Magnetic (гет)

Стоп! Путник, остановись, пока не стало слишком поздно... Да-да, именно ты. Чует моё сердце, не прочитал ты примечания мои... Прочитал? О, спасибо, добрый молодец! Направляйся ты теперь в добрый путь! Не прочитал? Так направляйся ты в шапку работы, да прочитай ты примечания мои... Всё? Уже закончил? Ну, тогда отправляйся в путь! Удачи!

Приятного прочтения!

Араканэ Коюки в какой-то степени смирилась с тем, что ей придётся пережить ещё один сильный удар по своему самолюбию. Письменная часть вступительного экзамена Юэй оказалась гораздо хуже, чем она ожидала. Единственное, в чём Коюки уверена, — математика. Она ненавидела математику, но ей всегда говорили, что она великолепно разбирается в цифрах.

Ворота на экзаменационную арену открылись, и голос Сущего Мика зазвучал в громкоговорителях, вырвав её из размышлений.

— Герои не готовятся, не настраиваются, не вышагивают, ребята! Пошевеливайтесь! — отчитал Сущий Мик полузастывших детей.

Араканэ вскрикнула, когда её оттолкнул в сторону парень в два раза крупнее неё, бросившийся к воротам. Коюки развела руки в стороны и резко вдохнула, стремительно взмыв в воздух. Замедлив свой подъём, она развернулась, осматривая арену.

Араканэ с трудом сдержала свой смех при виде густого переплетения стальных труб, похожего на перерабатывающий завод. С высоты полёта Коюки видела, как другие дети уже вступили в бой, используя свои причуды и стараясь разрушить как можно больше роботов. Араканэ, не теряя времени, направилась в центр арены.

Посмотрев себе под ноги, она увидела отверстие, из которого десятками выползали роботы. Окидывая взглядом окрестности, Коюки заметила, что большинство остальных всё ещё находились на той стороне площадки, что была ближе к двери. Земля внизу внезапно застонала, привлекая внимание, и словно раскололась на две части.

Когда нулевой робот, о котором их предупреждали во время инструктажа, поднялся, Араканэ обнаружила, что идеально вписывается в отражение светящейся красной лампочки. Суставы нулевого врага заскрипели и зашипели, когда он резко поднял конечность. Жуткий металлический скрежет быстро достиг ушей Коюки. Араканэ, чуть сморщившись от неприятного звука, провела по воздуху, словно собираясь дать пощёчину, и железяка взлетела в воздух.

Прежде чем робот рухнул на арену, другая её рука вытянулась, растопырив пальцы. Подростки, остановившие драку, смотрели, как это чудо техники стремительно падало на них, и кричали от ужаса. Но тут машина внезапно остановилась. Араканэ сжала кулак. По лицу заходили жеваки.

Нулевой робот ужасающе застонал и завизжал, медленно изгибаясь и хрустя. Коюки разжала кулак, взмахнув рукой, и отбросила скомканную машину на другой конец арены. Глубоко вздохнув, Араканэ закрыла глаза и вспомнила слова своей матери.

“Вселенная сформировалась благодаря магнетизму. Именно так солнечные частицы собрались вместе, образовывая звезду, которую мы видим каждое утро. Так была создана сама Земля, собранная из пыли и ставшая такой, какой мы её знаем сейчас.”

Сама Земля содрогнулась, и каждый металлический предмет на ней словно ожил, почувствовав силу, исходящую сверху. Роботы, стоявшие на арене, резко остановились и медленно поднялись в воздух. Их колёса заскрипели, когда металлические куклы потеряли опору. Араканэ огляделась по сторонам, поднимая врагов над трубами.

Она резко сжала кулаки, и враги превратились в небольшой дождь из металлических шариков размером с гравий. Другие экзаменующиеся подняли руки над головой и стали уворачиваться от дождя, но многим не повезло, и их засыпало осколками.

Сирена, оповещающая об окончании практического экзамена, раздалась прямо над головой, и Араканэ опустилась на землю.

* * *

— Мой... набор этого года, конечно, впечатляет, — прокомментировал директор Незу, находясь в комнате наблюдения вместе с другими преподавателями.

— Нам следует снять несколько баллов за спасение с кандидата HA076 за то, что он сбросил металлические предметы на других студентов, — нерешительно предложил один преподаватель.

— Да, я полностью согласен. Но мы не можем ожидать, что дети с самого начала будут идеальны. Их потенциал просто невозможно игнорировать, — Незу пристально смотрел на монитор, на котором была видна вышеупомянутая. Она выглядела целой и невредимой после боя, когда проходила мимо учеников, которым оказывали медицинскую помощь роботы-медсёстры. — Мы снимаем десять баллов за обстрел.

Все учителя одобрительно закивали. В дальнем конце комнаты самый мрачный из них спрятал за шарфом лёгкую усмешку при виде знакомого лица. Он не был знаком с девчонкой лично, но прекрасно знал, кто её мать.

Усмехнувшись себе под нос, он заметил, что Незу поглядывает на него из другого конца комнаты.

— Что ты (прим. переводчика: хоть сан нейтрально-вежливый суффикс, и, если переводить на русский, это будет означать что-то в духе имени-отчества, я просто не представляю, чтобы Незу обращался к Айзаве на «вы») об этом думаешь, Айзава-сан? — многозначительно спросил директор.

Незу от души рассмеялся в ответ на невозмутимый взгляд, которым его наградили.

Араканэ вежливо отказалась от осмотра медсестрой, заверив пожилую женщину, что с ней всё хорошо и она здорова. Но Коюки всё равно ушла с леденцом в кармане. Чтобы скоротать дорогу домой, Араканэ стала листать ленту в своём телефоне, но об этом пожалела в тот момент, когда небо окрасилось в золотой.

Она вздохнула, сунула телефон в карман и, запустив руку в волосы, стала подниматься по лестнице в квартиру. Араканэ уставилась на приветственный коврик с нарисованными по углам цветами.

Это старый арт-проект, над которым они работали вместе с отцом. Он всегда предпринимал множество попыток наладить с ней контакт, пока она украшала дом. Горшки, сделанные на гончарном круге, раскрашенные глиняные статуэтки и другие портреты, висящие на стенах... Это всё её поделки.

Араканэ вздохнула и достала ключи от дома из-за спины. Брелки и другие побрякушки зазвенели, когда она вставила ключ в замок.

Дверь легко открылась, и в нос сразу же ударил запах чего-то сильно подгоревшего.

— Ах, с возвращением домой, Коу (прим. переводчика: по идее, так как это сокращение от имени, здесь должно было быть Кою, но на английском прозвище выглядит как Kou, а произносится как Коу, соответственно, адаптирую, так сказать)!

Коюки подняла глаза и увидела отца, выглядывающего из-за стены, отделяющей вход в квартиру. На мужчине был противный ярко-оранжевый кухонный фартук, весь перепачканный разными специями и с подпалинами. Она хмыкнула и приподняла надбровную дугу, увидев отсутствие у отца бровей и его обгоревшую чёлку.

— О, — мужчина пробормотал что-то себе под нос, облизывая пальцы и гася крошечный огонёк, всё ещё тлеющий в его волосах. Чикара Хиро почти восторженно улыбнулся девушке. — Я делал спагетти.

Коюки язвительно хмыкнула, на что мужчина не обратил внимания, и сказала, отвечая на ещё не заданный вопрос:

— Я поем, когда закончу с домашним заданием.

Коюки нахмурилась.

— Зачем нам новая микроволновка? — её тон был резким и язвительным, но мужчина лишь дерзко ухмыльнулся, отводя взгляд.

— Что ж, сначала я сварил лапшу, но она остыла, и я поставил кастрюлю в микроволновку. Она взорвалась, — беспечно ответил он.

Глаза Коюки округлились в ужасе, она в замешательстве смотрела на своего легкомысленного отца.

— Я уже выбросил её в мусорный контейнер, но теперь стены почернели.

Араканэ грузно опустилась на свою задницу и закрыла лицо руками. Запустив пальцы в мешочки, которые, как она чувствовала, образовывались, Коюки потянула их вниз по своей коже, проводя руками до подбородка. Сцепив руки в тугой замок, Коюки резко выдохнула в щель между большими пальцами, чтобы успокоиться.

Она прервала короткую паузу в разговоре с невнятным бормотанием:

— Я сейчас схожу за ней. А ты... Просто… Возьми губку с мылом. Американское мыло «Fairy» с уткой на упаковке.

— О, синее, — прощебетал Хиро.

— Синее, — глухо повторила Коюки. Натянув уже сброшенный ботинок на ногу, она затянула шнурки почти до боли. Араканэ поднялась с пола и подобрала свой рюкзак, перекинув его через плечо. — Я скоро вернусь.

— Ладно, будь осторожна, — сказал Хиро, махнув рукой своей дочери.

Коюки слегка приподняла брови, кивнула и, покинув помещение, вдохнула полной грудью свежий весенний воздух. Застегнув молнию на своем хлопковом пальто, она поправила капюшон, чтобы тот не мешал, и поспешила вниз по бетонной лестнице.

Оказавшись на тротуаре, Коюки ускорила шаг и, оказавшись в городе, направилась к магазину бытовой техники, мимо которого она каждый день проходила по пути домой из школы.

Она засунула руку в карманы, и хлопок внутри показался ещё терпимым по сравнению с обдувающим ее воздухом. Коюки почувствовала, как краснеет её лицо. Араканэ выдохнула, почувствовав, как от холода начинает щипать в носу, и прищурилась от резкого порыва ветра, который сорвал с её головы капюшон.

Откинув голову назад, Коюки с трудом натянула его обратно на голову и выплюнула пряди волос, которые попали ей в рот. Она убрала волосы с лица и усмехнулась про себя. Араканэ оглядела медленно растущую толпу на тротуаре — признак того, что она добралась до нужной части города.

Она оглядывалась по сторонам в поисках знакомой бело-голубой вывески над магазином бытовой техники. Коюки прошла мимо рынка, который знала так же хорошо, как и свою квартиру, и с облегчением вздохнула, увидев знакомый ориентир. Ускорив шаг, девушка вздрогнула от неожиданности, когда кто-то внезапно положил руку ей на плечо.

Выскользнув из-под неожиданного прикосновения, Коюки обернулась и увидела совершенно ошарашенную Урараку Очако.

— Почему ты такая нервная, Ара-чан? — спросила Урарака, и её улыбка сменилась беспокойством. — Я дважды позвала тебя по имени.

Коюки коротко вздохнула, покачала головой и заставила себя расслабиться.

— Прости, — сказала она, поправляя ремень сумки на плече. — Я просто задумалась. Ты меня напугала.

— Ох, это моя вина. Хотя я могу понять причину задумчивости, — пробормотала Урарака, потирая затылок. — Экзамен в Юэй был довольно напряжённым, тебе не кажется?

— Нет, — категорично ответила Коюки.

Урарака замерла, по-совиному моргая, глядя на свою одноклассницу. Наклонив голову, она спросила:

— Почему?

— Я видела фильмы и пострашнее этого теста, — фыркнула Коюки, закатив глаза.

— Ах да, — протянула Урарака, потирая подбородок. — Я и забыла, что тебе нравятся все эти жуткие американские фильмы. Бр-р. Я могу напугать тебя пару раз, но больше никогда не буду смотреть с тобой фильмы о паранормальных явлениях.

Коюки усмехнулась, вспомнив ту роковую ночёвку. Тогда Урарака и Араканэ провели все выходные в квартире Коюки, пока её отец был в отъезде по работе. В ту ночёвку она познакомила Урараку со вселенной американских фильмов ужасов. Фильмы были самыми разными: от леденящих кровь до мистических, способных вызвать душевную боль.

— Ладно, — игриво пропела Урарака, — как дела, Ара-чан?

— Папа взорвал микроволновку, — честно ответила Коюки.

— Чёрт, опять? — Урарака поморщилась, когда подруга кивнула ей. — Возможно, тебе стоит установить в квартире одну из тех камер для присмотра за детьми, чтобы следить за ним.

— Как бы я ни верила, что это сработает, папа был бы очень расстроен, если бы когда-нибудь узнал об этом.

Коюки вздохнула, представив, как это могло бы выглядеть: взрослый мужчина обижается на неё каждую минуту, пока она не попросит прощения. Он будет хандрить, как побитый щенок. Раньше такое уже случалось.

Выкинув воспоминания из головы, Араканэ пристально посмотрела на свою подругу.

— Мне нужно спешить, — сказала Коюки.

— Хорошо. Хэй, ты не против, если я тебе позвоню, когда сделаю домашнее задание по математике? — спросила Урарака, поправляя сползающий с плеч рюкзак.

— Ты всегда так делаешь, — фыркнула Араканэ, подтянув лямки своего портфеля.

— Я так и делаю, да? — повторила за ней Очако, хихикнув.

— Я поговорю с тобой позже, Чако-тян, — воскликнула Коюки, стремительно удаляясь дальше по тротуару.

— Ладно, пока! — Урарака обернулась, помахав рукой.

Они разошлись, и Коюки в конце концов пришла в магазин бытовой техники. Она бродила между стеллажей с микроволновками, пока не нашла самую маленькую и дешёвую, которая не перегорит в первые месяца два. Работник за прилавком был новеньким, но он едва ли оторвался от экрана телефона, чтобы посмотреть на неё.

* * *

Коюки с лёгкостью держала коробку в руках и не спеша направлялась обратно домой. Ей нравилось, как воздух становился всё теплее по мере того, как солнце приближалось к крышам домов. Она полной грудью вдыхала воздух, пропитанный ощущением наступающего лета.

К тому времени, как Коюки добралась до дома, небо уже уже отливало бронзовым. Её отца нигде в квартире не было видно, но Араканэ обнаружила записку на холодильнике. Вытащив бумажку из-под магнита в форме лягушки, она прочитала его каракули, объясняющие, что его срочно вызвали на работу.

Скомкав бумажку в кулаке, Коюки выбросила комок в мусорную корзину. Она обвела взглядом кухню, и меж бровей залегла морщинка, когда она посмотрела на обугленные стены там, где раньше стояла микроволновая печь. Тяжело вздохнув, Араканэ поставила новую микроволновку на холодильник и отправилась на поиски чистящих средств.

* * *

После той уборки на кухне в доме всё пахло хлоркой. Полусгоревшие спагетти были выброшены вместе с обгоревшими кастрюлями, стены были вычищены, а Коюки поставила на плиту ещё тёплую кастрюлю с рисом и стала дожидаться возвращения отца. Араканэ сидела на кровати с телефоном в руке, а из динамика доносился голос Урараки, которая рассказывала об их домашнем задании по математике.

Коюки подняла глаза, услышав тихий стук в дверь. Она увидела, что отец заглядывает в её спальню.

— Я дома, — сказал он шёпотом.

— С возвращением, папа, — сказала Коюки, медленно кивнув и саркастично приподняв брови.

— Привет, Папа Номер Два! — раздался громкий голос Урараки из динамика.

— Привет, вторая дочь. Не засиживайся допоздна, — усмехнулся Хиро.

— Не буду, — тихо ответила Коюки.

Хиро кивнул и мягко прикрыл дверь, его тень скрылась за перегородкой. Араканэ покачала головой и снова уткнулась в бумажку, быстро записывая ответ.

— Это три на четыре, — сказала она Урараке.

— Я правда ненавижу это (прим. переводчика: здесь должно было стоять другое слово, но оно не подходило по смыслу и дословно переводилось как склон, а я не смогла придумать никакого переносного значения, чтобы перевести правильно. Да я даже в переводчике спросила!..), — пожаловалась Очако.

Коюки фыркнула от смеха, покачав головой. Захлопнув учебник, Араканэ вздохнула, прежде чем зевнуть. Она сморгнула слезы, застилавшие ей глаза, и потрясла головой, чтобы избавиться от подступающей усталости.

— Ладно, я зевнула, — объявила Коюки, отключая телефон от громкой связи и прижимая его к уху. — Я отключаюсь.

— Бабуля, — пошутила Урарака.

— Это называется зрелая. И ответственная, — парирует Коюки.

— Да-да, — пренебрежительно ответила Урарака, отмахиваясь. — Встретимся завтра в «Нортворде»?

— Мы всегда так делаем, — пробормотала темноволосая девушка, ещё раз зевнув.

Звонок завершился, и Коюки подключила телефон к зарядному устройству. Отодвинув книги в изножье кровати, Араканэ встала и выключила весь свет в своей комнате. Подойдя к аквариуму со своим питомцем, она остановилась.

Коюки весело замурлыкала, заметив, как кончик хвоста её геккона исчезает под густым покровом листьев. Выключив лампы, она вытянула руки перед собой и направилась в кромешной темноте обратно к своей кровати. Откинув одеяло, Араканэ стянула с себя пижамные штаны, оставшись лишь в безразмерной футболке и боксерских трусах.

Коюки натянула одеяло до подбородка и свернулась калачиком на боку. Подложив одну руку под подбородок, другую вытянула поперек кровати по направлению к металлической бите, стоявшей в углу у шкафа. Араканэ глубоко вздохнула и закрыла глаза, заставляя себя уснуть.

— Это правда, что ты побила рекорд UA по результатам вступительных экзаменов?!

У Араканэ Коюки дёрнулся глаз и скривились губы от раздражающего крика, разлившегося ещё до того, как она допила свой растворимый кофе. Опрокинув в себя остатки содержимого, Коюки поставила банку к себе на ладонь. Мальчик и ещё несколько других учеников наблюдали, как цилиндр плавно поднялся в воздух.

Араканэ сжала руку в кулак, и шар превратился в плотную сферу. Она небрежно взмахнула запястьем, и мяч пролетел через всю комнату, где приземлился в мусорное ведро рядом с школьной доской.

— Я не знаю, — честно ответила Коюки.

Она не смотрела всё видео, записанное на маленький диск, полученный ею по почте. Коюки послушала, как Всемогущий рассказывает о том, как же он стал преподавателем в школе, и что он был бы рад познакомиться с ней на курсе героики в классе 1-А. После этого она выключила запись, и на этом всё закончилось.

Не дожидаясь реакции голубоглазого незнакомого паренька, Араканэ обошла его и направилась к случайной парте в дальнем конце класса. За несколько секунд до того, как поставить сумку на пол, она взглянула на своего соседа. Коюки застыла, увидев рыжие волосы и лазурный глаз.

Араканэ небрежно перекинула сумку обратно через плечо и вернулась в противоположный конец класса, заняв место за партой, ближайшей к двери. Она раздраженно села, опустив подбородок на ладони. Нахмурив брови, она пристально смотрела сквозь стену перед собой.

* * *

— Хорошо, Араканэ, — усмехнулся Айзава. Его тёмные глаза из-под челки недобро блеснули, глядя на девушку. — Твоя очередь.

Новоявленные ученики академии UA, включая Араканэ, ахнули, увидев, с какой силой Айзава бросил мяч в девушку. Он замахнулся, и под свободным рукавом кофты стало заметно внушительное количество мышц. Мяч мгновенно превратился в размытое пятно. Коюки вздрогнула, зажмурилась и прикрыла лицо предплечьями.

Через мгновение вновь открыв глаза, она ахнула, когда увидела мяч, зависший в каком-то жалком сантиметре от неё. Облегченно вздохнув, Араканэ усилием воли притянула мяч в руки. Айзава, казалось, нахмурился еще сильнее, как будто был раздражённый тем, что она заметила это и вовремя среагировала, вместо того, чтобы принять удар, который наверняка сломал бы ей нос.

— Встань в круг. Здесь можно делать всё, что угодно, включая использование причуды. Если выйдешь за линию — будешь немедленно исключена и пойдёшь прямиком домой, — проворчал учитель.

Араканэ на мгновение замешкалась, переводя взгляд с мяча на прочерченный круг, а затем на своего нового преподавателя. Прежде чем Коюки успела подумать, её тело уже сделало первый шаг, затем второй. Оказавшись в центре круга, Араканэ остановилась, её дыхание стало медленным и спокойным.

— Давай покончим с этим, Магнетта.

Пальцы Коюки впились в шероховатое покрытие, и мяч словно застонал от напряжения. Она медленно разжала руки. Вокруг воцарилась мёртвая тишина. Все стали заворожённо смотреть, как шар на руке Араканэ начал вращаться. Мяч крутился по часовой стрелке, пока его форма не стала едва различимой для человеческого глаза.

Вдруг, будто прогремел выстрел из пушки, мяч пропал из поля зрения. Затянувшаяся пауза резко оборвалась пиканьем. Класс обернулся на звук и увидел, как Айзава вынимает из кармана небольшое устройство, напоминающее телефон.

— Это твой результат, — заявил Айзава. — Вот, где ты сейчас находишься благодаря своим способностям, как абитуриент, набравший наибольшее количество баллов в этой школе за всю её историю.

— Семьсот метров?! — в ужасе заорал класс.

— Шестьсот восемьдесят девять метров, — тихо поправила девушка с высоким черным хвостом.

— По окончании этого экзамена будет составлен рейтинг в соответствии с вашими результатами. Тот, кто окажется на последнем месте, будет исключён, — мрачно пригрозил Айзава. Школьники напряглись. — Возвращайся в группу, Магнетта.

Араканэ, скрипя зубами, подчинилась. Конечно, не без мести: незаметно отодвинув руку, она заставила спрятанный в ботинке кинжал резко дёрнуться в сторону. Профессионал быстро восстановил равновесие, подошёл к классу и показал им, где находятся отметки для стометровки.

Араканэ была почти уверена, что учитель окажется настолько мелочен, что проигнорирует все её результаты, только чтобы поставить её на последнее место и избавиться от неё. И Коюки чуть не задохнулась, когда посмотрела в начало списка. Её имя стояло прямо над именем Яойорозу Момо.

— Просто для справки, Яойорозу набрала наибольшее количество баллов за письменную часть.

Коюки резко повернула голову, чтобы взглянуть с усмешкой на жалкого, дешёвого, неряшливого так называемого учителя, стоящего у неё за плечом. Он ответил ей прищуренным, полным яда взглядом.

— Я знала, что ты справишься, — подбодрила Урарака подругу.

Коюки коротко усмехнулась и отвернулась от своего соперника, чтобы поговорить с подругой:

— Спасибо, наверное. Как думаешь, у Мидории всё хорошо?

Очако посмотрела через плечо на упомянутого зеленоволосого мальчика, грустившего в стороне.

— Ах да, я солгал насчёт исключения. Это была логическая уловка, чтобы заставить вас всех стараться изо всех сил! — заявил Айзава с угрожающей ухмылкой.

Араканэ бросила на Урараку многозначительный взгляд, который так и кричал:

«Я ненавижу нашего учителя, а ведь день ещё даже не закончился».

Коюки дольше всех переодевалась из спортивной формы в школьную форму с уродливой зелёной юбкой. У неё болели мышцы плеч, и ей часто приходилось останавливаться, чтобы размять их. Когда Араканэ уже собиралась уходить, её застал врасплох другой голос:

— Араканэ. Могу я задать тебе вопрос?

Даже не поворачиваясь полностью, чтобы увидеть, кто её спросил, Коюки с сарказмом сказала:

— Ты уже это сделал.

Араканэ обернулась и увидела возвышающегося над ней парня с разноцветными волосами и глазами. Она мгновенно взяла себя в руки и насторожилась — он заметил, как она крепче сжала лямки рюкзака. Он переводил взгляд с неё на рюкзак и обратно, пытаясь найти ответы на ещё незаданные вопросы.

— Я знаю, но у меня есть другой, — невозмутимо ответил парень.

Араканэ немного встревожила его бесчувственность и заторможенность. Она считала, что у такого красивого и интересного парня должно быть немного больше... индивидуальности. Отмахнувшись от этих мыслей, Коюки оглядела коридор и увидела, что он значительно опустел, а последние ученики бросились бежать, чтобы успеть в класс до звонка.

Они были почти что наедине, и любой другой прохожий не обратил бы внимания на двух первокурсников, болтающих в коридоре.

Араканэ нервно облизнула губы и поморщилась от терпкого привкуса помады, которой воспользовалась сегодня утром. Она неуверенно переступила с ноги на ногу, подозрительно глядя на одноклассника из-под ресниц.

— Что такое? — резко спросила Коюки, понизив голос.

— Это правда, что твоя мать была злодейкой? — спросил он.

Араканэ отпрянула в замешательстве, её глаза округлились от унижения и стыда.

— Как ты смеешь?! — в ярости закричала она, и её голос эхом разнёсся по коридору и донёсся до соседних аудиторий. А потом Араканэ презрительно усмехнулась однокласснику в лицо, качая головой и глядя на него свысока. — Боже, яблоко действительно упало недалеко от яблони, не так ли? Выглядишь как он, так ещё и ведёшь себя как он, да?

Тодороки Шото не нуждался в дополнительных подсказках, чтобы понять, о ком она говорит. Сжав кулаки, он сделал глубокий вдох, чтобы справиться со своей всепоглощающей кипящей яростью. Араканэ Коюки снова усмехнулась, недоверчиво покачав головой, и зашагала прочь. Когда она вошла в класс, все взгляды устремились на неё.

Все наблюдали за тем, как явно чем-то разозлённая Араканэ плюхнулась за парту, бросив тяжёлую сумку на пол. Вскоре после неё появился Тодороки, и они с Коюки одарили друг друга мрачными взглядами, после чего Шото ушёл в другой конец класса. Атмосфера накалилась. В противоположных концах комнаты столкнулись два противоположных характера.

Айзава это заметил сразу, как зашёл, и на секунду задержал взгляд на этой парочке. Тодороки украдкой бросал злобные взгляды на спину Араканэ, но в его глазах было что-то такое, что заставило Шоту задуматься.

«Он знает», — понял Айзава.

А Коюки в свою очередь сверлила стену перед собой взглядом и теребила кольца на правой руке, пытаясь сдержать свой гнев.

Что-то произошло, и Айзава мог только предложить, как дурные настроения его учеников связаны. Похоже, их одноклассники тоже это заметили, даже Бакуго выглядел немного сбитым с толку. Шота велел классу открыть тетради и начать с первой страницы с практическими заданиями.

Араканэ опустила голову и нахмурилась, чувствуя, как в её спине прожигают дыры. Она стиснула зубы.

— Я ЗДЕ-Е-ЕСЬ! И Я ВХОЖУ ЧЕРЕЗ ДВЕРЬ, КАК НОРМАЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК!

Араканэ взглянула на безумного блондина из-под ресниц и нахмурилась. Он был просто огромен и занимал весь дверной проём, и Коюки только сейчас поняла, насколько же большие у него габариты. Араканэ была немного разочарована, узнав, что он не серьёзен, — по его речи этого было не понять.

Всемогущий с важным видом прошёл по классу, пока остальные подростки восхищались кумиром всего мира. Мужчина наконец остановился перед трибуной, и деревянная конструкция полностью скрылась за его внушительной фигурой. Он упёр руки в бока и резко начал смеяться. Коюки вздрогнула от неожиданности. Громкий звук эхом разнёсся по коридору и зазвенел у неё в голове.

— Сегодня начинается ваш путь к званию Героя, — громко заявил Всемогущий. — И начнём сразу с этого! Испытание битвой! Сегодня вы встретитесь лицом к лицу друг с другом!

Класс разразился одобрительными возгласами.

— В таких нарядах вам, ребята, даже начать-то сложно. Возьмите вот это, — сказал Всемогущий, взяв небольшой пульт и нажав на кнопку. Часть стены сдвинулась, открыв взорам школьников полку, заставленную различными коробками. — Ваши геройские костюмы. Наша команда поддержки создала их на основе тех документов, что вы отправляли при поступлении в UA.

Дети зааплодировали громче, и даже Араканэ выпрямилась от нарастающего волнения. Битва, костюмы... Для всех в школе это было сбывшейся мечтой.

Это то, за что они так упорно боролись. Всемогущий ушёл, и все студенты поспешили забрать свои чемоданы. Араканэ и Урарака в раздевалку пошли под руки и по пути оживлённо болтали.

Девочки переодевались рядом, помогая друг другу застёгивать молнии и демонстрируя свои предметы поддержки. Коюки первая закончила надевать свой костюм. Очако завизжала, подпрыгивая на месте и возбуждённо хлопая в ладоши.

— О, боже мой! Покрутись, дай мне всё увидеть! — потребовала шатенка, делая вращательное движение указательным пальцем.

Закатив глаза, Араканэ развела руки в стороны и покрутилась, как её и просили.

— Это так мило! Какой металл ты использовала? — спросила Урарака.

— Смесь, — неопределённо ответила Коюки, пожимая плечами и поправляя рукава. — Это что... весь твой костюм? Они что, забыли какие-то детали?

— О нет, — усмехнулась Урарака, взглянув на свои босые ноги. — Я ещё не закончила его надевать. Я просто слишком разволновалась, представляя, как выглядит твой костюм; мне просто нужно было это знать.

— Что ж, я надеюсь, это именно то, о чём ты мечтала, — с сарказмом фыркнула Араканэ.

— Думаю, здесь чего-то не хватает. Пока не понимаю, чего именно, но точно чего-то. Ты разберёшься, Ара-чан, — сказала Очако и подняла большие пальцы вверх в знак поддержки.

Араканэ усмехнулась, добродушно покачав головой. Девочки запихнули свои пустые сумки и форму в шкафчик и направились к выходу вместе с классом. Они спустились на площадку Бета, прошли по затенённому туннелю и вышли на яркое весеннее солнце.

Коюки прищурилась от слепящего света и поморщилась, когда у неё разболелась голова.

— Говорят, одежда создаёт героя, — Всемогущий с гордостью улыбнулся школьникам в геройских костюмах и, словно дедушка, восхищающийся своими внуками, воскликнул: — Вы все такие крутые!

Аракане не смогла удержаться, чтобы не фыркнуть. Её ожидания относительно профессионального героя номер один в Японии, а возможно, и во всем мире, оправдывались быстрее, чем она пыталась их восстановить. Он был шумным, выглядел устрашающе, каким угодно, только не серьёзным.