Гарри Поттер: Заклинание "Немного припорошить" (джен)

В Хогвартсе утро начиналось подозрительно спокойно.

Слишком спокойно.

За окнами висела правильная, почти открытечная зима: мягкий снег, аккуратные сугробы, ни одного воющего ветра — словно погода старалась вести себя прилично. Именно это и насторожило профессора Флитвика.

— Как-то… пустовато, — задумчиво произнёс он, глядя в окно перед началом урока. — Детям нужен настрой. Атмосфера. Вдохновение.

Он достал палочку и с видом человека, который точно знает, что делает, прошептал:

— «Немного припорошить».

Заклинание было старое, проверенное и, что особенно важно, звучало абсолютно безобидно. Немного — ключевое слово. Оно внушало доверие.

За окном тут же закружились крупные снежинки. Ученики оживились.

— Ого, смотрите! — зашептались первые ряды.

— Атмосферно… — одобрительно кивнул кто-то с задней парты.

Первые тридцать секунд всё действительно было идеально.

На тридцать первой секунде снег пошёл внутрь.

Сначала робко — одна снежинка опустилась на край стола, вторая на учебник, третья — прямо на чернильницу. Чернила мгновенно замёрзли, будто решили взять выходной.

— Интересно… — пробормотал Флитвик и усилил жест, совсем чуть-чуть, чтобы вернуть всё в рамки.

Снег обрадовался.

Он повалил плотной стеной, аккуратно заполняя класс: между партами, под стульями, на коленях учеников. Один особенно старательный сугроб вырос у кафедры, явно претендуя на место преподавателя.

— Профессор… — осторожно подняла руку ученица, по пояс закопанная в снег. — А так и должно быть?

— В рамках… эксперимента, — уверенно ответил Флитвик, хотя уже не был в этом уверен.

Дверь класса не открывалась.

Вернее, она попыталась — и тут же отскочила обратно, встретив с другой стороны плотную снежную массу.

Окна перестали быть окнами. Теперь это были просто светлые прямоугольники, за которыми ничего не существовало, кроме снега.

С потолка посыпалась лёгкая пороша. Очень лёгкая. Настолько лёгкая, что через минуту потолок тоже исчез.

В классе повисла тишина, нарушаемая только мягким шорохом падающего снега.

— Так, — сказал Флитвик бодро, отряхивая бороду. — Кажется… я немного перестарался.

В этот момент где-то далеко по школе раздался глухой бум — звук, с которым сугроб, вероятно, только что победил очередной коридор.

А снег всё шёл.

К тому моменту, когда профессора наконец поняли, что происходит не уют, а природный катаклизм с образовательным уклоном, Хогвартс уже выглядел так, будто решил переквалифицироваться в горнолыжный курорт.

Первым тревогу забил портрет у входа в учительскую. Он кашлянул, стряхнул с рамы снег и сообщил:

— Я, конечно, многое видел, но чтобы меня занесло внутри здания — это впервые.

Экстренное собрание администрации состоялось прямо в коридоре, потому что учительскую пришлось сначала откапывать. Профессора стояли по щиколотку в снегу, стараясь выглядеть так, будто всё идёт строго по плану.

— Итак, — начала Макгонагалл, сдержанно отряхивая мантию. — Кто применял погодные чары?

Флитвик поднял руку.

— Я… немного.

— Насколько немного? — уточнила она.

— Ну… сначала немного. Потом я попытался исправить.

— Я добавила стабилизирующую формулу, — призналась профессор Спраут.

— А я усилил радиус, чтобы снег выходил наружу, — сказал кто-то сзади.

— Я просто проходил мимо, — пробормотал ещё один голос. — Но мне показалось, что заклинание требует поддержки.

Макгонагалл закрыла глаза. Очень медленно.

Попытки ликвидации начались сразу же и пошли не по плану.

Заклинание таяния растопило снег в одном коридоре — зато в соседнем сугробы выросли вдвое, словно обиделись. Заклинание очистки аккуратно собрало снег в идеальные кучи… которые через минуту расползлись обратно, заняв стратегически важные места: лестницы, переходы и один особенно важный шкаф с экзаменационными бланками.

В Большом зале ситуация была почти торжественной. Снег лежал ровно, симметрично, будто кто-то предварительно вымерял пространство линейкой. Над столами шёл лёгкий, медитативный снегопад.

— Красиво, — заметил один из профессоров.

— Не смейте это говорить, — отрезала Макгонагалл.

Тем временем стало ясно, что последствия шире, чем ожидалось:

хижина Хагрида торчала из сугроба примерно наполовину

одна лестница вела в никуда, потому что второй этаж временно отсутствовал

несколько классов были признаны «потерянными, но не забытыми»

— Может, объявим выходной? — осторожно предложил кто-то.

— Ни в коем случае, — ответила Макгонагалл. — Если мы отступим, снег решит, что победил.

Словно услышав это, сугроб у стены слегка подрос.

В этот момент стало окончательно ясно:

чем больше магии применяют — тем увереннее чувствует себя снег.

И Хогвартс медленно, но верно сдавался под белым, пушистым напором, который кто-то когда-то назвал словом «немного».

Решение было принято внезапно и потому казалось особенно подозрительным.

— Прекратите колдовать, — сказала Макгонагалл таким тоном, которым обычно отменяют каникулы и надежды одновременно. — Совсем.

Профессора замерли.

Снег тоже будто прислушался.

— То есть… вообще? — уточнил Флитвик.

— Вообще, — кивнула она. — Без усилений, стабилизаций и творческого подхода.

Наступила тишина. Хогвартс не привык, чтобы с проблемами разбирались без магии.

В дело пошли лопаты, которые срочно нашлись в местах, где раньше никто их не видел. Ученики, неожиданно воодушевлённые перспективой делать что угодно, лишь бы не учиться, активно включились в процесс. Кто-то растапливал чай, кто-то откапывал двери, а кто-то пытался выяснить, где раньше проход был, а где просто красиво лежал снег.

Постепенно школа начала проявляться обратно.

Из-под сугробов появлялись:

коридоры, давно забытые всеми, кроме пыли

портреты, крайне недовольные своим временным захоронением

один класс, в котором всё ещё шёл урок — потому что преподаватель не заметил, что его засыпало

Лестницы вернулись на места, хоть и с лёгким недоверием. Большой зал снова стал просто залом, а не художественной инсталляцией. Снег, лишённый внимания и заклинаний, начал вести себя прилично: таял, оседал и уходил, словно понял, что праздник окончен.

К вечеру Хогвартс выглядел почти как обычно.

Почти — потому что один сугроб так и остался в углу внутреннего двора. Его пытались убрать, но он упорно возвращался, будто считал себя частью истории.

— Пусть будет, — махнула рукой Макгонагалл. — В качестве напоминания.

На следующий день появился официальный приказ, вывешенный во всех коридорах:

«Любые заклинания с формулировками “немного”, “чуть-чуть”,

“для атмосферы” и “на глаз” подлежат предварительному согласованию

с администрацией школы»

Флитвик долго смотрел на бумагу, потом вздохнул и сказал:

— В следующий раз… просто повесим занавески.

Сугроб во дворе подозрительно осыпался —

словно смеялся.