Апатрид поневоле: Зверополис (джен)

Пролог

Лето, день. В поле, недалеко от деревни, находился человек по имени Реми. Причиной такого необычного для Уральской глубинки имени стал его отец, Адриан Мур, который захомутал его мать во времена её учёбы во Франции. С тех пор прошло двадцать пять лет, и житие повернулось так, что он с матерью должен был вернуться в РФ, когда ему исполнилось девять лет от роду.

На данный момент своей жизни Реми уже закончил техникум, получив специальность повара-кондитера и работу в небольшом веганском кафе на окраине Екатеринбурга.

— Ну давай же... — Пробормотал Реми, заряжая пневматический пистолет, купленный у кго друга Пашки, который живёт в этой самой деревне.

Пистолет был в хорошем состоянии и представлял собой самый обыкновенный советский пневматический спортивный пистолет, воздух в баллон под стволом которого нагнетался с помощью рычага, расположенного ниже этого самого баллона. Рукоятка была деревянной, подогнанной под форму руки. Питалось это чудо-юдо серыми свинцовыми пулями, которые также кушают винтовки-переломки, которые видел, наверное, каждый российский школьник.

[Хрящ] — Рычаг встал на место. Стрелок вставил пулю в дуло.

[Цок] — Большой палец закрыл за пулей затвор. Спустя семь секунд раздался негромкий [Пуф], обозначивший выстрел.

В эту деревню он приезжал лишь на выходных и хранил пистолет у Пашки, что и продал ему этот пистолет. Однако, на этот раз ему придётся забрать пистолет с собой в город. Так как час назад его друг и хранитель ствола поехал с отцом на охоту.

— Ну приехали... Снова старая полицию вызвала? — Реми обратил свой взор на синие проблесковые огни старого полицейского уазика, едущего по полю в его сторону. По цвету большей части кузова уже можно было предположить, что этот болотоход с мигалками снова гонялся за местной шпаной, которые взяли из родительского гаража квадроциклы или питбайки, но Муру куда больше верилось в то, что служители закона попросту поехали в соседнее село через жопу мира, чтобы отовариться в их круглосуточном магазине. На такие мысли были основания, ведь местный гастроном удивлял не разнообразием товаров, а его полным отсутствием.

Реми поспешил убрать свой спортивный инвентарь в чехол, который по принципу матрёшки попал уже в рюкзак с вещами, среди которых были: аэрозольная смазка, ушные палочки, шомпол, кусок ткани, отвёртка со сменными насадками и запас провианта из нескольких пачек яичной лапши и термоса с чаем на случай сильной задержки поезда (что уже случалось несколько раз).

Наконец УАЗик подъехал и остановился в десяти метрах от стрелковой позиции, представляющей собой старую школьную парту, напротив которой в десяти метрах от неё висели бумажные мишени.

— Франция! Опять ты. А я-то уж подумал, что Зинаида Михайловна бучу подымает? — Сказал мужчина солидного возраста с погонами лейтенанта на потёртой полицейской форме. На лице мужчины была чётко видна слегка запущенная щетина. Реми узнал его сразу же — это местный участковый.

— Сергей Николаевич! А я-то что? У меня здесь спорт. Всё цивильно! — Мур застегнул молнию на своей серенькой кофте. Капюшона на ней не было, поэтому внезапно поднявшийся ветер с неприятной силой обдул уши, заставив Реми поморщиться.

Участковый подошёл ближе и протянул руку стрелку, а тем временем из машины бодро выпрыгнул молодой сержант, который был старше Реми всего на три или четыре года.

— Сергей Николаевич, вы знакомы? — Подошёл сотрудник в кепке, новенькой выглаженной форме и выбритым лицом.

— Знаком, Илюша! Знаком! Помнишь, как я тебе рассказывал историю про Надежду Геннадьевну? Ну... там это... Когда ей пуля от пневмата в черенок от лопаты попала, и та прям на рассаду упала. Вот наш герой отличился. — С детской ухмылкой рассказывал участковый про бабку, которую обходило стороной полдеревни.

— Это когда полдеревни ружья похватали, думая, что у них по деревне вооружённая до зубов ОПГ ходит? — Вспомнил одну из рассказанных его начальником историй парень. — Небритый участковый на это лишь покивал, пока сержант и стрелок здоровались за руки. Тут он обратил внимание на собранные вещи.

— Ты уже всё, что ли? На чемоданах? Обычно же до вечера сидел здесь. Тебя, может, к другу твоему подвезти, али как?

— Двое полицейских уже закрывали двери в камуфлированный грязью бобик.

— Не, можете меня сразу до перрона подбросить? — Запрыгнул на заднее сиденье Реми и с силой захлопнул металлическую дверь. — Пашка с отцом на охоту поехали, так что не в этот раз. — Реми поставил свой рюкзак и компьютерный чехол сбоку от себя, пока машина уже ехала вдоль колеи к дороге, не заезжая в саму деревню.

— Опа! — Искренне удивился Сергей Николаевич. — Это на кого Генка пошёл? Тебе Пашка не говорил, на кого у отца лицензия? — В голосе был слышен искренний интерес.

— На ушастых, если я правильно помню... Да, точно! На них. — Реми не особо фанател по теме охоты, поэтому эта часть его разговора с другом по большей части вылетела из его головы так же быстро, как вылетает гильза из автомата.

— Гена! Хер моржовый! Знает ведь, что у меня лицензия горит! Мог бы и позвать! Зачем только отгулы коплю?! — В голосе лейтенанта на этот раз была слышна искренняя обида и досада со всей этой ситуации. Реми же, как исконный городской житель, не понимал прелестей лесного мяса, ведь при готовке его нужно было долго мариновать, и то не факт, что оно не будет жёстким. Хотя можно и потушить, что порой выходит довольно-таки вкусно. Та же утка, которую готовил в казане отец Пашки, Геннадий Петрович, была просто божественна.

Спустя десять минут тряски УАЗик остановился возле чуда архитектурной мысли прошлого столетия. Бетонное нечто из сложенных друг на друга бетонных блоков в лучших традициях Майнкрафтовских коробков, придуманных спустя шестьдесят лет после постройки сего объекта.

— Всё, приехали. — Лейтенант и сержант по очереди пожали Реми руку, после чего высадили его и покатили по своим делам.

— Ну-с... Подождём... — Ближайший поезд можно было ожидать где-то через полчаса.

...

Прошло столько времени, что Реми мог бы раком дойти до Китая, обойти всю китайскую стену и в такой же незаурядной позе вернуться на перрон. Он был настолько взбешён такими выводами, что совсем забыл о чае, который был в термосе внутри его рюкзака. И стоило ему только начать расстёгивать молнию, как он увидел три характерных огонька вдали.

— К дорогам и дуракам уже давно стоило бы добавить расписание транспорта... — Мур заскочил в открывшуюся дверь и заплатил проводнику, после чего занял место у окна, где и задремал, совсем забыв про рюкзак между ногами с пистолетом за восемьдесят и игровым ноутбуком за сто двадцать тысяч.

* * *

[Сканирование мозга:

Запрос составлен.

Объект выбран.

Объём выбран.

Ошибка: Искажение не может быть осуществлено, перенос цели невозможен.

Решение: Соединение с альтернативным оборудованием.

Ошибка: Альтернативное оборудование отсутствует или находится вне зоны доступа.

Решение: Соединение с запасным каналом.

Ошибка: Запасной канал отсутствует.

Решение: Искажение в точке невозможно. Отмена операции невозможна.

Провал: Объект не перемещён.

Успех: Объект перемещён.]

— Мгх... И что это должно значить? Что конкретно ты переместил? — Грызун в лабораторном халате посмотрел на огромный ангар, в который должен был переместиться объект, но помещение по-прежнему было пустым. — Что же это такое? Мой план тормозит какая-то маленькая ошибка в подключении... Ничего-ничего, мы ещё посмотрим, кто кого...

* * *

Зверополис. Два часа назад. Полдень. Центральный департамент полиции зверополиса. Холл в это время, как и обычно, почти пуст, тишину время от времени разрезают недовольные выкрики задержанных животных, которых ведут в общую клетку думать над своим поведением. Николас Пиберий Уайлд — Новоиспечённый офицер, уже как несколько месяцев связанный узами... дружбы с гиперактивной крольчихой — Джуди Лаверной Хоппс. После их дебютного дела у него попросту не оставалось много выбора, кроме как пойти в полицейскую академию. Да, как бы ни было стыдно этого говорить, но в результате по многим дисциплинам морковка опережала его на голову, однако среди всего поступления в криминалистике, ведь большая часть тех схем, что была описана в тех учебниках, уже либо изменились, либо и вовсе перестали практиковаться в преступном мире из-за их неэффективности. Именно это спасло его от преждевременного вылета из академии.

[Пам пам пам] — Привет напарник, классная форма! — Лис почувствовал несколько быстрых, но лёгких ударов. Так коварно с ним поступала только одна крольчиха. Он повернул голову в её сторону.

— Ох! Извините, офицер, но мне кажется, вы повторяете эту фразу уже неделю. — Дружеский сарказм просто сочился из каждого его слова. Джуди так же чуть закатила глаза, отмечая, что поняла намёк.

— Да ладно тебе Ник! Ты теперь офицер полиции! Всего два месяца назад ты был... Эм... — Ага, уголовник, махинатор, обманщик, злостный налогоуклонист... — Перечислял рыжий, будто бы с ностальгией.

...

— Нииик...? — Обратила на себя внимание Хоппс, тоном, что предвещал рчередое её предложение.

— Дааа... морковка? — Уже на этом этапе сдался ник. Хоппс тут же схватила его за лапу и повела к приёмке.

Бенджамин Когтяузер, как и обычно, находился на своём посту, постепенно аннигилируя очередной коробок пончиков. Такое интересное занятие всё равно не помешало ему засетить приближающихся напарников.

— Привет Джуди, привет Ник! Чем могу вам помочь? — Когтяузер положил голову на лапы, опёртые локтями на стол.

Джуди тут же перебила Ника.

—Привет. Нам нужно дело о нелегальном грузе в порту, ты нашёл его? — Ник же здороваться не стал, ведь это уже звучало бы неоместно.

— Ах ой, да да конечно! Вот, держите. — Бенджамин положил жёлтенькую папку на стойку полный уверенности в том, что эти двое справятся с любым делом. — Джуди тут же сгребла папку со стойки и открыла её перед ником, на что тот мгновенно просканировал содержимое взглядом.

— Нелегальные грузы в порту... Главный подозреваемый муравьед. Ты уверенна что наши шкуры там же в воду не выкинут? — Сложил лапы на груди ник.

Со входа раздались новые вопли. Задержанный лис в классическом комбинезоне механика шёл перед офицером бараном с намордником на лице и наручниками на лапах.

— Офицер! Я ведь даже не вырубил его! Ну подумаешь, аплеуху дал!

— Вы име-е-е-ете право хранить молчание.

Ник изо всех сил старался не смотреть на лиса, но взглядом он проводил этих двоих вплоть до момента, когда они завернули за угол, ведь он сам ещё не до конца верил, что он — Николас Пиберий Уайлд, является действующим офицером полиции.

Крольчиха за словом в карман не полезла.

— Не кинут, если мы будем в маскировке! — Джуди уже стояла в гражданской одежде, это стало очередным доказательством того, что в плане скорости кроликам почти нет равных. Но куда она дела форму?

— Мы притворимся семейной парой!

— Ооооох. — Издал вздох умиления Когтяузер, когда как Ник удивлённо прижал уши к голове на заявление напарницы.

— Но... — Хотел что-то возразить офицер Уайлд, однако его перебили.

— Когтяузер, передай всем, что Хопс и Уайлд берутся за дело!

Чужие огороды

Реми не хотел открывать глаза, ведь сон вцепился в него мёртвой хваткой. Единственным сильным ощущением, помимо сонливости, было что-то среднее между контузией и похмельем.

— Мммх... Не понял юмора... С чего меня так херовит-то?

Человек, не открывая глаз, нащупал сумку с планшетом сбоку от себя, она не была пуста. Следом после этого он чуть сдвинул ноги вместе, убеждаясь в наличии между ними стоящего на полу рюкзака.

Внезапно он ощутил, как солнце нещадно пекло одежду.

— Пятнадцать градусов на улице, какого чёрта так жарит? — Пробормотал Реми и с трудом открыл глаза. В районе груди что-то неприятно сжалось. Он смотрел на совершенно другой вагон, более чистый и новый, чем тот, что был ранее.

Наполнение вагона было другим от слова совсем и, на взгляд Реми, имело крайне извращённые дизайнерские решения: вдоль стен цвета моркови стояли диванчики, при этом они стояли в ряд по размеру. Зачем? Для детей? Вряд ли, ведь были там и те, что подходили по размерам разве что для кукол Барби. Возле дверей располагались изогнутые буквой V перила, что было весьма странным дизайнерским ходом. Однако самым чуждым для глаза выглядели двери. Буквально всё выбивалось из канона таких знакомых для него составов: двери располагались не по краям, а ближе к центру вагона, дверь была не одна, их было сразу три, и, естественно, разных размеров. Максимум, на что у человека хватило воображения, так это на то, что эти двери нужны для собак, но опять же. На кой это?

— Что же это такое?! Я, блядь, клянусь... Я вытрясу из начальника охраны все... ВСЕ записи с камер и лично приду домой к подонкам, перетащившим меня в другой вагон! Но почему кондуктор ничего им не сказал? Билет купили? Вещи вон оставили. Бред сивой кобылы... — Из-за нервов он сам не заметил, как начал говорить сам с собой, параллельно с этим он проверял содержимое сумки и рюкзака. На его удивление, вещи действительно были на месте.

Его глаза выцепили электронное табло с названием следующей остановки.

— Морковные грядки. Нет... не может быть... Кажется, я нашёл место, где у людей, дававших названия нашим деревням, окончательно закончилась фантазия. — От такого неожиданного откровения он заржал как конь.

— Морковные грядки... Хах! Чтоб вас... Ха-хах! Кхм... Так, ладно, сперва найду проводника и объясню ситуацию.

— Попаданец подошёл к скамье, возле которой стоял его рюкзак и лежала сумка с ноутбуком. При взгляде в окно он обнаружил самые обычные поля, засеянные какой-то культурой, которую, правда, он так и не опознал на скорости. Вдали он также увидел дорогу, по которой двигались маленькие фигурки авто. Вглядываться в них было бесполезно, так как они, как и дорога, располагалась почти в километре от её железного аналога.

Когда все вещи оказались на своих местах: рюкзак на спине, а сумка в руке — Реми отправился в соседний вагон.

Стоило Реми подойти к двери между вагонами, как он увидел внутри... Кого бы вы ожидали увидеть в поезде менее всего? Верно, Мур менее всего ожидал там увидеть натуральный зоопарк. На большой лавочке сидел слон в огромной, под стать размеру, кофте, сбоку от него, на соседней лавочке мирно о чём-то беседовали лев и чёрная кошка, то ли пантера, то ли ещё кто, с места человека было не разобрать вид кошки. В вагоне было ещё множество животных, от мышей и хомяков до крупных хищников, как тот же лев. И ладно они не нападали друг на друга, ладно были одеты, но они вели себя как люди! Предположения о том, что это какие-нибудь фурри или тому подобные индивиды, полностью отлетали, так как ты при всём своём желании ну никак не сожмешься до размера хомяка.

На разглядывания ушло секунд десять, по истечении которых попаданец сообразил, что ему лучше ретироваться обратно в вагон и выйти на первой же станции. Проверять, правда ли местные хищники не захотят отведать человечины, не очень-то и хотелось. Он пулей подлетел к двери своего пустого вагона. В окне, расположенном на самой большой из дверей, была видна деревня. Стиль явно был американский: в полях виднелись красные амбары, а по уже близкой к ЖД путям дороге ехало несколько характерных пикапов, будто бы только что сошедших со страниц американского автолюбительского журнала шестидесятых.

— [Станция «Морковные грядки»] — Проигралась запись в динамиках под потолком. Сказать, что русская речь удивила, — это не сказать ничего. Смотря на весь этот сюр, он уже приготовился к полному ауту со стороны понимания местного языка, но тут, присмотревшись к стеклу на двери, он увидел надпись на знакомом языке: «Осторожно, слюненепробиваемое стекло». Надпись была мелко написана фломастером, шутник явно постарался, чтобы надпись была видна на стекле.

Реми чувствовал, что объяснения такому языковому феномену он так и не получит.

Тем временем края расстёгнутой кофты отклонились вправо и вернулись в прежнее положение спустя несколько секунд. Состав остановился.

— Помянем. — Сказал парень и шагнул на перрон.

* * *

Ферма к востоку от морковных грядок. День. Дом семейства Кроулби. Повсюду носятся кролики от мала до велика, пока главы семейства: Марк и Маргарет Кроулби стоят возле входной двери и спорят.

— Марк, пока я буду в гостях у Пафсов, твоя задача — съездить за продуктами.

— Но! — Попытался возразить «Глава» семейства.

— Никаких «но»! Тебе напомнить, что было после предыдущего бейсбольного матча?! Да вас с твоим дружком чуть не загрызли! — Коричневая крольчиха в новомодном розовом спортивном костюме с двумя белыми полосами по бокам раздражённо вздёрнула ушами.

— Но, милая, это была всего лишь куница. Тем более этот негодяй сам нарвался! Честно! — Словно провинившийся скаут следокопыт, оправдывался белый кролик в красной клетчатой рубашке и синих джинсах, с накинутой на голову выцветшей панамой с отверстиями для под уши.

— Я уже всё сказала. Расставь тарелки и помой овощи, когда приедешь. Приготовлю ужин. Целую. — Крольчиха закрыла двери перед носом мужа, запрыгнула в свой старенький розовый седан и уехала, скрывшись за деревьями вдоль главной дороги.

Марку Кроулби ничего не оставалось, кроме как взять список продуктов и поехать на рынок.

— Дети, папка едет на рынок, не теряйте! — Он покинул дом под крики, среди которых слышались: «Да»; «Ага»; «Хорошо»; «Ура, родителей нет дома!»

Отец на это лишь улыбнулся и закатил глаза. Характером они явно пошли в него.

* * *

Выйдя из вагона, Реми тут же огляделся. На платформу выходили различные грызуны, травоядные и не очень крупные хищники по типу лисов и харьков. Он приметил, что по большей части платформу заполонили кролики, когда как хищники составляли чуть ли не меньше половины от не кроличьего состава.

Среди всех этих животных он стоял как вышка сотовой связи с полностью открытым лицом и руками.

— Папа! Мама! Смотрите, монстр! — маленькая крольчишка ткнула пальцем в направлении попаданца, благо крикнула она это так, чтобы услышали только её родители, но Муру хватило этого для того, чтобы опомниться и в панике ретироваться за угол.

— Нет, ну всё. Это уже полная клиника! Какого хера происходит? — Он тут же достал телефон. Заряд был больше пятидесяти процентов, и у него была зарядка, но не факт, что у местных напряжение и форма зарядников подойдёт для его гаджета. Сигнала, кто бы мог подумать, не было.

...

Реми просто шёл вдоль дороги, надеясь, что его подберёт какой-нибудь зверь. Чего ему бояться? В этом сейчас попросту нет смысла, ведь на камерах, которые сто пудов у местной полиции в наличии, он, скорее всего, уже засветился. Лаборатория? Не пугайте ежа голой жопой, если его сошлют в подобное место, то он скорее узнает: единственный он такой красивый по белому свету гуляет или здесь есть ещё такие же неприкаянные души.

Спустя минут пять ходьбы он увидел стоящий на обочине старенький зелёный пикап, наполненный зеленью и овощами. Белый кролик в красной клетчатой рубашке и слегка порванных синих джинсах подкладывал под машину камни, видать, он собирался менять колесо.

— Здравствуйте уважаемый, может вам подсобить? — Реми подумал, почему бы не попытаться? В любом случае ему нужно было бы выходить на контакт с местными, а кролик куда лучше того же льва в данном случае.

— Ох, да налетел на камень, бывает, но мне бы не помешала... — Кролик повернулся лицом к человеку, который возвышался в четыре или пять раз от его роста (без ушей).

— Реми Мур. — Протянул попаданец руку.

— Марк... Марк Кроулби. Извини, а ты не болен? Или у ваших сородичей нет шерсти? Сам понимаешь. — Кроулби попредержал свою лапу, прежде чем жать её.

— Всё путём, так и должно быть.

...

Уже как пятнадцать минут они молча ехали по просёлочной дороге, в магнитоле играла музыка по типу кантри или джаза.

— Так... Откуда ты такой? — Белый кролик внимательно смотрел за дорогой, но то и дело поглядывал на неизвестное науке существо. Его внешность хоть и была, мягко говоря, экзотичной, но не вызывала особого страха или отвращения, скорее возникало чувство опасения из-за самого факта неизвестности вида.

— Я не думаю, что название моей страны скажет тебе хоть что-то. Но если я сам верно понял, то она намного дальше, чем ты думаешь. — Естественно, Реми хотелось надеяться на лучшее, ведь там ему ещё было к кому идти, те же мать, друзья, интернет, хотя здесь, наверное, есть аналог последнего. Кто-то должен, нет, просто обязан дать этому всему объяснение. Кролик же заметил его заминку. Машину продолжало трясти на ухабах.

— То есть ты здесь нелегально? Тебя ведь сошлют обратно туда... Из какого ты там далека приехал. — Спереди приближался деревянный двухэтажный дом с гаражом и какими то пристройками, рядом и внутри постоянно мелькали белые, коричневые и серые пятна. Вот уж кому в старости стаканы воды будут в кошмарах сниться.

— Я имею подозрения на то, что меня признают апатридом. — Реми вглядывался в посеянную культуру, теперь там была ясно видна морковь, много моркови.

— Ах да. Апатрид... Не напомнишь, что это? — Пикап въехал в гараж рядом с домом.

— Если кратко, то это лицо без гражданства, которого попробуй пойми куда отсылать нужно. Головная боль для миграционной службы. — Оба вышли из машины и захлопнули двери. Рюкзак и пристёгнутая за ручку к нему снизу сумка уже перекочевали на спину.

Не прошло и секунды, как к ним подлетела натуральная толпа крольчат.

— Папа, а кто это? — Белая зайка с коричневыми пятнами дёрнула отца за штанину.

— Почему оно без шерсти? — Указал пальцем на человека серый кролик с коричневыми пятнами.

— Отец, ты привёз его из лаборатории? — Пролепетал ещё один.

— Это инопланетянин? — Было слышно откуда-то из толпы.

Их буквально взяли в оцепление, задавая всё новые и новые вопросы.

— Дети, успокойтесь. Лучше помогите папке унести всё это на кухню. Простите, мистер... Напомните? — Отец семейства уже прорвал оборону и направлялся к дому, взяв с собой несколько кульков моркови.

— Реми. — Взял он из багажника несколько вилков капусты и пошёл вслед за Марком. Новоиспечённый Нео последовал за белым кроликом.

Дети, тем временем, стоились в цепь до самой кухни. Смысл их задумки был вполне понятен.

Мур прошёл за Марком на кухню, куда через окно на большой стол дети уже закидывали продукты.

Тут появляется вопрос: почему кролик вообще привёз человека в свой дом, а не оставил где-нибудь на повороте ловить следующую попутку? Ответ: Реми попросту навязался, предложив помощь по дому. Да, вот так просто. Ему в любом случае придётся прожить некоторое время в этом... Мире? Зоне отчуждения? Другом измерении? Поэтому нужно раздобыть хоть какую-то информацию заранее, чтобы вместо этого весело не набивать себе шишки на нюансах местной культуры, менталитета и законодательства. Да и что уж там. Попросту денег подзаработать на первое время. Кролик пообещал оплатить помощь, нужно всего-то было: помочь помыть овощи, поправить спутниковую тарелку, поменять остальные колёса на его авто и ещё по мелочи. Было непонятно, что именно побудило его согласиться на предложение человека, лень или же желание помочь, но имеем что имеем.

...

— Вот так нормально? — Кричало с крыши существо без шерсти.

— Ещё немного! Таак... Есть сигнал! — Кричал ему в ответ голос из окна ниже.

— Лезу обратно. — В этот момент планы Реми были нарушены. Сильный поток ветра заставил человека поскользнуться на черепице и съехать вниз.

— Вот же...! — Словосочетание «мужицкий дождь» обрело пример в виде упавшего с крыши в кусты Реми.

Многочисленные свидетели этого полёта в стиле кирпича тут же подскочили посмотреть, что же стало с их разнорабочим. Из окна показался Марк.

— Ты там как? Ничего не сломал? — В голосе было слышно беспокойство.

— Сейчас выясним! — Попаданец встал в полный рост.

— Всё путём! Что там ещё осталось? — Реми отряхнул свою кофту и штаны, покрытую какими-то лепестками, листьями и чем-то ещё.

— На этом всё! Работа окончена! — Заричал из окна кролик.

Человек показал большой палец вверх и пошёл в дом, попутно отряхивая свою одежду.

...

Куча крольчат сидела вокруг человека, перед ними стоял ноутбук. Он уступал по размерам и мощности гаджету Реми, но было ясно видно, что он был куплен сугубо для работы, а не для игр.

— Мама не разрешает нам им пользоваться, но ты взрослый, тебе можно. — В интонации было слышно, что он не стал упоминать слово «наверное».

Попаданец смотрел на очень знакомую, но в то же время чужую картину. На главной странице поисковика красовалась большая надпись «Zoogle». Мозг чуть было не объявил полный блекаут, но размышления на эту тему нужно было устраивать позже, а сейчас он потянулся к клавиатуре. Вместо привычного двойного набора символов его встретила самая обычная кириллица, как бы она здесь ни называлась.

Первым делом попаданец пожелал узреть карту мира, и уже через несколько секунд он видел... самую обычную карту земли, такую, какой он её и знал.

— Как называется ваша страна? — Спросил апатрид, не поворачивая голову.

— Анималия! — Наперегонки выкрикнули крольчата, некоторые из них стали отбивать какую-то простую мелодию, может быть, что-то связанное со страной по типу гимна.

Они сёрфили интернет ещё пару десятков минут, и по итогу он сделал для себя несколько выводов: это не какая-то зона отчуждения с геномодифицированными животными или что-то подобное, а вполне функционирующее общество, которое в полной мере занимает собой всю территорию планеты. Совпадений при этом с его миром было крайне много, начиная с названий страничек в интернете и заканчивая самой планетой. Под конец, когда Реми уже хотел завязывать с этим делом из-за кипящего как чайник мозга, он наткнулся на новости о разрушенном сегодня памятнике какого-то Рысевича, придумавшего, как заявлялось там-же, климатические стены.

— Что за климатические стены? Кондиционеры, что ли? Это было такое важное изобретение? — Человек кликнул по ссылке, в этот же момент понял: в своём стремлении полного равенства совершенно разные животные справляются куда лучше людей из его мира. Давая разным видам не просто какие-нибудь унифицированные автомобили или тому подобное, нет, у них были две искусственных климатических зоны!

— Ахере... Кхм. — Молодой человек решил не выражаться при детях. — Ничего себе... Это у вас во всех городах такие стены? — Спросил он у уже заскучавшей и вчетверо сократившейся группы крольчат.

— Нет, дядя Реми. — По просьбе Марка дети звали его именно так. — Стены зверополиса были построены о-о-очень давно! Такие есть не везде, только в очень больших городах! — Вещал серый кролик в голубой футболке и оранжевых шортах. Информация была обобщённой версией того, что и так было написано прямо на экране. Реми не стал прерывать его и просто позволил продолжать рассказ об истории стен.

...

Маргарет Кроулби припарковалась возле дома, в том же месте, где и всегда. Заглушив двигатель и выйдя из авто, она встала и подумала, не забыла ли она ничего у друзей семьи. В эту же минуту до её чутких (как и полагается кролику) ушей донеслись странные звуки с обратной стороны дома, напоминающие хлопки.

[Пух], раздался хлопок, [Дзынь], последовал звук, характерный для пустой консервной банки.

Что это значит? Чем там занимаются её дети? Неужто муж всё-таки уехал на бейсбол, вопреки её просьбе?! Сегодня кто-то получит! — Мысленно уже сделавшая выводы и активно прорабатывавшая планы наказания своего суженного, она пошла через дом и обнаружила своего мужа у окна, мирно наблюдающим за чем-то, происходящим в поле.

— Марк, ты здесь? Что такое происходит в огороде? — Крольчиха уже заприметила чужие рюкзак и сумку в прихожей, явно предназначенные для зверей, в разы больше кроликов.

— Ох, Маргарет, ты вернулась! Как там дела у Пафсов? — Белый кролик в красной клетчатой рубашке и синих джинсах повернулся к коричневой крольчихе в спортивном костюме.

— У Пафсов всё отлично, как обычно, разве что старший умудрился поступить поступить в полицейскую академию, как эта Джуди Хоппс. Сказали мне: «В зверополисе каждый может быть тем, кем захочет», глупость-то какая. — Покачала головой Маргарет.

— А по-моему, это здорово. — Возразил кролик. — Если смогла крольчиха с Малых норок, то и с морковных грядок кролики справятся. — Предположил он.

— Ошибка выжившего, не более. Сколько кроликов было до неё? А они были, я уверена. И кого ты к нам привёл? Нового дружка завёл?! — Тут же она сменила тон с спокойного на обвиняющий.

— Дорогая, он помог мне с колесом на трассе. Мы с ним и по дому много дел сделали, вот, смотри, телевизор работает.

— Да? И чем он сейчас занят? — Сложила Маргарет лапы на груди.

— Он сейчас на поляне. Дети сказали, что он стреляет по банкам из транквилизатора...

— Что он делает?! Марк! Ты рехнулся?!

...

[Пух], [Дзынь], Очередная банка слетела с места. Уже как десять минут у стрелка самым наглым образом отжали пистолет. Да, он не был приспособлен для лапы кролика, да и размер был не тот, однако ничего не помешало этим охламонам поставить ствол на какую-то сухую ветку и стрелять с упора, выглядя со стороны как миниатюрных пушкарей. Реми лишь помогал перезаряжать пистолет, так как его рычаг был слишком тугим. Стреляли они по двое: один крольчонок целился, другой нажимал на спуск. Реми не видел повода отказывать, так как у него было ещё 3 баночки с пулями.

— Отойди от детей! — На поляну влетела коричневая крольчиха.

— Мама, не надо, дядя хороший! — Заголосили крольчата, что-то похожее по смыслу.

Пока мать подгоняла подрастающее поколение колонии к себе, Реми взял пистолет, сделал холостой выстрел и сунул в ствол красную проволоку, выступающую в роли бюджетного маячка, показывающего, что оружие разряжено.

— Мэм или... Мисс? Простите, я не разбираюсь в этом. Уверяю, вашим детям ничего не угрожало. — Показал он примиряющий жест свободной ладонью.

— Маргарет. — Подошёл к жене сзади белый кролик. — Всё в порядке, видишь?

— Марк, пусть этот... кто бы это ни был, уйдёт! У него даже не транквилизатор, это натуральное орудие убийства! — Она перевела взгляд на ствол, длина которого составляла около половины от роста её мужа.

Реми и Марк переглянулись, они оба прекрасно понимали, что крыть такой аргумент им попросту нечем. Реми уже прочитал, что в этой стране нелегальны даже транквилизаторы, которые могут оставить шрам на шкуре. Единственное допустимое смертельное оружие применяется полицией по исключительным случаям и представляет собой обычный дротик с сильнодействующим ядом. Что интересно, в местной сети Реми нашёл упоминания о разработках огнестрельного оружия, но его свернули из-за того, что животные сильно повреждали слух, а те, кто имел особо острый нюх, начинали сильно чихать из-за пороховых газов. Спортивные пневматические пистолеты также не появились из-за своей бессмысленности, ведь тогда конструкторам пришлось бы прорабатывать конструкции, размеры и виды рукояток для всех видов. Так что Байкал Реми тоже можно было считать эксклюзивом.

Тем Реми и Марк поняли, что человеку лучше покинуть это место, пока настоящая глава колонии не вызвала полицию.

— Без проблем, я уйду, как пожелаете. Марк, можно тебя на пару слов? — Человек убрал пистолет и баночку пуль в чехол, после чего пошёл в сторону дома, чтобы забрать рюкзак и сумку с ноутбуком.

Пока Маргарет отчитывала своих детей, Марк и Реми зашли в дом.

— Марк, знаю, что ты мне и так заплатил за то, что я сегодня сделал, но не мог бы ты дать мне немного денег в долг? Сам понимаешь, мне нужно будет где-то обосноваться. Я верну, честно.

— Хорошо. — Сразу же согласился он.

— Да, я понима... Стоп, правда? Вот так просто? — Реми честно не ожидал, что фермер согласится просто так помочь автостопщику, хоть и проявившему себя в делах по его хозяйству.

— Ты ведь пообещал вернуть, я верю тебе. — Как ни в чём не бывало ответил кролик. — Моя бабушка учила меня быть добрым со всеми и... — Начал читать он какую-то нотацию.

— Я понял, может, ты мне подскажешь, куда мне вообще можно пойти? Я уже рассказывал по дороге, что не обременён какими-либо предпочтениями к месту жительства.

Кролик потупил взгляд.

— Отсюда есть две дороги поездом: первая ведёт в рогатую долину, там много деревень парнокопытных. Второе направление — это зверополис, столица нашего региона. Там могут жить и живут все виды. Туристическая столица как-никак. — Объяснял кролик, пока Реми надевал все свои вещи.

— Могу подбросить до вокзала, правда, все рейсы уже прошли, нужно ждать до завтрашнего утра. — Они оба вышли на улицу.

...

Маленькая парковка возле станции.

— Всё путём, мне уже приходилось спать на вокзале. — Человек попрощался с кроликом, пожав его лапу.

— Удачи тебе, Реми, и про должок не забудь!

Он вывернул руль и уехал с парковки станции.

Реми вернулся туда, откуда ушёл около пяти часов назад.

— Где только наша не пропадала. — Он взошёл на перрон и сразу же решил внимательнее осмотреть пустую станцию.

Сама платформа находилась примерно в полуметре от земли и была выстлана каменной плиткой. Хорошая такая жёлтая лампа освещала постройку довольно крупных размеров. Это был туалет. От него вправо отходил большой козырёк, выполняющий роль крыши. Всё было стилизовано под стать названию станции «Морковные грядки». Все поверхности буквально кишели изображениями и резными фигурами этого овоща. На стене находился терминал, похожий на бпнкомат бело-оранжевых цветов.

— Ну дают звери... — Поставил сумку и рюкзак на скамейку, сел и открыл телефон.

Батарея показывала сорок процентов, но его волновало не это. Часы показывали только 17:28, когда вокруг уже была темень. Часы явно работали неправильно, но другого и нельзя было ожидать. Он просто поставил таймер на 5 часов, сунул телефон в карман и застегнул кофту.

— Надеюсь, я найду хоть какие-нибудь ответы.

Прежде чем лечь спать, он кое-как натыкал и оплатил билет до зверополиса.

Большой город

Станция «Морковные грядки».

Утро у Реми выдалось бодрым, ведь ничего с утра не бодрит лучше, чем харя суриката, находящаяся в сантиметрах от твоего лица.

— А-ах! Мать твою! — Реми резко подскочил при виде этого опаснейшего на планете существа, однако мозг, от которого только что отошла вся кровь, очень ясно намекнул, что если он продолжит исполнять такие финты, то А: он ляжет точно так же, как и встал, ведь старость, как говорится, не радость, и неважно, что ему нет и двадцати пяти. И пункт Б: если бы он так сделал с крупным хищником, то лицо человека уже, скорее всего, стало бы мордой и при этом весьма разукрашенной.

Сурикат тем временем очень натурально пародировал статую, сложив передние лапы по швам и вытаращив на человека глаза по пять копеек.

Реми обратил внимание на его одежду: белая рубашка с оранжевыми петлицами на плечах, оранжевый галстук, тёмно-серые брюки и бело-оранжевый головной убор, отдалённо похожий на фуражку.

Да это же проводник! — Подумал Реми.

Сам же проводник явно не ожидал такой бурной реакции от зверя, мирно спящего на лавке.

Обоих из ступора вывели умные часы на левой лапе проводника, сигнализирующие об отбытии поезда через минуту.

— Товарищ проводник, прошу прощения, вы были очень близко. — Поднял Реми свой рюкзак и сумку.

— А... Да... Хорошо, сэр, думаю, я и вправду подошол ближе, чем следовало... — Кивнул сурикат.

Естественно, он сейчас хотел сказать этому зверю, вида которого сурикат даже не знал, пару ласковых, но регламент ему не позволял это сделать.

Тут попаданец вытащил билет, который вчера ему выплюнул терминал, в обмен на 2 бакса.

— Может, подскажете, в какой мне вагон? — Билет оказался перед мордой проводника.

— Второй вагон. — На автомате ответил он и указал направление.

— Спасибо. — Реми быстрым шагом пошёл в указанном направлении, когда, как у более маленького существа, появилось сильное желание взять отпуск или хотя бы больничный.

...

Мур уже пятнадцать минут сидел у окна. Поезд был почти безжизненным в это время суток. Видать, ранним утром никому не нужно пользоваться общественным транспортом. Пенсионерам из его мира, по его мнению, стоило бы поучиться у местных.

Ровный перестук колёс нарушила открывшаяся дверь, это очередной зверь проходит сквозь вагон. Верблюд в широких штанах и тюрбане на голове неспеша прошествовал на другую сторону, даже не удостоив человека взглядом.

После всего того, что навалилось на Реми за предыдущий день, он совсем забыл о том, что у него и маковой росинки во рту не было. Живот заурчал, подтверждая его мысли.

Делать нечего, он взял рюкзак и открыл замок, внутри его, как и всегда, встретил чехол с пистолетом и пулями, набор для чистки, термос, половина старой шоколадки и пара пачек яичной лапши. Идея разводить лапшу чаем была признана сомнительной, поэтому уже через десяток минут в рюкзаке лежала пустая обёртка из-под шоколадки, а в его руке находилась полупустая крышка термоса, в которой находился красный чай.

Пейзаж за окном уже давно сменился с зелёных степей на тёмно-зелёный высокий лес. Местность была наполнена оврагами и скалами, но Реми уже не обратил на это своего внимания, так как уже вернул крышку на место, закрыл рюкзак и залип в стенку, обдумывая своё перемещение. В поезде у него уснуть уж точно теперь не выйдет.

...

— Японский городовой... — Опешил попаданец, когда в окне стал виден город. Нет, он видел его фотки, когда шарился в ноутбуке крольчихи, но он не ожидал, что он выглядит настолько ярко и красочно. Не поняв, каким же Макаром архитекторы добились такого эффекта, он переключился на разглядывание деталей, пока поезд проезжал по мосту над огромной рекой, по которой ходили различные суда. Реми стал думать о временной конспирации.

— Кажется, харю мою всё же нужно будет прикрыть, а то со мной красивым не одно сторис сделают. — Подбодрил себя красивый.

Поезд промчался прямиком в пустынный район, почти у самого моста стояла огромная надпись «Зверополис приветствует вас». Реми попросту не остовалось выбора, кроме как пялиться в окно и впитывать визуальную информацию, получаемую из окна.

— Они отгрохали небоскрёб в виде пальмы? Откуда у них столько денег на подобные проекты? — Остаётся лишь гадать.

[Ву-у-ух]. Состав проехал сквозь стены стихий и оказался в заснеженном районе, название которого человек так и не удосужился узнать. (На самом деле он интересовался сугубо деталями работы климатических стен, а не тем, какие рацоны он поддерживает. Отчасти уже жалел, что поступил так опрометчиво.)

...

За последующие несколько минут за окном то и дело сменялись виды на различные районы города, и вот настал момент прибытия.

— [Станция: центральный вокзал, добро пожаловать в Зверополис]. — Сообщил голос из динамика под потолком.

Человек же чуть ранее обнаружил небольшой сюрприз. На дне внешнего кармана рюкзака лежала давно забытая медицинская одноразовая маска, взятая им когда-то для похода в поликлинику. С точки зрения конспирации это было, конечно, такое себе решение, но выбирать не приходилось. Да, местные привыкли к разнообразию видов, однако существо, о котором не слышали даже дети, сидящие сутками в интернете, явно вызовет хоть бы и какой, но ажиотаж, мол, дайте посмотреть на этого красавчика. — Перешёл на позитивные рельсы красавчик.

...

Выйдя на перрон, он тут же оказался в плотном потоке различных млекопитающих: куницы, рыси, бегемоты, лошади и прочие прочие.

Рука крепче сжала ручку сумки, в которой находилась весьма недешёвая техника.

Реми вышел на площадь перед центральным вокзалом, половину которой уже освещало солнце. В некоторых кафешках на противоположной стороне улицы нерасторопные работники уже расставляли зонтики и стулья, когда как другие забегаловки работали круглосуточно. Дома, окружающие это место, были построены в разных стилях, но при этом умудрялись не выбиваться из общего вида.

— Вау... Что ж... Подитожим. В чужом городе, в чужом мире и без понятия, как вернуться обратно. Сегодня мне край как нужно найти работу и жильё, а там можно будет и подумать, кто мне эту ссылку в зоопарк выдал. — Пробурчал Мур поправил лямки рюкзака и пошёл вперёд по улице, рассматривая местных обитателей.

Он засмотрелся на белоснежную ласку в серебристом платье, которая о чём-то говорила с оцелотом, одетым в подобие костюма тройки синего цвета. Сидели они за одним из столиков и попивали какой-то горячий напиток.

— Эй! Смотри, куда ноги ставишь, урод! — Крикнули совсем рядом.

Реми тут же попытался высмотреть, какому же бедолаге не повезло заляпать рубашку своим чаем офисному работяге или наступить на туфлю вышедшему из ресторана отморозку, но никаких скандалов в поле зрения небыло.

— Он ещё и игнорирует! Вы только посмотрите! — Продолжал голос.

И тут попаданец понял, что попал. Он посмотрел вниз и увидел выдру в деловой рубашке, сером галстуке и чёрных штанах на подтяжках из непонятного материала.

— Ох, извините меня, я приезжий, не заметил! — Снова использовал успокаивающий жест ладонью Мур.

— Не заметил он... — Буркнул выдра и пошёл дальше. — Понаприезжали тут!

Человек продолжил прогулку, радуясь про себя, что всё обошлось.

— Ужас, эти звери такие люди! — Реми, кажется, уже начинал сравнивать не людей с этими зверями, а зверей с теми людьми, среди которых он и жил.

...

Спустя два часа солнце уже хорошенько так припекало, а тело мягко начинало намекать, что за всё время нахождения здесь шоколадка и двести миллилитров чая — это не есть гуд.

— Время срать, а мы не ели. — Жертва целебного голодания решила использовать немного зелёных бумажек по прямому их назначению и взять себе приличный обед в какой-нибудь кафешке.

Выбор пал на кафе для всех видов (каких было ещё куча дальше по улице). С самого начала в голову Реми закрались смутные сомнения насчёт этого заведения, название «Ракета» наталкивало на мысли о каком-то клубе, однако изнутри это оказалось довольно уютное заведение: коричневые диванчики вместо кресел, прямоугольные деревянные столики с резьбой, тёмные, коричнево-зелёные цвета затемнённого помещения быстро изменили впечатление с ночного клуба на шикарную кофейню.

Он подошёл к столику в самом углу, подальше от входа. Рюкзак и сумка заняли свои места на диванчике напротив.

— О, привет, дружище! Чего желаешь заказать?? — Официант явно решил взять его напором и неожиданностью. Реми мог поклясться, что слышал где-то вдалеке злорадный смех напуганного им проводника.

— О, я... эм... а можно меню? — Реми уже снял маску и сунул её в карман. Молния на кофте была полностью расстёгнута.

— Ох! Само собой! — Официант подхватил меню с соседнего столика, подал его посетителю и поспешил скрыться на кухне.

— Какой, однако, экспрессивный... Ну да ладно, посмотрим, чем нынче кормят крупных хищников. — Он совсем не обратил внимания на внешность официанта.

...

На первое он заказал какой-то суп с морепродуктами, назывался он «золотая рыбка». В качестве второго он взял себе небольшой мясной рулет (из соевого мяса), а напиток самый привычный: крепкий красный чай.

Официант вновь вернулся, принял заказ и ушёл на кухню.

...

В ожидании своего заказа Реми пялился на работающий телевизор, висевший над барной стойкой в противоположном углу помещения.

— ... Также следует помнить, что опасные преступники, покусившиеся на жизнь внука создателя стен стихий Милтона Рысевича и шефа полиции капитана Буйволсона: Синяя змея и офицеры Николас Уайлд и Джуди Хоппс, всё ещё находятся на свободе, мы просим граждан сообщать любую информацию, которая поможет их поимке. А теперь новости по поводу предстоящего фестиваля... — Диктор продолжал вещать что-то на фоне, пока Реми доставал из рюкзака зарядку. Как оказалось, в Анималии используют розетки американского типа, именно поэтому в планы вошла покупка адаптера либо же нового блока для зарядки телефона. Напряжение также было меньше, но это уже было не критично. Что насчёт провода, попаданец уже сообразил, что в этом мире животные идут по тенденции полной унификации. Телефонные кабели тайп-С и в ином мире имели такое же обозначение, но с припиской размера.

Дело в том, что на столе вдоль стены располагалось маленькое длинное устройство для зарядки гаджетов. Каждое из разъёмов имело размер чуть больше предыдущего, одно из которых уж очень подходило под размеры провода Реми.

Через несколько телодвижений телефон выдал анимацию начала зарядки.

— Да будет свет, сказал электрик и перерезал провода! — Остался довольным собой товарищ Мур.

— Твой чай, приятель. — Серый волк, одетый в простую барменскую униформу, поставил на стол стеклянную кружку и маленький чайник на пару сотен миллилитров, который тут же опустел на одну треть, заполнив содержимым чашку.

— А вы...? — Не успел и слова сказать человек, как волк поставил чайник и продолжил. — Оливер, Оливер Чопперс, бармен. В это время никто не приходит, вот ты и стал небольшой неожиданностью хе-хех. Скоро принесут заказ, не переживай.

Реми решил рассмотреть его повнимательнее. На бармене были классические элементы одежды для его профессии: бежевая классическая рубашка в полоску с длинным рукавом, чёрная бабочка, чёрные брюки и коричневая шляпа-котелок. На ступнях красовались блестящие чёрные мужские туфли. Поверх всего этого находился зелёный фартук, на котором была видна пара тёмных разводов.

— Ладно, спасибо, буду ждать заказ. Хотя постойте, к вам есть дело. — Серый вернулся к столику.

— Выкладывай, какое у тебя дело? — Тут же подошёл он.

— Видите ли, я приезжий. Мне нужна работа и жильё подешевле. Может, вы подскажете, куда лучше пойти? — В таких ситуациях Реми всегда чувствовал себя неловко, но особого выбора у него не было.

Волк не стал долго думать и даже не отвёл взгляд, он сразу же начал рассказ.

— Считаешь, что простой бармен знает что то подобное? Ты не ошибся. — Подшутил он.

— Насчёт жилья всё просто. Все приезжие снимают комнаты в «Гранд Панголин Армс», но не советую, жуть какое шумное место, стены как из картона. — Волк вспомнил недавний неприятный момент из своей жизни в том месте. — А вот насчёт работы...

— Несу! Уже несу!! Волк, посторонись! — Усатый официант поставил заказ на стол.

— Бон аппетит! — Уже через секунду третий персонаж исчез из коридора. Волк продолжил.

— Это для него нормально, расслабься. На счёт работы... Что ты умеешь? — Он оперся левой рукой на стол, правую он упёр в бок, а левую ногу поставил за правой.

— Я повар-кондитер, но могу и обычные блюда готовить, не думайте. — По взгляду волка стало очевидно, у него появился какой-то план.

— Слушай, приятель. — Он сунул левую руку в карман. — У нас как раз есть свободная вакансия повара. Не хочешь попробовать себя на нашей кухне?

Само собой, Реми тут же ухватился за эту возможность.

— Правда? А какие условия работы?

— Давай-ка тебе об этом расскажет наш менеджер. Проходи на кухню, как поешь, не заблудишься.

...

Дверь издала лёгкий скрип, человек оказался на кухне. Там его уже ждали беседовавшие друг с другом звери.

Оливер стоял рядом со светло-рыжей лисой, которая сидела на краю выключенной электронной плиты, запрокинув ногу на ногу. Её одежда с первого взгляда просто впечатывала в мозг мысль о её принадлежности к административной составляющей заведения: белая рубашка с чёрным, как смоль, галстуком, чёрные туфли на коротком каблуке, светло-серые брюки и такого же цвета расстёгнутый пиджак. Оба, к слову, были с Реми примерно одинакового роста, что его не очень удивило.

— Так, кто здесь у нас? Проходи, мы не кусаемся. — Лиса спрыгнула с плиты и встала рядом с волком.

— При свидетелях. Ух!!! — Добавил волк, прежде чем получил локтем в бок.

— Тише, не пугай его. — Она перевела взгляд на человека. — Да, как видишь, у нас тут своя атмосфера. И так, у тебя есть есть документы?

При себе Реми Мур на постоянной основе имел лишь копию своего паспорта, которую носил во внутреннем кармане кофты. Он бы и его оставлял дома, если бы не знал, что очередная поездка к другу в деревню может окончиться встречей с полицией из-за бабки-скандалистки.

Он залез во внутренний карман кофты, выудил свой паспорт и передал его. Скарлетт повертела его в руках, просмотрела страницы и передала его волку. Владелец паспорта хотел было возмутиться такому подходу к его документу, но не успел ничего сказать.

— Если приготовишь что-то вразумительное из меню, можешь приступать хоть завтра. — Волк протянул паспорт, после чего тот оказался в руке повара и перекочевал в карман.

— Хорошо, но можно вопрос? Где повар, готовивший моё блюдо? — Менеджер и бармен переглянулись, слово взял последний.

— У него появились срочные дела в Сахара-сити. К тому же, вы с ним будете работать в разных сменах. — Это было сказано таким спокойным тоном, что у Мура отпало любое желание уточнять что-либо.

— Хорошо, но мне понадобится рецепт на первые дни, вы не против? — Он взял меню и стал более внимательно ознакамливаться с ним, чем во время заказа. Волк покинул помещение, когда как лиса продолжала его консультировать.

— Да, ты можешь делать что хочешь, главное, чтобы заказы были выполнены. — Скарлетт пожала плечами и подошла к нему виляя хвостом.

— Приготовь вот это. — Ткнула она в изображение, над которым было написано гордое название «Клубнично-шоколадное пирожное».

...

Повар-кондитер вставил, поставил форму в печь, оставалось лишь подождать до готовности. Он ожидал получить какой-нибудь экзотический рецепт, который бросил бы вызов всем его умениям, но по итогу он приготовил брауни с большим количеством клубники и банана. Без шуток, в рецепте было ОЧЕНЬ много клубники и банана. Их там было до такой степени, что если бы в такой же пропорции положили мясо при приготовлении блюда «макароны по-флотски», то блюдо бы стали называть «флотски по-макароцки».

При всём этом дебилом себя чувствовал именно он, ведь в меню был чётко и ясно изображён самый обычный шоколадный брауни с добавлением малого количества высушенных кусочков клубники и банана. Могло быть и так, что он попросту не смог правильно прочитать рецепт, ведь, несмотря на то, что ему понятны слова и надписи, когда было бы логичнее увидеть английский, ведь Анималия располагается именно на территории штатов, имперская система никуда не делась. Но и тут несостыковка вставала утренним колом. Когда их обучали основам кондитерского дела, то краем ознакамливали и с соотношениями имперской и метрической систем. В общаге, уже на последних месяцах обучения, они часто готовили что-то на спор. В один из таких споров его товарищи подбили на приготовления торта, используя только имперскую систему, при этом не прибегая к справочникам. В тот день он не только всрал почти всю стипендию на приготовление третьего по счёту торта, но и кое-как выучил некоторые соотношения.

— Это пиздец. — Высказал он своё мнение о получившемся угощении. — Спишем на привычку к другой системе. Надеюсь, она не слишком придерётся к первому блину, ставшему большим таким комом.

...

Печь издала щелчок и отключилась, Реми вытащил форму, и на тарелку упал большой коричневый прямоугольник, усыпанный красными и жёлтыми пятнами.

— Осталось сообщить менеджеру. — Он обернулся, чтобы закрыть печь, но увидел перед собой лисью морду.

— Нет необходимости, я уже здесь. — С обезоруживающей улыбкой произнесла она.

— А-а!!! — Повар поскользнулся и начал падать, но тут его схватили за края ворота и вернули в вертикальное положение.

— О-о нет! Не падай! Вот так вот. Прости, хах, давно так не делала. — Ей стало неловко от своей проделки.

— Н-ничего, ваш заказ готов. Но я, возможно, напутал пропорции в фруктах. — Начал оправдываться человек.

Лисица тем временем отрезала ножом для фруктов несколько мелких кусков и отправила себе в рот.

— Мм! Нет, всё в порядке, очень хорошо! Просто небольшая ошибка, которую не заметили при печати. Ты принят, завтра здесь в девять утра. Выходные: суббота, воскресенье. Зарплата как для среднего млекопитающего, две тысячи в месяц.

— Подождите, как для среднего? А какие ещё бывают?

— Действительно далеко тебя жизнь закинула... Ладно, что ж, давай-ка я тебе объясню кратко. — Она немного замялась. — По всей стране введены программы налогооблажения и субсидирования. Они разделены на две категории: травоядные и хищники. Звери в обеих группах, в свою очередь, делятся по размерам на крохотных, малых, средних, крупных и особо крупных. Соответственно, чем ты меньше, тем меньше денег тебе нужно тратить. Поэтому чем меньше размер животного, тем больше у него будет подоходный налог. Помимо этого, хищники получают надбавку, ведь для жизни им дополнительно нужны мясо, яйца и так далее. — Рыжая завершила лекцию, брауни всё ещё лежал на столе.

— Понял... Завтра буду как штык. — Ответил нанятый повар. Фоксли уже уносила брауни в кабинет.

— Не советую, у нас приличное заведение. — Произнесла она с явным подколом и выключила свет на кухне.

...

Апартаменты «Гранд Панголин Армс»

— Вот ваши ключи, не потеряйте, клопов травим раз в месяц, наслаждайтесь. — Броненосец в годах, Дхарма Армадилло, отдала ключи человеку, который был выше неё в три или четыре раза, и пошла по своим делам. У непонятного существа в синей медицинской маске даже не стали спрашивать документы, главное, что другие бумажки у него оказались в наличии. Сейчас он сидел и смотрел в окно. На ужин повар заваривал себе бич-пакет. Рядом стоял открытый термос с лишь слегка теплым чаем.

Этот новый мир продолжит его удивлять ещё долго. Первые шаги он уже сделал. Есть работа и какое-никакое жильё. Осталось лишь найти способ легализоваться, может быть, получить защиту как последний представитель какого-нибудь вымершего вида и постараться интегрироваться в общество до тех пор, пока он не найдёт хотя бы ответ, как же, чёрт возьми, он очутился в другом мире на другой стороне земного шара и конкретно в едущем поезде.

— И всё же меня терзают смутные сомнения... — Сел он за стол и начал есть лапшу.

Тот наём на работу выглядел крайне ненатурально. Нет, он прекрасно понимал, что говорящие и ходящие на задних лапах, копытах и плавниках (он краем глаза увидел в телевизоре морского льва в шутовском прикиде) млекопитающие — это то ещё зрелище, но поведение конкретно этих индивидов походило на какую-то игру. Ладно, что закрыли глаза на документы. Но они толком-то и навыков его не проверили, заказав лишь брауни, хоть и с весьма... прогрессивным рецептом.

— Когда подзаработаю денег нужно будет вернуть должок одному кролику... И купить себе местный телефон, жизненно необходимая вещь. — С такими думами он лёг спать.

...

Саванна централ, поздний вечер.

— Ты что, серьёзно попросила приготовить брауни? — Волк шёл по улице без фартука, но поверх рубашки был надет чёрный пиджак. Его морду озарила слегка насмешливая улыбка.

— Да ладно тебе, вышло неплохо, я так давно не ела брауни! И, пожалуй, да, я сама виновата что не внесла поправок. — Поддержала настроение лиса.

В правом кармане боюк раздался телефонный звонок. Волк смахнул зелёную иконку.

— Да?... Понял... О, о стой!... Клиенту понравился обед. Да, он так и сказал. В любом случае продолжаем поиски. — Трубку сбросили.

— Как у них дела? — С сожалением спросила лисица.

— Мёртвая точка. Но мы найдём его. — Волк ускорился.

— Если он не закончит раньше... За дело. — Лиса поспешила за ним.