундуке сидит. Так что, к подставе я был готов. Единственное, что я не сделал, так это не предупредил Гарри. Выбор в этом деле я решил предоставить ему. Вдруг бы ему «вожжа под хвост попала» и он бы захотел таки принять участие в Турнире.

Случилось это сразу после ужина. Дамблдор встал и взмахом палочки потушил почти все свечи в зале. После чего пламя, горевшее в Кубке, окрасилось красным, к потолку взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил первый обгоревший кусок пергамента.

— Виктор Тодоров Крумов, — про себя произнёс я, слегка опережая Дамблдора. И продолжил, опять же про себя, — Флёр Мари Анриетта Апполин де Ла Кур и Седрик Амос Диггори.

А потом всё-таки огонь в кубке ещё больше покраснел и из него вылетел четвёртый кусочек пергамента. Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднёс к огню и воззрился на имя. Повисла длинная па-уза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал: — «Гарри Поттер». А я, увидев, что канон вновь сказал своё слово, высказал своё мнение о происходящем длинной матерной фразой. По-русски.

Знаете, была у меня надежда, что канон сейчас будет изменён. Несмотря на то, что по школе разгуливал Крауч-младший под видом старины Аластора. Почему? Да потому что Гарри не снился сон про Френка Брайса, сторожа и садовника поместья Риддлов, да и Берта Джоркинс никуда не исчезла. Но, видимо ребята придумали другой «гениальный» план и канон, таки, «сказал» своё слово.

Знаете как выглядит человек про которого говорят «как громом поражённый»? Вот именно так и выглядел Гарри. Он с растерянным видом посмотрел на нас и произнёс:

— Это не я бросил в Кубок своё имя. Вы же знаете, что это не я.

— Конечно, Гарри, мы знаем. Тем более, что всё это время был у нас на виду, — хором заверили мы его.

— Гарри Поттер, — повторил меж тем Дамблдор, повысив голос. И добавил, — подойдите, пожалуйста, сюда.

— Подождите директор! — крикнул я ему в ответ. — Гарри и так прекрасно всё слышал. И, вполне возможно, что через некоторое время присоединится к остальным чемпионам. А пока, дайте нам минуту, нужно посовещаться.

Гарри, продолжая сидеть с растерянным видом, уставился на нас.

— Э-э-э... Найджел, зачем нам минута? Что ты собираешься делать?

— Прежде всего я хочу тебя спросить, Гарри, — ответил я ему. — Нет, глядя на тебя, я практически уверен в твоём ответе, тем не менее спросить должен. Скажи, ты сам-то как, хочешь участвовать в этом мероприятии?

— Конечно же нет! — воскликнул Гарри, тем самым подтвердив моё предположение. — Ну, тогда, — успокоил я его, — используем лазейку в правилах Турнира.

Минута меж тем закончилась и Дамблдор в третий раз произнёс:

— Гарри Поттер.

Вот только в ответ он услышал совсем не то, что скорее всего ожидал.

— Он не будет участвовать в турнире, — оповестил я директора.

— Ерунда, — воскликнул Барти Крауч-старший. — Мы должны строго следовать правилам. А в них написано чёрным по белому: тот, чьё имя выпало из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в турнире.

— За исключением тех случаев, когда кандидату в чемпионы Турнира запретит участие его опекун или родитель. В таких случаях, он может заменить своего опекаемого.

— Ну, — ухмыльнувшись вступил в разговор Бэгмен, — думается мне что опекун не возражает.

— Совсем наоборот, мистер Бэгмен, — ухмыльнулся я ему в ответ, — он не только возражает, но и категорически запрещает Наследнику Поттеру участвовать в Турнире.

— Это он вам лично сказал, молодой человек? — с ехидством в вопросе уточнил Бэгмен.

— А зачем ему что-то говорить мне лично, если он, это я и есть, — ответил я ему снисходительным тоном. — И, предваряя ваши вопросы, представлюсь. Найджел Шедар Октавиус Блэк. Лорд Блэк. По совместительству магический опекун Наследника Поттера. И чтобы вы не сочли меня голословным, предлагаю посмотреть вот сюда.

С этими словами, я продемонстрировал, сделав видимым, перстень-печатку Лорда Блэка. А на Большой зал опустилась тишина.

А дальше был Турнир. Задания были как в каноне: раздобыть драконье яйцо, нырнуть на дно Чёрного озера и пройти лабиринт. Что было неканонным, так это отношение ко мне школьников. Не было никаких значков, презрительного отношения, травли и попустительства со стороны преподавателей. Почему? Да просто потому, что я предупредил учеников, что подобные действия с их стороны будут рассматриваться как враждебные и ответ, соответственно, будет адекватным. Вплоть до объявления кровной мести. А с Блэками, пусть даже и в лице всего лишь одного подростка, связываться дураков не было. В общем, я с моими друзьями спокойно готовился к заданиям Турнира и не заморачивался ещё и тем, чтобы отбиваться от нападок окружающих.

К тому же, на следующий день ко мне стали подходить слизеринцы, и не только они, чтобы засвидетельствовать своё почтение как Лорду Блэку. Общались мы с ними мирно, тихо и уважительно. Единственные, кто, как говорится «прогнулись не в ту сторону» были Уизли-младший и Малфой. Рончик, правда, отделался всего лишь «словесной поркой», когда показал своё недовольство моим участием в Турнире, а также тем, что представитель «Тёмных» оказался на «Светлом» Гриффиндоре. Высказался он, что нечего, мол, тут, у них... вслушайтесь, у НИХ... на Гриффиндоре всяким чистокровным Лордам учиться и пропагандировать свои чистокровные замашки и этикет. Проще нужно быть. Вот, как они, Уизли.

С чего такие мысли забрели в его не самую умную голову было непонятно. Тем более, что я и не собирался менять стиль своего общения с окружающими. Так что, пришлось ему напомнить, что Уизли и сами чистокровные, а если он идиот, то нечего семью свою позорить.

А вот Малфой, что называется, «отгрёб по полной программе». Он, видите ли, оказался недоволен тем, что я, будучи Лордом Блэком, дружу с «грязнокровками». Это он так на Гермиону намекнул. Вот за это и получил. Превратил я его... Эх! Нравится мне магия вообще и трансфигурация в частности... в капитана «Летучего голландца». Ну, как его в фильме про пиратов Карибского моря изобразили. А на попытки со стороны Макгонагалл и Снэйпа меня наказать, я указал что мне сейчас, как Чемпиону турнира, школьные правила не писаны. И, что лишения баллов и отработки меня сейчас не касаются. Я, даже, на занятия ходить не обязан. Пусть Правила Турнира почитают.

В общем, если коротко, то задания оказались не такие уж и сложные. Дракониху я сначала заморозил Вьюгой до неадекватного состояния, вытолкал её из гнезда, забрал оттуда яйцо и запустил Геену огненную. Ну, чтобы она согрелась до нужного состояния. И кладка не пострадала. На всё про всё у меня ушло пять минут.

В озеро я нырнул за Гермионой. Хотя на бал она ходила с Гарри. Началось там у них, вроде бы, что-то «наклёвываться» вот и пошли они вместе. Ну, а мне что, жалко что ли, тем более, что я вообще-то с Луной хотел пойти. Но, на неё почти перед самым балом в очередной раз «накатило» и они с отцом отправились в Норвегию. Фэй пошла с парнем, с которым её семья, ещё в её детстве заключила помолвку. Чтобы, наконец-то, хотя бы познакомиться. А то ведь, жених-то вроде как есть, но общего у него с невестой ничего нету. А я подумал, подумал да и пригласил Гринграсс-младшую, Асторию. Мне, как говорится в таких случаях, было «по барабану» кого приглашать, а девочка кучу восторгов получила. Но, вот её использовать в качестве заложника поостереглись. Поэтому и использовали Гермиону, когда поняли, что за неё я могу и голову «открутить». И что она мне очень дорога. Как друг.

Само собой разумеется, что накануне я сходил к Дамблдору и мы с ним обсудили вопрос с заложниками. Так что, под воду их поместили практически перед самым заданием, что бы свести риск к минимуму. Ну, и с Гермионой мы данный вопрос обсудили и она согласилась побыть моей заложницей.

В общем, нормально всё получилось со вторым заданием. Для его выполнения я использовал те самые канонные жабросли. И сначала быстренько достал из озера Гермиону, а потом, как и в каноне, Габриэль де Ла Кур. Нырял я правда не с пристани, а трансфигурировал деревянную дощечку в лодочку и доплыл на ней по поверхности точно до места где располагалась на дне деревня русалок. И нырял потом уже с неё.

Лабиринт я проходил используя «Конус льда» и «Каменный кулак». Заклинания из арсенала магов Тедаса. Сначала, в стене я замораживал до состояния льда участок, а потом просто вышибал его тараном. Кстати, после окончания действия моих заклинаний, дырка в стене лабиринта тут же зарастала. В общем, до Кубка я добрался первым и, как и следовало ожидать, оказался на кладбище в Литтл Хэнглтоне. Где меня тут же попытались пленить. Насколько я понял, ну, после того как пообщался с гомункулом в который вселили душу Тома, он не придумал ничего лучше, кроме как взять меня в плен и обменять потом на Поттера. Н-да.

Нет, ребята, заклинаю вас всем святым: Христом, Богом, Апостолом, Мерлином, и Морганой вместе с Мордредом. Никогда! Слышите, никогда не заморачивайтесь с хоркруксами. Это же надо было до такого додуматься. Взять меня в плен и на Поттера обменять. Да даже если бы им и удалось меня пленить, то кто бы на обмен согласился?

В общем, не согласился я с планами Волдика и внёс в них свои поправки. Весьма существенные. Сначала я устранил Джонатана Гиббона, исполнявшего в нашем случае роль Питера Петтигрю. Был такой среди Пожирателей, только его почти никто не знал. Ну, сами понимаете, не зря говорится, свято место пусто не бывает. Вот и нашёлся «добрый человек» занявший место Крысы. Потом я разыскал змеюку и уничтожил её. Ну, а потом пообщался с Томом и превратил гомункула в камень. В нечто среднее между статуей и статуэткой.

А ещё хочу покаяться, грешен я оказался. Не удержался и позлорадствовал над ним. Объясняя Тому какой он идиот.

— Ты, придурок, Том, — гаденько посмеиваясь обратился я к гомункулу. — А знаешь почему? Потому что сунулся не к тем. Не Поттера тебе идти убивать нужно было идти, а меня. А ты, попёрся в воду не зная броду. Впрочем, теперь это уже не важно.

После чего я его превратил в камень и вызвал Кричера. Ну, чтобы переправить его в подвал Блэковского дома. Пусть там побудет в окаменевшем состоянии. До поры, до времени. Вот только, было пока непонятно когда она наступит. Эта самая пора. Дело в том, что способа «разрядить» Гарри мы так и не нашли. Не было в этом мире способа уничтожить хоркрукс без разрушения материальной основы. Вот, не было его. Ни в Блэковской библиотеке мы ничего не нашли, ни у разрушителей проклятий из Гринготтса мы так ничего и не узнали.

И что, спрашивается, нам было делать? Ну, мы посовещались и решили, что если гора не идёт к Магомеду, то и пошла она на хрен. В том смысле, что если осколок чужой души из Гарри извлечь невозможно, но, при этом, он ему не мешает, то и пусть Поттер живёт себе и радуется. А Волдика мы либо заблокируем, тем или иным образом, либо будем каждый раз оттягивать его возрождение, любым доступным способом. Как-то так.

Оставшееся время до выпуска прошло без особых приключений. Ну, оно и понятно. Волди не возродился, побега из Азкабана тоже не было, о событиях в министерстве Магии даже и речи не шло. Фадж, ну точнее Малфой из-за кулис, и Дамблдор пихали друг друга локтями и мерились... ну, сами знаете чем обычно меряются. Кстати, Дамби со своих должностей не слетел. Ну, оно и к лучшему было. Меньше времени нам уделять будет.

Единственное, чего он не прекращал, так это попыток Гарри под себя подмять. После того как он понял, что в лоб данную проблему не решить, он предпринял обходные манёвры. Ну, оно и правильно, если стену невозможно разрушить, значит нужно её либо обойти, либо подкоп соорудить. Случалось это, в основном, когда у нас преподаватели по ЗОТИ отсутствовали. В такие времена Дамби брал на себя их обязанности.

Хочу сказать, что преподавал он весьма умело. В общем, сразу чувствовалось, что учителем он проработал изрядное количество времени. И, соответственно, опыт у него солидный. И всё бы было хорошо, если бы не его ненавязчивая пропаганда. Её основной идеей было, ну если говорить по-простому, что нет бога кроме Всеобщего Блага и Дамблдор пророк его. И, что после него, ко Всеобщему Благу всех Поттер поведёт. Подхватит, так сказать, из его ослабевших рук выпавшее знамя.

В такие моменты мы начинали жалеть, что изъяли из хижины Гонтов их фамильный перстенёк, а не дали Дамбику на него наводку.

И думается мне, что могло бы у него и получиться задуманное, если бы Гарри канонным оказался. А так как сам Поттер считал Всеобщее Благо полной ерундой, то ничего у него в результате не получилось. Нет, на словах-то мы с ним, с Дамблдором, соглашались и даже поддерживали, но... это было только на словах. А насчёт Всеобщего Блага Гарри так высказался.

— Вот скажите, — говорил он нам, — как Благо может быть Всеобщим? Давайте не будем далеко ходить и рассмотрим мою жизнь до Хогвартса. И возьмём, для примера моего кузена Дадли. Для него, вместе с его дружками, Благом было отловить меня и отметелить, как бог черепаху. И если им это удавалось, то мне приходилось часами отлёживаться в своём чуланчике. Ну, пока моя магия залечивала повреждения. Вот какое было у него Благо. Но, было ли это Благом и для меня тоже? А вот нифига не было. Так что, никакого Всеобщего Блага нет, не было и не будет.

Вообще, если быть до конца честным, мы понимали, что Дамбика нужно устранять. Чтобы он не совал свой длинный нос куда его не просят. Вот только способа сделать это безнаказанно, пока не находилось. Помнится, читал я, в своё время, серию книг про некроманта Кера Лаэду. За авторством Ника Перумова. И запомнилась мне из неё одна фраза:

«Тысячами незримых нитей обвивает тебя закон. Разрубишь одну — преступник, десять — смертник, все — Бог».

И, если применить эту фразу к нашей ситуации, то на богов мы, пока, ну никак не тянули. А получать срок в Азкабане или «поцелуй» дементора никто не собирался.

В итоге, посовещавшись, решили мы пока попробовать отвязаться от него по другому. А для этого мы вплотную занялись теми тремя книгами, которые нашли в Блэковской библиотеке. Ну, теми, что на пластике были напечатаны. По своему содержанию, как потом выяснилось, это был мануал по созданию портальных арок. Если, кто помнит фильм «Звёздные врата», тот поймёт о чём я говорю.

Не буду вдаться в подробности, скажу только что через три года у нас уже были готовые артефакты и каталог с координатами миров. И с их описанием. По сути, Арка Смерти из Отдела Тайн тоже была таким артефактом. Только испорченным. Понять же это можно было по остаткам нанесённых когда-то на неё рунных цепочек. В итоге, заманили мы Дамбика в подвал дома на Гриммо и отправили его вместе с Волдиком в другие миры. В разные, разумеется.

Дамби мы отправили в мир отстающий от нашего по времени. Там как раз Вторая мировая шла. Вот пусть, решили мы, дедушка и тряхнёт стариной. Пересечётся со своим любезным другом Геллертом и вновь станет его победителем. Ну, если получится, конечно. А Волдика — в мир где не было никого и ничего. Помните, как в Ветхом завете, в день первый. Когда Бог сотворил Землю. Как там говорилось: «Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою». Вот в такой мир мы его и отправили. Пусть он там вместе с «Духом Божьим» над водой поносится.

Сам же я решил тут тоже не задерживаться и, раз представилась такая возможность, переместиться в другой мир. Тем более, что за магическую Британию, я никогда особо не держался. Разве что, за друзей. Впрочем, связь с ними я прерывать не собирался. Потому, что те арки которые мы сделали можно было использовать не только как портал, но и как эдакий межмировой Скайп.

В общем, подобрали мы мне мир. А друзья, подумали, подумали и решили, по крайней мере сначала взглянуть на него. И если понравится и возникнет такое желание, то и себе перебраться.

Был он целиком и полностью фэнтезийный. И в нём, помимо людей так же и эльфы были. И орки, и гоблины, и тролли. А ещё всякие там великаны, огры, драконы и прочая живность. Но, самое главное, что нам, магам, не нужно было там прятаться за Статут о секретности. Ну и, заодно, маги, как в Тедасе, не содержались там как в резервациях и не страдали под гнётом Церкви.

Так что, после окончания Хогвартса, я отправился в такой мир. Кстати, прямо перед этим я с Гримом посовещался и он, как говорится, дал своё «добро». Объяснив, что, дескать, нет никакой разница в каком мире род Блэков жить будет. Вот и отправился я. Сначала один, на разведку. И, уже там, заведя полезные знакомства, я сначала выкупил четыре, почти бесхозных, пограничных баронства. В одном из которых оказался свой Источник магии. Там-то я портальную арку и установил. Ну, и начал обосновывать всерьёз и надолго. Со временем, друзья перебрались ко мне. И стали баронами. Я, Невилл и Гарри. А территорию четвёртое баронства мы разделили и присоединили к своим. Потом мы объединили баронства в графство и основали свою магическую академию. Графом, кстати, я Гарри стать предложил. А сам стал при нём советником. А Невилл, стал Директором магической Академии. В общем, много чего произошло за время нашей там жизни. И, постепенно род Поттеров, как собственно и Блэков с Логботтомами заняли в этом мире достойное положение. Заставляющее остальных с нами считаться.

Кстати, вместе с нами перебрались сюда и девушки наши. В общем, если не вдаваться в подробности, то Гермиона стала, со временем, графиней Поттер, а Луна — баронессой Лонгботтом. А моей женой стала... кто бы мог подумать... Астория Гринграсс. Она ведь после того бала мы с ней общение не прекратили. Нет, сначала-то мы просто дружили. Классной она девчонкой оказалась. Ну, а потом она подросла и... ну, сами понимаете.

А Фэй с нами, так сказать, не поехала. Она после того бала со своим женихом как-то тоже близко сошлась, вот и осталась. Но, связь конечно с ней мы не разорвали. Мы, через неё межмировую торговлю организовали. А Джинни, работала кем-то вроде торгового посредника между нами и частенько бывала у нас в гостях.

Вот такая получилась история.