Распределение душ (джен)

— Чт... Что за херня? — вопрос утопает в шуме школьного коридора.

Дима Морозов замирает. Некогда обыкновенное пространство школы заполонили непонятные существа. Чудовища извращающие животную природу в отвратительных красках. Тёмные и светлые, склизкие и сухие, с глазами везде и без них вовсе, но мерзкие и странные все до единого.

Монстры обращают на Диму взгляды, и он, вздрогнув, закрывает глаза и мотает головой. Трёт лицо ладонями, а когда распахивает глаза, обнаруживает исчезновение существ. Морозов моргает, опуская руки.

— Бред, — со смешком выдаёт Дима и, пройдя несколько шагов, останавливается.

— Блять, где кабинет?

После оставшегося учебного дня, прошедшего без галлюцинаций, Морозов идёт домой. Остатки лета обвевают тёплым ветерком, треплющим чёрные волосы. Дима убирает чёлку, врезающуюся в глаза и приглаживает обросший затылок. Серо-зелёные глаза блестят при свете пробивающего облака солнца.

Дома Диму обуревает сонливость. Сбросив синюю ветровку и чёрные кеды, он заваливается спать, не переодеваясь.

Просыпается Морозов к семи утра.

— Да в смысле?! — воскликает Дима, взглянув на часы, и вскакивает с кровати.

Морозов идёт в школу. Над зданием мрачно нависают тучи в противовес вчерашнему ясному небу. Мерзлая дрожь проходится по телу, прохлада достигает костей.

Дима скучает на первом уроке и безразлично пялится в окно. Ветер бередит ветви деревьев, шелестящие листья тронула осенняя позолота.

Дима отшатывается от окна. Среди серой улицы затёсываются монстры. Порхающие фиолетовыми крыльями пародии на птичек, зубастые звери со сломанными и кривыми конечностями.

Дима поворачивается: кабинет наполнен живностью. Никто кроме Морозова не замечает. Из груди вырывается нервный смешок. На Диму оглядывается куча монстриков и, посверлив взглядом, они приближаются, зловеще ощетинившись.

Морозова приковывает к стулу. Змееподобный монстр обвивает руку. Дима задыхается, сипя, из глаз текут слёзы. Существо впивается в руку клыками, расположенными по площади нижней части туловища. Слабость расходится по телу, отзываясь тяжестью в конечностях.

За окном раскатывается гром. Звук молнии бьёт по ушам и монстры исчезают.

Дима смотрит на ладони: они трясутся. Плавно опускаясь головой на парту, он складывает руки следом. Лицо покрывается холодным потом.

Урок заканчивается, и Дима выходит наружу. Он бездумно следует за толпой, периодически впечатываясь в косяки.

Ребенок лет десяти с силой врезается в Морозова. Мимолётно возникают монстры и исчезают. Младшеклассник падает на руки. Вскочив, он озирается по сторонам, заполошно дыша.

— Извини, — бормочет Дима. — Ты в порядке? Не ушибся?

— Меня преследуют, — сообщает мальчик и хватается за Димину руку. — Пожалуйста, помоги!

— В смысле?

Дима опускает руки на плечи мальчика, и вздрагивает: появляются монстры. Морозов сильнее вцепляется пальцами.

Доносится грохот — ребята поворачиваются. На них двигается огромный монстр тёмно-синего цвета, высотой до потолка. Туловище напоминает жирного жука, светящиеся голубым глаза прилеплены к маленькой человеческой голове. Передвигается существо на несосчитаемом количестве лап с острыми вытянутыми когтями.

Животное продолжает приближаться, увеличивая темп, несясь подобно громадному грузовику. Морозов прижимает к себе трясущегося ребёнка. Монстр оказывается в паре метров от них.

За страшилищем возникает луч света и существо разрубает напополам. Оно расстворяется, оставляя рассеивающийся свет. За остатками, тяжело дыша, стоит парень, с виду Димин ровесник. Растрепавшиеся рыжие волосы лежат на голове, ярко-зелёные глаза направлены на Диму. Незнакомый парень отбрасывает орудие, расстворяющееся в белый туман, и подходит к Диме.

Морозов отпускает младшеклассника и выпрямляется, распологая руки по бокам.

— Вы это видели? — неуверенно звучит вопрос спасителя. — Ответьте, пожалуйста.

Ребёнок быстро кивает. Морозов механически повторяет.

— Фух, — вздыхает незнакомец. — Пойдёмте со мной, я вам помогу, — он подаёт руку младшекласснику. Тот, помявшись, берётся. — Меня, кстати, Андрей Рябов зовут. А вас?

— Стёпа, — отзывается ребёнок.

— Дима.

— Приятно познакомиться. Пойдём к кабинету ОБЖ, там помогут, — призывает Андрей. Дима немного мешкается, но идёт.

Двигается компания молча. Уничтожение одного монстра не лишает стены школы мистических созданий. Стёпа шугается от выделяющейся живности, хотя монстры не приближаются.

Звучит звонок. Когда они подходят к кабинету, в коридоре нет ни души. Андрей стучит в дверь и, приоткрыв, заглядывает в класс. Урока не проводится. Рябов входит, жестом руки приглашая сопровождаемых.

— Дядя Серёжа, я двух новеньких привёл. Разломных, в смысле, — сообщает Андрей мужчине лет сорока, сидящему за учительским столом. Оторвавшись от записей, он оглядывает Диму и Стёпу. Тяжело вздохнув, устало потирает переносицу.

— Здравствуйте, — приветствует он, и встав изо стола, подходит к ребятам. — Меня зовут Сергей Иваныч. Вы начали видеть монстров и ничего не понимаете, так ведь?

Дима кивает.

— Андрей, сможешь ли ты сам справится с одним?

— Мне поручаешь?

— Да, ты справишься, — подбадривающе подтверждает учитель.

— Хорошо! — соглашается Андрей, хлопнув в ладоши.

— Я разберусь с младшим, возьми на себя... — он запнулся на последнем слове, щёлкая пальцами, невербально требуя назвать имя.

— Дима, — отвечает Морозов, смотря в стену.

— Да, Диму, — мужчина улыбается.

— Хорошо.

Андрей берёт Диму за руку и выпроваживает из кабинета, оставляя Сергея Иваныча со Стёпой.

Когда дверь захлопывается, воцаряется молчание. Андрей кусает ногти, смотря в даль коридора.

— Так что? — не выдержав, нарушает тишину Дима. — Ты сказал: «Здесь вам помогут». Я думал, что это относится к нам обоим, но, видимо, ты просто крайне уважительно обратился Стёпе, а я тут случайно оказался.

— Да, я сейчас. С чего бы начать? — задумчиво говорит Андрей. — В первую очередь, тебе хотелось бы объяснений, так ведь?

— Конечно!

— Ты в физике шаришь?

— Пятьдесят на пятьдесят.

— Окей. Всё равно. Ты понимаешь, что в нашем мире существует такая вещь, как электричество? А теперь представь почти точно такую же вещь, но с магическим подтекстом. Улавливаешь смысл?

— Я улавливаю налёт тяжёлых наркотиков в том, что ты мне втираешь.

— А как иначе объяснишь то, что ты видел?

— Ладно, продолжай, — сдаётся Морозов.

— И это особенное электричество, говоря понятными словами, волшебство, находится в особенной концентрации внутри каждого из нас. Это и называется душой человека, технически.

— Ого, волшебство. Я в дерьме, — вздыхает Дима. Помолчав, он задаёт вопрос: — А что насчёт этих... существ?

— А, да, точно. Наша душа не только является скоплением энергии, но и её генератором. У обычных людей она никоим образом не контролируется, поэтому выходит в мир, смешивается с эмоциями, замыслами и преобразуется в магическую живность. Вот так вот, — объясняет Андрей.

— Понятно. А почему люди делятся на «обычных» и... «волшебников»? Какая-то идиотская система с «избранными»?

— Не совсем. Наш контроль над энергией не пробивается из-за некой плёнки, которой покрыто скопление всей магической массы. Она заперта в сферу, как яйцо в скорлупу. Одно отличие — наружу выходить она может, а вот остальные к ней прикасаться — нет. А у волшебников она лопается. По многочисленным анализам учёных, так называемый «разлом» происходит вследствии серьёзной психологической травмы. Но не у каждого, кто получил травму, проявляется разлом. Твоя оболочка изначально должна быть тоньше. Пока что исследователи не нашли ни одной причины, по которым у одних людей она толстая, а у других — не особо. Поэтому, да, это похоже чем-то на идею с избранными.

— Я-я-ясно, — протягивает Дима, приложив руку к подбородку. — А вот, ты разрубил ту бесохрень, это как? Научишь?

— Да, конечно! Только пойдём из школы, а то здесь людно слишком, — Андрей торопится к выходу.

— То-то во время уроков в коридоре народа больно много, — подмечает Дима, но идёт следом.

Хоть к концу и подходит только второй урок и охранник должен потребовать предъявить какую-либо справку, при виде Андрея он молча возвращается к делам. На Димин вопрос об этом, Андрей ответил:

— Из-за моей тесной связи с магией и прилегающих к ней тем мне обеспечили свободный проход из школы без лишнего контроля. Мало ли для чего может понадобиться, — буднично произнёс он, глядя вдаль. — Пойдём в парк, там тихая полянка есть.

Путь проходит в тишине. Мелькают магазинные вывески, номера домов, одухотворённые осенним запахом влаги и подгнивания деревья. Перемешиваясь лазят монстры, мозоля глаза похуже осточертевшей за лето зелени.

— Ты ведь... новенький в школе? — нарушает молчание Андрей. — Я тебя раньше не видел.

— Да. Переехали недавно, до этого ближе к центру жили.

— Хорошо там было? Или здесь лучше?

— Мне уже всё равно. Я ничего не потерял, ничего не обрёл, кроме, разумеется, новых проблем со сранной магией.

— Чем увлекаешься? Может даже решил, на кого учиться пойдёшь?

— Ничем, в медицинский пойду.

— Ого, а ты смелый.

— Ага. Ты чем увлекаешься?

— У магов вообще много дел, но так баскетболом занимаюсь. У нас секция в школе есть, мог бы тоже записаться. Там и девочка одна занимается, она тоже волшебница, причём, знаешь, что? Она родилась без скорлупы души. Поразительно, правда?

— Так бывает? А если это не передаётся по наследству, то кто её банально проинструктировал? В принципе, вы как-то следите за проявляющимися волшебниками? Или так же, как и меня подбираете в случайных местах? — сыплет вопросами Дима.

— На самом деле, почти так, — неловко улыбнувшись, вещает Андрей. — Нет способов предугать появление магов, по крайней мере, глобально. Но вас легко вычислить. На начальных этапах душа никак вами не контролируется и ведёт себя как кипящее масло, брызгаясь энергией во все стороны. Именно поэтому вы становитесь самыми привлекательными жертвами для монстров, а за счёт этого заметными для нас. Все маги регистрируются и отслеживаются отдельной администрацией. А над детьми, если их родитель сам не волшебник, назначается второе опекунство. Так что ту девочку без скорлупы сразу забрали в приёмную семью.

— Неплохо. А раз так, почему сейчас никто из монстров на меня не нападает?

— Я создал ненадолго щит, который их отталкивает. Пока не освоишь основы, мне придётся так делать. Не волнуйся, для базы достаточно будет максимум получаса.

— Радует, — Дима облегчённо вздыхает. — Можешь рассказать о баскетболе, если хочешь.

Беседа длится, пока они не добираются до парка. Полянка, отгорожённая от глаз старыми ветвистыми деревьями пустует.

— Ну что? — спрашивает Дима.

— Смотри, — Андрей отходит на расстояние полутора метров, расставляя руки. — Твоя задача сейчас — это почувствовать энергию внутри тебя, — он кладёт ладонь на грудь, прикрывая глаза.

— А, ок.

Дима повторяет движение, пытаясь сосредоточиться на ощущениях. Он начинает осязать энергию, расплывающуюся по телу волнами.

— Почувствовал? — интересуется замерший Андрей. Дима слабо кивает. — А теперь попробуй сосредоточить всё в одной точке, допустим, на ладонях. Только не перенапрягись.

Дима выдыхает, собираясь с силами. Пытается взять под контроль энергию, направляя в ладони, медленно, следуя советам Андрея. Кружится голова и ноги становятся деревяными. Дима замечает, как на руках появляется искрящийся свет. Энергия молнией устремляется к ладоням и кожа лопается от давления.

— Блять! — вскрикивает Дима, шипя от боли. — Ебать в рот вашу магию, блять!

— Дима! — Андрей приближается, разглядывая ладони корчащегося в мучениях новичка. — Я же говорил не перенапрягаться!

— Спасибо, твои слова пиздец помогают, как я сам, нахуй, не догадался!

Спустя полминуты боль становится терпимой. Морозов прикасается к кровоточащим ранам и одёргивает руку, морщась. Андрей аккуратно подтягивает чужие ладони, рассматривая.

— Ужас, — шепчет Рябов, бродя взглядом по подобию целостной кожи. — Так, ладно, у меня есть перекись и бинты, сейчас всё будет.

Андрей отпускает руки, отходя порыться в рюкзаке.

— На кой хер ты постоянно носишь в школу перекись с бинтами?

— Я же ближайший человек к магическому опекуну. Частично, это и моя обязанность — следить за проблемами неопытных магов. Да и в принципе, полезная вещь, много где может пригодиться, — доставая нужное из рюкзака, спокойно объясняет Андрей, , и подходит к Диме. Морозов подставляет руки, и Андрей щедро поливает ладони перекисью.

— Почему в принципе моё физическое тело повреждается от магии? — шипя от боли, недовольно спрашивает Дима. — Волшебство ведь вообще нематериально по сути, так ведь?

— Ну, ты прав, конечно, но всё сложнее.

Закончив с обработкой раны, Андрей разворачивает моток бинтов.

— Наш мир, имея общее пространство, разделяется на три вселенных восприятия, которые сосуществуют. Первая — мир физический, тот, в котором полноценно проживал ты до этого. Вторая — мир душ. Там плодится вся энергия, контроль над которой ты осваивал сейчас. И третий — грань между ними. Именно внутри неё находятся все монстры и заклинания магов. Проблема в том, что активно пользуясь магией, ты переходишь в эту самую грань, и все соприкосновения с магическими вещами влияют на твоё тело, которое наполнено энергией. Кстати, тех, кто переходит в грань, физический мир просто перестаёт замечать. Люди не могут обратить на тебя внимания, по крайней мере, пока ты не дотронешься до них, затаскивая в грань вместе с собой. На камерах запечатлиться мы тоже не можем, как не могут увидеть себя в зеркало вампиры. Люди не замечают, как маги входят в грань, то есть, никто не задаёт вопросов к тому, что кто-то резко исчезает, — успев обмотать первую руку Димы, Андрей оканчивает речь.

— Полезная способность, — отмечает Морозов, рассматривая забинтованную ладонь.

— Если боль терпима, попытайся ещё управляться с магией, только в этот раз не задерживай магию на месте, а выпускай как снаряд. Ну и в меня постарайся не попадать, естественно, — посмеиваясь, инструктирует Андрей.

— Это точно не противоречит технике безопасности? Мне руки ещё нужны, если честно.

— Не переживай, всё нормально.

— Возможно и не переживу.

Дима вздыхает и направляет энергию к кончикам пальцев. Накопившуюся магию он выпускает, внимательно наблюдая. Снаряд имеет шарообразную форму и исходит белым светом. Молниеносно пролетев метр, он уходит в небытие, расстворяясь в воздухе.

— У меня получилось, — сообщает Морозов Андрею, завязывающему узел на бинте.

— Ого, молодец, — комментирует Рябов, отрываясь от руки, и отодвигаясь от Димы.

— Звучишь так, будто удивлён моему достижению. Выходит, изначально ты всё же хотел оставить меня без руки, — сухо отвечает подросток, проверяя, насколько крепко держатся бинты.

— Ха-ха, несмешно, — по-доброму улыбается Андрей. — Ну что ж, ты научился этой лёгкой атаке. Дальше всё проще простого, надо только будет потренироваться, но с этим ты и в одиночку справишься. Спустя время ты сможешь спокойно создавать уплотнения.

— Уплотнения?

— Ты видел мой меч? Он состоял из уплотнения. Это когда энергия достаточно концетрируется, и, теряя изменчивость, магия становится ближе к материальному миру. Таким, кстати, уже можно убить обычного человека.

— А, понятно. Ладно, раз я всему научился, может, разойдёмся по домам?

— Да, давай.

Идут они вместе, ибо парк находится в противоположном направлении от Диминого дома, а Андрею надо зайти в школу по делам.

Светофоры уныло отсчитывают секунды, светясь красно-зелёным. Дима смотрит в пустоту серого неба. По пути до перекрёстка Дима практиковался запуская снаряды, стараясь атаковать не только шарами, но и волнами — поперечным разрезанием воздуха. Голова скоро разболелась. Андрей сообщил, что это нормально для новичков и стоит отдохнуть.

На тротуаре напротив является тёмный силуэт. Двухметровое магическое существо, отличающееся человекоподобностью — худощавые руки и ноги, тело с остро выпирающими костями, обтянутое цвета хвои кожей со стекающей бесконечной слизью. Утвердившаяся на тонкой жилистой шее тёмно-зелёная голова выделялась отсутвием плоти; отвисшая челюсть, полная выделяющихся зубов да пустые глазницы, заполненные темнеющим туманом. Бездонные пустоты, заменяющие глаза, пронизывали Морозова взглядом.

Морозов вздрагивает, стоит тёплой ладони лечь на плечо.

— Ты чего? — спрашивает Андрей, обеспокоенно глядя на обернувшегося Диму. — Пойдём, зелёный горит.

Морозов, спешно подбирая слова, прерывисто отвечает:

— Там на другой стороне... существо смотрит... опять чётко на меня...

Андрей, пробежав взглядом по движещуйся толпе, замечает монстра.

— Вот оно как, — поджав губы, комментирует Рябов, сосредоточенно прищурившись. Обратный отсчёт светофора подходит к концу. Рассеянная толпа покидает проезжую часть.

Отрывистыми шагами Андрей переходит дорогу, двигаясь на существо, не сводя глаз. Пасть монстра приоткрывается, а зубы заостряются и вытягиваются, обтекая слизью.

В ладони Андрея нечто начинает искриться и сверкать. Свет утихает, а предметом в руке оказывается меч, длиною около метра.

Андрей прыжком одолевает оставшееся расстояние, заносит меч и разрубает монстра. Существо разделяется, растекается по асфальту. Масса приобретает форму, регенерируя конечности. Андрей отступает, но монстр вцепляется руками в плечи подростка. Сотни щупальц опутывают тело, оставляя мелкие порезы. Клыкастая пасть приближается к лицу.

Андрей дёргает руками, подрубает мечом бок существа и разрезает пополам руку. Рябов атакует диагонально. Монстр отползает. Когда существо походит на изрезанную тряпичную куклу, Андрей заносит меч для последнего удара. Быстрее рассыпается монстр, въедаясь в асфальт и уползая по частям.

— Нет-нет-нет! — повторяет Андрей и ударяет лезвием меча каменную поверхность. — Сука!

Меч растворяется, частичками света маяча перед глазами.

— Когда-нибудь я тебя убью, тварь!

Отдышавшись, Андрей оборачивается. На другой стороне стоит Дима и наблюдает. Рябов неловко улыбается зрительному контакту. Морозов хмурится, поджимая губы.

Когда зелёный свет загорается, Дима переходит дорогу и спрашивает:

— Что за хуйня? Почему ты так рьяно отреагировал именно на этого монстра?

— Есть некоторые... межличностные конфликты.

Андрей отводит взгляд, фокусируясь на обкрошившемся асфальте.

— «Межличностные» — это что значит? Каким боком этот сгусток слизи является личностью?

— Не могу сказать. Пока что, — говорит Андрей, выделяя последние слова. — Я, пожалуй, ещё домой зайду. Иди без меня, — парень быстрым шагом удаляется.

— Ладно, пока, — бросает вслед уходящему Дима.

Морозов добирается до дома, по пути применяя магию, потирая болящие забинтованные ладони. В двухста метрах от нужного подъезда, сзади слышатся громкие склизкие звуки.

Дима оборачивается и встречается с зелёным монстром с перекрёстка. Повисает бездейственная тишина. Морозов глядит в чёрные дыры в глазницах. Существо зеркалит действия. Димины ноги деревенеют, кеды прирастают к асфальту. На лбу выступает холодный пот.

Монстр набрасывается на Морозова с животной силой. Сознание Димы застилает тёмная пелена.