Путь искупления (джен)

Василиса открыла глаза — старая комната, окно закрывала штора, из-под которой так упрямо пробивался солнечный лучик.

— Неужели всё это было сном? — спросила себя девушка и тут же удивилась своему неестественно высокому тембру голоса. — Мам!

Василиса ринулась к двери, которая вела в длинный тёмный коридор. Резкий запах больницы, Тасиных приторных духов и букета лилий ударил в нос. Девушка закрыла дверь и огляделась — комната как комната, всё тот же стол, шкаф, стены, кровать... всё это казалось неправильным. Все вещи в помещении были зеркально расставлены, не так, как в настоящей комнате Василисы.

Паника нарастала, а вместе с ней безысходность. Чернова отодвинула штору, ожидая застать осенний двор, только что убранный от листьев Александром и Светланой, но вместо этого Василисе открылся вид на часовню из белого камня, подле которой порхали светлые пташки. Вася без раздумий дёрнула оконную ручку, но ничего не произошло. "Придётся идти по коридору" — пронеслись мысли в голове Васи.

Коридор всё так же не внушал доверия. Переборов страх, Василиса сделала шаг в неизвестность. Холод пробежал по её спине, руки тряслись, ноги становились ватными. Наконец, послышался громкий хлопок — дверь в комнату закрылась и медленно начала растворяться.

Василиса тут же побежала обратно, но коридор стал удлиняться, словно не хотел, чтобы девушка вернулась. Вдалеке послышался чей-то скрежет когтей, позади — вой. Васю сковал липкий страх. Что-то тёплое схватило обледеневшую руку девушки и моментально согрело нутро. Василиса невольно зажмурилась.

В чувство Василиса пришла лишь на улице. Яркое солнце; задумчивые облака проплывали мимо; прозрачно-белые деревья, с которых свисали переливчатые алмазы и сапфиры; часовня, показывающая полдень, и пожухлая желтоватая земля. Всё происходящее напоминало весну, что только что наступила после суровой и жестокой старушки-зимы. Огромное сооружение манило и искушало войти в него. Будь у Василисы инстинкт самосохранения, она бы даже не подумала войти туда, но даже в такой непонятной ситуации Василиса остаётся Василисой. Огромная дубовая дверь выделялась на фоне белоснежного камня. Толкнув её, Василиса попала в просторное помещение со скамейками и алтарём. Всё вокруг было украшено изобилием белого золота и серебра.

— Ты одна? — послышался звонкий голос за спиной девушки.

— Ч-что? — переспросила она и повернулась к собеседнику. Лишь белые нити, скомканные в клубок были за Василисой. — К-кто тут?

— Странная ты какая-то... Может ты тут по ошибке? — издался голос из клубка.

— Да! По ошибке! Это всего лишь сон! Я сейчас проснусь, я уверена!

— Нет, не по ошибке, — прозвучал чей-то женский властный голос. Светлая фигура, которую видела Василиса на складе, начала приобретать форму молодой красавицы с венком из золотых колосьев, в длинном белоснежном платье.

Василиса принялась разглядывать девушку — золотистые кудри ниже плеч, бирюзовыми глазами и веснушками, алые губки, аккуратненький носик и пухленькие щёчки дополняли лицо ангела.

Девушка поглядела на Василису, а после вонзила свою бледную руку в плоть Васи и вырвала сердце. На удивление, Чернова не почувствовала боли, но испугалась не на шутку.

— Ч-что вы д-делаете?

— Я рада, что ты обращаешься ко мне на «Вы». Значит, ты не до конца потеряна.

— О чём вы?

Ангел не ответила. Она медленно прошла к алтарю и положила сердце на престол. Оно всё ещё билось. Немой вопрос «Почему?» повис в оглушительной тишине. Девушка что-то бормотала себе под нос, жмуря свои бездонные глаза. Василиса не решалась перебивать её.

— Жди её на улице. Она скоро выйдет, — велел клубок, и тут же, словно по волшебству, в спину Василисы подул ветер.

Шли часы, редкие лучики солнца пробивались сквозь плотные облака, пока часы всё так же показывали полдень.

Каждая минута пребывания в этом мире сводила с ума. Хотелось вернуться к семье, друзьям, к кому угодно! Лишь бы не быть одной. Давний страх Василисы — одиночество. Это наказание за все её деяния? Что это за место? Это и есть мир после смерти? А может, это глубокий сон или кома? Сейчас прозвучит будильник, и Василиса проснётся. Сон ведь идёт всего лишь десять минут?

— Добрый день, — поздоровалась тёмная фигура, возникшая из ниоткуда.

Василиса ответила холодным молчанием.

— Ясно, ждём её.

— Кого? — искренне не поняла Василиса.

— Ту, что затмевает солнце и природу, ту, что не соврёт и не утаит от тебя ничего.

— Вы про ту девушку?

— Девушка. Ты видишь её девушкой, а кто-то скажет, что она — прекрасный принц, кто-то назовёт её зверем грозным или созданием Божьим.

— Проводник, я вернулась, — сообщила девушка-ангел. — Обряд прошёл довольно трудно. Всё-таки, мы переборщили в тот раз с омрачением.

— Проводник, нам следует оповестить эту душу об этом мире. Она чувствует тревогу.

— Пилигрим, как ты думаешь, что это за место? — обратилась тёмная, бесформенная фигура.

— Это всего лишь мой сон. Я сейчас проснусь, — сказала Василиса и истерично рассмеялась.

— Ты умерла, — спокойно ответила девушка. — А это — загробный мир. Тут ты забываешь своё прошлое, создаёшь новую себя. Чтобы ритуал перерождения получился, мы — два Проводника, помогаем тебе сотворить себя с нуля. Я вырвала твоё сердце. Ты видела, что оно билось, и наверняка задаёшься вопросом, как? Отвечу, сердце человека угасает лишь в том мире, но тут оно бьётся изо дня в день. Даже когда ты не являешься умершем. Так для чего я его вырвала? Что же, сейчас оно полностью очищено и ждёт, когда ты впустишь его в себя. Так оно заполнится твоими предпочтениями, характером.

— Как душа? — боязливо спросила Вася.

— Можно и так сказать. Душа и сердце связаны. Душа живёт в сердце, а сердце до последнего бьётся ради души.

— Мы ушли от темы, — напомнила расплывчатая фигура.

— Ах, да. Пилигрим, что бы ты сумел переродиться, тебе предстоит пробыть тут ещё несколько лет.

— Ч-чего? — с ужасом воскликнула Василиса.

— Не пугайся, это ни к чему, — отрезала девушка и медленно, вальяжно пошла прочь от часовни.

С каждым шагом лес густел. Первое впечатление, что в прозрачном лесу невозможно заблудиться, начало быстро таять. Идеальная тишина, которую не хотелось нарушать, стремительно скрылась после оглушительно громкого крика Василисы.

— Ну что у тебя случилось? — с недовольством поинтересовалась расплывчатая фигура.

— Змея!

— Твоя копия, и?

— Проводник, не так грубо! — вмешалась ангел и наклонилась, чтобы подобрать змею. — Эти звери — олицетворение твоей сущности при жизни. Хрустальный лес полон змей.

— То есть, при жизни я была какой-то гадюкой? — с отвращением спросила Вася.

— Ну почему же ты говоришь с таким отвращением? Змеи не только предстают перед людьми как символ зла, но и мудрости, — пожала своими хрупкими плечиками дева и продолжила путь.

Вскоре Хрустальный лес закончился берегом небольшого прозрачного озера, над которым расстилалось звёздное небо. Края озера были оплавлены словно стекло. От берега в глубину озера вела мраморная лестница, исчезающая в темной пучине. Сам омут был затоплен водой, в которой виднелись кровожадные пираньи.

Василиса начала озираться. Неужели ей придётся плыть с пираньями? На немой вопрос последовал ответ от девушки:

— Мы прошли Хрустальный лес, а сейчас нам предстоит пройти Глубины. Ты будешь идти впереди, а мы за тобой, по этому слушай внимательно: молчи, даже если твой разум начнёт мутнеть, иначе ты обратишься в пиранью на сотню лет; не беспокойся по поводу жидкости, когда ты будешь спускаться, то уровень воды будет тебе по пояс; и ни в коем случае не пытайся подняться наверх, ибо станешь едой для рыб хищных, и перестанет стучать твоё сердечко, а мы с Проводником исчезнем в пучине бескрайней тишины и одиночества.

Василиса кивнула. Ужасающая ответственность, которую ранее пыталась избежать Василиса, настигла её. Теперь на кону этого похода было существование Проводников и её самой.

Синее небо, на котором блистали звёзды, проважало Василису. Девушка молча стала спускаться по лестнице. Как и говорила Проводник, ледяная вода оставалась по пояс. Спутники медленно шагали вслед за Васей.

Последний свет, который приносили звёзды, стал угасать. Пираньи то и дело прижимались к Васиным ногам, из-за чего в голове всплывали самые страшные моменты из жизни. Вот, Василиса стоит на крыше с Катей и прячется от Тимофея; вот, она приходит в сознание в подвале, где её скоро убьют...

Казалось, что озеро не имеет дна, когда на одном из уровней возникла огромная дверь. Василиса обернулась и посмотрела на Проводников. Те кивнули. Огромная дверь с лёгкостью отворилась. Перед Василисой открылся вид на длинный зал, обвешенный золотыми зеркалами. Фигура закрыла дверь и оповестила:

— Пылающий зал. Тут ты узришь, как изменились судьбы всего твоего окружения, благодаря тебе.

— Проводник, почему этот зал называют "Пылающим"?

— В основном, человек приносит разрушения в жизни других, поэтому зал и называют "Пылающим", — ответила фигура и подвела Пилигрима к зеркалу. Вместо Василисы в отражении была Алёна. На вид ей было около двадцати пяти лет, ярко-розовый цвет волос сменился на классический чёрный, на лице читалась лёгкая усталость, а у ног стояли двое детей-погодок.

— Выпей, — велела девушка, протягивая взятый из неоткуда стакан с водой. Василиса покорно осушила чашу.

Всё вокруг поплыло. Перед глазами Василисы начала прорисовываться картина, как шестнадцатилетняя Алёна сидит в электричке и говорит по телефону и рыдает. Потом картина сменилась. Селезнёва подрабатывала официанкой в кафе, а потом, когда посетители ушли, вымывала полы и посуду. Вскоре картина вновь вернулась в электричку, только Алёна выглядела куда радостнее, чем в предыдущей сцене. Она вышла на перон, откуда её встречали Тася и Оксана. Они громко смеялись, дурачились и пели песни. Картина резко поменялась на склад, где была убита Вася. Три девушки окружили Василису, словно голодные волки добычу. Василиса зажмурилась, так как не хотела смотреть на свою смерть.

— Мама! — закричала Селезнёва. Василиса открыла один глаз и обнаружила, как худощавая и бледная Дарья Максимовна обнимала пропавшую дочь.

— Что случилось? — промолвила женщина.

— Это страшная история, о которой не хочется вспоминать, но могу сказать лишь то, что мой похититель совершил самосуд и отпустил меня.

Василиса смотрела на обнимающихся. Как Алёна могла так бессовестно наврать? Этот ангел, которого все так любили в посёлке...

— Твоя бывшая подруга Алёна Селезнёва. Она вернулась к матери, доучилась в школе, встретила своего будущего мужа и родила двоих детей-погодок. Смерть настигнет её в старости, — проговорила фигура. — По моему это не самый худший вариант.