День учителя по-хогвартски (джен)

* * *

4 октября 1991 года. Хогвартс, учительская.

В учительской школы магии и волшебства Хогвартс собрались преподаватели, чтобы обсудить планы на празднование Дня учителя, который состоится пятого октября.

— Давайте закупимся большим количеством алкоголя, — предложила преподавательница прорицания, известная своей любовью к спиртному. Она явно намеревалась уговорить своих коллег последовать её совету.

— Разве мы не повторим тот же сценарий? Наши головы будут раскалываться, и мы снова не сможем смотреть в глаза студентам? Вы забыли празднование Нового года 1986 года? — раздраженно сказал Филиус Флитвик, вспоминая инцидент, когда его коллеги, увлекшись алкоголем, устроили в Хогвартсе настоящий беспорядок. В результате этого происшествия несчастный Слагхорн проснулся в женской пижаме.

— Филиус, умоляю, не будем касаться этой темы. Мне всё ещё тяжело вспоминать о том времени, — произнёс Гораций, его голос дрожал от неприятных воспоминаний.

— Безусловно, Гораций, — ответил Филиус, поправляя галстук-бабочку. Затем, посмотрев на Сибиллу, он добавил: — Итак, моя дорогая, Вы всё же планируете купить алкоголь? Если это так, я не пойду на банкет. Я уже сыт по горло вашими выходками.

— Филиус, клянусь, ничего подобного не предвидится, — сказала Сибилла, будучи уже в состоянии опьянения и с трудом держась на ногах. К счастью, она сидела, поэтому не упала.

— Ну да, конечно, профессор Трелони. Вы без спиртного и дня прожить не можете! Совсем с ума посходили, — с раздражением сказал Филиус, пытаясь веером отогнать запах алкоголя, исходивший от предсказательницы.

— Вы, Филиус, просто неженка! Не нравится запах — не дышите! — пробормотала Сибилла Трелони, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Она икнула, и полупустая бутылка, выпав из её рук, с грохотом упала на пол. После этого Трелони начала петь свои любимые песни, что вынудило её коллег прибегнуть к заклинанию немоты.

— Вы всё ещё считаете, что приглашение Трелони было удачным решением? — поинтересовался Филиус, увидев, как Трелони задремала в кресле после нескольких неудачных попыток спеть.

— Вы совершенно правы, Филиус, это было, мягко говоря, не самое удачное решение, — произнесла Помона Спраут, чувствуя раздражение коллеги, с которым у неё ранее были романтические отношения. Она тяжело вздохнула и добавила: — Нам необходимо организовать напитки и угощения. В конце концов, это наш совместный праздник, которого мы заслуживаем.

— Когда же состоится банкет? — с любопытством поинтересовалась Аврора Синистра, молодая преподавательница, с интересом наблюдавшая за происходящим.

— Завтра после отбоя здесь, — твёрдо произнесла Минерва. Она взглянула на часы и добавила: — Итак, настало время для занятий, а затем мы пойдём за покупками.

Профессора, выразив согласие, направились к своим занятиям. Исключением стала Сибилла Трелони, которая безмятежно спала и громко храпела в кабинете.

* * *

На следующий день, в поздний вечер, в учительской.

Учителя, собравшиеся в кабинете, вели оживлённую дискуссию, когда внезапно к ним присоединился Катберт Бинс, профессор истории, известный как призрак. Его присутствие на мероприятии вызвало у всех присутствующих удивление.

— Катберт, что вас привело сюда? Разве вы не предпочитаете избегать подобных мероприятий? — спросила Минерва, слегка приподняв бровь и крутя в руке бокал с гранатовым соком.

— Да, Минерва, это так. Но мне невыносимо тоскливо в одиночестве. Веками одно и то же, и это просто угнетает. А это событие для меня — словно глоток свежего воздуха. Я ведь тоже преподаю, — с печалью произнёс призрак, который выглядел крайне утомлённым и жаждущим покоя.

— Понимаю. Превратиться в призрака и существовать так столетиями — это действительно ужасно, — сказала Минерва, выражая сочувствие профессору истории. Но тут её внимание отвлеклось, потому что бокалы на столе с грохотом упали на пол и разбились. Причина этого происшествия заключалась в мадам Хуч и Сибилле Трелони, которые, несмотря на все предосторожности, умудрились напиться и затеять танцевальный поединок прямо на столе.

— Ну что ж, всё понятно, — произнёс Филиус Флитвик с явным раздражением и, не прощаясь, направился к выходу. Он успел лишь слегка пригубить апельсиновый сок и откусить кусочек тарталетки с лососем. Флитвика тревожила возможность повторения неприятной ситуации, и он поспешил к себе.

— Роланда и Сибилла! Как вы могли так поступить? Почему у вас оказался алкоголь? — возмущённо спросила Минерва, её голос срывался от негодования.

— Мы позаимствовали его у нашего старого друга Слагги, ха-ха, — с насмешливой улыбкой, которая чуть заметно отдавала нотками алкоголя, сказала Сибилла Трелони. Гораций Слагхорн от неожиданности замер, будто окаменев. Он чуть не подавился компотом, когда услышал её слова. После этого она безмятежно возобновила свой необычный танец.

— Сибилла, не могу понять, как вы проникли в мою кладовую, но будьте готовы к неприятным последствиям. Моя настойка имеет мощное мочегонное действие, и вас ждёт бессонная ночь с определёнными неудобствами. Желаю вам удачи, она вам понадобится, ведь уборные здесь находятся на разных этажах, — произнёс Гораций Слагхорн, осознавший, что именно пьют здешние любители алкоголя. Ранее Гораций планировал уйти на пенсию, но Дамблдор уговорил его остаться.

— Гораций, не стоит тратить время на объяснения пьяницам, — произнесла Батшеда Бабблинг, его давняя подруга, решившая присутствовать на этом событии.

— Вы совершенно правы, — сказал Гораций Слагхорн, подтверждая слова собеседника. Его взгляд остановился на Роланде Хуч, который внезапно рухнула со стола, опрокинув его и рассыпав содержимое. Коллега Слагхорна наблюдала за происходящим с любопытством, смешанным с неодобрением.

— Мы пришли, — объявил Сильванус, входя в комнату вместе с Септимой Вектор. Взяв бокал лимонада, он спросил: — Что произошло? Почему стол оказался опрокинутым?

— Эти двое, взрывопотам и дромарог, снова напились, — с раздражением произнёс Гораций Слагхорн, стараясь не выругаться в адрес Хуч и Трелони.

— Я разделяю твоё негодование, мой друг, — произнёс Сильванус, сделав глубокий вдох и отпив глоток освежающего напитка. Затем, с едва заметной улыбкой, он добавил: — У меня для тебя хорошие вести. Кентавры сообщили мне о появлении в лесу чрезвычайно редкого единорога. Представь себе, что его молоко обладает удивительной способностью возвращать молодость и восстанавливать здоровье.

— Удивительно, но Флитвик действительно выглядит моложе, — с задумчивой улыбкой отметил Гораций, осознавая, что его друг всего лишь пытается поднять ему настроение.

— Давай спросим его, друг мой. Нам не помешает узнать, как ему удалось так помолодеть, — с улыбкой произнёс Сильванус и, сопровождаемый Горацием, направился в комнату Флитвика, чтобы разгадать тайну его молодости.

После их ухода в учительской вспыхнул скандал. Заместитель директора, Минерва МакГонагалл, строго отчитала близнецов Уизли, которые, воспользовавшись оборотным зельем, проникли в учительскую. Их целью было лишь развлечение, однако зелье потеряло свою силу, и их разоблачили.

— Немедленно уходите! — приказала Минерва, решительно выталкивая близнецов из учительской и закрывая дверь. Затем она продолжила: — И не забудьте, что завтра вас ждёт наказание у мистера Филча! Можете идти!

— Ну и дела, как же мы умудрились так глупо проколоться! — раздражённо прошептал Фред Уизли, находясь в коридоре. Его брат лишь беспомощно пожал плечами, и вскоре они отправились дальше.

В учительской царила атмосфера радости и смеха до самого рассвета. На следующее утро в школу приехал Альбус Дамблдор, директор учебного заведения. Его внимание было сосредоточено на решении важного вопроса — обсуждении с попечительским советом закупки новых мётел для игры в квиддич.

* * *

Кабинет директора. Немного позже.

Альбус Дамблдор, устало потирая виски, наблюдал за ожесточённым спором между Роландой Хуч и Сибиллой Трелони. В ходе их словесной перепалки у обеих женщин под глазами появились синяки.

— Друзья, сколько можно препираться! Я уже немолодой маг, измотанный бесконечными спорами и мечтающий о тишине. Ваши поступки напоминают мне хаос и произвол, — с явным раздражением сказал Альбус. Затем, не сдерживая себя, он добавил: — Я больше не собираюсь это терпеть. С этого дня вы обе уволены. Немедленно собирайте свои вещи.

— Профессор Дамблдор, куда же нам направиться теперь? — с тревогой воскликнули Хуч и Трелони, осознав всю серьёзность ситуации. Им стало ясно, что впереди их ждёт долгий и трудный путь домой.

— Это не моё дело. Вы сами сделали свой выбор, девушки. Употребление алкоголя — это плохо! Вы вредите себе и своим родным и близким! — с упрёком сказал Дамблдор, осознавая, что уговоры бесполезны. Они всё равно будут поступать по-своему.

— Но разве не вы говорили, что Хогвартс предоставит убежище тем, кто нуждается в помощи? — с надеждой спросила Роланда Хуч, осознавая, что ситуация безвыходная.

— Терпению есть предел, даже моему, — произнёс Дамблдор с ледяной суровостью. Когда Хуч и Трелони выскочили из зала, заливаясь слезами и спеша собрать вещи, Дамблдор тяжело опустился в кресло у камина. Он одним глотком выпил успокоительное зелье, стоявшее на столике рядом, и тихо запел, чтобы унять внутреннюю дрожь. Его измученное сердце жаждало тишины и покоя.