Что ты за зверь? (гет)

Гермиона поспешно сгребла вещи из шкафа вместе с вешалками и разложила их на кровати, чтобы выбрать подходящие для поездки. От каникул осталась только половина, но впереди ещё полтора месяца, поэтому определенный запас вещей точно понадобится. Джинни, конечно, может одолжить пару футболок и джинсы, но лучше будет не злоупотреблять радушием Уизли, ведь те и так согласились принять Гарри и Гермиону на целых полтора месяца.

С окончанием учебного года общение почти полностью прекратилось как с Гарри, так и с семейством Уизли. Конечно, после перенесённых сложностей всем надо было прийти в себя, попытаться найти в себе силы жить дальше. Гермиона и сама первую неделю после битвы при Хогвартсе просто провалялась в постели в апатичном состоянии… Перед глазами всплывали картины сражений, а жизни знакомых ей людей обрывались так внезапно, как будто они и не жили вовсе. Только их тела были доказательством того, что они существовали.

Однако в последние дни боль утраты и кошмары пережитого постепенно начали сходить на нет, жизнь стала налаживаться, появилось желание сменить обстановку или куда-то выбраться. Одним погожим утром Гермиона даже вышла на пробежку, и хотя с непривычки у нее появилась небольшая одышка, в остальном импровизированная тренировка прошла вполне сносно. Из коротких разговоров с Гарри Гермиона знала, что Нору давно восстановили, Артур Уизли вернулся на работу, причем с повышением жалования. Отныне Уизли были семьей среднего класса, а потому нужда в повсеместной экономии пропала.

Чувства между Джинни Уизли и Гарри Поттером несмотря на все испытания лишь крепли. Пара уже планировала свадьбу, отведя себе на это срок не позже, чем конец следующей весны — если, конечно, не произойдет каких-нибудь эксцессов в виде появления очередного Тёмного лорда.

У близнецов Фреда и Джорджа Уизли всё оставалось по-прежнему: пассивный доход от магазина приколов и уйма свободного времени, которое они посвящали преимущественно поиску вдохновения для изобретения новых приблуд. Позаимствовав опыт магловской сферы услуг, близнецы создали интернет-магазин и наняли дополнительных работников для сборки и отправки заказов. В конечном счете им осталась лишь роль супервайзеров — периодически проверять, выполняется ли план продаж, нет ли сбоев в поставках.

В жизни самой Гермионы также не было места стагнации. Удачно подвернувшаяся вакансия ассистента профессора магловского университета сразу же завладела вниманием юной волшебницы, а потому она, не медля ни минуты, договорилась о подработке на время учёбы.

Внезапно раздавшийся звонок будильника вырвал ее из раздумий. Гермиона любила порядок во всём, в том числе и в своих планах — перед поездкой ей надо было зайти в одно местечко, о чем своевременно напомнил будильник. Упаковав оставшиеся вещи в чемодан, она поспешила в магазин, находившийся прямо за углом её дома.

У матриарха семейства Уизли недавно был день рождения. Исходя из каких-то личных соображений, Молли решила не отмечать праздник, но Гермионе хотелось хотя бы подарить ей что-то. Как раз в поисках подарка Грейнджер и отправилась в близлежащий магазин. Памятуя о неравнодушии миссис Уизли к любовным романам и другим подобного рода книгам, Гермиона смело выбрала два самых новых и популярных романа и оплатила их на кассе. «Эти она точно ещё не читала!» — подумала волшебница и с довольным видом положила покупку в подарочный пакет.

Вернувшись домой и взяв все необходимые вещи, девушка в последний раз оглядела своё жилище и мысленно подметила, что все электронные приборы выключены, окна плотно закрыты, а значит можно спокойно уходить. Покидая квартиру, девушка в шутку похвалила себя за выдержку — ей удалось не обзавестись дюжиной кошек от одиночества. В ином случае было бы весьма проблематично пристроить их всех куда-то. Выйдя в узкий, безлюдный переулок, Гермиона на секунду остановилась, чтобы удостовериться, что рядом никого нет. Не заметив никоих непрошенных свидетелей, волшебница уверенно трансгрессировала. Она оказалась на холме, с которого открывался вид на морской берег. Волны приятно шуршали по песку, усердно обтачивая всё на своём пути, отчего многочисленные камни на побережье давно приобрели округлые мягкие формы. Напоследок вдохнув морской воздух полной грудью, девушка спустилась с холма и подошла к старому ботинку, явно лишнему в окружающей обстановке. Стоило Гермионе коснуться его, как реальность поплыла, и волшебница вновь переместилась в пространстве. На этот раз конечной точкой перемещения было поле неподалёку от жилища Уизли.

«Нора ничуть не изменилась после реконструкции, — подивилась она. — Хотя это и неудивительно, ведь её восстановлением занимались Молли и Артур. Если бы они решили построить с десяток домов, они бы все получились на одно лицо! Уизли-старшие такие степенные, размеренные… И как только у них могли родиться ходячие «батарейки», как Фред и Джордж!?»

В очередной раз убедившись в том, что жизнь — удивительная штука, и что она продолжается несмотря ни на что, Гермиона направилась прямиком к входной двери Норы, чувствуя, как её сердце молниеносно ускорило ритм.

Стоило входной двери распахнуться, как Гермиону тут же обдало потоком теплого воздуха, в котором она безошибочно опознала нотки корицы, имбиря и прочих специй и пряностей — неизменных атрибутов домашней стряпни. Молли явно что-то готовила на кухне, и этот поразительно уютный запах разносился по всей Норе. Аромат мгновенно окунул Гермиону в приятную ностальгию, напомнив о былых временах, когда она и двое её друзей учились в Хогвартсе. Жизнь тогда казалась проще…

Мельком осмотревшись, Гермиона переобулась в домашние тапочки, заботливо оставленные для гостей у входа. Еще раз окинув взглядом прихожую, Грейнджер поймала себя на мысли, что не видит обуви Гарри и Рона, сколь внимательно она бы ни разглядывала аккуратно расставленные ботинки. Решив не делать преждевременных выводов, девушка сказала себе, что ребята могли просто отлучиться по делам. Почти удовлетворенная этой версией, девушка продолжила свой путь внутрь Норы. Быстро помыв руки и занеся свои пожитки в до боли знакомую комнату, которую она занимала всякий раз, когда гостила у Уизли, Гермиона отправилась на поиски хоть кого-то живого.

Как она и предполагала, Молли хлопотала на кухне, время от времени отвлекаясь на книгу с броской обложкой. «Не иначе как очередной роман», — подумала Грейнджер. Подойдя ближе и прочитав название на корешке, она подтвердила свою догадку — книга оказалась одним из бестселлеров последних месяцев.

— О, дорогая, ты уже приехала! Я тут совсем закрутилась и даже не услышала, как ты вошла! — добродушно пропела Молли.

До того, как войти на кухню, Гермиона тоже не слышала никаких звуков. Она предположила, что миссис Уизли использовала продвинутый барьер тишины, отличающийся от стандартного тем, что он позволяет слышать людей, которые заходят в него уже после его установки.

— Тетя Молли, я так по вам соскучилась! Мы не виделись совсем ничего, а такое ощущение, что уже прошло лет сто, не меньше! Кстати, я вам кое-что привезла…

Гермиона сбегала в свою комнату и вернулась с подарочным пакетом.

— Ой, ну что ты, не надо было на меня тратиться!

Хотя политес и предполагал всяческое отнекивание от подарков, Молли резво достала из пакета новенькие книжки и принялась рассматривать обложки с плохо скрываемым энтузиазмом, не забывая и внимательно изучать аннотации.

— Ты знаешь, что мне нравится, Гермиона, спасибо тебе… Всегда меня чем-то радуешь!

Девушка в ответ улыбнулась и подошла поближе к окну, надеясь увидеть там ещё хоть кого-то, но ее надежды остались без ответа.

— Тётя, а куда все подевались? Я думала, что здесь будут Гарри, Рон, Джинни и близнецы… Но все будто куда-то подевались, — спросила Гермиона, задумчиво глядя на простиравшиеся за окном бескрайние поля.

— Милая, тебе никто не успел сообщить, видимо… Связь там очень плохая… Гарри, Рон и Джинни были за границей, и у них возникли сложности. Мальчики остались там на некоторое время, а Джинни приедет сегодня. Опережая твой вопрос, скажу, что они решали организационные моменты, связанные с предстоящей свадьбой.

Гермиона понимающе кивнула, пусть и весть об отсутствующих друзьях ее несколько опечалила.

— А Фред и Джордж? Они же не за границей? Наверное, заняты у себя в магазине?

Молли на секунду задумалась, после чего будто виновато отвела взгляд и ответила:

— Джордж и в самом деле в магазине, решает там какие-то дела; а Фред в своей комнате — он устал и решил немного отдохнуть. Но, думаю, он не спит, а потому смело можешь зайти к нему и поздороваться.

Недолго думая, молодая волшебница направилась к лестнице и, поднявшись на второй этаж, подошла к одной из дверей. Из комнаты не доносилось ни звука. Памятуя о словах Молли, Гермиона потянулась к ручке и повернула ее, но дверь не поддалась.

«Очередные фокусы близнецов», — с улыбкой подумала Грейнджер и, не мудрствуя лукаво, уверенно произнесла заклинание:

— Алохомора!

Раздался громкий щелчок, и дверь тут же отворилась. Из комнаты на девушку устремились два удивлённых зелёных глаза.

Зайдя в комнату, Гермиона обнаружила Фреда, лежащего на кровати. В глаза ей сразу бросился усталый, почти изможденный вид юноши. Волшебница подошла к кровати и, присев на корточки, оперлась руками на край матраса. Фред, с трудом перевернувшись на бок, облокотился на руку и тепло улыбнулся ей.

— Ты так быстро приехала! Рон наверняка кусает локти из-за того, что застрял … где бы он там ни застрял, — спокойно произнёс он.

— Рон за все каникулы не удосужился написать мне и пары строк, так что вряд ли он что-то кусает, — с ответной улыбкой сказала девушка, на что парень усмехнулся.

— Тут скука смертная, — посетовал Фред. — Хорошо, что ты приехала, а то думал помру скоро…

— От меня толку, как от твоей мамы, если дело касается веселья, — возразила Гермиона.

— Зато мы с тобой примерно одного возраста, это уже хоть что-то.

Он умолк, задумавшись о чём-то. Грейнджер внезапно ощутила, как на нее накатила усталость, словно та передалась от Фреда. Гермиона неоднократно отмечала, что весьма восприимчива к чувствам и эмоциям других людей. Видимо, и этот раз не стал исключением.

— Вижу, ты устала с дороги… — обратился Фред и, не глядя пошарив рукой за спиной, нащупал большую подушку, после чего бросил ту к ногам Гермионы. — Присаживайся.

Девушка благодарно кивнула и переместилась на подушку, опустив голову на кровать. Чувствуя, как по всему телу разливается усталость, Гермиона в очередной раз пожалела, что склонна так глубоко сострадать людям. Впрочем, сейчас она была не против разделить с другом его бремя.

— Расскажешь что-нибудь интересное? — промычала она в одеяло, не поднимая головы.

— Увы, я же говорю — скука смертная! Ничегошеньки не происходит, я словно нахожусь в «Дне сурка». Хотя гляди-ка, сегодня возник новый персонаж.

— Стало быть, цикл завершился, — со знанием дела отозвалась Гермиона.

Она усмехнулась про себя: её усилия по приобщению волшебников к магловскому кинематографу не прошли даром. Фреду запомнился этот фильм, и Гермиона тешила себя надеждой, что это был не единичный случай.

Вновь повисла тишина, но прежде чем та стала некомфортной, девушка нашла новую тему для разговора.

— Твоя мама что-то готовит на кухне, наверняка нас скоро ждет вкусный и сытный обед.

Фред перевел взгляд на Гермиону, которая по-прежнему лежала уткнувшись лицом в одеяло, и скептически поднял бровь:

— У мамы при себе книга?

— Да, даже три, — пресно ответила девушка, вспомнив, что сама усугубила ситуацию, подарив Молли две книги.

— Тогда обеда нам сегодня не видать, — сделал вывод юноша.

Он вздохнул. Гермионе показалось, что этот вздох был преисполнен разочарования, хотя она и допускала, что в нем могло быть и что-то иное. В конце концов, она не была экспертом-профайлером, чтобы разбираться в разновидностях вздохов и определять их эмоциональный подтекст.

Гермиона подняла голову, и ее взору вновь предстал Фред, смотревший на нее рассеянным взглядом. Собравшись наконец с мыслями, волшебница поднялась на ноги.

— Может тебе принести что-то с кухни, раз обеда не ожидается? — спросила она.

— Было бы неплохо. Надеюсь, тебя это не затруднит. Я сегодня очень устал, даже встать нет сил.

— Я так и подумала, поэтому и предлагаю, — добродушно сказала Гермиона.

— Завтра я буду в порядке, — пообещал он.

Не столько из прихоти, сколько из нежелания тратить время на спуск по лестнице Грейнджер трансгрессировала прямо на кухню. Пошарив по ящикам и полкам, она раздобыла солидную пачку картофельных чипсов и пакет апельсинового сока. Едва ли такое можно было назвать полноценным обедом, но это было лучше, чем совсем ничего.

Переместившись обратно в комнату Фреда, она продемонстрировала юноше свою находку.

— Составишь компанию? — поинтересовался он.

Гермиона кивнула и присела на край кровати, слегка потеснив Фреда. Тот немного отодвинулся, и оба приступили к еде. На время импровизированного перекуса наступила тишина. Жуя чипсы, Гермиона вновь невольно задумалась о будущем и, в частности, о свадьбе Гарри и Джинни.

— Как ты считаешь, сильно ли всё изменится, когда Гарри и Джинни поженятся? — спросила она, отметив, что вопрос в равной степени был адресован как Фреду, так и ей самой.

— Не думаю, — прожевав, ответил он. — Настоящие друзья так и останутся настоящими друзьями. Тебе не о чем переживать. Но у них явно станет меньше времени на нас… Хотя это логично, а потому нет смысла обижаться и чего-то требовать от них.

Та уверенность, с которой он говорил, успокоила Гермиону. Ей подумалось, что Фред не впервые сталкивается с подобной ситуацией — в конце концов, Билл был женат, а Чарли и Перси пусть и оставались пока холостыми, но тоже покинули отчий дом. Гермиона облегченно вздохнула и решила довериться опыту Фреда, справедливо рассудив, что ее внутренняя «всезнайка», не искушённая в столь тонких делах, едва ли может помочь чем-то дельным.

Гермиона уже была в своей комнате и лёжа на кровати изучала потолок. В голове высветился образ очень уставшего Фреда: его несобранность, неторопливость — всё это было так на него непохоже. Гермиона еле сдержала себя тогда, чтобы не погладить по голове и не обнять его, как заболевшего ребёнка.

Желание заботиться о друге переполняло Гермиону. Хорошо, что завтра он уже будет в порядке, иначе точно затискала бы его, как щеночка.

Подумав про щеночков, девушка вдруг вспомнила и своего кота Живоглотика… Он героически погиб во время последней битвы. После его смерти Гермиона решила никогда не заводить себе кота — она не будет гладить чьё-то пушистое брюшко, ведь животные живут слишком мало: даже если не трагическая смерть, то их настигает естественная. Больше Гермиона не позволит себе страдать.

Волшебница будто пыталась убедить в этом саму себя, а в глазах плескалась тоска.

Совсем скоро в доме стало шумно: вернулась Джинни, пришёл с работы Артур Уизли, после них подоспел и Джордж. Гермиона с радостью заключила подругу в объятия и наигранно заворчала.

— Все меня оставили! Но тебя я прощаю, потому что ты быстро вернулась.

— А у Гарри с Роном участь незавидная, верно? — голос Джинни будто стал за время разлуки с Гермионой ниже и размереннее. А может Грейнджер просто с ней давно не говорила и всё позабыла? — Мне даже жаль Рона, — ещё ниже проговорила Джинни.

— Не Гарри, а Рона? — с подозрением переспросила гостья. — Да, — пояснила младшая Уизли, — у Гарри есть поддержка в моём лице, а вот Рональд… — она будто с нотками брезгливости перебирала в воздухе пальцами одной руки, словно ища подходящее для олицетворения брата слово. — Он как тростинка на ветру. Не разруби его пополам, подруга. — вероятно, Джинни нашла самое безобидное слово из того, что крутилось в её голове.

Обе девушки засмеялись.

— Надеюсь, вы это не про меня? — Джордж подошёл к ним на словах «он как тростинка на ветру», — я набрал немного массы, качаюсь в свободное время.

Парень приподнял руку и начал демонстрировать бицепсы, его сестра закатила глаза и одними губами беззвучно произнесла, глядя на подругу: — он врёт.

Гермиона уже и сама в этом убедилась, смерив бицепсы оценивающим взглядом, но не стала ничего озвучивать и просто проследовала за Джинни в одну из комнат.

— И почему мои братья такие раздражающие? — с досадой спросила такая же рыжеволосая, как и они, Джинни.

Гермиона немного подумала, а потом участливо поджала губы, — Ты слишком часто их видишь, их слишком много в твоей жизни. Но скоро всё изменится, и у тебя будет возможность соскучиться по ним, появятся новости, которые тебе неожиданно захочется им рассказать.

— Поскорее бы! Сил уже нет их терпеть!

— А близнецы тебя сильно достают? — поинтересовалась подруга.

— Если честно, то почти не подкалывают в последнее время, но очень высокомерные, невозможные!

Грейнджер слегка улыбнулась, ведь Джинни выглядела очень забавно, когда злилась — вероятно поэтому братья и не давали ей покоя.

— Послушай, а Фред, случаем, не заболел? Он такой уставший — никогда его таким не видела.

— Понятия не имею! Он был в порядке, когда я уезжала. — отчеканила рыжеволосая и принялась доставать из сумки гостинцы, которые купила заграницей. Обе девушки начали с интересом разглядывать и пробовать всё, что интересовало глаз.

После посиделок Гермиона поплелась в свою комнату, о чём-то раздумывая, но внезапно врезалась во что-то твёрдое и тёплое. Подняв глаза обескураженная гостья увидела зелёные глаза и рыжие волосы. Не членам семьи было очень трудно различать близнецов, ведь даже их собственная мать регулярно их путала; они ещё больше подогревали эту ситуацию. Но сейчас перед Гермионой явно стоял Джордж — ведь Фред ещё в постели, отдыхает.

Гермиона решила подыграть и шутливо потрогала бицепсы парня, вспомнив как он недавно хвалился, что качается. На её удивление, бицепсы выглядели не так, как ощущались, там и правда были подкачанные мышцы. Девушка даже слегка растерялась, а потом с гордостью за друга сказала: — я думала, ты пошутил о том, что качаешься, но у тебя и правда есть прогресс. Ты большой молодец!

Рыжеволосый замешкался, пару секунд не зная, как реагировать.

Минуту спустя Джордж высокомерно хмыкнул и пробубнил: — Хоть кто-то оценил мои старания, — затем он как-то странно посмотрел на свою правую ладонь, будто изучая или оценивая, перевёл взгляд на собеседницу, потом опять на ладонь и, в итоге, протянул её Гермионе: — ты ведь обожаешь науку и всякие эксперименты с заклинаниями, верно? Пойдём, я кое что тебе покажу…

Рука парня выжидающе повисла в воздухе перед девушкой. После недолгой заминки интерес пересилил, и парень с девушкой пошли на выход из Норы. Гермиона всю дорогу мысленно спрашивала себя, зачем при этом держаться за руки, но ответа не находила, поэтому решила оставить вопросы до окончания демонстрации того, что подготовил Джордж. Вдруг он передумает показывать, если его неудачно о чём-то спросить? Гермиона знала, что из близнецов клещами не вытянуть секреты. Они придумали и разработали массу приколов и фокусов, а это невозможно сделать без острого ума и креативности. Но ребята не спешили делиться секретами ни с кем. Сегодняшнее событие было счастливой случайностью, и Гермиона была готова держать Джорджа за руку, если этого требует его секрет.

Вот они уже стояли на небольшом расстоянии от дома, скрываемые огромными ветвями приятно пахнущего лиственного дерева. Руки расцепились, и парень ещё раз испытующе посмотрел на спутницу.

— Готова?

— Да, — коротко ответила она и принялась смотреть во все глаза и слушать во все уши. Парень опять показал свою ладонь. Девушка пристально посмотрела на неё, хотя вокруг было так темно, что были видны только блики от глаз Джорджа, но девушка всё равно пыталась что-то разглядеть. Через секунду ей уже не понадобилось присматриваться к темноте, ведь от ладони парня кверху поднимались маленькие огненные шарики, затухая от воздуха в полуметре от ладони. Гермиона смотрела, как заворожённая.

— Ты держала эту руку всю дорогу на улицу. Заметила что-то странное в ней?

Грейнджер покачала головой, мысленно прокрутив всю дорогу от лестницы до дерева. Теперь стало понятно, почему Джордж сказал идти именно так: чтобы Гермиона убедилась, что рука — это просто рука.

— Это какое-то колдовство? Как ты это делаешь без заклинания и палочки? — справедливо удивилась девушка. Но ответ не спешил её настигнуть. Парень чего-то выжидал. Наконец он тихо сказал: — Я без понятия, как это получается.

Гермиона не знала, как реагировать: она не могла понять, говорит ли рыжий правду, либо вешает ей лапшу на уши. Джинни была права, Джордж просто невозможный! В голове волшебницы закипала ярость, но рассудительность напоминала о вероятности, что молодой человек всё же говорит правду. Не стоит горячиться — лучше обдумать всё на холодную голову, без эмоций, используя научный подход, как она всегда любила делать.

Дорогу до дома парочка шла молча, в том числе благодаря тому, что старшие сыновья Уизли недавно окончательно изгнали всех гномов вблизи Норы. В доме выключили освещение, поэтому полуночники пробирались неспешно, дабы не зацепиться за что-то или не наступить, куда не следует. Но под конец парень запнулся о ступень, создавая кратковременный шум. К счастью, они уже были возле своих комнат, когда послышались посторонние звуки. Кто-то вышел из своей комнаты. Гермиона сощурилась и начала приглядываться. Спутник не проникся её энтузиазмом и, пожелав доброй ночи, зашёл в свою комнату.

Глаза Гермионы начали немного привыкать к темноте, и она успела краем глаза увидеть, как Джордж заходит в комнату. А вышел — парень по-соседству с ним. Поравнявшись с Гермионой, он, как ни в чём ни бывало, спросил: — чего не спишь, Грейнджер?

Девушка машинально попыталась схватить проходящего человека, и ей это удалось. Парень удивлённо посмотрел на неё, затем достал из кармана палочку и произнёс «люмус». Свет немного улучшил ситуацию, но не для Гермионы. Она умоляющими глазами посмотрела на парня и очень серьёзным голосом спросила: — кто ты?

— Джордж,- ответил рыжеволосый, уже подозрительно щурясь.

— И ты последние полчаса был в своей комнате? — таким же тоном продолжила Грейнджер.

— Заходил в душ, потом перекинулся с отцом парой слов, ну а потом — да, был в комнате. Но с чего вдруг тебя заинтересовала моя жизнь? Ты что-то скрываешь, магловское дитя?

Когда Джордж называл Гермиону такими словами, она не обижалась. Из его уст это не звучало, как оскорбление, поэтому и в этот раз она не отреагировала негативно — лишь ещё раз убедилась, что перед ней Джордж. Но это означало, что тогда на улице с ней был Фред?

— Это был Фред! — мысленно проговаривала девушка. В какой-то момент она отпустила ситуацию.

— Мой спутник не утверждал, что он Джордж — я сама так решила, — рассуждала Гермиона. Вообще, по сути, он ничего плохого не сделал, наоборот — даже поделился секретом. Но вместо ответов у меня теперь ещё больше вопросов. Однако, — продолжала она мысленный монолог, — Учитывая недавнее состояние Фреда, есть вероятность, что те шары являются всплесками магии, которые самовольно вырываются из-за плохого самочувствия хозяина. Организм не может держать магию под контролем, и она вырывается наружу. Точно! Я читала о таком! — вспомнила волшебница. — Но такое состояние очень опасно, магия может навредить хозяину и окружающим! С этим определенно надо что-то делать… Завтра.

Девушка уже воспринимала реальность через тонкое покрывало сна, постепенно слыша и осознавая всё меньше и меньше, пока полностью не погрузилась в глубокий сон.

Но едва солнце облизнуло горячим языком кожу девушки, она резко села в постели. Груз ответственности лёг на хрупкие плечи Грейнджер. Она начала мысленно себя ругать: — как я могла уснуть после всего, что узнала? Эта ситуация очень опасна, за Фредом нужен глаз да глаз. Ещё надо раздобыть блокиратор магии, вроде их ещё подпольно продают в нескольких местах.

Волшебница мысленно снова себя поругала, что всерьёз задумывается об использовании таких сомнительных методов.

Наскоро умывшись и переодевшись, она почти влетела в комнату Фреда, однако там было пусто. Тогда девушка спустилась на первый этаж и огляделась: Молли, Артур и Джинни были здесь, а вот обоих близнецов не наблюдалось. Волшебница решила не ходить вокруг да около и прямо спросила у присутствующих: — а где же два молодца одинаковых с лица?

Джинни поперхнулась компотом и резко закашляла, — И тебе доброе утро.

— Фред и Джордж ушли в свой магазин, там возникли проблемы с кричащими дверными ручками: они стали выкрикивать ругательства вместо обычных возгласов. Надо проверить и перезачаровать всю партию. — не отрываясь от своих дел ответила Молли.

Артур Уизли замаскировал смешок в кашель, отчего Джинни изогнула бровь. Но веселье как-то быстро растворилось, и у всех будто повисло что-то тяжёлое в области грудной клетки. Каждый думал о своём.

Гермиона ещё некоторое время провела в Норе, после чего вышла на улицу. Ей больше нравилось трансгрессировать на открытом пространстве, нежели в помещении. Ощущалась какая-то свобода, и от неё становилось спокойнее. Солнце уже поднялось довольно высоко, облака расползлись в самые дальние уголки небосвода, открывая бездонную голубизну.

Минутой позже волшебница уже переместилась к магазину приколов. Возле него всегда было много людей, а если быть точнее: они проходили мимо по своим делам, но были, конечно, и заинтересовавшиеся, которые заходили внутрь и что-то покупали. Сегодняшний день не был исключением. Люди сновали во все стороны, словно муравьи возле муравейника. Девушка давно привыкла к такому, поэтому не обратила внимания, а вот на табличку с внутренней стороны двери она обратила: — переучёт, — с досадой прочитала Гермиона и обречённо вздохнула, готовясь к очередной трансгрессии. Пришлось трансгрессировать прямо внутрь магазина. Девушка не любила этого делать, ведь в магазине могла поменяться обстановка, а трансгрессировать в стену или внутрь шкафа не самое приятное ощущение… Наверно. Конечно, Грейнджер всегда была осторожна, а также старалась перемещаться в менее людные места, чтоб ненароком не покалечить окружающих. Магия была не безопасной забавой. Множество народу покалечило себя и окружающих, необдуманно творя чудеса. Гермиона трансгрессировала в туалет магазина. По её мнению, это было последнее место, которое ребята решат перестраивать.

Тем временем на складе кипела работа: Джордж брал очередную дверную ручку и кидал её Фреду. В полёте ручка ругалась всеми известными ей бранными словами. Прямо возле Фреда заряд у ручек заканчивался и они замолкали, но, попадая в его руки, открывали второе дыхание.

— Думаю, после того, как мы закончим со всей партией, мне надо будет где-то переждать, — сдерживая смешок процедил Фред. — О, ты тоже это чувствуешь? — поинтересовался у брата Джордж и продолжил, — Все слова будто вытесняются ругательствами, мой словарный запас рассыпается вдребезги, а на его место аккуратными кирпичиками встают маты.

Фред согласился: — да, не хочется ненароком обматерить маму или Джинни, или Гермиону…

На последних словах в их поле зрения как раз попала Гермиона.

— Беги отсюда, магловское дитя, пока твой мозг ещё в порядке! — с напускным трагизмом произнёс Джордж.

— Я никуда не уйду, — спокойно констатировала волшебница. Хотя, её уверенность пошатнулась, когда мимо лица пролетела дверная ручка, матеря девушку трёхэтажным матом. Грейнджер почему-то приняла всё на свой счёт и даже слегка покраснела. — Этим несчастным железякам пора посетить языковые курсы, — властно и непреклонно сказала Гермиона, затем вызвала из кошелька необходимый фолиант с заклинаниями. После минутной заминки волшебница для большей устойчивости поставила ноги на ширине плеч и начала читать длинное заклинание. Слова древнего языка приятно щекотали слух. Близнецы невольно заслушались.

— Отличный план, Грейнджер! — одобрительно кивнул Фред, — так мы справимся гораздо быстрее! И ты прирождённый педагог!

— Ты в команде, подруга, — подытожил Джордж, а затем пристально посмотрел на Фреда, словно ловля глазами каждое его движение. И подозрительным был не только Джордж — Гермиона тоже присматривалась к Фреду. Сегодня он был в полном порядке, но всё могло быстро перемениться.

— Надо быть наготове! — подумала девушка.

— Кстати, Рональд с Гарри вернутся уже сегодня. — вдруг вспомнил Джордж, — Мелкий отписался рано утром.

Под «мелким» парень подразумевал младшего брата. В голове рыжеволосого появилась неожиданная мысль: — что Рон предпримет на этот раз? Уже со счёта сбился, сколько раз он пытался завязать отношения с Грейнджер, но та каждый раз его осекала. Рон был таким упорным, могло ли это заставить Гермиону однажды его принять? — Джордж ещё раз отметил, что его мысли весьма любопытны, после чего вернул своё внимание на ручки. Они с Фредом всё ещё проверяли, действительно ли ручки неисправны, и проверка была двойная: один брат кидал ручку другому, таким образом они дотрагивались поочереди, чтобы исключить случайность неисправности. Два раза выкрикнуть ругательства — уже не случайность.

Первым сдался Фред: — сейчас умру от голода, если не поем.

Все с ним согласились, хотя девушка почувствовала тревогу оттого, что друг так часто упоминает слово «смерть».

— Спешу похвастаться, что мы установили здесь что-то наподобие терминала для доставки еды, — прорезюмировал Джордж, указывая рукой на скромно стоящий у стены автомат с большим экраном. — Тут есть отделение для получения заказа. В наших любимых кафе и ресторанах мы установили такие же, но настроенные на отправку. С их согласия, конечно, — зачем-то уточнил под конец Джордж.

— Стыдно признаться, но порой люди приходят в магазин не ради товаров, а ради этого терминала, — сознался Фред.

Ребята заказали понравившиеся блюда и уселись в небольшой кухне для сотрудников. И тут Гермиону осенило: — у вас ведь нет столов и стульев для посетителей? — начала издалека она своё предложение, — Раз уж так вышло, что людям понравился ваш терминал, и они покупают в нём еду… — девушка мысленно запнулась, потеряв логическую цепочку, что было ей несвойственно. Но её слушатели уже поняли, к чему она клонит.

— Отличная идея! Как говорят: две головы хорошо, а три лучше! — загорелся идеей Джордж, а Фред уже успел наколдовать на столе миниатюрного трёхглавого дракончика с головами Гермионы, Фреда и Джорджа. Дракончик косолапо подошёл к тарелке Гермионы и выпустил через мини-голову Джорджа крошечный огненный столп, зарумянивая сосиски, которые лежали с самого края.

— Но нам понадобится дополнительное помещение для кафе с самообслуживанием, — констатировал Джордж, гладя пальцем свою же голову у мини-чудовища. — Магия расширения… — начал Фред, но Гермиона его перебила: — магия расширения к вашим услугам! — девушка пафосно показала обеими руками на себя. Она перехватила инициативу, потому что побоялась внезапных всплесков магии, если Фред начнёт использовать сильную магию. Сейчас он выглядел нормально, но дракончик — это пустяк, по сравнению с расширительной магией длительного действия для большой территории. А если ещё и допустить ошибку при колдовстве, то кафе может однажды схлопнуться вместе со всеми посетителями в маленький бетонный кубик. Никто не хотел становиться убийцей, поэтому расширительная магия для помещений считалась одной из сложнейших.

— Где конкретно планируется кафе? И сразу скажите примерную территорию, чтоб я мысленно всё представила.

Джордж наспех закинул остатки своего блюда в рот и прошёлся к одному из шкафов, а вернулся уже с планом помещения, хотя в волшебном мире это скорее называлось «картой», нежели «планом».

Прошло немало времени прежде, чем ребята обсудили все моменты насчёт нового кафе и завершили проверку и переочаровывание всей партии дверных ручек. Под конец Гермиона отлучилась в туалет, а близнецы стали неспешно собирать свои вещи.

— Это я испортил ручки, — сознался Джордж. Глаза Фреда округлились, и он непонимающе посмотрел на брата: — я думал, у нас перемирие?! И, знаешь, ты сейчас напомнил мне один магловский фильм. Не помню названия, но там один парень притворялся парализованным много лет, чтоб однажды подколоть друга. Клянусь, ты прямо его копия!

Фред не стал задавать свой главный вопрос: зачем? Но Джордж не хотел раньше времени рушить их душевную связь и решил рассказать самостоятельно: — мне больно смотреть, когда ты в плохом состоянии. Иногда после каких-то событий ты будто не находишь силы что-то начать. Я хотел просто расшевелить тебя, придумал такой глупый способ поработать вместе. Согласись, неплохо вышло? И Гермиона нам очень подходит. Думаю, старое трио не выдержит конкуренции.

— Не забудь набить татуировку с моим дракончиком, — подняв бровь и глупо улыбаясь сказал Фред.

Гермиона вернулась из туалета, и все трое пошли к двери. Девушка стеснялась озвучивать свои мысли, если они были странными, хотя обстановка сегодняшнего дня даже как-то располагала на небольшое безумство. Гермиона пыталась найти в голове хоть одну умную мысль.

Очень кстати вернулись Рон и Гарри. Их голоса было слышно даже с улицы, когда Грейнджер и близнецы подошли совсем близко к Норе. Наконец троица вошла в дом.

— Гермиона! Как же я соскучился! Только сейчас понял, насколько сильно! — Гарри с нежностью приобнял подругу и слегка закружил. Волшебница рассмеялась.

— Я тоже очень скучала! И по тебе, Рон, — она переключилась на объятия с Роном, которые прошли в более сдержанном стиле. Близнецы выжидающе наблюдали.

— Ты же помнишь, что мой дом — это твой дом? Приезжай сюда в любое время, когда захочешь! Здесь всегда будет хотя бы один человек, который на твоей стороне! — немного нескладно сообщил Рональд, но Гермионе было приятно думать, что здесь её второй дом.

Близнецы переглянулись, и один из них приподнял бровь, глядя на второго, наигранно оценивая высказывание их младшего брата.

— Да, Гермиона, я всегда буду на твоей стороне, — нагло улыбаясь чуть приблизился к девушке Джордж, на что получил в ответ от Рона: — да пошёл ты! — И парень машинально слегка оттолкнул старшего брата.

Фред чуть не прыснул от наглости своего близнеца и решил, что не видел Гарри настолько долго, что и им тоже не помешает обняться. Краем глаза Грейнджер заметила, как Гарри что-то подложил в карман Фреда, пока они обнимались.

— Спокойно, Гермиона, он просто что-то заказал у Гарри в той стране, ничего подозрительного и странного. Гарри бы не стал участвовать в сомнительных делах, особенно связанных с наркотиками… — успокоила себя волшебница.

Старшие ребята разошлись по своим комнатам, а к Гарри, Гермионе и Рону присоединилась спустившаяся только что со второго этажа Джинни. — Кто за просмотр фильма? — Она притянула с кухни попкорн и ещё какие-то снеки, — Только напитки каждый приносит сам для себя.

По её словам было понятно, что отказ не принимается. Компания уселась на свободные места, Джинни громко произнесла: — фильм для уютного вечера, пожалуйста! — и магический экран раскрутился из рулона под потолком, затем где-то сзади выполз из своего укрытия проектор и засветил своим ярким лучом. В Норе вообще больше половины предметов было скорее похоже на неведомых живых существ, чем на технику и кухонную утварь. Побывав здесь бесчисленное количество раз, Гермиона уже ничему особо не удивлялась.

Заиграла музыка, сообщающая о начале фильма, и все затихли. Джинни положила свою голову на плечо Гарри, отчего тот захотел приобнять её. Он притянул свою любимую поближе, заключая в объятия. Гермиона сидела на отдельном кресле, как и Рон, только с противоположной от счастливой парочки стороны. Через полчаса в этом успокаивающем и убаюкивающем полумраке первым сдался Гарри: — я устал от дороги, ребята, не обижайтесь, пожалуйста. Глаза сами закрываются… Пойду спать, — он не стал ждать ответа и сразу направился в свою комнату на -1 этаже. Точнее, у Гарри там был целый этаж, хоть и под землёй. Грейнджер на его месте тоже бы выбрала целый этаж под землёй, а не одну комнату на втором этаже.

Следующей в очереди на выбывание оказалась Джинни. Было очевидно, что без присутствия Гарри фильм ей уже неинтересен. — Доброй ночи всем, — тихонько сказала она и ушла. Оставшимся людям было негласно доверенно убрать перекус, который подготовили к просмотру.

— Я займусь едой, — сказала волшебница. — А я приведу в порядок сидения, — заключил Рон, и вытащил свою палочку. Гермиона тоже вытащила свою палочку. Следующие минуты они активно наводили порядок, с помощью магии, конечно. Закончив все дела, Рон растерянно встал возле кресла, положив на спинку ладони.

— Гермиона… — тихо позвал он. Девушка тоже покончила с уборкой, поэтому просто подошла поближе, вопросительно посмотрев на друга. И он продолжил: — сейчас очень странное время, не у всех и не всегда получается быть искренними. Я попытаюсь сделать это сейчас…

Он полностью развернулся к Гермионе и чуть приблизился. Волшебница будто приросла к полу, просто стояла и не знала, как реагировать на внезапно обрушившийся серьёзный разговор. Его глаза выискивали взгляд девушки, а когда нашли — он продолжил: — я в курсе, что ты не планируешь со мной романтического будущего, по крайней мере в ближайшие годы. А мои бесконечные подкаты отталкивают тебя. Да, даже я это осознал… Когда-нибудь мне попадётся девушка, с которой возникнет взаимная любовь. А сейчас — я устал надеяться и врать себе, что это ты. Но мне важно, чтобы мы с тобой сохранили близость душ, что у нас возникла за все годы дружбы. Поэтому не бросай меня… Как друга. Не отдаляйся намеренно. Я больше не стану тебя добиваться.

Удивлению волшебницы не было предела. Она думала, что Рональд до последнего будет настаивать на отношениях… Вдруг стало даже немного обидно, что всё так просто завершилось. Поймав себя на этой мысли, Гермиона достала палочку и в прямом смысле выкинула эту глупость из своей головы. Светящаяся полоска удерживалась палочкой, которую волшебница слегка потрясла, чтобы скинуть психологический мусор на пол. Нить просочилась в щель под дверью. Обычно такие светящиеся нити в миг добирались до земли и просачивались вглубь, как вода. Девушка знала это, потому что часто использовала такой приём во время учёбы. Чтобы достигать успехов, приходилось от чего-то отказываться. Гермиона решила, что самым лёгким способом будет убирать соблазны на корню: — владеющий собой лучше завоевателя города, — вспомнила она очередную магловскую цитату.

Рон уже почти дошёл до своей комнаты и не видел, как Гермиона вытаскивала из своего мозга нить, похожую на рождественскую гирлянду, и как потом эта нить самостоятельно покинула дом. Хорошо, что не пришлось объяснять ему, что это такое…

Напоследок окинув пространство вокруг себя, Гермиона потушила свет на первом этаже и поднялась на второй. Под дверями близнецов виднелся неяркий свет — значит они ещё не спали. Девушка уже подошла к своей комнате, но перед глазами очень некстати прояснился момент, когда Гарри положил что-то в карман Фреду.

— Почему надо было делать это так подозрительно? — подумала Грейнджер. — О, мерлинова борода! У него же горит свет не из-за того, что он курит марихуану, привезённую Поттером?

Девушка, к своему стыду, стала слегка принюхиваться, но ничего необычного не обнаружила. Гарри она доверяла. О, если бы он сейчас не спал! Тогда она бы спросила: «что ты дал Фреду?» И Гарри бы ей ответил, после чего стало бы спокойно. А сейчас — ей неспокойно. Наркотики сгубили не только множество маглов, но и волшебников. Конечно, Гермиона не была наркоманкой, и никто из её близкого окружения не подвергся действиям наркотиков. Но книги… В них всё очень детально описано, и прочитав несметное количество книг по психологии, психиатрии и ещё кот знает чему, невольно начинаешь подозревать окружающих в разных болезнях и расстройствах, а также зависимостях.

Рискуя оказаться в безумно глупом положении, но решительно желая спасти друга от возможной угрозы, Гермиона всё же отошла от своей комнаты и направилась к Фреду. Пары стуков в дверь оказалось достаточно, парень сразу ответил «войдите» и очень удивился, увидев подругу. Но потом вспомнил прошлый вечер.

— У нас не было времени обсудить… Ты, наверно, места себе не находишь в поиске ответов, маленькая всезнайка? — с улыбкой предположил парень. Волшебница чуть не закатила глаза, ведь Фред был всего на несколько лет старше.

— У тебя есть ответы и ты просто ещё не услышал стоящего их предложения, или и правда ничего не знаешь? — девушка заметила, что возле кровати кто-то оставил плетёное кресло, и сейчас было самое время им воспользоваться. Она села и уставилась на ладони парня, потом одну притянула поближе к себе и присмотрелась ещё больше.

— Может принести микроскоп? — послышалось от владельца ладони. Гермиона мысленно представила, как берёт образец, проводя ватной палочкой по центру ладони, затем скальпелем отрезает махонький кусочек кожи с мозоли, которая появилась сегодня от проверки внушительного количества дверных ручек. Понадобились бы стёкла, чтоб зажать между ними образец кожи. Увлёкшись планированием, она вдруг поняла: — у тебя есть микроскоп? — а через несколько секунд сама себя опровергла, — Это ведь изначально был сарказм, да?

Теперь уже Фред бережно взял руку девушки в свои и изогнул бровь, стараясь быть очень убедительным: — у меня и правда есть микроскоп, он в одном из ящиков в столе. Скажу больше — он есть и у Джорджа. — голос парня прозвучал медленно и уверенно, словно он пытался разжевать сложную информацию маленькому ребёнку, для этого даже взяв за руку, многократно привлекая внимание на себя и свои слова. — Манипулятор, — подумала Гермиона.

Волшебница вспомнила, что близнецы изобрели огромное количество приколов, а такое не под силу просто шутникам. Конечно, они были очень умными, умело обращались с наукой и магией! Они с Гермионой так похожи, но одновременно и нет. Девушка получала знания ради науки, а ребята — ради веселья, даже умудрились получать за веселье деньги.

— Я всегда забываю, что вы великие изобретатели, — виновато сказала девушка. — просто ваш образ не совпадает со статусом, всегда происходит расщепление одного от другого, — а затем, словно невзначай перескочила на новую тему: — кстати, вы бы были так же популярны в другой стране? Наверняка иностранцы тоже любят всякие шуточки и приколы… — задумчиво спросила она, но в реальности ожидая ответа лишь на один вопрос. — Гарри и Рон привезли тебе что-то из поездки? — волшебница ненадолго затихла, затем добавила для отвода глаз, — Джинни набрала разных сувениров и вкусностей. Они у неё в комнате. Если мальчики пожадничали или забыли про подарки, то могу хотя бы вкусненькое раздобыть. — девушка похвалила себя, что так невинно выставила свой вопрос. На мгновение у неё появилась довольная улыбка, но она тут же стёрла её, чтобы не вызывать подозрений, при этом отметив, что и сама является манипулятором, даже похлеще Фреда.

Ответов не последовало. Парень отпустил руку девушки, и она почувствовала холод в том месте, где раньше держали тёплые руки Фреда. Это было странное чувство: будто чего-то нехватает, но через секунду ты про это уже забудешь.

Будто очнувшись от чего-то, девушка напомнила собеседнику: — ты не ответил ни на один вопрос! И я спрашивала, есть ли у тебя информация про огоньки из ладоней?

Фред посмотрел в пустоту и безэмоционально сказал: — как я уже говорил, мне неизвестна причина появления огней, которые выходят из моих рук. Но, после некоторых опытов, было установлено, что это просто огонь. Не магический, он без малейшей крупицы волшебства. Джордж поймал один огонёк в колбу с магической шкалой, и бегунок на шкале не сдвинулся ни на дюйм.

— А при каких обстоятельствах появляется огонь? Ты что-то чувствуешь в этот момент? — участливо спросила волшебница.

— Я перестаю чувствовать ладони перед этим и во время появления огоньков. А насчёт обстоятельств ещё не уверен.

В своей голове парень обдумывал одну мысль, но не мог сказать её сидящей напротив девушке, просто не мог… Она и сама скоро всё узнает, но хотелось отсрочить этот момент, не говорить. Всё ведь поменяется, если она узнает.

Но в эту секунду Фреду почему-то безумно захотелось, чтобы Гермиона умела читать мысли, чтобы она просто залезла в его голову и увидела секреты, так тяготящие душу. Тогда бы не пришлось ничего говорить… Гермиона бы сразу поменяла своё отношение, но сил скрывать уже нет.

— А знаешь, — вдруг очень позитивно начала девушка, — Твои волосы такие насыщенные, яркие, такого же цвета, как те огоньки! — она стала перебирать пальцами огнено-рыжие пряди Фреда, которые оказались очень мягкими.

— Держи дистанцию, Грейнджер, а то я подумаю, что нравлюсь тебе, — слегка выставив перед собой руку предупредил парень.

— Да, извини, — девушка перестала трогать волосы Фреда и продолжила догадку: — я думаю, что эти огоньки могут быть просто частью тебя. Может у тебя теперь есть супер-способности?

— Мы живём в мире магии, но суперменов даже здесь не существует. Есть только магия. И без магии не сделать огня.

— Но ты его делаешь! А значит, границы реальности отодвигаются… Возможно.

— Я не думал в этом ключе, если честно. Ты бываешь весьма полезна. Спасибо, что такая неравнодушная. — парень улыбнулся одним уголком губ, но через секунду улыбка пропала, и появилось беспокойство.

— Что такое? — заметила перемену подруга.

— Я снова не чувствую ладоней. Обычно мне хватает времени, чтобы спокойно спуститься на улицу и переждать огненное шоу на безопасном ото всех расстоянии.

Девушка посмотрела на настенные часы и засекла время. Затем положила руку на ладонь Фреда.

— Правда ничего не чувствуешь?

— Ладонью — нет. Только кончиками пальцев. — парень провёл своими пальцами по пальцам девушки, чтобы ещё раз удостовериться, — Да, пальцы чувствуют. Но мне показалось, что площадь бесчувственной территории увеличилась, по сравнению с прошлым разом.

Девушка внезапно слегка надавила ногтем на центр ладони, — А так чувствуешь?

Парень встревоженно посмотрел на подругу, но отрицательно покачал головой. — Хорошо, что поблизости нет ножа, а то ты и его пустила бы в ход, верно?

— У меня есть нож в кошельке… — сообщила без задней мысли девушка, отчего парень покосился на прикреплённый к её поясу кошелёк с расширительными чарами. — Но я не собираюсь резать тебя ради эксперимента, это не гуманно, — успокоила товарища Гермиона.

— Лучше отодвинься подальше, скоро начнётся, мне кажется, — предупредил Фред, но Гермиона вдруг поднесла его ладонь к своим губам. Парень почти сразу отдёрнул руку, — С ума сошла? Тебе же могло опалить лицо!

Гермиона смотрела на гневное выражение лица Фреда, затем перевела взгляд на уже начавшие подниматься от его рук огненные сгустки. Они, как и обычно, потухли где-то в полуметре.

— Я же успела, не переживай так… — попыталась успокоить собеседника девушка. — Что именно ты успела? — решил уточнить парень. — Я так измеряю температуру, — пояснила она, — Вообще, почти все маглы так делают, это очень быстрый способ. Губы сразу чувствуют температуру.

Фред закатил глаза, — Безумная девушка! Не делай так больше. И вообще ничего опасного не делай! Я понимаю, что ты очень сильная волшебница, но это может тебя не спасти, если ты поранишься слишком серьёзно. Никакие эксперименты такого не стоят.

— Да, ты прав, надо было проверить раньше, я просто не сразу сообразила. Ты так неожиданно сказал, что снова не чувствуешь рук. Из головы вылетела половина важной информации, которую я подготовила к такому случаю. И да, у тебя не поднималась температура перед огоньками, нам может понадобиться эта информация в будущем. А ещё мне хочется дотрагиваться до твоих волос или кожи — уверена это тоже как-то связано.

К этому моменту огоньки уже перестали появляться. Услышав последнюю часть сказанного, парень залился краской и прикрыл тыльной стороной ладони свои губы. Затем опустил её, уже приобретая обычный цвет лица. Он собрался с духом и осторожно проговорил: — я заметил, что ты немного необычная в последнее время. Теперь стало понятнее… То, что ты чувствуешь, — Фред ненадолго затих, подбирая слова, — Такое ощущают к объектам влюблённости… Обычно. Но ты этого, конечно, не чувствовала раньше, поэтому… Хотя нет, Гермиона, это прямо слишком наивно! Как ты могла подумать, что это связано с пламенем из рук?

Парень сделал вид, что смотрит куда-то в сторону, но отворачивался, чтобы девушка не увидела улыбку и еле сдерживаемый смех. Взяв себя в руки, он снова посмотрел на подругу.

— Ты говоришь логично, но и я тоже… — спокойно возразила она, — Если мы столкнулись с необычным явлением в виде странных огней, то есть вероятность, что они могут влиять на окружающих неожиданным способом.

Фред очень глубоко вздохнул, но выжидающе слушал, что ещё скажет эта до ужаса странная волшебница.

— Нужно найти способ проверить, от чего появляются мои чувства: от твоей новой способности или из-за влюблённости. Думаю, я бы знала, если бы влюбилась в тебя… Но всё равно надо всё проверить. Есть идеи, как это сделать?

Её собеседник помотал головой, он вообще считал, что это невыполнимая задача. Такое можно проверить лишь если огоньки исчезнут навсегда. Если тогда останется желание прикасаться — то это точно влюблённость. Хотя…

— Есть один вариант, — начал парень, — Можно попробовать, если ты очень хочешь проводить эксперименты и разбираться в источниках своих чувств. На твоём месте я бы, конечно, вообще не стал заморачиваться и пошёл спать. Уже поздно.

— Ну прошу, давай попробуем?! У меня и так слишком много вопросов без ответа.

— Ладно. Встань тут, просто стой. Если почувствуешь что-то необычное — скажи. Тебе же хочется просто трогать мои волосы и кожу, верно?

Девушка кивнула и встала посреди комнаты. Фред медленно подошёл к ней, остановившись буквально в шаге, словно ещё раз всё обдумывая и взвешивая. Затем подошёл ещё на шаг — теперь они стояли вплотную. Сердце девушки забилось быстрее, а уши уловили дыхание парня, оно было немного прирывистым. Он приподнял руку и обнял колдунью за талию, притянув к себе ещё ближе. Наклонился к самой шее и оставил на коже влажный поцелуй. Почти сразу Гермиона тяжело задышала, а парень резко отстранился.

— Почему ты молчала? — не ожидая ответа спросил рыжеволосый, — Надо было сразу сказать, я бы остановился на объятиях.

Он отошёл от подруги и уже стоял возле двери.

— Мне было стыдно говорить о том, что я чувствую…

Обоим стало очевидно, что девушке с первых секунд оказалось мало изначально упомянутых вариантов прикосновений.

— Я очень извиняюсь, что допустил всё это. — Фред виновато опустил глаза, — Джентльмены так не делают. Но клянусь, я не пытался тобой воспользоваться, всё было ради эксперимента. Кстати, есть ещё зеркала, в которых видна аура влюблённости или аура ненависти. Я только сейчас про них вспомнил. Просто раздобудем такое, и ты посмотришься в него. А сейчас уже очень поздно, — он открыл дверь, чтоб девушка поскорее вышла. Приключений на сегодня было уже предостаточно… Хотелось взять ведро холодной воды и вылить на себя целиком.

— Доброй ночи, Гермиона.

— Доброй ночи, Фред. И это я виновата, что настояла, а не ты.

В коридоре девушка краем уха услышала запирающее заклятие, потом ещё одно, и ещё. — Спрятался за семью замками, — констатировала она и зашла в свою комнату, сгорая от стыда и своей глупости. Хотелось взять палочку и вынуть не одну светящуюся ниточку, а весь мозг целиком, чтобы не чувствовать себя так глупо.

— Просто буду надеяться, что зеркало не покажет никакой влюблённости, — уговорила она себя и прилегла на кровать, постепенно проваливаясь в сон от усталости, но продолжая себя ненавидеть, хотя бы за то, что забыла свериться с часами, когда огоньки закончились. И про наркотики ничего не выяснилось... Она просто пришла и опозорилась…

Утро наступило так невовремя, — Вот бы ночь продлилась ещё миллиард часов, — подумала Гермиона. Она совершенно не представляла, как себя вести, и что её ожидает. Но нельзя было весь день не вставать с постели. Пришлось брать себя в руки и идти навстречу неизвестности. Грейнджер сама себя уже не узнавала: — и это я-то сражалась на передовой с Тёмным лордом? А сейчас боюсь какой-то щекотливой ситуации. Стыдно должно быть! — ещё раз сказала себе девушка, и наконец направилась на первый этаж Норы.

Видимо, ребята уже позавтракали, так как на столе было убрано, а Молли Уизли сидела в кресле с огурцами на глазах и с увлажняющей маской на лице. Ближе к окну был ещё один человек, он читал газету, положив ногу на ногу. Но когда Грейнджер спустилась, убрал своё чтиво на стол и поздоровался: — доброе утро, Гермиона.

Молли, видимо, не знала, что всё это время кто-то сидел неподалёку, поэтому вздрогнула, услышав голос сына.

— Джордж, ты меня напугал! Гермиона, доброе утро, милая! — Молли хотела сказать ещё что-то про завтрак, но её прервали: — как ты до сих пор можешь считать себя нашей мамой, если так чудовищно путаешь? — спросил парень, посмеиваясь. Женщина поспешила выправиться: — извини, Фред, я так далеко сижу, что не расслышала твой голос, дорогой! Подумала, что это Джордж вернулся.

— Джордж ещё не скоро вернётся, — загадочно пропел парень, затем посмотрел на подругу, которая уже смотрела на него вопросительно. — Вчера мы обсуждали зеркала… Я нашёл одно неподалёку, его готовы недорого продать, хотя можно просто посмотреть в него без покупки, — с ободряющей улыбкой сообщил он подруге.

Гермиона обрадовалась и испытала облегчение, что между ними нет неловкости из-за вчерашнего.

— Ах, да, ещё кое что: ты не трогаешь меня, а я не трогаю тебя, — сказал парень, когда парочка уже была на улице. Девушка понимающе кивнула, а для махровой отстранённости надела наушники и включила плеер. Фред последовал её примеру.

Трансгрессировать можно было не в любое место, поэтому часть дороги ребята ехали на поезде. Народу было мало, солнышко приятно грело кожу. В какой-то момент Гермиона даже сняла наушники. Ей казалось, что она услышит пение птиц за окном, если сделает это сейчас. Но в поезде была отличная шумоизоляция, и единственное, что она услышала, было: «не бросай меня, Софи, дай мне шанс! Не бросай, Софи, выбери меня!». У Фреда доигрывала песня “Sophia” группы «The Rasmus”, а парень временами подпевал. Девушка тихонько похихикала и снова надела свои наушники.

Через двадцать минут друзья уже были у дверей незнакомого зеленоватого дома. Им открыла приятная старушка и провела в дом. Внутри помещение выглядело лучше, чем снаружи. Гермиона решила, что не стоит тянуть время, и сразу попросила принести зеркало.

— Им почти не пользовались, — пояснила пожилая дама, — оно было подарено моей дочери незадолго до последней битвы, а потом…

Гости без слов догадались, что произошло в последнюю битву с её дочерью. Оплатив покупку, пара вышла и отправилась в обратный путь. Гермиона разглядывала внешнюю сторону зеркала, пока они ехали в поезде. На перламутровом овале были выгравированы инициалы и какое-то пожелание. Окантовка была сделана маленькими переливающимися кристаллами.

— Почему не смотришься? — поинтересовался парень, заглядывая в глаза спутнице.

— Просто очень переживаю: что там увижу?

— Я думал, ты уже вообще ничего не боишься после Тома Реддла… — Фред не нашёл, что ещё ей ответить и задумчиво посмотрел в окно на мелькающие деревья и дома.

— Давай выйдем на этой остановке? — предложила девушка, присматриваясь, — Тут есть большая библиотека, мы могли бы поискать что-то про необычных существ или аномалии с участием огня.

Рыжеволосый что-то взвешивал в уме, но в конце концов согласился изменить маршрут и зайти в библиотеку. Понимая, что они не успеют выйти, он взял спутницу за руку и предложил трансгрессировать.

Гермиона вдруг подумала, что ещё ни разу не видела трансгрессирующего Фреда, он всегда только присоединялся к кому-то. Девушка мысленно порадовалась за способности друга и кивком согласилась на перемещение — парочка тут же очутилась на станции, а поезд тихонько начал набирать обороты, вскоре и вовсе скрывшись из виду. До библиотеки было рукой подать, поэтому ребята пошли пешком. Даже погода располагала к долгим прогулкам, но… — Только не с ним, — почему-то подумала Грейнджер и сама себе удивилась, — Неужели всё прошло?! Неужели мне уже не хочется до него дотрагиваться, проводить с ним время?

Девушка взяла Фреда за руку и переплела их пальцы, чтобы проверить свои чувства, при этом глаза парня округлились. Тень страха промелькнула в зелёных как изумруды глазах.

— Гермиона, — молодой человек сделал паузу, — У Норы мы договорились, что будем без касаний. Я тебя очень прошу хотя бы повременить с ними, если не получается полностью сдерживать порывы.

Парень говорил обычные слова, но это вызывало странные чувства, в воздухе повисло что-то необъяснимо тяготящее. Чувство вины камнем упало на плечи Грейнджер, она не понимала по какой причине, но тяжести это не умаляло.

Волшебнице стало безумно жалко своего спутника. Необъяснимое чувство — такое бывало, когда Гермиона излишне проникалась переживаниями собеседника. Его чувства и эмоции могли распространяться и на неё. Гиперэмпатия. Но это значило, что Фреду сейчас безумно жалко Гермиону, но почему?

Ребята зашли в библиотеку молча, Гермиона подошла к одному библиотекарю, а Фред — к другому, и каждый попросил определённые книги. Так было удобнее и быстрее всё охватить. Когда книги принесли, Грейнджер и Уизли сели за читальный столик напротив друг друга и принялись изучать материалы.

Время шло, Гермиона десятый раз прочитала одну и ту же строчку, но так и не смогла понять смысл, поэтому просто захлопнула книгу и подняла глаза на Фреда.

— Почему ты меня жалеешь? Я чувствую жалость, но она не моя… Вчера я всё открыто говорила, можешь ли и ты сделать так же сейчас? — спросила она.

Рыжеволосый закрыл книгу, уже не надеясь что-то прочитать, и положил её в стопку к остальным.

— Ты права, мне тебя жаль. Скоро даже мне будет не так больно, как тебе… — он сделал паузу, — Достань зеркало и загляни в него, прямо сейчас.

Девушка послушалась и потянулась к кошельку. — Зеркало симпатии, — мысленно сказала она, и кошелёк выдал артефакт. — Нужно только взглянуть, — уговаривала себя волшебница. Собравшись с силами, она повернула зеркало лицом к себе и посмотрела. С серебристой глади в ответ на девушку посмотрело отражение, у которого в разных местах то и дело выпрыгивали крохотные белые сердечки. — Там сердечки, — вслух, уже для товарища произнесла девушка. Тот кивнул, не ожидая другого ответа, но Гермиона непонимающе смотрела на него. — Но как это возможно, если я уже не чувствую притяжения и потребности дотрагиваться до тебя? — непонимающе спросила она, но на последнем слове голос дрогнул, девушка очень внимательно начала разглядывать лицо сидящего напротив собеседника. — Те же глаза, тот же нос, но брови… Одна бровь заканчивалась чуть выше! И складочки возле уголков губ были менее выражены.

— Я не Фред, — тихо заключил молодой человек, видя что девушка уже поняла.

— Значит, твоя мама была права, когда назвала тебя Джорджем!?

— Да, она столько раз нас путала, что уже спокойно на такое реагирует.

— Но зачем? — этот вопрос волновал девушку меньше, чем следующий за ним: — и где настоящий Фред?!

— Фред дома, он плохо себя чувствует, поэтому попросил меня сходить с тобой за зеркалом, но я немного не справился с ролью.

У Гермионы все дела сейчас резко переместились на второй план, даже пропал аппетит. Хотелось просто вернуться в Нору.

— Давай возьмём все эти книги домой и там нормально поизучаем? Не могу спокойно думать, пока не увижу его. И почему ему так часто плохо? Он болен?

— Да, он определённо болен. На самом деле, все знали, что он болеет, но хотели найти причину и лечение без твоей помощи. И побыстрее, чтоб ты ничего не узнала. Эта твоя гиперэмпатия… Только её ещё нехватало возле умирающего человека. — сказав последнюю фразу он резко замолчал, понимая, что сказал уже точно лишнее.

— Умирает? Я думала он просто болеет!

— Некоторые болезни нельзя излечить, даже магия не всесильна. А у Фреда банальная магловская болезнь… Я заставил его посещать больницу, там проводят всякие анализы, тесты, в том числе рентген — они показали онкологию. Метастазы распространяются от рук ко всему телу. Про метастазы сообщили сегодня утром.

Несмотря на чудовищность ситуации, новая информация была важной зацепкой: метастазы идут от рук, и именно от рук исходили огоньки. Ещё обдумывая это, волшебница направилась с книгами к библиотекарю, чтобы оформить читательский билет и взять книги на дом. Без читательского билета книги давали читать только на территории библиотеки на короткий промежуток времени. Все издания, конечно, были оснащены специальными метками, наподобие тех, что используют в магловских магазинах. При несанкционированном выносе срабатывала сигнализация, и книга сама притягивалась назад на свою полку. Это было довольно травматично в ситуациях, когда полки находились высоко, а книгу пытались вынести в рюкзаке. Во избежании подобных моментов, читателей регулярно предупреждали о такой защите, даже на дверях выхода была наклеена картинка, изображающая человека с рюкзаком, прилипшего спиной к стеллажу.

Джордж тоже оформил вынос книг, после чего они с Гермионой вместе направились к ближайшему немноголюдному местечку, чтобы спокойно трансгрессировать к Норе. Парень взял девушку за руку и представил поле возле Норы. Магия за долю секунды окружила их тела, создавая защиту для организма. Если передвигаться без неё со скоростью трансгрессии, тело сильно пострадает. Защитная магия помогала добраться до нужного места без вреда для организма, за исключением, возможно, появления лёгкого подташнивания. Но опытные маги не чувствовали и этого.

Трансгрессия успешно завершилась, и ребята оказались в желаемом месте.

— Не думаю, что тебе стоит добивать его своим состраданием и сочувствием, — поделился мыслями Джордж, провожая подругу глазами, когда она поднималась по лестнице на второй этаж Норы. — Я передам всем, что ты в курсе ситуации, пусть больше не притворяются, что поехали куда-то ради свадебных приготовлений. Да, — опередил он вопрос волшебницы, — Ребята ездили в другие страны в поисках лекарства или какого-то необычного целителя, который смог бы помочь, но все разводили руками.

— У маглов есть лекарства… — начала девушка, но остановилась.

Рыжеволосый кивнул, — Не на этой стадии. Сейчас поможет только чудо.

Гермиона больше не нашла, что сказать, и прошла на второй этаж. Она остановилась перед дверью с надписью «Фред», не решаясь войти.

— Теперь в приоритете поиск обезболивающих, чтобы ему хотя бы не было больно, — ещё звенел в ушах голос Джорджа.

Гермиона постучалась и дёрнула за ручку, но дверь не открылась, и никто не ответил… — Алохомора! — сказала девушка, после чего послышался щелчок, и дверь открылась. Не раздумывая, волшебница зашла внутрь и машинально закрыла за собой дверь. На удивление, она не увидела чего-то очень страшного, душераздирающего. Фред выглядел почти как обычно, просто немного бледнее, глаза слегка впалые, как и щёки.

Безысходность волнами прошлась по телу девушки сверху вниз, уже было не разобрать, чья это безысходность: Гермионы или же Фреда? Волшебница подошла к кровати парня, конечно же он был в кровати, слабость почти витала в воздухе.

— Он оплошался, да? — разочаровано констатировал рыжеволосый, — Должен был зайти сюда, будто он — это я, а затем трансгрессировать в свою комнату, но вместо него пришла ты. Значит, всё пошло не по плану.

— Кому нужны ваши дурацкие планы? Наверно ты изначально планировал, чтобы я узнала обо всём только после похорон? Меня не звали сюда и оборвали почти все связи на полтора месяца! Странно, что в итоге всё же позвали. Но правду так никто и не говорил. Это неправильно! Отстойный план… — тихо закончила девушка.

— Не злись, пожалуйста, — так же тихо сказал парень, беря её руку и притягивая на край кровати, — Никому не хотелось тебя волновать. Сначала казалось, что вот-вот найдём лекарство, после чего можно будет собраться большой компанией и отпраздновать выздоровление. Но когда всё стало безнадёжнее, все растерялись, судорожно искали что-то где-то. Уже стёрлось понимание того, что правильно, не было никаких ориентиров. Все просто жили одним днём. Гарри позвал тебя по своей инициативе. После этого он пояснил свой поступок тем, что ты имеешь право хотя бы попрощаться, если с лечением ничего не выйдет.

— И Гарри прав, — они сказали это одновременно. А потом одновременно замолчали. — Тебе очень больно? — спросила девушка.

— Сейчас я не чувствую боли, только слабость. Гарри привёз новое обезболивающее, но его хватит ненадолго. Боль усиливается, понадобится что-то посильнее. А сильнее этого уже нет…

Гермиона с горечью осознала, что почти угадала в то день насчёт наркотиков. Гарри положил в карман Фреда какой-то волшебный аналог морфия.

— Знаешь, я надеялся, что ты просто не посмотришь в зеркало симпатии, поняв, что всё притяжение прошло, находясь с Джорджем во время поездки.

— А он играл против тебя… — сдала друга волшебница, а Фред лишь усмехнулся, — Неоднократно предлагал мне посмотреть в зеркало, но было страшно это сделать. Во второй раз я всё же посмотрела.

— И как? — с изможденной улыбкой проговорил Фред.

— Успешно, — пыталась уйти от темы девушка, но потом передумала, — Ты мне нравишься.

— То, что я тебе нравлюсь — плохо для нас обоих, сказал Фред, взяв руку Гермионы в свою и гладя её подушки пальцев другой рукой. Девушка наконец не выдержала, эмоции пересилили: она прижала голову парня к груди и тихо заплакала. Однако старалась взять себя в руки, незаметно смахивая слёзы.

— Неожиданно для себя, недавно я понял, что ты тоже мне нравишься. Не потому, что тебе хочется постоянно меня трогать, хотя, чёрт, может и поэтому… — парень решил, что разумнее будет просто закрыть свой рот.

Девушка перестала плакать и заметно повеселела.

— Да не шучу я, — он пытался сделать наиболее серьёзное лицо. — Ты мне нравишься. Но заводить отношения с умирающим тебе не стоит. Будет удручающая статистика:

1) блестящий спортсмен, который не перенёс разлуки и отношений менее года на расстоянии;

2) шутник и разгильдяй, не перенёсший первый год обычных отношений.

— Тебе нужен кто-то вроде Гарри, только чтобы был свободен.

— Мне не нужны какие-то другие парни, — возразила Грейнджер.

Волшебник больше не успел ничего сказать, потому что девушка потянулась к его губам своими и поцеловала. Парень тут же ответил на поцелуй, заключая девушку в объятия и притягивая поближе. Его желание наконец сбылось — он хотел поцеловать эту девушку со вчерашнего вечера. Она не выходила у него из головы. А сейчас была так близко, такая тёплая, мягкая, нежная, добрая.

Парень запустил руку в волосы Гермионы и углубил поцелуй. Время будто остановилось, по телу девушки пробежались приятные мурашки. Но внезапно он начал отстранять губы, полностью отодвинулся, а затем сказал полушёпотом: — я не чувствую рук почти до плеч, а ещё мне кажется, что схожу с ума: появляются галлюцинации в виде птиц, — в глазах парня плескалось отчаяние.

Девушка огляделась вокруг, но никаких птиц в комнате не было. — Да, ты прав, птиц тут нет, это галлюцинации…

Фред занервничал, понимая, что время уходит, и скоро появится пламя, — Гермиона, лучше выйди из комнаты — неизвестно как всё пройдёт на этот раз, я не хочу нечаянно тебя поджечь, — сказал он.

— Но кровать может загореться. Без посторонней помощи тебе не обойтись, не спорь! — девушка была настроена очень воинственно. Она отошла к самой стене, подняла палочку, направила на Фреда и с обычной для себя интонацией произнесла: — Вингардиум Левиосса!

Со стороны эта картина выглядела очень странно, словно кадры какого-то мистического триллера про экзорцизм. Парень пролевитировал с кровати и завис в воздухе посреди комнаты, расправив руки. Его тело теперь напоминало крест, который уже через секунду вспыхнул по всей длине рук. В фильме бы сейчас из парня начало вылезать потустороннее, издавая гортанные звуки. В реальности же это был просто Фред. Он не чувствовал жара огня, а в какой-то момент даже слегка усмехнулся, посмотрев на Грейнджер. — Сработало. Комната цела и мы с тобой тоже. — он оглядел свою одежду, которая осталась невредима, — И птицы пропали, — вдвойне обрадовался волшебник.

Девушка отпустила парня обратно на кровать, а ему, казалось, стало чуть лучше. Он даже встал и подошёл к волшебнице, заключив в объятия. — Спасибо, без тебя всё было бы намного хуже. Я рад, что ты здесь.

После этого парочка ещё долго сидела на кровати и что-то обсуждала, рассказывала друг другу. Время летело незаметно. Казалось, что Фред идёт на поправку…

— А когда ты понял, что у тебя проблемы со здоровьем? — поинтересовалась наконец Гермиона.

— Если честно, во время последней битвы, в меня прилетело одно заклятие… Я не помню его точного звучания, но предполагаю, что команда тёмного Лорда активно занималась изобретением разных страшных заклятий, разрушительно влияющих на людей, и то заклятие было в их числе. Оно летело прямо на меня яркой белой искрой. У меня кто-то выбил палочку за секунду до этого, поэтому я лишь машинально выставил руки вперёд. Искра прошла через меня. Но я ничего не почувствовал. Думал, что стреляющий что-то напутал, но он выглядел зловеще и был доволен своим выстрелом, затем скрылся в развалинах, решив больше не тратить на меня время. В течении суток после этого, я почувствовал недомогание. Сразу появилось подозрение насчёт последствий той белой искры. Пожиратели смерти не стреляли холостыми и не делали что-то для простого запугивания в тот момент. У них были изощрённые методы и целью было убийство.

— Наверно они облучили тебя какими-то частицами… У маглов есть множество исследований про вред радиации. Быть может, Том Реддл не погнушался использовать для своих злодеяний магловские источники знаний. Реддл и его приспешники существовали долгое время, за которое они могли разработать и не такое!

Парень посмотрел на настенные часы — уже было время ужина. — Пошли, поедим? — сказал он, поднимаясь с кровати и утягивая за собой подругу. Однако резко остановился в дверях и развернулся, отчего Гермиона чуть не врезалась в его грудь своим лицом. — Что? — выжидающе спросила она.

— Я могу считать, что мы с тобой встречаемся? — сдерживая улыбку, спросил рыжеволосый, при этом в его глазах засверкали дьявольские искорки. Девушка кивнула. — И я могу кому-то рассказать про это? — снова спросил он. Девушка снова кивнула. — Спасибо, — закончил с вопросами парень и чмокнул девушку в губы.

— Пошли уже! — поторопила волшебница и протолкнула парня в дверной проём. Парень выглядел таким беззаботным, жизнь будто начала к нему возвращаться, даже синяки под глазами были еле заметны. Его словно кто-то немного подлечил.

Фред спустился чуть раньше, но его сразу увёл в сторону Джордж, чтобы обсудить завтрашний поход в больницу. Гермиона не хотела встречаться глазами с Молли или Артуром, потому что она ещё не придумала, что сказать им в поддержку. Но их и не оказалось в Норе.

— Родители решили погостить у родственников день-два, съезжается вся родня по случаю свадьбы троюродной кузины мамы. Потом поедут к родственникам отца, там тоже праздник за праздником. Они хотели пропустить, но мы настояли. Им и так тяжело, пусть проветрятся хоть немного. — пояснила Джинни, приобняв подругу за плечо. — И извини, что тоже скрывала всё от тебя. Рон навёл панику, что ты можешь пострадать, находясь в этом доме с таким тяжелобольным человеком, накрутил папу и маму. Тут такое безумие было, он контролировал всех сов, которые приближались к Норе. Я надеюсь, ты никогда не дашь ему шанс на отношения — он какой-то сталкер. Я боюсь за тебя, подруга, — с долей правды пошутила рыжеволосая волшебница.

Тот самый сталкер как раз только поднялся по лестнице от комнаты Гарри и уже приближался к девушкам.

— Привет, Гермиона. Мы хоть и живём в одном доме, но видимся так редко…

Джинни с полминуты ещё стояла с подругой, выжидающе смотря на неё, на случай, если ей понадобится предлог быстро закончить разговор. Но Грейнджер успокаивающе кивнула девушке, чтобы она не переживала и занялась своими делами. В итоге, Джинни пошла сервировать стол.

— Ты в порядке? — уже более спокойно спросил Рональд. — Знаю, что тебе все тут очень дороги, но поставь своё здоровье на первый план. Чуть что — уезжай.

— Ладно, — согласилась девушка, — Если почувствую, что не справляюсь, сделаю паузу. — Ты волнуешься за меня, а сам-то как? Это же у тебя брат в таком состоянии.

Рон опустил глаза, — Мы всегда не ладили с близнецами, но я бы не хотел, чтобы Фред умер. Чувствую себя паршиво, потому что не могу ничего сделать. И никто из нас не может. Все попытки по итогу — лишь трата времени.

Вместо слов сочувствия, Гермиона положила руку на плечо друга, но он дал волю эмоциям и обнял девушку, уткнувшись лицом в её плечо, чтобы никто не догадался, плачет он или нет. Он стоял так минуту, две, три…

— На самом деле мне очень тяжело, — сквозь одежду пробубнил парень, — Я пойду в свою комнату, там поем… Не хочу, чтобы все видели мои покрасневшие глаза.

Он уже собрался уходить, но Гермиона ненадолго остановила его: — мне надо тебе ещё кое что рассказать. Не хочу, чтобы ты узнал от кого-то другого. Мы с Фредом сегодня начали встречаться.

— Чего?! — выпалил рыжеволосый, уже забыв о том, что должен быть расстроен, — Он же умирает, зачем ему с кем-то встречаться? Тем более, с тобой! Безумие просто! Гермиона, он тебя накачал любовными зельями из магазина приколов?

На секунду девушка задумалась, могло ли так произойти. Она вспомнила, когда впервые почувствовала что-то необычное к Фреду.

— Твоя версия не сходится — я ничего не пила и не ела от приезда до первой симпатии.

Рону стало приятно, что подруга восприняла его слова всерьёз, и он начал успокаиваться.

— Мне сейчас сложно это принять, но спасибо, что сама всё рассказала, — проговорил Рон. Вероятно, он хотел сказать что-то ещё, но всё же передумал, пожелал приятного аппетита и доброй ночи, после чего ушёл.

Наконец разложив всё на столе и перенеся пиццу и салатики, Джинни позвала всех желающих к столу. В этом доме было принято есть полным составом, но родители отсутствовали, поэтому особого смысла в общем сборе уже не было. Гарри вынырнул из подвала и быстро уселся рядом со своей девушкой. Джордж уже договорил с Фредом и тоже направлялся к столу, но перед этим подошёл к Джинни.

— Моя сестрёнка такая повариха! — он руками приобнял её за плечи, подойдя сзади. По его интонации было понятно, что он бы непрочь потискать её щёки, как бездетные тётушки какому-нибудь пухленькому младенцу.

— Наслаждайся, пока можешь! Когда выйду замуж, кто о тебе так позаботится? — с ухмылкой ответила она, и близнец сел на понравившееся ему место.

С недавнего времени у Уизли действовало негласное правило: не говорить за столом о смерти. Поэтому фраза Джинни так и осталась не обыграна острым языком Джорджа.

Фред и Гермиона тоже сели ужинать.

— Пицца — бомба! Ты просто волшебница, Джинни! — подхватил слова брата Фред. Гермиона краем глаза увидела на кухонной тумбе несколько пустых коробок из-под пиццы из ближайшей пиццерии, и сдержала смешок.

В этот момент на колени Фреда опустился тот самый трёхглавый дракон из магазина.

— Ты снова его наколдовал? — с наигранной досадой проговорил Джордж.

— Никакой живности на столе! — скомандовала Джинни, когда дракон попытался взобраться поближе к еде. Фред приподнял бровь, намекая сестре, что ей надо пересмотреть приоритеты. И, не обращая внимания на гневные взгляды Джиневры, дракон косолапо поплёлся к подносу с пиццей. Прямо перед самым подносом он остановился, и три головы заговорщицки переглянулись, а затем маленькие лапки потянулись к пицце. Первым в руки монстрика попался кругляш пепперони. Мысленно ребята делали ставки, кому достанется кругляш. Дракончик поднёс колбасу к мини-Фреду, и тот проглотил всё целиком. Джордж издал разочарованный протяжный звук, — Я думал ты накормишь меня!

— А я ставил на Гермиону, — сознался Гарри.

— Наш Фредди любит только себя, — язвительно пояснила Джинни.

— Не угадала! Сейчас и моему любимому братику что-то достанется, — сказал близнец и направил дракона к другому куску пиццы, однако без подвоха не обошлось — лапки ухватили самый большой кусок халапеньо и мгновенно запихнули его целиком в рот мини-Джорджа, отчего вся голова покраснела, и из ноздрей начал валить дым. Через секунду изо рта вышел огненный столп и спалил край подноса.

— Мама тебя убьёт! — хотела было сказать рыжеволосая волшебница, но вспомнила о запрете на тему смерти за столом, и промолчала, просто смахнув живность на пол.

— Кстати, — после небольшой паузы начал Джордж, — У меня для вас есть новости, — он не стал долго держать интригу и сразу всё рассказал, за что все присутствующие были ему очень признательны, ведь от тайн и секретов всех уже немного воротило. — Думаю, вы помните мою однокурсницу, а также великолепную спортсменку, Анжелину Джонсон? У нас с ней незаладилось в Хогвартсе, — он с укоризной посмотрел на брата, вскинув бровь, — Но мы до сих пор общаемся. И мне кажется, что она хорошая девушка. В общем, я пригласил её на свидание.

— И? — выжидающе спросил Фред, но такой же вопрос возник у всех присутствующих.

— Конечно же, она согласилась! Как можно отказать такому красавчику, как я?

— А это точно была она? — решил подогреть шутливое настроение Гарри, — Может письма отправляет её страшненькая соседка, которая считает, что мыться это дурной тон?

Джордж на секунду задумался, и, кажется, у него добавилась новая фобия. Но он мысленно отмахнулся. — Это правда Анжелина, мы уже виделись на днях, но не в формате свидания.

Все были рады за Джорджа. Его давняя любовь наконец ответила взаимностью!

— Ну, раз тут начались такие откровения, то я бы тоже хотел кое в чём признаться, сказал Гарри. — Мы, — поправила его Джинни. — Да, мы хотели бы вам кое что рассказать: у нас будет ребёнок, — как можно быстрее выпалил Гарри.

За столом образовалась гробовая тишина.

— Родителям пока ни слова, — умоляюще сказала Джинни.

— Да Мерлин! На вашем месте я бы уже трёх нарожал, Джинни-то не молодеет! — не смог сдержаться Джордж, но Фред пнул его ногой под столом, чтоб тот умолк.

Джинни направила на разозлившего её брата указательный палец, пугающе нахмурив брови, — Мне только исполнится семнадцать в следующем месяце! — она собиралась сказать ещё что-то колкое в ответ, но потом передумала тратить своё время и нервы. С возрастом девушка стала спокойнее и хитрее.

— Интересный вечерок… Не хватало ещё Гермионе что-то шокирующее рассказать, и будет комбо. — подметил Гарри. А Фред с загадочной ухмылкой посмотрел на Грейнджер.

Гермиона прочистила горло, — Ну, если вы все так просите…

Глаза Гарри и Джинни округлились, не ожидая, что Гермиона и вправду что-то такое могла бы сейчас рассказать. А Джордж уже примерно догадывался, о чём пойдёт речь, поэтому лишь улыбался одним уголком губ.

— Мы с Фредом сегодня начали встречаться, — уверенно сказала девушка. Джинни подумала, что подруга просто пошутила, и тихонько рассмеялась, но осознав реальность — умолкла. У троих из пяти сидящих за столом, в голове словно била в металлические тарелки обезьянка и бегали болельщицы с гигантским плакатом с надписью «нельзя говорить о смерти».

Наконец Гарри взял себя в руки и поздравил новоиспечённую пару, которая даже немного засмущалась. Он мысленно перебирал один вопрос за другим, но все они так или иначе сводились к теме смерти. Надо было вставать из-за этого чёртова стола, потому что иначе было нечего спросить.

Однако, Фред, видимо, не планировал сегодня что-то ещё обсуждать. — Всем доброй ночи. И спасибо за трапезу, Джин, — сказал близнец. Затем он достал волшебную палочку и испепелил одноразовые приборы на столе, вместе с подгоревшим подносом, чтобы никому не пришлось убирать.

— Такой галантный молодой человек… Кто ты, и что сделал с моим братом? — в шутку спросила Джинни, но у неё в груди защемило. Фред улыбнулся. О чём-то вспомнив, он подошёл к Гермионе, быстро наклонился к её уху и прошептал что-то коротенькое. Она понимающе кивнула в ответ, после чего рыжеволосый оглядел всех присутствующих: — когда мама спросит, куда делся её любимый поднос, я надеюсь, никто из вас не забудет, что поднос спалил именно Джордж пламенем изо рта?

Не ожидая ответа, парень ни разу не обернувшись пошёл к себе.

Оставшиеся люди тоже решили расходиться, поэтому первый этаж быстро опустел.

Зайдя в комнату, Фред прислонился к двери и начал сползать на пол. Силы оставляли его, и он знал, что скоро почувствует боль в голове, в костях рук, и ещё Мерлин знает где. Так всегда бывало: вначале он хотел заглушить боль и принимал обезболивающее, после его действия в голове прояснялось, но тогда появлялись галлюцинации и нечувствительность в частях тела, и он начинал исходить огнём, за которым следовало улучшение общего физического состояния; но магия в организме почему-то резко истощалась, а лишившемуся магии организму становилось хуже прежнего. И снова приходилось пить обезболивающее. Всё повторялось по кругу. Настоящий день сурка…

Парень знал, что магия и физическое состояние взаимосвязаны, но не понимал, как и почему всё происходит в его случае.

В коридоре послышались негромкие шаги Гермионы, и парень подвинулся к стене, чтобы девушка смогла войти, ведь он сам шёпотом пригласил её немного пообщаться перед сном. Волшебница не сразу заметила рыжеволосого. Она не ожидала найти его на полу у двери.

— Снова плохо? — занервничала она. Парень вымученно улыбнулся, — Да, плоховато. Помоги, пожалуйста, перейти на кровать. Тут чертовски жёстко, — он попытался посмеяться, но у него это получилось с трудом.

— А почему не трансгрессируешь на кровать? Тебе сейчас сложно колдовать?

Гермиона помогла ему подняться, и они потихоньку дошли до кровати.

— Я не умею пользоваться трансгрессией, — пояснил Фред, — Если и участвую в таком, то только в роли багажа. Уйму раз пробовал один, но не получалось. Знаешь, я вообще много чего не умею. Помню, во времена учебы в Хогвартсе мы с Джорджем пытались стать анимагами и лишь перепортили бесчисленное количество мандрагоры. В какую-то из попыток я был один, у меня почти вышло... Сделал всё по инструкции, но в голове так и не появился образ моего нового воплощения. Не знаю, что с моей магией, и вообще, что со мной… Вот бы найти и расспросить того, кто пустил в меня заклятие тогда возле развалин, но я не разглядел его лица, и он наверняка мёртв.

— А даже если и жив, то не станет помогать, — подытожила Гермиона, и прилегла рядом со своим парнем, нежно перебирая его волосы пальцами.

— Ты такая хорошая и милая. И почему я раньше не замечал? Мог бы проводить с тобой всё свободное время после учёбы.

— И тогда не существовало бы вашего магазина и большинства изобретений... Ты внёс свой вклад в магический мир, сделал жизнь других людей чуть веселее. Такими и должны быть волшебники! Я очень горжусь тобой!

— Так я идеальный волшебник в твоём понимании? Любопытно… А знаешь, когда я поступал в Хогвартс, у нас получилась очень занимательная беседа с распределяющей шляпой. Она не знала, куда меня определить. Ни один факультет мне не подходил. В итоге я поросился на Гриффиндор, куда попадали все из моей семьи. На прощание шляпа сказала: — у всех, кто когда-либо надевал меня, была возможность стать Тёмным лордом. Но есть только путь к счастью и путь к власти. Объединиться им не суждено никогда.

— А ты, конечно, подумал, что это всего лишь говорящий кусок ткани, который ничего не смыслит о реальной жизни вне школы, верно?

— В яблочко! Тогда я подумал, что только мне решать, какой будет моя реальность. Сквозь года голос шляпы эхом проносился в моём сознании, и в какой-то момент я понял, что она права. Нельзя стать счастливым, калеча жизни других, власть подразумевает подчинение окружающих, возвышение над кем-то. Обретение силы и мощи — хождение по лезвию ножа.

— Но как можно оставаться счастливым, когда знаешь, что скоро умрёшь? Разве не хочется хвататься за любую возможность выжить? Это же так естественно, хотеть жить? А чтобы избежать смерти нужна сила и власть.

— Помнишь Фламеля, хозяина философского камня? Он был стар и одинок. Его родные не жили так же долго, а молодость зачахла. Ещё один долгожитель — Альбус Дамблдор, тоже был одинок и стар. Том Реддл за счёт убийств смог сохранить хорошую внешность, но его сердце не могло найти покой, ведь образовывалась пустота в тех местах, где откалывалась душа. Ничего не могло заполнить пустоту, была постоянная жажда и потребность. Поэтому, отвечая на твой вопрос, скажу: естественно хотеть жить, но надо оставаться при этом человеком.

Возникло недолгое молчание, во время которого каждый думал о своём. Это молчание не было гнетущим, оно лишь помогало что-то для себя решить и понять.

— Я хочу остаться человеком, мне не важно величие и власть. Не буду хвататься за все способы выжить. Мне хочется лишь оставаться волшебником, которым ты будешь гордиться.

По щекам девушки полились слёзы, а парень, будто отпустив что-то важное, но теперь лишнее, вдруг перестал ощущать уже начинавшее расползаться онемение, которое в этот раз наверняка охватило бы его целиком.

— Я сама найду способ тебе помочь! Никто же не становился Тёмным лордом, помогая другому человеку?

— Хочешь стать первой? — посмеялся парень и нежно поцеловал любимую.

В будущем, которое уже прошлое:

— Если когда-то я стану новым Тёмным лордом — просто убей меня, Гермиона!

* * *

— Я не хочу продлевать свою жизнь за счёт убийства других людей, Фред! Моя молодость будет проходить, и это нормально! И тебе не обязательно жить вечно…

* * *

— Просто забудь меня, живи один в своём бессмертии, пусть эти убийства прекратятся, пожалуйста!

* * *

— Посмотри, во что мы превратились, Фредерик!? Так больше нельзя!

* * *

Силуэт неизменно молодой девушки начертил в воздухе прямоугольную дверь и вошёл в неё.

* * *

Словно из двери, из воздуха появилась девушка, подошла к рыжеволосому подростку и приставила палочку к его голове, вытягивая светящиеся нити. — Ты не вспомнишь, что стал анимагом, превращающимся в бессмертного феникса.

* * *

Дверь в воздухе появилась среди развалин в разгар битвы, девушка уверенно нацелилась палочкой на самого дорогого ей человека и выпустила белую вспышку заклятия.

* * *