Рассвет Мораннона (джен)

Рассвет Мораннона

Вторая Эпоха Средиземья клонилась к своему кровавому зениту. На востоке, за пепельными равнинами Горгорота, небо уже не знало чистого лазурного цвета, затянутое вечной дымкой, исходящей от жерла Ородруина. В те времена земли, прилегающие к границам будущей Черной Страны, еще не были мертвой пустыней, но дыхание Тьмы уже иссушало траву и заставляло птиц улетать на запад.

Эланор и Малдор, следопыты из числа северных атани, сопровождали нуменорский обоз, направлявшийся к Пеларгиру. Однако внезапная буря и стычка с бандой орков оттеснили их далеко на восток. Оторвавшись от преследователей, они оказались в узком, зажатом между скалами проходе — Моранноне, Кирит Горгоре.

— Ты чувствуешь это? — прошептал Малдор, касаясь рукой холодного базальта скалы. — Словно сама земля дрожит от ненависти.

Они осторожно взобрались на высокий гребень хребта Эред Литуи. То, что открылось их взору, заставило кровь застыть в жилах. Внизу, в глубоком ущелье между двумя отрогами гор, кипела работа, не похожая ни на что созданное эльфами или людьми.

Там строились Мораннон — Черные Врата.

В те дни они еще не были завершены. Огромные железные створки, отлитые в кузнях Саурона под аккомпанемент проклятий, уже стояли в основании, но верхняя часть укреплений еще покрывалась лесами. Тысячи рабов — харадрим, истерлингов и несчастных пленных из лесных племен — под бичами орков тащили огромные блоки из черного камня. Звук молотов о металл разносился по ущелью, как удары гигантского сердца.

— Он строит не просто заслон, — Эланор сжала рукоять меча. — Он строит клетку для всего мира.

Но их наблюдение было прервано. Сверху, с нависшего утеса, сорвался камень. Следопыты обернулись: из тени расщелины на них смотрели янтарные, лишенные век глаза. Это был не орк. Существо, длинное и гибкое, обтянутое серой кожей, напоминало тень великого паука, но в человечьем обличье. Это был один из древних соглядатаев Саурона, чьи предки служили еще Морготу.

С шипением тварь бросилась в атаку. Малдор едва успел подставить наручь, и когти монстра со скрежетом полоснули по стали. Эланор, не теряя ни секунды, ударила кинжалом, целясь под ребра существа. Тварь взвизгнула, и этот звук, усиленный эхом гор, заставил надсмотрщиков внизу поднять головы.

— Бежим! Клыкам Мордора не место в наших телах! — крикнул Малдор.

Началась отчаянная гонка по острым хребтам Пепельных гор. Позади слышался лай варгов и резкие выкрики орочьих сотен. Следопытам пришлось проявить всё свое мастерство: они скользили по осыпям, прыгали через бездонные расщелины, едва не срываясь в пропасть.

Путь им преградил глубокий каньон, на дне которого тек мутный, отравленный поток. Единственным мостом был естественный каменный карниз, едва достигавший ладони в ширину. Когда Эланор перебиралась по нему, сверху спикировал один из тех ужасных воронов-крэбайн, что служили глазами Тьме. Птица вцепилась ей в волосы, пытаясь столкнуть вниз.

Малдор, уже перебравшийся на ту сторону, вскинул лук. Стрела с оперением из гусиного пера пропела свою короткую песню, и ворон упал в бездну. Эланор перепрыгнула на твердую почву в тот самый миг, когда первая стрела орков ударилась в камень позади нее.

Они уходили в сумерки, зная, что увиденное ими изменит судьбу их народа. Они видели рождение неодолимой преграды — Врат, которые спустя века станут символом безнадежности для всех свободных народов.

Ночью, глядя на далекое зарево Ородруина, Эланор произнесла:

— Саурон строит ворота из железа и камня, надеясь, что они простоят вечно. Но он забывает, что даже самый прочный металл ржавеет, а камень крошится под напором воли тех, кто не боится света.

Они вернулись в Нуменор, принеся весть о растущей мощи Врага. Но тень Черных Врат уже легла на их сны, предвещая великую битву, которая завершит Вторую Эпоху на склонах Роковой горы.