Письмо невинности (гет)

Ты можешь любить меня? Любить нежно, глубоко, как я любила новорожденных котят, днем и ночью пестуя их и заботясь, бескорыстно даря свою энергию. Ты можешь слышать меня? Не только мой голос и слова, но и смысл? Сможешь ли ты взглянуть не через призму похоти? Все ли твое существо прогнило, вся ли дофаминовая система загнулась, весь ли ты стал зависимым от быстрых ощущений животным?

Потому что со мной не будет легко. Я буду любить, тая чувства, ибо боюсь быть отвергнутой или, что еще хуже, непонятой. Я боюсь. В миг я могу начать бояться всего на свете и искать защиты даже у самого жестокого монстра. Я боюсь криков, я боюсь всего большого, я боюсь пьяных, боюсь боли. Меня страшит свет. Меня манит тьма. Нет, не душевная тьма или кошмар. Просто отсутствие света: темная комната, чулан, чердак. И именно тут у меня рождаются идеи, прямо как Вселенная родилась из точки давным-давно. Ты примешь меня и мою Вселенную? позволишь мне зажечься яркой звездой в твоей Вселенной? Не позволишь мне угаснуть? Зажжешься яркой звездой в моем космосе? Я не отплачу. Это не стоит денег. Мы не деловые партнеры, которые платят друг другу. Мы союзники в холодном мире Вселенной общества, где все субъективно и пусто. Мы не платим друг другу удовольствием, мы получаем его вместе. Но я буду бояться. Я всегда боюсь. Я нуждаюсь в тепле и доверии, и я готова дать тебе все, чего не было у меня. Научи меня доверять тебе и не сломай. "Не много ли требований?" — спросишь ты. А много ли их? Я не требую денег. Я возжелала твою душу и твои прикосновения. Я хочу знать о твоих вселенных в голове. Я хочу укусить тебя за бочок. И я сделаю это, не бойся. И мы пойдем в лес, а я буду балаболить о своем мирке, собирая дикую землянику. И ты поймаешь паука и решишь пошутить, а его — ам! — и съем. Это безумие...

Расскажи мне, что для тебя красота. Что ты такое. Какой твой любимый цвет, фрукт, смешарик? Тебе нравится Ту-160, или ты предпочитаешь танки самолетам? Пустые вопросы. Что ты чувствуешь сейчас? О чем думаешь по ночам? Плачешь без объятий и понимания? Прячешь безграничное желание быть любимым за ворохом анекдотов и сарказма? Лицемер. Ты боишься, что тебя не просто отвергнут, а еще и не поймут и забьют на это? Говори. Плачь, кричи, мямли, но говори. Пиши, размывая чернила слезами. Ты жив. Ты все еще чувствуешь. Я засыплю тебя вопросами, половину ответов на которые я забуду, но буду помнить телом. Я помню пальцами, как убегали ниточки пульса моей кошки, умирающей от панлейкопении. Я помню. Я и тебя запомню, только рассказывай и касайся. Глупость. Наивность. Потому-то меня и размазало миром, как муху по обоям.

Мы оба хотим быть понятыми, получить отклик и безопасность. Иногда ты хочешь автомат, я знаю. Ты хочешь боевой топор, доминирования и повиновения. Но иногда ты такой маленький, уязвимый и чуткий, что аж страшно. Хрупкий цветок. Мышонок, которого собьет с сочного пшеничного колоска одним порывом ветра. Ты плачешь. Я бы очень хотела пожалеть тебя, но у меня все плохо с эмпатией. Я знаю, что ты чувствуешь, но не знаю, как сделать, чтобы тебе стало лучше. Иди поспи, попей воды... Банально. Уткнись лицом мне в живот и плачь навзрыд, пока я тебя глажу. Человек слаб. Нас одарили силой интеллекта и слабостью чувств.

Насколько честны слова: "я люблю тебя"?

Какова цена этой самой любви? Хочешь сломать меня? Сломаешь? Сломаешь. Сам того не замечая, разобьешь на мелкие кусочки, растопчешь и оставишь гнить.

Клише. Все такое шаблонное, словно вырезано роботом. Даже само существование слов. я могу начать печатать с маленькой буквы. иЛИ ТАК. и л и в о о б щ е в о т т а к. Как же бесит слово "или". слово "бесит" раздражает, а слово "раздражает" — двадражает. Как я ненавижу это странное состояние, когда ты ворчишь: "Любви не существует!" — а сам дрожишь, алкая этой самой любви. Лубофф... Если говорить так, то это точно вызывает отвращение. А если тихо, без показухи, сонно, но четко произнести "ЛЮБОВЬ", то тут все иначе. Это не глупые сердечки и романы. Это ты и кто угодно. Мать, кошка, даже таракан, который испачкался в краске и отныне твой самый любимый чисто из-за прикольности. Мол, зацените, какой упоротый синий таракан! Это Василий, Николай, Эдуард, Писькогрыз Иваныч или кто там еще. И все равно ты его любишь. Выходит, даже не за тело, а за цвет. А свое тело любишь? Нет? То есть, ты не любишь фактически отличное дарованное природой тело, кое сам же запустил, но и мыслить не мыслишь об ужасных поступках, которые ты совершал? Ты не отмолишь свой грех — Бога нет. Был бы Бог — не было бы всей этой хрени. Хватит валить ответственность на несуществующего деда на небе. И ты мне скажешь, что все — Бог. Тогда он и ответственен за наши грехи, ибо он — это мы. Нет Бога. Нет надежды. Есть только маленький слабенький ты, который желает и боится запретной искренности. Смирись или борись. К счастью или нет, однажды ты умрешь. И я умру. И все. Бьюсь об заклад, мы не оставим потомков. И тут нет никаких "мы". Мне жаль. Насладись своей короткой жизнью. Ты полюбишь, а я — нет. Или да. Как карта ляжет. К тебе не придет осознание, придется делать выбор. Нас много и мы одни. Я не пытаюсь сказать что-то, я изливаю сюда вопли разума и "сру пальцем". Я запуталась в мыслях, в постиронии, во всем. Мне 15. Я сдаю химию. У меня сдохло семнадцать котят и четыре кошки. Алло? Меня слышно? Конечно, нет. Это как выть на Луну и ждать ответа. У-у-у-у-у-у-у-у! Хе-хе, не смешно. Ты умрешь в страданиях, хотя бы в душевных. Печаль. Спи иди. У меня 3:51 утра. Тебя полюбят, но не факт, что ты заметишь. Живи, ё-моё. А я как-нибудь перебьюсь.