Сказки 4 (джен)

Что делает обезьяна когда два тигра вступают в смертельную схватку? Ну, если верить старой китайской притче, то залезает на дерево и ждёт когда эта самая схватка закончится. После чего спускается с дерева и добивает выжившего. А что если Поттер сам выступит в роли такой вот обезьянки?

 

* * *

 

Глава первая.

 

Гарри Джеймс Поттер, почти пятнадцатилетний волшебник, лежал на своей персональной кровати, в больничном крыле Хогвартса и рассуждал. Самым, пожалуй, интересным, при этом, было то, что его рассуждения чётко выстраивались в стройную и логичную систему, ну, наверное, как доказательства какой-нибудь теоремы. И было это, наверное, первый раз в его жизни. В смысле, что он так чётко и логично рассуждал.

«Чёрт его знает, — думалось ему в тот момент когда возник вопрос откуда, мол, чего взялось-то. — Разве что кратковременное Круцио мозги встряхивает. А может я просто повзрослел? Ведь раньше-то кем я был? Мальчиком из чулана попавшим в сказку, не осознающим реальности ребёнком. Н-да. Жаль только что осознание того, что сказка-то, оказывается совсем не сказка пришло довольно поздно. Но, не зря же говорится, что лучше поздно, чем никогда».

Он даже не слишком прислушивался к происходящему спору, который вели, главным образом Фадж и Дамблдор. А находящиеся одновременно с ними в помещении Снэйп и Макгонагалл пытались, время от времени, склонить, так сказать чашу весов в пользу Дамблдора.

И что же спрашивается привело Гарри к этому состоянию? Что предварило, так сказать, момент его очередного попадания в больничное крыло, на свою персональную кровать и его прозрение?

А началось всё сегодня вечером, двадцать четвёртого июня тысяча девятьсот девяносто пятого года, как раз в тот момент когда было объявлено о начале проведения третьего, заключительного этапа Турнира трёх волшебников. В который Гарри оказался втянут без его на то желания и стал четвёртым, незапланированным участником.

Им, участникам, нужно было попасть в центр лабиринта где дотронуться до кубка. И сделавший это первым, собственно, и становился победителем Турнира.

В итоге, до кубка они добрались вдвоём. Гарри и ещё один участник. Поэтому, кстати, и дотронулись они до него тоже вдвоём, посчитав это символичным, и потому ещё что учились в одной школе. А дальше их перенесло на какое-то кладбище, где Седрика, так звали парня с кем Гарри вместе за кубок схватился, убили. А самому Гарри повезло оттуда удрать, пусть и живым, но совсем даже не невредимым.

А драпать ему пришлось потому, что там, на кладбище, был совершён то ли ритуал, то ли ещё какое магическое действие, в результате проведения которого у его заклятого друга Волдеморта появилось тело взрослого, а Гарри стал тому свидетелем и невольным участником.

Правда, тут следует уточнить, что если бы такое тело предложили самому Поттеру, то он бы отказался. Нет, ну если порассуждать, то что это было за тело? Носа, как такового не было, ушей тоже почти не видно, голова лысая, кожа его была какая-то... чешуйчатая, что ли, и серая. Да ещё и первичные половые признаки отсутствовали. Тут, правда, Гарри не был уверен на все сто процентов, потому что не слишком он обратил на этот момент внимание. Но, вроде бы их не было. В общем, Волдди больше на смесь человека и змеи был похож и иначе как Змеемордым называть его язык не поворачивался.

Поэтому, сам бы Гарри предпочёл ещё какое-то время бесплотным духом побыть, но, видимо, у Волдика на этот счёт были свои взгляды. Ну, а дальше было три Круцио от Змеемордого, потом, типа, дуэль с ним же и бегство с кладбища.

«Какая нахрен дуэль? — думал в тот момент Гарри, укрываясь за очередным памятником. — Самого бы тебя урода окруциатить разок, другой, третий и посмотрел бы я на тебя, когда бы тебе дуэль предложили. Тоже мне, Величайший, мать его, Тёмный маг. Скотина ты, величайшая. Да ещё и трусливая».

Нет, ну если подумать, то какая нахрен дуэль после трех-то Круцио? Как её воспринимать-то? Только как желание поглумиться над противником прежде чем убить его. Впрочем, чего ещё ожидать от мудаковатого сумасшедшего?

Ещё дальше была попытка убить Гарри уже тут, в Хогвартсе. Ну, после того как он вернулся. И, наконец, когда всё завершилось он оказался здесь, в больничном крыле, где их школьная медсестра, мадам Помфри, успела его немного подлатать.

А убить здесь, в школе, его попытался Барти Крауч-младший. Пожиратель смерти выдававший весь год себя за Аластора Муди, их преподавателя по ЗОТИ. Кстати, нужно было отдать ему должное, преподавал он весьма неплохо, несмотря на то что был Пожирателем действующим. В отличии от того же Снэйпа, который хоть и числился Пожирателем бывшим, да и Дамблдор вроде как полностью ему доверял, но преподавал он... э-э-э... ну, пусть будет из рук вон плохо.

И вот теперь он лежал в кровати и рассуждал. А темой его рассуждения, как обычно бывает в таких случаях, были два вопроса. «Кто виноват?» и «Что делать?».

И если на вопрос «Кто виноват?» ответ у Гарри был, то вот насчёт того что делать нужно было поразмыслить.

А виноват был ни кто иной как... Дамблдор. Ведь знал же старый, бородатый педрила что Волдик не сдох окончательно и место где его бесплотный дух всё это время болтался. Ну, и организовал бы какую-нибудь экспедицию, чтобы дух Волдика отловить и где-нибудь спрятать. Так ведь нет же, сидел всё это время в своей башне из слоновой кости и, как говорится, в ус не дул.

«Хотя, — думалось Гарри, — чего всё на старичка-то спихивать? Я и сам хорош. Нужно было пинать Дамби чтобы он шевелиться начал. Впрочем, а был бы от этого толк? Ведь он у нас как... бетонный столб в землю вкопанный. Так что, если пинать его начнёшь, то и ноги себе отобьёшь, и с места его не сдвинешь».

Правда, понял это Гарри только что. К сожалению. Но, сейчас-то чего уже было на воду дуть когда молоко убежало. Теперь нужно было решить что сам он будет делать.

А спор, меж тем, разгорался всё сильнее. Но, чем больше разумных и не очень аргументов приводил Дамблдор, пытаясь убедить Фаджа в том что Волди, таки, взял, да и возродился, тем больше тот упирался.

И было не совсем понятно, то ли он действительно не верил в возрождение Змеемордого, то ли посчитал всё это громадной мистификацией разыгранной для того чтобы лишить его власти и сместить с занимаемой им должности. А ведь могло быть и так что порекомендовали ему не поверить, покачивая перед его глазами мешочком со звякающими в нём галлеонами.

А должность, кстати, занимал он немаленькую. Министрои Магии он работал. И видимо, с этой же целью, как только ему представилась такая возможность, он и концы зачистил. То есть, Крауча из расклада убрал подставив того под поцелуй дементора.

 

— Когда мы сообщили мистеру Фаджу, что нами пойман Пожиратель смерти, ответственный за всё, произошедшее сегодня ночью, — объяснял Дамблдору Снэйп, — он, похоже, решил, что под угрозой находится его собственная безопасность. И настоял на том, чтобы использовать дементора для охраны. С этим дементором он явился в кабинет, где Барти Крауч…

— А я предупреждала его, что вы не согласитесь, Дамблдор! — вмешалась профессор Макгонагалл. — Я сказала ему, что вы никогда не позволите дементорам переступить порог замка, но…

 

А у Гарри, когда он это услышал, мысль появилась. «Ну и какого, спрашивается хрена ты сопли жевала, кошка драная? — подумалось ему. — Дементора-то, погнать нужно было. Причём сразу. А потом и Фаджулику люлей навешать. И не просто люлей, а таких, чтобы он на всю оставшуюся жизнь запомнил. Да я на её месте такой бы хай поднял, что он бы у меня не только с должности своей слетел, но и в Азкабан бы отправился. Как минимум. Нет, ну это ж додуматься надо было пустить в школу полную детей дементора и позволить тому человека поцеловать. Пусть даже и преступника. Тупая ты, кошка».

А спор, меж тем, всё продолжался. И всё это время с лица Фаджа не сходила странная улыбка. И он всё время переводил взгляд с одного на другого. Посматривая то на Гарри, то на Дамблдора, то на Макгонагалл, то на Снэйпа. И ни в какую не хотел соглашаться. Наконец, ему видимо надоел этот, как он считал, беспредметный спор и он заявил твёрдым голосом: «Не мог он вернуться, Дамблдор, это просто невозможно».

После чего покинул больничное крыло, а Дамблдор принялся раздавать указания присутствующим. И если разбираться, то разумные указания он раздавал, вот только Гарри всё больше и больше овладевала мысль, что с ними, находящимися сейчас в больничном крыле, не по пути ему. Потому как бестолку это.

Почему? Потому как те указания, которые Дамби раздавал были хороши, если ты собираешься вести войну затяжную и позиционную. Но, вот с этим-то, как раз, и была проблема. Хотя бы потому, что было уже такое. В прошлом, ещё тогда, в семидесятые, когда Волди рвался к власти. Что ему почти удалось. И если бы не Гарри, со своим авадоустойчивым лбом, то и неизвестно что сейчас в их Британии было бы.

«Вот что ты, спрашивается, рассусоливаешь, сука ты старая? — думалось ему. — Ведь даже мне понятно, что не так нужно действовать. Прямо сейчас пока ещё всё не устаканилось нужно, прежде всего вычислить место где Волди осядет, собрать подходящих людей и нанести упреждающий удар. А он что предлагает? Отправить послов к великанам и к оборотням. Вот нафига?»

После чего он подумал ещё немного и продолжил рассуждать.

«Да и Фаджа сейчас отпускать так нельзя было. Ведь он же теперь не успокоится и палки в колёса вставлять начнёт. Значит нужно было его заобливиэйтить до состояния Локхарта и в Мунго отправить. Ага. В соседи к Гилдерою и родителям Невилла, а потом быстренько переизбрать нужного Министра и дела делать. Ну, параллельно с ударом по Волдику. Как там говорится-то? Что в смутные времена нужны нестандартные решения. Так вроде бы».

А дальше ему подумалось вот ещё о чём:

«Но вот что во всём этом самое странное так это то, что Дамби имея такую магическую силу, даже не силу, а силищу, перед Фаджем вытанцовывает на задних лапках. И, хоть ты меня убей, не могу понять почему? Ах, Корнелиус, то. Ох, Корнелиус, это. Да чёрт возьми, я же и сам испугался и чуть в штаны не наложил, когда он меня из лап Крауча-младшего выдёргивал. Ведь, если разбираться, то мне даже с Волдиком, когда я с ним, типа, дуэлировал, так страшно не было. Ну, и какого тогда хрена он Фаджика к ноготку-то не прижмёт, чтобы тот и пикнуть не смел? Или не пикнуть, а пукнуть. В общем, полная хрень получается. Но, самое главное, а мне-то теперь что делать прикажете?»

Тут Гарри задумался и когда все остальные покинули больничное крыло попросил у мадам Помфри десять минут, прежде чем она вольёт в него Зелье сна без сновидений. И позвал Добби, который, конечно же, взял, да и появился. Ну, а Гарри не стал надолго на него отвлекаться, ведь время ещё будет, попросил его привести Винки. Мелькнула у него одна мысль и он захотел её проверить.

А проверить он захотел не поздно ли её из запоя вывести и к делу приспособить. Потому что Винки, после изгнания её из семьи, пила почти беспробудно.

 

— Скажи-ка, Винки, — спросил он у неё когда Добби её привёл, — а что теперь, когда оба Крауча мертвы будет с их домом? Кто на него может претендовать как наследник?

Винки, сосредоточилась, подумала, икнула и ответила, что, пожалуй, любой дальний родственник. Даже очень, очень дальний, такой, например, как Гарри Поттер, сэр. Только нужно было небольшой ритуальчик провести.

— А если мы с тобой этот ритуальчик проведём? — уточнил Гарри. — И я, после этого тебя на службу к себе возьму? Ведь ты же хочешь быть полезной домовушкой? Кстати, — тут он обратился к Добби, — а ты что скажешь, дружище? Ведь ты-то у нас вроде как домовик свободный? Но, если что, то милости просим.

Разумеется Добби согласился. Он, даже, начал подпрыгивать от радости. Впрочем, как и Винки.

— Ну, тогда друзья мои, отправляйтесь в дом Краучей, — отдал им первое распоряжение Гарри. — Защиту проверить, то, сё. Порядок навести и к ритуалу всё подготовить. А я, завтра, как только немного оклемаюсь, вас позову и отправимся мы в право владения недвижимостью вступать.

 

В общем, домовики отправились дела делать, а Гарри выпил снотворное и уснул, наконец.

А рассуждал он как, ну, когда про дом Краучей подумал? Ведь наверняка же добрейшей души дедушка Дамби, захочет его опять на каникулах к его родственничкам отправить. Типа, «Материнская защита», все дела. И совершенно не захочет учитывать, что для ритуала возрождения Волди его кровь использовали. И что смог Змеемордый до него спокойно дотронуться, а значит и говорить о защите смысла больше нет. Ну, а раз его нет, этого самого смысла, то ехать-то туда зачем?

Вот у Гарри и мелькнула мысль про дом Краучей. И действовать в данном случае быстро надо было. Тут, как говорится, кто первым встал, того и тапки. А там, глядишь, и библиотека обнаружится, ведь Краучи-то семейство старое. И, очень может быть, что найдётся там что-нибудь, что при следующей встрече с Волди поможет ему, Гарри. Что-нибудь простое, но, очень и очень убойное. Ну, и как компенсация за подставы, заодно. Нет, ну а чего? Сначала старший из него козла отпущения на прошлогоднем Чемпионате мира по квиддичу сделать попытался, потом младший ему участие в Турнире обеспечил. Кстати, вместе со старшим. Так что, должны они ему.

А то ведь глазом моргнуть не успеешь как набегут какие-нибудь хмыри министерские и растащат всё что плохо лежит. Как, впрочем, и то что хорошо лежит тоже.

И ещё, засыпая, Гарри подумал, что на Прайвет Драйв, к родственничкам, он пожалуй, поедет. Сначала. Ну, если дедушка Дамби сильно настаивать будет. И если за ним вдруг будут наблюдать, то на этот случай он будет там периодически появляться. Но, в этот раз, только периодически и не более того. Потому что с Дамби, в открытую, ему пока не тягаться, к сожалению. Разные у них весовые категории.

Ну, и заодно Гарри подумал, что ничего не помешает ему выслушать Дамблдора и сделать всё по своему. Единственное, что Поттера удручало, так это необходимость провести в Хогвартсе ещё и следующий год. Он этот вопрос как-то специально провентилировал, ради, как говорится, спортивного интереса. И не только у своих, но и у представителей других школ. Потому что мелькала у него мысль насчёт перевода в какую-нибудь другую школу ещё, так сказать, в процессе подготовки к этапам Турнира.

Получалось, что в Европейских школах это не принято было. А вот что касается тех школ что за океаном расположены, то списываться с ними нужно было. Да и несовершеннолетний он был. А так, он себе через годик эмансипацию сделает, в обоих мирах и «Гудбай, Британия». И пусть тут они сами с Волдиками всякими разбираются. К тому же, пообщавшись с учениками других школ, узнал Гарри, что Дамблдор-то, оказывается, далеко не самый крутой маг в мире. Есть те кто и покруче будет. И что он, вообще, только в двадцатку сильнейших входит. Причём, во втором десятке и ближе к его концу.

А на следующий день, когда Гарри вроде как спал за ширмой, умыкнули его домовики примерно на час в дом Краучей. Там они быстренько провели нужный ритуал и Гарри стал полноценным владельцем дома. Ну, и ещё он домовиков к себе привязал и, так сказать, назначил их членами семьи. «Нарекаю вас, отныне, Добби Поттером и Винки Поттер», — заявил им Гарри с торжественностью в голосе. На что домовики даже прослезились, особенно Винки. Она, до этого, хоть и служила Краучам верой и правдой, но всё равно, никто и никогда её до этого момента личностью не считал.

Ну, а дальше наступили каникулы и Дамби, как Гарри и ожидал, выразил желание чтобы он к родственничкам отправился. А он и противиться не стал. Побыл там один вечер, а после переместила его Винки теперь уже в его дом, а Добби остался прикрывать Поттера. Впрочем, Гарри его не сильно напрягал и сам, время от времени появлялся в дому у родственничков. Чтобы потусоваться у охранничков на глазах. А то что его, типа, охраняют, Добби сразу выяснил. Вот Гарри и делал вид, что он никуда из Литтл Уингинга не отлучается.

Сам же, при этом, был занят тем, что тщательнейшим образом изучал несколько старинных трактатов. Их они с Винки случайно нашли в кабинете у Крауча-старшего когда там порядок наводили. Причём, откуда они появились сама Винки понятия не имела. Как она сказала, поразмышляв, что скорее всего это был какой-то конфискат. Ведь Крауч-старший далеко не всегда был Главой отдела по связям с иностранцами, а был он, в своё время, и Главой ДМП, и Министром магии чуть не стал.

«Да уж, — подумалось тогда Гарри, когда он понял что именно ему в руки попало. — Хорошо что Барти-младший до них не добрался. А то ведь неизвестно чего бы нахреновертить успел».

Главным же среди этого конфиската был трактат о душе и всём что с ней связано. Многое из него Гарри почерпнул. Но, самое главное из того что он узнал было то, что можно было пристроить кому-нибудь, типа, бессмертия, но, на своих условиях. Ну, и почему Волдик существовал в бестелесном состоянии, тоже.

Разумеется, не за один день стал Гарри обладателем этих знаний. Потому что и написаны они были на староанглийском, для чего в словари зарыться пришлось. Ну, чтобы понять, что тот или иной термин из трактата означает в современной интерпретации.

А ещё Гарри вновь повезло вот чём. Был среди трактатов один, в котором рассказывалось как можно обеспечить, так сказать, почти стопроцентное попадание в цель заклинанием. Даже если его луч пролетит в метре от цели, то всё равно, считай что попадёт. Правда как это работает, Гарри толком понять так и не смог, но, главное, что оно работало.

И после изучения этих трактатов становилось понятным почему Крауч их, так сказать, засекретил, правда, неясно было почему он их к себе домой утащил, а не оприходовал и не сдал в какой-нибудь министерский архив. Впрочем, не сдал и ладно, потому что Гарри от от этого только выиграл.

Ну, и ещё Винки и Добби тренировали Гарри в использовании невербальных заклинаний. Так что, напряжённо для него прошло это время.

Он, если быть честным, даже к друзьям без претензий был, ну, за то, что они ему не пишут нифига. Нет, сначала, конечно, обидно было. Но, подумал Гарри, подумал и решил, что им, видимо, добрейшей души дедушка тоже на мозги присел, вот они и не пишут. Его, в этот раз даже не огорчило, что с днём рождения его не поздравили. Ну, не очень сильно, по крайней мере.

«Нет, ну а чего? — думалось Гарри. — Любит же наш дедушка свой сломанный нос сунуть куда его не просят, так что такой вариант вполне возможен. И ещё он искренне убеждён что знает как для меня лучше, а то, что я сам думаю его и не волнует совсем».

И ещё он договорился со своей тёткой, что если вдруг он срочно понадобится то она вызовет Добби, а уже тот доставит к ним самого Гарри. Кстати, то, что что-то может или даже должно случиться, было вполне ожидаемо. Потому что в их магической прессе этим летом развернулась кампания по поливанию дерьмом как самого Гарри, так и Дамблдора. И от номера к номеру, давление, так сказать, только возрастало. Вот и должно было рвануть.

Ну, и рвануло. Как раз вечером второго августа. Его тогда тётка выдернула, и не успели они усесться в гостиной чтобы возникшую проблему обсудить, как в дверь раздался чей-то заполошный стук. А когда её открыли, то в дом ввалился их сын Дадли, которого, как оказалось, притащила миссис Фигг ещё с кем-то.

Выглядел Дадли как обкурившийся какой-то дряни или принявший какой-нибудь галлюциноген. Но, Гарри глянув на него подумалось что так выглядят после встречи с дементорами. Ну, помимо всего прочего.

«Но, чёрт возьми, дементоры-то тут откуда?» — думалось ему когда он, на всякий случай совал в рот Дадли шоколад.

Уж что, что, а где у его родственничков шоколад хранится знал Гарри, вот и сбегал за ним. А дальше к ним начали прилетать совы.

«Не понял, — удивившись спросил у них Гарри, — а вам- то какого хрена здесь надо? Ведь целый же месяц ни одной из вас видно не было, а тут раз и... зачастили».

Первое из них было из Министерства. От всё той же Мафлды Хопкирк, которая уже как-то присылала Гарри предупреждение о неправомерном колдовстве на каникулах. Ну, тогда, после первого курса, когда его Добби подставил. В нём сообщалось, что в связи с фактом повторного колдовства, которое якобы сотворил Гарри, его из школы исключили.

Второе было от Артура Уизли. И говорилось в нём чтобы Гарри никуда из дома не выходил и свою волшебную палочку никому не отдавал. И, что Дамблдор, мол, уже в курсе и отправился в Министерство вопрос разруливать.

Третье было снова из Министерства. В котором гнев, так сказать, на милость сменили. То есть сообщали что отчисление откладывается, а самого Гарри заслушают на дисциплинарной комиссии.

И, наконец, четвёртым был громковещатель. А был он, как заподозрил Гарри, от Дамблодора. Ну, по логике вещей так выходило. Потому что когда конверт открыли, то гостиную буквально заполнил чей-то голос. И сказал он: «Помни мой наказ, Петуния!»

«Какой ещё нахрен наказ?! — разозлился Гарри. — Какое ещё нахрен колдовство?! Какого, спрашивается, Мерлина лысого кто-то Патронуса наколдовасил, а мне предъявляют?! Впрочем, — подумал он успокоившись, — я-то чего дёргаюсь? Сами расскажут».

 

Глава вторая.

 

И если Гарри повозмущался и быстро успокоился, то про его тётю Петунию этого сказать было нельзя. Да и какая нормальная мать останется спокойной в такой ситуации, когда её ребёнок чуть в овоща не превратился. К тому же знала она кто такие дементоры. Ну, оно и понятно, рассказывала ей о них сестра Лили в своё время. И хлопоча вокруг Дадли, и возмущаясь, она задала очень правильные вопросы. Чем и подтвердила, заодно, Поттеровскую догадку насчёт того кто громковещатель прислал. Это действительно Дамблдор оказался.

В связи с чем, выслушав тётю, решил Гарри, что ответы на вопросы заданные её, нуждаются в немедленных ответах. Ну, или очень быстро кто-то должен был его проинформировать на этот счёт, так сказать. Поэтому он, прежде всего, занялся поисками такого человека. И, с помощью домовиков, некоторых ухищрений и какой-то матери оказался он через день в кабинете Главы ДМП, звали которую Амелия Сьюзен Боунс и, которая могла его бы просветить. Тем более, что и должность у неё была подходящая, да и репутация тоже поспособствовала. Поэтому-то Поттер именно к ней и обратился.

 

— Здравствуйте, мистер Поттер. Здравствуйте, — поприветствовала она его. — Давно хотелось с вами познакомиться чтобы, так сказать, пролить свет на все те слухи что вокруг вас курсируют.

— Очень приятно, мадам Боунс, — поздоровался Гарри. — Насчёт слухов, тут знаете ли, если их обсуждать то для этого отдельное время выделять нужно. Но, прямо сейчас меня интересует вот что.

 

После чего показал ей послание от Мафалды Хопкирк и высказал появившиеся у него претензии. Боунс, ознакомилась с посланием и отправила свою секретаршу пригласить к ней эту самую Мафалду. А когда та появилась в её кабинете, то обратилась к ней. Обманчиво ласковым голосом.

 

— Мафалдочка, радость моя, — чуть ли не проворковала Амелия. — А скажи-ка мне, пожалуйста, тебе что кресло в котором ты сидишь тесноватым стало? Или, может твои должностные обязанности стали слишком сложными и ты перестала с ними справляться?

— Э-э-э... Нет. Нормально у меня всё, — ответила Хопкирк с недоумением глядя на начальницу.

— Тогда скажи мне, ты какого Мордреда превышаешь свои полномочия и допускаешь... э-э-э... нецелевое использование служебного пергамента? Какого хрена?! — неожиданно проорала последнюю фразу мадам Боунс.

Причём сделано было это настолько неожиданно, что с миссис Хопкирк случился небольшой конфуз, да и сам Гарри тоже едва не... оконфузился.

— Ты кем там себя возомнила?! Новой Морганой, что ли? А, Мафалда?! — продолжила задавать вопросы Боунс. — Или ты забыла что исключение ученика из школы, это прерогатива её директора? А уж слом чьей-то волшебной палочки производится только после того как будет вынесено постановление Визенгамота? Что?! Действительно забыла?! Так я тебе быстро напомню.

— А что мне делать было, если ко мне сама Амбридж подошла и потребовала? Кто она и кто я? — пустилась в оправдания всхлипывающая Хопкирк.

Долорес Амбридж, кстати, была Первым заместителем Министра магии. Но, в данном случае, получилось что она влезла в чужую, так сказать, епархию, что Боунс очень не понравилось.

— Ты, прежде всего, сотрудница отдела который замыкается на меня, а не на Амбридж, — сообщила ей Боунс. — И всё что тебе нужно было сделать, так это поставить в известность меня. Ну, а я бы уже разобралась. И с Амбридж, и с Фаджем, если бы понадобилось. Кстати, Мафалда, а почему я узнаю об этом только сейчас да и то не от тебя, а от мистера Поттера? Ведь если ты его вызвала на заседание дисциплинарной комиссии, то кто эту комиссию, возглавит?

— Вы, мадам.

— Правильно. Я. И когда бы ты мне об этом сообщила? Перед началом её работы?

 

В общем, имела Хопкирк что послушать и после того как она покаялась во всех грехах и пообещала, что подобного больше не повторится, Боунс её отпустила, сообщив, что без взыскания она не останется, конечно. И вынудив молчать о произошедшем только что. И о том что она Потера видела.

А дальше они поговорили с Гарри. О многих вещах. И не только о том что творится в последнее время, но, ещё и том что в школе происходило, и о чём Дамблдор, в своё время, предпочёл умолчать. Так же она посоветовала Гарри явиться на заседание комиссии на пару часов пораньше. А то если в дело Амбридж замешана, то наверняка без какой-нибудь каверзы с её стороны не обойдётся. Причём прибыть не просто в Министерство, а, непосредственно, к ней в кабинет.

 

— Да и вообще, — закончила она их разговор. — Пора тут кое-кого на место поставить. А вы, мистер Поттер мне в этом и поможете. Ведь поможете же?

— Да уж. Видимо много она, эта сама Долорес Амелии мозолей оттоптала. Да и не только ей, — подумалось Гарри. А вслух ответил, ухмыляясь. — А то. Помогу, конечно.

— Вот и славно, — ухмыльнулась в свою очередь Боунс. — А я вам, в случае чего Патронуса пришлю.

— А с его помощью что, и сообщения передавать можно? — удивился Гарри.

 

Оказалось что, да. Правда знали об этом и умели это делать далеко не все. В общем, отправился Гарри к себе домой и решил, что до двенадцатого числа на Прайвет Драйв, в доме у тётки появляться не будет. Если, конечно ничего срочного не произойдёт. Ну, и ничего не случилось, конечно. За исключением того, что шестого вечером за ним явилась целая компания магов с настоящим на сей раз Аластором Муди во главе. «Ну, пусть подёргаются, — решил Гарри после того как ему об этом Добби рассказал. — А то умные все слишком. Вот пусть теперь и... умничают».

Нет, ну а чего? Сначала его на месяц лишают возможности получать какую либо информацию, а теперь явились, не запылились. Типа, хватай мешки, вокзал отходит. Так что, а не пошли бы они все. В общем, до двенадцатого больше ничего не происходило. По крайней мере явного.

А когда оно наступило, то отправился Гарри в Министерство. Причём, подумал он, подумал да и решил, что прихватит с собой свою мантию-невидимку. На случай если его на подходах или в самом Министерстве перехватить попробуют. Впрочем, не понадобилась она ему, в тот момент. Потому как в семь утра к нему прилетел Патронус от Боунс и предложил, используя каминную сеть, пройти прямо к ней в кабинет. А ровно в половине восьмого утра в кабинет к Амелии прилетел самолётик с сообщением о том, что в восемь утра состоится экстренное заседание Визенгамота.

 

— Пожалуй, это то, что я и предвидела, — проворчала Боунс. — Значит, мистер Поттер, пойдёте со мной. Вот только как бы вас замаскировать?

— А у меня мантия-невидимка есть, — ответил Гарри.

— Вот как? — ухмыльнулась Боунс. — Ну что ж, это в корне меняет дело.

 

И они отправились на заседание. Которое происходило в зале номер десять. Так что, пока Амелия накидывала подходящую данному случаю мантию, пока они туда добирались не торопясь, время и прошло. И в зал они вошли когда часы показывали как раз без пяти минут восемь.

 

— В чём дело, Корнелиус? — войдя уточнила Боунс. — Что за спешка?

— А я решил, что мы сегодня Поттера чуть-чуть пораньше заслушаем, — ухмыляясь сообщил ей Фадж. — Ну, чтобы потом занятых людей не отрывать.

— Ладно, — не стала спорить Амелия. — А где же в таком случае сам мистер Поттер?

— Не знаю, — раздражённо буркнул Фадж. — Но, мы отправили ему сову ещё в семь утра. И если он не появится, то совещание мы проведём без него. Да он нам тут и не нужен, по идее. И так всё ясно.

— Сову? — уточнила Боунс. — Интересно, а крылья у неё есть? Потому что если бы они были, то ей бы и лететь далеко не пришлось. В связи с тем, что мистер Поттер в это самое время находился в моём кабинете. Впрочем, действительно. Не будем ждать. Мистер Поттер ваш выход.

Гарри сбросил мантию и улыбаясь во все свои двадцать восемь, пока ещё, зубов поздоровался:

— Здравствуйте. Здравствуйте, леди и джентльмены. Не скажу что рад видеть всех вас, но, тем не менее, очень, очень приятно.

— Проходите, мистер Поттер. Присаживайтесь, — Боунс указала ему на кресло, а сама двинулась к своему месту. — И всё же, Корнелиус, для чего заседание дисциплинарной комиссии проводить именно здесь? Перед всем Визенгамотом? — уточнила она по дороге.

— Нам всё равно потом нужно решить пару вопросов, — туманно ответил Фадж.

 

Дальше Гарри уселся в кресло, а Корнелиус объявил состав комиссии. В которую вошли он сам, Амелия Боунс и та самая Долорес Амбридж, о существовании которой Гарри узнал совсем недавно. И как только он объявил состав комиссии, двери в зал распахнулись и и внутрь... прошествовал величаво, иначе и не скажешь, Альбус Дамблдор. Который объявил себя свидетелем защиты.

 

— Прошу прощения, Альбус, — уточнила у него Амелия, — но не могли бы более точно обозначить свой статус? Ведь если вы свидетель, то вам надлежит отправиться в комнату для свидетелей. Из которой вас вызовут когда вы понадобитесь.

— Разумеется, защитник, — поспешил исправиться Альбус.

 

Сделав, при этом, слегка обиженное лицо. Типа, Амелия, девочка моя, ты чего к словам придираешься. В общем, Дамблдор подошёл к занимаемому Гарри креслу, колданул, и призвал, скорее всего, ещё одно кресло, но, уже для себя, после чего уселся, изредка укоризненно посматривая на Гарри. Дескать, где же ты был мальчик мой? Мы ведь тебя так искали. Так искали. Впрочем, Гарри на это внимания не обращал.

Ну, а затем Фадж зачитал в чём же Гарри обвиняют, а обвиняли его ни много, ни мало в незаконном колдовстве на каникулах и нарушении Статута о секретности, и приступил к обвинительной речи. Которую закончил словами:

 

— Итак, вы, мистер Поттер, второго августа, а присутствии маггла, использовали заклинание Экспекто Патронум, тем самым грубейшим образом нарушив Статут о секретности.

— Помилуйте министр, — уточнил у него Гарри, — но, зачем бы мне это было делать? Разве что прогнать пару, тройку дементоров. Но, в таком случае, возникает вопрос, а откуда они там могли взяться? Ведь Патронус-то именно для этого и применяется.

— Не надо врать, мистер Поттер, — «окрысился» на него Фадж. — При чём тут дементоры. Вы просто хотели покрасоваться перед магглом. Дескать, ах вот какой я крутой маг.

«Он сейчас серьёзно?», — удивился про себя Гарри. «Ну, он и идиот. Просто феерический придурок. Такое ляпнуть», — а вслух он сказал другое.

— Министр, — уточнил он, — правильно ли я вас расслышал? Вы сказали, что я мог наколдовать Патронуса чтобы перед магглом покрасоваться?

— Да, так я и сказал, — последовал ответ. — Вы всё правильно расслышали.

— Ну, в таком случае, хочу вас огорчить. Вы, министр, не учли один нюанс. Маленький, но весьма существенный. Поэтому, я не мог сделать этого по указанной вами причине.

— И какой же это нюанс?

— А такой. Магглы не могут видеть Патронуса. И это сказал не я, так написано в одной из книг Вендиктуса Веридиана. Знаете такого? Он, может и не столь популярен как Локхарт был, в своё время, но в определённых кругах личность, тем не менее, довольно известная. Кстати, он же утверждает, что если маггл видит Патронуса, то это уже не маггл, а сквиб. — А дальше Гарри, что называется добил Фаджа. — Ну, а колдовство в присутствии сквиба, тем более знающего о магии преступлением, вроде как, не является. К тому же, что моя тётя Петуния, что мой кузен Дадли таковыми и являются. В смысле, сквибы они.

 

Разумеется, в зале поднялся ропот и начались смешки. Ведь не каждый же день действующий министр сам себя сажает в лужу. Причём на публике. В общем, пока Фадж, выражаясь фигурально обтекал и думал, скорее всего, как ему выкрутиться в сложившейся обстановке, слово взяла мадам Боунс.

 

— Тихо! — рявкнула она наводя порядок в зале. — Леди и джентльмены, давайте всё же продолжим работу нашей комиссии. Итак, подводя предварительный итог, мы выяснили, что Патронус в Литтл Уингинге, в указанное время, наколдован, таки, был. Но, тем не менее, подозреваемый в этом мистер Поттер, категорически отрицает свою к этому причастность. В связи с чем у меня предложение. Давайте дадим слово защите и узнаем что она нам на это скажет. Мистер Дамблдор, мы вас слушаем.

Дамблдор встрепенулся, как будто до этого пребывал мыслями неизвестно где, погладил свою бороду и сообщил:

— Патронуса запустил не Гарри Поттер, а действующий аврор. Хоть и не при исполнении, так сказать. А действовала она в соответствии с Законом о защите жизни и здоровья магглов.

— А теперь, если можно поподробнее, — потребовала Боунс. — И как, кстати, имя аврора?

— Нимфадора Тонкс, — пустился в пояснения Дамблдор. — И предваряя ваш вопрос о том что она там в это время делала, то она была там по моей просьбе и во вне служебное время. Так вот, около девяти вечера, она увидела как на кузена мистера Поттера напали два дементора. Поэтому и применила к ним Патронус.

— Бред! Враньё! — начал выкрикивать было Фадж, но его быстро успокоили.

А Дамблдор, глядя на него с грустью, вбил, так сказать, ещё один гвоздь в крышку его гроба.

— Корнелиус, — сказал он, — ты бы пошёл действительно, что ли, написал заявление об отставке. Потому что демонстрируемая тобой некомпетентность...

— К тому же аврор не может соврать в подобных случаях, — подтвердила слова Дамблдора Боунс. — И если аврор утверждает что дементоры были, то значит они были. А соврать аврору его присяга не даст. Так что, действительно, Корнелиус, а не подать ли тебе в отставку? Добровольно, пока есть такая возможность.

Тут она прервалась, заглянув в свои записи, после чего продолжила.

— Кстати, не для протокола. Мистер Дамблдор, скажите, а кому по вашему мнению могло понадобиться отправить двух дементоров в абсолютно маггловское поселение?

— Волдеморту, разумеется, — отвечая Дамблдор даже плечами пожал. Типа, что за глупые вопросы, Амелия, ведь ясно же всё.

На что в зале снова поднялся ропот, и снова его на корню загасила Боунс.

— Тихо! — снова рявкнула она. — Мистер Дамблдор просто высказал своё мнение. Имеет полное право, между прочим, пусть даже и ошибочное. Потому что на сей раз это был не Сами-Знаете-Кто, а совсем другая личность. И на вопрос о том кто и зачем это сделал нам ответит, — тут Боунс сделала театральную паузу, нагнетая обстановку, — Долорес Амбридж.

— Что-о-о?! Кто-о-о?! — начала было визжать похожую на жабу женщина, а именно так выглядела Амбридж, но её быстренько скрутили усадили в кресло где перед этим Гарри сидел и влили в неё Веритасерум.

 

Кстати, самого Гарри признали непричастным к данному происшествию и отправили на одну из скамеек для зрителей. А у Амбридж, в процессе допроса выяснили, что дементоров действительно отправила она. И мотивировала она это тем, что министр, дескать недоволен той паникой которую сеют в обществе Дамблдор и Поттер. Ну, а так как до Дамблдора добраться невозможно, то она направила их к Поттеру. К тому же тут имела место ещё и личная неприязнь возникшая между Амбридж и отцом Поттера, Джеймсом. И хоть давно это было, но на такие вещи память у неё хорошая была. «Да уж, повезло мне, пожалуй в очередной раз, что всё так закончилось», — думалось Гарри. «Впрочем, настроение-то я вам, тем не менее, пожалуй подпорчу. А то смотрю развеселился народ».

И он попросил чтобы ему предоставили право подсудимого на последнее слово. Нет, ну а чего, если тут весь Визенгамот присутствует? Тем более, что народ, находящийся в зале, действительно развеселился. Ну, оно и понятно. Как говорится, падающего подтолкни и посмейся при этом. Чего вдруг, нет-то?

 

— Леди джентльмены, — начал Гарри свою небольшую речь. — Прежде всего я хочу спросить, а как так получилось, что данная ситуация вообще стала возможной? Ведь всё произошедшее сегодня можно было предотвратить, если бы ещё месяц назад, вы, объединившись, подошли бы к Фаджу и спросили бы его. Спросили бы, что он делает-то? Почему он развязал в прессе оголтелую травлю пятнадцатилетнего подростка? Ведь я-то, хоть и Мальчик-Который-Выжил и победитель Турнира трёх волшебников, но подростком из-за этого быть не перестал. Спросили бы его, типа, он что противника по силам себе нашёл, что ли? И если это так, то заодно, вы бы уточнили бы у него, а нужен ли вам такой министр? Тогда, глядишь, и не было бы сегодня этого заседания.

Тут он сделал небльшую паузу и закончил свою речь.

— Но, почему-то никто из взрослых не встал на мою Защиту. Ну, что ж, очень хорошо. В таком случае я официально вам все заявляю, что когда Змеемордый себя проявит, а он себя проявит, не подходите ко мне и не просите меня снова подставлять свой лоб пол его Аваду. Отныне мы с вам будем жить по закону джунглей. Который гласит: «Каждый, сам за себя».

 

В зале, конечно, снова поднялся ропот и начали раздаваться крики, но, Гарри не стал ничего и никого ждать и, под шумок, взял да удрал из зала. И он уже было подумал что на сегодня всё закончилось, но там его догнал Дамблдор.

 

— Гарри, мальчик мой, подожди, — окликнул он его.

На что Поттер, остановившись, лишь вздохнул тяжко и повернувшись к Дамби спросил:

— Ну, а вам-то что ещё от меня нужно, профессор?

— Где ты был, Гарри? Ну, с момента нападения на твоего кузена?

— В надёжном месте — ответил Гарри. — А что?

— А после, когда за тобой пришли чтобы переправить в надёжное место?

— Так там и был, — пояснил Гарри. — В этом самом месте, где меня никто не найдёт. Ни дементоры, ни приспешники Волди, ни ваши люди. Только где оно я вам не скажу.

— А как расценивать то, что ты сказал в самом конце? Насчёт закона джунглей.

— Да так и расценивайте, как я сказал, — Гарри даже плечами пожал. Типа чего тут непонятного-то. — Каждый сам за себя.

— Но, подожди, — наверное, Дамблдор попытался воззвать к его совести. — А как же твои друзья? Ты что, позволишь им просто так подвергнуться нападению Пожирателей и ничего не сделаешь?

— А это теперь не мои друзья, профессор, — пояснил Гарри. — Они теперь ваши. Вот вы их и защищайте.

— Почему они, вдруг, стали моими? — не понял, или сделал вид что не понял Дамблдор.

— А почему они мне совсем не писали этим летом, профессор? — ответил Гарри вопросом на вопрос. — Вы, случайно не знаете?

— Потому что я попросил их об этом, — ответил Дамби. — Потому что сов могли перехватить те кому не положено.

— Да ну?! — Гарри даже развеселился услышав это. — Но, в таком случае, если следовать вашей логике, то и министерских сов должны были перехватить. И записку от мистера Уизли. И ваш громковещатель. Вот только никто их не перехватил, почему-то. Никто, профессор! К тому же, помимо сов, имеются и другие способы связи. Но нет, как же, вам ведь по своему всё сделать нужно. Вы же у нас лучше всех знаете что для меня хорошо, а что плохо. В итоге вы до того оскотинились, что даже куска разрисованного картона для сироты пожалели. Я имею в виду, прислать мне какую-нибудь открытку с поздравлениями на день рождения. И после этого вы ещё от меня что-то хотите?

Тут Гарри снова на секунду прервался и ошарашил Дамблдора.

— Знаете, профессор, — заметил он ему ухмыляясь. — Я вам тоже заявляю и тоже официально. Держитесь от меня подальше и не пытайтесь больше меня в свои интриги втягивать. Да, и заклинаю вас всеми святыми, а так же Мерлином, Морганой и Мордредом приструните, наконец, Снэйпа, иначе это плохо закончится. И на сей раз для него.

 

И ходу от него, ходу. Ведь выйти-то из Министерства можно было по разному. Например, как сейчас, используя тот самый лифт который был встроен в телефонную будку. А именно к нему-то Гарри Дамбика незаметно и подвёл во время их разговора.

«Ну, вот пусть теперь и поищут и подёргаются, — рассуждал по дороге Гарри. — Вряд ли кто-то из них додумается что я себе домик Краучей заимел в собственность. А пока они бегают и суетятся, то я, пожалуй, Змеемордого завалю. В очередной раз. Пусть даже и не до смерти. И посмеиваться буду глядя на то как все суетятся».

Способ, кстати, как с Волдиком разобраться, Гарри в том трактате вычитал и теперь ему только оставалось место вычислить где тот себе лёжку организовал. Впрочем, уверен он был процентов на девяносто, что это поместье его скользкого друга Люциуса. Волдика, конечно, друга, а не Гарриного.

А заключался этот способ в том, что Волдика нужно было обездвижить, притащить в подвал дома, который Гарри уже привык считал своим и уложить в приготовленную для этого случая пентаграмму. А рядом, ещё в одну пентаграмму, положить специально для этого замагиченный стеклянный шар, в который потом остатки души Волдика и переместятся, после ритуала. И пусть он, после этого, живёт себе вечно, как ему и хотелось.

Вот именно этим Гарри сейчас и собрался заниматься. Вплотную. А остальное решать по мере, так сказать, поступления. Например, с друзьями разобраться. Особенно с рыжими. Ведь если прикинуть, то невольно возникает вопрос, а повезло ли ему тогда на вокзале Кингс-Кросс перед первым курсом. Как там тогда Молли говорила: «Целая куча магглов. Какой у нас номер платформы?». Вот и возникает невольно вопрос, а была ли та случайность действительно... случайностью. «Впрочем, эти вопросы и попозже решить можно. А прямо сейчас у меня Волдик на очереди», — подумалось Гарри.

Поэтому, дальше, после того как выбрался из Минстерства, он, забежал в давно присмотренный закуток, вызвал Добби и переправился домой. Ведь дела на месте не стояли и делать их было нужно. А уж если они касаются непосредственно его, то и делать их нужно лично, а не ждать пока их за тебя кто-нибудь сделает. Особенно, какой-нибудь... Дамблдор. А с друзьями, в случае чего, он в школе определится.

Глава первая

 

Наверняка, те кто слышал выражение что жизнь человеческая вроде зебры согласятся с этим утверждением. Только добавят, при этом, что у каждого это по-своему. Например, у одних чёрных полос в жизни больше и они гораздо шире белых, но, бывает и наоборот. К последним, пожалуй, и я относился. И, если брать в целом, то чёрных полос в моей жизни поменьше было, конечно. Но, без них не обходилось тем не менее. Скажу ещё, что во время одной такой чёрной полосы, жизнь моя круто изменилась. О чём, собственно, и пойдёт дальнейшая речь.

Так вот, для меня она началась с большой личной трагедии. И, сейчас совершенно неважно что именно случилось. Важно то, что в итоге я оказался в Центре для перемещённых лиц, ну, или как он тут назывался. В общем, украли меня с моей родной планеты аварские пираты. Это, если кто читал работы по игре EVE-онлайн, тот понимает о ком, идёт речь. Сначала обработали парализатором, потом доставили к ним на космический корабль и заморозили, поместив в специальную криокапсулу. Как, собственно, и несколько сотен других бедолаг, попавшим в их поле зрения.

И, что мне до сих пор непонятно, я-то им зачем понадобился? Ведь на тот момент не был я сильно молодым и очень здоровым, да и умным самым я тоже никогда не был. Разве что, для количества?

А дальше, как периодически случается, их космический корабль во время нашей транспортировки, попался, так сказать, на глаза боевому крейсеру империи Аратан, был атакован, взят на абордаж и наши капсулы доставили в этот самый Центр.

Там нас разморозили, привели в порядок и дали три дня на то, чтобы определиться, что мы дальше делать будем. Потому что держать больше нас тут никто не собирался. Отработана была процедура, так как не были мы в этом Центре первыми. Кстати, у тех кто не определится, выбора особого в этом случае не было. Отправляли куда придётся, например, колонистом на недавно открытую планету. А уж о том, чтобы домой обратно доставить, речь, разумеется, вообще не шла.

Для тех, кто не в курсе, поясню, что где-то в галактике, хрен знает где, существует так называемое Содружество миров. Правда назвать их Содружеством можно только с очень большой натяжкой потому как, пристраивают они друг другу неприятности без всякого зазрения совести. Да и разные они были. Как по государственному строю, так и по менталитету проживающих там людей.

Например, империя Авар, представители которой меня похитили. В ней жили чернокожие нацики и все, у кого кожа была другого цвета были для них рабами. А различались эти другие только тем, что либо они уже успели таковыми стать, либо им это ещё предстоит. У них, у аварцев, для последних даже слово специальное было. «Гуча» они таких людей называли. И это было у них в империи узаконено. Поэтому-то тех ребят, которые устроили наше похищение, сами они, разумеется, пиратами не считали.

Была ещё империя Аратан, в которой я, в итоге, оказался. Тут вроде бы рабство узаконено не было, тем не менее, в него тоже можно было угодить став финансовым должником.

Были ещё какие-то оширцы, минматарцы и прочие. Но, и те и другие, как и все остальные, были людьми, а вот вишенкой на торте, конечно, были аграфы. Они, если сравнивать, с теми же аварцами, то были не просто нациками, а супер нациками. Потому что сами они чем-то были похожи на толкиеновских эльфов и все остальные считались ими не более чем говорящими обезьянами.

Впрочем, изначально речь шла не о них, а о том что я попал в этот самый Центр и мне нужно было определиться с тем что дальше делать. Сразу скажу, что будь я помоложе и поамбициозней, то история моя сложилась бы по другому, ну, и поумнее, конечно. И ещё нужно было учесть моё моральное состояние. В общем, полазил я по сети и нашёл мужика, которому нужен был помощник в его мастерской по ремонту бытовых приборов. Пользовалось ими население.

Дальше я посетил корпорацию «Нейросеть» и мне её вживили, а так же продали несколько основных баз знаний по выбранной специальности. А затем я их быстренько изучил, потому как сложного там ничего особо не было. Кстати, делалось это просто. Меня поместили в обучающую капсулу и эти самые базы внедрились в мою память и закрепились там. Дальше я сдал практический экзамен, получил сертификат и стал работать в мастерской у этого самого мужика.

Кстати, что это за нейросеть такая? Ну, по сути, она являла собой нечто вроде современного смартфона, только очень маленького, не больше одного миллиметра в диаметре. А представляла она из себя колонию наноботов, которые потом размножались, копируя себя. Дальше они образовывали в мозгу новые связи и, в итоге, получалось что в голове у человека находится что-то то вроде информационно-вычислительного центра.

Почему я так поступил? Ну, если учесть, что состояние у меня было почти депрессивное, то что может быть лучше, чем однообразная и монотонная работа, как средство борьбы с ним? Нет, можно было бы замахнуться на создание какой-нибудь корпорации, но, как я уже говорил, не был я столь амбициозен и умён, как некоторые попаданцы. А ещё я совсем не хотел чтобы у меня как у литературных героев, какого-нибудь Муравьёва или Санмена сразу приключения начались. Совсем нет. Мне нужна была тихая и спокойная жизнь, поэтому-то я и выбрал для себя ремонт бытовой техники.

В общем, не буду утомлять подробностями, неинтересными никому кроме меня, скажу только что жизнь моя, как я и ожидал, была тихая и спокойная. Но, не очень долгая, всего-то три года я прожить там успел.

А всё потому, что взорвали нашу мастерскую, разумеется, вместе со всеми находящимися там в этот момент людьми. Причём, думается мне, что расправиться хотели не с нами, а с гостем моего работодателя. Были у него какие-то свои делишки в которые он меня не посвящал с одним человечком. Вот он, этот самый мужичок к нам в гости тогда и заявился и они в кабинете хозяина уединились. И, если разбираться, то почему я так подумал-то? Да потому, что сами по себе мы никому не мешали. У нас даже конкурентов не было.

Впрочем, жизнь моя всё равно должна была измениться. Не дали бы мне тихо и спокойно доработать в этой мастерской. А всё потому, что за некоторое время, до того, как нас взорвали, примерное за год, у меня откуда-то прорезались пси-способности. И было совершенно непонятно откуда они взялись, разве что, из-за вживления мне этой самой нейросети. Но, утверждать этого я не буду, конечно, потому как не знаю. Да и ни к чему мне это в тот момент было, ну, узнавать откуда чего появилось. Лучше, я расскажу о том как я это понял.

А случилось это вот как. Ручную разборку каких-либо приборов тут давно уже никто не производил. Дроидов для этого использовали. Так вот, заметил я, что могу одновременно управлять не одним, а сразу двумя этими самыми дроидами, которые производили разборку этих самых приборов или агрегатов. Причём, совершенно разных по своему предназначению, которые действовали в это время независимо друг от друга и одновременно. Следовательно, я научился мыслить сразу двумя потоками сознания.

Ещё я попробовал такие вещи как теле-, крио- и пирокинез. И, скажу, что с двумя последними ничего сильно выдающегося у меня пока не получилось. Разве что, заморозить небольшое ведро воды и поджечь некоторые материалы, типа, дерева, пластика или какой-нибудь материи из которой одежду шьют. А вот с телекинезом получилось чуть получше. Но, ненамного. Максимум на что я был способен, так это поднять в воздух груз весом до пятисот килограмм. От этого, кстати, зависела ещё и дальность действия данной способности. То есть, чем меньший был вес предмета или живого существа, тем с большего расстояния я мог его поднять или к себе подтянуть. Ну, или оттолкнуть. Причём толчок получался... Если кто играл в компьютерную игру про Ведьмака, то это было очень похоже на использование ведьмачьего знака Аард. Такой же был эффект. Так что, отлетали от меня предметы как бейсбольный мяч после удара по нему битой. Впрочем, тут тоже от веса предмета зависело. И всё это силой мысли.

Разумеется, дело это я старался в тайне держать. Потому как псионы были товаром штучным, который на дороге не валяется и состояли на учёте в Имперской службе безопасности. А мне все эти игры в стойких оловянных солдатиков ни к чему были. И если бы не этот момент, то можно было бы попробовать достать специальную базу знаний, под названием «Эспер» и чего-нибудь из неё подучить. Она, кстати, специально для псионов разработана была.

Впрочем, как оно там не стало бы, в последующем, этого я уже никогда не узнаю, из-за чьего-то вмешательства. Скажу только, что дальше, сразу после взрыва, был период темноты, потом я себя осознал и удивился, что жив всё ещё, хотя тела своего не ощущаю. И как только я это осознал, то и понесло меня куда-то. Несло, правда не очень долго и закончилось это моё краткое путешествие самым настоящим шоком.

И совсем не потому что мою душу, или разум, или какую-нибудь энергоинформационную матрицу в кого-то подселило, а из-за того в кого меня подселило. Чёрт! Да у меня такого шока не было даже когда я там, в Центре, очнулся и узнал что я в Содружество попал. Потому что, внедрило меня не кого-нибудь, а в самого́ что ни есть Гарри нашего Поттера. Вот это действительно был шок.

Кстати, про Поттера я читал. И книги, и фанфики, и фильмы смотрел. Так что в курсе я был, что это за персонаж такой. А почему в шоке? Ну, сами подумайте, и вы поймёте что я прав на все сто процентов. Ведь это за ним охотится маньчелло со змеиной мордой, а теперь и за мной начнёт. А если учесть, что Гаррик кроме Экспеллиармуса, Импедименты и, может быть, Ступефая ничего и не знает потому что, вместо того чтобы учиться выживать, он в квиддич играл, то сами понимаете, что шансов у него, в общем-то, почти и не было. Хотя, нет. Он ещё Сектумсемпру выучил.

Хочу ещё сказать, что в самый первый момент я не шок испытал из-за этого, а злость самую натуральную, потому что подселило меня в него в очень уж неподходящий для этого момент. Аккурат, в конце шестого курса. А ведь если бы это случилось чуть пораньше, когда Поттера то ли битой, то ли даже бладжером по голове въехало, то я тогда хоть как-то подготовиться к сегодняшнему дню успел бы. И уже не был бы к тому времени тем неумехой, которого Гаррик из себя изобразил погнавшись за Снэйпом.

Ну, помните, в конце шестой книги это было, почти сразу после того как Севушка наш Дамбушку заавадил? Ничего он тогда ему сделать не смог. Хотя, пример со Снэйпом не совсем удачный, пожалуй. Тот всё-таки и постарше был, и по опытней. И именно он преподавал в прошедшем году ЗОТИ Поттеру, а не наоборот. Тут будет правильней его стычки с Малфоем рассмотреть, по результатам которых ясно было видно, что схлестнувшись с Дракусиком Гаррик тоже ничего выдающегося не показал. Что на четвёртом курсе, что на шестом.

Блин! Да он даже колдовать невербально так и не научился. Впрочем, не хочу я на этом всём останавливаться, чтобы настроение себе не портить. Тут другой вопрос совершенно не мог не возникнуть. Мне-то как быть, прямо сейчас?

А вопрос такой возник вполне закономерно, так как попало мной в Поттера чуть позже того момента когда они с Дамбиком прилетели из Хогсмида на мётлах и приземлились на вершине астрономической башни. Ну, сразу после того как они прямо перед этим в пещеру смотались, где фальшивый медальон находился.

В общем, там, по прилёту, как все помнят, Дамби вынудил Гаррика напялить на себя мантию-невидимку и обездвижил его. И, одновременно с этим, на площадку выскочил Малфёныш и обезоружил самого Дамбика.

А вот дальше события совсем не так как в каноне пошли. Стоял-то Поттер возле парапета и именно в том месте, где часть его, почему-то, оказалась сильно выщербленной. Так что, когда на площадке оказались ещё Пожиратели, то получилось как в каком-нибудь индийском кино или мексиканском сериале. В общем, задели случайно Гаррика и слетел он с башни. А, если учесть, что высокая она была, то и приложило его об землю, да так что дух из него вышибло, а меня подселило. В общем, получилось как из той серии, когда нарочно не придумаешь.

А почему я так уверенно обо всём этом рассказываю? Да потому что видел я со стороны всё происходящее. Тут как получилось? Меня когда нести куда-то перестало, то остановился я и увидел Дамбушку с Гарриком у бара «Три метлы» и успел понять из их разговора куда меня занесло. Кстати, с языком проблем, почему-то, не возникло. И понимал я их, и говорить по-английски потом сразу начал, как будто бы всю жизнь на нём разговаривал. А затем меня вслед за ними на вершину башни переместило. Вот и наблюдал я за происходящим. Со стороны, конечно, и совершенно не ожидая, что меня вскоре в Гаррика внедрит.

И, кстати, шок от этого, как я уже говорил, у меня не сразу случился, потому как, не до этого сначала было. Взмолился я в этот момент всем святым и не очень, тем кто мне тогда на память пришёл. Мерлину, Мордреду, Моргане, Христу с апостолами и прочим Зевсам с Посейдонами и Аидами, а также Дажьбогам, Сварогам, Перунам и Велесам, чтобы мой телекинез никуда не делся. В противном случае будет полный финиш. Или, даже... абзац. И, к счастью, на мои молитвы кто-то из них откликнулся и он остался со мной.

Так что, подтянул я себя этим самым телекинезом к стенке, пока занятое мной тело магия ремонтировала и, им же прикрыл себя мантией,которая слетела при падении. А дальше мне оставалось дождаться как рядом со мной грохнется мёртвое тело Дамбика и момента как с меня его обездвиживание спадёт. И, как только это случилось, я тут же оказался возле него и обшарил его карманы. Ну, чтобы медальон найти, а ещё у меня ушло немного времени, для того чтобы отыскать Бузинную палочку.

Ну, и само собой, я снова укрылся мантией и принялся ждать у входа, когда из башни Снэйпушка с Малфёнышем выскочат. И, дождался. После чего саданул я в них обоих телекинезом, а Дракусику ещё и ногой по голове добавил. Не сильно, впрочем. После чего забрал его волшебную палочку и в башню вошёл.

Для чего я это сделал? А помните как Гаррик хозяином Бузинной палочки стал? Он тогда Малфёныша разоружил. Вот и я так же сделал. Пусть и не совсем честно, и немного пораньше. Так что, обойдётся без неё Волдик, мне она, в любом случае, больше пригодится. Ну, и время чтобы с ней освоиться у меня будет. А в башню я сунулся потому что там, по канону сейчас драчка идёт. Вот я и посчитал что там моё присутствие сейчас более уместно, а эти двое пусть бегут, пока, но, не забывают, что Земля штука квадратная. И уж если мы с ними пересечёмся за каким-нибудь из углов, то оттуда они уже вряд ли выйдут. Своими ногами.

Кстати, насчёт палочки. Появилась у меня вот какая версия победы Дамби над его другом Гелей, ну, если у них действительно дуэль была. Ведь, если вспомнить канон, то Гриндевальд-то, тоже её не завоёвывал, а просто украл у Грего́ровича. Следовательно, и полноценным хозяином палочки он не стал. Потому-то Дамби его вроде, как и победил. Точно так же как и Волдик не стал её хозяином, после того как из могилы Дамбика её извлёк. Он тогда, помнится, сам говорил, что не оправдала палочка его ожиданий.

В общем, дальше вошёл я в башню и принялся ссаживать с лестницы оставшихся Пожирателей, которые с боем на выход прорваться старались. Я их в лестничный пролёт сбрасывал, придавая им дополнительное ускорение. Так что, немного не так их посещение Хогвартса завершилось как они рассчитывали. А серьёзными травмами и даже смертями.

Особенно это коснулось оборотня Фенрира Грейбека. Потому как без головы особо не побегаешь и не укусишь никого. Правда, к тому моменту успел он Билла Уизли когтями своими порвать серьёзно, но, нельзя получить всё и сразу.

А ещё, через некоторое время, как всё закончилось, меня нашла Джинни Уизли и потащила в санчасть и вот там-то меня и настиг Его величество шок. Ну, сами понимаете, сначала меня взорвали, потом подселили, да ещё и в того в кого я не хотел никогда, потом я убивал. В общем, не проходят такие вещи бесследно. Но, больше всего на меня повлияло осознание того, в какой, простите, глубочайшей заднице я оказался. Вот, всё это, в совокупности и дало о себе знать. Так что, пришлось меня Успокоительным отпаивать, пришлось. И ещё Укрепляющим. А дальше я присел под стенкой и попробовал рассуждать. Правда, не сильно долго у меня это получилось. Ещё и потому, что я на тот момент зельями был накачан по самые брови. Я, если откровенно, даже и не слишком прислушивался к разговорам окружающих, пока моё внимание Рончик не привлёк.

«Дамблдору наверняка известно, как можно помочь! — заявил он, не самым тихим голосом. Ну, когда речь про его брата Билла зашла. Того, которого Фенрир когтями приложил. — Где он? Билл сражался с этим маньяком по его приказу, Дамблдор в долгу перед ним и не может он оставить его в таком состоянии…».

И именно эта его фраза, скорее всего, пересилила действия зелий и всё, что я к тому моменту пережил, нашло наконец выход, и я начал смеяться. Реакция у меня на произошедшее последовала. Ну, ничем другим я своё тогдашнее состояние объяснить не могу.

«Ха-ха-ха... Дамблдор поможет... Ха-ха-ха... Ну, ты и сказанул, Рончик... — и снова взрыв смеха. — Дамблдор... поможет... Ха-ха-ха... Ну, ты и рассмешил...».

Хорошо ещё что мадам Помфри не растерялась и влила в меня ещё порцию Успокоительного. После чего я заметил Рону:

 

— Уж если Дамблдор кому и остался что должен, то они смело могут ему их простить. Долги я имею в виду.

— Но, — Рон посмотрел на меня поражённо, — а как мы теперь будем-то? Без него?

— Да точно так же как мы до этого с ним были, — ответил ему я, — но, только без него. Тем более что и не изменилось ничего особо. Он и при жизни толком нихрена не делал. Так что, смерть его и не влияет ни на что. Существенно.

 

На меня, разумеется, тут же наехали и начали мне предъявлять, типа, да как я такое говорить могу, ведь это же сам Дамблдор. На что, я лишь рукой махнул и ушёл от них. Потому как не в том я был состоянии чтобы кому-то что-то доказывать. Да и кому что доказывать было, если даже у Грэйнджер на тот момент процесс обуизливания почти закончился.

Так что, отправился я в общагу гриффиндорскую и спать завалился. А за оставшуюся ночь мне поттеровская память окончательно подгрузилась. Сразу скажу, что почти ничего нового я не узнал. Ну, если основные события брать и с каноном сравнить. А дальше, сразу после завтрака я не стал делать вид, что предаюсь всеобщему унынию и отправился в Выручайку за Диадемой. После чего, найдя её и поместив в соответствующую тару, в туалет Плаксы Миртл. И уже там я попробовал пошипеть на кран, что у меня и получилось. Вход в Тайную комнату открылся и я позвал Добби.

 

— Привет, Добби, — поздоровался я с ним, сразу после того, как он появился и разразился восторженными криками, насчёт того что Поттер о нём вспомнил. — Ты мне вот что скажи? Если мы с тобой сейчас отправимся прямо туда, — я показал на открывшийся проход, — то сможешь ли ты меня обратно потом доставить? Ведь вы же, домовики, вроде как, внутри замка можете аппарировать?

— Добби может, — подтвердил он и мы с ним сиганули в проход.

 

Потому как появилась у меня ещё одна мысль. Что если василиск был змеюкой не совсем полноценной, а химерой, в некотором роде, то у него и зубы ядовитыми все могут быть. В любом случае это проверить не помешает. И, если это так, то и с мечом Годрика мне заморачиваться ненужно будет. И ещё я вот о чём подумал. Что хоркрукс это, по идее, насильственным образом закреплённая в каком-либо предмете часть души. И неважно, живом или не живом, а то важно, что Волдик-то, по сути сейчас тоже таковым является. Ведь в тело-то, которое он сейчас занимает, остатки его душонки подселили с помощью магии. И, значит что он, прямо сейчас, такой же хоркрукс как та же самая диадема Рейвенкло или чаша Хаффлпафф. Так что, если мои предположения насчёт зубов нашей змеючки подтвердятся, то это в разы упрощает дело. Нет, ну а чего? Воткнуть в него такой же зубик и весь тебе сказ.

Кстати, может возникнуть вопрос, а чего я так заморачиваюсь? Удрал бы, да и всех делов. Но, тут я исходил из самого худшего на всякий случай. Допустим, удеру я в ту же Францию, а потом Волдик меня найдёт. Рано или поздно. Ведь если верить мадам нашей Ро, то зациклен он на Поттере и не успокоится пока его не грохнет. А дальше имеется два варианта.

Первый, когда я никому о себе ничего не говорю и устраиваюсь жить под чужим именем. То в таком случае, вероятнее всего, когда он меня найдёт, будет драчка и сопутствующие потери. И, если я останусь в живых, при этом, то меня наверняка спросят ребята из местных силовых структур. Типа, а чего это за дела, приятель? Ведь с моей стороны это подстава будет самая настоящая. И этого мне не простят.

Или, второй, когда я сам явлюсь в органы и сообщу насчёт Волдика и его настойчивого желания то, вполне, может получиться, что попросят меня покинуть их страну. Потому как, не захотят они с ним из-за меня бодаться. Тоже вариант.

А значит нужно самому подсуетиться, чтобы спокойное будущее себе обеспечить. Вот, этим-то я и решил заняться. А то, бегай потом, по лесам скитайся. Становись самым разыскиваемым лицом номер один. Нафиг оно мне надо.

В общем, добрались мы до трупа василиска. Точнее его скелета, потому как ободранный он оказался. А дальше я пробовал расшатать и вытащить один из его зубов, перчатки надев, конечно. Что мне и удалось, но, только с помощью телекинеза.

Ну, и почикал я диадему. Кстати, менталом, при этом, воздействие на меня было оказано, ну, чтобы помешать мне задуманное выполнить. Только я сознание на два потока разделил и пока один из них ему подвергался, я, задействовав второй и её почикал.

А дальше я позвал Кричера и показал ему фальшивый медальон. В общем, поговорили мы с ним и через час в Тайной комнате находилась ещё и любезная Долорес вместе с настоящим медальоном, который к тому времени уже у неё оказался.

Ну, а я ещё одну возникшую мысль проверил. Заинтересовало же меня, являются ли зубы василиска эдакими одноразовыми шприцами? И, знаете, выяснилось что нет. В этом я убедился когда сначала, ткнул зубом в Амбридж, а потом ещё и в медальон. Хватило и той, и другому. А дальше я отправил Кричера в дом на Гриммо. Ведь дом-то, там уже хренову тучу лет стоит. И никто его до сих пор не заметил, а значит и Фиделиус наложенный Дамбиком особой роли не играет. Вот пусть Кричер там и пошуршит, и доступ туда всякой шушере перекроет, защиту обновит, то, сё.

А Добби притащил мне хитрую шкатулку, в которую я ещё несколько зубов василиска сложил и на поверхность меня доставил. Дальше я закрыл проход и в Выручайку отправился. А то память-то мне Поттеровская подгрузилась, но попрактиковаться нужно было, конечно. Денёк, другой, третий.

Кстати, хочу сказать, что Бузинная палочка, хозяином меня, таки, признала. В общем, чувствовалось это, где-то там, на подсознательном уровне и существенно облегчало мою задачу. Так что, плодотворно мои занятия проходили. И разумеется, в первый вечер после гибели Дамби разговор у меня состоялся. С Уизли и Грэйнджер, когда я в общагу спать заявился. Уставший, но, довольный. Который с вопроса начался, типа, а где это я был весь день и почему их с собой не позвал.

 

— Да тут всё очень просто, — объяснил я им. — У вас же сейчас всеобщий траур по Дамблдору. А мне составить вам компанию некогда, ну, чтобы горе ваше разделить.

— Почему? — не поняла Гермиона и потребовала объяснений.

— А я должен? Объяснять? — спросил я у неё. — Тем более, что бесполезно это. Нет, если бы это пару лет назад было, то я бы попытался, конечно, а сейчас поздно уже. Впрочем, причину я тебе объясню, пожалуй. Вот смотри. Пару лет назад ты сама сказала, что маги и логика понятия несовместимые, зачастую, а сейчас ты взяла, да и сама эту самую логику выбросила из своего обихода и уподобилась остальным магам, которые головой думать не хотят. Ну, и какой смысл тебе что-то объяснять если это бесполезно?

— И всё же, Гарри, будь добр объясниться, — попросила Гермиона.

Рон и Джинни тоже, кстати, порывались и своё мнение высказать, но их вежливо попросили заткнуться. И я, и Грэйнджер.

— Ладно, — я согласился. — Давай возьмём последний год. Сколько раз я тебе говорил, что Малфёныш стал клеймённым Пожирателем? Много. Но, ты же упёрлась и ни в какую даже допустить такое не попыталась. Ведь чтобы такое себе представить, голову нужно задействовать. Дальше. Также весь это год ты на меня из-за учебника Принца-полукровки крысилась, хотя опасного в нём только Сектумсемпра да и то, когда к другим её применяешь. И это, вместо того, чтобы сесть со мной и вдумчиво его почитать. Но нет, зачем тебе это, если проще мне мозг выедать чайной ложкой. И, наконец, последнее.

 

Я вздохнул настраиваясь на то, что собирался сказать. Потому как это спровоцирует окончательный разрыв с одной рыжей семейкой. Впрочем, я и так это собирался сделать. Так почему бы и не сейчас?

«В условиях текущей обстановки, — продолжил я излагать свои мысли, — когда вероятный приход к власти Волди, это дело нескольких месяцев, если не недель, для рыжих дружба с нами становится весьма насущной и актуальной. Потому что я, каким бы я там Мальчиком-Который-Выжил не был, в их глазах всего лишь полукровка, которым, в случае чего и откупиться можно. А про тебя и говорить нечего».

Разумеется, услышав это, Рончик и Джинни взвились и начали крик поднимать. Типа, да как я додумался, да как я... Ну, а я слушать не стал и обездвижил их. А Гермионе добавил, что Дамблдор, помимо того, что на меня определённую задачу скинул, так ещё и получилось по принципу: «Пойди туда не знаю куда, принеси то, не знаю что», а сам взял да и сдох, скотина. Типа, я в следующее большое приключение, а вы тут трахайтесь, как хотите.

«Вот и подумай над моими словами, Гермиона, — сказал я ей перед тем как спать отправиться. — Ну, попробуй, по крайней мере. Когда-то ты умела это делать. И если ты, в итоге, докажешь, что головой ты всё ещё думать умеешь, а не только в неё есть, то мы поговорим».

Больше я с ними не общался, до самых похорон. Не до них мне было. А усиленно готовился к посещению Малфой-манора. Тут я как подумал? Что если действовать от обороны, то толку не будет. Не выигрываются так войны. Ну, и фактор неожиданности тоже не последнюю роль в таких случаях играет. И ещё я, поразмыслив, пришёл к выводу, что мне нужны заклинания, которые будут действовать на определённой площади. А то, если мадам нашу Ро вспомнить, то в Поттериане одиночные схватки наше всё были. Что меня, например, совершенно не устраивало.

Причём, нужно было задействовать что-то такое о чём здешние маги совершенно не в курсе, от чего у них защиты пока не разработано. И Бузинная палочка мне в помощь. Вот я три дня и заморачивался, чтобы что-то такое найти. Нет, так-то мысль у меня была, чем их задолбить можно. Тут вопрос в другом был, возможно ли в этом мире такое в принципе. А то ведь придумать я могу что угодно, а оно возьмёт и не наколдуется. Но, к счастью, наколдовалось у меня всё что задумывалось.

И я даже в последний день, перед предполагаемым походом в Малфой-манор на акромантулах свои наработки проверил. Нормально получилось, в итоге. А проверил я так. Подлетел на метле к их гнезду, заклинанием долбанул и повыше поднялся. А потом, подождав когда они скучкуются, то пониже спустился и опять долбанул. И так несколько раз подряд.

В общем, оставался у меня единственный вопрос. Как мне в Малфой манор попасть? Можно ли это тайно сделать? Не думал я что это так просто провернуть можно. Для чего я сначала позвал Кричера. Он, после того как мне удалось медальон уничтожить, гнев на милость сменил и сообщил мне, что я хоть и полукровка, но, парень неплохой. Вот я его и расспросил кое о чём. У меня, кстати, этот момент ещё когда читал про я Поттера, сомнение вызвал. Это я насчёт освобождения Добби, если кто не понял.

Ну, помните, Люцик вручает ему покоцанный дневник, а там носок лежит. Причём носок-то был не самого Малфоя, а Поттера. Старый, рваный, грязный, потный и вонючий. Впрочем, неважно каким он был, главное, что к Малфою он не имел никакого отношения. Не надевал его ни разу Люциус. Да и вообще насчёт домовиков интересно расспросить было.

И выяснил я вот что. Что они обладают определённой свободой воли, но, логика у них очень и очень своеобразная. Например, помните, как перед походом в Министерство, когда Сириус погиб, Кричер сказал что того дома нет. И, по своему, он прав оказался. Потому что для Кричера Сириуса действительно дома не было. Ну, в его собственном доме. В общем, выгнали того из дома, в своё время, а раз выгнали, то и не у себя дома он был. И, задавая тогда вопрос Кричеру нужно было более чётко его сформулировать. Нужно было спросить не находится ли Сириус в доме Блэков, а не просто дома ли он.

Вот такая вывернутая логика у них была. А на вопрос почему он является на мой призыв, пояснил мне Кричер, что хоть из дома того выгнали, но от семьи не отлучали. Поэтому домовик Сириусу и подчинялся. А так как я его крестник, то фактически сыном получаюсь. Пусть и не по крови, но по магии. То есть, теперь, после смерти Сириуса я для него хозяин. Да и из дома Блэков меня никто не выгонял.

В общем, не стал я вдаваться в подробности, чтобы мозг себе не сломать. А уточнил насчёт Добби. Является ли он теперь действительно свободным домовиком или тогда перед Поттером спектакль был разыгран. Ну, когда тот, типа, освободил его. И, оказалось, что тут тоже всё от воли домовика зависит. Захочет он посчитать тот носок одеждой Люциуса и считай, что свободен. Не захочет, значит не будет он свободным. Он, в таком случае, может вообще выполнять приказ Люцика, чтобы Поттеру в доверие втереться и слить его в нужный момент.

 

— И как мне это узнать? — уточнил я у Кричера.

— Просто у него спросить, — посоветовал мне тот.

— А он не соврёт? — выразил я сомнение.

— Нет, — пояснил Кричер. — Потому как домовики врать не могут.

 

Вот поэтому-то я и не стал слишком Кричера расспрашивать, чтобы их логику понять. И бесполезно это было, и для собственного душевного здоровья небезопасно. Позвал я просто Добби, да и уточнил у него. Ну, и выяснил, что Добби всё-таки свободен теперь, но, он очень хотел бы, чтобы у него хороший хозяин появился. Например, Великий маг, бла-бла-бла, Гарри Поттер, сэр. И, что доступ в Малфой-манор не перекрыли ему, почему-то. Бывал он там после того случая.

Так я и дожил до Дамблдоровских похорон на которых, вместо того чтобы надгробные речи слушать, прикидывал всё ли у меня готово. И, выходило, что вроде бы всё что для скрытного перемещения по чужому дому у меня есть. План самого дома Добби мне накидал, мантия-невидимка у меня в наличии, заклинания делающие меня неслышимым и неосязаемым я отработал. Не забыл я и том что змеи в тепловом диапазоне видят, и тоже этот момент учёл. Небольшие слитки серебра против оборотней у меня в наличии, так же, имеются, как и заклинание телепортации, чтобы их им в желудок поместить. Разве что, что-то совершенно непредвиденное случиться может. Какая-нибудь досадная мелочь из-за которой всё наперекосяк пойдёт. И, запасной план разработать на этот случай.

А ещё со мной на разговор Грэйнджер напросилась. И я решил попробовать её убедить родителей не обливиэйтить, а орденцев задействовать, чтобы их на время спрятать. На всякий случай. Ну, или самому попробовать подсуетиться в этом вопросе. А то ведь, помнится в каноне о Поттеровских родственничках позаботились, а про её родителей и не вспомнил никто. Хотя и те люди обычные, и эти. И, если прислушается она ко мне, то значит не всё с ней потеряно, не обуизлилась она до конца. Ну, а если не прислушается, то и бог ей судья.

«Хотя, не буду пока загадывать, — рассуждал я про себя, во время выступления очередного оратора. — Даже если сейчас и ничего не получится, то мне ещё операция «Семь Поттеров» предстоит. Ну, или сколько тут их в этот раз будет. Потому как вряд ли Уизли будут в ней участвовать. Но, в любом случае, даже при самом поганом раскладе, сидеть на попе ровно я точно не буду. И, если, по какой-то причине, случится так, что мои усилия сейчас успехом не увенчаются и Волди к власти придёт, то террор я им устрою. Такой террор устрою, что взвоют они у меня. Впрочем, как я уже сказал, загадывать я не буду. А буду решать проблемы по мере их поступления».

 

Глава вторая

 

Прежде чем рассказать о том что я предпринял дальше, поведаю про разговор с Грэйнджер. Подошли они ко мне вместе с Рончиком.

 

— Гарри нам надо поговорить... — начала было Гермиона, но я её перебил.

— Кому это «Нам»? — уточнил я у неё. — Если нам троим, то разговора не будет.

— Но, почему? Ведь Рон твой первый друг...

— А вот я в этом теперь сомневаюсь, — заметил я. — Как собственно и в том, что ты тоже всё ещё мой друг. Просто, с тобой-то мы действительно ещё некоторое время назад дружили. До этого самого года. Поэтому с тобой я поговорю.

 

А знаете, почему я на это, так сказать, подписался? Ведь никем же она мне была, по сути, да и сам разговор этот был мне ни к чему. Наверное, из-за возрастной солидарности с её родителями. Они-то не виноваты в том что она такая. И ещё, при всех её недостатках не была она пиявкой присосавшейся ко мне. В отличии от тех же рыжих.

Разумеется Рончик не сдержался и начал вопить, что я свинья неблагодарная и всё такое. Что они ко мне всегда со всей душой, а я...

 

— Ещё бы, Рон, вы ко мне по другому относились,— ответил я на его вопли, после того как обездвижил его и заставил замолчать, — имея передо мной целых три Долга жизни. Три, Рончик, — я пошевелил перед его носом тремя пальцами. — Джинни, твой папа и ты. Так что, молись Мерлину и прочим в кого вы веруете чтобы я их не востребовал, а то ведь взвоете у меня.

— Подожди, Гарри, — попросила разъяснений Гермиона. — Это что получается, что я ему тоже должна, что ли?

— За что?

— За тролля?

— Ага, щаз-з-з... А ты не забыла кто спровоцировал эту... встречу? — спросил я у неё. — Так что хрен ему, а не Долг.

 

В общем, поговорили мы. Правда нас один раз прервал Министр магии Руфус Скримджер. Но, от него я быстро отвязался, обрадовав, заодно, что я теперь больше не человек Дамблдора, а человек Поттера. Как в первую, так и в самую последнюю очередь. Но, и огорчил, при этом, что человеком Скримджера я тоже становиться не собираюсь. А затем я разложил Грэйнджер по полочкам, почему Рон в качестве друга это абсурд и нонсенс. Не только, кстати , моего но, и её тоже. Ну, друга я имею в виду. И ещё добавил, что если она свяжет с ним жизнь, то, во-первых, свяжет жизнь с абьюзером, и, во-вторых, свекровь у неё будет совсем не «айс». А очень даже «хренайс». И напомнил ей про Громковещатель, присланный ей Молли на нашем четвёртом курсе.

А когда я закончил говорить, то пришлось её ещё и санчасть тащить чуть ли не на себе, потому что шок с ней случился. Или не шок, а очень сильный когнитивный диссонанс. В общем, отвёл я её туда, сдал на руки мадам нашей Помфри, и попросил заодно на зелья её проверить. На всякий случай. И настойчиво порекомендовал не допускать к ней сегодня никого, особенно рыжих, а сам отправился спать, приняв лёгкое снотворное. Потому как визит мне сегодня Малфой манор предстоял.

Кстати, хочу объяснить, почему я на это решился так быстро. На этот визит. Ну, всего-то через три дня с момента моего вселения в Поттера. Потому что появилось в моём распоряжении одно хитрое заклинание, которое я решил использовать. Точнее, две его разновидности. Назвал я которые «Копьё праха» и «Облако праха». Причём заклинание это было новое. Ну, скорее всего. А может и не новое, а хорошо забытое старое. Кто знает?

В общем, не буду слишком вдаваться в подробности, скажу только, что на его создание натолкнуло меня проклятие от которого Дамби помирал. Называлось оно «Проклятие гниения плоти». Вот у меня и появилась мысль его модернизировать. И ещё добавить к нему заклинание перемалывания костей, до состояния костной муки. Ну, и ускорить всё это как можно сильнее, чтобы тот, к кому его применили превратился в прах в течении секунд сорока. Максимум пятидесяти.

В общем, сделать так, чтобы воздействие им было быстрым, чётким и эффективным. Нет, ну а чего? Я же не де Бюсси какой-нибудь или де Келюс, чтобы дуэлировать с ними ещё. Делать мне больше нечего.

А появилось оно в моём распоряжении благодаря помощи домовиков, некоторым книгам из библиотеки Блэков и тому, что в моём распоряжении убер-палка оказалась. В противном случае, если бы у меня что и получилось, то далеко не так быстро. И, если кто спросит, а палочка-то здесь при чём, то поясню, конечно. Знаете, иногда у меня создавалось впечатление, что она наделена собственным интеллектом, потому что колдовалось её не просто, а очень и очень просто. Она как будто бы сама подсказывала как наколдовать то, что тебе нужно.

Разумеется, эти дни я не только палкой махал, но и книги читал. Умные. А чтение умных книг много пользы приносит. И узнал я такую вещь, что хоркруксы подлинным бессмертием не обеспечивают. Не бывает такого в природе. Абсолютно всё, рано или поздно, заканчивает цикл своего существования. И даже наши души, хоть и живут очень и очень долго, но, не бесконечно. Но, самое главное, что для возродившихся с помощью хоркруксов определённые условия существовали, ограничивающие срок их жизни. В противном случае бегала бы по Земле целая куча бессмертного народа.

Впрочем, не буду подробно останавливаться на всех этих моментах. Расскажу как мой визит в Малфой манор прошёл. А получилось у меня всё легко и просто, на самом деле. Правда, тут вот какой фактор ещё роль сыграл. Прямо перед тем как пришло время туда перемещаться, притащил мне откуда-то Добби зелье одно хитрющее. Феликс Фелицис называется или Зелье удачи. И, разумеется, принял я его перед перемещением. Совсем капельку, но мне этого хватило. И ещё, конечно же, Добби договорился заранее с Малфоевскими домовиками, чтобы они нам палки в колёса не вставляли.

А дальше он переместил меня в одно из подвальных помещений Малфой-манора и сопроводил прямо к дверям спальни в которой Безносый со своей змеюкой почивать изволили. Там я наложил на них дополнительные чары сна и долбанул Копьём праха по Нагини. И тут же, сразу воткнул в Волдика два зуба василиска. На всякий случай. Один в солнечное сплетение, а второй в сердце. И, знаете, оказалось, что яд старины василиска, это самое оно. То, что доктор прописал. Поднялось над телом Волдика чёрное облачко, пошумело и рассеялось. А затем я и его мёртвое тело тоже в прах превратил.

Ну, а дальше я отправился решать второстепенные задачи, которые себе наметил на эту ночь. Нужно было ликвидировать ещё нескольких магов. Сначала семейку Лестренджей. Ну, оно и понятно зачем. Чтобы в Гринготтсе потом право на их денежки предъявить как их победителю. Но, их я грохнул так, без всякого чувства. Как, например, пыль со стола стирают. Чисто автоматически. А вот ещё одного... товарища, я устранил с чувством глубокого удовлетворения. Я бы даже сказал глубочайшего.

Разумеется, я говорю про Снэйпа. И пусть меня простят снэйпоманы всего мира, но этот Северус был совсем не той личностью, чьим именем я бы сына назвал. Мразь он был конченная. А уж как он упивался возможностью Поттеру разум насиловать в то время как, типа, окклюменции его учил... В общем, это отдельная история. И ещё они вместе с Альбусом нашим совершенно не гнушались Гаррику память подчищать.

Например, на четвёртом курсе, во время подготовки к первому заданию Турнира. Тогда Поттер с Грэйнджер сошлись довольно близко и он её даже на бал пригласил. Вот только кое-кто посчитал, что чересчур это хорошо для них, а когда слишком хорошо, то это уже плохо. Ну, и вмешался тогда Снэйпушка, по распоряжения Дамбушки.

А почему я так уверенно говорю об этом? Да потому что мне память Поттеровская без всяких купюр подгрузилась. И, поэтому видел я в его воспоминаниях, как злорадствующий Снэйп объясняет Гаррику, что мол хрен ему, а не Грэйнджер в партнёршах на балу. Дескать, не нравится это ни ему, ни Альбусу.

Кстати, самого Дамбика, если бы он всё ещё был жив, я бы тоже с огромным удовольствием его бородой сначала удушил, а потом на ней бы и повесил. Снова, приведу простой пример. Объясню почему Гаррик, как последний идиот на каникулах к Дурселям ехал. Да потому что вызывал его каждый раз к себе Дамбушка и закладочку ему ментальную внедрял. И память подчищал, разумеется. И это лишь малая часть того, о чём рассказать можно было бы, ну, если бы у меня такое желание появилось.

Так что, грохнул я урода. С чувством глубокого удовлетворения, как уже было сказано. Кстати, трупы, как Лестренджей, так и Снэйпа я уничтожать не стал. И отправился Люцика будить. Для чего? Разумеется, не из-за того, что лично мне он как-то импонировал. А, чтобы здешних домовиков не подставлять, в первую очередь. Ведь, к примеру, заявится утром какой-нибудь хрен, которому поручено что-то там было и хай поднимет.

Ну, сами представьте, приходит такой с утреца, сразу к Волдику на доклад и видит, что того-то и нетути. Он, понятное дело, начал бы его искать, особенно если ему что-то важное поручалось и доложить об исполнении срочно нужно было. А дальше нашли бы мёртвых Лестренджей, Снэйпа и, разумеется, на Люцика наехали бы. Типа, чего это за дела в твоём доме творятся и не ты ли замешан в очередном исчезновении Повелителя? И кто бы в итоге крайними получился? Домовики, конечно. А домовики ребята хорошие, с ними дружить нужно.

В общем, растолкал я его, обрисовал ему ситуацию и по своим делам отправился. Рассудив, при этом, что Люциус не маленький мальчик, сам дальше справится. А если справится , то потом этот момент как рычаг для воздействия на него использовать можно будет. Ну, а если не справится, то это уже совсем не мои проблемы. Единственное, что я себе позволил перед уходом, так посоветовать ему заняться с Нарциссой новым наследником и при его воспитании чуть больше строгости проявлять, чтобы Дракусик номер два не вырос. А то, если он наследником будет, то и писец роду Малфоев наступит.

И, разумеется, на выходе из здания сказал своё веское слово канон. Не мог не сказать. В том, смысле, что если Поттеру в каноне суждено было Питера Петтигрю встретить и стать свидетелем его гибели, то и меня чаша сия не миновала. Только Крысу я сам завалил снова использовав Копьё праха.

Конечно, в том что я рассказал, я имею в виду в своих действиях, не совсем логика прослеживалась, но тут на действие Феликс Фелицис списать можно.

А дальше я отправился в Гринготтс. Где, пообщавшись с гоблинами и предъявил я им права на финансы Лестренджей. Ключики-то от их хранилищ изъял я у них и, после того как мы утрясли этот вопрос, то попросил отправить в хранилище Беллатрикс разрушителя проклятий. А то, насколько я помню, золотишко там заколдовано было, типа, если взять в руки хоть одну монетку, то их количество сразу начинало расти и, по-моему, оно ещё и нагреваться начинало. После чего отправился туда сам и Чашу тоже почикал, чтобы, никто не додумался оставшуюся часть души Волдика из неё переместить в какого-нибудь гомункула и снова не попытаться его возродить.

Кстати, насчёт хоркруксов у меня всегда сомнения были, ещё когда я книги про Гаррика читал. Например, как он сам-то им оказался? Дамби, помнится, как объяснял этот момент? Что часть души Волдика прицепилась к единственному в тот момент живому существу находящемуся поблизости. Но, друзья мои, остальная-то часть почему в Албанию отправилась кто мне скажет? Почему она тоже к Гаррику не прицепилась? Или, почему этот осколочек прицепился к ребёнку, а не отправился вслед за основой в Албанию, чтобы прицепиться к ней и слиться, в итоге? В общем, мутная это была история.

Ну, а я не стал я заморачиваться и решил как в каноне поступить. Ну, раз уж написала мадам наша Ро, что хоркруксы имеют место и надо их почикать, то значит так тому и быть.

После чего я вернулся в школу на домовик-экспрессе, потому как, подумалось мне что упустил я один момент. Ну, оно и понятно, не до того мне в эти дни было. Да и вспомнилось мне об этом не сразу. В каноне, кстати, такого не было, вроде бы, а вот в фанфиках этот вопрос довольно часто поднимался. Я имею в виду контракт на обучение в Хогвартсе и, если он есть, да ещё и магический, то нужно ознакомиться с его условиями. И, узнать что может произойти в случае одностороннего разрыва с моей стороны. А то магом-то мне быть понравилось.

Да и насчёт Грэйнджер мне узнать было интересно. Как так получилось-то, что на их шестом она настолько изменилась? Ну, если судить по воспоминаниям Поттера. Вот и захотелось мне выяснить, действительно ли рыжий матриарх оценила по достоинству красоту кипящего котла и мягкую силу жидкостей, незаметно порабощающих чужие чувства и влияющих на сознание. А то в каноне этому вопросу внимания особого уделено не было.

Ну, что я могу сказать. Получилось пятьдесят на пятьдесят. Типа, у меня для вас две новости. Хорошая и плохая. С какой начинать? Ну, не знаю как кто, а я, обычно, сначала предпочитаю выслушать плохую.

Поэтому, первым делом я заскочил в санчасть и спросил у Грэйнджер

— Ну, что, Гермиона? — уточнил я у неё. — Как там насчёт твоей крови? Обнаружилась ли она среди зелий?

В ответ на что она покраснела и опустила глаза.

— Чёрт! Как же стыдно-то, — сказала она через некоторое время. — И ведь знала же прекрасно, что Молли сама Артурчика лёгким приворотом подпоила. И ещё хихикала как дура, при этом напару с Джинни. А делать-то что теперь?

— К Маккошке пошли, — предложил я. — У меня тут один вопрос появился, но, думаю что тебя он тоже заинтересует.

А вот то, что мы выяснили у Макгонагалл оказалось хорошей новостью. Как оказалось, то что СОВы мы уже сдали, сделало нас, можно сказать, птичками вольными. И, кстати, ещё мы выяснили, что оплата за обучение производится если ученик первого сентября в школе появляется. Подтверждаю, тем самым, своё согласие на дальнейшую учёбу.

 

— И, что теперь, Гарри? — спросила у меня Грэйнджер. — Ну, после того как ты узнал. Ведь не просто же так у тебя этот вопрос появился?

— А теперь придётся месяц подождать, — объяснил я. — Нам тут Дамбушка завещал кое-что, кое-какие мелочи. Только сразу нам их не отдадут, конечно, потому как слишком уж кое-кому будет интересно узнать, почему дедушка завещал именно нам и, именно эти вещи. А дальше я, примерно, знаю что мне делать и, если получится, то в Новую Зеландию рвану. Ну, а ты сама смотри. Но, если нужна будет помощь, то я, в любом случае открыт для конструктивного диалога. Заодно, кстати, я тут вопрос про другие магические школы прорабатывать вплотную начал, так что ты подумай, а стоит ли свою дальнейшую судьбу с Хогвартсом связывать, как, впрочем и с местным магическим сообществом, где мы с тобой люди второго сорта.

 

Для чего мне это было надо? Ну, ждать пока нам завещание зачитают и завещанное на руки выдадут. А чтобы сердце порадовать. Сами, наверное, знаете как говорят в таких случаях. Сделал гадость, сердцу радость.

С одной стороны мне это было нафиг на нужно, потому что я всё-таки не Поттер, но, вот с другой, почему бы и не привнести в мир малую толику справедливости? Я имею в виду, устроить парочке, простите, скотопидоров не самое лучшее посмертие. Понятно, что я имею в виду Дамбушку и Снэйпушку. А для этоего мне понадобится Воскрешающий камень и некоторая литература из библиотеки Блэков. И ещё я собирался провентилировать вопрос насчёт международной магической связи. Кстати, насчёт разных магических школ. Выяснил я что больше их на самом деле чем в каноне перечислено было.

Но, в любом случае, оставаться здесь я точно не собирался. Уж не знаю почему, но чувствовал я себя абсолютно чужим и в Британии вообще, и в Хогвартсе в частности. Да даже там, в империи Аратан, в которой я пребывал до недавнего времени, и то такого не было. Нет, может быть со временем я и тут приспособился бы, но, пробовать-то зачем, если есть возможность уехать отсюда и забыть всё как страшный сон?

Дальше Гермиона попросила меня проводить её до Лондона, а то не хотелось ей с рыжими снова пересекаться. Для чего проехать с ней в Хогвартс Экспрессе. Ну, а я предложил ей воспользоваться услугами другого транспорта, который Добби-экспресс называется. В общем, проводил я её до самого дома, где мы и расстались, чтобы в следующий раз встретиться уже во время чтения завещания.

А сам я на Гриммо двенадцать отправился. Ну, не в Литтл Уингинг же мне ехать было? Делать мне больше нечего. К тому же, нужно мне было почитать кое-что, чтобы задуманное осуществить. Как я уже сказал, насчёт Дамбушки и Снэйпушки. Появилась у меня мысль выдернуть их души, привязать тут к каким-нибудь предметам и замуровать в какую-то стену. Нет, ну а чего? Пусть посидят в темноте и тишине, глядишь и с ума сойдут, что один, что второй. А то слишком уж прошаренные ребятки при жизни были.

В общем, не буду вдаваться в подробности что я для этого предпринял, скажу только, что удалось мне это. Потому что Воскрешающий камень настоящим оказался, несмотря на все мои сомнения.

Да и рассказывать о том, как проходило чтение завещания тоже не буду. Нас, кстати, для этого в Министерство вызвали, потому что на свадьбе у Билла ни я, ни Гермиона, не присутствовали, разумеется. Как и о том, что Скримджер от канона не отступил и попытался выяснить, а почему именно нас Дамблдор указал в завещании. И почему именно нам он завещал то, что нам потом вручили.

Дальше я предупредил Гермиону насчёт того, чем может произойти при наличии у Рончика делюминатора и отправился к себе. Была у меня ещё парочка дел, которые нужно было закончить прежде чем окончательно распрощаться с магической Британией. А может и не окончательно, но приезжать сюда на постоянное жительство я точно не собирался. Но, пока, на данный момент, я вроде как сделал всё, чтобы нога моя не ступала на здешний берег, так сказать.

А путь мой дальнейший, как я уже говорил, лежал в Новую Зеландию. Разумеется, отправиться туда я собирался не в одиночку, а вместе с домовиком Добби и совой Хедвиг. Кстати, правы оказались те фикрайтеры которые утверждали что с её дарением история мутная была. Ну, что она, скорее совой Хагрида была, чем Поттеровской. Так что, пришлось мне нормально её к себе привязать в итоге.

Ну, а почему именно туда? Да потому что вспомнился мне фильм «Властелин колец» и те места, где киношные хоббиты обитали. Поэтому-то, примерно туда я и намылился. Уж больно природа мне тамошняя понравилась. Вот я намеревался там обосноваться.

Ну, и разумеется, я надеялся, что чёрная полоса моей жизни наконец-то закончилась. Впрочем, чтобы меня не ожидало, это будет уже совсем другая история.