Несущая Равновесие (гет)

Хэйли всегда удивительно хорошо помнила своё рождение и первые годы жизни: первый свой крик, стойкий запах антисептика и прочей химии в комнате роддома и чуть позже вкус молока своей матери, прижимающей её к своей груди. Всё это довольно чётко осело в сознании Хэйли, позволив ей сформировать вполне реальный образ своего появления на свет и детства в целом.

Девочка была довольно спокойной относительно своих вечно кричащих сверстников, однако мать всё равно заработала послеродовую депрессию и частенько забивала болт на малышку. Хэйли в красках помнила тот страх, растерянность и абсолютную беспомощность, что ощущала в моменты, когда мама сознательно оставляла её в одиночестве, чтобы пойти прогуляться с очередным кавалером по цветущей Италии.

Чуть позже, когда Хэйли, наконец, научилась ходить, жизнь стала проще: вполне разумная девочка с заметной способностью к адаптации могла сама себя накормить и пойти что-нибудь изучить. Мать к тому времени обзавелась "постоянным" партнёром и теперь всю себя отдавала ему и своим вскоре появившимся зависимостям. У неё бывали моменты особой нежности к Хэйли, когда наркотическая волна накрывала с головой, но продолжались они совсем недолго.

* * *

Сейчас же Хэйли лежала на импровизированном матрасе где-то в подвале Собора Святого Петра. Лицо её было бледным и безжизненным. Одна лишь струйка крови прокатилась с её рассечённой ранее брови. Пересохшие губы непроизвольно дёргались в очередном наплыве отчаяния и осознания собственной беспомощности, а зрачки то расширялись, то резко сужались от боли. Тело не слушалось Хэйли и не позволяло сделать и движения. Оставалось только пялиться в прогнивший и осточертевший за семь лет потолок.

Дверь в подвал вдруг распахнулась и внутрь вошла зрелая женщина в чёрном длинном до лодыжек платье с волосами, скромно покрытыми столь же длинным тёмным платком, и очками, которые ещё больше визуально сужали её глаза. Дама бесцеремонно и фамильярно подошла к девятнадцатилетней девушке и стала снимать с той кандалы, прикреплённые к её лодыжке.

— Это у нас ужин или вечерня, а, сестрица Марла? — равнодушно спросила Хэйли, чуть пошевелив обезвоженными губами и издав каркающий кашель.

Женщина повела плечами от отвращения и ничего не ответила, продолжив снимать кандалы.

— Что, обет молчания дали, сударыня? — фыркнула девушка, но тотчас закашлялась от долгого отсутствия воды и пищи, — ну ничего, с кем не бывает...

Сестра Марла грубым рывком за шкирку подняла Хэйли с матраса и поволокла её обессилевшее тело по коридорам храма в главный зал. В нос бросился запах воска и белого сухого вина и Хэйли хрипло расхохоталась. После стольких лет, проведённых в этой геенне, всё казалось таким забавным... Но вот, наконец, они оказались в огромном просторном зале. Если бы Хэйли оказалась здесь в первый раз, она бы восхитилась священностью этого места, но увы: для неё эта комната была ярким инициатором семилетнего периода её личного ада. Невероятно высокие потолки всё равно будто сжимались вокруг девушки, заставляя ту сглотнуть в знакомом дискомфорте и по привычке опустить глаза в узорчатый пол, выделанный по всем стандартам Возрождения.

Женщина с пренебрежением швырнула девушку на мраморный пол и поспешила удалиться. Хэйли даже не удосужилась подняться, а лишь лениво запрокинула голову набок, чтобы придирчиво осмотреть фигуру священника, стоявшего в центре зала.

— Салют, отец Калеб, как у вас настроение, а?

Мужчина промолчал также как и сестра Марла. На памяти Хэйли он всегда был уверенным, непреклонным и карающим, однако сейчас... Казалось, он колебался по поводу чего-то, переминался с ноги на ногу в нервном волнении. Но вот спустя мгновение наваждение сошло, и отец Калеб повернулся, наконец, к девушке.

— Сегодняшний сеанс будет для тебя последним, Хэйли... Да упокоит Господь твою душу, — кратко выразился он и вновь отвернулся, рукой поманив к себе откуда-то взявшихся служителей церкви.

— Эй-эй-эй, отче! Что это ты имеешь ввиду? — скучающее выражение лица Хэйли сменилось на шокированное и даже напуганное, — хочешь сказать, конец нашему веселью? А как же все те садистические удовольствия, что ты себе доставлял? — девушка тараторила, пытаясь казаться всё такой же саркастичной и уверенной, но глаза выдавали её страх.

Лицо священника скривилось в досаде и отвращении.

— Архиепископы посовещались между собой и сказали, что больше не требуются в моей помощи и считают, что то, чем я занимаюсь, это полная чушь... Но я то знаю... Знаю, что ты, сверхъестественная сила, слишком нестабильна, чтобы жить среди простых людей...

— А может проверим это, отче? Результат может удивить, — напряженно, но всё ещё чуть насмешливо вымолвила девушка.

— Меня отлучают от церкви завтра. Но пока у меня есть полномочия... Я избавлю этот мир от тебя... от зла...

Хэйли непроизвольно задрожала и стиснула зубы от нахлынувшего чистого страха. Она осознала, что это значит для неё.

Служители церкви по первой команде отца Калеба грубо подхватили Хэйли и потащили к постаменту, расположенному в сердце зала. Девушка всеми оставшимися силами брыкалась и пыталась вырваться из их хватки, будто конь, в панике вскочивший на дыбы, но они были значительно сильнее и уже через секунду поставили Хэйли на колени перед самим отцом Калебом. Почти в истерике девушка с нечеловеческой мощью вырвала правую руку и замахнулась на одного из служителей, хорошенько поддав ему в челюсть, да так, что изо рта его мгновенно пошла кровь. Отец Калеб гневно пнул Хэйли прямо в грудь.

— Чёртова гниль... — прорычал он, — наденьте на эту проходимку кандалы и начинайте ритуал скорее.

Служители поспешно начали выполнять приказ, вызвав ещё одну волну сопротивления от девушки, которая, к слову, была подавлена ещё одним метким ударом священника. Черные как смола волосы упали Хэйли на глаза, закрыв весь вид на происходящее, и она еле слышно прорычала, когда почувствовала острое лезвие ножа на нежной коже своего левого предплечья. Чёртов фанатик, кажется, вырезал там какой-то ватиканский символ.

— Какая же ты всё-таки гадина, отче... — промычала девушка.

Физическая боль уже давно её не беспокоила, ведь стала слишком привычной для Хэйли, но осознание того, что всего через пару секунд Отец Калеб свернёт ей шею всё равно пугало, ведь несло за собой жуткое неведение.

"Быть может там будет лучше чем здесь?.."

Это было последней мыслью девушки, прежде чем кто-то резко ухватился за её голову и провернул на все 180.

* * *

Глаза девушки с трудом открылись. Над головой впервые за семь лет сияло нежно голубое небо, а тело, кажется, утратило всю свою тяжесть, не оставив даже намёка на любую боль. Неслышно подул лёгкий ветерок, и чёрная прядка её волос сбилась прямо на переносицу. Нужно было лишь пошевелить губами, чтобы сдуть её обратно, но... Как же девушке не хотелось нарушать эту невесомость, что воцарилась вокруг пусть на короткое время.

Наконец, когда мозг чуть ухватился за происходящее, в голове возникла первая мысль.

"Кто я?.. Ну и вопросик, зайка. А вот не надо было в глубоком детстве столько психологических триллеров смотреть. Ну нет, серьёзно... Хотя бы имя..."

Внезапно ветер подул чуть сильнее, а потом и после разогнался до ураганной скорости, которая в момент преобразовалась в вполне чёткий мужской голос.

— Выбирай!

Девушка звучно выдохнула и ведомая чем-то сверхъестественным вскочила на ноги. Тело стало лёгким как пёрышко, а потому подчинилось хозяйке полностью, когда на адреналине она стала кружить головой во все стороны в поисках вариантов. Глянув направо, она обнаружила лес, а слева — пропасть, скрытую облаками.

Девушка остановилась взглядом на расщелине и захохотала от адреналина, набравшегося в мышцах. Всего секунду она дала себе на разбег и сейчас уже летела с высочайшей скоростью вниз с обрыва с криками:

— Твою мааааать!..

Вдруг в спину резко ударила тупая боль, прямо в область лопаток: нечто инородное пыталось вырваться из девушки наружу.

— Ах! — каркнула она, прежде чем из спины выросли самые настоящие крылья: большие и серые, как у библейских ангелов.

Однако два этих нароста несильно помогли девушке, ведь полноценно управлять ими она не могла, а потому полёт продолжился. Перед собой она уже разглядела блестящую поверхность какого-то водоёма, а потому мысленно подготовилась к новой смерти. Но вдруг... Всё вокруг замерло. Сквозящий шум в ушах прекратился, и сама девушка бездвижно повисла в воздухе. Будто краном экскаватора сверхъестественная сила потянула её тело наверх и небрежно сбросила прямо на землю обрыва, с которого минуту назад девушка так рьяно спрыгнула.

Первым, что появилось у девушки перед раскоординированными глазами были ботинки. Тёмные такие, солдатские ботинки. А рядом белые скромные туфельки, напоминающие балетки. Девушка с любопытством вскинула голову наверх, чтобы разглядеть этих двух.

Человеком- или тем, кем являлось существо в солдатских ботинках, был мужчина с мертвецки бледной кожей, тёмными волосами и... большими тёмными крыльями! Его голубые глаза с интересом и некой насмешкой прищурились при взгляде на девушку.

— Салют?.. — неуверенно протянула она.

— С обрыва спрыгнула? Это впечатляет. Не так уж и много у нас таких смельчаков, а, Энди? — мужчина повернулся назад: последняя фраза предназначалась кому-то ещё, и явно не женщине в белых туфельках, которую она не успела рассмотреть.

— Не зря серафимы сказали.. — начал было какой-то женский голос, но мужчина её прервал.

— Мисселина, им ни к чему эта информация.

— Да, конечно... Так как тебя зовут, милая?

Девушка, наконец, повернулась на женщину. На вид она была как очень нежный цветок с самыми мягкими чертами лица, какие она только знала. И, конечно, у неё тоже из спины торчали крылья. Такие белые и нежные, что девушка даже поджала губы в внезапно напавшем умилении.

Но имя своё девушка так и не помнила, а тупить здесь перед этими ребятами не хотелось.

— Я?.. Селин. А вы это всё к чему? — сказала она, выплюнув первое попавшееся имя.

Мужчина с женщиной на секунду застопорились, кажется, сконфузившись, но мужчина, пожал плечами и, первым выйдя из наваждения, улыбнулся.

— Добро пожаловать на Небеса, Селин.

Уже десять минут Селин летела на морском драконе рука об руку с бородатым (и несколько бомжеватым на вкус девушки) парнем — Энди и внимания на него особо не обращала. Мисселина и Геральд летели где-то сзади, но Селин было идентично не до этого. Все её мысли были устремлены туда, на Землю... Её интересовало, что происходит с Ватиканом, с матерью, с тем самым служителем собора, который периодически вопреки наказаниям носил ей воду... И все эти рассуждения постепенно переплетались с туманным представлением Селин о её будущем. Пусть про фантастическую школу для ангелов и демонов она выслушала, многие подробности остались засекреченными.

Энди, кажется, заметил напряжённое в раздумьях лицо девушки и легко коснулся её плеча. Селин резко вздрогнула и удивлённо вскинула брови, подняв на него взгляд.

— Что такое?

— Не пугайся так... Я знаю, что сейчас будет сложно забыть прошлую жизнь, я тоже до сих пор...

— Эй... Энди, да? — вежливо перебила его Селин и, выждав его кивок, продолжила, — У меня всё нормуль, ладно? Со своим мусором я справлюсь, и в тебя тоже верю. Мы супер-пупер. Теперь давай немного... Расслабимся что ли, а? Продолжим полёт без лишних слов.

— Прости... — расстроенно пробормотал Энди.

Селин не знала, насколько хорошо раздражение в её голосе было слышно, но на данный момент ей было до лампочки: голова была слишком забита.

И вот, наконец, перед ними показались каменные башни. Селин по какой-то причине пронзило сотней новых привкусов: каждый будто напоминал кого-то, с кем она ещё не познакомилась, но того, чья аура описывала его полностью. Разом она почувствовала запах угля, вкус шиповника и, кажется, ещё кисло-сладкой малины... Последний был особо приятным, а потому Селин даже позволила себе улыбнуться от ностальгии. Раньше на заднем дворе её мать выращивала целые кустарники малины, пока не начала употреблять и не забросила ухаживания... Последнее, что видела Селин перед "чарующей" поездкой в Ватикан были как раз эти бедные пожухлые кустарники. Улыбка ностальгии спала с её лица.

На ступеньках у входа в башню ребят ждал серьёзный мужчина в белой рясе с такими же светлыми волосами и с посохом в руках. Что-то в нём показалось Селин очень забавным.

Энди спрыгнул с дракона сам и галантно протянул руку девушке. Та насмешливо, но без лишнего негатива, ухмыльнулась и, благодарно кивнув, вложила свою ладонь в его, элегантно соскочив с существа.

— Слушай, а он у вас как питомец-машина или всё-таки умеет разговаривать как во всех приличных мультиках, но меня недолюбливает? — с интересом спросила Селин, пока гладила дракона по чешуе.

— Скорее первое, — хохотнул Энди, на что получил недовольное фырканье животного.

— Ну вы и гады, ребята, — хмыкнула Селин, покачав головой.

Тут их, наконец, окликнул Геральд и сверстники поплелись дальше, к серьёзному мужчине с белыми крыльями. Тот оценивающе оглядел Селин и высокомерно вскинул брови.

— Добро пожаловать в школу ангелов и демонов. Меня зовут ангел Фенцио. Я так понимаю, что всей нужной информацией тебя уже снабдили, верно?

— Вполне, — лениво пожала плечами девушка.

— И что же, — лицо ангела вдруг исказила едкая ухмылка, — как ты думаешь, кем будешь?

— Думаю официальным лицом Редбулла, а там посмотрим, — фыркнула девушка, кося под дурочку.

— ..ангелом или демоном, — недовольно нахмурился Фенцио.

— А, ну это уж вы совсем рановато спрашиваете, нет такого? — вскинула брови Селин, — я же не девушка лёгкого поведения, чтобы сию секунду распорядиться своей дорогой. К тому же время у меня ещё есть, не так ли? — насмешливо уточнила девушка.

Фенцио лишь высокомерно фыркнул и неохотно кивнул.

— Верно. Время есть. Ещё раз добро пожаловать, — он сжал губы и отошёл в сторону, освободив ребятам дорогу в школу.

* * *

Внутри был буквально второй Ренессанс. Узорчатые потолки, рельефные мраморные стены и полы, стройные белые колонны — Селин будто находилась в древнем Риме. Геральд и Мисселина поспешили удалиться, а потому она должна была изучать здание наедине с Энди. Мимо них сновали ещё удивительные люди с крыльями: ангелы и демоны. Селин не знала, ощущает ли парень рядом с ней такое же обилие энергий вокруг, но лично у неё уже голова от этого кружилась.

— Эй, Энди, тоже это гадостное переплетение чувств испытываешь?

— О чём ты? — удивился бородатый.

— У меня какая-то жесть в башке, — покачала головой девушка, непроизвольно прикрыв себя крыльями, — у тебя есть такое, что у каждого из присутствующих здесь есть своя... энергия что ли?..

Энди удивлённо посмотрел на неё, и всё его лицо скукурузилось в недоумение и, кажется, волнение за её психологическое состояние. Потом он резко нахмурился и только потом выдохнул, осознав возможную причину ощущений Селин.

— Аааа, я понял! Здесь просто действительно у каждого есть своя энергия... Но странно, что ты так сильно её ощущаешь... У меня таких ситуаций не возникало, — он пожал плечами.

Селин раздражённо втянула воздух сквозь зубы. Давление огромного количества ощущений начинало постепенно приближать её к состоянию обморока.

— Ладно, потом поймём. Сейчас отведи меня, пожалуйста, в мою комнату или куда ты там хотел, а то я в обморок грохнусь...

Энди взволнованно закивал и на всякий случай подхватил её под локоть, прежде чем они направились к жилым помещениям. Комната Селин, к счастью, находилась на самом высоком этаже, подальше от скоплений существ, отчего девушке мгновенно полегчало.

Лишь только дверь в новую комнату отворилась, девушка восхищённо вздохнула. Это было просторное свежее помещение с божественным видом из большого окна, рамы которого были огранены изображениями роз и малышей ангелочков. Также по двум сторонам комнаты стояли две большие, на вид безумно комфортные кровати, на одной из которых лежала несказанной красоты девушка. У неё, как и у Селин, были чёрные как смоль волосы и стройное тело — кожаные обтягивающие штаны ещё лучше помогали разглядеть её округлые ягодицы. Вот дьяволица повернулась в сторону незваных гостей и её блестящие игривые глазки прищурились, когда она заметила взгляд Селин на свою задницу, явно оставшись польщённой этим.

— А ты не сказал, что моя соседка будет такой милашкой, — ухмыльнувшись, она обратилась к Энди.

— Не волнуйся, мне тоже не упоминули, что ты такая секси, — рассмеялась Селин.

Энди неловко покраснел от разговоров и красноречивых переглядываний девчонок и поспешил удалиться, перед этим объяснив Селин, как добраться до кабинета ангела Фенцио.

— Так ты новенькая Непризнанная, верно? — с интересом вскинула бровки демонница, — я Мими.

— Очень приятно, Мими, я Селин. А Непризнанная это..?

— Это ты, глупышка. Все людишки, помирающие молодыми на земле становятся ими после смерти. Вот когда закончишь школу, то примешь сторону и станешь одной из нас, бессмертных.

— Это забавно, — задумчиво сказала девушка, — если честно, интерьерчик здесь не слишком отличается от интерьера на земле, — перевела тему Селин, по привычке рухнув на постель и став пялиться на потолок, пестрящий изображениями ангелов, играющих на музыкальных инструментах.

— Я пусть и не жила на земле, но разве у вас не современное время там сейчас?

— Ну церкви-то есть, всё равно, — пожала плечами девушка, — но забей, уже не важно. Больше я не человек, верно? Может и хорошо, что даже имени своего земного не помню, — последнее она пробурчала себе под нос.

— Имя земное не помнишь? — расхохоталась Мими, — ты очень забавная, Селин. Селин же твоё "небесное" имя теперь?

— Видимо тааак, — протянула Селин, заметив сарказм в словах новой знакомой, и насмешливо улыбнулась, — а во сколько этот бомжеватый парень говорил, занятия начинаются?

— Через минуту, — ухмыльнулась Мими.

Селин раздражённо прорычала, вскочила с удобной кроватки и кинулась к выходу под хохот дьяволицы, уже предвкушая головокружение от количества энергетик вокруг.

* * *

Селин стремительно направлялась к кабинету ангела Фенцио, не желая навлекать на себя его гнев в первый же день обучения. Лишь только белая шлифованная дверь отворилась, девушка критически оглядела своих однокурсников. В глазах зарябило от резкого контраста белых и чёрных крыльев.

Времени размышлять не было: лекция могла начаться в любую секунду, и Селин, не придумав ничего лучше, уселась рядом с незнакомым парнем с такими же серыми крыльями как у неё. Тот взглянул на неё насмешливо и покачал головой.

— Ого, ещё Непризнанная? Я рад, что я не один здесь такой. Среди бессмертных мне несколько некомфортно.

Селин хохотнула и кивнула:

— Есть такое, да. Эти ребята такие зазнайки!

— ..зато мы в априори выше вас в природной цепочке, несмышлёныши, — раздался над ухом чей-то дерзкий и в то же время сладкий голос.

Перед Непризнанной гордо выпрямилась опасная и сексуальная до дрожи дьяволица. Её длинные прямые волосы лежали на плечах, лишь изредка ложась на губы, а лицо было искажено высокомерной ухмылкой. Глядя на неё, у Селин возникло желание коснуться её рожек, что торчали у незнакомки прямо из головы.

— Я понимаю, что здесь такие как я не особо в почёте, но... — непризнанная соблазнительно прикусила нижнюю губу, изображая искреннее восхищение, — ты выглядишь просто вау.

Незнакомка удивленно вскинула брови, даже не сразу сообразив, что сказала Селин. Однако через секунду дьяволица высокомерно фыркнула и стукнула ладонью по парте.

— Это моё место.

* * *

Селин и её новый знакомый Донни вместе пересели на свободное место, оставив нагретые стулья для стервозной демоницы Ости и её "протеже" Люцифера, подошедшего позже. По именам девушка их узнала благодаря самому Донни, кому повезло очутиться в школе ощутимо раньше Селин.

— Да уж, ребята, если у вас вся школа полна этими особо горячими персонами, то я даже подумаю, что померла не зря, — всё ещё под впечатлением пробормотала непризнанная.

Донни хмыкнул и покачал головой.

— В чём смысл-то? Их не дать-не взять.

— Ты это о чём? — вскинула брови Селин.

И тут же все её вопросы рассеялись с началом лекции ангела Фенцио: тот наглядно объяснил, что такое "Закон Неприкосновения", и что будет, если его не соблюдать.

Честно говоря, запрет секса с бессмертными не сильно пугал Селин. Да и вообще вся школа со всей её древней, полной ужаса историей казалась раем, по сравнению с пережитым в Ватикане. Физическая близость в романтическом или хотя бы расслабляющем смысле была ей незнакома, ведь для Селин она обычно принимала форму простого изнасилования.

Так девушка лишь понимающе кивнула на пламенную речь Фенцио и его раздражённый взгляд, обращённый ко всем присутствующим, а затем после окончания лекции отправилась погулять по внешней территории школы.

* * *

С постепенным возвращением воспоминаний непризнанная получала всё больше жестоких подробностей о своём подростковом периоде, но никогда о детстве. Образ матери, дома, собственного настоящего имени так и не появлялся. Селин всё мучала свой мозг дотошными попытками вспомнить хоть что-то, но мыльные картинки, как не крути, ускользали из сознания.

Цокая каблуками сапог, девушка шла по каменной плитке во дворе школы. Вот она минула статую с двумя сторонами: ангельской и демонической, и свернула к так называемому саду Адама и Евы. Он представлял собой лабиринт из растений, на вид не имеющий конца. Непризнанная почему-то ощутила очень тёмную, почти кровавую энергетику, которая, казалось, захватывала всё пространство вокруг девушки. Селин неосознанно коснулась высоких кустов лабиринта и тут же испуганно отпрянула: в голове проплыл целый ворох безумных воспоминаний.

* * *

Вот отец Калеб в очередной раз вонзает что-то в её запястье и велит ей не двигаться, строго наказывая одному из послушников брызгать в неё водой, если вздумает отключиться. Селин будто наяву смотрит в его безумные, опьянённые каким-то диким и тёмным желанием глаза. Ей не нравится тот блеск, который она в них видит.

Воспоминание резко сменяется следующим: теперь Селин уже на коленях перед другим богослужителем, большим приятелем отца Калеба, злобно глазеет на него исподлобья, а тот лишь насмешливо ухмыляется. В его ухмылке нет ничего предосудительного, но в глазах есть напор, который так сильно пугает девушку. Ещё секунда и его ряса падает на пол вместе с последними крупицами свободы Селин.

Кажется, мозг начинает крутить третье воспоминание, но девушка уже ничего не чувствует. Глазные впадины давят настолько, что Селин насильно смыкает веки. Ноги подкашиваются, и вот непризнанная падает в обморок.

* * *

Селин очнулась на скрипучей койке в лазарете. У груди сидела взволнованная Мими, а рядом с ней стояла медсестра-ангел. Та дотошно прикладывала ко лбу непризнанной влажную белую тряпку, совсем как делал когда-то один особо сердобольный служитель храма. Добряку удалось провернуть это дело лишь три раза, прежде чем другая послушница донесла на него отцу Калебу, и вскоре Селин перестала его видеть.

В глазах всё ещё рябило, а от необходимости разговаривать тошнило, потому девушка решила сфокусироваться на окружающей среде вместо сочувствующих взглядов соседки и медсестры. Лазарет пусть и не был самым комфортным местом в академии, но точно выделялся вкусными, будто наркотическими, химическими запахами.

Вокруг была занята лишь пара коек: там валялись ещё один непризнанный и какой-то на вид странноватый ангел с сломанным крылом. Взгляды обоих почему-то были совсем пустыми, не выражающими ничего.

Наконец, мысли пришли в относительную норму, а голова перестала быть кирпичной. Селин вперилась взглядом в кафельный пол лазарета и кивком разрешила начинать допрос и лекцию.

— Послушай, ангелочек... — поспешно начала медсестра, — такое бывает у многих непризнанных, правда...

— Флешбэки эти? И что же мне бедненькой делать? — хрипло уточнила Селин с мягким сарказмом в голосе.

Мими шутливо толкнула непризнанную в плечо, но в её взгляде всё ещё присутствовало лёгкое беспокойство. Селин выдохнула и уже более серьёзно посмотрела на медсестру. Та не стала лишний раз мусолить тему и после пары-тройки предложений протянула девушке флакон с жидкостью, обещавшей сладкое незнание людских забот.

* * *

И вот Селин который час сидела на крыше одной из башен, согнув колени, и, перекатывая заветный флакончик из ладони в ладонь. За её спиной разливался малиновый закат, и, казалось бы, в своей людской жизни она видела его всего раз! Стоило полюбоваться. Но кости будто окоченели под грузом выбора, и Селин замерла в мучительном размышлении.

Нутром непризнанная вдруг почувствовала химический запах вишни. Где-то рядом раздался звук плавного взмаха крыльев: кто-то опустился на крышу совсем рядом с ней. Девушка не повернулась и в этот раз, лишь боковым зрением уловила цветастую обувь, по форме напоминающую людские кроссовки.

— Чего как, подруга? — почти с невинным интересом спросил незнакомец.

Селин, наконец, обернулась и вскинула брови. Перед ней стоял демон — молодой парень, чья любопытствующая приветливая улыбка сияла как месяц. Однако непризнанная совсем не верила, что бессмертный (а тем более демон, не являющийся Мими) может оказать ей внимание просто так, без желания поглумиться. Своё влияние на это мнение сформировал горький опыт, полученный от Ости и один раз от Люцифера. Селин швырнула флакон в сумку и подскочила с места как ошпаренная, решив, что заняла его место или сделала что-то подобное.

— Сорян, дружочек, сейчас уйду... — протараторила она и уже раскрыла крылья, чтобы улететь.

Но тут незнакомый парень почти невесомо коснулся её плеча. Его лицо исказилось в неподдельном недоумении, а губы даже сложились в напряжённую трубочку.

— Ты чего это, чокнулась, родная? — обеспокоенно уточнил он, — я же просто познакомиться хотел. Можно?

— А? — удивилась Селин, даже сложив крылья от неожиданности.

Она вгляделась в лазурные глаза парня, пытаясь высмотреть там хотя бы каплю насмешки, но нашла лишь искреннее волнение.

— Я... Селин. А ты?

— Ян, — дружелюбно улыбнулся демон и жестом пригласил её сесть обратно.

* * *

Когда ребята удобно устроились рядом на крыше, Селин осмелела и стала бесстыдно рассматривать нового знакомого. У Яна были русые завитые назад волосы, раскосые глаза, нос с небольшой почти изящной горбинкой и очень необычное для местных бессмертных чувство стиля.

Обычно здешние крылатые подчёркивали свою принадлежность к той-или-иной расе чёрной или белой одеждой; когда как Ян был одет в бордовую моднявую кофту оверсайз на молнии у горла и в необычного кроя джинсы — образ, который был нынче популярен на Земле. И пусть Селин о последнем факте знать не могла, необъяснимая "человечность" образа оставалась более чем ощутимой. Непризнанную это так обрадовало, что она, даже не думая, поделилась своими эмоциями с демоном.

— У тебя стиль как у одного из моих... В смысле как у людей, — Селин запнулась, осознав, что этот факт скорее всего только оскорбит Яна.

В ответ на её напряжённый взгляд парень лишь покачал головой. Ему претили её сомнения и осторожности. Ян всего на мгновение поджал губы в неискренне вытянутой улыбке, прежде чем сказал серьёзно:

— Послушай внимательно, Селин. Я чего пришёл-то... Знаешь же, что у каждого бессмертного свой дар?

Селин кивнула.

— Так вот, мой — абсолютная эмпатия. Очень редкий дар наравне с провидением, и он достался мне. Суть в том, что я очень остро ощущаю душевное состояние окружающих меня существ: почти как своё собственное. С одной стороны так проще понимать их действия, легче определять, говорят они ложь или правду, но с другой... Каждый раз я чувствую их боль так остро, что хочется окочуриться самому.

Ян говорил это практически беспристрастно, будто уже принял свою силу словно родинку на шее. Они с Селин смотрели друг другу глаза в глаза, и непризнанная чувствовала, что вот-вот провалится в его лазурные впадины.

— Я просто почувствовал, что ты терзаешься в сомнениях и решил помочь тебе и себе отвлечься. В конце концов, у меня тоже кое-какая хренотень в жизни произошла. ..отвлечься разговором, если что, — неловко кашлянув, добавил Ян, углядев во взгляде девушки непонимание.

Ребята всего секунду пялились друг на друга в молчании, но вдруг синхронно прыснули со смеху.

* * *

На небе уже начал виднеться рассвет, когда Ян и Селин наконец дошли до финальной темы своего диалога. До сих пор они разговаривали обо всём и ни о чём одновременно. Ян рассказал самые отборные сплетни академии и побольше о том, что ждёт непризнанных, а Селин поведала ему о своей сложившейся ситуации и расплывчатых воспоминаниях.

— Так чего, пить мне эту бурду или нет? — спросила девушка, подкинув флакончик с жидкостью в воздух.

Ян задумался и облокотился на черепицу крыши, расслабленно подложив под голову сложенные руки.

— Выбор за тобой, Селинка, — он меланхолично пожал плечами, — один смертный однажды сказал, что без наших воспоминаний, пусть даже плохих, мы не мы. Но если они причиняют тебе такой вред, из-за которого, кстати, выгоняют из школы... Просто подумай хорошенько, ладно?

Ян тяжело вздохнул, разглядев в выражении лица Селин ещё больше отчаяния и почувствовав его физически. Он непроизвольно провёл рукой по её позвоночнику, непроизвольно попытавшись её успокоить. И это сработало: своим ли даром или простой платонической близостью Ян привёл мысли девушки в порядок. Она чуть заметно улыбнулась, и демон улыбнулся в ответ.

Селин взяла в руки флакончик с жидкостью, открыла его и, взглянув в заключительный раз на Яна, проглотила всё залпом.

* * *

— Ну чего, выпила? — с любопытством выпытывала ответы Мими, пока Селин рылась в шкафу, подбирая образ на сегодня.

— Ещё как. Ни черта теперь не помню, — с свободной от забот улыбкой сказала непризнанная.

— Честно? — с восхищением уточнила демоница и с уважением кивнула, когда Селин недовольно вскинула бровки, — ты молодец, Селин. А то выкинули бы тебя из нашей шараги, и я бы вновь осталась без соседки, — усмехнулась Мими.

— Ну, по факту если, то сейчас хранитель моих воспоминаний — Ян. И если возникнет такая необходимость, я уверена, что он расскажет-

— Ян? Этот клоун? — фыркнула дьяволица, — ты что, шутишь? Прикол варева, что тебе дали, в том, чтобы ты не парилась по глупому человеческому прошлому, а ты теперь паришься из-за того, что не паришься!

— Забей, Мими, — вздохнула Селин и поспешила перевести тему, — у нас сегодня совместная лекция?

— Даааа, — недовольно протянула Мими, без труда поняв намерения соседки, но решив не давить.

Селин спешно накинула на себя облегающий чёрный кардиган, подвязала его бордовой атласной ленточкой и наконец принялась за волосы. Те за (дай бог) неделю успели отрасти девушке по лопатки. Селин, привыкшая к обрубленному на нетрезвый взгляд каре, неумело собрала их в не очень толстую косу и осмотрела себя в зеркало.

Вместе с зеркалом пытливый взгляд охватил и содержимое туалетного столика, над которым оно висело. Не долго думая, Селин воспользовалась некоторой косметикой и даже осталась приблизительно довольной результатом. Однако Мими придирчиво осмотрела соседку и фыркнула:

— Стрелки кривые.

* * *

Спустя ещё минут двадцать, за которые демоница успела спасти глазки подруги, девушки вышли из комнаты и направились к кабинету ангела Фенцио. Там народа уже было навалом (хотя Донни не было), и девчонки пристроились за парту около друзей Мими: Ади и Сэми. Оба они не имели особых предрассудков насчёт непризнанных, и поднимали эту тему только в шутку, а потому разговор получался забавным и интересным.

Вскоре в класс вошёл сам ангел Фенцио. Он с как обычно недовольным лицом оглядел присутствующих и чинно прошагал на своё место. Все как-то резко утихли под его тяжёлым взглядом, прежде чем раздался его раздражённый тембр.

— Сейчас я проведу небольшой инструктаж, прежде чем непризнанные отправятся на Землю и выполнят своё первое задание. Пока под присмотром кураторов, — начал он, слегка поджав губы.

По классу прошёлся взволнованный шёпот непризнанных. Лёгкая дрожь не обошла и Селин: девушка тотчас повернулась к более опытным соседям. Сэми и Мими прыснули от смеха, а Ади хищно ухмыльнулся.

— И как по вашим ощущениям, это легко? — спросила Селин.

— Для нас — ещё бы, а вот для вас, непризнанных — не знаю, — хохотнул Ади.

Селин понимала, что демон скорее всего просто хочет её напугать, но волнение всё равно предательски усилилось. Благо в класс вошёл, а точнее ввалился Ян под руку с какой-то демоницей. Та тотчас вывернулась из полуобъятий своего партнёра и, нетрезво хохотнув, похромала к своей парте в одной части кабинета, а Ян к другой, также покачиваясь.

— Кто-то глифта, смотрю, набухался, — хихикнул Ади.

— Ян как всегда, — согласился Сэми.

Селин с любопытством наблюдала за реакцией ангела Фенцио на происходящее: как, будто лимон, скукурузилось его лицо; как он приоткрыл рот, чтобы выразить Яну своё крайнее недовольство, но тотчас его захлопнул. Что же заставило преподавателя так принципиально пренебречь лекцией, которая, по рассказам Мими, следовала как ужасное наказание для опоздавших? Пока ответ оставался загадкой, но Селин планировала узнать об этом чуть позже.

— Чего ещё за глифт? Местный алкоголь? — уточнила непризнанная.

— Схватываешь на лету, — кивнула Мими, — вообще глифт в стенах школы не особо приветствуется, но у учеников тут неподалёку есть одно заветное местечко, где можно прибухнуть как следует, уж поверь.

— Сводите меня как-нибудь, — насмешливо хмыкнула Селин, но идею в голове всё же сохранила.

Ян вальяжно разлёгся на стуле, запрокинув голову назад. Он кинул взгляд на Селин, расплылся в своей фирменной дружелюбной улыбке и подмигнул новой знакомой. Та помахала ему в ответ и метнула глазами на ангела Фенцио, как бы спрашивая: "Серьёзная бурда?"

Демон всего на момент прислушался к монотонному голосу препода, а затем закачал головой и пренебрежительно махнул рукой: дело, мол, "беспонтовое". Селин чуть поуспокоилась и вновь сфокусировалась на информации. Ангел Фенцио уже делил всех на пары и рассказывал их задания.

— ..наставницей Энди будет Мими. Энди должен будет подтолкнуть одного молодого квотербека к решению, соглашаться на спонсорство одной крупной компании или остаться в отчем доме и пойти по стопам родителей. В общем, на месте разберётесь.

Мими даже вздрогнула, когда Фенцио упомянул её имя, ведь раньше никогда ещё не была чьим-то наставником. Селин легко улыбнулась и осторожно провела рукой по её плечу, как бы поддерживая. Непризнанной только удалось на время усмирить то лёгкое, но очень раздражающее волнение, и теперь она этим пользовалась, излишне храбрясь перед другими.

— ..и последняя пара... — протянул ангел Фенцио.

Многие рождённые бессмертные остались без пары, потому Селин было интересно, кто это будет, хотя ей самой, конечно, хотелось, чтобы это был кто-то из уже знакомых ей лиц, не считая Люцифера и, может быть, Ости, которая по-прежнему была слишком недостижимой в её глазах.

— ..наставником для Селин будет Я- Хотя нет. Наставницей Селин будет Ости.

Глаза непризнанной стали размером с копейку, а шок и волнительное подсознательное предвкушение в них и того больше. Девушка осторожно глянула через плечо на дьяволицу, с которой её предстояло сегодня обучаться. Та выглядела крайне недовольной: поджала намазанные алой помадой губы и злобно вперилась взглядом в Селин.

* * *

Ребята, каждый в своём темпе, шагали к водовороту. Ости даже не соизволила поравняться с подопечной, а потому Селин шла рядом с Яном, которому подопечный так и не достался, а развлекать себя надо было. Того ситуация хоть и жутко забавляла, но он не забывал , регулярно поглаживать подругу по спине и рассказывать шуточки. Его позитив очень скоро произвёл эффект и на Селин, а потому она уже совсем расслабилась и принялась напевать какую-то земную песенку, которую Ян тотчас подхватил. Так они как два идиота и распевали её до самого водоворота.

— Ну всё, Селинка, прощай. Верю, что всё будет супер, — ещё не оправившись от хохота, наставил Ян.

— Давай-давай, Янчик

Ости прошла мимо них, закатив глаза, и лишь сказала:

— Как закончишь хернёй страдать, раскрывай крылья и прыгай.

Оставалось только лицезреть как изящно Ости прыгает в водоворот и вскоре исчезает из поля зрения. Селин последний раз кинула прощальный взгляд на Яна и тоже нырнула в неизвестность. Высоты она не боялась, а потому почти свободное падение было просто захватывающим опытом.

* * *

Уже пару минут девушки шагали по улице, по направлению к величественному храму, который почему-то вызывал странное чувство в груди у Селин. Как будто в мозге хранилась какая-то скрытая часть воспоминаний, закупоренная так крепко, что даже если бы непризнанная захотела, не открыла бы.

— Мы куда, в храм идём? — скромно спросила девушка.

— Да, — сухо ответила Ости и вдруг повернулась, — уже решила, кем будешь? Ангелом или демоном?

— Смутно

— Ну тогда по ходу выбирай судьбу для девчонки, — равнодушно пожала плечами дьяволица, прежде чем толкнуть тяжёлую дверь храма вперёд и пропустить Селин вперёд.

Глаза непроизвольно сощурились, разглядывая стиль Возрождения. В нос резко вдарил до боли знакомый запах воска. Девушка непроизвольно нахмурилась: по какой-то причине она испытывала к местной атмосфере очень личную, но незнакомую даже для самой себя, неприязнь. Будучи не совсем глупенькой, Селин смогла предположить, что это из-за волшебной настойки, стёршей её память о людской жизни. "Быть может я просто была священнослужителем или какой-нибудь послушницей? Но тогда почему меня так воротит от всего этого?"

Из задумчивости её выбил раздражённый голос Ости, нервы той уже были на пределе:

— Слышь, Непризнанная, маршируй уже к алтарю — вон твоё задание на сегодня. Либо подталкиваешь эту девушку к добросовестной службе в храме, — Ости едко ухмыльнулась, — либо...

Но Селин поняла уже с первых слов. И поняла, что играть в святошу не будет и подтолкнет смертную девушку к более весёлому варианту. Это решение пришло в голову так просто, будто с приходом в храм область её мозга, отвечающая за моральный компас, отключилась. Где-то в глубине сознания проснулась жуткая всепоглощающая ненависть к священнослужителям, прихожанам храма, послушницам, самой церкви, любой вере и... и к Шепфа. И эта ненависть брала вверх над разумом.

Селин решила, что как только закончит с заданием и освободится, то пойдет и найдёт Яна. Нужны были подробности.

Непризнанная даже не заметила, как начала непроизвольно дрожать от злости, и даже равнодушная Ости обратила на это внимание: приподняла одну бровь в недоумении и получше пригляделась к подопечной.

— Эй, непризнанная?..

Откликнулась девушка не сразу, но когда опомнилась, то тотчас принялась за дело. Склонив смертную на "демоническую" по меркам ангела Фенцио сторону, Селин скорее попросилась обратно, в чём Ости не стала спорить, а лишь одарила девушку странным взглядом и призвала заветный водоворот.

* * *