Разговор у костра (джен)

Солнце давно зашло за горизонт. Воздух похолодел. Небо покрылось тëмным фоном, на коем было видно сотни звëзд. Морские волны, слабо бившиеся о берег, были слабо слышны с границы песчаного берега и углублением в лес.

Костëр раздавал тепло, дым медленно поднимался вверх. Туши рыб обжаривались кончиками пламени. Юноши ели не спешно, будто они не были уставшими от круговерти насыщенного дня. Оба пронзительно смотрели друг другу в глаза, с не скрываемым подозрением.

-Зачем? — тихо, с сожалением спросил Сузаку, держа концы отломленной ветки, на которую насажена рыба.

В эти секунды ему вспомнился сегодняшний день. Солнечный, без единого облака. Песок, приливные морские волны, бриз и крики птиц. Рядом лежащий Зеро. Без сознания, без оружия, без маски. Растопыренные во все стороны волосы цвета угля, тонкие черты лица. Всё сходилось. Японец почувствовал холод по спине.

-Нет. — тихо промолвил он, осознав страшную тайну.

Японец стремительно подбежал к лежащему на спине юноше и упал на колени. Все черты лица сходились. На лице кудрявого юноши проступила гримаса ужаса. По щекам потекли слёзы.

—Нет-нет-нет. — удар кулаком о песок мимо головы Зеро — Нет! — удар. — Нет! — удар, ещё один и ещё один.

Вернувшись в реальность, пилот Ланселота ждал немедленный ответ на свой вопрос. Впрочем, он тут же понял, что Лелуш может растянуть паузу. Тот не отвечал несколько секунд, опустив взгляд на туловище надкусанной рыбы. В образовавшейся тишине треск тлеющих поленьев казался раздражающим, словно подгоняющим время.

-Я чуть тебя не убил.

-Ты выполнял приказ.

Британец произнёс эти слова едко, иронично, чётко. Их смысл больно кольнул по душе японца.

-Я... — юноша отложил в сторону палку с доеденой рыбой — Если бы я знал, что это ты, — не успел договорить, как его перебили.

-То не позволил бы мне погибнуть?

Лелуш промолвил слова с той же иронией, что и минуту назад. Однако он искреннее хотел узнать ответ.

-Я бы... Зачем ты всё начал?! Я же не смогу тебя просто так отпустить.

-То есть, мне нужно было смотреть на твою казнь, сидя в чайном домике? Хорошо, в следующий раз так и сделаю. — с ярым раздражением произнёс брюнет. Его маска лежала слева на камне, лицевой пластиной вниз.

-Ты спас мою жизнь и я тебе действительно благодарен. Но ты стал террористом.

Сузаку был искренне благодарен Лелушу за спасение. Однако, юношу терзало чувство вины от страха, что именно его не состоявшаяся казнь толкнула друга на путь беззакония.

-Прости меня, Лелуш.

-Я сейчас не в настроении слушать лекцию про мораль. — он чуть поднял взгляд, всмотревшись в глаза некогда лучшего друга — Особенно от тебя.

Лелуш попал в болевую точку. Хоть Сузаку не изменился в лице, но маска солдата дала трещину. Британец хорошо это чувствовал.

-Скажи честно, ты чувствуешь за собой правду?

Британец отложил палку с нанизанной рыбой и многозначительно хмыкнул.

-Чувствую ли за собой правду? Если бороться с теми, кто творит бесчинства, значит драться за правду, то да. Я борюсь за мир, который будет добр к Наннали. Я борюсь за мир, где родители не будут отдавать своих детей в заложники чужой стране. Я борюсь за мир, где мы трое могли бы быть счастливы. — парень отвернул взгляд в сторону и ехидно ухмыльнулся — Впрочем, тебе кажется не нужен такой мир. Нравится быть под британским сапогом? Называться представителем низшей расы? Служить стране, которая превратила твой дом в шахты по добыче сакурадайта?

Лелуш продолжал бы ехидничать, но был перебит.

-Я борюсь за то, чтобы изменить мир к лучшему правильными методами.

-Но воюешь на стороне британцев.

-Мне приходится так делать. У меня нет других способов подняться в элиту.

Лелуш осознал, что если бы пил воду, то подавился бы ей как в дешёвом ситкоме.

-Подняться до элиты? Всего лишь пилотированием найтмера? Я правильно тебя услышал?

-Да.

Внезапно Лелуш прикинул, через сколько секунд Каллен накинулась бы на одноклассника за такой план.

-Ты максимум будешь сержантом. Если поступишь в военную академию, получишь право стать уоррент-офицером. Однако, тебе просто не позволят это сделать.

-Но ведь ныне в офицерской среде есть британцы, чьи деды и прадеды приобрели британское гражданство.

-Вот именно, приобрели! В среднем требуется три-четыре поколения, чтобы род полностью укрепил свои позиции в Британии. Их дедам и отцам приходилось отправляться на самые опасные миссии и терпеть недоверие, чтобы их дети и внуки стали полноправными британцами. — пауза — Так скажи мне на милость, как ты собирался осуществить свой план? Упование на удачу?

-Лелуш, прошу, услышь меня. Тебе нужно прекратить быть Зеро. Если кто-то узнает о тебе, то семья Эшвард окажется в опасности. Наннали тоже окажется в опасности. Ты о них подумал?

-Не переводи тему.

-Я серьёзно, исчезни с радаров. Я обещаю, что никому не скажу о тебе. Только исчезни. Стань тем Лелушем, которого я знал. Прошу.

-Я давно всё решил. — резко перебил повстанец — Я уничтожу Британию. Наннали сможет безопасно жить. Ты сможешь безопасно жить. Ещё не поздно переметнуться к нам.

Как только принц договорил свои слова, он внезапно осознал один факт. Он больше не верит в Сузаку. Не как в члена ОЧР, не как в союзника, не как в друга.

-Пристрелить не выйдет, пистолет у него. Моя физическая сила ничтожна. Гиасс не поможет. Стоп, о чём я думаю? — ужаснулся.

Молчание. На его фоне приливы, треск поленьев и жевания рыбы будто бы обрели большую громкость. Как в такой обстановке смотреть друг другу в глаза? Однако, остался один важный вопрос.

-Что со мной будет? Сдашь меня?

Сузаку ничего не ответил. По опечалившемуся лицу стало ясно, что друг не хочет его ареста.

-Нет. Я не сдам тебя. Но только, если Зеро исчезнет.

-Если я откажусь?

-Тогда... Я буду вынужден тебя арестовать.

-Ожидаемо. — после этих слов старшеклассник откусил почти съеденную рыбу.

-Я знаком с принцессой Юфемией. Она защитит тебя и Наннали. Она правда добрая. Не такая, как остальные твои родственники. Она светлый лучик, понимаешь? Тебе не нужно быть Зеро.

-Прекрати. Прости прекрати.

Сузаку чутко почувствовал, что всё не может быть, как прежде. Раньше он мог смотреть на Зеро без жалости, как на врага. Однако, теперь он не понимал, что правильно, а что нет.

-Что мне делать? — размышлял японец, глядя на безоружного друга, который спас ему жизнь. На того, кому он спасал жизнь. На того, кого чуть не убил, веря в свою правоту до конца.