Blestemul lui Dracula-3: capcana pentru Dragan... (гет)

Занимался рассвет. Небо быстро светлело, меняя свой темно-лавандовый наряд на розово-оранжевый. Бледная луна, гонимая дневным собратом, собиралась уйти на покой. Отдохнуть надеялся и Дракула, вальяжно расположившийся в глубоком кожаном кресле, стоящем у пылающего ярким пламенем камина, но, похоже, его желаниям сбыться было не суждено. Во всяком случае, в ближайшее время. Шум, одновременно раздавшийся за окном его кабинета и внизу в холле, заставил Влада мысленно чертыхнуться и отставить полный крови бокал на резной деревянный столик. Князь ни секунды не сомневался, что недолгая передышка после возвращения из Лондона в Тырговиште закончилась в этот самый момент. И, как всегда, впрочем, оказался прав…

— Кажется, я убила человека!

— Где Гвендолин?!

В унисон прозвучало с двух сторон.

Дракула нарочито медленно посмотрел сначала на топтавшуюся на широком мраморном подоконнике мисс Оллфорд, лицо, руки и одежда которой были перепачканы кровью, а во взоре, устремленном на него, читался ничем неприкрытый ужас. Затем князь так же неспешно перевел обсидиановый взгляд на застывшего в дверях Драгана, в глазах которого, как в зеркале, отражались все многовековые страхи и предрассудки мистического края под названием Румыния. Влад тяжело вздохнул и на миг, показавшийся присутствующим в комнате целой вечностью, прикрыл глаза, загоняя внутреннего демона в самые дальние чертоги своей черной души. Потом небрежным взмахом руки он закрыл тяжелые портьеры на окне, через которое так и норовило заглянуть уже проснувшееся и выглянувшее из-за Карпат солнце. Гвендолин, слегка зашипев, быстро спрыгнула на пол. Еще одним неуловимым для взгляда смертного движением Дракула заставил массивную дубовую дверь за спиной Драгана захлопнуться, вынудив того тем самым едва ли не вскочить в уже погруженную в полумрак комнату. Больдо, все время пытавшийся сдержать Драгана, молчаливой тенью отступил назад, вглубь темного коридора, а секунду спустя и вовсе исчез в хитросплетениях старого особняка. Его ждали дела. Необходимо было срочно кое-что уладить. И для этого верному прислужнику древнего вампира вовсе не требовался приказ Хозяина. Больдо Шербан и так прекрасно знал, что должен делать в подобных ситуациях.

— Что?! Еще кого-то?! — удивленно поинтересовался Драган, переходя едва ли не на крик.

— В смысле?! — недоуменно бросила Гвендолин.

— Я видел…

— Молча сели, — на грани слышимости отчеканил Влад, кивнув на находящееся рядом еще одно кожаное кресло и деревянный стул с высокой, напоминающей трон, спинкой, стоящий перед письменным столом из эбонитового дерева.

Дракула прекрасно ощущал насколько напряженной была тишина, воцарившаяся в кабинете после его слов. Гвендолин и его потомок совершенно не знали куда себя деть. Хоть чувства их и были схожи, причины этого были диаметрально противоположными. Но не подчиниться властным ноткам в голосе Влада было невозможно, поэтому его требование было тут же выполнено. Гвендолин и Драган избегали смотреть друг другу в глаза, из-за чего сверлили одинаково испуганными взорами Дракулу, которому казалось, что еще мгновение — и от него останется горстка пепла, настолько испепеляющими были обращенные на него взгляды.

— С тобой я разберусь немного позже, — сказал Влад Гвендолин, отчего та практически вросла в кресло. — Сейчас я хочу услышать твою версию событий, Драган. Что же произошло такого, что ты готов схватить осиновый кол и всадить его в сердце нашей очаровательной мисс Оллфорд? — хоть тон князя был полушутливым и в уголках тонких бледных губ играла легкая улыбка, глаза его оставались холодными, словно мрамор в склепе.

Потомок древнего вампира еще несколько бесконечно долгих минут молчал, собираясь с мыслями, а также с силами. Ибо он прекрасно понимал, что может раз и навсегда лишиться дружбы и поддержки легендарного Дракулы.

— Я прямиком из морга, — решив, что перед смертью он все равно не надышится, начал Драган. — Там труп молодой женщины, — на этих словах Дракулешти перевел взгляд на притихшую Гвендолин, а затем снова посмотрел на Влада, сидящего в своей излюбленной величественной позе, — с характерными ранами на шее и…

— Но, я… это был… — попыталась вставить Гвен, но ее слова остались без внимания со стороны мужчин, которые сошлись в зрительном поединке.

— Конечно же она обескровлена, — закончил за Драгана Влад, меняя позу и подаваясь немного вперед. — Мне кажется, или ты хочешь меня в чем-то обвинить?! — в глубине обсидиановых глаз Дракулы заплясали крохотные язычки инфернального огня всегда так пугающего Драгана.

И снова тревожная тишина накрыла своим незримым крылом кабинет. И только треск горящих поленьев в огромном камине смел нарушать господствующее в комнате безмолвие. Влад ждал, а Драган все никак не мог подобрать правильные слова, чтобы высказать свои опасения и не вызвать еще больший гнев своего грозного предка. Нет, конечно, Драгану очень нравилась Гвендолин, но, когда мисс Оллфорд была человеком эта самая симпатия была поистине безграничной. Сейчас же Драган хоть и по-прежнему симпатизировал ей, но к этому примешивался страх, безотчетный и панический. Все-таки предрассудки и суеверия, впитанные с молоком матери, не так легко искоренить из своего сознания. Одно дело он был уверен в Дракуле, но с Гвендолин все обстояло иначе. Она была молодой, эмоциональной, импульсивной и чертовски упрямой. К тому же совершенно неопытной. А это поистине адская смесь…

— Хватит! — вскочив с кресла, бросила Гвендолин, вмиг разрывая тягостное молчание и наконец-то переключая внимание мужчин на себя. — Звучит до безумия глупо, но это, — она указала на кровь на лице и руках, отчего Драган непроизвольно вздрогнул, — совсем не то, что вы думаете! — собрав остатки сил, которые ее стремительно покидали с каждой минутой нового дня, почти прокричала Гвен последние слова. — Я пыталась помочь тому человеку, но вместо этого, кажется, только сделала хуже. Он умер, — Гвендолин тяжело выдохнула и упала назад в кресло. — И это был мужчина средних лет, а никак не девушка. И произошло это всего каких-то двадцать минут назад, — уже едва слышно закончила она.

Владислав молча наблюдал за эмоциями, сменяющими одна другую на лице Драгана, за его внутренней борьбой. Его потомок так хотел не показать того, что в данный момент творилось в его душе, что выдал себя с головой. Даже Гвендолин, еще не до конца постигшая тонкости чтения мыслей смертных, без труда видела Драгана насквозь. Отчасти, ей было его жаль, но также она испытывала и злость из-за того, что он так просто мог обвинить ее в убийстве человека. Хотя прекрасно знал о ее принципах в этом вопросе и условиях, которые ей поставил Дракула по поводу охоты в пределах города. Но самое обидное было в том, что Дракулешти даже не попытался выслушать ее, а просто сделал поспешный вывод, чего за ним раньше не водилось.

— Так что ты делал в морге? — снова откинувшись на спинку кресла и взяв бокал с кровью, как бы между прочим поинтересовался Влад. — Если меня не подводит память, — он усмехнулся, слегка при этом обнажив клыки, — то ты семейный доктор, а не патологоанатом.

Драган застонал и прикрыл глаза рукой, буквально сползая со стула на пол. Мысли и воспоминания, толкаясь в его сознании и то и дело наскакивая друг на друга, никак не давали ему ответить на вопрос Влада. Да и быстрая смена настроения и темы разговора сбивали с толку, не давали сосредоточиться.

— Я знаю про труп на кладбище, — Дракула решил немного облегчить задачу своему потомку, видя его замешательство. — Как и то, что сегодня, точнее, уже вчера была годовщина смерти твоей супруги. Прими мои искренние соболезнования.

— Благодарю, — выдохнул Драган, мысленно вознося хвалу за понимание и терпение Владиславу, как и его вездесущему слуге Больдо. Без сомнения, именно он был глазами и ушами князя, наблюдая и докладывая Хозяину обо всех новостях в городе. — Я как раз находился на кладбище, когда было обнаружено тело той несчастной и прибыла полиция, — он устало потер переносицу, удобней устраиваясь на полу рядом с пылающим камином.

— И?

— И, — мужчина поднял до краев полный боли взгляд на Влада, — это была Моника. Ты можешь себе это представить?

— Моника Лотеану? — брови Дракулы приподнялись в удивлении. — Я правильно тебя понял?

Вместо ответа Драган что-то невнятно промычал и снова закрыл руками лицо.

— Тебе нужно отдохнуть, — произнес Дракула, наблюдая как Гвендолин практически спит с открытыми глазами и давая тем самым время Драгану успокоиться. — Ты еще слишком слаба, чтобы позволять себе игнорировать дневной сон.

Гвендолин лишь мотнула головой, на что последний закатил глаза и усмехнулся, предвидя подобную реакцию на свои слова. Безусловно, Влад мог силой заставить Гвен подчиниться, но хотел немного проучить ее в этот раз, заставить усвоить урок на личном опыте. Дать возможность наконец осознать, что ее ослиное упрямство далеко не лучший советник в этом мире.

— Зато я ничего не поняла, — задумчиво произнесла Гвендолин, давно утратившая нить разговора, но отчаянно хотевшая вникнуть в его суть. Во-первых, она действительно валилась с ног от усталости, явно переоценив свои силы, но из принципа все равно не желала слушать Влада. А во-вторых, Гвен вообще не имела ни малейшего представления, о чем говорят мужчины. — Вы можете объяснить, что происходит или, правильней сказать, произошло?.. — она посмотрела на Влада, без сомнения знавшего больше, чем было сказано. — И, Драган, — она встала и, подойдя к мужчине, положила руку тому на плечо в знак поддержки, — мне жаль. Я знаю, что такое терять близких людей.

Драган благодарно кивнул, прошептав:

— Прости, что я…

— Не стоит, все в порядке, — сказала Гвен, а потом подошла к небольшому бару за столом Дракулы, откуда достала изящную алюминиевую шкатулку. Взяв там же небольшой бронзовый ключ, она открыла ее и тут же, словно по волшебству, среди зеркал появилась бутылка превосходного Hennessy Beaute du Siecle Cognac. Она медленно поднялась со дна шкатулки на подносе вместе с бокалами. Взяв один из четырех, Гвендолин налила в него янтарную жидкость. После чего вернулась к Драгану и протянула ему хрустальный бокал, наполовину заполненный столетним коньком.

— Помнится, именно так меня тут успокаивали когда-то, — она грустно улыбнулась, мимо воли воскрешая в памяти события, приведшие ее в дом Дракулы. Казалось, что все произошло сто лет назад, хотя на самом деле прошло всего лишь несколько месяцев.

— Спасибо, — снова благодарно взглянув на Гвендолин, ответил Драган. Взяв бокал, он сделал большой глоток обжигающего напитка. — Все верно, Влад, — наконец-то смог выдавить Драган. — Я глазам своим не поверил, когда увидел ее лежащую в морге. Да еще и в таком виде.

— Надеюсь, тебе хватило ума сказать о том, что ты ее знал?

— Зачем? Все давно в прошлом. Более того, меня никто об этом не спрашивал, — тихо сказал Драган, делая еще один глоток Hennessy. — Я оказался в полиции благодаря Константину Ионеску. Он заболел и рекомендовал меня, как временную замену, чтобы не ждать приезда коронера из Бухареста. Ты же понимаешь, что Кришан в шоке от очередного «вампира» и афишировать этот случай не намерен даже в своих кругах. Во всяком случае, пока.

— Даже не сомневаюсь в этом, — невесело усмехнулся Влад. — Но мне не нравятся такие совпадения.

— Что ты имеешь в виду? — поинтересовался Драган.

— Посуди сам, — Владислав резко замолчал, взмахом руки замедляя падение Гвендолин. При этом борясь с желанием оставить ее лежать на полу посреди кабинета, чтобы в следующий раз знала, как не слушать то, что говорят старшие. Но все же решив, что это уже слишком, подхватил Гвен на руки, не давая упасть. И в тот же миг князь растворился в воздухе. Правда, тут же вновь появился в вихре светящихся точек. — На чем мы остановились?

— Ты сказал, что тебе не нравятся такие совпадения, — возвращая разговор в прежнее русло, заметил Драган, когда Влад снова удобно устроился в глубоком кожаном кресле у огня.

— Не то слово, если уж совсем точно, — произнес князь, делая большой глоток из хрустального бокала, в котором искрилась рубиновая жидкость. — Твою бывшую любовницу, из-за которой погибла твоя жена, находят на кладбище буквально в нескольких метрах от могилы Николы, да еще и в годовщину ее смерти. И при этом Моника, непонятно почему появившаяся в городе впервые за последний год, обескровлена.

— И что ты этим хочешь сказать? — пытаясь сложить два и два, спросил Драган.

— А хочу я этим сказать, дорогой мой потомок, что все это весьма скверно пахнет. Кто-то что-то явно желает сказать тебе или же кому-то другому. Сейчас сложно понять, что это было: послание, месть или же просто чья-то идиотская выходка. Но тебе все же хватило глупости промолчать, — Влад недовольно посмотрел на Драгана. — Моника была твоей пациенткой и любовницей. И она же послужила причиной смерти Николы. Рано или поздно полиция докопается до этой информации, и ты будешь выглядеть… — Дракула многозначительно замолчал, давая возможность Драгану самому все разложить по полочкам. — К тому же ты оказался вовлечен в расследование. И почему-то мне кажется, что это не простая случайность, — добавил Влад, подливая масла в огонь. — Ты совершенно ни о чем не думал, когда утаивал все это от полиции? Кстати, кто ведет расследование?

— Марко Стан, — выдавил Драган, только в этот самый момент осознавая во что он действительно влип. Картина медленно, но верно стала вырисовываться в его голове, и она ему определенно не нравилась. Но в тот момент он был настолько в шоке от всего увиденного, что просто был неспособен думать и просчитывать все наперед. Потому и оказался в такой неудобной ситуации.

— Прекрасно, — отсалютовав бокалом, усмехнулся Владислав, — в кои то веки Кришану хватило ума поставить во главе расследования нормального следователя. Ну, а тебе могу только еще раз выразить свое сочувствие. Марко найдет скелеты в твоем шкафу в считанные дни.

— Я поговорю с ним, — вставая с пола, на котором все это время сидел, и направляясь к бару, где все еще стояла шкатулка с Hennessy, сказал Драган. — Коньяк у тебя, кстати, отменный. Впрочем, это неудивительно.

Драган протянул руку, чтобы налить себе еще, но так и не смог этого сделать — правая рука дрожала. Еще не сильно, но тремор был очевиден. Он поспешно поставил бутылку и пустой бокал на место, чтобы не разбить, и повернулся, собираясь вернуться в кресло. Но тут же столкнулся с Владиславом, который стоял у него прямо за спиной.

— Дьявол тебя побери, Влад! Не делай этого больше, — выдохнул Драган, медленно обходя предка и усаживаясь в кресло.

Дракула, проигнорировав выпад своего потомка, спокойно налил Hennessy в бокал и подал его Драгану. Тот молча протянул левую руку, правую при этом машинально прижал к ноге.

— И когда ты собирался мне сказать, позволь полюбопытствовать? — как ни старался Драган, никак не мог понять, чего в тоне Влада было больше: разочарования или гнева.

— Об этом никто не знает, кроме моего доктора в Бухаресте, — очень тихо ответил Дракулешти.

— И каков прогноз? Рановато, мне кажется.

— Ты прав. Обычно Паркинсон проявляет себя чуть позже, но мне, кажется, повезло, — Драган горько усмехнулся. После чего прикрыл глаза и откинулся на спинку большого и удобного кресла. — Я помню, что было с отцом, как он медленно умирал, превратившись практически в овощ и корчась от боли. Это… я не хочу так умирать, Влад, — прошептал Драган все еще не размыкая век, чем и воспользовался Дракула. Молниеносным движением князь провел ногтем большого пальца по указательному и оттуда в бокал Драгана тут же потекла темная густая кровь.

— Выход есть всегда, — занимая соседнее кресло, также тихо сказал Дракула.

Драган резко открыл глаза:

— Спасибо, конечно, но я не это имел в виду, — не глядя делая большой глоток коньяка и практически осушая бокал, произнес Драган.

— Я прекрасно понял, что ты имел в виду, — ответил Владислав, указывая обсидиановым взглядом на остатки Hennessy, в которых Драган к своему удивлению и ужасу заметил багряную субстанцию.

— Это не совсем то, о чем я…

Договорить у Драгана не получилось, адская боль скрутила его, вынудив сложиться пополам и застонать в голос. Мужчина и подумать не мог, что существует такая боль.

— Знаю, — так же спокойно заметил Владислав. — Уж прости мне мой эгоизм, любезный и неразумный потомок. Терять тебя я не намерен, во всяком случае в ближайшее лет десять-пятнадцать.

— Чертов садист, — кажется, целую вечность спустя простонал Драган. Мужчина наконец справился с болью и смог снова нормально сесть. С удивлением отметил, что недопитый бокал стоит рядом на столике.

— Всегда к твоим услугам, — такая редкая, настоящая улыбка скользнула на миг на губах Влада, преображая, стирая с его лица суровость. — Кстати, раз с одной проблемой мы разобрались, пусть только на время, но все же. Предлагаю вернуться к делам нашим насущным.

— Так что же все-таки произошло с Гвендолин? Она была вся в крови, заявила, что кого-то убила, — решил сменить неприятную тему разговора Драган. Ему нужно было многое обдумать и во многом разобраться, потому что как ни крути, а Влад был прав. Столько совпадений — это уж слишком.

Дракула, чувствуя внутреннее состояние своего собеседника, не стал давить и настаивать. Ему тоже было над чем поразмыслить. Кто-то ступил на скользкую дорожку, решив не только вновь поднять излюбленную тему румынских земель, а еще и умудрившись втянуть в эту гнусную историю и его прямого потомка. И Дракула никак не мог понять, кому все это могло быть выгодно. Странно, что кто-то решил восстановить справедливость год спустя после трагические гибели Николы. Убийца жены Драгана, пусть и невольная, но тогда избежавшая ответственности, сейчас оказалась сама в роли жертвы убийства. И чем больше Дракула над этим думал, тем больше ему это все не нравилось. С трудом прервав шлейф мрачных размышлений, князь ответил:

— Неудавшееся ограбление. А Гвен просто оказалась не в то время и не в том месте. Она на самом деле хотела помочь тому смертному, но испугалась вида крови. Решила, что не сможет сдержаться.

— Все равно я не понимаю, как ты можешь вот так спокойно отпускать Гвендолин одну... — Драган только в следующее мгновение осознал, какую ошибку совершил, намереваясь отвлечься от своих мыслей. И если один раз Влад обуздал гнев, то сейчас Драган имел счастье откупорить бутылку и выпустить из нее джина, могущественного и не знающего пощады.

Глаза князя, в которых обычно царил всепоглощающий мрак, сейчас полыхнули алым, словно адское пламя пожара озарило ночное небо, а в его голосе зазвучали холод и сталь:

— Драган, если еще хотя бы раз ты придешь в мой дом с мечом…

Мужчина даже моргнуть не успел, как Владислав оказался за его спиной и положа руку ему на плечо сжал его так, что с губ Драгана слетел протяжный стон боли.

— Я… изви…

— Ты смеешь утверждать, что я легкомысленный и беспечный старый маразматик, который отпустил новорожденного вампира гулять в одиночку по городу?!

— Нет… но…

Склонившись к уху и тем самым вынудив Драгана практически окаменеть, Дракула сакральным шепотом произнес:

— Предупреждаю первый и последний раз. Я дорожу тобой, но не потерплю такого отношения к себе.

В следующее мгновение Дракула уже спокойно сидел в кресле напротив и ничто ни в его взгляде, ни в позе не выдавало минутной вспышки ярости. В то время как Драган едва был в состоянии восстановить сбившееся дыхание. Он поверить не мог, что после своих обвинений, пусть так и не высказанных вслух, отделался только испугом.

— На самом деле я слежу за Гвендолин, за каждым ее шагом, каждой мыслью, поэтому можешь не волноваться, — совершенно спокойно заметил Владислав. — Другое дело, что она устроит мне настоящий ад, если узнает об этом, — Дракула принял наигранно страдальческий вид. — Смею верить, эта тема закрыта раз и навсегда! — не вопрос, утверждение прозвучало из уст Влада.

— Вы однозначно стоите друг друга, — облегченно вздохнув и взяв себя в руки, сказал Драган. — Еще раз прости. Не знаю, что на меня нашло, я совсем не в себе после всего этого. Всю ночь я провел в морге, делая вскрытие Моники, а по дороге к тебе заметил Гвендолин всю в крови, вот и подумал, что…

— Спишу все на твою усталость и шок, — примирительно сказал Влад, понимая, что на Драгана действительно свалилось в один день слишком много переживаний и проблем. — Отдохни. Можешь, кстати, остаться здесь. Где твоя комната, надеюсь, помнишь? — и не дожидаясь ответа, продолжил: — А днем уладь хотя бы то, что в твоих силах. С остальным разберемся немного позже и вместе, — поднимаясь, сказал Дракула, давая понять, что разговор окончен. — Встретимся вечером, чтобы обсудить ситуацию и подумать, что делать дальше.

— Как скажешь, — не в состоянии спорить произнес Драган в пустоту, поскольку Дракула уже исчез в клубах темной дымки. Хотя сомнений в том, что Влад услышал его ответ у последнего не было. Недолго думая покинул кабинет и Драган. Сил ехать домой не было совершенно, поэтому мужчина решил воспользоваться приглашением Влада и провести несколько следующих часов в одной из комнат для гостей, давно уже ставшей его в этом мрачном доме. — Отдых мне и правда чертовски необходим.

Случалось ли вам терять связь с реальностью? Переживать то, чего не может быть в действительности, лицезреть невероятные вещи, а главное — совершенно не понимать, в каком временном отрезке и где вообще вы находитесь? Переступив порог вечной ночи и заключив сделку с самим Дьяволом Владислав даже подумать не мог, что когда-нибудь окажется в подобной ситуации, но…

Дракула стоял посреди бескрайней пустыни, озаренной кроваво-красными лучами уходящего в закат солнца и не мог отвести взгляд от невероятных размеров Черного Храма. Подобного Владу видеть в своей долгой жизни еще не доводилось, как на этом свете, так и на том. Однозначно это не был Пандемониум. Даже, если допустить мысль о том, что Дьявол решил сделать в Аду капитальный ремонт.

— Что, черт подери, происходит? — сквозь зубы процедил Влад, силясь понять, как здесь оказался и где это самое «здесь» находится. Дракула отлично помнил, что после не совсем приятного разговора с Драганом отправился в свои покои и буквально пару минут спустя лег спать. Все было как обычно. Да и подобного с древним вампиром еще никогда не случалось. — Что же, все бывает в первый раз, — философски изрек Влад, — даже у меня. — И с этими мыслями направился к загадочному Храму.

Его шпиль из черного как ночь обсидиана, казалось, поглощал лучи заходящего солнца. Было в нем что-то мрачное, неуютное и даже пугающее. Владу ощущения очень не понравились. Многовековой жизненный опыт просто кричал, что не стоит терять бдительность ни на секунду. И, надо заметить, что интуиция вампира еще никогда не подводила. Но не в правилах Влада было показывать опасности спину. Как бы ему не хотелось сейчас очутиться в своем особняке в Тырговиште, он прекрасно понимал, что оказался здесь не случайно. И это не просто кошмарный сон. Только не в его случае. И раз так, то стоило выяснить все до конца. К тому же Дракула понятия не имел, как отсюда выбраться. Поддавшись внезапному порыву, Влад все же попробовал пойти в противоположную Храму сторону, но добился того, что все равно очутился перед его входом. Магия в этом месте зашкаливала. Это Дракула ощущал каждой клеточкой своего давно мертвого сердца.

Нигде не было ни души, не было слышно никаких звуков. Только золотой песок под ногами и поражающий воображение Черный Храм перед ним. Едва переступив порог, Дракула замер, завидев впереди целую толпу. Незнакомцы стояли молча, но все, как один, уставившись на него. Одеты они были странно. Обведя людей беглым, но как всегда проницательным взглядом агатовых глаз Дракула понял, что здесь были представители всех народностей, живущих на Земле, а, возможно, и за ее пределами. Это ставило Влада в еще больший тупик. Но обдумать свое открытие он так и не успел, ощущая, что должен идти дальше, вглубь Храма, в его темное каменное чрево. Тьма впереди была настолько густой и беспросветной, что даже его специфические умения мало чем помогали. Влад шел практически на ощупь. От этого было немного не по себе, но Дракула упорно продолжал идти, пока не обнаружил себя у подножия огромного трона, стоявшего в абсолютно пустом зале. На троне восседала окутанная тенями фигура, излучавшая ореол чудовищной мрачной силы. Дракула внезапно остановился, словно наткнулся на невидимую стену, по его телу разлился холод буквально сковав, а незнакомец, хитро усмехнувшись, заговорил:

— Приветствую тебя, Владис…

— Влад! Влаааддд!!! Да что с тобой?!

Вдруг услышал Дракула знакомый голос, который резко, словно бур в землю, ворвался в его сознание и в одно мгновение выдернул на грешную Землю. Ничего не понимая Влад открыл глаза и воззрился на сидящую рядом Гвендолин, которая, в свою очередь, с ужасом смотрела на него боясь заговорить.

Кровь Дракулы текла по ее венам, даря силу. Гвендолин могла бежать и прыгать дальше любого смертного, могла часами мчаться без устали, могла летать — но это было еще не все. Его кровь открывала ее чувства дикой природе, позволяя видеть и слышать ее так, как не было дано ни одному человеку на свете. Гвен чуяла запах прелых листьев под слоем снега, чуяла рыбу в ручье, слышала, как устраивается на ночлег семейство белок — там, высоко, среди верхушек деревьев. Чувствовала пульс жизни, бьющийся под поверхностью вещей. Древние силы… древнее, чем сама Земля. И когда Гвен чувствовала все это, то почти забывала о том, что было у нее отнято… Единственное, что по-прежнему оставалось за пределами ее понимания — это сам Владислав Дракула. И в этот самый момент она это чувствовала как никогда раньше.

Лицо Дракулы было холодно, холоднее, чем Гвен когда-либо у него видела. Это не было его обычное бесстрастное, отчужденное и нечитаемое выражение. Этот холод происходил от абсолютного отсутствия эмоций, как у кого-то, кто давным-давно стал равнодушен, оставив позади необузданный пыл человеческих страстей. Черные глаза князя были мертвыми провалами на белом лице, губы плотно сжаты в тонкую линию. Гвендолин никогда не видела такого холода.

— Что произошло, что ты?.. — она не договорила, но Дракула и так все прекрасно понял.

Услышав вопрос и тон, каким он был задан, Влад отвернулся. Потом несколько раз закрыл и открыл глаза, пытаясь вынырнуть из наваждения и вернуться в действительность. Наконец-то стряхнув с себя остатки потустороннего морока, он медленно встал и также неспешно направился к огромному французскому окну. Тяжелые портьеры еще были плотно задернуты, отчего комната была во власти мрака. Привычного, послушного властелину ночи, а не того, что окружал Дракулу в его недавнем кошмаре. Небрежно взмахнув рукой, князь заставил иссиня-черный бархат отодвинуться влево. В то же мгновение в спальню хлынул колдовской призрачно-белый свет луны и звезд. Следом раздался глухой щелчок, и комната наполнилась вечерней прохладой. Ощутив ее нежное дыхание на своей коже Дракула на какое-то мгновение вновь почувствовал себя живым, и с удовольствием прикрыл глаза, нежась в мертвенном свете владычицы ночи. Все вставало на свои места, наваждение таяло, оставляя после себя только горьковатый привкус безотчетной тревоги. «Позже, с этим я разберусь позже», — мысленно произнес Дракула, окончательно возвращая себе контроль.

— Что ты помнишь из нашего утреннего разговора? — вопросом на вопрос ответил Владислав, поворачиваясь и любуясь тем как бледная кожа Гвендолин переливается и искрится, словно драгоценный жемчуг, в ярком лунном свете. Девушка повела глазами и ее длинные черные ресницы окрасились серебром, придавая ей еще большее сходство с неземным созданием. Впечатление не портила даже испачканная кровью одежда, в которой Гвендолин уснула, точнее отключилась в его кабинете и которую он принципиально не стал снимать с бунтарки. — Со мной все в порядке, — своим будничным тоном уточнил Влад, заметив беспокойство и неверие в обсидиановых глазах Гвендолин. — Правда. Просто приснился кошмар, — отмахнулся он от дальнейших возможных вопросов Гвен, которые, как он ясно видел буквально выстроились в длинную очередь в ее сознании.

— Признаться, практически ничего, — сделав вид, что поверила его словам, ответила Гвендолин. Она хоть и с большой неохотой, но все же приняла правила игры, зная, что, если Влад не хочет о чем-то говорить из него и под пытками слова не вытянешь. «Будет готов — сам все расскажет», — мысленно рассуждала Гвендолин, но при этом также решила не спускать с него глаз. Слишком испугал ее Влад. Что-то явно было не так и она совершенно не понимала, что могло произойти. — Речь шла, кажется, о погибшей жене Драгана и смерти какой-то девушки, в которой он… обвинил меня, — недовольно закончила Гвен, подходя к Владу.

— Понятно, — констатировал Владислав, перемещаясь в кресло и увлекая за собой Гвендолин. — Тогда придется начинать с самого начала, — на одно долгое мгновение Дракула прикрыл глаза, собираясь с мыслями, а потом тихо заговорил: — Это произошло три года назад. Одна из любовниц Драгана…

— Одна из?! — хмыкнула Гвендолин удивленно, перебив князя на полуслове. На что последний только усмехнулся и заметил:

— По крайней мере я знаю о двоих. Сколько их было на самом деле я не в курсе. Свечку я, как ты понимаешь, не держал.

Гвендолин, несмотря на всю серьезность разговора, все же не удержалась от шпильки, фыркнув:

— Какие же вы все одинаковые. Мужчины…

— Сказала та, из-за которой Бог изгнал людей из Эдемского сада, — не остался в долгу Влад. Его тонкие губы сложились в подобие саркастичной улыбки.

Гвендолин картинно закатила глаза и зарычала, услышав комментарий Дракулы. После чего из-за его спины одним легким движением вытащила небольшую подушку и с выражением садистского удовольствия на лице смяла, представляя на ее месте ухмыляющегося Влада.

— Nihil novi sub sole,* — философски изрек Дракула, примирительно подняв руки. — Но оставим пока столь увлекательную дискуссию. Сейчас нужно сконцентрироваться на главном. На том, как помочь моему нерадивому потомку выпутаться из этой весьма щекотливой и довольно-таки неприятной ситуации. Возможно даже, защитить его. Я пока не уверен: есть угроза его жизни или нет.

Гвендолин кивнула и, обняв подушку, серьезно сказала:

— Совершенно согласна. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Что будем делать?

— Прежде чем решить, что делать, нужно сначала хоть что-то узнать и все обдумать. Драган и так умудрился сесть в лужу…

— Ты о чем? — снова перебив князя, удивленно приподняв брови поинтересовалась Гвендолин. Утром она и правда не особо вникала в суть разговора мужчин. Больше всего ее задели беспочвенные обвинения Драгана и его недоверие. Теперь же Гвендолин хотела понять, что, собственно, произошло с потомком Дракулы. Драган ей нравился и безусловно она очень хотела ему помочь и поддержать. Тем более после всего, что он сделал для нее. И даже несмотря на то, что Драган, как выяснилось, далеко не безупречен, каким он ей представлялся все это время. «А что я хотела? — мысленно спросила себя мисс Оллфорд. — Он такой же человек, как и все. Со своими тараканами в голове… с кем не бывает?»

Мужественно выдержав паузу, во время которой Гвендолин расставляла по полочкам свои мысли, Дракула продолжил:

— Утром мы говорили о том, что, когда Драган был на кладбище в годовщину смерти супруги недалеко от могилы Николы было найдено обескровленное тело его бывшей пациентки и по совместительству любовницы. Которая, к тому же, еще и убила Николу.

— Это не сел в лужу. Это… уф, я даже слова подобрать не могу, — Гвендолин отложила подушку и, встав и отойдя от кресла, в котором они сидели, обхватила себя руками за плечи. — Но я так понимаю, что проблема не в этом? — минуту спустя поинтересовалась она.

— Верно понимаешь, — упирая локти в широкие кожаные подлокотники и складывая привычно руки домиком, ответил Влад. — Драган умудрился скрыть факт знакомства с жертвой.

— В смысле? Его что уже допрашивали?

— Пока нет. Но волею случая он стал непосредственным участником расследования, — и видя удивление в глазах собеседницы, Влад уточнил: — Драган временно заменил местного патологоанатома. Кришан не хочет снова давать повод прессе и начальству поминать его имя всуе. Второй вампир за несколько месяцев в одном городе — это слишком даже для Румынии.

Еще пару минут назад с уст Гвендолин была готова сорваться целая куча вопросов, но сейчас она словно воды в рот набрала, пытаясь хоть как-то осмыслить все, что сказал Владислав. Получалось это у нее не очень.

— Так что на счет Драгана? — с трудом выбравшись из-под завала лавиной обрушившихся на нее мыслей, поинтересовалась Гвендолин смотря на хмурого, словно осеннее небо, князя.

— Последних новостей и я пока не знаю. Хотя это весьма странно, — задумчиво протянул Влад, прислушиваясь к окружающим их звукам. Гвендолин последовала его примеру, без малейшего труда улавливая все подробности жизни вокруг них. — Драган, а тем более Больдо уже должен был вернуться. И это мне не нравится. Очень не нравится. Что же до всего остального, то… На самом деле все до безобразия просто. Моника, любовница Драгана, в один далеко не прекрасный день решила, что хочет большего. Поэтому приехала к Драгану домой и рассказала всю правду об их отношениях Николе, которая как раз была дома. Все попытки Драгана предотвратить катастрофу с треском провалились. В результате Моника, осознав, что ей ничего не светит, покинула дом. Следом за ней, не желая видеть Драгана, ушла и Никола, — Дракула на мгновение замолчал, но тут же продолжил, озвучив опасения Гвен: — Выскочив со двора Никола тут же попала под машину.

— За рулем была Моника, я правильно поняла? — на грани слышимости спросила ошарашенная рассказом Гвендолин.

Дракула утвердительно кивнул, подтверждая тем самым догадку Гвендолин.

— Но как же… — Гвен никак не могла сконцентрироваться, чтобы хоть как-то облечь свои мысли в словесную форму. — Драган же доктор… Неужели ничего нельзя было сделать? На какой же скорости ехала Моника, чтобы… Ужас какой! — в конце концов подытожила она свою бессвязную тираду.

— Это чистой воды несчастный случай, — продолжил Влад экскурс в нелицеприятное прошлое своего потомка. — Машина Моники была припаркована за углом, и она скорее всего успела достаточно разогнаться. К тому же обе женщины были слегка не в себе, если ты понимаешь. И никто особо не смотрел, куда бежит и куда едет, — князь со скорбным видом развел руками. — Последствия, к сожалению, не заставили себя ждать. В итоге Никола умерла так и не доехав до больницы, а Моника… — еще одна пауза, достойная лучших театральных подмостков, повисла в комнате, — каким-то чудом уговорила Драгана не сообщать о ее причастности к аварии. Взамен пообещав навсегда исчезнуть не только из его жизни, но и города.

— И Драган согласился? Как он мог?! — буквально взорвалась Гвендолин, сверля Влада возмущенным взглядом. То и дело в глубине ее черных глаз загорался инфернальный огонь, но тут же гас, повинуясь воле Дракулы.

— Человек соткан из противоречий, — несколько отрешенно заметил Дракула. — И, дорогая, тебе не кажется, что я не совсем тот, кто должен объяснять тебе мотивы поступков Драгана?

— В который раз я не знаю, что сказать. Что за день сегодня? — пытаясь хоть как-то совладать с эмоциональными качелями, которые устроили форменный беспорядок в ее сознании, выдохнула Гвендолин. Ее кидало из стороны в сторону со скоростью света. В одно мгновение она сочувствовала Драгану, в другое, не понимая мотивов его поступков, была готова разорвать последнего на сотню крохотных кусочков.

— Подумай, не руби с плеча. Как тюремное заключение Моники помогло бы вернуть Николу с того света или жить Драгану с таким грузом на душе? — поинтересовался князь. В его взгляде в этот самый момент плавал мрак, словно ночная тень грозы и бури.

— При чем одно к другому?! Справедливость должна восторжествовать! — не в силах спокойно стоять, Гвендолин стала метаться по комнате, кружа вокруг кресла, в котором по-прежнему сидел Влад.

Дракула несколько долгих минут наблюдал за мельтешением Гвен, а потом, когда она оказалась рядом с ним в очередной раз, просто перехватил ее и, притянув, заставил снова сесть себе на колени.

— Кажется, мы это уже проходили. И, если мне не изменяет память, совсем недавно. Жизнь прекрасно сама все расставила по местам, как в Лондоне, так и сейчас, — Влад спокойно посмотрел на Гвендолин. — И справедливость восторжествовала. Пусть и таким диким способом.

Гвендолин закрыла лицо руками, в очередной раз не находя, чем возразить. Она понимала, что Дракула прав, но… Это самое пресловутое «но».

— За все в этой жизни нужно платить, — мрачно бросил Дракула. — Банально до невозможности, но от этого догма не изменится.

Помолчав еще какое-то время, что-то обдумывая, Гвендолин наконец-то ошарашенно выдала:

— Но тогда и Драгана может настигнуть расплата, — и она с ужасом посмотрела в черные омуты князя.

— Хочу ошибаться, но боюсь, что жизнь уже предъявила Драгану счет, — мрачно подытожил Дракула. — Слишком много совпадений вокруг него.

— Думаешь, кто-то хочет с ним поквитаться за то, что случилось? Может кто-то из родных Николы узнал правду?

— Сомневаюсь, — задумчиво протянул Владислав. — Никола из сиротского приюта. Ни разу не слышал, чтобы у нее кто-то был. Хотя, все возможно. Сейчас ни от одной версии нельзя отказываться.

— Знаешь, мне кажется, что это должен быть кто-то, кто хорошо знает Драгана. Знает, что он твой потомок. Отсюда опять вампиры, — мисс Оллфорд закатила глаза. Это уже порядком начинало надоедать. — А может, кто-то решил так отмстить… тебе, — неожиданно даже для себя вдруг выпалила Гвендолин и перевела шокированный взгляд на Влада, на лице которого не дрогнул ни один мускул.

— Притормози, дорогая, — только и сказал князь, пытаясь остановить дикие пляски в своей голове.

Не успел он отойти от непонятного кошмара во сне, так теперь и в реальности все становилось с ног на голову. В очередной раз. «Кажется, я прогневил уже не только Бога, но и Дьявола», — мысленно усмехнулся Дракула. Насколько бы неправдоподобно не звучали некоторые умозаключения Гвендолин, не прислушаться к ним и не проверить, было бы верхом глупости. Безусловно, порой с Гвен было непросто. Она молода, импульсивна, упряма, но при всем этом сильна духом и умна. Более того, она умела смотреть на вещи с другой стороны и видеть то, что всегда расчетливый и холодный ум Влада мог не заметить. Они прекрасно дополняли друг друга. Вот и сейчас князь в который раз убедился, что несмотря на все поступил правильно, не дав Гвендолин обрести вечный покой.

— Кстати, ты так и не сказал, чем же все тогда закончилось? Неужели все спустили на тормозах? — Гвендолин в ожидании посмотрела на Влада. — И ты ничего не сделал?

— Полиция тогда искала машину, скрывшуюся с места происшествия. И нашла на окраине Тырговиште — без номеров, сгоревшую. Моника же действительно исчезла, как и обещала, — ответил Дракула. — А я? А что я по-твоему должен был сделать?

— Не знаю, но хоть что-то, — недовольно бросила Гвен. — С твоими-то принципами…

Владислав только невесело засмеялся и покачал головой.

— Не смешно!

— Не смешно, — эхом отозвался Дракула. — Смертные почему-то переоценивают значение мести и упорно не желают понимать, что это яд, разъедающий душу, а отнюдь не панацея от всех бед и несчастий, свалившихся на их головы, — словно разговаривая сам с собой несколько отрешенно проговорил Владислав.

Гвендолин уже в который раз потеряла дар речи. В этот самый момент она отчетливо видела перед собой пару десятков кольев, на которых в страшных муках умирали бояре, устроившие заговор и виновные в смерти отца и старшего брата Влада. Картинка была настолько реальной, что Гвен пришлось закрыть глаза и несколько раз хорошо тряхнуть головой, чтобы прогнать ужасающее наваждение.

— Я не злопамятный, — снова невеселая улыбка тронула губы князя. Он без труда прочитал мысли Гвендолин, — но я злой и память у меня хорошая.

— С этим не поспоришь. Вот только мораль у тебя серая, — встав и отойдя на приличное расстояние от сидящего в кресле Дракулы, сказала Гвендолин.

— Как же сейчас ты мне напоминаешь Гэбриэла. Все-то у вас либо белое, либо черное.

Гвендолин уже собиралась ответить, разразившись очередной высокопарной тирадой о добре и зле, о милосердии и прощении, об извращенном понятии Дракулы о справедливости, но тихие шаги и последовавший за ними стук в дверь не дали ей это сделать.

— Наконец-то, — небрежным взмахом руки Влад открыл массивную дверь. На пороге, потупив взор и с небольшим подносом в руках, на котором были два до краев наполненные кровью хрустальных бокала, стоял Больдо: растерянный и подавленный. То, что новости, которые он принес, были плохими стало понятно еще до того, как верный слуга князя их озвучил.

— Драган задержан по подозрению в убийстве и заключен под стражу, — вздохнув, проговорил Больдо. Бесшумной походкой он прошел в комнату и поставив свою ношу на небольшой резной столик справа от камина, тут же ретировался снова к двери. Откуда и продолжил свой отчет. — К сожалению, мне особо ничего не удалось узнать. Только то, что в вещах убитой нашли записную книжку, где была запись о встрече с Драганом. Она должна была состояться как раз накануне вечером. Время смерти Моники совпадает со временем, указанном в ежедневнике. Плюс всплыл тот факт, что Драган не сообщил следствию, что знал Монику раньше. И, кажется, у него нет алиби. Это пока все, Хозяин, — виновато потупился Больдо. — Что прикажете? — и верный прислужник застыл в ожидании дальнейших распоряжений Дракулы.

Дракула не проронил ни слова, по-прежнему сидя в кресле в своей излюбленной позе. Только его обсидиановые глаза поглотило кроваво-алое пламя пожара. В них полыхала неприкрытая ярость. Она волнами скатывалась с него, жгучая, как драконье дыхание. Эта неосязаемая сила, казалось, могла обратить в камень все, чего коснется. Даже огонь в камине, жалобно потрескивая еще не догоревшими поленьями, потух. Гвендолин и Больдо буквально оцепенели от его гнева. Оба боялись даже слово проронить. При этом оба понимала, что вся эта ярость направлена не на них.

— Пока я не увижу все собственными глазами и не поговорю с Драганом для тебя распоряжений не будет, — загоняя своего демона обратно в недра Преисподней, отчеканил Влад. — Можешь отдыхать до утра.

Учтиво склонившись, Больдо быстро покинул комнату. Гвендолин же продолжала стоять на все еще приличном расстоянии от Влада, словно каменное изваяние. Она просто не узнавала Дракулу.

— У тебя двадцать минут, чтобы собраться, — сказал Влад тем самым выводя Гвендолин из оцепенения. — И… — Дракула указал взглядом на два хрустальных бокала. — Нам ведь не нужны лишние проблемы? — с нажимом произнес он, однозначно давая понять, что не забыл об утреннем инциденте.

Гвен насупилась, но все же молча выполнила указание Дракулы, взяв из его рук полный крови бокал. Спорить с ним было бесполезно, это она поняла уже давно. Да и прав был князь на все сто процентов.

— Я так понимаю, мы не на прогулку идем? — поинтересовалась Гвендолин, делая большой глоток рубиновой жидкости и морщась от привкуса железа во рту. Несмотря ни на что, она все никак не могла привыкнуть к столь кардинальным изменениям в своей жизни.

— Правильно понимаешь, — заметил Владислав, буквально в пару больших глотков осушая свой бокал. Правда в отличие от Гвендолин по-настоящему наслаждаясь его содержимым. — Не зря же говорят: верьте тому, что вы видите, и отложите в сторону то, что слышите. Поэтому… — он многозначительно развел руками.

Гвендолин только сдвинула плечами и, захватив нижнее белье, черный кашемировый свитер, джинсы и высокие кожаные ботинки на шнуровке из большого деревянного шкафа, тут же скрылась в ванной комнате, чтобы наконец-то избавиться от окровавленной одежды, в которой она уснула, и привести себя в порядок. Роль горничной явно была за пределами досягаемости для древнего вампира. В другой ситуации Гвен бы обязательно ему на это указала, но сейчас она предпочла молча исполнить распоряжение Влада и не провоцировать того лишний раз. Тем более, что была прекрасно осведомлена о возможных последствиях «игры со спичками»…

Проследив за Гвендолин хищным взглядом, Влад, погруженный в далеко не радужные мысли, не спеша подошел к другой двери поистине огромного резного шкафа, полностью занимавшего собой одну из стен их спальни, и, достав оттуда френч, набросил его поверх черной шелковой рубашки, завершая тем самым свой мрачный готический образ.

Терзаемый дурным предчувствием, которое исправно следовало за ним по пятам, Дракула вышел на балкон. Минуту спустя за его спиной появилась Гвендолин, а еще мгновением позже два демона ночи уже расчертили могучими кожистыми крыльями мглу, что медленно расползалась из-под тяжелых осенних туч, нависших над древним городом.

Примечания:

*Nihil novi sub sole -(лат.) — нет ничего нового под солнцем...

Идти к Элизе сейчас было ошибкой. Драган понял это почти сразу, как вышел из своего Volkswagen Passat и поднялся на второй этаж обветшалого дома на окраине Тырговиште. Почему он поехал сюда сразу после пробуждения в доме Влада, Драган не понимал. Точнее, понимал, но не хотел в этом признаваться даже самому себе. В этот самый момент ему просто было необходимо отвлечься, забыть хоть на пять минут свои проблемы. И сделать он мог это только здесь, как и последние несколько лет. Ни бывшая супруга, ни Дракула не были в состоянии залечить душевные раны Драгана так, как это делала Элиза. Безусловно, в обоих случаях он получал понимание и, что намного важнее поддержку, но… это было не совсем то, что ему порой требовалось. Именно Элиза, бывшая девушка легкого поведения, которой он в свое время очень сильно помог, первой узнавала о его бедах. Именно она могла, не жалея и без лишней суеты выслушать, поддержать и подарить забвение, а также покой. Поэтому именно ей первой и рассказал Драган о своей болезни, вернувшись из Бухареста после визита к врачу. Даже Влад узнал об этом лишь вчера и то по воле случая. И вот сейчас он приехал к Элизе не чтобы отдохнуть душой, а чтобы попрощаться. Поставить точку в их отношениях. Это его сильно тяготило. Драган боялся, что ему не хватит духа. Решение было скорее спонтанным, нежели хорошо обдуманным, но почему-то казалось единственно верным. Драгана с момента его пробуждения в доме предка тяготило необъяснимое чувство тревоги. Он интуитивно ощущал надвигающуюся опасность и смерть Моники в этом свете вообще казалась дурным предзнаменованием. А Элиза была ему по-своему дорога и он ни в коем разе не желал, чтобы с ней хоть что-то случилось.

«То же мне Нострадамус выискался!» — мрачно усмехнулся Драган своим мыслям.

Он только поднял руку, чтобы позвонить в дверь, как услышал слегка хрипловатый, но приятный голос:

— Думала, ты уже не придешь, — просто, без претензий.

— Обстоятельства. Выдался ужасный день, да и ночь... — тихо сказал Драган, слегка приобняв Элизу и проходя с ней в квартиру. Никаких оправданий, простая констатация.

— Кофе или что-то покрепче? — поинтересовалась невысокая, стройная брюнетка на полпути к кухне.

Драган молчал, задумчиво глядя на девушку. Сколько лет прошло с их первой встречи, а она практически не изменилась. Та же фигура, те же темно-шоколадные чуть ниже плеч волосы, то же спокойствие. Элиза всегда интуитивно чувствовала, что именно нужно в тот или иной момент Драгану. И за это он всегда был ей невероятно признателен. Все также молча Драган достал сигареты и закурил, усаживаясь на потертый кожаный диван. Очень не хотелось делать то, зачем он приехал. И он как мог оттягивал этот неприятный разговор. Но как обычно Элиза все прекрасно поняла сама.

— Этот момент настал? — она с пониманием взглянула на своего гостя и, присев на широкий подлокотник, забрала у Драгана сигарету. Сделав глубокую затяжку и выпустив дым, она спросила: — А если ты мне понадобишься?

— Я приду, — просто ответил Драган и, поцеловав Элизу, встал и быстро направился к выходу. Так как прекрасно понимал, что, если он сейчас не уйдет, то уже не сможет этого сделать. И его приход сюда действительно будет большой ошибкой в сложившейся ситуации.

Пару минут спустя Драган уже снова был в машине, но выезжая со двора слегка притормозил — ему показалось, что он кого-то увидел. Остановившись и присмотревшись, он, закатив глаза прошептал:

— Уже черти что мерещится.

Подумав, что скорее всего это кто-то из подручных Влада он, снова нажав на педаль газа, скрылся за поворотом, направившись в клинику, где его ждали пациенты. Следующие несколько часов прошли словно в тумане. Драган машинально выслушивал жалобы, проводил необходимые манипуляции, давал указания своей помощнице и тут же принимал следующего пациента.

— Я хотел выпить ее кровь…

На Драгана будто бы ушат ледяной воды вылили. Он вскинул голову в упор смотря на нового пациента. Это был молодой мужчина лет двадцати пяти. Симпатичный, достаточно неплохо одет.

— Простите, что вы только что сказали? Не могли бы повторить? — попросил Драган, думая, что ослышался. Он внимательно вглядывался в светло-серые глаза сидящего напротив человека. — Дорин Драгош, верно?

Молодой человек усмехнулся, но как-то странно, словно ждал чего-то от Драгана.

— Все верно, доктор Дракулешти, — растягивая буквы ответил тот. — Я ваш новый пациент. Меня мучают сильные мигрени и снятся странные сны. Я бы даже сказал — кошмары. Это началось еще в детстве после смерти отца. Об одном таком я и пытался вам рассказать.

— Простите, молодой человек, но я не психотерапевт, а всего лишь…

— Не прибедняйтесь, доктор, — перебил его Дорин, исподлобья поглядывая на Драгана. — У вас репутация весьма неординарного человека. Да и знаете ли семейный терапевт — это не просто врач. Это и духовник в каком-то смысле.

Драган тяжело вздохнул: «Вот только психов мне сейчас не хватало. Узнаю, кто направил ко мне, порву…» А вслух произнес:

— И все же, Дорин, давайте сконцентрируемся на ваших физических проблемах. Вы упомянули мигрени.

— Да. Я пришел за рецептом, — совершенно спокойно ответил парень. — Но поскольку я тут впервые, без знакомства с вами мне не захотели ничего выписывать.

— Так положено, вы же понимаете, — произнес Драган, вчитываясь в ровные печатные строки истории болезни нового пациента. — Возможно, потребуется дополнительное обследование. Я бы хотел кое-что уточнить, — задумчиво добавил Драган.

— Думаю, пока обойдемся обезболивающим. Спасибо, доктор, — забрав рецепт Дорин вышел, плотно притворив за собой массивную дверь.

Не успел Драган выдохнуть и хоть как-то обдумать все, что только что произошло, как дверь с громким стуком открылась, ударившись о стену. В кабинет стремительно вошел Марко Стан, пребывающий явно не в лучшем расположении духа. За ним вбежала помощница Драгана — миловидная молодая девушка на высоких каблуках и с длинными черными волосами, затянутыми в высокий хвост.

— Простите, доктор, я пыталась его остановить, но этот хам… — она многозначительно посмотрела на Марко, который стоял посреди кабинета засунув руки в карманы весьма потрепанных джинс.

— Все в порядке, Хелена, — примирительно сказал Драган, вставая. — Возвращайтесь на свое рабочее место и сообщите оставшимся пациентам, что нужно будет немного подождать.

— А еще лучше перенесите все встречи на другой день, — хмуро бросил Марко, поглядывая на Драгана. — Доктора я заберу. Вы же не против небольшой прогулки господин Дракулешти?

— Все в порядке, Хелена, — снова повторил Драган, — сделайте как говорит наш многоуважаемый господин полицейский. — Потом повернувшись к Марко, поинтересовался: — Чем обязан такой чести? Отчет я отдал еще ночью.

— С отчетом все в полном порядке, — отчеканил полицейский, — но есть некоторые моменты, которые нужно с вами обсудить. И лучше это сделать не здесь.

— Не вижу проблемы, — сказал Драган, взяв свои вещи. И они вдвоем вышли из кабинета.

— Я все сделаю, — пробормотала Хелена, глядя на уходящих мужчин. — До завтра, доктор, — добавила она.

— До завтра, — кивнул Драган.

Оказавшись на улице, Драган направился к своей машине, но тут же был остановлен Марко:

— На моей будет удобней, да и быстрее, — кивнув на полицейский автомобиль, заметил он.

Не желая показывать беспокойство, которое буквально съедало его изнутри, Драган только кивнул и послушно сел в машину. Он прекрасно понимал, что все равно поговорить придется. По большому счету Драган и сам собирался в полицию, как и договаривался с Владом. Того, что Марко заявится в его практику и едва ли не арестует, он не ожидал.

Ехали молча. Никто не знал с чего начать разговор. Минут пятнадцать петляний и поворотов, и они оказались перед большими кованными воротами местного кладбища. Драган непонимающе взглянул на Марко:

— Это шутка?

— Пройдемся, — бросил тот на ходу. — Поговорим по дороге.

Опять же у Драгана не оставалось выбора. Он, тяжело вздохнув от нахлынувших на него неприятных воспоминаний, пошел следом за полицейским, который стремительно шел по направлению к могиле его супруги.

— Вы были на кладбище как раз в тот момент, когда всего в паре метров было найдено тело молодой девушки. Поразительное совпадение, не находите? — резко остановившись перед надгробным камнем с именем Николы Дракулешти и не дав Драгану даже рот открыть, тут же поинтересовался Марко. — Кто это?

— Моя жена…

— Как она умерла? Расскажите! — продолжал наседать полицейский, ни на секунду не отводя взгляда от лица Драгана и пристально наблюдая за его реакцией на свои слова.

Драган молчал, пытаясь собраться с мыслями. Как всегда, Влад был прав… влип Драган по самое не хочу. Прикрыв глаза и, устало потерев переносицу, он уже собирался исповедаться, как Марко выпалил:

— Почему не сказали сразу, что знали Монику? Более того очень близко знали? — он прищурил глаза, словно пытаясь заглянуть Драгану в самую душу.

Драган застонал и слегка привалился к широкому стволу растущего рядом ясеня.

— Я не видел ее несколько лет, не был точно уверен. Она показалась мне знакомой, но… Моника сильно изменилась за эти годы, — сказал он, понимая насколько жалко это звучит.

— И вы думали, что мы ничего не узнаем?

— Да не думал я! — намного резче, чем хотел бросил в ответ Драган. — И я собирался сегодня с вами поговорить. После практики. Но вы меня опередили.

— Вы были последним, кто видел Монику живой. У вас была назначена встреча на шесть вечера в вашем кабинете, — продолжал Марко, будто не услышав слов Драгана. — Что произошло после? Она захотела вернуться к вам, а вы…

— Я не видел ее, — отчеканил буквально по слогам Драган. — Я уже несколько лет ее не видел! Откуда вы взяли, что мы с ней встречались? — хватаясь буквально за соломинку спросил Драган.

— С того, что мы нашли ежедневник жертвы и последняя запись в нем — это встреча с вами, доктор.

— Но этого не может быть! — Дракулешти отрицательно покачал головой, совершенно ничего не понимая. Все было даже хуже, чем он мог себе представить.

Вдруг до слуха Драгана донеслись звуки полицейских сирен. Он оглянулся и увидел подъехавшие еще две патрульные машины. А Марко, достав наручники, произнес:

— Драган Дракулешти вы задержаны по подозрению в убийстве Моники Левиану. Вы можете хранить молчание. Все, что вы скажите может быть использовано против вас в суде.

И с этими словами Марко Стан защелкнул наручники на руках Драгана и передал его подошедшим людям в форме, которые уже сопроводили последнего до машины. А потом и до полицейского участка, где Драгана тут же отправили в допросную.

* * *

«Ничто не убивает тебя так, как собственные мысли», — Драган горько усмехнулся, вспомнив слова, которые ему однажды сказал Влад, и в очередной раз убеждаясь в его правоте. Слегка запрокинув голову, он уперся ней о шершавую, местами с сильно облупившейся зеленой краской стену и прикрыл глаза. По его небритой щеке скатилась скупая мужская слеза.

После мучительно длительного допроса, который в одночасье вскрыл все его душевные раны, Драган наконец-то был предоставлен сам себе. Точнее будет сказать, брошен на растерзание и съедение совести и чувству вины, которые все эти бесконечно долгие три года заставлял молчать. Теперь же они накинулись на него подобно стае голодных гиен, разрывая на части, терзая. Обхватив голову руками, мужчина застонал в голос, казалось его сердце вот-вот разорвется от боли.

— Жизнь, несомненно, более страшная и ужасная вещь, нежели смерть, — произнес вкрадчивый бархатный голос справа от Драгана, на что последний только горько усмехнулся.

— Ты даже не представляешь насколько прав, — выдохнул Драган, смотря на визитеров, которые появились в крошечном помещении словно по мановению волшебной палочки из вихря светящихся точек.

— Почему же? — в том ему ответил Владислав, опираясь спиной о дверь.

Гвендолин, уняв цветные круги перед глазами от все еще непривычного способа перемещения, присела рядом с Драганом на железную койку. Она сочувствующе взглянула на потомка Дракулы и, взяв его руку, слегка сжала в знак поддержки. Драган посмотрел на Гвен и благодарно кивнул.

— Спрашивать, что вы здесь делаете… — снова взглянув на Дракулу, поинтересовался Драган, но так и не закончил мысль, так как те предательски устроили в его голове настоящий кавардак. — Я ничего не понимаю, Влад. Совершенно ничего, — обреченно вымолвил Драган. — Все как в страшном сне. И еще эта чертова записная книжка, будь она тысячу раз неладна! Именно с нее и начались все мои проблемы.

— Жаль тебя разочаровывать, — оттолкнувшись от двери и немного пройдясь по камере предварительного заключения, мрачно произнес Влад, — но твои проблемы начались намного раньше. Что у них на тебя есть? — не дав возможности вставить Драгану и слова в свое оправдание, спросил Дракула.

— Уверен, о многом ты уже знаешь. Даже, судя по всему, намного больше, чем я могу предположить, — заметил Драган и получив утвердительный кивок в ответ продолжил: — Запись в ежедневнике, расшифровка звонков Моники, она оказывается звонила мне несколько раз вечером. Также она попала на камеры недалеко от моей практики приблизительно в то время, когда была назначена наша встреча. Ее заявление в полицию о том, что я ее якобы изнасиловал…

На этих словах Влад остановился как вкопанный посреди камеры, по которой не спеша расхаживал, и посмотрел на Драгана с таким непередаваемым выражением на лице, что тот только и смог выдавить:

— Это полный бред. Она потом его забрала. Так Моника хотела привлечь мое внимание, чтобы…

— Судя по тому, что было между вами дальше, у нее это отлично получилось, — констатировал Дракула, слегка искривив губы в подобии улыбки. Правда весьма мрачной. — Дальше!

— Смерть Николы, — едва различимо произнес Драган.

— Они знают, как все произошло? — удивленно вскинув левую бровь, спросил Владислав.

— Нет. Они думают, что Никола узнала о нашей связи и после нашей ссоры просто выбежала на улицу, где попала под машину или же, — он прикрыл глаза, — она хотела покончить собой. А еще тот факт, что тело Моники нашли рядом с могилой Николы. Типа мне так удобно было.

Также Драган во всех подробностях пересказал Владу прошедший день, закончившийся его арестом и допросом.

— Ясно, все улики косвенные. Их недостаточно, чтобы можно было бы всерьез опасаться обвинения в убийстве. Но при этом вполне их вполне хватило, чтобы ты оказался здесь. Хотя, уверен, утром ты будешь на свободе. Мой поверенный Мариус направил сюда своего лучшего адвоката, — мрачно подвел итог их разговору Дракула, все еще расхаживая по небольшой комнатушке и что-то сосредоточенно обдумывая.

— А алиби? — подала голос все это время молчавшая и внимательно слушавшая мужчин Гвендолин. — Больдо упомянул, что у тебя нет алиби на время убийства.

Драган растерянно посмотрел на Гвен и отвел глаза.

— Мудрости не учатся у других, к ней приходят самостоятельно, — мрачно заметил Владислав, прекрасно слыша, как мысленно застонал его потомок. — Впрочем, это твоя жизнь. Делай с ней все, что душа пожелает.

— Влад, — несмотря на то, что Драган не умел читать мысли, сейчас он прекрасно понял причину недовольства Дракулы и ему стало вовсе не по себе, — прости. Я не знаю, как ты узнал… хотя это же ты… — он хмыкнул, — ты всегда все знаешь… — слова и мысли путались, не давая возможности Драгану нормально говорить. — Это сложно объяснить… мне просто нужно было с кем-то поговорить, с кем-то чужим… понимаешь?.. не такими близкими, как ты или Эрика… с кем-то, кто не стал бы сразу жалеть меня… переживать, переворачивать мир с ног на голову, чтобы помочь… я не знал, как вам об этом рассказать… — он снова опустил голову и замолчал. — Понимаю, как это выглядит… я порвал с ней… — выдохнул он наконец.

— Господа, простите мою навязчивость, но мне кто-то объяснит хоть что-нибудь? — снова поинтересовалась Гвен, поочередно смотря на мужчин. — Если нет, то какого черта я вообще тут делаю? — раздражением, приправленным доброй порцией обиды было пропитано каждое слово, сорвавшееся с губ мисс Оллфорд.

В одно мгновение преодолев разделяющее их расстояние, Влад нежно сжал ее плечи и заглянул в обсидиановые глаза, в глубине которых разгорался инфернальный пожар.

— Не злись и не обижайся. Ты здесь не просто так и твоя миссия очень важна. Для меня. Для всех нас, — Гвен моргнула, совершенно не понимая Дракулу. Сегодня он был для нее вообще одной сплошной загадкой, которую она не могла не то, что разгадать, она даже не представляла в каком направлении двигаться, чтобы хоть немного приподнять таинственную завесу. Отчетливо видя все это в глазах безлунной ночи, Владислав пояснил: — Мне нужна вторая голова, если можно так выразиться. Ты же помнишь себя в Лондоне? — он внимательно смотрел на Гвен пока та не кивнула. — Так вот представь себе, что сейчас я — это ты.

— В каком смысле? — все еще не до конца постигнув смысл слов Дракулы спросила Гвен.

— В самом прямом. Ты сейчас намного объективней все воспринимаешь. Я же наоборот не могу поручиться за себя и поэтому могу упустить что-то важное. Теперь понимаешь?

— Кажется да, — задумчиво ответила Гвендолин, тяжело вздохнув.

Снова слегка сжав плечи Гвендолин и на этот раз поцеловав в макушку, Дракула повернулся к Драгану:

— Значит, алиби у тебя все-таки есть, — констатировал он.

— Не думаю, что это хорошая идея. Могут подумать, что…

Влад не дал договорить Драгану:

— Согласен. Могут подумать, что это еще одна причина, по которой ты захотел избавиться от Моники, но, — он резко замолчал, вскинув руку и пресекая тем самым попытку Драгана ему возразить: — завтра утром, когда тебя освободят, поедешь к Элизе и обеспечишь себе алиби. Навредить своей репутации еще больше у тебя уже вряд ли получится, — и с этими словами Влад притянул к себе Гвендолин, после чего оба вампира исчезли в небольшом вихре светящихся точек.

— Как скажешь, — буквально простонал Драган в пустоту, капитулируя и без сил падая на жесткую металлическую койку. Мгновение спустя он спал сном младенца, убаюканный волнами чужого разума.

Джен

R

В процессе

43

terraL

автор

Фэндом:

Ван Хельсинг

Пэйринг и персонажи:

Граф Владислав Дракула /ОЖП

Размер:

планируется Миди, написано 42 страницы, 16 976 слов, 5 частей

Жанры:

Ангст

Детектив

Драма

Магический реализм

Предупреждения:

Насилие

Серая мораль

Упоминания убийств

Другие метки:

Бессмертие

Вампиры

Вымышленные существа

Как ориджинал

Сверхспособности

Описание:

Продолжение приключений Влада и Гвендолин, а также Драгана.

Вернувшись в Тырговиште, наши герои даже подумать не могли, что покой им только снится... На этот раз беда постучала в дверь к Драгану, вынудив тем самым Дракулу и мисс Оллфорд вновь ступить на путь частного сыска.

Примечания:

Такой себе вбоквел к основной истории о приключениях Влада и Гвен. Появилась идея совершенно случайно, но стала просто навязчивой идеей, требуя воплотить себя в жизнь. Что, собственно, я и сделала. Надеюсь, ожидающие продолжения приключений наших героев в Египте на меня не будут в обиде за эту шалость... ;)))

Приятного прочтения!

* * *

https://i.postimg.cc/4d0sBnpc/dracula-3-3-1.jpg

https://i.postimg.cc/MGdWf9Td/s120099890-1113.jpg

и небольшая шалость: https://i.postimg.cc/8C1pC217/vlad-gven1-1.jpg

* * *

Первая часть: https://ficbook.net/readfic/3558081

Вторая часть: https://ficbook.net/readfic/3624737

Посвящение:

❦ D.R.J.

🦇Эрике🦇🦇 и L-Chan

а также всем-всем, кому по душе эта история и ее герои...

Публикация на других ресурсах:

Запрещено в любом виде

Управление работой:

Редактировать шапку

Добавить часть

Перейти в статистику

Продвижение:

Добавить в «Промо»

Добавить в «Горячее»

Добавить обложку

Поделиться:

Telegram

Вконтакте

Twitter

Скопировать ссылку

Смотреть работу в

29

сборниках

Награды от читателей:

Пока нет

Назад

Содержание

Вперёд

Capitolul 4: A baga mana-n foc pentru cineva...

26 февраля 2023 г., 15:19

Ночное небо было точно иссиня-черный холст, на который невидимый художник случайно опрокинул банку краски, разлившуюся частичками мерцающих звезд — таких далеких и таких холодных. Луна сияла — открытая, но при этом безмерно печальная. Она смотрела на землю, заливая её до горизонта своим потусторонним мертвенным светом, и словно несла с собой какую-то тайну… Гвендолин казалось, что в этот день все вокруг нее было одной сплошной головоломкой, разгадать которую она не могла как ни пыталась.

Покинув полицейский участок, Влад и Гвендолин решили немного пройтись, поэтому сделав небольшой круг над сонным городом, приземлились на берегу Яломицы. Точнее так решил Дракула, Гвен же последовала за ним.

— Что с тобой происходит? Я совершенно тебя не узнаю, — тихо поинтересовалась Гвендолин, остановившись в паре шагов от мрачного и задумчивого князя.

— Твоя помощь сейчас действительно просто неоценима, — под удивленным взглядом Гвендолин, никак не ожидавшей подобного, также тихо ответил Влад, прикрывая глаза цвета безлунной ночи.

Казалось Дракула находился в этот момент где-то очень далеко от Тырговиште, от Гвендолин и от всех проблем, свалившихся на его голову в очередной раз. Умиротворяющая гармония ночной симфонии шелеста травы, редких птичьих пролетов, едва уловимое движение водного зерцала — все это было дыханием природы, проникающим в черную душу князя и вносящим в нее такие необходимые ему сейчас спокойствие и тепло. Дракула отчаянно цеплялся за окружающую его реальность, которая стремительно ускользала от него, утекала словно вода сквозь пальцы…

«И снова здравствуй… Дракула! — Владислав с удивлением понял, что знает этот таинственно-вкрадчивый голос, доносившийся со всех сторон и в то же время ниоткуда. Именно его он слышал во сне… — Я призвал тебя на собрание могущественных жрецов и колдунов со всех уголков Вселенной. Как и ты, все они вняли моему зову. Но… — долгая театральная пауза, — все они лишь пыль! Они владеют лишь малой долей той силы, что дарована тебе! Но я могу»…

— Ведь дело не только в Драгане, — вдруг донеслось до Влада.

Беспокойство траурным одеялом окутывало Гвен с головы до ног. Частично эта тревога не поддавалась никакому объяснению, являясь лишь всепоглощающим чувством надвигающейся опасности. Но с другой стороны, несмотря ни на что Гвен не хотела отступать, решив во что бы то ни стало пролить хоть немного света на окружающий со всех сторон мрак. К тому же Гвендолин жутко пугал Влад. Она ни разу не видела его таким.

— Ты не доволен, что он не рассказывает тебе что-то о себе, но ведешь себя по отношению к другим, ко мне, — она обошла Влада и встала напротив, — точно также. Я не понимаю, что происходит!

Влад некоторое время молчал, отрешенно созерцая луну, которая заботливо окруженная немногочисленными облаками медленно плыла по небесной тверди.

— Признаться, я тоже совершенно ничего не понимаю, — наконец-то вынырнув из наваждения, произнес он. — И это меня… — Дракула снова задумался, пытаясь подобрать подходящие слова, чтобы хоть как-то выразить то, что же сейчас творилось в его сознании. Таинственный голос, словно дуновение ветра, налетевшего с Карпат, исчез так же внезапно, как и появился.

— Пугает? — озвучила Гвендолин собственные страхи.

— Скорее интригует и выводит из себя одновременно, — уточнил Дракула. — Это не так просто объяснить, — и увидев взгляд Гвен, тут же добавил: — даже самому себе. Ощущение, что я смотрю на мир мало того, что сквозь тонированное стекло, так еще и не с той стороны. Возможность вроде есть, а вот результата ноль. Все равно ничего не вижу.

Сверкнув глазами Гвендолин нахмурилась. Под таким взглядом увядали все без исключения. Однако Дракула даже глазом не моргнул, спокойно смотря в обсидиановые глаза напротив.

— Я все понимаю, точнее, я абсолютно ничего не понимаю, но ты можешь хоть один раз не говорить загадками. Возможно, тогда мы сможем что-то придумать. Ты только минутой ранее говорил о моей якобы неоценимой помощи и тут же снова выстраиваешь Великую китайскую стену между нами.

— Говорил.

Почему-то этот односложный ответ вывел Гвен из себя. Но выбора у нее не было. Она устала биться головой о стену. Гвендолин отвернулась от князя и отступила немного в сторону, обращая взор к мерно текущему темному потоку Яломицы, в водах которой купалась серебряная луна. Дракула же не двинулся с места.

— Нам незачем ссориться, Гвендолин, у нас с тобой одна и та же цель.

— И какая же, позволь полюбопытствовать? — немного резче, чем хотела сказала Гвен.

— Найти ответы на вопросы.

Дракула устремил на Гвен взгляд своих бездонных черных глаз. Непроницаемый как всегда, но не холодный.

— Похоже, уже дважды за время нашего не очень долгого общения я обязана тебе жизнью, — все еще не смотря на Влада, но прекрасно ощущая его взгляд, на грани слышимости сказала Гвендолин.

— Это преимущество знакомства со мной.

Хотя Гвендолин не было видно его лицо, она явственно представила, как оно расплылось в хитрой усмешке.

— Ничего смешного тут нет, — наконец-то поворачиваясь и в упор смотря на Дракулу, сказала Гвен.

— Будет, только позже, — несколько отрешенно бросил в ответ Владислав. — К чему вся эта прелюдия, дорогая?

— К тому, что я не люблю оставаться в долгу. Даже у тебя, — в тон Владу сказала Гвендолин. — А судя по тому, что я вижу… — она многозначительно замолчала в ожидании.

Давящая и хмурая тишина на один короткий миг поглотила все вокруг вампиров, стоящих на берегу реки друг напротив друга в мертвенном свете ночного светила.

— Дело действительно не только в том, что произошло с Драганом. Хотя это не дает мне покоя с первой минуты, как стало известно о смерти Моники, — напряженность момента спала, словно кто-то незримый нажал на кнопку выключателя. — Мне приснился очень странный сон, а сейчас… я слышал голос из этого чертового сна, но уже, как ты понимаешь, наяву.

— Хм, а раньше такое когда-нибудь было? — озадаченно спросила Гвендолин, буквально каждой клеточкой ощущая ту борьбу, что вел с самим собой Дракула. Гордый и сильный, привыкший повелевать и одним словом вершить судьбы… сейчас он чувствовал себя младенцем, делающим первые шаги в своей жизни и ничего не понимающим.

— Нет, — отрезал Влад. — И предвосхищая твой следующий вопрос — нет, это никак не связано с Дьяволом. Хотя тот, которого я имел сомнительное счастье лицезреть не менее древний и могущественный. Но ни один из Герцогов Ада, даже самых приближенных к Люциферу, не идет с ним ни в какое сравнение. И это ставит меня в еще больший тупик.

— Почему-то мне кажется, что ты опять что-то не договариваешь. Ты ведь знаешь, что ему от тебя надо? — каким-то чудом уловив обрывок мыслей князя, обычно скрытых от нее за семью замками даже сейчас, поинтересовалась Гвен.

— На сто процентов не уверен, но ему интересна моя сила, — увлекая за собой девушку Дракула неспешно стал двигаться вдоль реки. — Но уже второй раз ты выдернула меня из наваждения раньше, чем я что-то смог выяснить.

— Ну, прости, — наигранно извиняющимся тоном сказала Гвендолин, медленно идя рядом. — Ты бы видел себя со стороны. Всю ту ярость и пустоту одновременно, что исходили от тебя, — она резко замолчала, не желая говорить об этом.

Влад остановился и взяв Гвен за руку, бережно притянул к себе.

— Чтобы ни случилось, запомни: тебе не нужно меня бояться.

— Я не тебя боюсь, а за тебя! Это ты понять можешь?! — Гвендолин попыталась вырваться из крепких объятий, но все ее попытки с треском провалились.

— Могу, — в уголках тонких губ затаилась улыбка. Мимолетная, но искренняя. — И обещаю, что разберусь со всем.

— Нет! — отрезала Гвен. — Мы разберемся со всем. Вместе! — и тут же резко сменив тон добавила: — Слушай, может это кто-то из древних? Может… — Гвендолин не закончила мысль, как Дракулу словно стрелой пронзило.

— Думаю, в этом есть смысл. Только это точно не дело рук вампиров. Метузелы хоть и живут далеко не одну тысячу лет, но все же они появились намного позже сотворения мира. Как ни крути, а это дети Лилит, — Влад на мгновение прикрыл глаза, сосредоточенно обдумывая подкинутую Гвен идею.

— Тогда, как на счет того, что это, скажем, Один или Ганеша? — Гвендолин сама до конца не верила в то, что сейчас говорила. — Сомневаться в том, что Бог и Дьявол существуют… — она снова замолчала, пытаясь переварить свои же слова. Она ни разу над этим всерьез не задумывалась, просто принимая, как факт. Но теперь все виделось по-другому. И она сама была лучшим тому доказательством.

— А вот это больше похоже на правду, — устало потерев переносицу заметил Влад. Отрицать подобное было бы глупостью. Ему ли этого не понимать. — Но сила там темная, сродни самому Дьяволу, — невесело усмехнулся Владислав. — И Храм в бескрайней пустыне наводит на мысль, скорее об Осирисе, Сете, Анубисе и иже с ними.

— Аид, Манаф, Аль-Каум, — воскрешая в памяти знания арабской мифологии стала перечислять Гвендолин. — Да и вообще еще черт знает кто, — она уставилась на ночное небо, словно пытаясь отыскать в его глубине подсказку. — Ты можешь его хоть как-то описать? Возможно, так мы сможем понять с кем имеем дело? — она перевела вопрошающий взгляд черных глаз на стоящего рядом Дракулу.

— Нет, лица его я не видел. Это был просто нечеткий образ, словно сгусток чистой силы: древней и могущественной. От которой даже мне было не по себе. И судя по тому, что он окружил себя колдунами со всего света, он не просто на чай меня приглашает.

— Да уж, весело, — простонала Гвендолин.

— И не говори. Но мы толком еще ничего не знаем, поэтому рано делать какие-то выводы, а тем более апокалиптического характера, — после этого разговора с глаз Влада словно пелена спала. Мысли стали четче, а к разуму вернулись привычные хладнокровие и расчет. Присутствие рядом Гвендолин и правда было просто неоценимым.

— Но, — попыталась возразить Гвен.

— Пока эта тема закрыта! Но в следующий раз не спеши меня вытаскивать из того мира. Я все-таки хочу понять, что происходит, — Дракула серьезно посмотрел на притихшую Гвендолин. — Верь мне. Все будет в порядке! Сейчас же есть дела поважнее, — также безапелляционно заявил Владислав, полностью возвратив себе контроль и давая понять, что дальше этот разговор он продолжать не намерен.

Каких-то пару мгновений спустя Гвендолин обнаружила себя сидящей в глубоком кожаном кресле перед ярко пылающим камином в кабинете Влада.

— В такие минуты мне хочется тебя убить. И делать это очень долго, своими руками, всей душой искренне наслаждаясь процессом, — мечтательно протянула Гвен, наблюдая как Влад с самодовольной усмешкой разливает по высоким хрустальным бокалам кровь.

Протянув Гвендолин ее бокал Дракула лишь пожал плечами и в несколько больших глотков осушил свой. Затем нарочито медленно вышел на балкон, с которого открывался красивый вид на город.

— Ты думаешь, мы сможем из всего этого выпутаться? В очередной раз… — остановившись за спиной Влада поинтересовалась Гвен. А затем подойдя к нему вплотную она просто уткнулась лбом в его широкую спину.

— Бороться надо всегда! Стискивая кулаки, сглатывая слезы, улыбаясь через силу. Надо стремиться к тому, что ты хочешь. До конца. Всегда! — немного повернувшись Дракула обнял Гвендолин. Она с удовольствием дала могущественному вампиру заключить себя в крепкие и надежные объятия, всеми клеточками своего мертвого сердца ощущая, как его сила и уверенность разливаются по телу, успокаивая. — Сначала разберемся с проблемами моего нерадивого потомка, а потом и с этой чертовщиной. — Но все по порядку. И начнем с того, что ты сейчас отправишься отдыхать. Уже рассвет, — и не давая возможности Гвен возразить запечатлел на ее губах долгий опьяняющий поцелуй.

— Нечестно, — усмехнулась Гвендолин, слегка ударяя Влада в грудь. — Впрочем, как всегда весьма действенно.

— Спорить с тобой бесполезно. Впрочем, как и всегда, — вернул Влад слова Гвендолин. — Пойдем. Не стоит искушать судьбу. Я не некромант, вернуть тебя к жизни из пепла я не смогу.

— Неужто есть хоть что-то, чего не может Великий князь?! — картинно всплеснув руками проговорила Гвендолин, веселая улыбка озарила ее бледное лицо. — Все-все, молчу и иду.

Послушно сделав пару шагов в комнату, Гвендолин обернулась и бросила взгляд на затянутый легкой утренней дымкой Тырговиште, который начинали окрашивать в золотистый багрянец первые лучи поднимающегося из-за Карпат солнца. Гвен попыталась отыскать в своем сердце чувство утраты, но обнаружила только песок. Как же все-таки быстро она смогла смириться с произошедшим… Вдруг подумалось, что тут явно не обошлось без вмешательства одного хорошо знакомого ей вампира, но ссориться сейчас совершенно не хотелось. Да и как не хотелось этого признавать, но в глубине души Гвендолин все же была очень благодарна Дракуле за то, что он делал.

Когда Гвен переступила порог кабинета Влада, комнату тут же поглотила тьма. Тяжелые портьеры чернее самой безлунной ночи плотно закрыли большое окно с выходом на балкон. Даже огонь в камине немного поутих, повинуясь воле Владислава. Только одинокая свеча, трепеща ярким огоньком вырывала из мрака море свитков, газет и древних фолиантов, в котором буквально утонул Влад в попытке разгадать очередной ребус, подкинутый им судьбой. Чувствуя, как силы ее покидают, Гвендолин удобно устроилась в ставшем уже любимом кресле возле камина и закрыла глаза, моментально проваливаясь в сон без сновидений.

* * *

Драган в бешенстве вышел из здания полиции, яростным толчком распахнув перед собой дверь. Створка, отлетая обратно, едва не ударила в лицо спешившего следом за ним Больдо.

— Прости, — раздраженно сказал он, немного замедляя шаг. На что верный помощник Дракулы только что-то нечленораздельно промычал.

Драган, тяжело вздохнув, бросил уставший взгляд на залитое солнцем голубое небо. Ни облачка. Бескрайний чистый холст. Как же сейчас ему хотелось ощутить на своей разгоряченной коже холодные, скорее даже ледяные капли дождя. Подставить лицо резким порывам северного ветра, чтобы тот унес с собой весь тот кошмар, в котором он оказался. Но похоже природа имела на сегодня совершенно иные планы и ей было абсолютно наплевать на то, какие демоны рвали на части душу потомка древнего вампира. Вселенная словно издевалась над ним… Хотя винить кого-то в своих бедах было намного проще, но Драган прекрасно понимал, на кого именно он сейчас был зол. И от этой безысходности, по-хозяйски обосновавшейся в его сознании, ему хотелось выть раненым волком. Снова тяжелый вздох сорвался с губ Драгана, когда тот сел в припаркованный за углом, подальше от любопытных глаз полиции, Rolls-Royce Phantom и Больдо нажал на педаль газа.

— Отвези меня в клинику, — наклонившись вперед, Драган постучал по плексигласовой перегородке, отделяющей сиденье водителя.

В ответ Больдо кивнул и тут же повернул влево, ныряя в ближайший переулок. Не успел Драган погрузиться в дебри своего разума как автомобиль остановился напротив его практики.

— Скажи Владу, что я приду немного позже. У меня сейчас есть дела, которые я должен решить, — выйдя из машины и немного склонившись возле водительского места, произнес Драган.

Больдо опять только молча кивнул на его слова и тут же вдавил едва ли не до предела педаль газа, в мгновение теряясь в хитросплетениях узких и извилистых улочек древнего города. Драган же быстро перешел дорогу и вошел в клинику, где к его немалому удивлению его ожидала по меньшей мере дюжина пациентов.

— Доктор Дракулешти, как же хорошо, что вы вернулись, — Хелена вскочила с места и буквально повисла на ошарашенном Драгане. — Я так волновалась.

— Что они все здесь делают? — шепотом поинтересовался Драган, убирая руки Хелены со своей шеи.

— Мне пришлось перенести записи, — так же тихо ответила девушка. — Плюс те, кто был записан на сегодняшнее утро.

— Ясно. Дайте мне пять минут, — борясь с желанием разогнать всех к чертовой матери и натягивая дежурную приветливую улыбку, сказал Драган. — И на сегодня больше никого не записывайте. Мне нужно будет уйти через несколько часов.

— Хорошо, доктор, — деловито произнесла Хелена и вернувшись на рабочее место нарочито громко застучала клавишами на клавиатуре, внося изменения в расписание Драгана.

Оказавшись в кабинете он и не заметил, как пациенты один за одним стали заходить на прием. Полностью погруженный в свои далеко не радужные мысли Драган внимательно всех слушал, давал советы и на автомате выписывал рецепты. Пока не услышал:

— Вам стоит лучше делать свою работу, доктор Дракулешти. Иначе это может плохо обернуться.

Драган вздрогнул и устремил слегка расфокусированный взгляд на сидевшего напротив молодого человека. Узнав в нем вчерашнего нового пациента, он даже не пытаясь скрыть удивление, поинтересовался:

— Что вас вновь привело ко мне? Помнится, я только вчера выписал вам рецепт на обезболивающие. Вы его потеряли и вам нужен новый?

— Нет, доктор, — исподлобья смотря на Драгана, медленно растягивая гласные проговорил Драгош, — мои мигрени стали сильнее. Ваши таблетки сделали только хуже. Я хочу, чтобы вы выписали мне другой рецепт.

— Как я говорил ранее без дополнительного обследования трудно найти правильное лечение. Именно поэтому я выписал вам те лекарства, что были указаны в вашей медицинской карте, которую вы передали моей ассистентке.

— Вы не понимаете! Вы ничего не знаете о моем отце! — вдруг вскочив с места, выкрикнул молодой человек. И схватившись за голову руками снова тут же упал на стул. — Эти боли, эти сны сводят меня с ума… я хочу ее убить, выпить всю ее кровь… до последней капли… Вы плохой врач, вы ничего не знаете!

Драган закатил глаза и мысленно проклял сегодняшний день. Только сумасшедшего, да еще и буйного судя по всему, ему не хватало. Он уже потянулся к телефону, чтобы вызвать скорую помощь, как парень тихо произнес:

— Простите, доктор Дракулешти. Я не хотел вас оскорблять. Во всем виноваты мои мигрени.

— Я все понимаю, не беспокойтесь, — откладывая телефон, как только мог спокойно ответил Драган. — Вот поэтому я и хочу, чтобы вы прошли в самое ближайшее время дополнительное обследование. Я выпишу вам несколько направлений.

— Хорошо, как скажите, — будничным тоном сказал молодой человек. — Но только пообещайте, что не откажитесь от меня. Я хочу, чтобы именно вы были моим врачом. И еще раз простите.

— Не знаю, чем заслужил подобную честь, но хорошо, — изо всех сил сдерживая раздражение, произнес Драган. Потом выписал легкое успокоительное и другое обезболивающее. — Надеюсь, вам станет лучше. Увидимся с вами через неделю. Всего доброго, Драгош.

— Спасибо, доктор. До свидания, — едва различимая улыбка искривила губы молодого человека.

Когда за последним закрылась дверь Драган целую вечность, как ему показалось, сидел и тупо пялился в стену, совершенно не понимая, что это было. Почему такой человек спокойно разгуливает по улицам. Конечно, Драган не думал, что тот способен кого-то убить, но вред причинить Драгош мог. И в первую очередь самому себе. Драган устало потер переносицу и пообещал себе, что в самое ближайшее время вплотную займется этим пациентом, а сейчас ему жизненно необходимо уладить другие важные дела. Вернуть свою жизнь в привычное русло. А для этого ему нужно было, как и говорил Влад, обеспечить себе алиби. Втягивать Элизу в это не хотелось, как не хотелось и афишировать свою с ней связь, но… отчаянные времена требуют отчаянных мер…

Убедившись, что с делами в клинике покончено во всяком случае на сегодня, Драган отпустил Хелену и направился к своему Volkswagen. Забрав с лобового стекла квитанцию на оплату штрафа за ночную парковку и забросив ее в бардачок, Дракулешти, резко повернув ключ в замке зажигания, зло нажал на педаль газа. За мрачными мыслями, что водили хоровод в его сознании, он и не заметил, как оказался на знакомой улице на окраине Тырговиште. Сколько раз он предлагал Элизе переехать из этого всеми забытого убогого района, но она упорно отказывалась это делать, мотивируя это тем, что этот дом напоминает ей саму ее жизнь: неприкаянную, ничтожную и мрачную. И хотя в последнее время, после знакомства с Драганом, который вытащил ее буквально с того света и помог встать на ноги, она больше не возвращалась к своему древнему ремеслу, менять что-то в своей жизни она по-прежнему не хотела.

Войдя в дом и став подниматься по обшарпанной лестнице Драган поймал себя на том, что в его душе затаилась тревога. Предчувствие чего-то нехорошего и непоправимого с каждой надтреснутой ступенькой становилось все сильнее, пока…

Дверь в квартиру Элизы была приоткрыта. Драган застыл на пороге подобно истукану с острова Пасхи не в силах заставить себя сделать хотя бы еще шаг. Нервы были натянуты до предела.

— Господи, пожалуйста, пусть это ничего не значит. Пусть Элиза просто забыла закрыть дверь. Такое же бывает, — твердил про себя Драган, но умом понимал, что ничего хорошего его в квартире не ждет. — Нет, пожалуйста… — слова застряли где-то в горле. Вместо этого с его уст сорвался нечеловеческий крик боли. Горечь утраты накрыла его своим крылом, вновь заставляя кровоточить незаживающей раной израненное сердце.

Он в два шага преодолел расстояние, разделявшее его и лежащее на полу в луже крови тело Элизы. Драган будто во сне смотрел как по дешевому линолеуму разливается темное багровое пятно; трепещущие, извивающиеся щупальца крови расползались, двигаясь, сплетаясь друг с другом, словно клубок растревоженных угрей. С трудом оторвавшись от кошмарного зрелища Драган все же сумел добраться до девушки и проверить ее пульс. Как ни молил Всевышнего мужчина о чуде, тот остался глух к его стенаниям. Но самое страшное заключалось в том, что тело Элизы было еще теплым. А это могло означать только одно — убили ее совсем недавно. Слегка повернув голову девушки Драган отшатнулся… Не может быть! Как и у Моники на шее Элизы были две аккуратные ранки, словно от укуса вампира.

— Ну какого лешего я послушал свою совесть, а не Влада и поперся в клинику? — опустившись на колени возле бездыханного тела, простонал Драган. Он приподнял девушку, обнимая в последний раз, прощаясь с ней теперь уже навсегда. — Возможно, мне удалось бы защитить тебя, — одинокая слеза быстро скатилась по небритой щеке.

Ко всей какофонии чувств, терзающих в этот миг потомка древнего вампира, добавилось еще и всепоглощающее чувство вины. За своими переживаниями, которым он дал волю, Драган даже не заметил, что весь перепачкался кровью Элизы. Он будто бы выпал из реальности, полностью поглощенный горем. Неизвестно, сколько бы еще времени он так просидел, но быстро приближающиеся звуки полицейских сирен в один момент выдернули его из прострации. Надеяться, что это простое совпадение и они проедут мимо, не стоило. Похоже жизнь действительно предъявила Драгану счет.

Аккуратно положив мертвую девушку на прежнее место и прошептав: «Прости меня», он быстро встал и выглянув в окно, чертыхнулся. Во двор как раз въехали две полицейские машины. Буквально несколько минут потребовалось полицейским, чтобы установить кому именно принадлежит единственный автомобиль, припаркованный во дворе, и поднять тревогу.

Каким чудом Драгану удалось выбраться через окно и при этом не свернуть себе шею и не попасть прямо в руки к полиции он так и не понял. Адреналин в его крови зашкаливал, придавая обычно тихому и уравновешенному человеку дополнительные силы и ловкость. Желание найти виновного в этом кошмаре и вернуть собственную жизнь сводили Драгана с ума. Но он прекрасно осознавал, что не сможет этого сделать, если окажется в тюрьме. А в том, что именно так и произойдет он ни секунды не сомневался. Кто-то очень хорошо постарался и все продумал до мелочей. Он был идеальным подозреваемым, к тому же пойманным с поличным и на месте преступления.

Драган бежал, не разбирая дороги, пока не оказался на пороге собственного дома. Влетев внутрь, словно за ним гналась стая разъяренных собак, хотя, по сути, это было не далеко от истины, он едва ли не до полусмерти испугал дочь, которая как раз вернулась домой и собиралась идти за ребенком в сад. Эрика вскрикнула от неожиданности, застыв посреди кухни, и выронила сумку на пол.

— Что?! Что с тобой произошло?!

— Убили двух женщин, кто-то пытается вырыть мне яму, — бросил на ходу Драган, хватая легкую куртку, чтобы хоть как-то прикрыть кровь на одежде.

— Я ничего не понимаю. О чем ты говоришь?! И зачем это кому-то делать? — ошарашенно сыпала вопросами Эрика, наблюдая как ее отец беспорядочно мечется по дому.

— Не знаю, Эрика. Не имею ни малейшего представления, — в очередной раз проносясь рядом с дочерью, выдохнул Драган. — Но я обязательно узнаю.

— Пожалуйста, папа, иди в полицию — тихо, пытаясь справиться с душившими ее слезами проговорила Эрика. — Там во всем разберутся.

— Я так не могу, я должен все сам выяснить. «Ну или почти сам», — мысленно добавил Драган, четко зная, куда он пойдет за помощью.

— Но… — аргументов у растерянной девушки не было, как не было и слов. Она только наблюдала за отцом широко раскрытыми зелеными глазами, доставшимися ей в наследство от матери.

— Эрика, верь мне, пожалуйста! Я не убийца! — Драган резко остановился и обнял дочь. — Я вас с Михаем очень люблю. Берегите себя пока меня не будет! — и гонимый приближающимися полицейскими сиренами, выскочил из дома через черный ход.

Бойтесь своих желаний, они имеют свойство исполняться… Если бы не все, что с ним произошло, Драган бы рассмеялся такой шутке Вселенной.

Strada Matei Basarab встретила Драгана уже совершенно другой погодой: невероятно мрачной и промозглой. Было только четыре часа пополудни, а на улице уже совсем стемнело. Гроза началась полчаса назад бешеной канонадой града, за которой последовал потоп библейского масштаба, угрожающий смыть Тырговиште в Яломицу. Молнии многозубыми вилами полосовали небо от края до края. Если верить говорившему о погоде диктору, нынешняя гроза была одной из самых свирепых за последнее десятилетие. Бесчинство атмосферного электричества оставило без освещения половину города. Судьба распорядилась так, что темнота накрыла именно ту часть древнего Тырговиште, в которой как раз находился дом Дракулы.

Мужчина, зябко поежившись, сильнее закутался в легкую куртку, сто раз уже пожалевший, что не одел что-то более подходящее погоде, и натянул слетевший от порыва ветра капюшон. Низкие тучи и проливной дождь с северо-запада окутали город. Практически без оглядки добежав до дома номер 66, Драган впервые остановился и перевел сбившееся дыхание. Небо снова разорвало копье молнии, осветив мрачную обитель древнего вампира. И тотчас дом снова потонул во мраке, наполненном стуком дождя. Молнию тут же догнал запоздалый раскат грома.

Драган в очередной раз вздрогнул и, дрожа от холода, занес окоченевшую руку, чтобы постучать в массивную деревянную дверь. Но не успел дотронуться до дверного молотка в форме дракона, раскинувшего крылья, как та широко распахнулась. На пороге стоял вездесущий Больдо в строгом черном костюме.

Увидев внешний вид потомка Дракулы, Больдо пришел в настоящий ужас.

— Вы в своем уме в таком виде лезть в дом вампиров? — недовольно поинтересовался прислужник князя.

— Уверен, Влад это переживет, — зло бросил Драган, в безуспешной попытке обойти Больдо и войти в особняк, на удивление очень гармонично сочетавший в себе элементы поздней готики и итальянского возрождения.

— Для вашего же блага я не могу вас пустить, — продолжал настаивать Больдо, полностью оправдывая свое имя, означающее «охраняющий короля». — И дело не только в Хозяине, вы же понимаете.

— Если ты не заметил, мне не во что переодеваться, — зло выплюнул Драган. Он замерз, промок и чертовски устал. А еще ему требовалась помощь Владислава, и каждая секунда промедления была смерти подобна. — Думаю, в моей комнате что-то найдется. Пусти меня!

Устало откинувшись на высокую спинку похожего на трон стула Дракула отодвинул от себя очередной старинный гримуар. Мысли в его голове устроили форменный кавардак, носясь в беспорядке и не давая сосредоточиться. Плюс шум извне, громкие голоса препирающихся Больдо и Драгана. Дракула закрыл глаза, прислушиваясь.

В какой-то момент шум в дверях стал громче и разбудил Гвендолин, которая все это время спокойно спала в глубоком кожаном кресле.

— Что случилось? — резко вынырнув из царства Морфея поинтересовалась Гвендолин, не понимая откуда столько шума в как правило погруженном в едва ли не абсолютную тишину доме.

— Драган случился, — тихо бросил Влад, потерев переносицу. И тут же добавил, но обращаясь уже к другому собеседнику: — Да впусти ты его уже пока весь Тырговиште вместе с полицией не сбежались к дому, — голос Влада: холодный, с нотками стали эхом разнесся по дому. — Нам только охоты на ведьм сейчас не хватает!

Подчинившись прямому приказу своего Хозяина, Больдо таки отступил от входной двери и дал возможность Драгану проскользнуть внутрь.

— Кабинет, — услышал Драган в голове властный голос своего далекого предка.

Буквально взлетев по лестнице и свернув налево, Драган быстро дошел до нужной ему комнаты. Без стука открыв дверь он чуть не споткнулся. В кабинете Дракулы по-прежнему господствовала тьма, густая и непроглядная. Тем не менее Влад четко выделялся на темном фоне, края его силуэта резко очерчивались из мрака.

В то же время Влад и Гвендолин прекрасно видели, как вошел Драган. Обычно выглядевший безукоризненно, сейчас он был в помятой мокрой куртке, грязных джинсах и весь взъерошенный. Этот облик как нельзя лучше соответствовал выражению на его лице. А в дополнение ко всему от него разило кровью. И если для Дракулы это не было большой проблемой, то у мисс Оллфорд сразу же в обсидиановых глазах зажегся инфернальный огонь. Черты ее лица исказились, более не напоминая человеческие.

— Она мертва. Влад, она тоже мертва… — Драган уронил голову на руки, его плечи вздрогнули. — Я не представляю, как из всего этого выкрутиться. Мне сейчас очень нужна твоя помощь… как никогда раньше.

Паника, захлестнувшая Драгана в момент обнаружения тела Элизы, упорно не хотела отступать. Весь его мир, надежность его положения пошатнулись до основания. Нервы Драгана окончательно сдали. Ощутив себя наконец-то в безопасности, мужчина сам того не желая дал волю эмоциям, которые тут же накинулись на него со всей жадностью голодной гиены. Драган настолько поддался собственному горю, что даже не заметил метаморфозы, которые происходили с Гвендолин.

— Прежде, чем мы начнем наш разговор, приведи себя в порядок, — раздраженно бросил Влад, указывая Драгану на его одежду, сплошь залитую кровью. — Удивлен как ты вообще в таком виде умудрился столько бегать по городу. Хвала Дьяволу гроза пришлась как нельзя кстати. И, — он сделал паузу и при этом кивнул в сторону Гвендолин, которая неосознанно уже подалась вперед, склонив немного голову набок и в упор смотря на мужчину, — на твоем месте я бы не ограничился только сменой одежды.

Спорить Драган не посмел, как и играть с огнем. Поэтому уже в следующую секунду он молча выскользнул в полутемный коридор, освещали который только свечи в черепах-канделябрах, развешанных на равном расстоянии по всем стенам, и стремительно направился в свою комнату. По дороге он встретил Больдо, который уже нес ему чистую одежду из гардероба Влада.

— Я же предупреждал, — мрачно заметил тот, видя во взгляде Драгана отражающийся как в зеркале суеверный страх.

Последний только тяжело вздохнул и отмахнулся от слов прислужника Дракулы, как от надоедливой мухи. Впрочем, понимая, что тот бесспорно был прав.

Когда Драган вернулся, мрак, гонимый ярким пламенем, весело пляшущем в мраморном камине, отступил. Также по периметру всей комнаты горели свечи. Гвендолин слегка улыбнулась в знак извинения, когда Драган прошел рядом. Она по-прежнему сидела все в том же кресле, подтянув ноги к груди, но уже с отвращением взирая на искрящуюся в высоком бокале рубиновую жидкость.

— А теперь, — флер задумчивости упал с Влада, как плащ, когда он встал из-за стола и отставил свой пустой бокал на небольшой столик у камина, — будь так любезен расскажи обо всем. Насколько я могу судить, с твоим алиби нам придется проститься, — безэмоционально констатировал Дракула, чем вызвал протяжный и горький стон своего потомка. И его возмущение. Хотя, казалось, к полному безразличию Влада в подобных вопросах он давно уже должен был привыкнуть:

— Как ты можешь? Она была не только моим алиби. Элиза в первую очередь была человеком!

Нападение на Элизу промелькнуло у Драгана перед глазами как кровавый фильм ужасов, но только немой. Воображение услужливо дорисовывало то, чего не видели его глаза.

— Я все понимаю, но это сейчас уже совершенно неважно. Своими переживаниями ты делу не поможешь. Только хуже сделаешь, — мрачно констатировал Дракула. И тут же сменив тему, поинтересовался: — С твоей семьей все в порядке? Эрика в курсе того, что с тобой произошло?

Давая возможность Драгану справиться с эмоциями и возмущением, волной захлестнувшим его, Владислав с немым укором перевел взгляд своих агатовых глаз на Гвендолин, которая все еще неприязненно гипнотизировала бокал с кровью.

— Если ты думаешь, что там появится шардоне из знаменитого своими виноградниками французского замка Сен-Себастьян, то смею тебя разочаровать, — Влад сделал едва заметный пас рукой и тут же Гвендолин послушно поднесла хрусталь к своим губам. — Не заставляй меня поить тебя силой.

— В общих чертах, — еще один протяжный стон наконец-то сорвался с губ Драгана. — Надеюсь, что полиция не будет их сильно беспокоить.

— Драган, ты не вчера родился. Тебя подозревают в двух убийствах! Меньшее, что они сделают — это перевернут твой дом вверх ногами, — припечатал Влад, возвращаясь на свое место за вычурным письменным столом из эбенового дерева.

Гвендолин же тем временем осушила свой бокал и отсалютовав им Владу, отправила его на тот же небольшой столик у камина, где стоял пустой бокал Влада и высокий хрустальный графин менее чем наполовину заполненный донорской кровью. На его гранях в свете яркого пламени играли и переливались множество рубиновых искорок.

— И правда, — закрыв лицо ладонями, выдохнул Драган. — Это выше моих сил, я никогда не думал, что могу оказаться в такой ситуации.

— Я отправлю к твоему дому Больдо, — сказал Дракула. — А там посмотрим.

— Тебе виднее, — кивнул Драган, полностью капитулируя. Сейчас он как никогда радовался, что у него есть на кого положиться в этой жизни.

Прикрыв глаза Влад что-то прошептал и буквально пару минут спустя в дверях кабинета уже стоял Больдо Шербан.

— Что прикажете? — учтиво склонив голову, Больдо застыл в ожидании.

— Тебе снова придется стать моими глазами и ушами. Дом Драгана. И все, что получится узнать по поводу убийств, — короткие фразы, четкие приказы.

— Я уже там, Хозяин, — Больдо бесшумной тенью покинул кабинет Дракулы.

— Спасибо, — тихо сказал Драган. Это все, на что он был сейчас способен.

Драган разрывался на части, терзаемый множеством эмоций, которые даже не думали проявить к нему хоть малейшую снисходительность. Наоборот, они устроили настоящий шабаш у него в сознании, отрываясь по полной: мучая и издеваясь, выворачивая наизнанку и вскрывая самые кровавые раны.

Владислав только рукой махнул на слова нерадивого потомка.

— Так что же все-таки произошло? — поинтересовалась молчавшая все это время Гвендолин.

Она слегка поежилась и обхватила себя руками, неосознанно пытаясь отгородиться от эмоций Драгана, которые у последнего просто зашкаливали. Казалось, еще мгновение и у Драгана даже пар пойдет из ушей, потому что он закипит аки чайник. Гвен отлично его понимала, ей было жаль его, но у нее не было слов, чтобы утешить его. Теперь больше не было.

— Даже не знаю, с чего начать, — виноватый и растерянный взгляд Драгана метался по кабинету, пытаясь хоть за что-то зацепиться.

— Как это ни банально, но начни с начала, — глаза цвета безлунной ночи блеснули, выдавая всю степень раздражения Влада. — Также объясни, почему ты меня ослушался, поехав в клинику и отпустив Больдо?

— Не знаю… Судьба, стечение обстоятельств, карма, фатум, совесть…

— Одним словом — глупость, — недовольно уточнил Владислав, на что Драган только в очередной раз горько вздохнул, понимая недовольство Дракулы и его разочарование. Затем Влад откинулся на спинку высокого стула и исчез в тени.

— Я тоже не могу себе этого простить. Тело Элизы было еще теплым. Я разминулся с убийцей не более чем на час…

Внезапно сверкнула молния и ударил гром. Драган осекся на полуслове и весь съежился. Даже сквозь толстые кирпичные стены были слышны раскаты грома. Дракула лишь закатил глаза, видя подобную реакцию своего потомка. Драган в ответ обиженно и в то же время несколько враждебно глянул на него, забыв на мгновение, с кем имеет дело.

Дождь, едва немного утихший, в считанные секунды снова превратился в ливень, нарушая тишину в кабинете древнего вампира.

— Вспомни, после нашего возвращения было что-то необычное? — пришла на помощь Гвендолин, заметив напряжение между Владом и Драганом.

— Да нет, — рассеянно ответил Драган. — Если только…

— Что? — Влад вопросительно приподнял брови, снова оказываясь в полосе света.

— У меня появился новый пациент. Но я не думаю, что… — Драган на мгновение замолчал. В его памяти всплыли обрывки фраз, которые Дорин выкрикивал во время приема. — Хотя, возможно, и стоит его проверить. Он довольно странно себя вел. Все время пытался рассказать мне свои сны, в которых он убивает какую-то девушку и выпивает ее кровь.

— И ты только сейчас об этом говоришь? — Дракула недовольно покачал головой.

— Влад, я действительно не думаю, что он может быть хоть как-то причастен ко всему этому ужасу. Он немного не в себе — это факт, но…

— Похоже, в последнее время ты вообще мало, о чем думаешь. Уж прости мне мое раздражение, но я всегда считал тебя более рассудительным и дальновидным. Неужели ошибался? — последние слова Влад произнес на грани слышимости, но Драган все же уловил смысл сказанного, отчего еще более скис.

— Влад, я… — он попытался оправдаться в глазах грозного предка, но тот лишь снова махнул рукой и все слова, готовые сорваться с уст Драгана, так и повисли в воздухе невысказанными.

— Конечно я понимаю, что у тебя все время появляются новые пациенты, но в данном случае тебе не кажется, что это выглядит если не подозрительно, то довольно-таки странно, — в голосе Дракулы уже не чувствовалось раздраженности. К нему вернулась привычная властность.

— Не могу не согласиться, — вклинилась в диалог Гвендолин. — Он говорит, что ему снится убийство девушки, у которой он пьет кровь и…

— Я склонен больше поверить в то, — перебив мисс Оллфорд, заметил Драган, — что его сознание играет с ним злую шутку. Думаю, он просто весьма впечатлительный и узнав о преступлении просто проецирует его на себя. Он совсем недавно переехал в Тырговиште.

Негромкий стук в дверь заставил на время прервать дискуссию. Больдо вернулся с новостями, которыми спешил поделиться. Дождавшись разрешающего кивка Владислава, он затараторил:

— Полиция проверила каждый угол в доме, гараже и даже во дворе Драгана. Устроила допрос с пристрастием вашей дочери, — мужчина повернул голову вправо, где сидел хмурый, словно осеннее небо потомок средневекового князя. — Мне жаль. Также должен сказать, что Эрика решила остаться в доме, хотя и полиция, и ее подруга Андреа предлагали уехать на время.

— Хорошо. Хотя, безусловно, ничего хорошего в этом нет. Спасибо, Больдо, — все также мрачно сказал Драган. Ко всему прочему у него добавилось еще и чувство вины перед дочерью, которую он неумышленно втянул в этот кошмар. Мужчина снова закрыл лицо руками, желая провалиться в этот момент в Ад. Он силился понять, где же оступился, что его жизнь в один момент полетела ко всем чертям. Пусть ангелом безгрешным он никогда не был, но не был он и злодеем. Обычный человек со всеми вытекающими отсюда последствиями. И почему именно сейчас?..

— Это еще не все, Хозяин, — Больдо потупился и неуверенно переступил с ноги на ногу.

— Не тяни! — сверкнув глазами сказал Влад.

— Сегодня в участке дежурит мой племянник и мне удалось узнать, что Константина Ионеску отравили пентобарбиталом. Сейчас он в поверхностной коме, как сказал Стелиан.

— Хм… Все интереснее, — задумчиво протянул Влад. — Похоже, что все это действительно чья-то хорошо продуманная месть тебе, Драган, — Влад сложил кончики пальцев, из мрака сверкнула его адская улыбка.

— Какой ужас, — ошарашенно прошептал Драган, буквально сползая с кресла на пол. — Я не могу в это поверить. Бедный Константин. У него же больное сердце.

— Кто-то очень хорошо знает тебя. Знает о вашей дружбе с этим человеком, — сама того не желая подлила масла в огонь Гвендолин. — Тот, кто все устроил был на сто процентов уверен, что именно ты будешь вовлечен в расследование. И более того, он дождался твоего возвращения из Лондона.

— И всплывут все подробности твоей весьма неангельской жизни, — забил последний гвоздь в крышку гроба своего потомка Владислав.

— Получается, что так, — абсолютно убитым голосом произнес Драган. Он совершенно не понимал, кому мог перейти дорогу. — Ловушка удалась на славу. Попался я как последний дурак.

— Каждая ловушка — это лишь демонстрация слабости врага. Так его можно узнать, — несколько отрешенно заметил Влад, что-то сосредоточенно обдумывая. — Так что хорошо поразмысли, Драган…

— Да думаю я, думаю! — в сердцах бросил тот, вскакивая с места и начиная расхаживать по кабинету взад и вперед подобно загнанному в клетку зверю. — Нет у меня врагов, Влад! Нет, понимаешь?! — не в силах сдержать эмоции, вскричал Драган, вперившись в Дракулу.

— Неужели? — хищный оскал исказил аристократичные черты Влада в одну секунду. — А мне что-то подсказывает, что есть. Во всяком случае, один! И прекрати себя вести, как истеричная барышня, — вернув себе человеческий облик, мрачно бросил Влад. — Ты сам во всем виноват, поэтому имей мужество принять ситуацию с честью и выйти из нее достойно! — слова Дракулы острыми шипами вонзались в сердце и душу Драгана.

— Я не ты, Влад. У меня есть эмоции и порой справиться с ними невозможно. Был бы ты… — он резко замолчал, с опаской смотря на предка и ожидая его реакции на свои слова.

— Человеком? — горько усмехнулся Влад, с нечитаемым выражением на бледном лице взирая на притихшего Драгана. — Я им был, — очередная сардоническая усмешка. — У меня тоже нет врагов, но есть люди, низко упавшие в моих глазах, — многозначительная пауза повисла в воздухе.

— Я так понимаю с подозреваемыми у нас негусто, — снова попыталась разрядить обстановку Гвендолин. Как она сейчас понимала Драгана. В Лондоне с ней творилось то же самое. Ее кидало из крайности в крайность, и она была сама на себя не похожа. Невозможно оставаться невозмутимым, словно древний сфинкс, когда твоя жизнь летит ко всем чертям, а ты ничего не можешь с этим сделать. Только беспомощно барахтаешься в море отчаяния, чтобы не утонуть окончательно. Как это удавалось всегда спокойному Владу она не имела ни малейшего представления. Даже сейчас. — Поэтому предлагаю посмотреть, что собой представляет твой новый пациент. Как ты говоришь его зовут?

Драган резко повернулся и сделал шаг в сторону, услышав вопрос Гвен, при этом едва не налетев на столик возле камина, на котором стояли графин с кровью и бокалы.

— Простите. Я сейчас действительно не в себе, да и устал чертовски, — попытался немного оправдаться Драган, собирая свои выплеснувшиеся через край эмоции. — Его имя Дорин Драгош, ему 25 лет, и он совсем недавно переехал в Тырговиште. Это все, что я помню о нем.

— Звони своему племяннику, — обращаясь к Больдо, который по-прежнему молча стоял в дверях, отдал очередное распоряжение Дракула. — Я хочу знать об этом человеке все, что только можно узнать. И пусть Стелиан передаст эту информацию Марко Стану, чтобы немного отвлечь полицию от Драгана. Смотри, так и правда найдут настоящему убийцу.

— Понял, — кивнул Больдо и достав мобильный телефон спешно покинул кабинет, чтобы выполнить очередное распоряжение князя.

Не успел Больдо выйти, как у Драгана странно защемило в груди. Руки внезапно стали ватные, и он, чтобы прогнать онемение, несколько раз сжал пальцы в кулак. Затем он медленно, словно по велению невидимого кукловода, пошел к двери. Мгновение спустя его уже не было в кабинете. Эмоции Драгана остались лежать на полу кабинета Дракулы бессмысленной грудой ветхого, изношенного хлама…

— Зачем ты так? Драгану сейчас плохо. Даже хуже, чем было мне в Лондоне, — Гвендолин с немым укором взирала на князя.

— Именно поэтому. Ему необходимо отдохнуть, — сухо бросил Влад. — А нам нужно спокойно обо всем подумать.

Владислав понятия не имел, почему так вцепился в этого загадочного пациента Драгана, но что-то все время не давало ему покоя. Как-то все странно складывалось. Безусловно, это могло быть простым совпадением, но не потянуть за эту ниточку при полном отсутствии клубка Влад просто не мог. Возможно, парень был действительно ни при чем, тем более, если у него какие-то проблемы с головой, но вдруг он, например, был невольным свидетелем убийства и его сознание таким образом пытается справиться с увиденным. А может… вопросов было опять слишком много и никаких ответов на них. Это угнетало.

Хотя Влад и сказал Гвен, что они должны поговорить, разговор не клеился. Они довольно долго сидели молча в своих креслах, слушая как утихает и шипит пламя в камине, пока тишину не разрезал наполненный сарказмом голос Дракулы:

— Здравствуйте, мои до боли знакомые грабли, давненько я на вас не наступал.

Услышав слова Владислава Гвендолин невесело рассмеялась, пытаясь хоть так справиться с напряжением.

— Что может толкнуть человека на месть? — наконец-то справившись с приступом веселья, поинтересовалась Гвендолин у все еще хмурого князя.

— Ты об этом у меня спрашиваешь? — Влад в наигранном удивлении приподнял брови.

— А у кого? — Гвендолин также картинно покрутила головой во все стороны, будто пытаясь найти еще одного собеседника. — Ты же у нас эксперт в этом деле.

— Ну, да, — хмыкнул Влад, но все же снизошел до ответа. — Человек меняется по двум причинам: или потому, что открыл глаза, или потому, что закрыл свое сердце.

— Второе, думаю, тут подходит, — тихо, обдумывая сложившуюся ситуацию произнесла Гвендолин.

— Позволь с тобой не согласиться. Уверен, что тут имеет место быть как раз первое. Кто-то явно прозрел и теперь пытается отомстить тому, кого считает виновником… — он замолчал, но тут же мрачно закончил фразу: — чего-то страшного в своей жизни. И судя по тому, что происходит сейчас с Драганом, этот кто-то получил не просто хорошую оплеуху. Его жизнь рухнула.

— Тогда стоит в окружении Драгана поискать того, у кого…

Гвендолин не закончила мысль, перебитая Владиславом:

— Дорогая, я понимаю, что у нас вечность в запасе, но, — он поднял руку, пресекая попытку Гвендолин возразить ему, — во-первых, я хотел бы ее провести несколько иначе, чем копаясь в грязном белье своего потомка. А, во-вторых, боюсь Драган просто не доживет до того знаменательного момента, когда мы с тобой найдем-таки виновного таким образом. Он практически двадцать лет владеет практикой. Надо заметить, одной из лучших в городе. Ты можешь себе представить сколько людей там побывало за это время? И это только пациентов. А что касается всех остальных, с которыми Драгана сводила жизнь…

— Да уж, — согласилась Гвендолин. — Но тогда и тут тупик?

— Возможно, что-то новое нам поведает Больдо, — прислушиваясь к звукам извне, сказал Владислав. — Есть новости? — поинтересовался Дракула секунду спустя, когда после тихого стука дверь его кабинета открылась.

— Да, Хозяин, — Больдо довольно улыбнулся. — Есть парочка любопытных фактов. Первый, фамилия этого парня не Драгош, как он представился Драгану, а Сабау. И он действительно только полгода как переехал в Тырговиште. Раньше он жил в Сатени.

— Стоп! — Влад резко встал, словно его подкинуло пружиной, и прошелся по кабинету. — Это небольшая деревня приблизительно в двадцати километрах от Тырговиште?

— Так точно, Хозяин, — кивнул Больдо. — Это наш жудец Дымбовица, Мунтения. Это вам о чем-то говорит?

— Возможно, — Дракула, задумавшись, очень медленно положил пару поленьев в камин. — Если я правильно помню, именно там проходил практику Драган.

— Это не может быть простым совпадением, — сразу же ухватилась за ниточку Гвендолин. — Уже не может быть совпадением.

— Боюсь, что не все так просто, — погрустнев, сказал Больдо. — У парня стопроцентное алиби. Марко Стан первым делом его проверил. Оказалось, тот был на благотворительном вечере для инвалидов. Его видела куча народа, плюс есть много фото с ним.

— Это во время первого или второго убийства? — спросил Влад.

— Первого, — уточнил Больдо. — На второе его никто не проверял. Кроме Драгана подозреваемых там нет. И если по поводу убийства Моники еще можно поспорить, то смерть Элизы… — слуга замолчал, потупившись.

— Я понял. Хорошая работа, — Владислав одобрительно кивнул, отпуская Больдо. — Не за горами рассвет, отдохни.

Больдо Шербан сияя покинул кабинет своего Хозяина и направился к себе. Отдых и правда ему не помешает. На часах было три ночи, а завтра, точнее уже сегодня, будет новый день. И как подозревал Больдо, довольно непростой день.

— И что это все нам дает? — Гвендолин, проводив Больдо пасмурным взглядом, воззрилась на задумчивого князя.

— Можешь снова начинать смеяться, потому что кроме очередной встречи с граблями я ничего здесь не вижу, — возвращаясь в кресло и закидывая ногу на ногу сказал Дракула. Он откинулся на мягкую спинку и прикрыл глаза. Пламя играло тенями на его лице, придавая тому то еще более зловещий вид, то делая его живым, окрашивая в теплые тона.

— Мы же можем прочитать его мысли, разве нет? — не унималась Гвендолин.

— В теории — да, но на деле нет. Это опять же не тот случай. Здесь как и в Лондоне нам придется идти человеческим путем. Нужны веские доказательства, чтобы отмыть репутацию Драгана. А не просто убийца на блюдечке, — ответил тихо Владислав с закрытыми глазами.

— На колу, если уж совсем быть точным, — уточнила Гвендолин, вздрогнув от неприятных воспоминаний. Пусть она и не видела того, что сделал Влад с Беном собственными глазами, но она видела тогда газеты, пестревшие кричащими заголовками, и откровенные фото в Интернете с пометкой «не для слабонервных».

— Как скажешь, — недовольно заметил Влад, смотря на задумчивую мисс Оллфорд в соседнем кресле. — Единственное, что мы сможем сделать, если будем полностью уверены — это заставить его пойти в полицию и сдаться.

— Но это тоже отличное решение проблемы, — немного повеселев заметила Гвен.

— Да, но сначала нужно доказать его вину или же найти настоящего виновника этого кошмара, — подвел итог их долгому и непростому разговору Влад.

— Мне почему-то все же хочется проверить этого Дорина Драгоша, который, оказывается, вовсе и не Драгош, — сказала Гвендолин, не желая так заканчивать их поиски.

Влад медленно перевел обсидиановый взгляд с Гвен на окно.

— До рассвета еще несколько часов и гроза утихла, — он выжидательно посмотрел на Гвендолин. — Не желаешь ли проветрить голову, дорогая?

— Как я могу вам отказать, князь, — с лукавой улыбкой сказала Гвендолин, понимая, что именно хочет сделать Владислав.