Миньоны (джен)

В подвале дома Грю стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь редкими всхлипами. На полу, среди разбросанных коробок с оружием и пустой банановой кожуры, лежала смятая записка. Кевин медленно, словно священную реликвию, поднял её и в сотый раз прочитал единственную строчку, выведенную знакомым почерком: «Простите. Я должен сделать это один. Не ищите меня».

Боб уткнулся лицом в колени и тихо повторял:

— Босс ушёл…

Все попытки позвонить, отследить ракету или найти подсказки упёрлись в безнадёжный тупик. Грю исчез бесследно, словно испарился.

Кевин выпрямился. В его глазах загорелась решимость, сменившая отчаяние. Он энергично вытер слёзы и обернулся к толпе потерянных жёлтых лиц.

— Босса нет! — прозвучал его твёрдый возглас. — Но нам нужен новый босс! Задача ясна: найти самого-самого достойного, самого сильного, самого… эпического хозяина в мире! И мы не вернёмся, пока не найдём!

Тяжёлая пауза повисла в воздухе. Сотни пар глаз смотрели на Кевина с надеждой и страхом. И в этот самый момент тишину нарушил громкий, натужный звук: «Бр-р-рымп!»

Все, как один, повернули головы. На старом ящике с гранатами сидел Майк, смущённо потирая живот. Он только что съел «на нервной почве» последний припрятанный банан, и теперь его пищеварительная система высказалась по поводу ситуации со всей прямотой.

— Упс… — виновато пробормотал он, и его огромные глаза за стёклами очков стали ещё больше.

Сначала все замерли. Потом кто-то тихо фыркнул. Ещё через секунду Боб, всё ещё с мокрыми от слёз щеками, издал нечто среднее между всхлипом и хихиканьем. И вот уже весь подвал содрогался не от рыданий, а от смеха — нервного, исцеляющего, снимающего напряжение. Даже суровый Кевин не смог сдержать улыбку.

Майк, видя, что его «вклад» оценили, важно встал и отсалютовал. Хаос был их стихией, а смех — топливом. И это напомнило им всем самое главное: что бы ни случилось, они остаются миньонами.

Так, под звуки отступающей грусти и нарастающей решимости, началась их Великая Охота.

В это время Эдит, Марго, Агнес и Люси сидели за столом и ужинали. — Мама, когда Грю вернётся? — спросила Эдит у Люси. — Скоро, детка, — ответила Люси. Эдит улыбнулась. * * *

— Девочки, пора ложиться спать, чистите зубки и в кровать, — приказала Люси. Девочки поблагодарили её за ужин, послушно встали и отправились в ванную комнату. Закончив чистить зубы, они отправились спать. — Девочки, спокойной ночи, — сказала Люси, войдя в их комнату. — Почитай нам сказку, пожалуйста, — попросила Агнес, протягивая Люси книжку. — Хорошо, — ответила Люси, взяла книгу в руки и начала читать: — Жила-была девочка, звали её Рапунцель, у неё были очень длинные волосы. Они были волшебными и могли исцелять любые раны. Однажды злая мачеха похитила девочку и заперла её в замке. Шли годы, девочка выросла и превратилась в настоящую красавицу. Люси увидела, что девочки уснули. Она убрала книгу, встала и вышла из комнаты. Посидев немного и посмотрев телевизор, тоже ушла спать.

* * *

Утром Кевин с миньонами отправились на поиски нового хозяина.

— Мои собратья, мы обязательно найдём нового хозяина, я вам обещаю! А теперь вперёд! — закричал Кевин.

— Да-да-да! — послышались крики миньонов.

— Вперёд, на поиски! — закричал Кевин, махнув рукой, и побежал. Следом за ним побежали и другие миньоны.

В это время Грю сидел и думал о своей семье, о своих верных товарищах-миньонах. Как он мог их бросить? Эти мысли не давали ему покоя. Вернуться он тоже не мог, ведь все близкие, которые были ему дороги, были в опасности из-за него. Он долго сидел и думал, но, ничего не придумав, встал и пошёл дальше.

* * *

Несколько дней скитаний привели отряд Кевина на окраину большого холодного города из стекла и стали. Именно там, на глянцевой вывеске научного конгломерата «Вектор Био», они увидели символ: две сплетённые нити ДНК, увенчанные короной. Для миньонов, чьи большие глаза всегда искали знак могущества, это выглядело как самый главный и умный знак на свете.

— Смотрите-смотрите! — запищал Боб, тыча пальцем. — Коронованная закорючка! Это значит, тут живёт главный закорючник! Самый умный хозяин!

— Умный хозяин — хороший хозяин! — хором загудели миньоны.

— Да-да-да! — решительно кивнул Кевин, ощущая ответственность. — Мы нашли его! Вперёд, за новым боссом!

Пробравшись через систему вентиляции, их излюбленный путь, миньоны оказались в стерильной бесшумной лаборатории. В воздухе пахло озоном и чистотой. За прозрачной стеной в окружении мерцающих экранов стоял человек в белом халате — доктор Альберт Адамсон. Его лицо было аскетичным, глаза за очками смотрели на мир как на набор генетических последовательностей, ожидающих улучшения.

Увидев внезапно высыпавших из решётки вентиляции жёлтых существ, он не испугался. Лишь его бровь дёрнулась вверх, а в глазах вспыхнул холодный расчётливый интерес.

— Любопытно, — произнёс он тихим, ровным голосом. — Незарегистрированный биовид. Самоорганизующийся роевой интеллект. Совершенно уникальный образец.

Кевин, расправив плечи, выступил вперёд и произнёс свою заготовленную речь, тыча себя в грудь:

— Я — Кевин! Мы — миньоны! Мы ищем босса! Ты — главная закорючка! Будешь нашим боссом? Мы будем служить! Да-да-да!

— О, несомненно, — почти беззвучно прошептал Адамсон, и уголок его губ дрогнул в подобии улыбки. — Я буду вашим… «боссом». Я дам вам цель. Вы так долго её искали.

Он плавным движением руки показал на яркую, похожую на игровую площадку, зону с горками, качелями и чашами, полными бананового пудинга.

— Отдохните. Вы заслужили. Вы нашли меня.

Миньоны с радостными воплями:

— Банана! — ринулись к угощениям, только Кевин на секунду задержался. Что-то в слишком тихом голосе и правильной улыбке нового босса заставило его жёлтое сердечко ёкнуть. Но вид ликующих собратьев, которые уже катались с горки, заглушил этот тихий сигнал.

— Спасибо, босс! — крикнул Кевин и присоединился к другим.

Доктор Адамсон наблюдал за ними, скрестив руки на груди. Его пальцы постукивали по локтю в нетерпеливом ритме.

— Идеальные субъекты, — прошептал он себе под нос. — Генетическая пластичность, высочайшая адаптивность, абсолютная лояльность к доминантной фигуре. Мои живые «кирпичики». Осталось лишь… доработать протокол.

Он медленно повернулся к главному компьютеру и запустил программу с файлом «ПРОЕКТ "КЕРАУН"». На экране возникла трёхмерная модель миньона, а вокруг неё — визуализации внедрения генов люминесцентных медуз, мышечных тканей гепарда и когнитивных имплантов.

Тем временем миньоны, объевшись пудингом, сладко спали в груде подушек, убаюканные тихим гудением машин. Они нашли самого умного хозяина на свете. Они даже не подозревали, что стали не слугами, а образцами в самой важной коллекции доктора Адамсона.

А где-то далеко, сидя у костра под холодными звёздами, Грю вдруг почувствовал острую непонятную тоску. Он посмотрел на пустое место рядом, где обычно кучкой сопели его маленькие жёлтые друзья, и сжал кулаки.

— Что же я наделал… — прошептал он в тишину ночи. Потом Грю лёг и провалился в сон. Ему снились его семья и друзья.

Утром доктор Адамсон сидел на стуле и думал:

«Теперь миньоны в моих руках, и я могу с ними делать всё, что захочу!»

Тут к нему подбежал Кевин.

— Бо-о-осс! — прокричал он.

— Что? — спросил доктор Адамсон.

— Какие у нас планы, босс?

— Пока не знаю, — ответил доктор Адамсон. — Скажи-ка мне, Кевин, кто был вашим боссом?

— Грю.

— Грю? Я его знаю!

— Вы знаете нашего босса? — удивился Кевин.

— Да, — кивнул доктор Адамсон. — Мы с ним старые знакомые.

— Понятно, — сказал Кевин и ушёл.

— Нужно послать сообщение Грю, — пробормотал доктор Адамсон. Он сел за компьютер и начал печатать:

«Если хочешь спасти своих друзей, поторопись, жду».

Закончив печатать, он встал из-за стола.

* * *

В это время Люси села за компьютер. Открыв почту, она прочитала письмо и пришла в ужас. В глазах потемнело. Сердце упало куда-то в пятки.

«Адамсон».

— МАРГО! ЭДИТ! АГНЕС! — её крик сорвался с губ раньше, чем она успела обдумать, как сказать это мягче.

Через секунду в кабинете стояли три испуганные девочки.

— Мам?

— Слушайте внимательно, — голос Люси был низким, стальным, каким он бывал только в самых критических миссиях. — Миньоны в беде. Их похитил очень плохой человек. Папа, наверное, уже в пути. Но нам тоже нельзя медлить. Всем собрать тревожные чемоданчики. И… приготовьте самое мощное своё оружие. На кону — жизнь нашей семьи.

— Это точно, — в один голос сказали девочки.

В это время Грю шёл по улице. Навстречу к нему выскочил доктор Адамсон.

— Грю, я нашёл тебя, — сказал доктор Адамсон.

— Адамсон, ты?

— Я, — ответил доктор Адамсон. — Грю, твои друзья у меня, если хочешь их спасти, тебе придётся победить меня.

— Миньоны, Кевин, Боб — мои друзья, я отомщу за вас, — сказал Грю, вытащив бластер и направив на Адамсона.

Грю выстрелил, но Адамсон успел увернуться. Адамсон вытащил оружие и выстрелил в Грю, но он тоже успел увернуться.

— Я спасу своих друзей, я отомщу тебе, — кричал Грю.

* * *

Лаборатория доктора Адамсона напоминала гибрид музея естествознания и сумасшедшего дома: повсюду мерцали экраны с биоритмами миньонов, висели схемы их «энергетических полей», а в центре, под куполом из стекла и стали, стоял главный аппарат — «Экстрактор Радости», предназначенный для выкачивания из миньонов их сущности и превращения её в источник вечной энергии.

Именно здесь их настиг Грю. Он ворвался не через дверь, а через потолок, обрушив за собой часть вентиляционной шахты в облаке пыли и решимости.

— Адамсон! Твоим экспериментам конец! — прогремел его голос, эхом отразившийся от металлических стен.

Учёный, облачённый в безупречно белый халат, обернулся. На его лице не было страха, лишь холодное, научное любопытство.

— Грю. Как предсказуемо. Ты пришёл за своими… биологическими аномалиями. Но ты опоздал. Процесс уже запущен.

Он щёлкнул переключателем. Капсулы с миньонами озарились жутким фиолетовым свечением. Их счастливые визги сменились жалобным писком.

В этот момент с другой стороны лаборатории раздался оглушительный треск и звук ломающегося оборудования. Из-под груды искрящих проводов выбрался, отряхиваясь, доктор Нефарио. Его лабораторный халат был слегка обгоревшим, а в руке он сжимал самодельный дестабилизатор молекулярных связей (который со стороны выглядел как прожжённый фен с приделанной антенной).

— Гхм! Ты что, забыл, Адамсон, — прокричал он, перекрывая гул машины, — что я консультировал твою диссертацию по нестабильной псевдо-гравитации? Твоя установка имеет фундаментальный изъян в системе охлаждения! И я пришёл его… продемонстрировать!

Битва завязалась мгновенно. Это был не классический поединок, а хаотичный, гениально-абсурдный научный бой.

Грю использовал тактику и оружие: его дротики с заморозкой покрывали инеем панели управления, а липкие гранаты сковывали движения Адамсона.

Нефарио вёл «диверсионную войну»: он направлял свой дестабилизатор на опоры «Экстрактора», заставляя металл вибрировать и издавать пронзительный вой, и бросал самовоспламеняющиеся жевательные шарики в проводку, создавая короткие замыкания и клубы едкого дыма.

Адамсон пытался сохранить контроль, манипулируя лазерными барьерами и выпуская рой дронов-шприцов с усыпляющим.

Грю, улучив момент, рванулся к главному пульту, а Адамсон заблокировал ему путь, активировав мощный энергетический щит. В этот самый момент Нефарио, ковыляя, подбежал к резервному генератору.

— Грю! Основной резонансный контур — под его левой ногой! — завопил он.

Грю без раздумий выстрелил в пол под Адамсоном. Панель провалилась, учёный, потеряв равновесие, рухнул в клубок проводов, а щит на мгновение мигнул и погас. Этого мгновения хватило. Грю выдернул главный кристалл из ядра машины. «Экстрактор Радости» с оглушительным шипением затих. Фиолетовый свет сменился аварийным красным.

Адамсон, запутавшись в проводах и слегка обгоревший, лежал без сознания, но живой. Его эксперимент провалился.

* * *

Пока Нефарио с профессорским хмурым видом возился у пульта, пытаясь вручную открыть капсулы (ворча: «Гхм… Примитивная система шлюзов…»), Грю услышал знакомый звук — рёв мотора его фургона.

Двери лаборатории с силой распахнулись. На пороге стояла Люси. В одной руке — усовершенствованная супер-липучая пушка, в другой — планшет со взломанной схемой комплекса. За ней, в полной боевой готовности, — Марго, Эдит и Агнес.

— Опоздали на самое интересное? — с лёгкой улыбкой спросила Люси, окидывая взглядом поле боя.

— Мама! Папа! — закричала Агнес, первой заметив жёлтые капсулы. — Мы привезли подкрепление!

Грю, не скрывая облегчения и гордости, подошёл к семье.

— Главного злодея обезвредили. Но наши ребята всё ещё в ловушке, — он кивнул в сторону капсул, где миньоны уже радостно стучали в стекло, увидев босса.

— Гхм! Физические замки отключены, — отозвался Нефарио. — Но капсулы имеют биометрическую блокировку. Их может открыть только… отпечаток радужки Адамсона. Или эквивалентный по сложности взлом, на который уйдёт 47 минут. А у нас, по моим расчётам, до полного самоуничтожения комплекса — 15.

Воцарилась секундная тишина. План был, враг повержен, но финальное препятствие казалось непреодолимым.

Тут Эдит уверенно шагнула вперёд, доставая из кармана странное устройство, собранное из лего, зеркальца и лазерной указки.

— А почему бы просто не попросить его открыть? — сказала она, бросая взгляд на приходящего в сознание Адамсона. На её лице расцвела та самая, безобидная на вид, улыбка, которая всегда предвещала нестандартное и блестящее решение.

Семья и Нефарио обменялись понимающими взглядами. План «А» провалился. Пора было переходить к плану «Б», который всегда придумывали девочки. Спасение миньонов было теперь в надёжных, пусть и самых маленьких, руках. Общее дело сплотило их всех — суперзлодея, экс-агента, безумного учёного и трёх гениальных девочек. Главное сражение было выиграно. Оставалось лишь забрать своих и уйти под завывание сирен, оставив позади разрушенную лабораторию и урок для всех, кто посмеет угрожать их семье — большой и маленькой, жёлтой и самой разной.

* * *

План «Б» Эдит оказался гениально простым. Пока Адамсон, придя в себя, пытался сохранить остатки учёного достоинства, на него уставились три пары самых убедительных в мире глаз. Марго держала планшет с записью его тайных финансовых махинаций (найденных ею за пять минут), Эдит щёлкала кубиком Рубика, собранным за три секунды, а Агнес… Агнес просто протянула ему свою игрушку-единорога с грустными глазами.

— Мистер Адамсон, — сказала Люси сладким, но стальным голосом, наводя на него свою пушку. — У нас есть два варианта. Долгий, с участием полиции, Интерпола и статьи «Похищение разумных существ». И короткий. Вы открываете капсулы. И мы позволяем вам… тихо исчезнуть.

Адамсон, глядя на этот семейный спектакль абсолютной победы, понял, что проиграл не Грю, а чему-то большему. С кислой миной он поднялся и, подойдя к пульту, приложил глаз к сканеру. Раздался мягкий щелчок.

Капсулы раскрылись одна за другой. На секунду воцарилась тишина. А потом — взрыв.

Жёлтый водопад хрюкающих, пищащих, плачущих от счастья миньонов хлынул наружу. Они, словно железные опилки к магниту, устремились к Грю. Первая волна облепила его с ног до головы, зашипев от радости: «Босс! Босс пришел! Ту-ту-ту!» Он почти исчез под их объятиями, но на его лице сияла самая широкая улыбка.

Другая группа ринулась к девочкам. Агнес засмеялась, когда её подхватили на руки и принялись качать. Эдит высоко подняли, как чемпионку, и она торжествующе потрясала кулаком. Марго же оказалась в центре внимания самых «умных» миньонов, которые тыкали в её планшет и показывали, как они пытались взломать замки своими способами (в основном, стуча по ним головами).

Люси и Нефарио наблюдали за этим хаосом. Доктор поправил очки:

— Гхм. Идиотизм в чистом виде. Но… довольно эффективная система социальных связей.

— Это семья, доктор, — улыбнулась Люси, наблюдая, как Грю пытается вытащить голову из объятий Кевина. — Странная, но всё-таки семья.

Вдруг всё стихло. Миньоны как по команде опустили девочек, отлипли от Грю и выстроились в подобие шеренги. Кевин сделал шаг вперёд. Он что-то серьёзно произнёс на своём языке, размахивая руками в сторону пульта и Адамсона, а затем низко, почти до земли, поклонился Люси и девочкам.

— Они говорят «спасибо», — беззвучно прошептала Марго, и у неё навернулись слёзы. — Говорят, что знали — семья их не бросит.

А потом Кевин хлопнул в ладоши. Один из миньонов (оказалось, это был хитрый Стюарт) выкатил из-под развороченной аппаратуры целую тележку, доверху набитую… бананами. Вероятно, это был стратегический запас Адамсона для приманки. Начался праздник. Миньоны раздавали бананы всем: Грю засунули целую гроздь за воротник, Люси торжественно вручили самый идеальный, Нефарио, к его вящему ужасу, тоже сунули один в карман халата. Девочек просто завалили фруктами.

В этот момент сирены самоуничтожения завыли настойчивее.

— Пора валить! — крикнул Грю, с трудом вынимая банан из-за пазухи.

Миньоны, словно единый организм, схватили все свои бананы и ринулись к выходу, подхватив по дороге пару забытых гаджетов Адамсона «на сувениры». Грю, Люси, девочки и ворчащий Нефарио бросились следом, покидая рушащуюся лабораторию.

На свежем воздухе, у поджидавшего их фургона, они все обернулись. «Эврика» озарялась изнутри красными вспышками. Адамсон, вероятно, уже бежал через запасной выход.

Грю обнял Люси и прижал к себе дочерей. Вокруг них толпилось море жёлтых, счастливых лиц, довольных хрустом бананов.

— Знаете что? — сказал он, глядя на свою странную, невероятную, победившую семью. — Домашнего мороженого на всех не хватит. Придётся срочно брать штурмом ближайшую фабрику.

В ответ раздался одобрительный, оглушительный рёв: «БАНАНА!!!»

Их фургон, набитый под завязку, тронулся с места, оставляя позади дым и крах одного безумного плана. Впереди же маячили новые приключения, тонны мороженого и самое главное — они были вместе. Все. До последнего маленького, жёлтого озорника. Конец.