Шесть Поттеров (джен)

В один самый непримечательный день, Лили Поттер родила сразу шестерых детей, чем немало шокировала всех друзей и знакомых. А больше всех — конечно же своего мужа…

Не долго думая, мальчиков назвали: Гарри, Ларри, Барри, Джерри, Тэрри и Перри. Исходя из всего вышеперечисленного, вовсе неудивительно, что когда в дом Поттеров пришёл лорд Волан-де-Морт, Джеймс воспринял это как избавление от дальнейших мучений.

Немногие знают, что Тёмный Лорд вовсе не собирался убивать отца семейства, но Джеймс буквально умолял об Аваде, как о быстром и безболезненном исходе. И милосердный Тёмный Лорд… Ну вы понимаете.

С Лили вышло чуть сложнее. Никак не удавалось прийти к окончательному соглашению. Лили была готова уступить четверых, но Волан-де-Морту нужно было убить всех.

В итоге, когда и с Лили было покончено, Волан-де-Морт остался лицом к лицам с шестью младенцами. От разразившегося хорового плача Тёмный Лорд ощутил головную боль небывалой силы. Он так и не смог как следует сосредоточиться и прицелиться. Так что его заклинания лишь слегка задевали детей, оставляя на них отметки, но не убивая.

Вконец обессилев, Волан-де-Морт, рухнул на колени и приставив палочку к собственному виску, выпустил зелёный луч.

* * *

Спустя несколько часов, у дома на Тисовой улице тихо переговаривались между собой Альбус Дамблдор и Минерва МакГонагалл. Они ждали пока Хагрид в несколько рейсов перевезёт всех шестерых детей к нужному дому.

— Альбус, вы уверены, что их дядя и тётя будут рады сразу стольким племянникам? — Встревоженно спросила Макгонагалл.

— Само собой, — беззаботно отмахнулся Дамблдор. — У них тоже есть ребёнок. А где один, там и остальные шесть поместятся.

Когда Хагрид привёз последнего Поттера, маги разложили корзины с детьми рядами у входной двери и скрылись в ночи…

Утром, в день рождения Дадли, тётя Петуния особенно нервничала. Ей до ужаса хотелось порадовать своего любимого сына. Поэтому она обрушила целый град ударов на белую дверь чулана под лестницей.

Дверь распахнулась и оттуда начали буквально вываливаться непонятно как уместившиеся внутри братья Поттеры. Первым был Гарри — в круглых очках и с шрамом на лбу в виде молнии. Вторым оказался Ларри — в прямоугольных очках и с шрамом на щеке в виде снежинки. Барри — треугольные очки и шрам на шее в виде монеты в один золотой галлеон. Затем Джерри — овальные очки и на предплечье гиппогриф. Тэрри — очки ромбами и на левой пятке уставшая пчела. И наконец Перри — в 3D-очках, которые дядя Вернон забрал из кинотеатра. На спине у него был довольно большой шрам в виде уравнения, доказывающего правильность теории струн.

Все шесть Поттеров зевнули и стали потягиваться. Тётя Петуния злобно прошипела:

— Ну хватит прохлаждаться! Позаботьтесь о завтраке, пока я буду поздравлять Дадли.

— Хорошо, — уныло кивнул Гарри и нехотя поплёлся на кухню.

— Как скажете, тётушка! — Ларри расплылся в самой подхалимной улыбке, на которую был способен. — Я с радостью. Кстати, ваша новая причёска так вам идёт…

— Да пошла ты, морда лошадиная! — Бросил ей Барри и пошёл по своим делам.

— Я и близко к плите не подойду. Она у вас неисправная! — Замахал руками Джерри. — Сколько раз я просил вас, в том числе и письменно, её заменить? А если произойдёт взрыв газа? Что тогда? Что?!

— Да как ты смеешь, смертная, так обращаться ко мне?! — Громовым голосом (конечно, насколько это возможно для десятилетнего) отозвался Тэрри. — Я был рождён не для грязной работы! Великие дела ждут меня. Одним движением перста, решаю я судьбу цивилизаций! А ты мне "завтрак приготовь"?

— Я есть Перри! — Сказал Перри и вернулся в чулан.

Так или иначе, семейство Дурслей и братья Поттеры позавтракали. Среди обычной пачки писем, которые по традиции за столом читали Дурсли, в этот раз нашлись ещё шесть конвертов.

— Мама, а эти письма для Поттеров, — пискнул Дадли.

Он вырвал письма у Гарри и Ларри и уже потянулся к конверту Барри, но тот прошипел:

— Советую грязные ручонки убрать! Пока они на месте ещё.

Дадли ойкнул и поспешил под защиту матери. Тётя Петуния взглянула на два конверта, захваченных Дадли и побледнела.

— Вернон, это… Это…

* * *

Гроза бушевала над крохотным островком. Дом, в котором укрылись от нежелательных писем Дурсли и Поттеры, содрогался от каждого раската грома.

Гарри не спалось. Он знал, что вот-вот должна наступить полночь, а это значит, что придёт его день рождения. Конечно, он не рассчитывал на праздник. Дурсли поздравляли лишь Барри, которого боялись. Однако даже при всём при этом, он ждал этого дня.

Электронные часы на руке Дадли тонко пропищали и Гарри посмотрел на своих братьев.

Ларри похрапывал, свернувшись у стены. Барри был рядом. Джерри, перед сном внимательно осмотревший каждый угол на предмет наличия крыс и тараканов, спал, то и дело слегка подёргиваясь. Тэрри бесцеремонно закинул на него ноги. Перри как обычно, подобно летучей мыши, спал вниз головой, свесившись с потолка.

Гарри прикрыл глаза и загадал желание, за себя и за всех пятерых своих братьев. Тут же последовал мощнейший удар в дверь. Все Поттеры вздрогнули и проснулись. Перри свалился на пол. Джерри заметался по комнате, крича:

— Это за мной! Это за мной! Мы обречены! А я ведь ещё такой молодой!

Дверь, не выдержав, сорвалась с петель и рухнула на пол. На пороге появился бородатый человек огромных размеров. Джерри, взглянув на него, упал в обморок.

— Что вы себе такое позволяете?! — со смесью ужаса и негодования прошипел дядя Вернон.

— Ничего особенного, — отмахнулся Рубеус Хагрид. — Я всего лишь пришёл за малышами Поттерами…