Сын холода (джен)

Всё же не зря он пощадил мальчишку. В то время как Хогвардс бился над проблемой поиска и выбора лучших из лучших, он решил эту проблему одним мановением руки. Глупцы магглы назвали бы это судьбой, он — умением. Несомненно мальчишка отличался от всех, кого Тёмный лорд когда-либо встречал. Избранный Поттер по сравнению с ним лишь пепел, грязь, никчёмность.

Ради необыкновенной находки Реддл пожертвовал Сивым и Амикусом Кэрроу. Зато получил наглядную демонстрацию силы схожую разве что с обскуром. В истории магической Британии обскуры занимали особое место. Обуздать такого мага трудно. Что было доказано самим Гриндевальдом. Том торжествовал, Криденс Бэрбоун, он же Аурелиус Дамблдор почти разрушил Лондон, доказал неспособность Министерства магии принимать взвешенные решения, быстро реагировать на ситуацию.

Брат Альбуса Дамблдора под знамёнами Гриндевальда. С этого момента магическое общество Британии раскололось надвое.

— И у тебя Альбус есть слабые места, — такое пятно на репутации хуже самых страшных злодеяний.

Пусть Дамблдор выкарабкался с помощью Снейпа, Хогвардс потерял профессора. Око за око. Единственное в чём магглам уступали волшебники — высказывания. Выражать мудрость в словах они прекрасно умели. В остальном... Праведный геноцид среди магглов и грязнокровок — слухи. Реддл специально распространил его в среде Пожирателей. Он сам регулировал этот фактор. В конце концов низшее звено тоже часть пищевой цепочки.

Мысли Тома снова вернулись к сыну. Наречённый Александром, провозглашённый наследником Тёмного лорда. Никто из Пожирателей не посмел критиковать Господина. Алекса воспринимали наравне с отцом. Реддла устраивало повиновение слуг. Правда во взглядах некоторых нет-нет да проскальзывала приглушённая ненависть к молодому человеку.

Реддл намеренно оставлял за сыном право решать участь таких Пожирателей. Например Люциус перечил Александу. Рейды, где сплочённость команды важнее, чем банальный страх, смута исключалась. Малфой ставил под сомнение поступки и приказы главы отряда, из-за чего происходил каллапс.

Конечно Люциус затаил обиду. Палочка предмет первой необходимости для магов. Сломав её Реддл, унизил Люциуса в первую очередь перед сыном и женой. Драко и Нарцисса остались с Пожирателями. Переметнуться на противоположную сторону, оставить Люциуса одного, женщине не позволила бы совесть и любовь к мужу. Том считал, привязанности практичны, идеально подходят для манипуляций, остальное второстепенно.

Дементор с ними, с Малфоями. Извлечь выгоду, при первых попытках бунта лишить всего. Сейчас важна власть, даже Дамблдору не снилось то, что есть у него. Пришедший их странного места под названием Пустота, Александр обладал способностями к невербальной магии, умением понимать не только язык змей, но так же некоторых животных, находил прорехи в пространстве, которые вели в другие миры и измерения.

Реддл долго штудировал разные магические книги, даже читал маггловские трактаты. Уникальные издательства, запрещённые, редкие. У маггловского народа называемого скандинавы, были Мифы и легенды, которые описывали древнюю магию. Палочка лишь передавала силу скрытую внутри магов, скандинавские боги наоборот — управляли стихийной энергией, редко зависящей от артефактов. Реддл признал, в историях присутствовала доля правды.

Следовательно подобные Александру существовали. Если ему удастся найти их, он поставит на колени не только Магическую Британию, но и весь мир. Благодаря "стихийникам", тем самым порталам-прорехам, в арсенале Тома появились разнообразные заклинания, магические предметы, люди.

Очередной рейд вот-вот подходил к концу, Алектo Кэрроу сообщила, после продолжительного боя, они взяли в плен сильнейшего мага. Реддл предвкушал встречу с ним, обдумывая, как получше использовать полученные в процессе допроса знания.

— Они здесь, мой Господин, — Белле не терпелось увидеть мага.

Господин обещал, ей позволят лично участвовать в допросе. Одно дело грязная шлюха из Хогвардса, мнящая себя провидицей, другое дело ровня по силе. Трелони сдавалась после одного Круцио, тряслась в конвульсиях, стонала. Играть с провидицей запретил сын Господина. Лестрейндж ревновала, потаскуха получала слишком много внимания от Александра. Ничего, она преподаст Трелони урок, самый важный.

— Господин, нам лучше пройти в залу для поединков, — Алекто смерила равнодушным взглядом Лестрейндж.

После смерти Амикуса сестра заняла его место. Кэрроу свято верила, брат погиб ради общей цели. Пусть Хогвардс выстоял, для неё всегда найдётся работа. В этот раз им попался необычный маг, он чем-то похож на великана или огра, правда цвет кожи — тёмно-зелёный и он более уродливый. Внешность обманчива, зеленокожий успел убить пятерых, прежде чем они совместно использовав Авада Кедавра, сумели утихомирить его, поместить в клетку.

Алекто ожидала, Александр вмешается, он просто стоял и смотрел. Пожирательница ощутила нечто похожее на страх, когда взгляды зеленокожего монстра и сына Господина встретились. Земля под ногами заходила ходуном, покрылась трещинами из которых исходило зелёное свечение.

Алекто слышала незнакомые слова, еле обозначенный страх превращался в животный ужас. Её сторонники отчаянно пытались выставлять магические щиты, поздно понимая, спасения нет.

"Александр," — подобно самым преданным последователям Тёмного лорда, Кэрроу могла отдать жизнь за его сына.

Молодой человек в общем хаосе выглядел спокойным и отстранённым. Александр воздел руки к небу, земля изъеденная кислотно-зелёными язвами приобрела белый цвет. Алекто обожгло холодом, руки окоченели, она еле-еле держала палочку. Небо заволокли снеговые тучи, на противника обрушился град. Сотни острых ледяных кинжалов то и дело атаковали монстра. Орудуя массивным посохом, зеленокожий старался уничтожить их прежде, чем они достигали его.

Пожиратели почувствовав поддержку пришли в себя, ударили по неприятелю заклинаниями. Монстр был лишён Пожирателями посоха, затем атакован с удвоенной силой. Клетку для транспортировки охраняли оборотни, собратья Сивого отлично справились с задачей.

— Ты понимаешь его, Александр? — существо с интересом рассматривало присутствующих, так, словно это они были его пленниками.

— Он орочий шаман, из Дренора, — сила которую использовал орк, заинтересовала Александра.

— Твоё имя, шаман, — Воландеморт не надеялся, что орк поймёт его, зато язык боли понимали все, без исключения. — Круциатус! — он слегка изменил заклинание, не один Снейп мог обойти запреты в этом плане.

На лице орка проступили капли крови. Шаман вытер кровь, показал раскрытую ладонь Реддлу. Склонив голову набок, что-то прорычал на своём языке.

— Что он сказал?

В комнате кроме Тёмного лорда, его сына, Алекто, Беллатриссы, нескольких оборотней не было никого. Охрана стояла у дверей, готовая по первому зову Господина прийти на помощь. Тома стесняло обстоятельство, ему приходится показывать свою уязвимость перед шаманом.

— Это всё, на что ты способен? Твой отпрыск куда сильнее.

Алекто и Белла сделали вид, они не слышали сказанного шаманом.

— Спроси, он готов познакомиться с миром тьмы? — Воландеморт спрятал палочку, пора показать гостю, кто здесь хозяин.

Александр перевёл слова отца. Орк усмехнулся, прошептав так тихо, чтобы услышал только молодой маг:

— Тьма давно живёт во мне.

Невербальная магия быстро опустошает. Отец хоть и доволен результатом, идёт на риск. Скверна пока неисследована, Гул’дан намеренно провоцирует отца, дабы узнать насколько тот устойчив к ней.

Дренор сам по себе мёртв, народ шамана выживает благодаря захвату новых земель. В мыслях Гул’дана Александр видел бескрайние пустоши, умирающую природу, истребление, смерть. Шаман живёт на свете за счёт живой энергии, практически как его отец.

Маг задумался, Том Реддл вырастил его, оберегал, обучал. Ради чего? Он живой мертвец, как тот же Гул’дан, его волнует исключительно власть. За такие мысли любого Пожирателя ждёт медленная смерть от руки самого лорда. Окклюменция слабо поможет, если отец захочет узнать, что думает сын.

* * *

Александр Реддл всегда подле отца. Он не сквиб, не маггл, не полукровка, не маг, он безымянный. Он плохо помнит родной мир. Лишь космическая пустота, да нескончаемый холод. Родители? У него нет ответов.

Однажды Нарцисса заметила:

— Внешне ты так похож на Северуса.

Тот самый убитый Нагайной маг. Двойной агент Дамблдора. Малфой осёкшись, старается замять тему первой. Александр едва ли сердится, он наслышан о Снейпе. Пока мужчина состоял в организации Пожирателей, зельевар успел втереться в доверие к отцу, обрести власть и уважение. Не всякому под силу сдерживаться, когда у тебя на глазах убивают друзей, говорить "да", когда так хочется возразить в ультимативной форме, ежедневно раздваиваться. Как ощущает себя такой человек? Что происходит у него внутри? Хотел бы Александр знать.

Маг смотрится в зеркало: длинные тёмные волосы, орлиный профиль, тонкие бескровные губы, нескладная фигура, глаза... Они иссиня-ледяные, без намёка на жизнь.

— Поэтому ты со мной?

Ревность к мертвецу выше его достоинства. Их с Нарциссой отношения разрешены отцом. Он выбрал именно младшую Блэк, более уравновешенную, умную, понимающую, главное способную чувствовать. На все попытки Беллатриссы завоевать его расположение, маг отвечал отказом.

Проблема с Люциусом легко решаема, в этом плане он самоустраняется. Малфой представляет себе, кто Александр, тем не менее напрашивается на неприятности. Сын Люциуса — напротив видит в Александре чуть ли не второго Господина. Драко успешно продвигается по карьерной лестнице.

Нарцисса медлит с ответом. Северус и Александр имеют одну общую черту кроме внешности — упрямство. Тогда женщина боялась за Северуса, теперь ей страшно за Александра. Сын Неназываемого одновременно пугает и манит её. Нарцисса успокаивается от его прикосновений, когда её начинает одолевать очередной кошмар, рассказывает ему о своих сомнениях, ведь Алекс не выдаст её тайн.

— Вы с ним разные, — она обхватывает себя руками, камин давно погас, вставать чтобы снова зажигать его, не хочется. — Вы оба редкие люди, сдержанные, однако в вашей душе вечно горит огонь. Александр, почему всё так сложно? Все эти жертвы: магглы, маги... теперь гости из других миров.

— Такова природа всех живых существ — разрушение, — Алекс садится рядом, накрывает их обоих пледом. — Рано или поздно наступит равновесие, Нарцисса.

* * *

Александр ставит эксперименты со скверной, используя посох шамана. Пойманные актомантулы превращаются в пепел, посох высасывает из них жизнь. Маг закатывает рукав рубашки, язвы на руке бледнеют, что-то не даёт чужеродной магии распространяться по телу. Он изготовил несколько зелий на пробу, в состав каждого входит кровь орка.

Обычные Пожиратели слабы, Алекс отдаёт мысленный приказ, дверь в лабораторию открывается, оборотень ждёт. Придётся внести исправления в формулу, если эксперимент не удастся.

— Выпей.

Оборотень повинуется. Сначала ничего не происходит, потом вервольф начинает громко рычать, вены на его коже сильно вздуваются.

— Что ты ощущаешь? — требовательно спрашивает маг.

— Будто у меня внутри огонь, Господин, — оборотень стискивает зубы. — Сила... она растёт... — будь он простым магом, голова давно бы взорвалась как от Конфринго.

— Теперь завершающий этап.

Александр делает надрез на своём запястье, капает несколько капель в подготовленный сосуд, смешивает его с зельем, снова даёт оборотню выпить содержимое. Зелье неуязвимости в его интерпретации. Дополнения внесённые скверной, призваны усилить стойкость оборотней к некоторой магии. Вервольфы имеют большую численность, быстро востанавливаются, целиком и полностью преданны Воландеморту. Что ж, теперь у него есть что показать отцу.