Ради дорогих людей (джен)

Шум битвы эхом отдавался в ушах, даже специальные заглушки и наушники железного костюма не могли его скрыть, и Тони оставалось лишь игнорировать посторонние звуки и концентрироваться на голосах товарищей. Он не представлял, как трудно сейчас Питеру, с каким грохотом этот ребёнок борется и ещё умудряется коммуницировать со всеми ними. Паучка хотелось спрятать где-нибудь в бомбоубежище, отправить как можно дальше, на другой материк, другую планету, в другой мир… лишь бы он не был не здесь, лишь бы не участвовал снова в сражении с Таносом.

Старк уже терял сына. Пять мучительных лет тянулись ужасно долго, Тони казалось, что с каждым днём в нём умирал какой-то кусочек, и он удивлялся, как ещё может быть жив. Все вкусы, звуки и краски вновь наполнили его жизнь в тот момент, когда он осознал, что у них получилось: они вернули всех, кого Танос у них отнял. Но всего несколько минут спустя пришла расплата за вмешательство в ход судьбы их мира: новый воинственный титан, другой Танос развязал огромное сражение. И Старк снова боялся потерять Питера, потому что Паучку пришлось вновь участвовать в этой войне.

Тони периодически поглядывал на координаты ребёнка, проверяя, не влип ли он в слишком сильные проблемы, и всё пытался вырваться к нему, но никак не выходило. Старка это раздражало, бесило, ведь он не мог даже защитить сына, мог лишь следить за ним.

И в конце концов увидел, подлетая, как одна из тварей Таноса отшвырнула Паркера с такой силой, что он пробил какую-то уже полуразрушенную постройку насквозь и выпал за ней на землю. И не встал.

У Тони на минуту закружилась голова, а сердце забилось так сильно, что ему казалось, будто он его сейчас выплюнет. В голове крутилась лишь одна мысль: «Не уберёг». Она с болью долбилась в висках, пока Старк, приземлившись, смотрел на Паучка, распластавшегося на земле. Он слабо дышал и был без сознания, и его показатели стремительно падали, а Тони… Тони не мог ничего сделать, сколько бы ни пытался, какие бы протоколы костюма Человека-Паука ни активировал. Питер никак не приходил в себя…

Стрэндж, неподалёку раздававший магических тумаков солдатам Таноса, почувствовал, что что-то не так, и обернулся. Он увидел, как Старк, сидя на коленях, прижимал к себе Паркера и баюкал его, уткнувшись лбом в макушку мальчика. Стивен не мог понять, но мог представить, какую боль испытывал Энтони, и чувствовал, что Железный Человек вот-вот повредится в уме от горя. Стрэндж и сам ощутил, как сжимается его сердце, ведь Паучок чужим ему не был.

Возможно, он поступал безрассудно, наверное, ужасно глупо, но бывший Верховный маг дал сигнал нынешнему, и тот занял его место на поле брани, а сам Стивен в несколько секунд преодолел расстояние до несчастных отца и сына.

Тони рыдал, шепча что-то нечленораздельное и неразборчивое, и всё продолжал баюкать мальчика. О том, насколько уже повредился в уме Старк, он подумает позже, сейчас Стрэндж должен был помочь Питеру. Маг резко вырвал его из рук Тони и приложил свои руки к голове Паучка. Сам Старк тихо всхлипнул, но не пытался хоть что-то сделать, то ли доверяя колдуну, то ли не совсем осознавая происходящее. Губы мага остервенело смыкались и размыкались, шёпот исцеляющего заклинания становился похож на сплошной звук, а руки дрожали. Сейчас, прямо сейчас для него была важна одна конкретная жизнь.

Питер закашлялся, сделал судорожный вдох и открыл глаза, сразу щурясь от светивших на него сквозь облака пыли лучей солнца.

— Сынок? — осторожно спросил Тони, принимая ребёнка из рук Стрэнджа, обнимая, прижимая к себе. Ещё не веря, но всё же надеясь.

— Привет, — слабо улыбнулся Паучок и кашлянул. Ему ещё трудно было держать голову ровно, и он прижался лбом к груди отца.

Стивен плюхнулся на землю, кладя руки на колени. Шум битвы приглушился, в правом виске покалывало, а в носу было слишком мокро. Маг вытер струйку над губой и понял, что от напряжения у него пошла кровь. Перед глазами всё ещё стояла картина Тони, баюкающего Питера, и безжизненного лица ребёнка. Но вот они — оба живы, хоть и не невредимы. Теперь надо было передохнуть, всего минутку, и возвращаться к спасению других жизней.

— Спасибо, — сказал Старк тихо, явно не контролируя свой голос. Его руки судорожно сжимали голову и плечи сына.

Где-то в голове Стрэнджа раздавались отголоски рёва Питера, умоляющего Тони не покидать его, не умирать, и слабо мерцал вид Железного Человека с обугленной правой стороной тела — будущее, которое их ждало. Будущее, которое Стивена совершенно не устраивало.

— Давай избавимся от Таноса так, чтобы больше никто не умер, — сказал маг, решительно вставая.

Придётся потрудиться, чтобы сохранить жизнь Старку и избавиться от титана раз и навсегда. Но, раз теперь Вонг занял его место на поле боя, у Стрэнджа появился шанс для манёвра. И он собирался им воспользоваться.

— Я с вами, — тихо заявил Паучок, уже вставая на ноги, пользуясь поддержкой отца.

— Не отходи от меня, — попросил тот, зная, что ребёнка остановить не сможет, да и негде его сейчас оставить — безопасных мест не существовало.

— Мы победим и останемся живы, — уверенно сказал Стивен. — Я не позволю вам умереть.