Terra Nullius (Ничья земля) (джен)

* * *

Шел 2146 год.

Мир был сломан и ржавчина из его покореженного остова давно превратилась в пыль и заполнила собой небеса, окрасив все в рыжевато-бурые оттенки.

Этот мир больше не помнил иных красок — больше не было синевы небес и морей, зелени озер и лесов, пёстрой россыпи цветов на клумбах — да что там, теперь не было даже живых изгородей и опостылевших газонов. И даже темный бархат космоса с яркими бриллиантовыми звёздами не укрывал его ночами, а Луна не озаряла его своим призрачным сиянием — ведь призраки удел живых и мертвых, а не разлагающихся.

И пусть мир позабыл — люди продолжали помнить. Они уже давно забыли запах, они забыли вкус — но именно память о цвете продержалась дольше всех. Впрочем, даже надежда может угаснуть, и даже цвет постепенно ушел из домов и одежд, и теперь лишь неоновые огни улиц пытались заглушить ржавеющий мир яркими красками, как когда-то гниющую рану заливали зеленкой в надежде на чудо.

Гарри Поттер никогда не думал, что доживёт до Конца Света, пусть его так и не называли официально. Впрочем, неудивительно — он никогда особо не задумывался о будущем, тем более своём.

В далёком 1997 году, в свои семнадцать лет Гарри Джеймс Поттер смирился со своей смертью — или "встретил Смерть как старого друга", как выразился бард Бидль о его далёком предке — а после выбрал вернутся. Не то чтобы уже тогда не понимал всех ужасов жизни, или не страшился боя с Волдемортом и Пожирателями — просто Дамблдор заверил его, что так будет лучше.

Меньше семей будут разрушено, меньше судеб разбито.

Ну что ж , даже спустя многие годы он не мог ни подтвердить, не опровергнуть эти слова — история не знает сослагательного наклонения. Гарри лишь задавался вопросом, почему именно он из всех возможных вариантов был для Дамблдора самой приемлемой жертвой.

Иногда Гарри на полном серьёзе считал себя проклятым, обреченным наблюдать, как умирают его близкие люди.

Пусть большинство подкосила старость и болезни, именно убийство его последней, дорогой и любимой правнучки Оливии в месте с ее дочерью Лили и мужем Саймоном стало последней каплей. И сделало то, что никто и ничто не смогли сделать ранее — убили в нем истинного гриффиндорца, за которым когда-то так убивалась Макгонагалл. Отставной Глава Аврората, бывший Министр Магии и Профессор ЗОТИ тогда плюнул на закон, долг, честь, мораль и все прочее, и отправился мстить. Ему было глубоко плевать на то, что террористы, взорвавшие самолёт с его последними оставшимися родными, тоже были живыми и тоже имели свои права, родных и близких — он пришел и вырвал этот сорняк с корнем, да так, что даже давно покойная Беллатрикс залилась бы восторженным смехом.

Впрочем, у Гарри хватило гриффиндорства чтобы сдаться. Вот только в Визенгамоте на него посмотрели, подумали, "учли все факты" и присудили всего три года условно — стариком он был уважаемым, да и маглолюбством в двадцать втором веке не страдали от слова совсем, а соблюдением Статута он по старой вбитой привычке озаботился сам.

Уже после, потерявший всякий смысл к существованию и гонимый ожившим ажиотажем вокруг его персоны Гарри несколько раз целенаправленно пытался свести счёты с жизнью — и не помогли даже прыжки с небоскреба, Адское Пламя лишь сжигало одежду и даже Арка Смерти просто не пускала его дальше.

И вот тогда он осознал весь ужас своего давнего выбора. И всю чудовищность своего знаменитого "везения".

Он, сам того не желая, добился цели Волдеморта и стал Повелителем Смерти.

Как итог, Гарри больше не смог оставаться среди волшебников и сбежал к маглам. И пусть он никогда не согласиться с Волдемортом, но с годами даже он пришел к выводу, что Гриндевальд был прав — они все недооценили опасность маглов. Ни один даже самый темный волшебник не стал бы уничтожать их планету, как это сделали маглы всего за два века. В Британии, под Куполом из технологий и магии, Гарри просто не мог оценить всю степень наступающего кошмара — и теперь, дыша через маску в Чикаго, он прекрасно понимал, почему волшебники вымирают.

Временами он думал о том, не это ли убило его близких?

Временами он думал, что спустя ещё один век не останется ли он единственным волшебником?

Временами он думал, не останется ли он вообще последним человеком?

Его размеренная-не-жизнь-обыденное-существование закончилось в 2143 году. С ним связались с Управления по контролю за населением и объявили о наличии дочери. Оказалось, что её мать умерла от рака лёгких — одной из самых частых смертей в двадцать втором веке — так что в Управлении по анализу ДНК разыскали отца и предложили забрать ребенка.

Гарри не первый год жил среди маглов и прекрасно понимал почему они так поступили — для него выбить более-менее "тёплое" местечко в умирающем мире особого труда не составило, и теперь Управление аккуратно прощупывало почву на предмет получения взятки: согласно Закону о народонаселении, одиночное родительство не поощрялось и обходилось очень дорого. Конечно, ничто не мешало ему отказаться от ребенка, и тогда бы девочку отправили в детдом. Он также мог согласится на признание отцовства — и тогда был обязан оплатить штраф, не считая дальнейшего оформления документов и обустройства ребенка на новом месте. Был и третий, неофициальный, вариант — он мог доплатить кругленькую суму и от этой "досадной оплошности" в его личном деле не осталось бы и следа, а ребенка признали бы круглой сиротой — и именно этот вариант частенько выбирали такие "богатенькие" как он.

Поначалу он во все это не поверил, перебрав в голове все варианты от "кто-то пошутил" и "развод на деньги" до "что задумали эти маглы?", вот только фото трехлетней малышки по имени Кейтлин не оставило ему выбора — не смотря на явную британо-индийскую внешность, у нее были ярко зелёные глаза Лили Эванс. В остальном же девочка походила на свою мать — Шарлоту — пусть Гарри не был особым бабником, но характерные красавицы всегда были его слабостью. Хотя наличие ребенка удивляло — ни он, ни сама Шарлота детей не хотели совершенно.

Впрочем, даже тогда он попытался увильнуть — дело было не в деньгах, он просто не выдержал бы ещё одной привязанности и потери — вот только вариантов не было. Да, у малышки обнаружилась тётка, вот только у той уже была семья и двое детей — да и отдать своего ребенка ТЁТКЕ, пусть и не Петунии... Нет, Гарри на такое пойти не мог. А детдом и подавно не был вариантом — в этом перенаселенном мире дети были совершенно никому не нужны и была слишком большая вероятность "внезапного проявления ранее не выявленной смертельной болезни".

Поначалу все было просто ужасно — документы он оформил относительно быстро, не пожалев золота, вот только Гарри просто не представлял, как подступиться к незнакомой и крайне замкнутой малышке, усилено пытаясь выскрести из памяти те времена, когда сам нянчился с детьми да внуками.

Разительный перелом в их отношениях произошел практически через год после их первой встречи — малышка Кэт, стараясь быть максимально незаметной, слеветировала с верхней полки планшет — и Гарри осознал, что его дочь родилась волшебницей. Дело закончилось истерикой — оказалось, что малышка магичит не в первый раз, вот только мать успела засращять ту до икоты. И Гарри как бы и понимал Шарлоту, которая была магелкой и совершенно не понимала что происходит, но это не мешало ему прийти в ярость и ужас — за свою аврорскую карьеру он навидался абскуров.

А ещё он наконец признал один неприглядный факт — он не мог оставить ее в мире, где волшебные существа да растения сохранились в крошечных заповедниках, а от волшебников осталась лишь горстка.

Нужно было бежать.

И бежать, в принципе, было куда.

Насколько он знал, открытие портала во времени и создание колонии "Терра Нова" волшебники восприняли.. да никак, собственно. Мнения варьировались от "маглы выдумывают" до "эти маглы доиграются". Да что говорить, он сам прекрасно осознавал, насколько опасны игры со временем — вот только портал действовал уже ДВА ГОДА. И люди продолжали жить, а динозавры не бегали по улицам.

Так что он предпочел бы рискнуть и поверить, что там не просто очередная Терра Инкогнито, а истинная Терра Нова.

И Гарри принялся готовится.

Он безжалостно выгреб свое Хранилище, тратя накопленные семьёй богатства. Увы, когда-то простые и дешёвые ингредиенты ныне стоили баснословных денег — а ведь просто ингредиентов мало, они когда-нибудь закончатся, потому пришлось забуриться в артефакторику, придумывая переносные фермы и хранилища. Плюс, нужно было поискать достоверную информацию о Терра Нове — как туда попасть, как работает эта Лотерея и что туда вообще отправляют. Ну а ещё нужно было править свой возраст — по магловским документам ему уже исполнилось шестьдесят, и пусть его ещё можно было принять моложавого старичка, лет через десять у окружающих могут возникнуть вопросы — ну не может семидесятилетний дед выглядеть лет на пятьдесят!

Как не странно, у продавцов-волшебников вопросов не возникло — сейчас много кто готовился к Концу Света. Их даже имя "Гарри Поттер" не смутило — Гарри когда-то сам охренел, впервые побрившись и сменив одежду на современную — больше пятидесяти-шестидесяти лет ему не давали даже среди волшебников, а среди загибаюшихся маглов он иной раз выглядел моложе тридцатилетних!

Ну это все лирика — на подготовку к отправлению в Терра Нову он потратил еще два года, успев также наладить контакт с дочерью.

И вот — наступил 2146 год и Седьмое Паломничество.

Последний рубеж, который необходимо было перейти.

* * *

"Начинается последняя проверка!" — известил женский голос по громкоговорителю. " Пожалуйста, немедленно пройдите на Отправную Платформу!"

Гарри только вздохнул и поправил лямку тяжёлого рюкзака — давно пора! Он и сам никогда не любил толпы, а добираться сюда с маленьким ребенком из-за всех проверок пришлось уже третий час, что было ещё тем издевательством. Впрочем, малышка Кет не жаловалась, а только сильнее вцепилась ему в руку — и вспоминая троих его старших детей, она казалась образцовым послушным ребенком. Вот только самого Гарри эта "идеальность" бесила — ну не должны дети безропотно переносить дорогу, даже ни разу не отпросившись в туалет.

Впрочем, основные проверки уже пройдены и осталось совсем чуть-чуть.

"Пожалуйста, снимите респираторы и выбросите их в контейнеры! Они вам больше не понадобятся!" — продолжал вешать холодный женский голос.

Гарри поморщился, но приказ пришлось выполнить — у него не было ни малейшего желания, чтобы его дочка лишний раз дышала тем, что здесь называли воздухом.

"Ваш организм не привык к атмосфере, богатой кислородом! Пожалуйста, делайте короткие, ровные вдохи! Вам будет оказана медицинская помощь!"

— Котенок, — он чуть сильнее сжимает крошечную детскую ладошку, привлекая внимания, и чуть наклоняется к дочери, — помнишь, как мы тренировались правильно дышать? — услышав это кто-то из перед идущих презрительно хмыкает, но Гарри плевать — уже давным давно прошли те времена, когда общественное мнение хоть что-то для него значило.

"Во время перемещения возможно нарушение координации! Ваши глаза не привыкли к яркому солнечному свету! Медики готовы предоставить всю необходимую помощь!"

— Да, папочка, — практически шепчет Кет, ещё сильнее цепляясь за него.

— Молодец, — он пытается ободряюще улыбнуться. — Не бойся.

Ну что ж, вот он — судный миг. И пусть его назовут трусом, проводить ребенка через сияющий портал, напоминающий заряженный молнией Омут Памяти, было чертовски страшно.

* * *