Апельсины (джен)

— Ты такой же, как твой отец, Поттер! — в очередной раз взорвался Снейп, сжимая кулаки. — Отвратительно!

Эти индивидуальные занятия окклюменции, которые ему навязал Дамблдор, точно вгонят его в гроб. В отличие от уроков зельеварения, здесь нельзя было спрятаться за кипящими котлами и выдерживать достаточное расстояние. И как назло тугодумный мальчишка никак не мог научиться ставить элементарные блоки. Он словно специально строил из себя дурачка и хлопал ресницами, не понимая, что от него хотят.

— Мой отец не такой, — проговорил Поттер, — и я тоже.

Снейп буквально чувствовал, как кожа на лице начинает распухать. Глаза слезились, нос покраснел, и даже зелья больше не действовали. Он чихнул и закрыл нос рукой. Это раздражало. Нужно было сдерживаться, но сил не оставалось.

Как только Поттер поступил на первый курс, Северус понял, что следующие семь лет превратятся в кромешный кошмар. Радовало, что мальчишка выбрал Гриффиндор, а ведь волею рока мог оказаться в Слизерине. Тогда точно пришлось бы уволиться или задохнуться.

Северус Снейп — альфа высшего класса, сильный волшебник, которого боятся и уважают, каждый раз, если забывал принимать специальные зелья, превращался в чихающую лужу, когда в поле зрения попадался хоть кто-то из Поттеров.

— Сэр, с вами не все в порядке, — осторожно заметил мальчишка, делая шаг ближе. — Может, позвать мадам Помфри?

Снейп инстинктивно отшатнулся и вновь чихнул. Гордость не позволяла достать маску.

— Спасибо, что заметили. А теперь убирайтесь отсюда! — рявкнул он.

Ему нужно было в лабораторию за новой порцией зелья. Поттер своим присутствием или убьет его прямо сейчас, или чертово варево в будущем отнимет его печень. Третьего не дано.

Мальчишка не сдвинулся с места. Тогда Снейп махнул палочкой, которую вытащил из рукава, заставив несносного гриффиндорца вылететь в коридор со всеми вещами. А затем активировал фильтрующее воздух заклинание.

Хватит с него этих бесполезных уроков. Если Дамблдор так сильно хочет защитить мозги Поттера от Темного Лорда, то пускай находит кого-то другого на роль учителя.

Решительно кивнув, Северус направился в лабораторию.

* * *

Урок зельеварения прошел спокойно. Снейп, с учетом того, где он находится, чувствовал себя замечательно. Разве что Поттер на него постоянно пялился, из-за чего чуть не проворонил собственное зелье. И после занятия он что-то хотел сказать, но Снейп успел скрыться в личном кабинете. Он сам себе объяснил побег тем, что у него много дел, а времени на бестолковых студентов нет.

— Северус, неужели твои зелья перестали работать? Раньше их хватало на дольше, — спросил Альбус, когда Снейп вечером зашел к нему. — Гарри очень нужны эти уроки.

— У вашего ненаглядного Поттера шалят гормоны. Я надеялся, что он и Грейнджер порвут друг друга из-за Уизли, тогда мои мучения закончатся.

— Мило с твоей стороны присматривать за личной жизнью Гарри, — усмехнулся Альбус.

Снейп скривился. С тех пор, как на пятом курсе Гриффиндора обнаружилось целых две альфы высшего класса, об этом говорили все, кому не лень. Даже в Слизерине успели перемыть им косточки.

— Я уверен, Гарри не специально, да и никто больше не жаловался, — продолжил Альбус, складывая руки на столе. — И он искренне старается научиться окклюменции. Просто…

— Просто он думает о чем угодно, но не об этом. Мне надоело просматривать его слезливые истории из детства, — сказал Снейп, поджимая губы. — Или хотя бы пускай научится контролировать свои феромоны. В этом возрасте, с его статусом ему давно пора быть более сдержанным.

— Вот ты бы и мог ему подсказать, — выдал очередную «гениальную» идею Дамблдор. Его глаза из-под очков горели энтузиазмом. — У Гарри не было взрослого, который рассказал бы ему про его природу.

— О нет, Альбус! — воспротивился Снейп, поднимая руки. — Увольте. С половым воспитанием ему пускай помогают Блэк и Люпин, да хоть та же Грейнджер, которая, я уверен, уже прочитала всю имеющуюся литературу.

— В таком случае, с такой помощью Гарри скоро сможет контролировать себя, а ты будешь в безопасности, — заключил Альбус. — Можно будет продолжить занятия окклюменцией.

Снейп про себя простонал. Казалось, все, что он скажет, Дамблдор сведет к чертовым урокам. Хотелось положить голову на руки и громко покричать: «За что?»

За что он вынужден терпеть Поттеров? Сначала Джеймса, теперь его сына.

— Лимонную дольку? — предложил Альбус после долгого молчания.

— Очень смешно, — язвительно прошипел Снейп.

* * *

Альбус Дамблдор считался бетой, по крайней мере официально. Но Снейпу казалось, что нейтральный субгендер — это одна из бесконечных масок великого волшебника. А иначе, как объяснить его влияние на других? Слова сильнее феромонов — неслыханная дерзость, которая сходила Дамблдору с рук.

Он точно не был обычным бетой. Иначе как смог убедить Снейпа вернуться к бесполезным занятиям?

— Поттер, дисциплинируйте разум! — рявкнул Северус, сжимая пальцами край столешницы.

Зелья работали, но раздражение вызывалось от очередного просмотренного воспоминания, которое Поттер не успел заблокировать. Они были связаны с его мерзкой двоюродной или какой-то там теткой. Она поносила Лили и сравнивала с собаками. Хоть немного сгладило ситуацию, что мальчишка умудрился ее раздуть и пустить летать над городом.

Добавляло то, что именно сегодня на урок седьмого курса заявилась Амбридж и пыталась сунуть свои жабьи лапы в его учебный план. Она пахла мокрой древесиной и болотом. Прошло несколько часов, а чувство брезгливости до сих пор не прошло.

— Да объясните нормально! — огрызнулся Поттер. — Я пытаюсь, но не понимаю.

Он тоже был взбешен и зол. Его феромоны заполняли кабинет, а в носу Снейпа опять защипало. Он бы мог выпустит свои и подавить неопытного юнца, но это было бы крайне непедагогично… С другой стороны, Северус прекрасно оценивал свои преподавательские навыки и знал, что может с гордостью носить имя худшего профессора Хогвартса постоянного состава. Да и какая этика может быть в вопросах выживания?

Глаза опять заслезились.

— Вас так растрогали мои воспоминания, сэр? — спросил Поттер, но тут же прикусил язык и отвел взгляд.

Снейп хотел снять баллы за дерзость, но не смог произнести ни слова. Он почувствовал невыносимую терпкую сладость на губах. Яркий удушающий запах вторгался, лез в ноздри и комом застревал в горле. Воздуха не хватало, он словно сгустился, переполненный горечью и кислотой.

Язык стал непослушным, тяжелым. В горле запершило. Снейп машинально поднес пальцы ко рту и ощутил, что губы раздулись. Ощупал выше — веки опухли. Зрение затуманилось, сузилось.

Поттер что-то говорил, но Северус не слышал его, все доносились приглушенно, словно через вату. Хриплый, сиплый звук собственного дыхания наполнил весь мир.

Сердце неистово замолотило в грудной клетке. Сглотнуть не получалось. Снейп попытался нащупать маску в кармане, но пальцы цеплялись за бесконечные ткани мантии. Палочка скатилась на пол, а защитное заклинание не получалось поставить без нее.

На рефлексах Северус, борясь с удушьем, попытался кинуться в сторону личного кабинета, но лишь врезался в стол. Захрипел.

Кто-то его подхватил, а запах апельсинов, казалось, укутал его в ядовитый кокон. Снейп попытался оттолкнуть Поттера, чья биохимия вызвала этот кошмар, но мальчишка лишь крепче сжал его плечи, не выпуская. Что-то бормотал, но оставался в ступоре, словно и вправду желал ему смерти.

Время тянулось болезненно медленно.

Сколько себя помнил, у Северуса всегда была аллергия на цитрусовые. Его острый нюх научился выискивать опасный аллерген в продуктах, и Снейп приучился избегать их. Несколько раз у него случались приступы, но он вовремя вкалывал антигистаминное или глотал горькое зелье. Было неприятно, но терпимо, тем более на фоне остальных проблем.

Жизнь превратилась в ад, когда Северус приехал в Хогвартс и познакомился с Джеймсом Поттером — альфой среднего класса. Он был не самым сильным, но очень ярким и солнечным, сразу став местной звездой. Его феромоны пахли мандаринами и мятой, чем быстро завоевали всеобщее обожание. А у Северуса даже в самом спокойном состоянии они провоцировали острый приступ аллергии. Ему приходилось или выпускать свои и становиться в глазах других агрессором, или постоянно пить антигистаминные зелья. Но феромоны — это не просто белок, эта химия куда более опасная. И если магия помогала, в случае ошибки приступы были намного сильнее, чем с пищевыми продуктами.

Северусу было плевать, кем его считают: трусом, агрессором, нюней — он делал все, чтобы никто не узнал про его аллергию. Это было унизительно и опасно. Но самым тяжелым стало расстояние с Лилей. Поттер своим запахом сначала поссорил их, а затем забрал ее себе.

Снейп ненавидел Джеймса Поттера, ненавидел цитрусовые. И по какой насмешке мироздания все это возродилось в Мальчике-Который-Выжил, который стал новым опасным испытанием. На первых курсах запах апельсинов ощущался слабо и почти никак не действовал. Но на середине третьего все начало меняться.

Альфа рос, становился сильнее и более неконтролируемым. Вновь слышались хвалебные отзывы о феромонном аромате главной звезды Гриффиндора, а Снейп быстро варил самые эффективные зелья.

И в случае ошибки аллергия проявлялась намного агрессивнее, достигая смертельной опасности. И ведь Поттер ничего не делал специально, это просто был его запах, который иногда не совсем этично усиливался из-за эмоций, даже окружающим он скорее нравился.

А Снейп умирал из-за отека, не в силах защитить себя. Какая же горькая и несправедливая ирония.

Северус уже не понимал, что происходит. Он потерял контроль, заблудился в боли и в ненавистном амбре. Он пытался дышать, но воздух не проходил, застревая в распухшем горле. Руки продолжали пытаться призвать палочку, но хватали лишь пустоту.

И в какой-то момент ему стало все равно. Он перестал сопротивляться, обмяк. Удушающий смрад апельсинов сдавливал его, а затем сменился прохладой, разлившейся по телу. Вспышка золотого света пробилась сквозь закупоривающую вату. Сочная сладость мякоти, кислинка нектара и горечь цедры заполнили легкие — дышать стало легче.

Снейп начал жадно хватать ртом воздух. Но быстро успокоился, сердцебиение замедлилось. Это все еще был аромат апельсинов, но он не вызывал ненависть и раздражение. Наоборот, он мягко обволакивал, снимая спазмы и отеки. В голове, еще недавно затуманенной болью, пронеслась безумная мысль.

Успокаивающие феромоны. Альфа высшего класса выпускает успокаивающие феромоны в сторону другого альфы? И они действуют.

Северус Снейп, едва оправившись от удушья, смотрел на мальчишку, который чуть не стал его убийцей, и видел абсурдную ошибку, скрывающуюся у всех на виду. Мальчик-Который-Выжил был не альфой.

— Профессор Снейп, — испуганно проговорил Поттер, — я… я не знал, что делать. Простите… Не думал, что это сработает, вы же…

Он продолжал что-то лепетать, а Северус вновь почувствовал раздражение, на которое биохимия уже не действовала. Он подумал, что этой школе жизненно необходимы уроки оказания первой помощи. Такие сильные аллергические реакции — редкость, чаще всего причины в проклятиях, к которым нужно правильно подобрать контзаклинание. Тем не менее это может оказаться полезным.

— Поттер, вы хотя бы помощь позвали? — спросил Снейп, приподнимаясь.

На самом деле хотелось остаться в прежнем положении, раствориться в приятном запахе апельсинов, который впервые принес облегчение.

Но эти мысли ужасали. Они были неправильными и вызывали опасения.

— Я пытался отправить Патронус профессору Дамблдору, как меня учил Сириус, но ничего не получалось. Тогда я вспомнил о том, что мне рассказывала Гермиона. Ну, об успока…

— Поттер, я похож на омегу? — прорычал Снейп. — Немедленно прекратите.

Тело не слушалось, казалось вялым и ни на что неспособным.

— Но тогда приступ может повториться, — упрямо возразил Поттер. — У вас аллергия на мои феромоны?

Мальчишка оказался сообразительным тогда, когда от него этого не требовалось.

— У меня аллергия на вашу тупость, Поттер, — огрызнулся Снейп.

Он все-таки попытался подняться и оттолкнуть от себя руки гриффиндорца. Пальцы соскальзывали, не могли зацепиться за стол, палочка не реагировала на призыв. Снейп чувствовал усталость во всем теле. И единственное, что ему сейчас хотелось — отправиться спать, а с остальным он разберется позже.

— Сэр, — осторожно позвал Поттер.

Он сидел на полу и выглядел рассеянно. Снейп отметил про себя, что мальчишка даже выглядел нормальным после неосторожной попытки убийства. Чувство вины определенно сбивало с него всю его дерзость и заносчивость.

— Поттер, просто возвращайтесь в свою гостиную, — устало произнес Северус и помассировал переносицу. И, нахмурившись, добавил. — И не смейте никому ничего рассказывать, даже вашим дружкам. Ясно?

Успокаивающие феромоны сделали его голос мягче. Даже кричать и снимать баллы не хотелось, даже если бы Поттер устроил прямо сейчас показательную истерику.

— Ясно, — послушно согласился тот.

Он поднялся, протянул Северусу его палочку, которую поднял с пола, и попятился назад.

— Извините…

— Да проваливайте уже, — Снейп закатил глаза.

— С вами точно все будет в порядке?

Тут уже никакие успокаивающие феромоны помочь не могли. Снейп взмахнул палочкой и вышвырнул мальчишку из кабинета, следом полетела его сумка. И тут же пришлось активировать фильтрующее заклинание.

* * *

Снейп вышагивал по кабинету Дамблдора. Его терпение было на исходе, а директор продолжал молчать.

— Альбус! — наконец, рявкнул Северус, повернувшись к великому волшебнику.

— Честно, я не уверен, — тот поднял руки вверх. — У меня есть только догадки.

— И эти догадки у вас появились задолго до того, как меня чуть не убила апельсиновая вонь? — уточнил Снейп.

Он опустился в кресло и пристально уставился на Дамблдора.

— Я всегда был уверен, что твои зелья справляются, — произнес тот. — Наверно, стоило рассказать мальчику о твоей аллергии.

— И тогда бы он попытался меня убить намеренно.

— Ты несправедлив, Северус, — мягко сказал директор и улыбнулся. — Гарри не стал бы причинять тебе вред.

Снейп хмыкнул, но спорить не стал. Это сейчас мальчишка испугался из-за непредвиденной ситуации, но пакостей от него вполне можно было ожидать.

— В любом случае, не уходите от ответа, Альбус, — сказал Снейп. Его нога ритмично дергалась. — Почему успокаивающие феромоны Поттера подействовали на меня, мало того, они купировали приступ? В своей природе я уверен.

Дамблдор снял очки и протер стекла рукавом мантии.

— Ходят легенды, слухи, — начал он, — об еще одном субгендере. Они почти похожи на альф. Но они сильнее и выносливее. И их феромоны могут воздействовать на всех, — он водрузил очки на кончик носа и продолжил. — Мало того, по редким свидетельствам они способны изменять репродуктивную систему альф, если выбирают их своей парой.

В памяти что-то всколыхнулось. Где-то когда-то Северус слышал о подобном. Возможно, вычитал в научном журнале или это были разговоры в баре — он не помнил точно. Лишь свои опасения однажды столкнуться с подобным индивидом.

— Вы хотите сказать, что Поттер относится к этому субгендеру? — осторожно уточнил Снейп. Нога перестала дергаться, замерла. — И именно поэтому его успокаивающие феромоны на меня подействовали?

Стало не по себе. По телу пробежал неприятный холодок. Снейп почувствовал ком в горле и сглотнул.

— Возможно, — уклончиво ответил Дамблдор. — Его феромоны вызывают у тебя сильную аллергическую реакцию даже в спокойном состоянии. Да и сам запах нетипичен, более нежный. Даже у Джеймса он был куда агрессивнее, хоть и сладок. Гарри мягкий по характеру и очень чуткий, что тоже нетипично для альф.

Снейп подумал, что они с директором говорят о совершенно разных Гарри Поттерах.

— Он знает? — Северус решил сменить направление темы. Обсуждать характеристики несносного гриффиндорца желания не было, тем более с тем, кто относился к нему слепо благосклонно.

Дамблдор покачал головой.

— Вряд ли догадывается. Но рассказать придется и пояснить, что об этом больше никто не должен знать. На Гарри помимо пророчества ляжет еще большая ноша.

Директор вздохнул.

Снейп понимал, что тот имеет в виду. Прятать свою истинную природу, тем более, когда вокруг враги — не самое приятное явление. Мальчишку было даже немного жаль.

Мальчик-Который-Выжил не альфа высшего класса. Он энигма. Загадка, которой придется самому себя разгадывать.

— Еще по некоторым исследованиям силы их имеют свои ограничения, — продолжил Альбус.

И опять в его взгляде читалось что-то хитрое, опасное. Снейп вновь почувствовал холодок, а руки покрылись мурашками.

— Что вы имеете в виду? — спросил он.

— Считается, что не на каждого альфу энигма может оказать свое влияние. Подавить, испугать — пожалуйста. Но не успокоить. Это высшая степень воздействия. Особенно, как в твоем случае.

Снейп непонимающе смотрел на директора. Ему это абсолютно не нравилось. Он даже разбираться не хотел, на что тот намекает. Звучало все крайне скверно и неправильно.

— Ты окончательно из ума выжил?

Дамблдор посмотрел на Снейпа поверх очков.

— В Эдемском саду яблоко было запретным плодом. А для тебя этим плодом стали апельсины. Как же ты поступишь?