Кривое обучение (джен)

Когда Дафна купила книгу в магазине месяц назад, она искренне считала, что это будет легко.

Кулинарная книга уверенно утверждала, что даже самый неумелый идиот сможет испечь. Дафна была готова поспорить с этим утверждением.

Стоя на кухне маленькой квартиры, Дафна чувствовала, как слёзы подступают к глазам, её золотистые волосы выбивались из неплотно собранного пучка. Всё шло прекрасно. Тесто получилось идеально, начинка тоже удалась. Однако она забыла поставить таймер духовки, задремала на диване, и пирог превратился в чёрную сиропообразную массу.

Вот так идеальный клубничный тарт и закончился.

Дафна тыкала ложечкой в остатки пирога, пытаясь выяснить, удастся ли спасти хотя бы пару кусочков до возвращения Гермионы домой. Ну да ладно, снизу он был не сильно пережжён — возможно, она подаст куски с мороженым и назовёт это парфе (или как-то иначе, в общем, сейчас ей не хотелось особо напрягаться над названием блюда).

Пришлось довольствоваться тем, что есть.

Она надеялась, что удивит свою девушку, приготовив её любимый торт, и это сделает праздник Дня Святого Валентина идеальным.

Но вышло настоящее фиаско.

— Даф? У тебя всё хорошо? — спросила она, присаживаясь рядом с девушкой и медленно обвивая рукой её плечо.

Дафна взглянула на озабоченное лицо Гермионы и расплакалась громкими некрасивыми рыданиями. Испуганная Гермиона обхватила плачущую женщину руками, шепча ей на ухо утешающие слова и прося успокоиться.

— Я-я попробовала н-научиться печь, пот-тому чт-то ты т-так лю-лишь клуббчатый татрт, н-но я з-забыла поста-авить ти-аймер и вс-сё спалило-ось! — захлебываясь слезами, воскликнула Дафна, пряча лицо в плече Гермионы.

Гермиона испытала одновременно замешательство и трогательное чувство благодарности. Она ни разу не ожидала, что Дафна попытается заняться кулинарией специально ради приготовления любимого десерта — раньше подруга вообще не отличалась склонностью пачкать руки работой. Теперь же сердце Гермионы наполнялось любовью к девушке, настолько тронувшей её стараниями научиться готовить именно для неё. Конечно, результат оказался далеко не блестящим, однако важно было само намерение, и Гермиона чувствовала, как сердце переполняется нежностью к белокурой подружке, которая сейчас заливалась слезами, замочив её рубашку.

— Эй, ничего страшного, Даф. Пирог сгорел, ну и что тут такого — Мерлин свидетель, какими были мои первые печенья! Ты постаралась, и это главное, — мягко произнесла Гермиона, поглаживая подругу по волосам.

— Я всё испортила! Я испортила твой подарок на Валентинов день, — жалобно простонала Дафна, чувствуя себя особенно несчастной в тот момент.

— Нет, ты ничего не испортила, — твёрдо возразила Гермиона. — Подарок прекрасен сам по себе, потому что ты сделала его для меня. Мне приятно, что ты приложила усилия, научившись чему-то совершенно новому ради меня — честно говоря, это гораздо ценнее любого другого подарка, который ты могла бы подарить. Обгоревший или нет, я всё равно буду любить твоё творение, ясно?

Дафна кивнула, всхлипнула и села ровно. Она почувствовала, как румянец заливает шею, вспоминая своё эмоциональное расстройство. Гермиона улыбнулась, облегченно вздохнув, что слезы девушки прекратились, и начала копошиться в своей огромной сумочке с бисером. «Вот, это для тебя. С Днем святого Валентина, Даф», — сказала она, протягивая Дафне прекрасный букет белых роз с мягкими лепестками.

Дафна уткнулась лицом в цветы и вдохнула сладкий аромат, ощутив мгновенный подъём настроения. Застенчиво улыбаясь, она крепче прижала к себе возлюбленную, слегка отстранившись, чтобы осторожно коснуться губами её губ. «Счастливого Дня святого Валентина», — прошептала она, прижимаясь лбом к Гермионе.

— Давай закажем китайской еды, а? — предложила Гермиона, отходя и набрав номер ресторана на домашнем телефоне. Она знала, что Дафна согласится на китайский ужин — её девушка испытывала нездоровую страсть к муглевской доставке еды. Дафна лучезарно улыбнулась и кивнула, прислушиваясь к успокаивающему голосу Гермионы, когда та размещала их традиционный заказ — свиная вырезка му-шу и цыплёнок в лимонном соусе.

И когда Дафна подала оставшиеся сожжённые кусочки клубничного тарта вместе с горячей едой, Гермиона лишь едва поморщилась, мужественно глотая кусочки почерневшего теста. Дафна восторженно засветилась, услышав, как Гермиона заявила, что десерт весьма неплох, несмотря на горьковатый привкус, перебивший кисловато-сладкую нотку клубники.