Коралина в Стране Чудес (джен)

Коралина очнулась в незнакомом месте. Мир вокруг неё был искажённым, сломанным. Будто кошмарный сон стал явью. Знакомые очертания комнаты странным образом переплетались с образами из её прежних злоключений: запах прелых листьев и лекарств из аптечки, которую никто годами не открывал неприятно щекотал нос, а в ушах звенела какофония звуков, голосов, при этом всё это безобразие ощущалось так, словно на голову напялили круглый аквариум. Где-то вдалеке, ей казалось, слышался скрипучий, но вместе с тем убаюкивающий и такой знакомый голос Другой Мамы. Даже спустя годы Коралина так и не смогла вытравить эти почти родные и всё же совсем чужие интонации из головы.

Она прекрасно помнила злобную ведьму и её ужасные пуговичные глаза. Годами это чудовище навещало её во снах, хотя Коралина победила её и вернулась домой. Смогла убедить себя, что всё это безумие было лишь сном. А теперь... Вместо своей уютной спальни она видела бескрайний причудливый сад, где розы увядали прямо на глазах, чернели, осыпались в прах, уступая место новым алым бутонам. Толстые ненасытные слизни жадно вгрызались в их шипастые стебли, а из земли торчали обломки огромных кукольных домиков и огромные шестерни. Ветви необъятных деревьев сплетались в уродливые фигуры, что страшнее монстров из самых тёмных уголков её воображения. За деревьями высились руины.

Разглядывая окрестности, Коралина неустанно шептала: "Это сон. Просто сон. Ещё один дурацкий сон". Она и не заметила, как от тени дерева отделилась тонкая чёрная фигура, пока та ни приблизилась к ней. Лицо незнакомки выглядело болезненно бледным в обрамлении длинных и таких же тёмных, как у самой Коралины, волос, а большие запавшие глаза слабо мерцали лихорадочным блеском. Девушка, с виду того же возраста, что и Коралина, в старомодном, заляпанном чем-то бурым платье, легко сжимала в тонких пальцах внушительных размеров ржавый нож. Лениво поигрывая им, как игрушкой, она по-кошачьи склонила голову к плечу:

— Добро пожаловать в Страну Чудес, — будто не приветствуя, а размышляя вслух, подала голос жуткая особа. — Здесь сны превращаются в кошмары, а кошмары — в реальность. — Она замолчала на мгновение, разглядывая, изучая. — Можешь звать меня Алисой.

Девушка слабо улыбнулась, как-то неумеючи и бледно: жутко и печально одновременно.

— Здесь Другая Мама — лишь малая часть проблем. Здесь безумие правит бал. Готова ли ты с ним столкнуться, Коралина?

И тут Коралина поймала себя на мысли, что не говорила этой Алисе ни своего имени, ни о своей встрече с Другой Мамой. "Значит, это и правда просто в моей голове. С этим я точно справлюсь".

— Что это за место? — с трудом выговорила она, стараясь не показывать страх, сковавший её сердце. Всё же новая знакомая её пугала, как бы Коралина ни пыталась убедить себя в обратном.

Алиса смотрела так, будто ждала ответа от самой Коралины. Но, то ли сжалившись, то ли разочаровавшись, пояснила, лишь сильнее запутывая:

— Это место существует на грани и в глубине. Здесь обрывки реальности и кошмаров сплетаются, срастаются, создавая симфонию сумасшествия и вечной агонии. Здесь нет чётких границ, нет правил. Только отчаяние и страх.

Она сделала несколько шагов вперёд, и Коралина невольно отступила.

— Другая Мама впустила тебя сюда. Она — лишь один из осколков того кошмара, что пожирает этот мир. Или его порождение, — вновь склонила голову Алиса, словно подбрасывая нерешаемую задачку.

— Но я победила её! Я вернулась домой! — воскликнула Коралина, пытаясь уцепиться за потускневшие с годами воспоминания, как за спасательный круг.

— Дом? — глаза Алисы расширились. Сложно было понять, от злости или удивления. — Здесь нет дома, Коралина. Здесь есть лишь иллюзии, порождённые больным разумом. Другая Мама открыла одну из дверей. А то, что ждёт по ту сторону... Гораздо страшнее.

По её словам было сложно понять, что она имеет в виду под "той" стороной. "Если здесь и царит безумие, то я сейчас говорю с его воплощением", — с недовольством отметила про себя Коралина. Алиса же будто и не заметила хмуро сдвинутых бровей собеседницы. Коралина вжалась спиной в ствол огромного гриба, когда твёрдая рука с зажатым в ней клинком оказалась на уровне её лица.

— Готова ли ты бороться, Коралина? Или станешь очередной сломанной куклой в моей разрушенной Стране Чудес?

В голосе Алисы не было ни грамма того пафоса, которым должны были сочиться подобные слова. Вопрос звучал как риторический. У Коралины словно отобрали право выбора. Она выпрямилась и посмотрела Алисе прямо в глаза. Тень страха всё ещё нависала над ней, но отчаянная решимость уже говорила голосом Коралины:

— В твоей? — начала было Коралина, но тут же выбросила эту мысль из головы. Раз это её сон, то:

— Я боролась раньше, буду бороться и сейчас. Я найду выход из этого кошмара.

Алиса на воинственный настрой лишь коротко кивнула, удовлетворившись ответом — иного, судя по всему, она и не ждала. И всё тем же слишком спокойным, учитывая творящийся вокруг хаос, голосом она не иначе как посоветовала:

— Тогда следуй за мной. Здесь опасно бродить в одиночку. Мы должны найти способ закрыть эту дверь, пока этот кошмар не проник в твой мир.

Она развернулась и твёрдым шагом направилась вглубь искажённого леса, где деревья — или грибы — скручивались в гротескные фигуры, а земля под ногами казалась зыбкой и ненадёжной.

Коралина плелась следом, стараясь не отставать, но и не идти слишком близко. Каждый шорох, каждая тень заставляли нервно оглядываться, но Алиса всё ещё пугала сильнее, пусть она никакой враждебности и не выказывала. Этот мир, напротив, пытался проникнуть в разум, заставить поверить в то, что всё, что Коралина знала — ложь. Но она держалась за свои воспоминания, за родителей, за настоящую жизнь.

Алиса шла уверенно, точно зная, куда лежит её путь и как лучше его проложить, чтобы избежать нежелательных встреч. О том, что таковые возможны, стало ясно сразу: время от времени Коралина замечала страшных чудищ невдалеке, от которых им легко удавалось скрываться. Хотя по тому, как хрупкие пальцы до синевы сжимаются вокруг рукояти ножа, как напрягается, словно пружина, изящное тело, как яркое пламя загорается в глазах её спутницы, девушка видела едва сдерживаемое желание сражаться. Но каждый раз Алиса себя отдёргивала, за что Коралина была ей благодарна, хоть и не говорила этого вслух.

Поначалу общение вообще не клеилось: Алиса говорила мало и с ужасным акцентом. То она выделывалась, как средневековая принцесса, то ругалась, как портовый грузчик. Многое из того, что рассказывала сама Коралина, Алисе было непонятно. Казалось, она шутит, каждый раз переспрашивая о совершенно бытовых мелочах, но по задумчивому взгляду становилось ясно, что это не так. Да и чувство юмора у неё было своеобразное. Ещё Алиса говорила, что это её мир, он в её голове, поэтому она знает о нём всё. Но не всё помнит. Потому он и рушится. Такие короткие беседы были особенно жуткими. Но, несмотря на все чудачества и несуразность новой знакомой, уже к завершению второго дня Коралина пришла к выводу, что в общем, Алиса хоть и странная, но интересная. И, пожалуй, забавная.

Без малого неделя промелькнула перед глазами, как один день. Они вышли к полуразрушенной карусели. Лошадки, когда-то яркие и нарядные, теперь были покорёженными, изломанными. А краска на них облупилась, демонстрируя оголённую и пульсирующую жизнью плоть, которой совсем не место в детском аттракционе. "Кому здесь вообще место?" — брезгливо отворачиваясь, спросила сама себя Коралина. В центре карусели стояла фигура, закутанная в лохмотья. Её лица видно не было, но Коралина чувствовала на себе её взгляд.

— Она ждёт нас, — заключила Алиса, крепче сжимая нож. — Она может существовать только на границе миров. Отчего-то здесь её называют Верховной Жрицей. Она охраняет дверь, держит её открытой. И чтобы закрыть её, мы обязаны победить.

Сердце Коралины забилось чаще. Сон или нет, но страх был настоящим. Она знала, что это будет нелегко, понимала это умом. Однако, иных вариантов у неё не было, поэтому девушка себе напомнила, что она боролась со своими кошмарами и раньше, в детстве. Значит, будет бороться сейчас. Она выберется, чего бы ей это ни стоило. Но как же сложно убедить себя, что окружающий мир иллюзорен, когда он такой настоящий, хоть и сумасшедший!

Фигура медленно повернулась всем телом в их сторону. Из-под лохмотьев показался то ли огромный странный нож, то ли серп. Даже на расстоянии можно было уловить невесомый, но узнаваемый сладковатый запах тлена и разложения. Запах смерти. Коралина почувствовала, как пальцы немеют — её охватывал леденящий ужас. Но она не позволила ему сковать себя. Она вспомнила слова Алисы, что она прошептала при встрече с первым монстром: "Страх тебе не враг. Если ты знаешь, как его использовать."

Алиса ринулась вперёд, как разъярённая кошка. Нож сверкнул в тусклом свете искажённого солнца. Жрица издала хриплый скрипящий звук и взмахнула серпом. Лезвие просвистело в воздухе, едва не задев Алису. Коралина наблюдала, затаив дыхание. Она готова была сделать всё, что потребуется, но не представляла, чем может помочь. Алиса уклонялась и ловко наносила удары, танцуя вокруг противника стремительной стайкой волшебных бабочек, что лишь сильнее убеждало в сказочности происходящего. Её движения были грациозными и смертоносными. Но Жрица была сильна и, похоже, неуязвима. Серп рассекал воздух, оставляя за собой чёрный дымчатый шлейф. Коралина видела, как Алиса начинает уставать: её удары со стороны выглядели менее точными, движения становились хаотичными.

Верховная Жрица нанесла скользящий удар второй рукой, в которой оказался невидимый ранее меч. Меч рассёк плечо Алисы. Она вскрикнула от боли и отступила назад. Коралина не могла себе позволить и дальше стоять в стороне. Она бросилась к Алисе, едва удерживая ту от опрометчивого желания продолжить явно неравный бой. Подхватив под руку, она почти силком утащила буйную подругу за пирамиду из громадных кубиков и прочего хлама.

— Я отвлеку её! — прокричала Коралина Алисе, выскочив из укрытия. — Беги! Найди способ закрыть дверь!

Коралина повернулась лицом к врагу. Она понимала, что это может быть её последний бой. Но она не боялась. Она знала, за что борется. За свою семью, за свою жизнь, за свой мир. Она выкрикнула что-то дерзкое, и Жрица с ещё более жутким скрежетом пошла на неё, позабыв об Алисе. Девушка крепко сжала кулаки, чувствуя, как огонь полыхает в венах. Тревожность отступила, позволив ярости занять своё место. Коралина не была воином, не владела оружием, но у неё была воля, которая уже помогла однажды выпутаться из липкой паутины иллюзий и страха. Она сделала несколько шагов вперёд, стараясь полностью перехватить внимание противника, не дать возможности преследовать, даже смотреть в сторону укрытия Алисы. Жрица замахнулась серпом. Коралина увернулась в последний момент. Лезвие просвистело у самого лица, оставив запах гнили и могильного холода. Девушка понимала, что это лишь вопрос времени, прежде чем враг нанесёт смертельный удар. Но она продолжала двигаться, держась на расстоянии, отвлекая, маневрируя. Стараясь выиграть время для Алисы.

Коралина использовала всё, что у неё было: крики, насмешки, камни, что валялись под ногами. Было очевидно, что всё это лишь жалкая попытка — противопоставить такому врагу было нечего. Но чем яростней кричала Жрица, чем резче становились её выпады, тем ярче разгорался азарт в девичьем сердце. Увидев, как Алиса пробралась за спиной противника к двери и скрылась из виду, Коралина окончательно уверилась в победе. Теперь всё зависело от Алисы. А уж она-то и посильнее, и поумнее будет, несмотря на все свои жутковатые странности

Внезапно Жрица издала пронзительный вопль. Земля задрожала и пошла трещинами. Дверь начала закрываться с гулким грохотом и скрежетом. Коралина поняла, что Алисе удалось. С победным криком она бросилась к двери, схватив с земли камень и метко швырнув его в лицо противницы. Та пошатнулась от неожиданности, зарычала, но громадная дверь продолжила закрываться, отрезая Страну Чудес от реального мира, лишая Верховную Жрицу сил. Коралина выскользнула наружу. Обессиленная, но живая. Она победила. Во все глаза она смотрела, как тень в лохмотьях корчится в агонии, а затем, рассыпавшись в прах, разлетается пылью по чудаковатому миру, в который сама девушка больше не вернётся.

Когда от зловещего существа осталось лишь тряпьё, Коралина подняла голову, осматриваясь. Сумерки сгущались, окутывая привычный мир то ли дымкой, то ли туманом. Холод пробирал до костей. Девушка лежала на стылой земле в каком-то незнакомом лесу. В нескольких метрах от неё зияла щель закрывающейся двери, словно приоткрытая пасть чудовища. С трудом поднявшись на ноги, Коралина направилась к ней. Только теперь она смогла в полной мере прочувствовать, как же сильно эти приключения её вымотали. Каждый шаг отдавался гулким эхом в голове. Мысли путались, сознание отказывалось верить в произошедшее. Она, обычная девушка, смогла с лёгкостью одолеть нечто, что казалось непобедимым. Снова. Хотя нет. И тогда, и теперь она была не одна. Думать о том, что бы с ней случилось, не будь у неё таких помощников, Коралина не стала. Когда она добралась до двери, та уже почти полностью закрылась. Лишь узкая щель пропускала слабый луч света. Коралина заглянула в неё, пытаясь увидеть Алису, но там не было видно ни души.

— Алиса, — тихо позвала она. В ответ Коралина услышала лишь шелест листьев.

Отчаяние сдавило горло. Она не могла оставить Алису там, одну, в этом кошмаре. Собрав последние силы, Коралина ухватилась за холодные тяжёлые створки двери и попыталась раздвинуть их. Ржавые петли заскрежетали, сопротивляясь её усилиям, но она не сдавалась. Она знала, что должна попытаться. С каждым рывком боль в руках становилась всё сильнее, но Коралина не уступила. В голове пульсировала лишь одна мысль: "Надо вытащить Алису". И внезапно, с громким скрежетом, ворота поддались. Щель стала достаточно широкой, чтобы пролезть. Коралина, не раздумывая, протиснулась внутрь, в объятия Страны Чудес.

Вновь оказавшись в искажённом мире, Коралина ощутила, как знакомый страх сковывает её. Всё вокруг кричало о безумии: карикатурные пейзажи, окровавленные игрушки, зловещие гримасы сумасшедших обитателей. Она брела по извилистым тропам, зовя Алису по имени, но в ответ слышала лишь эхо собственного голоса, искажённое и пугающее.

Наткнувшись на Чеширского Кота, девушка отскочила в сторону. Его улыбка была зловещей, а большие глаза светились, как жёлтые фары. Сам кот был не просто облезлым, как тот, которого ей довелось повстречать в детстве — он был совсем лысым и костлявым. А ещё огромным.

— Ищешь Алису? — промурлыкал он, и его зрачки опасно сузились. — Она глубоко… В себе. Боюсь, тебе туда не добраться, девочка. Безумие пожирает её изнутри.

— Ты тоже говорящий? Здорово! Поможешь мне её найти.

— Порой, чтобы найти что-то, надо что-то потерять...

— Отлично! Коты вообще не умеют говорить по-человечески? Зачем все эти глупые загадки? — топнула ногой Коралина.

— Загадки проливают свет на тёмные вопросы...

Улыбка кота стала шире. Коралина не сразу заметила, что та висит в воздухе, а самого кота уже и след простыл. И уже через мгновение и эта улыбка растаяла, будто никакого кота никогда и не было.

Но Коралина не собиралась сдаваться. Она видела, как Алиса боролась, как отчаянно цеплялась за ускользающую реальность. Зная, что по большому счёту терять, кроме рассудка, в этом мире нечего, она поддалась безумной идее и вышла из относительно безопасных зарослей. Стараясь не думать, как справится с местными чудищами в одиночку, Коралина шагнула на узкую дорогу из серого потрескавшегося камня. Дорога вела в самое сердце Страны Чудес — к огромному, пульсирующему, словно гигантское сердце, замку. Чем дальше Коралина шла, тем больше камень под ногами походил на живую плоть, точно те лошадки на карусели.

— Сумасшедшая страна, — оттирая ботинок от липкой слизи, заключила девушка. — Меня не было-то всего пару минут. А здесь уже не пойми что творится. Хотя...

Коралина остановилась, высоко задрав голову, силясь разглядеть вершину ворот, в которые чуть было не врезалась.

— Эта Страна Чудес и есть не пойми что.

Ворота распахнулись, и девушка вошла внутрь, готовясь к очередной битве. Она не представляла, что её ждёт, но страх лишь подстёгивал идти дальше. Алиса была где-то там, и Коралина, вопреки здравому смыслу, собиралась её спасти.

В замке царил хаос. Перевёрнутые шахматные фигуры танцевали безумный танец, тяжёлые алые капли стекали по стенам, словно слёзы, а из-под каждой двери доносился приглушённый шёпот и тиканье часов. Страшнее всего были зомби. Точнее стражники. А если ещё точнее, то игральные карты в человеческий рост, в центре которых зияли сквозные раны, будто из них вырвали внутренности в форме масти. Они появлялись из земли с жутким потусторонним звуком, как из фильмов ужасов и бесцельно слонялись, волоча за собой тяжёлое оружие. Коралина пробиралась сквозь этот кошмар, словно сквозь вязкую паутину, стараясь никому не попасться на глаза и не вглядываться в детали. Что было весьма сложно, ведь её пристально разглядывали жуткие красные глаза, что торчали прямо из стен.

Наконец, она достигла тронного зала. Посреди него, на кровавом троне из костей и лоскутов кожи, сидела Алиса. Но это была уже не та Алиса, которую знала Коралина. Её глаза горели безумным огнём, волосы превратились в длинные постоянно двигающиеся щупальца, а лицо больше всего походило на маску. "Каких-то пять, ну десять минут... Вот же!" — разъярилась Коралина, но предпочла вслух этого не говорить. Да и не успела, ведь Алиса опередила её:

— Ты пришла, — прошипела незнакомка с восковым лицом, и её голос звучал так, словно принадлежал множеству разных людей. — Но зачем? Здесь тебе не место.

Алиса взмахнула рукой, и на Коралину обрушился шквал безумных видений: стены замка сжимались, пол проваливался, а лица знакомых людей превращались в чудовищные гримасы. Девушка в ужасе закричала, но её голос потонул в какофонии звуков. Она упала на колени, чувствуя, как тьма поглощает её сознание. С трудом поднявшись, Коралина протянула руку и, вцепившись в нож Алисы, резко сжала пальцы. Боль вспыхнула ярким светом, пронзая тьму и отбрасывая видения. Свет заполнил зал, оттесняя безумие и возвращая Алисе прежний облик.

— Это всё у меня в голове. Так и знала! — победно заключила Коралина.

Безжизненная кукольная маска исчезла. Алиса просто спала, раскинувшись на троне, словно устав от дальней дороги. Она так и не выпустила своё оружие, воткнув его в подлокотник и не разжимая пальцев. Коралина бросилась к ней.

— Алиса! Я здесь, Алиса. Очнись! Я здесь, чтобы забрать тебя домой.

Зелёные глаза резко распахнулись. В них не было и толики сонливости. Но Коралину подобными странностями было уже не напугать. Она схватила Алису за запястье и, рывком стащив с жуткого трона, потянула за собой. Теперь её черёд показывать верный путь.

Когда они, наконец, пересекли границу между мирами, их встретил знакомый пейзаж — зелёный луг, усыпанный цветами, и яркое солнце над головой. Алиса огляделась, словно впервые видела этот мир. В её глазах отразилось облегчение и что-то ещё, знакомое, но всё же иное. Коралина же почувствовала, как тяжкий груз сваливается бесформенным тюком с её хрупких плеч. Они справились. И только теперь, оглядевшись и переведя дух, она заметила, что Алиса выглядит несколько иначе. Взглянув на собственные руки, Коралина тут же ощупала своё лицо и волосы.

— Синие... — удивлённо прошептала она, перебирая толстую, но короткую прядь.

— Ничего, — заметив замешательство в глазах новой подруги, улыбнулась Коралина. — Чем не повод начать сначала?

Взяв Алису за руку, она уверенно зашагала в сторону Розового Дворца. Будет сложно объяснить родителям, откуда взялась ещё одна одиннадцатилетняя девочка и почему она должна жить с ними. Но настоящие, не Другие, родители у Коралины самые замечательные — скучно точно не будет.

— Коралина? — послышалось в ответ, будто откуда-то издалека.

Алиса всё ещё там! Ей нужна помощь!

— Коралина! — голос звучал громче. Но как бы яростно Коралина не боролась с тяжёлой створкой, та не поддавалась.

Неожиданно её что-то отдёрнуло от двери. Сердце Коралины бешено колотилось. Она резко распахнула глаза. Комната казалась чужой и незнакомой, пока взгляд не упал на фотографию её друзей, что стояла на прикроватной тумбочке. Мамины руки осторожно гладили её по волосам, папа тихо сидел рядом, держа ее ладонь в своей.

— Коралина... — услышала она тихий вздох облегчения. — С тобой всё в порядке, милая? У тебя был жар, и ты бредила всю ночь, — прошептала мама. Её голос звучал обеспокоенно, но от него враз стало тепло и уютно.

Коралина села, чувствуя слабость во всем теле. Странные кошмарные образы всё ещё плясали перед глазами: всё эти гигантские грибы и синие гусеницы, пуговицы вместо глаз, зловещая ухмылка Другой Мамы, искажённые пейзажи Страны Чудес. И Алиса. Она помнила горький привкус чая, которым её угощала странноватая подруга, и леденящий душу шёпот Чеширского Кота, который возникал, когда и где хотел из ниоткуда и так же внезапно исчезал, бросив очередной бесполезный совет напоследок.

Всё казалось таким реальным, таким осязаемым. Будто она действительно побывала в этом чудаковатом, пробирающем до костей мире. Взгляд упал на монитор компьютера, привлекающий внимание слабым светом и едва заметным движением на мрачном фоне. Коралина откинула одеяло и неуверенно встала — голова всё ещё кружилась. На экране застыла пауза в игре: жутковатая фигура Алисы, сжимающей окровавленный узорчатый нож. Она навела курсор на значок выключения и легко щёлкнула на него. Экран погас, и вместе с ним, казалось, рассеялись и остатки лихорадочного сна. Коралина устало улыбнулась. Она враз почувствовала себя лучше, ведь даже самые страшные кошмары рассеиваются, когда рядом настоящие родители. Она крепко обняла мягко улыбающуюся маму.

— Я дома...

В этот момент Коралина больше, чем когда-либо ощутила тепло и безопасность своего настоящего мира. Мира без пуговиц вместо глаз и безумных чаепитий. "Пусть игры останутся всего лишь играми, а кошмары — только снами, — улыбаясь, подумала она и вновь зарылась в одеяло, высунув лишь нос. Всё же простуда никуда не ушла. А значит, стоит насладиться внезапно возникшими выходными в полной мере.

В ужасе Коралина вцепилась в тяжёлые створки. Она не могла оставить Алису в этом кошмаре. Ржавый скрип почти оглушал в гробовой тишине. Дверь не хотела поддаваться. Но девушка просто не видела для себя возможности сдаться. Она знала, что должна, обязана. А в голове пульсировала лишь одна мысль: "Надо вытащить Алису".

Дверь резко распахнулась, и Коралина рухнула на траву, залитую солнечным светом. Она задыхалась, чувствуя, как реальность медленно возвращается к ней. Вокруг щебетали птицы, жужжали пчёлы, и ничто не напоминало о той жуткой стране, где она только что была. Но в сердце зияла пустота. Алиса осталась там, в своём безумном мире, сражаясь с собственными совсем не метафоричными демонами. Коралина села, обхватив себя руками. Как она могла жить дальше, зная, что Алиса там одна?

— Выходит, я её бросила?

Вернувшись в свой мир, Коралина оказалась в ловушке между реальностью и кошмаром. Она пыталась забыть, убежать от воспоминаний, но тщетно. Частичка Страны Чудес навсегда осталась с ней. Время шло, но рана не затягивалась. Коралина и не заметила, как из общительной весёлой исследовательницы превратилась в замкнутую бледную тень самой себя. Она избегала людей, предпочитая одиночество компании болтливых безликих манекенов. Так она теперь видела окружающих. Так видела и себя. Она читала книги, пытаясь найти утешение в вымышленных мирах, но ничто не могло заполнить пустоту, образовавшуюся после того, как огромные двери раз и навсегда для неё захлопнулись.

Иногда, глядя в зеркало, Коралина видела в отражении не себя, а бледное лицо Алисы, смотрящей на неё с укором. Будто Алиса в реальном мире, а сама Коралина осталась там, в Стране Чудес. Она должна была выбросить эти безумные мысли из головы и жить дальше. Но как это сделать, когда часть твоей души навсегда осталась по ту сторону зеркала?

Годы превратились в десятилетия, но шрам на сердце Коралины не исчезал. Она научилась притворяться, носить маску нормальности, чтобы не пугать случайных прохожих своим потухшим взглядом. Она работала в библиотеке, окружённая книгами, которые когда-то были её убежищем, а теперь лишь напоминали о том, что она потеряла. В тишине читального зала она могла забыться, уноситься в другие миры, где Алиса всё ещё была жива, сражалась с чудовищами и смеялась над абсурдом.

Вначале Коралина пыталась найти объяснение случившемуся в старинных книгах, зарываясь в пыльные тома, полные мистики и забытых знаний. Она искала лазейку, способ вернуть Алису, хотя бы тень надежды на то, что всё можно исправить. Дни и ночи сливались в один бесконечный поиск, но ответы ускользали, как вода сквозь сито.

Знаки. Она начала видеть их в случайных узорах на обоях, в тенях, танцующих на стенах её комнаты, в отражениях витрин магазинов. Повсюду ей мерещились фрагменты разрушенной Страны Чудес, обрывки безумных пейзажей, в которых навеки осталась Алиса. Сначала она списывала это на усталость, на игру воображения. Но с каждым днём видения становились всё отчетливее, навязчивее. Она чувствовала, как граница между её реальностью и тем потусторонним миром истончается, грозя поглотить её целиком. Страх не давал ей спать. Страх не за себя. Коралина боялась, что, погрузившись в эту тьму, она навсегда потеряет связь с миром, в котором ещё оставалась частичка её прежней жизни.

Одним дождливым осенним вечером, сидя на подоконнике и наблюдая за каплями, стекающими по стеклу, Коралина бездумно перебирала книжные страницы. Её взгляд зацепился за отражение в тёмной поверхности. Там, словно призрак, возникла знакомая фигура — Алиса. Коралина вздрогнула, но не отвернулась. Она смотрела в упор на видение, пытаясь понять, что это: игра света, плод её воображения или зов из Страны Чудес.

С того момента отражение Алисы стало появляться чаще. Сначала едва заметно, мельком, а затем всё отчётливее, словно та стремилась пробиться сквозь стеклянную преграду. Коралина начала разговаривать с отражением, делиться своими мыслями и страхами. Она знала, что это нереально, безумно, но это было единственным способом хоть как-то унять свои тревоги.

Как-то ночью, когда буря яростно бушевала за окном, отражение Алисы заговорило. Её голос был тихим, слабым, но Коралина услышала каждое слово. Алиса просила о помощи. Она рассказывала о новых угрозах, о том, что Страна Чудес погружается во тьму, и только Коралина может это остановить.

Страх и отчаяние боролись в душе. Она боялась возвращаться в этот кошмар, но и существовать на грани миров больше не могла. Собрав волю в кулак, Коралина решила, что сделает всё возможное, чтобы спасти Алису и Страну Чудес. Она знала, что это будет самая опасная битва в её жизни, но она была готова . Она распахнула окно, взобралась на подоконник и, крепко зажмурив глаза, сделала решительный шаг навстречу своей разрушенной Стране Чудес.

Коралина вцепилась в тяжёлую створку, желая только одного: вытащить Алису. Дверь поддалась с оглушительным скрежетом, будто сама преисподняя зевнула от скуки. Коралина рухнула на колени по ту сторону, вдыхая пыльный воздух не то подвала, не то склепа. Алисы нигде не было видно. "Ну конечно, — промелькнуло в её голове. — Она же у нас любительница побегать по шахматным доскам и попить чаёк с безумным Шляпником". Коралина попыталась подняться, но ноги предательски дрожали. Всё же это приключение здорово её вымотало.

— Прекрасно, — проворчала она, оглядывая унылое помещение. — Сбежала из одной клетки, чтобы угодить в другую. Только теперь ещё и без Алисы в качестве гида. — Отряхнув колени, Коралина двинулась вперёд. — Интересно, здесь хоть кто-нибудь предложит чашку нормального кофе или опять придётся довольствоваться грибными настойками и слезами гигантских статуй Алисы?

Комната была то ли складом, то ли просто захламлённым подвалом. Вглядываясь в полумрак, Коралина увидела луч света впереди. Она подошла ближе и, прищурившись, толкнула дверь.. Свет показался невыносимо ярким и на мгновение ослепил её. Когда зрение вернулось, она обнаружила себя… В крохотном кафе. Совершенно обычном, ничем не выделяющимся кафе с пластиковыми столами и кофемашиной, издающей подозрительный булькающий звук.

— Что за бред? — пробормотала Коралина, осматриваясь.

Рядом мужчина читал газету, попивая что-то из бумажного стаканчика. За соседним столиком девушка делала селфи с круассаном.

— Эй! — громче положенного обратилась к незнакомцам Коралина. — Девушку в старомодном платье и с ножом здесь никто не видел?

Мужчина оторвался от газеты, посмотрел на неё, как на умалишенную и вновь углубился в чтение, брезгливо поморщившись. Остальные последовали его примеру и тоже сделали вид, что никакой странной девицы не видят.

— Ну замечательно. Вернулась в реальность. Кажется.

Она подошла к стойке и заказала самый крепкий кофе, который только был.

— Надо как-то пережить этот внезапный приступ нормальности, — подумала она, глядя, как дымящаяся жидкость наполняет стаканчик. — И хорошо бы найти способ вернуться. Что-то мне подсказывает, раненная Алиса долго не протянет.

Кофе оказался отвратительно горьким и обжигающе горячим, но эффект был достигнут: Коралина взбодрилась, почувствовав, как в жилах заструилась хоть какая-то энергия. Обжигая пальцы о горячий стаканчик, она расположилась у окна. Обычный город, обычные люди спешат по своим обычным делам. Ни намёка на безумные пейзажи, говорящих кроликов или зловещие одноглазые чайники. Сидя за маленьким столиком, она погрузилась в раздумья. Было неясно, с чего начинать поиски, но и рассиживаться весь день перед окном, разглядывая мелькающие за ним машины и прохожих, тоже смысла не имело.

Она вышла из кафе на улицу. Город был серым и неприветливым, как утро понедельника. Машины сигналили, люди спешили по своим делам, никто не обращал на неё внимания. Коралина ощутила укол тоски по странному, но захватывающему миру за дверью. Там хотя бы всё было не так… Обыденно. Можно было, конечно, притвориться, что всё это было сном, как и тогда, в детстве. Но только желания на этот раз не было. Да и Алиса...

Вспомнив тот самый дом, где впервые узнала о том, что другие миры существуют, Коралина решила на время выбросить из головы свои тщетные попытки жить нормальной жизнью.

— Если я верю, что Страна Чудес реальна, то и мир Другой Мамы мог быть настоящим. А раз так, то, возможно, там я найду подсказку. Хоть что-то.

Собравшись с духом, Коралина решила начать с самого начала. Она вернулась к старому дому, где всё и началось. Может быть, там она найдет намёк, какую-нибудь мелочь, которая наведёт её на нужный след. Ведь если она смогла провалиться в Страну Чудес и вернуться, значит, и Алиса сможет. В этом была какая-то логика, по её скромному мнению.

Старый дом встретил её тишиной и облупившейся краской. Сад зарос сорняками, калитка скрипела, словно жаловалась на одиночество. Коралина обошла дом, заглядывая в заколоченные окна. Ничего. Разочарование накатило сметающей всё на своём пути волной. Девушка присела на покосившееся крыльцо, обхватив голову руками. Что ей оставалось? Ждать? Искать? И где искать, если даже отправная точка кажется потерянной? Вдруг её взгляд зацепился за что-то необычное. В трещине между досками, которая появилась с её лёгкой руки, точнее, тяжёлой ноги, виднелась жестяная крышка с рисунком птиц. Может, шкатулка, может, коробка из-под чая. Внутри были какие-то девчачьи мелочи, вроде маленьких часов на цепочке и ленточки для волос. А ещё там была плотная картонка на самом дне.

С замиранием сердца Коралина вытащила её. Это была старая фотография. На ней была изображена она сама и… Алиса. Странная девочка с длинными тёмными волосами и пронзительным взглядом. На обратной стороне фотографии витиеватым почерком было написано: "Всё начинается там, где заканчивается". Коралина перевернула фотографию, вглядываясь в лицо совсем ещё юной Алисы.

— Всё начинается там, где заканчивается… Что это вообще значит? — Она нервно взлохматила свои волосы, зло топая ногам, а затем откинулась на спину.

Долго валяться на старых сырых досках желания не было, и Коралина поднялась с крыльца, решительно сжимая фотографию в руке. Дом молчал, но фотография говорила. Говорила о тайне, о приключении, о возможности вернуться туда, где она, возможно, и не была никогда. "Всё начинается там, где заканчивается…" Слова крутились в голове, как заклинание. Конец… Где для неё конец? Где она чувствовала себя потерянной, заброшенной, как этот старый дом?

— Чушь какая-то! При чём тут дом? И как вообще мы оказались обе на этой фотографии? Безумие. Одно. Сплошное. Безумие.

В голове роились мысли, сплетаясь в запутанный клубок. Алиса на фотографии, таинственное послание, заброшенный дом… Всё это звенья одной цепи, но как соединить их вместе? Она окинула взглядом дом ещё раз, но теперь смотрела не глазами искателя приключений, а глазами человека, пытающегося разгадать загадку.

Коралина начала ходить вокруг дома, внимательно изучая каждую деталь. "Всё начинается там, где заканчивается…" Где заканчивается? Где заканчивается этот дом? Где граница, за которой начинается что-то другое? Вновь уставившись на фото, Коралина вгляделась в пейзаж на заднем плане.

— Как-то уж очень прямолинейно. И кто такое додумался написать?

Она оторвалась от фотографии. Её взгляд упал на заросший сад. Высокая трава, сломанные деревья, гнилые качели… Место, где всё пришло в упадок. Где всё закончилось. Но не это стало ключом к разгадке, ведь на фотографии ни о каком упадке речи не было. На изображении она и Алиса стояли на фоне буйно цветущего прекрасного сада под могучим ветвистым дубом, а позади была дощатая изгородь. И вот на ней виднелась табличка с красноречивой надписью: "Осторожно! Это конец! Обрыв!"

Она направилась в сад, пробираясь сквозь заросли. Под ногами хрустели сухие ветки и прошлогодние листья. Коралина чувствовала, как в ней нарастает напряжение. Она была близка. Она знала это. В самой глубине сада, за заброшенной теплицей, она увидела нечто удивительное. Если в её жизни вообще есть место удивлению. Крошечная, едва заметная дверца, спрятанная в корнях старого дуба. Дверца была прикрыта жухлой листвой и землёй, словно кто-то пытался её скрыть.

— Время, судя по всему, — мысленно сама себя уколола девушка.

Коралина опустилась на колени и начала расчищать себе проход. Сердце колотилось в груди, словно птица в клетке. Она схватилась за железное кольцо и потянула. Дверца с трудом поддалась, открывая тёмный узкий проход, ведущий в неизвестность. "Прямо какая-то кроличья нора!" — Коралина заглянула внутрь. Тишина. И тьма, манящая и пугающая одновременно. Она знала, что должна сделать. Она глубоко вдохнула и вползла в темноту. А уже через мгновение она почувствовала, что падает. Перед глазами замелькали буфеты, часы, стулья. Когда же девушка решила, что вот-вот разобьётся, падение замедлилось. Коралина ощутила себя невесомой. Как всё началось, так внезапно всё и закончилось.

— Ну вот и славненько, — отряхивая джинсы, пропела она. — Одной головной болью меньше.

Коралина очутилась в той самой отправной точке, где и повстречала Алису впервые. Дорогу до злосчастной двери она знала.

— Хотя, чтобы найти Алису, нужно просто идти по кровавому следу...

— Ты ищешь Алису? — промурлыкал томный голос над её ухом. Именно голос, ведь его обладателя нигде видно не было.

— Ищу. А ты, стало быть, знаешь, где она. Иначе с чего вдруг такой интерес?

Из воздуха соткалась широкая зловещая улыбка, а затем и тот, кому она принадлежала.

— Кот, — обречённо заключила Коралина. — Значит, готовься к ещё бо́льшим странностям.

— В этом мире странности не...

— Стоп! — резко перебила она подозрительного жуткого кота. — Прежде чем ты озвучишь какую-нибудь глубокомысленную, несусветную... Мысль, свойственную всему вашему когтистому семейству, просто скажи, ты поможешь мне найти Алису? Ну, или подскажи, на верном ли я пути?

По растянувшейся хищной улыбке Коралина сразу поняла, что последний вопрос был лишним. О пути заикаться не стоило.

— Пути, которые мы выбираем, не всегда ведут к желанной цели. Но могут привести к нужной.

— Ладно... Алиса. Вот моя и желанная, и нужная цель. Давай остановимся на этом. Эта дорога, — Коралина ткнула пальцем в указатель под деревом. — Она приведёт меня к ней? Я найду её, если пойду по этой дороге? Только, пожалуйста, давай без...

— Сложно найти того, кого потерял. Но ещё сложнее найти того, кто потерял сам себя.

Коралина тяжело вздохнула, закатив глаза: "С котами всегда так?" Взяв себя в руки, она всё же решилась на ещё одну попытку:

— Это очень важная информация. Спасибо. И раз ты так любезен, уточни, пожалуйста, ещё одну деталь: для того, чтобы моя встреча с Алисой стала неизбежной в кратчайшие сроки, мне всё же стоит выбрать эту дорогу? Или, может, эту? — стараясь хотя бы выглядеть предельно вежливой, девушка указала на развилку.

Кот довольно улыбнулся и, прежде чем растаять в воздухе, промурлыкал:

— Первое решение чаще всего самое верное.

Коралина довольно улыбнулась в ответ, почувствовав себя победителем в этой маленькой, но значительной схватке, и радостно зашагала на поиски Алисы.

Алиса нашлась довольно легко. Правда, на то, чтобы её отыскать, у Коралины ушёл почти весь день. Но без подсказки кота она могла бы плутать по этому безумному миру неделями, если не годами. Тут, конечно, и сама Алиса помогла: эта хрупкая девушка в пышной юбке просто не могла не оставить позади себя дорогу из обломков и останков жутких монстров. Не то, чтобы Страна Чудес не была разрушена раньше, но Коралине подумалось, что основной вклад в это всё же внесла сама Алиса. Встретив Коралину, последняя здорово удивилась:

— Зачем ты здесь? Тебе ведь удалось вернуться в свой мир.

— Удалось однажды, получится и ещё раз. Но на этот раз я уйду не одна. Вернёмся в реальный мир вместе.

— Ты так и не поняла? Этот мир и есть моя реальность. Моё место здесь и больше нигде.

— А как же твоё прошлое. Смотри, мы даже знакомы были в детстве, хоть я этого и не помню, — Коралина протянула найденную ею фотографию.

— Лиззи, — шёпот Алисы почти заглушил порыв ветра, но Коралина всё равно услышала.

— Нет. Какая ещё Лиззи? Это же я.

Алиса оторвала печальный взгляд от изображения и, вглядываясь в лицо девушки перед собой, слабо улыбнулась.

— Наверное, она бы выглядела очень похоже сейчас, если бы не этот монстр.

Коралина забрала фотографию и только теперь подметила мелкие, почти незаметные различия: девочка на фото было удивительно похожа на неё в детстве, и всё же это был другой человек.

— Но как же дом? Ты же говорила, что из других мест.

— В детстве мы часто гостили у родственников. В этом не было ничего необычного, — легко заметила Алиса. Когда Коралина вернула ей фотографию, она бережно спрятала ту в одном из своих бездонных карманов.

— Тогда... Тогда можно считать, что это судьба, — нашлась Коралина. — Я жила в том самом доме. И ведь каким-то образом попала сюда, пусть это и невозможно. Причём дважды. Дважды нашла тебя, хочу заметить. Это всё неспроста. Мы должны уйти отсюда вместе.

Видя полное отсутствие энтузиазма в глазах Алисы, Коралина весомо заметила:

— В любом случае, сама я отсюда не выберусь. Та дверь, что вела в мой мир, заперта, а та, что привела меня сюда, недосягаема. В прошлый раз ты мне помогла. Неужели бросишь умирать сейчас?

Алиса еле заметно улыбнулась уголками губ, но в её безумных глазах уже полыхал азарт. Коралина же знала, что новое приключение займёт какое-то время. Его должно хватить на то, чтобы переубедить эту строптивицу. А если нет, то Коралина просто вытащит её силком из этой Страны Чудес для больных на всю голову маньяков.

Иногда за Алисой было почти невозможно угнаться. Она с такой лёгкостью перепрыгивала пропасти, взбиралась по стенам развалин, скакала по гигантским грибам, что Коралина уже не просто ей завидовала, но почти ненавидела. Вспомнить хотя бы тот деревянный мост в самом небе.

— И на чём только держится? — недоверчиво поддела Коралина носком ботинка конструкцию, парящую в воздухе у самого обрыва, на котором она стояла.

Алиса ступила своим грубым сапогом на полированную почти до зеркального блеска поверхность без тени сомнения. Она вообще не была похожа на человека, в чьей душе есть место нерешительности. Под её невесомой, как стайка бабочек, поступью, казалось, земля шла трещинами. Может, Коралине так только казалось, но эти самые бабочки, что окутывали временами Алису, повинуясь её невербальному приказу, выглядели даже более пугающими, чем осы-самураи, с которыми им пришлось не раз столкнуться в их нелёгком путешествии.

Алиса будто сама была соткана из этих причудливых насекомых. Наверное, их даже можно было назвать красивыми. Но в тот момент, когда девичье тело в голубом платье рассыпалось на сотни, а то и на тысячи этих созданий, Каролина будто ощущала их крохотные лапки где-то под волосами на затылке. Ощущение было не из приятных. Так что победительнице Другой Мамы пришлось не раз напомнить себе, что Алиса вовсе не тот монстр с пуговичными глазами и иглами вместо пальцев.

Хотя в первую ночь в этом странном мире ей снилось, как у её новой знакомой вдруг темнеют глаза, превращаясь в чёрные провалы, а затем на их месте появляются, будто выныривая из этой черноты, очертания старых, но всё ещё поблёскивающих пуговиц. Ноги Алисы истончились, из-под пышной юбки выглянули ещё две пары таких же, почему-то полосатых конечностей. И вот уже на Коралину глядит жуткая помесь богомола и бабочки из того, Другого мира.

В ту ночь, проснувшись, девушка увидела неподалёку прислонившуюся спиной к огромной ножке гигантского гриба, мирно спящую Алису. И её совершенно человеческие веки хаотично двигались во сне. Вот тогда, осознав, что мирным этот сон лишь кажется на первый взгляд, Коралина поняла, что обе они оказались взаперти в Стране Чудес, как её назвала Алиса. А огромный нож, судорожно прижимаемый к груди, только сильнее уверил в этом.

Они бежали стремительно, хотя, учитывая относительность самого понятия времени в этом месте, Коралина опасалась худшего. Но если учесть, что каждый из них доверху был наполнен отнюдь не самыми приятными событиями, можно было и не удивляться той молниеносной скорости, с которой всё новые и новые впечатления сменяли друг друга, не оставляя на нормальную передышку ни минуты.

Если девушке в начале казалось, что она больше не сможет уснуть, страшась кошмаров, то она здорово просчиталась. Страна Чудес не оставляла попыток извести своих гостей если не чудовищами, что выскакивали из-под земли, появлялись из воздуха, то хотя бы климатическими условиями.

Оказавшись среди ледников и замёрзших насмерть тушь гигантских животных, Коралина в ужасе представила, что и они вот-вот присоединятся к этим чудовищным декорациям, выставив собственные проеденные неизвестно кем внутренности на всеобщее обозрение. Но холод, хоть и пробирал до костей, от чего-то не убивал, даже несмотря на лёгкую одежду. Возможно, дело было в том, что, едва поспевая за прыткой новой подругой, Коралина просто не давала морозу ни шанса пробиться через жар постоянно куда-то бегущего тела. А может, этот холод был таким же чудны́м, как всё в этом месте. Но проверять не хотелось. Потому, когда Алиса предложила переночевать в пещере, девушка тут же заявила, что вовсе не устала и готова продолжать их поход. Если бы она только знала, к чему это приведёт...

— Это что? Акулы такие?

— Да. И мы должны погрузиться на том корабле под воду, минуя их, — как ни в чём не бывало заявила Алиса.

— Но зачем? Они же сожрут нас!

— Поверь, это не самые страшные создания здесь. Мы справимся. В любом случае, иного пути нет.

Какой же шок испытала Коралина, когда вода хлынула бурным потоком внутрь корабля, а затем он сам совсем не нежно ударился о дно. Ещё больше было её удивление от того, что вода вовсе не мешала ей дышать. В тот момент она впервые увидела тень улыбки на лице Алисы.

— Тебя это забавляет, — не выдержала она.

— Возможно, — не препираясь, ухмыльнулась эта валькирия, не иначе, вновь скрывая каким-то волшебным образом огромное подобие молота с головой коня на конце. — Ты не можешь здесь замёрзнуть или утонуть. Это было бы слишком просто.

Было в её словах что-то совсем не скрытое за семью печатями, что-то на поверхности, что заставило Коралину вновь задуматься о правильности в выборе спутника в своём путешествии. Но, во-первых, выбора как такового у неё не было, а во-вторых, она уже успела привыкнуть и почти начала понимать это заковыристое, едкое, как та чёрная жижа, которая рожала всё новых и новых монстров, чувство юмора. В нём не было того веселья, которое обычно присутствует в нормальных шутках. Но Алису и нельзя было назвать нормальной. А та горечь, что сквозила в её словах, не была направлена на Коралину. Скорее она помогала самой Алисе сохранить рассудок.

— А может, и нет, — почти беззвучно усмехнулась своим выводом девушка, глядя на то, как Алиса с неугасающим пламенем в безумных глазах расправляется с призраками утонувших моряков.

«Нужен ли ей вообще здравый рассудок в этом месте? — всё чаще спрашивала себя Коралина. — Может, здесь и не выжить, находясь в своём уме?»

Но чем больше она узнавала Алису, тем сильнее была её вера, что та если и безумна, то вовсе не в общепринятом понимании. Сама того не ведая, Коралина увлеклась самой главной загадкой Страны Чудес — Алисой. Она так старалась за ней успеть и её понять, что не заметила, как привязалась к этой, уже совсем не незнакомке. Да и сложно было не оценить то рвение, с которым девчонка, немногим старше её самой, раз за разом спасает жизнь особе, повстречавшейся почти случайно.

«Не могла же она знать, что меня сюда забросит, — размышляла она. — Допустим, она как-то всё обо мне разузнала, когда я уже здесь оказалась. Но до этого нас ведь ничего не связывало. Разве что...»

— Откуда ты знаешь о Другой Маме? — не выдержав своих сомнений, будто невзначай, поинтересовалась Коралина, когда вляпалась ногой в очередной раз во что-то вязкое, красное и, похоже, живое, заглядевшись на силуэт огромного замка вдалеке. — Ты с ней встречалась?

— Не было необходимости. Ведь я встретила тебя

Алиса не переставала снова и снова путать своими странными и кажущимися неуместными загадками. Хотя Коралина очень быстро, пусть и не сразу, заметила, что с течением времени каждая такая загадка обретает смысл и уже не выглядит запутанной. Так обычно и бывает, когда один что-то знает, а другой не знает совершенно ничего. Но пока Коралина была вынуждена дрейфовать на волнах абсолютного непонимания, она каждый раз раздражалась от подобных объяснений Алисы. Ей чертовски не нравилось снова чувствовать себя глупой школьницей, которую толкают «подумать самостоятельно» над вопросом, ответ на который она как будто и сама должна знать. Однако воевать с Алисой было попросту невозможно: то ли она насмехалась, то ли не понимала, то ли не верила, что кто-то может не знать очевидных для неё самой вещей.

И очень скоро Коралина поняла, что ей этого и не хочется. Что бы ни было у Алисы в голове, это что-то было занимательным, пожалуй, даже куда более причудливым, чем весь этот удивительный мир вокруг. Возможно, дело было в том, что Коралине было не с кем разделить то безумие, в которое ей довелось окунуться с головой в детстве. Алиса же не просто видела Другой мир — она, по сути, в нём жила всегда, если верить её же коротким рассказом. Это вызывало сочувствие и совершенно необъяснимую, неуместную зависть.

У Коралины всегда были мама и папа. А вот девчонка со странным произношением потеряла эту опору ещё в детстве и долгое время винила в том себя. Даже думать о том, каково ей было жить с этим в одиночестве, совершенно не хотелось. Но и не замечать силы, выносливости, не только физических, но и моральных, было невозможно. «Наверное, я бы так не смогла, — глядя на хаотично мечущуюся в бою с очередным чудовищем хрупкую девушку с ножом, осознала гостья из другого мира. — А она всё время сражается. И всё время побеждает. Так легко...»

Легко Алисе, конечно, не было, это Коралина понимала. Но рядом с ней даже в самые жуткие мгновения мысли не путались, текли плавно и почти спокойно. Вот чем Алиса завоевала доверие новой подруги за эти наполненные постоянными схватками с монстрами и не прекращающимся бегом за будто недостижимой целью дни. Коралина осознала это, погружаясь в сон, ещё не зная, что их путешествие почти подошло к концу: в компании этой совершенно сумасшедшей девчонки ей было спокойно, как никогда прежде.