Контроль: потерян (джен)

Эхо помнил только боль и страдания. Белый яркий свет резал глаза, тело горело и не слушалось, словно было чужим. Он чувствовал тяжелые кабели, подключенные к его голове, и как порт машины обхватывал вращающийся скомп. Эхо сражался с компьютером, не желая ему подчиняться. Сопротивлялся, потому что это было все, что он мог сделать в своем положении.

Но не это заставляло сердце бешено стучать.

Завершилась ли миссия успешно? Выбрались ли генералы и братья с Лола Саю? Эхо не помнил, чем все закончилось. Испуганное лицо и истошный крик Файвза всплывали вместо этого. Он слышал, как брат попеременно кричал, чтобы Рекс его отпустил и как отчаянно звал его по имени.

— Эхо!.. Нет, отпусти!.. Эхо!..

Эта миссия с самого начала пошла не по плану, и он молился, чтобы братья выжили, чтобы его жертва была ненапрасной. Надеялся, что они выполнили свою задачу, спаслись, и Файвз справится дальше без него. Последний Домино.

Воспоминания Эхо обрывались на обжигающем жаре пламени, пожирающего его тело сквозь броню и поддоспешник, сменялись прохладой и всепоглощающей темнотой. Ноги и рука теперь заменены тяжелыми протезами. Чужие руки в перчатках мелькали время от времени в поле зрения, вводили иглы, подключали кабели. Эхо сбился со счета, сколько раз его кололи и резали — их было слишком много.

И это первое подключение к компьютеру было подобно агонии. Нервы горели и плавились в неравном сражении с машиной, а глаза видели не лабораторию, а строки кода.

Echo> Ошибка.

Сколько прошло времени он не знал. Часы? Недели? Месяцы? Оно утекало, переливалось подобно воде, плескалось на грани сознания вместе с воспоминаниями. Они утешали его, были надежным убежищем и бастионом, но не были с ним постоянно. Все ощущения сузились до трех понятий: отдых, операции и подключение.

Его постоянно совершенствовали и меняли. От старых имплантов почти ничего не осталось, многие из них были заменены на новые, более практичные, защищенные и гибкие. Функциональность и полезность были в приоритете и каждое новое подключение выявляло слабости, которые оперативно устранялись.

Всякий раз, открывая глаза, он видел одно и то же: белый потолок, яркий свет, инструменты, и все тех же людей. Эхо уже не помнил, когда просто спал, когда отдыхал. Забыл, что такое вкусно пахнущая свежая горячая еда и вода. Губы потрескались, кожа обтягивала кости и новые импланты. Он был бледным и ужасно худым, но все еще не сломленным. Из каждого подключения Эхо старался извлекать максимум, учиться, искать слабости или подсказки и пытался запомнить все свои находки.

— Попробуем новую симуляцию, — донесся откуда-то сзади спокойный равнодушный голос. — Следите за показателями. Если что-то пойдет не так, сразу же отключите.

— Конечно, доктор, — ответила женщина, склонившись над подопытным.

Эхо накрывала паника. Сердце стучало, он тяжело сглотнул вязкую слюну. Рядом чаще запищала машина.

«Файвз, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, спаси меня, пожалуйста… Рекс…»

Вспышка боли ослепила его. Воспоминания высекли яркие искры. А затем — тишина.

CT-1409> Ошибка.

В какой-то момент его переместили в криокапсулу, и он понял: они закончили усовершенствования. Тело окутал всепоглощающий холод и мрак, но ему стало легче. Больше не было ослепляющего света, инструментов и безжалостных рук. Не было боли и страданий. Только новые подключения, и радушно встречающая машина, ставшая единственной собеседницей.

Иногда ему снились сны — красочные, наполненные эмоциями, но лица становились все более размытыми. Имена он не пытался вспомнить уже давно. Все это — словно эхо далекого прошлого, которое теперь казалось чем-то нереальным. Оно рассыпалось, просачиваясь сквозь пальцы как песок. Он чувствовал, что терял что-то важное, но… что?

Что бы с ним ни делали — это влияло на него сильнее, чем хотелось бы. Бесконечные строки кода заменяли зрение, оттесняли ощущения, чувства уступили холодным расчетам и логике. Все сузилось до двух понятий: время простоя и время работы.

Время перестало иметь значение. Он не знал, сколько это длится.

Только работа и программный код.

Он учился анализировать. Каждая симуляция разбиралась на компоненты с безжалостной эффективностью, поставленные задачи все чаще выполнялись успешно и с каждым разом все быстрее. Он становился лучше. Его тактики и стратегии сокрушали виртуального оппонента, кем бы он ни был. Оперативно. Беспощадно. Результативно.

Однажды появился кто-то еще.

Робкий импульс где-то на периферии. Он неуверенно потянулся к этой новой форме жизни и к его восторгу и удивлению, тот ответил, приветствуя. Кто это — он не знал. Но чувствовал радость, словно встретил давно потерянного брата. Они перекликались, обмениваясь сигналами, напоминая перезвон колокольчиков.

Затем их начали тренировать.

Схема работы изменилась. Он больше не был одинокой единицей — у него появились «глаза» и «уши». Камеры и микрофоны в шлеме фиксировали все, с чем взаимодействовал напарник. Это было ново. И поначалу сбивало с толку.

Их первый совместный опыт был провалом. Время отклика — катастрофически огромно, они были тяжелым неповоротливым механизмом. Каждый перетягивал управление на себя и действовал слишком независимо. Опыт и память тела — одновременно благословение и проклятие.

Они приспособились.

С каждой жестокой тренировкой, терзавшей плоть напарника до крови и травм, их эффективность росла. Со временем эта громоздкая конструкция стала именно тем, чего от них хотели — смертоносной машиной.

Он учился просчитывать сценарии все быстрее. Привыкал к немгновенному отклику чужого тела и приспособился компенсировать его, напарник — начал отзываться на его команды оперативнее. Любая задержка от одного из них приводила к ошибке и перезапуску симуляции, но каждая попытка была ценна.

И едва они осваивали один аспект совместной работы, как добавлялось что-то новое, требующее изобретательности и гибкости. Физические тренировки перемежались с открытым боем, скрытными проникновениями, взломами и удаленными подключениями к терминалам. Ритм напарников становился все более выверенным и точным.

Со временем они стали действовать как единое целое.

Лицо напарника в случайных отражениях казалось знакомым, но после стольких тренировок и программирований он не мог вспомнить, кто это. Татуировка на виске отозвалась фантомной болью в груди, но она исчезла так же быстро, как и появилась.

Судя по всему, напарник тоже перестал пытаться вспоминать. Они стремились хорошо выполнять приказы, быть идеальными солдатами, единым механизмом. Хорошие солдаты выполняют приказы. С каждым контактом между ними становилось все меньше отвлеченных разговоров и перекликиваний, все больше машинного анализа и убийственной эффективности их дуэта.

Aurek> Связь установлена.

Besh> Подтверждаю.

База корусантской гвардии казалась безликой и строгой. Яркие красные акценты на броне гвардейцев выделялись броскими движущимися пятнами на фоне серых голых стен, создавая причудливый контраст. И если вестибюль, где всегда на посту находился один рядовой, готовый помочь заблудшим душам, был удивительно аккуратным и симпатичным: на стенах, окрашенных в бежевый цвет, висели различные мотивационные плакаты; в больших горшках стояли раскидистые декоративные деревца. То чем ближе посетители оказывались к сердцу базы, тем более мрачной и холодной она казалась.

Рекс спешил следом за своим генералом, не отставая ни на шаг. Полы джедайской мантии невесомо, почти бесшумно шелестели, задевая броню на ногах капитана. Они следовали за гвардейцем, который вел их в ближайшую переговорную, где их уже дожидался коммандер Фокс.

Фокс.

В сердце Рекса до сих пор бушевала буря, когда он слышал это имя. Капитан понимал, что коммандер выполнял свой долг и следовал приказу, но это не делало потерю Файвза менее болезненной. В груди на месте сердца зияла пульсирующая незаживающая дыра, почти там же, куда пришелся выстрел коммандера. И эта душевная боль была в разы сильнее, чем любая физическая рана.

Почему Фокс не поставил бластер на оглушение? Почему же один из самых умных братьев, которого Рекс знал, предпочел убить Файвза, чем разобраться в ситуации? Да, ЭРК был явно не в себе, выглядел странно и дергано, а затем и вовсе схватился за бластер, но даже сквозь пелену щита Рекс понимал, что с его солдатом что-то не так. Он не успел разобраться, что именно. Коммандер лишил их этой возможности.

Но Рекс встряхнулся. Он тут по делу, а не ради того, чтобы думать о прошлом. Профессионализм и способность двигаться дальше сильнее личных чувств. Несмотря на то, что Домино были особенно ему дороги, под его командованием еще множество братьев, которые в нем нуждались. И не только они. После ухода коммандера Тано за генералом Скайуокером в основном присматривал именно Рекс. Следить за тем, чтобы джедай не попадал в неприятности, стало почти основной задачей, потому что тот, казалось, делал все, чтобы эти самые неприятности найти и навлечь на себя беду.

Дверь в переговорную с тихим свистом открылась. Гвардеец отступил, жестом приглашая гостей войти, оставшись снаружи на своем посту. Рекс бесшумно вошел вслед за генералом, держа шлем под мышкой. Его острый взгляд медовых глаз скользнул по невозмутимому коммандеру Фоксу, вставшему из-за стола, чтобы поприветствовать гостей. В душе грозила разверзнуться буря противоречивых эмоций, поднимаясь неистовыми волнами, но прежде, чем она успела поглотить его целиком, он глубоко вдохнул, выдохнул через приоткрытый рот и подошел к столу, положив шлем на гладкую полированную поверхность. Не дожидаясь приглашения, Рекс сел. Коммандер следил за ним взглядом. По его лицу было сложно что-то понять, но показалось, что на короткое мгновение в его глазах мелькнуло сожаление.

— Спасибо, что пришли. Генерал. Капитан. — Учтиво начал Фокс, склонив голову в приветствии. Рекс лишь молча кивнул.

— Коммандер Фокс, — ответил Энакин, сразу же переходя к делу. — Зачем нас пригласили? Это происшествие разве не находится в юрисдикции Сил Безопасности и Корусантской гвардии?

— Все верно, сэр. — Кивнул Фокс. — Однако это было пожелание канцлера Палпатина. Вас не уведомили?

— Уведомили, — профессиональным ровным тоном ответил джедай. Рекс мысленно скривился. Канцлер имел дурную привычку вмешиваться в дела его генерала, и один раз это привело к крайне неприятным последствиям. Сейчас же 501-й удачно закончил последнюю кампанию, после чего его сразу же отозвали на Корусант. «Решительный» в это время проходил обслуживание и ремонт на орбите планеты, пополнялись запасы, и у солдат было много работы. — Так чем мы можем быть полезны?

Фокс плавным движением нажал на кнопку на столе — свет погас, крышка в центре стола отъехала в сторону и активировался голопроектор. Появился статичный кадр, на котором было видно фигуру в плаще. Снимок явно сделан с одной из уличных систем, но зацепил незнакомца мельком, из-за чего качество и детализация были далеко не лучшими.

— Это — наша цель. Убийца направился на нижние уровни Корусанта, попав на камеры всего раз, и этого изображения недостаточно для его идентификации.

Коммандер нажал на другую кнопку и статичное изображение сменилось коротким видео, сделанным камерой видеонаблюдения в здании Сената. Рекс узнал этот коридор: здесь ему доводилось несколько раз сопровождать генерала Скайуокера к сенатору Амидале. Разумеется, исключительно ради профессиональных встреч.

На кадрах появилась сенатор Буртони в сопровождении двух охранников, но затем все произошло очень быстро. Откуда-то сзади, вне поля зрения камеры, бластерный выстрел попал Буртони прямо в затылок. Ее тело безвольно рухнуло на пол. Почти одновременно с выстрелом в кадре появился маленький предмет — дымовая граната, подумал Рекс. Коридор заполнил дым, а затем что-то активировало систему пожаротушения, и аэрозоль плотным туманом хлынул с потолка. Видимость снизилась практически до нуля. Сопровождающие охранники лишь беспомощно озирались по сторонам с оружием наперевес, не зная, что делать. Еще через секунду из дымки вынырнули бело-красные гвардейцы, задержавшиеся на мгновение, чтобы вызвать подкрепление, и тут же бросились в погоню.

— К сожалению, сенатор Буртони не первая жертва — вторая. Несмотря на то, что убийство совершено средь бела дня в публичном месте, никто ничего не видел. Сразу после выстрела была использована дымовая граната и удаленно активирована система пожаротушения. — Коммандер Фокс вздохнул, переводя дыхание. Он сцепил руки в плотный замок, расправив плечи. — Убийца успешно избежал всех патрулей и поисковых дронов, обошел дополнительные меры безопасности. Мы думаем, ему помогли.

— Кто-то изнутри? Предатель? — спросил Рекс, задумчиво теребя перчатку. Он нажал на кнопку на своей панели управления, воспроизведя еще раз короткое видео убийства. Выстрел совершен безупречно. Охрана ничего не подозревала, пока не стало слишком поздно.

— Мы обнаружили следы взлома в серверной, — продолжил Фокс, отвечая на вопрос капитана. — Наши техники пока пытаются установить, что именно его могло заинтересовать. Там же был обнаружен труп одного из техников, обслуживавшего сервера в тот день.

Клик, и появилось изображение слегка улыбающегося человека, молодого мужчины. Он был юн и выглядел так, словно исполнил свою мечту, получив эту работу. Его глаза искрились, наполненные жизнью, и Рексу стало жаль его — у него было столько всего впереди.

— Были ли они заодно или же это случайная жертва, еще устанавливаем, но после опроса членов семьи, друзей и сослуживцев, склоняемся к версии, что он случайная жертва.

— Значит, убийца взломал систему, но не стер записи с камер? — переспросил Рекс. — Похоже, его не сильно волновало, что все записано.

— Он не попал в кадр, записан лишь способ убийства, — задумчиво протянул Скайуокер. — Либо не хотел тратить время, либо это предупреждение.

— Предупреждение, сэр? — спросил Фокс. — Это может запугать сенаторов, однако не вижу связи. Не было на рассмотрении каких-то законопроектов…

— А кто первая жертва? — Перебил коммандера джедай.

— Сенатор Лазо.

— Лазо… — Энакин провел пальцами по подбородку, задумчиво нахмурив брови. — Это не тот сенатор, что голосовал за увеличение производства клонов, а позднее за их права?

— Хотите сказать, убийства связаны с… нами? Сэр. — Рекс нахмурился. Буртони никогда не воспринимала клонов, как живых существ, и, если так подумать, она была противоположностью Лазо. Клоны в уравнении — единственное связующее звено, но больше никаких зацепок. Вероятно, придется дождаться заключения техников.

— Думаю, это могла быть акция, направленная на дискредитацию ВАР, — ответил Скайуокер. — Но это лишено смысла. Все итерации увеличения производства были давно. Прошло слишком много времени, чтобы кому-то это могло помешать.

— Похоже, мы что-то упускаем. — Рекс постучал пальцем по поверхности шлема. — Но не могу сказать, что разгуливающий на свободе серийный убийца, способный убить средь бела дня в одном из самых защищаемых мест планеты, идет на пользу имиджу Сил безопасности и корусантской гвардии в глазах общественности.

— Верно, — кивнул джедай. — Это тоже может быть причиной. — Затем он обратился к коммандеру. — Мы можем осмотреть место преступления?

Коммандер Фокс кивнул, вставая с места и надевая шлем. Скайуокер и Рекс поднялись вместе с ним.

— Прошу за мной, — пригласил он и покинул переговорную.

* * *

До места преступления добрались быстро, но Рекс все равно успел заметить некоторые новостные сводки, мелькающие на огромных экранах. Они были неприятными. Как и говорил Энакин, имидж клонов явно пострадал из-за этого инцидента, а ведь даже не было ни одного доказательства, что это связано с ними или законопроектом о правах, который недавно вынесли на голосование Амидала, Органа и Чучи. Общественность не интересовал тот факт, что Лазо голосовал за права клонов, но тоже был убит.

«Клоны восстали против создателей? Или же это заказное политическое убийство?»

«Убийство в здании Сената: безопасность простых жителей под угрозой».

«Каминоанцев не защитили их же творения. Насколько клоны переоценены?»

Черт возьми. Клоны проливают свою кровь за каждого из них, а они так легко клеймят их… Гнев вскипал в жилах капитана, и он сильнее вцепился в поручень, сжимая свободную руку на шлеме. Генерал одарил его понимающим взглядом и попытался слегка улыбнуться. Эта простая безмолвная поддержка охладила бушующий гнев, заставив его беспомощно тлеть. Клонов и раньше не воспринимали людьми — собственностью Республики, в лучшем случае. Имуществом. Теперь же судьба его братьев и, скорее всего, законопроекта, что должен им помочь, зависит от поимки загадочного убийцы. Рекс выполнит свою задачу.

Место преступления было оцеплено и Рекс, окинув внимательным взглядом пустой коридор в обоих направлениях, присел там, где осталось пятно каминоанской крови. Буртони никогда ему не нравилась, но, пожалуй, она не заслужила такой показательной казни. Фокс стоял рядом, расправив плечи и готовый поделиться всем, что удалось узнать, как всегда собранный и идеальный. Рекс нашел под потолком камеру, с которой была сделана запись и попытался восстановить траекторию.

— Выстрел был сделан недалеко от той двери. — Коммандер Фокс указал на дверь, ведущую в один из кабинетов. — После срабатывания систем, след убийцы был потерян.

— Кому принадлежит этот кабинет? — спросил джедай, обходя место убийства по периметру, осматриваясь по сторонам.

— Сенатору Лазо. Сейчас он пустует, — отчеканил коммандер. Энакин кивнул. Затем быстро развернулся, явно кого-то заметив. Рекс поднял голову, проследив за взглядом генерала как раз в тот момент, когда джедай пришел в движение.

— Извините, я на минутку.

И с этими словами он оставил коммандера Фокса и капитана Рекса одних в пустом коридоре, забирая с собой все тепло. Рекс вздохнул, глядя на удаляющуюся фигуру Энакина, которого терпеливо ожидал сенатор Органа.

— Рекс, я…

— Не утруждайся, — оборвал он коммандера, вновь сосредотачиваясь на работе. Фокс не стал продолжать. Он делился всей известной собранной информацией, когда капитан спрашивал, но в остальное время молчал. В какой-то момент с ним связался коммандер Тайр.

— Коммандер, техники закончили анализ. Отчет отправлен на ваш датапад, — лаконично доложил Тайр. — Также мы закончили прочесывать уровень 1262, где был сделан снимок, но никаких следов не обнаружено.

— Принято. Спасибо, Тайр, — ответил коммандер. — Фокс, конец связи.

Когда связь прервалась, Рекс поднялся на ноги. Фокс достал и активировал датапад, открыл документ. Отчет выглядел непривычно для Рекса: он был крайне подробным, состоящим целиком из профессиональной терминологии, лишь часть которой оказалась ему знакома. Остальное было больше похоже на джедайский шифр. Отчет занимал кучу страниц, но опытный взгляд коммандера выделил основное, и он быстро долистал до самого конца. Рекс приподнял бровь, выжидающе глядя на Фокса и ожидая от него краткой выжимки. Тот, похоже, намек понял. Выпрямился, нашел первую контрольную точку, заслуживающую внимания, а затем кивнул в сторону Скайуокера.

— Нужно поделиться этим с генералом, — коротко произнес он, направившись к джедаю. Рекс поспешил следом.

— Спасибо, сенатор Органа. — Как раз завершил свой разговор генерал, поворачиваясь к двум клонам. — Что-то выяснили? — уточнил он, заметив сосредоточенные выражения лиц. Рекс снова посмотрел на Фокса, ожидая, когда тот перескажет самое важное из отчета.

— Да, генерал. Мы получили отчет от техников. — Фокс активировал датапад, вынес голографическое изображение на ближайшую подходящую стену, поделившись названиями конкретных систем, затронутых взломом.

— Итак, наш убийца проник в серверную, где находился техник, которого он устранил. Были взломаны функции, отвечающие за системы безопасности и систему пожаротушения, а также был встроен код, отменяющий автоматическую блокировку дверей атриума. — Фокс вывел на стену схему здания Сената и выделил нужные выходы. — В случае срабатывания пожарной системы, все должны покинуть здание через специальные пожарные выходы, которые автоматически разблокируются, но остальные двери секторально блокируются, в зависимости от местонахождения очага возгорания, чтобы избежать распространения огня, создавая закрытый контур. Этот код отменил блокировку, позволяя проходить через любые двери. Что примечательно, — он выделил дату и время, — взлом был совершен до убийства сенатора. Вероятно, это был этап подготовки.

— Времени между взломом и убийством прошло очень мало. Он явно в себе уверен: задержись хотя бы еще на пару минут, и убийца упустил бы свой шанс — Буртони бы просто ушла.

Фокс кивнул, подтверждая наблюдения генерала.

— Кроме этого, были скачаны актуальные списки сенаторов и выдвинутых ими законопроектов, — произнес коммандер, деактивировав датапад. — Если бы мне пришлось гадать, я бы предположил, что следующей жертвой могут стать сенаторы Амидала, Чучи или Органа.

Рекс нахмурился. Он был согласен с этой оценкой. Хуже того — они не знали, сколько времени понадобится убийце, чтобы решиться на новое покушение. Они не могли открыто караулить его — это просто спугнуло бы убийцу и шанс поймать был бы упущен. Придется наблюдать на расстоянии, но так близко, чтобы и не попасть в поле зрения убийцы, и суметь оперативно среагировать.

— Согласен, — кивнул Скайуокер. — Сенатор Органа сказал, что Буртони незадолго до своей смерти спорила и больше всего контактировала именно с ними тремя.

— Я усилю меры безопасности, дополнительно выделю гвардейцев для сопровождения и охраны всех троих сенаторов. — Он задумчиво провел пальцем по грани датапада.

— Что насчет патрулей и поисковых животных? — поморщился Скайуокер, вспомнив массиффа, который так бодро выслеживал его бывшего падавана. Это был крайне неприятный опыт близкого знакомства с работой гвардии.

— Пожарная система осложнила поиск по запаху. Гриззер не смог взять след. — Фокс тихо вздохнул. — Мы не можем увеличить количество патрулей. К сожалению, гвардия и так разрывается, и работает сверхурочно, так что у нас не хватит ресурсов. Но мы продолжим прочесывать нижние уровни.

— Хорошо. — Генерал кивнул. — Я позабочусь о безопасности сенатора Амидалы. Она часто становилась мишенью, возможно, так будет и в этот раз. Рекс, а ты позаботься о сенаторе Чучи. И коммандер, — обратился он к Фоксу, — надеюсь, ваши люди позаботятся о сенаторе Органе. Всем все понятно? — спросил он клонов.

— Так точно, генерал, — ответили в унисон они и все решительно разошлись, выполняя поставленные задачи. Рекс обвел быстрым взглядом коридор, задержавшись на мгновение на пятне крови, а затем покинул здание Сената.

* * *

— Вы можете сесть, не обязательно стоять там, — проворковала сенатор Чучи, уже полчаса кряду пытаясь уговорить Рекса присесть на диван.

Сначала он не решался снять перед сенатором шлем, но рассудил, что если снимал его перед генералом и сенатором Амидалой, то нет ничего зазорного в том, чтобы снять шлем и перед Чучи. Она выдохнула с облегчением, но он испытывал неловкость. Рекс понятия не имел, какие порядки на Корусанте, а корри практически всегда были в шлемах. Единственным исключением была база гвардии, но даже там, в зонах, куда могут попасть гражданские, гвардейцы были в шлемах.

Рекс решил, что таково правило, а раз это правило, то оно введено неспроста. Наверное, у гвардейцев есть исключения, перед кем они могут снимать шлем, а перед кем это строго запрещено, но он точно не знал и спрашивать не собирался.

А еще Рекс не знал, насколько нормально сидеть на диване в квартире сенатора, которого он должен охранять. Все его обучение твердило: «веди себя профессионально — парадная стойка, стой у двери, не снимай шлем». А жизненный опыт и желания парировали: «лучше сохранить силы и успокоить сенатора, никому хуже не будет, если он присядет». Черт возьми, он делал совершенно безумные вещи на поле боя и спокойно снимал шлем в боевых условиях, когда была необходимость, но совершенно не знал, как реагировать на подобные приглашения в мирной обстановке.

Он нерешительно подошел к дивану. Сел. Райо легко хохотнула в неплотно сжатый кулачок.

— Видите? Ничего страшного не произошло. Вы можете позволить себе нести пост в удобных для вас условиях. Не нужно так переживать. — Она широко улыбнулась. — Не желаете ли чаю, капитан?

Это было уже слишком. Рекс натянуто улыбнулся, отрицательно качнув головой.

— Спасибо, сенатор. Правда, не переживайте.

Чучи кивнула и направилась к рабочему столу, легко приняв его решение.

— Как скажете, капитан. Но если захотите — вы знаете, где кухня. — Она села за стол, притянула к себе стопку датападов. — В таком случае, если вы не возражаете, я немного поработаю.

Рекс кивнул, давая понять, что ее слова услышаны и приняты к сведению.

Так прошло почти четыре часа. За это время корусантское солнце, клонившееся к закату, окончательно зашло за горизонт, окрасив небо в темно-синие чернильные цвета. Жизнь в городе никогда не останавливалась. Она кипела ночью так же бурно, как и днем. Он подошел к широкому окну, любуясь открывающимся видом, наблюдал за проносящимися спидерами и оглядел ближайшие здания, их крыши. Ничего подозрительного, но где-то на границе ощущений почувствовалось едва заметное напряжение. Казалось, словно за ним наблюдают. И это ему не нравилось.

Пока Рекс стоял у окна, Чучи переоделась в более свободную, подходящую для домашней обстановки одежду, и переместилась на мягкий диван, но ко сну пока не готовилась. Скорее ее работа перешла в другую плоскость. Она забралась на диван, подогнув ноги и с кружкой кафа в руке, в свободной держа датапад с новостными сводками. Время от времени сенатор цокала языком или хмурила брови, но никак не комментировала прочитанное.

Иногда Рексу хотелось спросить, что ее так разочаровало или расстроило, но не был уверен, что хотел бы знать ответ. Ему и его братьям дали надежду — законопроект о правах клонов, но сам процесс работы и принятия этого проекта оставался для них туманным и далеким. И это было хорошо. Не хотелось знать, в каких интригах и махинациях утопает Сенат, лишь бы не признавать клонов живыми людьми, а не бездушной собственностью Республики. Не хотелось разочаровываться.

Капитан переместился ко входной двери, зная, что за ней несут свою вахту двое гвардейцев. Они провели перекличку, подтверждая, что все на местах и обстановка под контролем, а сенаторы Амидала, Органа и Чучи в безопасности. Ночь еще только начиналась и Рексу предстояли долгие скучные часы.

Или же эти должны были быть скучными. Рекс резко повернул голову, услышав какой-то шорох. Едва заметный, почти неуловимый, но его паранойя взыграла и взяла свое. Он натянул шлем на голову и переместился чуть ближе к дивану.

Чучи ничего не слышала, но обратила внимание на сместившегося и явно напрягшегося капитана. Она выпрямилась, спустив ноги на пол и вопросительно на него посмотрела, отставляя кружку с кафом.

Атмосфера в комнате стала одновременно накаленной и холодной, а единственный теплый огонек, — сенатор, — был хрупко уязвим. Дрожь предвкушения пробежала по телу.

И вот снова. Звук. Рекс положил руку на рукоять бластера, но вынимать из кобуры пока не спешил. А затем…

Выстрел!

Синий болт осветил комнату. Рекс отреагировал мгновенно, толкнув Чучи. Послышался вскрик. Он выхватил бластер и открыл ответный огонь. Противник, скрытый тенью и ночью, уклонился, на мгновение подсвеченный светом заряда.

— Контакт! — прокричал Рекс в рацию, но входная дверь не открылась. Гвардейцы… мертвы? Некогда думать.

Рекс привычным движением пальца переключил бластер на оглушение. Он — единственная преграда между убийцей и сенатором. Взять живым. Допросить. Выяснить, кто сообщники. Рекс бросил быстрый взгляд на сенатора — она ранена в плечо, но не смертельно.

Нужно вывести ее отсюда.

Рекс схватил Чучи за руку, резко дернув на себя и толкнув в кухню, надежно отделяя ее от противника собой и стеной. Затем — несколько раз выстрелил. Враг перекатился, стукнув броней о пол и блеснув пластинами в рассеянном свете. Рекс пригнулся, чудом избежав выстрела в голову. Противник хорош — очень. И следующий выстрел стал подтверждением. Броня на плече выдержала, но он все равно почувствовал жар от заряда. Адреналин бурлил в крови, растекаясь по напряженному телу горячим пламенем, заставляя действовать все быстрее. Рекс выстрелил. Еще раз. И еще. Они бесполезно обменивались выстрелами, явно зайдя в тупик, и ближний бой становился все предпочтительнее.

Противник подумал о том же.

В руке врага блеснул вибронож, бластер — нырнул в кобуру. Он бросился на капитана, увернувшись от точных оглушающих выстрелов. Перекатился, нырнув за диван и ловко выпрыгнул из-за него. Броня звякнула о броню, заставив капитана споткнуться. Один из бластеров куда-то закатился, но второй успел убрать в кобуру.

Замах — Рекс перехватил руку и вывернул ее. Послышался треск толстых перчаток. Противник зашипел сквозь зубы, но нож не выпустил.

Бах! Капитан мотнул головой, получив в шлем два мощных поцелуя келдабе⁽¹⁾ подряд и отшатнулся, отступив на несколько шагов назад. Перед глазами плясали яркие пятна — Рекс машинально тряхнул головой. И тут же увернулся от выпада. Одного. Второго. Выловив момент, схватился за наруч противника, занес ногу, давя на колено сзади и свободной рукой ударил того в щель между шлемом и нагрудником.

Похоже, это только раззадорило оппонента. Тот зарычал и активнее атаковал ножом. Рекс успешно уворачивался, отступая назад и обтекая мебель, но не успел среагировать, когда мощный пинок выбил его из равновесия — но Рекс устоял. Враг нанес удар снизу-вверх. Челюсти Рекса клацнули, голова мотнулась назад. Он поднял руку, перехватывая в последний момент очередную атаку в лицо.

Они обменивались ударами — ни один не мог перехватить преимущество. Будто были равны. Рекс увернулся от захвата, схватился за края чужого нагрудника, и резко дернул в сторону, подсекая ногу. Оппонент перенес вес, пошатнулся, но не упал. Вот только Рекс не намерен сдаваться. Он продолжил давить и выматывать незнакомца, пока тот не потерял равновесие: хорошо поставленный удар под колено заставил его припасть на ногу. Рекс выбил нож из руки и тут же отскочил от подсечки.

— Неплохо, — прокомментировал он, но сразу получил удар ногой с разворота. Больно. Противник быстр. Его удары точны и сильны. Рекс осознал, что на нем нет шлема, когда, коснувшись пальцами виска, ощутил голую кожу.

«Черт», — выдохнув, подумал он. Рекс поднял руки, приняв защитную стойку и приготовился продолжить бой, но оппонент, замешкавшись на мгновение, повернул бронированную голову в сторону кухни. Выхватив бластер из кобуры, Рекс выстрелил оглушающим зарядом — враг увернулся.

А затем увернулся еще раз, едва успев среагировать на выстрел из кухни. Там, с решительным видом, стояла воинственно настроенная Чучи с бластером Рекса в руке, держась за больное плечо. Она выстрелила еще раз. Ей вторил Рекс, вынуждая убийцу отступить, когда стало ясно, насколько невыгодна его позиция.

Тот развернулся и побежал, выпрыгнув под аккомпанемент бьющегося стекла вниз, в поток спидеров. Рекс быстро и осторожно приблизился к окну с оружием наготове и выглянул вниз: убийца попал на грузовой спидер, тяжело приземлившись на спину. Наверное, больно.

— Сенатор, вы в порядке? — тяжело дыша, спросил капитан, потихоньку подходя к ней. Та решительно кивнула. Он ободряюще улыбнулся уголками губ, осмотрел поврежденное плечо. Нужен медик и наверняка останется уродливый шрам. Он забрал свой бластер из ее ослабевших рук, бережно отвел ее к дивану, усадив. Легкая дрожь охватила ее, и Рекс, оглядевшись, нашел плед и легким движением накрыл сенатора им.

Убедившись, что Чучи ничего не угрожает, он решил проверить охрану, что должна была быть у квартиры. Что ж, это было очевидно — оба гвардейца лежали на полу, но крови и ран не видно. Опустившись на корточки рядом, Рекс прижал пальцы к горлу, ища пульс, и облегченно выдохнул. Живы, но без сознания.

Он поднял руку, активировал коммуникатор, связавшись с Фоксом и тут же перенаправив сигнал генералу Скайуокеру.

— Убийца покушался на сенатора Чучи, он сумел уйти. — доложил Рекс.

— Сенатор Чучи в порядке? — спросил генерал.

— Ранена, но жива. — Капитан перевел дыхание и продолжил отчет. — Гвардейцы на посту без сознания. Судя по тому, что подкрепления не было, остальные гвардейцы внизу тоже выведены из строя.

— Высылаю подкрепление, — мгновенно ответил коммандер Фокс, выругавшись на нескольких языках.

1) «Поцелуй Келдабе» — сленговое название мандалорского удара головой. Шлем можно было использовать как для нанесения увечий противнику в рукопашном бою, так и в более мирном контексте — в качестве бронированного приветствия между двумя мандалорцами, что и послужило причиной появления прозвища «поцелуй келдабе».

Вернуться к тексту

> Статус.

Звук расходился волнами словно из-под толщи воды. Все вокруг — лишь приглушенный шум. Взгляд Беша цеплялся за открытое темное небо, в котором сновали разных размеров точки — корабли и транспортники. Корусант никогда не спал, даже ночью. Жизнь на планете всегда протекала на сверхскоростях.

Но затем Беш дернулся и, ахнув, кашлянул, будто выныривая из глубины. Звуки вернулись насыщенным шумом, перед глазами мелькали пятна, вытягивающиеся яркими полосами света — фар, фонарей и вывесок. Лишь системы шлема спасали от сенсорной перегрузки, фильтруя световые и шумовые загрязнения. Плечи, спину и поясницу сильно и неприятно жгло, разливаясь покалывающим теплом по скованным мышцам. Следовало тщательнее продумать план к отступлению — прыжок из окна в надежде не разбиться, как муха о лобовое стекло, — не самое хорошее решение. Ему чертовски повезло, что приземлился весьма быстро и удачно, не успев набрать скорость и высоту, что стали бы смертельны, несмотря на экипировку. Броня выдержала столкновение, поглотив и распределив основной урон, но ничто не спасет внутренние органы от перегрузок, сложись все немного иначе.

Беш помнил, как все быстро проносилось мимо, прежде чем резко замереть, остановившись с громким болезненным хлопком. От удара из легких выбило воздух, в глазах потемнело, и все чувства разом отключились. Сейчас же, лежа на спине, он лишь старался дышать ровно, пока чувства возвращались к нему, и ругал себя за необдуманный, даже импульсивный поступок.

> Беш, статус.

Он перевернулся и поднялся на колени, упираясь руками в жесткую поверхность грузового отсека лендспидера, и какое-то время не двигался, пытаясь сориентироваться, куда они направляются.

«Всегда продумывай пути отхода», — повторял про себя Беш, как мантру. А ведь он продумал. Продумал… Что-то пошло не так. Беш не понял, что именно пошло не так и каким образом тем двоим удалось заставить его радикально сменить тактику, отбросив заранее продуманный маршрут, но он им не воспользовался.

Свистящий ветер трепал невзрачный коричневый плащ, капюшон слетел, обнажая темно-серый шлем. Чуть выпирающие по бокам датчики фиксировали скорость лендспидера, направление, и множество других показателей, которые Аурек приучился обрабатывать с невероятной скоростью. Беш огляделся, обводя взглядом бесконечные пересекающиеся полосы движения. Другие водители в потоке совершенно не обращали внимания на нежелательного пассажира, будто каждый день люди падают с неба в чей-то открытый кузов. А еще удивило, что водитель этого лендспидера тоже никак не отреагировал. Что не так с Корусантом?..

— Я в порядке, — выдохнув, отчитался Беш. — Похоже, отделался лишь ушибами.

> Подтверждаю, — спустя мгновение ответил напарник, явно считав его показатели, фиксируемые датчиками в броне. — Ты действовал не по протоколу — необходимо сохранять высокий уровень работоспособности и мобильность.

— Знаю, — раздраженно фыркнул Беш. — До точки отхода было не добраться, а если бы попытался, урон был бы выше.

Какое-то время Аурек не отвечал. Беш уже было решил, что его фраза останется без ответа, но затем на визоре появился текст.

> Принято. Полицейский зонд на пять часов, на уровень ниже.

Беш обернулся, заметив невинно поблескивающий корпус пролетающего неподалеку дрона, о котором говорил Аурек, и стиснул зубы. Значит, охота началась. Время начинало поджимать. Он еще раз анализирующим взглядом обвел окружающий поток, затем выглянул за край борта.

— Наилучший вариант? Угон? — спросил Беш.

> Подтверждаю, — быстро ответил Аурек. — Вывожу карту и данные о модели транспорта. Требуется визуальная оценка противника.

Через мгновение на визор вывелась вся доступная информация о модели лендспидера, и небольшой фрагмент карты с наилучшим маршрутом для отхода. Нужно пошевеливаться, пока корусантская гвардия и остальные службы не учуяли след и не отрезали все пути к отходу. Нельзя позволить, чтобы его обнаружили.

Беш машинально кивнул. Аурек все равно поймет этот безмолвный жест — порой во время тренировок он делал эти бессмысленные действия, забывая, что напарник где-то далеко и не видит его, но тот все равно каким-то образом улавливал их значение. Возможно, по камерам, а может — интуитивно.

Он перевалился через борт, нашел опору под ногами и, цепляясь пальцами за верх, начал быстро, но аккуратно продвигаться к кабине. Одно неосторожное движение — и его мысли о мухах и стеклах станут не иллюзорной перспективой. Или если водитель заметит его и запаникует, но тот, похоже, пока ничего не заметил. Беш заглянул в боковое окно кабины. Водителем оказался пожилой абеднедонец, скрючившийся над рулем и не отрывающий прищуренного взгляда от какой-то точки впереди. Он даже двигался чуть медленнее потока: кто-то его обгонял, нетерпеливо сигналя, а кто-то терпел и плелся позади.

> Рекомендация: оглушение.

— Принято, — тихо прошипел Беш, доставая бластер из кобуры и отточенным движением пальца переводя в режим оглушения. Дальше все произошло в одно мгновение: дверь распахнулась, водитель дернулся, будто пытаясь защититься, — но он слишком медленный, а затем, охваченный голубым свечением, тут же неуклюже завалился на бок. Беш, столкнув водителя на пассажирское сидение, быстро занял его место и перехватил управление.

> Не выделяйся. Через триста метров поверни налево.

— Понял, — коротко ответил он, выровняв скорость и двигаясь вместе с потоком. Аурек скомандовал — и он свернул.

Лендспидер спустился на несколько уровней ниже, аккуратно перестраиваясь и лавируя, и вклинился между двумя, судя по виду, такси. Мимо пронеслось несколько спидеров с сиренами и мигалками, не задерживаясь — Беш проводил их настороженным взглядом, словно ожидая, что те сейчас развернутся и бросятся в погоню за ним, но они исчезли из поля зрения так же быстро, как и появились. Толпа внизу тоже была оживленной, несмотря на поздний час. Беш выцепил среди разноцветных одежд и разнообразных видов гражданских всполохи бело-алой брони — двое гвардейцев легко и быстро пробирались вперед, не отклоняясь от известного только им маршрута, и это… Но мысль растаяла, не успев обрести форму. Разум сковал холод, погасивший непрошенный всплеск эмоций, и заставивший сосредоточиться на текущей задаче.

Беш следовал по выстроенному Ауреком маршруту почти не отклоняясь. Стараясь вести себя непримечательно, словно имеет полное право быть здесь, он лишь изредка корректировал курс, чтобы не столкнуться в лоб с патрулями или полицейскими дронами. Вскоре лендспидер с непримечательной надписью: «Доставка ваших заказов: быстро и на любой уровень!» на борту, не привлекая внимания оказался на уровне 1375.

Уровень был ничем не примечателен, если бы не плотная, почти угнетающая атмосфера с флером безысходности и застоявшегося воздуха, витавшая среди местных обитателей. Беш продвигался не спеша, следуя по маршруту. Окружающую темноту рассеивали фары его транспорта, теплый свет фонарей и яркие неоновые вывески, отражаясь резкими бликами в собравшейся застоявшейся воде на поверхности. От работающих систем клубами вздымался белесый пар. Из-за высокой влажности пахло плесенью и ржавчиной, воздух казался липким и холодным. Разумных здесь, казалось, было еще больше, чем на уровнях выше — плотная толпа курсировала по понятным лишь ей законам, при этом ведя свои дела, переговариваясь и просто проживая жизнь. Техника, встречавшаяся здесь, была потрепанной, но функциональной и исправной. По большей части. Судя по замеченному остову, неисправные спидеры очень быстро разбирались мародерами.

И каждый, казалось, провожал транспорт Беша голодными расчетливыми взглядами.

Вскоре он замедлился, оказавшись в промышленной части уровня, не спеша скрываясь в мрачном чреве заброшенного завода. Беш выбрался из кабины, скользнул взглядом по просторному помещению: несколько дверей — входов и выходов на завод, а также явно ведущих в другие помещения; битые окна, червеобразные извивающиеся большие трубы в давно засохших подтеках какой-то голубой жидкости. Где-то капала вода — кап, кап, а шум улицы почти не доносился до слуха. Но главное — ни сирен, ни дронов, ни переговоров патрулей не было слышно.

Беш скользнул с водительского сидения, затем обернулся, задумчиво глядя на абеднедонца. Тот просто оказался не в том месте не в то время.

«Нет, — нахмурился Беш, — он меня видел, нужно…»

А что нужно? Убить его? Смысла нет. Его броню уже видел и телохранитель сенатора Чучи, и она сама. Смерть водителя ничего не даст, кроме бесполезно оборванной жизни. У него есть список целей. И он вполне может не прибавлять к растущему списку убийств одного невинного абеднедонца.

Оставив лендспидер на заводе вместе с запертым на водительском месте стариком, Беш накинул капюшон и бесшумно выскользнул за его пределы. Он шел размеренно: не плелся, но и не бежал. Плащ развевался, слегка приоткрывая бронированные голени. Подол намок от попадающей воды. Прохожие лениво поворачивали головы вслед, наблюдая исподлобья голодными взглядами, но не решаясь переступить черту, словно он излучал опасность.

Беш поднялся на несколько уровней выше, приближаясь к тому, где располагалось его временное укрытие. Разумных на улице стало меньше, а патрулей — больше. Он осторожно выглядывал за угол, прежде чем свернуть, и несколько раз это помогло не столкнуться с патрулями нос к носу. Пока повезло, что среди них не было ЭКР⁽¹⁾ с массиффами, которые могли бы легко учуять его и найти.

Поднявшись на один уровень, он выглянул за угол. Никого. Беш огляделся, чувствуя, как инстинкты подсказывают, что где-то рядом опасность, но не мог понять, откуда она могла исходить.

> Уловил сигнал дрона. Стой.

Беш безмолвно кивнул и замер на месте, тихо и медленно достав бластер из кобуры. Плащ скрывал руку и оружие, но его напряженная поза, должно быть, выглядела подозрительно, если бы его кто-то увидел.

> Начинаю взлом.

Дрон с тихим урчанием выплыл из-за угла, медленно и деловито сканируя пространство вокруг. Его сине-серый корпус тускло поблескивал в рассеянном свете уровня. Полицейские огоньки молчали, зонд не издавал ни звука и никак не выдавал своего присутствия, плавно левитируя вперед. Спустя несколько минут, когда уже почти поравнялся с затаившимся оперативником, он замер. Беш склонил голову, изучая зонд и гадая, виноват ли в этом Аурек. Если нет, то ему стоит поторопиться…

Дрон резко повернулся к нему. Он напрягся, уже готовый стрелять. Фоторецепторы встретились с глазами Беша даже через визор. Адреналин хлынул по телу, уже готовому к бою. Мышцы напряглись, рука с бластером дернулась, но в это же мгновение на визоре появилось сообщение:

> Взлом завершен.

Но Беш не успел выдохнуть: послышался топот ног. Если это не гражданские… Как назло, вокруг никого — тихо и спокойно. Он один выделялся посреди пустынного грязного переулка. Быстрый осмотр — подходящих укрытий нет. Патруль появился из-за угла. Не повезло. Они явно заметили дрона — их шлемы чуть качнулись, когда они подняли на него взгляд, а затем, почти приблизившись, увидели и самого Беша. Должно быть, его что-то выдало… Помимо странного собранного вида. Их позы мгновенно изменились, принимая боевые стойки, оружие быстро оказалось в руках и направлено ему в грудь. Они не обращали внимания на парящего рядом дрона, похоже, решив, что тот как раз обнаружил преступника.

— Стоять на месте! — рявкнул один из гвардейцев. Судя по многочисленным царапинам, пятнам и крохотным вмятинам на его броне, он очень опытен. Его поза уверенная и твердая. — Медленно поднимите руки так, чтобы мы их видели!

Второй гвардеец начал его обходить, держа свой DC-15S наготове. Беш не двигался. Лишь краем глаза следил за поведением второго гвардейца и напряженно размышлял. Но недолго.

Он ловким движением сдернул плащ, слегка повернувшись, и швырнул его в сторону обходившего клона. В это же время рука с бластером взметнулась вверх. Выстрел. Синяя вспышка очертила силуэт гвардейца. Тот выронил бластер и спустя мгновение рухнул лицом вниз.

Второй успел сдернуть закрывшую обзор ткань. Беш развернулся, увернувшись от выстрела. Отступил назад, когда мимо просвистел второй, пригнулся от третьего. Он выстрелил — гвардеец ловко увернулся и открыл ответный огонь. Увернувшись, тут же рванул вперед, стремительно сокращая расстояние. Броня столкнулась с броней с глухим стуком — гвардеец с силой влетел в стену здания, споткнувшись о мусор, но быстро пришел в себя и успел сделать выстрел.

Сильная боль обожгла бок, но Беш не позволил ей себя остановить: рука не дрогнула, когда он резко выбросил ее вперед, перехватывая бластер и выворачивая запястье противника, вынуждая того выпустить оружие. Едва гвардеец разжал пальцы, тут же пнул его в уязвимый живот и отступил, скользнув в сторону от стены. Беш, стиснув зубы, на мгновение замешкался, сморгнув черные пятна, проступившие перед глазами. Палец переключил DC-17 в боевой режим… затем обратно.

Что-то не так.

Он заколебался… Это нехорошо. Это отклонение, то, что противоречит его обучению. Но чувство, словно происходит нечто неправильное, засело где-то глубоко и нервировало. Отвлекающее, черт возьми, чувство. В нем хотелось покопаться, разобраться в его природе. Но не в бою же!

Гвардеец тоже пока не двигался. Странная пауза, в которой даже через вокодеры было слышно их тяжелые дыхания от напряжения и нагрузки.

Через мгновение гвардеец схватился за дубинку, резким движением активировал ее. Воздух разрезал треск электричества. Секунда — и враг ринулся в атаку. Он увернулся от двух выстрелов Беша, занес руку для атаки…

Очнись, что-то не так.

Беш прицелился. Рука чуть замедлилась — усилие и он едва успел выстрелить. Гвардеец, спустя бесконечно долгую секунду, упал без сознания. Дубинка, уже безвредная, звякнула рядом. Беш оглянулся — другой противник пока и не думал приходить в себя.

Наконец он опустил взгляд на пульсирующую острой болью точку на боку — кровь стекала по его броне, окрасив пластину на бедре неровными алыми дорожками. Зашипев, Беш прижал руку к животу. Перчатка заблестела от влаги, просачивающейся сквозь пальцы. Дрон парил рядом, безмолвно, практически равнодушно наблюдая за происходящим.

> Зафиксировано отклонение.

Беш фыркнул и тут же поморщился. Аурек терпеливо ожидал его ответа.

— Так для чего тебе дрон, Аурек? — выдохнул он, переводя дыхание и тему. Он знает, что есть отклонение. Оно половину боя извивалось в подкорке. Что это вообще такое? Беш моргнул, осознав, что пропустил часть информации от напарника и она уже скрылась с визора.

> …Направлю в участок, к которому зонд приписан. Рекомендую держаться поблизости, не дальше тридцати метров. Связь внутри участка может быть нестабильной.

Беш убрал бластер в кобуру и настороженно огляделся. Никого.

— Давай пошевеливаться, пока сюда не нагрянули остальные.

Он сделал шаг и, зашипев, приглушенно выругался, подволочив ногу. Какой неудачный выстрел — боль растеклась по боку, спускаясь к левой ноге. Аптечка в убежище, гвардейцы — где-то поблизости, медлить просто нельзя. Беш заковылял вперед, дрон через секунду поравнялся с ним и вырвался вперед, разведывая обстановку и показывая дорогу.

— Тебе придется иногда меня ждать, — раздраженно процедил он, постепенно привыкая к такому передвижению.

Беш брел вперед, подгоняемый своим напарником и постоянными патрулями, дышащими почти в затылок. Собранный, осторожный, он старался идти уверенно, расправив плечи. Хромота не исчезла, но была терпима. Он легко компенсировал неудобство, смирившись с дискомфортом, и не отвлекался. Дыхание чуть сбилось, но Беш игнорировал боль и надеялся, что не слишком наследил кровью. Здание, возле которого ему категорически не хотелось находиться, неумолимо приближалось.

Вскоре его продвижение замедлилось: Аурек быстро взламывал камеры, которых стало гораздо больше, и вычислял альтернативные маршруты, но каждая задержка заставляла напряжение в теле расти. Нервы — оголенные провода. В столь поздний час гражданских, разгуливающих по улицам, на этом уровне было мало. В основном это были либо рабочие, либо представители закона. Лишь один раз чересчур сообразительный тви’лек обратил на него внимание. Быстрый удушающий захват — тот сопротивлялся, размахивая руками, брыкался и лягался, но через мгновение уже лежал без сознания в переулке за мусорным контейнером, прикрытый грязной тряпкой.

> Мы прибыли в пункт назначения, — отрапортовал Аурек.

Беш выглянул из-за потрепанного угла жилого дома и поднял глаза на массивное квадратное здание, которое снаружи давило своими грубыми, тяжелыми чертами, и было еще более невзрачным, чем все остальное. Главный вход был ярко освещен, над ним висела табличка с названием и номером участка. Площадь перед зданием — отвратительное открытое пространство — не спрятаться и видно все, как на ладони. Он тяжело вздохнул. Это место нисколько не воодушевляло на подвиги.

— Делай, что нужно, — буркнул Беш, кивнув на маленького дрона, и прислонился к стене. Усталость постепенно начинала брать верх. По виску, скрытому шлемом, стекла капля пота. Хотелось пить, но больше всего — сесть и не вставать ближайшие четыре часа — обычно столько он и отдыхал. Хотя, подозревал Беш, как правило живому существу нужно больше времени на сон и восстановление. У него его не было.

Он оторвался от своих мыслей, когда дрон завис перед его шлемом.

> Как твое состояние?

Беш моргнул. Какая непривычная забота.

— Я в порядке. Просто нужно подлатать себя наконец, — он прищурился и легко хмыкнул. — Ты теперь и через дрона за мной следишь?

> Отрицательно.

Дрон легко вильнул в воздухе, как если бы собеседник помотал головой, а затем замер, выровнялся и не спеша направился к участку, идеально подражая поведению обычного полицейского зонда. Беш посмотрел ему вслед и немного сдвинулся назад, отходя в тень узкого переулка.

Интересно, Аурек все так же видит с его камеры? Или целиком переключился на зонд? Как он вообще переключается между устройствами? Ему было любопытно, как устроен напарник. Тот общался холодно, а вычисления делал невероятно быстро, но между тем, среди сухого текста и анализа на экране визора, проскакивало что-то… эмоциональное. Человеческое. А сейчас тот и вовсе спросил, в порядке ли Беш. Это так сильно отличается от той типичной отстраненности, что обычно демонстрировал Аурек.

Это Беш всегда воспринимал Аурека как живое существо, человека, личность. Он смутно помнил, что в самом начале тот проявлял эмоции, но со временем все стало таким далеким и незначительным.

Что с ним случилось?

Такой же ли он, как Беш?..

Мысли прервались, когда на визоре появился текст. Беш скосил глаза на маленькие часы в углу и понял, что выпал из жизни на добрых десять минут. Он быстро огляделся — чисто. Тихо.

> Проникновение успешно. Подозрений нет.

Это хорошие новости, но что именно нужно Ауреку в участке, тот до сих пор не сказал.

> Начинаю взлом терминала. Вероятность обнаружения — 35%.

— А в случае неудачи ты всех поднимешь на уши? — мимолетно поинтересовался Беш. В голосе послышалось напряжение.

> Не исключено, однако маловероятно.

Еще через несколько минут тишины послышались голоса и шаги. Беш повернул голову в сторону звука — кто-то приближался. Похоже, двое. Отступив еще чуть назад, он прижался плотнее к стене. Тень укрыла его.

— …А потом он сказал, цитирую: «если не начнете работать нормально, вас всех заменят гвардейцами». Представляешь?! Клонами! — Мужчина презрительно фыркнул. Его лицо искажено гримасой, словно разговор шел о грязи, прилипшей к его ботинку, от которой мечтал избавиться. Оба одеты в аккуратную форму, подогнанную по размеру. Ни складки, ни пылинки — идеальные образцы.

— Нас вообще ни во что не ставят, — пробасил второй, более крупный и высокий разумный, согласно покачав головой. Он сделал паузу, затем добавил: — Но должен признать, они неплохо работают.

— И ты туда же! — прорычал первый, обнажив ряд заостренных белых зубов. Как нетипично для человека, подумал Беш. — Если у них еще и зарплаты окажутся выше, я вообще пошлю к черту эту службу. Неблагодарная работа.

Они прошли мимо укрытия, не заботясь о том, что их могут услышать. Его рука метнулась в карман и быстро выудила упаковку. Мужчина тряхнул пачку и подцепил сигарету зубами, пошарил по карманам, а затем, наконец, найдя зажигалку, прикурил. Спустя пару затяжек, он сложил губы и выпустил серые кольца, быстро растворившиеся в ночном прохладном воздухе Корусанта.

— Ты что, дурак? — хохотнул его друг. — Им же ни шиша не платят.

Похоже, это окончательно потушило гнев человека, оставив его тлеющими угольками. Плечи чуть расслабились, он перестал агрессивно кусать сигарету.

— Ну и что, — немного обиженно и более низким голосом буркнул мужчина. — Замените тогда все службы этими дроидами, какая разница…

Когда они прошли и голоса стихли, Беш осторожно выглянул из-за угла, наблюдая, как парочка пересекала площадь. Их разговор слышен больше не был. Так странно. Люди переживают, что клоны отнимут их работу, но разве такое возможно? Беш почему-то очень сомневался в этом. Почему тогда так мало обычных разумных было в армии по сравнению с клонами? Разве у них был выбор?

«А у меня?»

Мысль пришла неожиданно и быстро, появившись из ниоткуда. В тот же миг резкая яркая боль за глазами прошибла так сильно, что заставила задохнуться. Картинка поплыла, ровные очертания зданий изогнулись, и давление такое, словно что-то безжалостно пыталось раздавить череп. Беш беззвучно склонился, вцепившись руками в колени и замер. Не шевелиться. Иначе вывернет прямо в шлем. Ему хотелось сорвать его с себя, наполнить легкие свежим воздухом. Рука вслепую шарила по креплениям, но остановилась, сжавшись в кулак. Беш зашипел от боли, пронзавшей голову. Тело обдало холодным потом, все мышцы напряжены до предела, давя на рану. Мысли путались, хаотично роились, ни на чем конкретно не задерживаясь. А затем — пугающая пустота. Будто зажевавшую пленку вытащили из заевшего механизма.

Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем боль отступила, оставляя после себя раскаленную лаву, облизывающую жаром виски. Секунды? Минуты? Когда же смог разлепить тяжелые веки, появившийся текст резанул глаза, заставляя подслеповато прищуриться.

> Взлом завершен. Изменено расчетное время прибытия «Обрекста III». Необходимые данные получены. Цель изменилась.

Беш стиснул зубы, заставляя себя сконцентрироваться. Тяжело дыша, вчитался в текст. Почему цель изменилась?

> Через две стандартные ротации на Корусант прибудет генерал Оби-Ван Кеноби и маршал-коммандер СС-2224.

— Цель — Кеноби? — сдавленным голосом переспросил он.

> Подтверждаю.

Беш едва не зарычал, но новый вопрос Аурека отвлек.

> Твои показатели странно скакнули. Что происходит?

Хороший вопрос. Туман в голове не помогал. Поиск ответа занял неприлично много времени, но Беш не мог сказать правду. Если скажет — его отзовут, а это — больше боли. Он знал: показатели не врут. Но надеялся, что Аурек все спишет ранение.

— Не знаю. Все нормально. Может, датчики барахлят?

Он придал своему голосу уверенность, которой не было. С губ легко сорвалась усмешка и, прежде чем Аурек ответил, оторвался от стены.

— Нужно разработать стратегию. Сам по себе СС-2224 для нас менее опасен, основная угроза — джедай. Будет всего один шанс. Значит — снайперская винтовка и элемент неожиданности.

Он остановился, осознав, что чего-то не хватает. Точно, дрон.

— Тебе еще долго?

> Зонд в участке деактивирован, направляемся в убежище.

Цель занимала все мысли Беша по пути к убежищу. Он наслышан о маршале-коммандере: блестящий тактик и стратег — очень умный и неудобный противник. Генерал Кеноби — непредсказуемый и смелый. У одного — Сила, у другого навыки, и оба — невероятно опытны. Беш не снайпер, но тренировки отточили его мастерство. Элемент неожиданности должен помочь, но все нужно сделать идеально. Второй попытки не будет.

Однако сначала отдых, медикаменты и еда. Подзарядка для его ноющего сердца.

1) ARF — Элитные клоны-разведчики. Сержант Хаунд из Корусантской гвардии относится к ARF.

Вернуться к тексту

Спустя, как показалось Рексу, целую вечность прибыл спидер, на переднем пассажирском сиденье которого находился коммандер Фокс. Следом появился еще один: гвардейцы ловко проникли в квартиру сенатора Чучи через разбитое окно, хрустя осколками под бронированными ботинками, и принялись оказывать помощь как ей, так и своим братьям. Рекс мгновение понаблюдал за их четкими, слаженными движениями, а затем забрался в салон, где было еще двое незнакомых клонов. Они отправились в путь.

Рекс заговорил первым, нарушая тишину. Он говорил быстро, выхватывая из памяти детали той короткой, стремительной встречи: описал транспорт, уходящий в сторону нижних уровней, силуэт убийцы, броню которого мельком видел. И то, как тот сражался, ничуть не уступая опытному солдату. Он машинально проверил, что оба бластера на месте, коснувшись их пальцами. Фокс слушал молча, изредка уточнял детали и сразу передавал в штаб. Ориентировки разошлись мгновенно — по всем каналам гвардии.

Но время тянулось. Результатов не было. Гвардия работала, вынюхивала, проверяла, но убийца словно испарился.

Мимо проскочил спидер Сил безопасности, сверкая яркими мигалками, внизу сновали патрули Корусантской гвардии. Корусант жил и дышал, будто ничего не происходило.

Рекс сомневался, что убийца стал бы бросать транспорт здесь: скорее всего тот спустился бы на один из бесконечных нижних уровней… Как здесь кого-то найти? Хотя учитывая количество камер, сканеров, поисковых групп и массиффов, у гвардии наверняка были свои эффективные методы. Эти солдаты чувствовали себя уверенно и свободно, в отличие от Рекса. Это — их поле боя, и они здесь профи. Именно поэтому, когда что-то из их действий ему казалось странным или нелогичным, он не встревал. Его опыт здесь — ничто, и кардинально отличается от их.

Фокс с кем-то переговаривался по связи — это было видно по тому, как-то и дело наклонялась его голова или рука касалась шлема. Лишь через полчаса бесплодных поисков появилась хоть какая-то зацепка — камера засекла похожий транспорт на одном из нижних уровней, и они тут же отправились туда. Фокс корректировал маршруты на ходу, быстро отдавая приказы. Делал все, чтобы сузить круг поисков.

Корусант казался… давящим. Отталкивающим. Опасным в своем обычном проявлении, смертельной ловушкой. Рексу не нравился экуменополис. Он побывал в стольких мирах — некоторые из них были откровенно коварными, смертоносными, грязными и неприятными, какие-то — красивыми и умиротворяющими, если бы не война, и любая из них была лучше, чем Корусант. Казалось, спидер спускался в чрево чудовища. Воздух будто становился густым, затхлым, застоялым. Словно чем ближе к ядру планеты, тем больше становилось очевидно, насколько на самом деле она мертвая.

Рекс не мог не глазеть по сторонам. И не мог не вспомнить день, ставший катастрофой — когда Файвз на его руках испустил последний вздох. Сердце сбилось с ритма, когда воспоминание ужалило его сознание, руки, лежащие на бронированных коленях, сами сжались в кулаки. Перчатки едва слышно скрипнули. Рекс с усилием разжал пальцы, заставил себя дышать ровно. Он стиснул зубы, стараясь прогнать мрачные мысли, и чувствовал внимание Фокса даже сквозь холодный визор шлема.

Когда спидер остановился у какого-то заброшенного, пошарпанного завода, там уже находился отряд, а периметр был оцеплен. Рекс покинул салон, и глубоко вдохнул, заталкивая непрошеные эмоции подальше и сосредотачиваясь на деле.

Они подошли к клону, в котором Рекс узнал коммандера Стоуна — не по броне, а по тому, как тот стоял, чуть сместив вес на правую ногу, и как ровно держал спину, словно его беспокоила старая травма.

— Стоун, доложи, — скомандовал Фокс. Голос властный, такой, от которого сразу хочется встать по стойке «смирно» и отдать честь. Или послать Фокса куда подальше. Рекс остановился чуть позади по правую руку от него, окинув взглядом угнанный лендспидер. Надпись «Доставка ваших заказов: быстро и на любой уровень!» на борту казалась ироничной.

— Коммандер. Лендспидер брошен относительно недавно. Владелец — пожилой абеднедонец, был оглушен, все еще приходит в себя. Преступник не тронул ни его, ни имущество, а бросил вместе с техникой.

Стоун говорил лишь по делу, размеренно и ровно. Для него происходящее, похоже, ежедневное занятие, которое уже ничем не удивляет. Фокс уже успел приметить несколько камер, почти не поворачивая головы.

— Записи? — спросил он, кивком указав на одну из них — маленький наблюдатель располагался высоко на стене, практически под самой геометрией крыши завода. Стоун кивнул и протянул датапад.

На экране уже было открыто какое-то видео: судя по ракурсу, запись велась с камеры напротив. Рекс наблюдал, как лендспидер не спеша продвигался к заводу, а затем исчез за воротами. Камеры внутри не работали, и что происходило дальше — не ясно, но убийца вышел не сразу. Что его задержало? Решалась ли в те долгие мгновения судьба абеднедонца, или же это была небольшая пауза, чтобы связаться с кем-то еще?

Рекс оборвал мысль, когда в кадре появился тот, кого они искали. Фокс поставил видео на паузу, выцепив удачный момент одним нажатием пальца, и увеличил изображение, чтобы рассмотреть броню на зернистом изображении. Несмотря на то, что накидка сильно мешала, шлем и пластины были частично видны: темно-серые, невзрачные, по шлему проходила вертикальная бледно-зеленая полоса, а на выглядывающем из-под накидки предплечье — диагональная. Расцветка не была знакомой.

— Любопытно, — протянул коммандер Фокс. — Анализ брони делали?

— Какая-то сильно модифицированная, совпадений по базам нет. Не мандалорская, и на броню большинства охотников или наемников не похожа. Сет сказал, что на шлеме много выступающих частей и предположил, что это могут быть какие-то датчики. А вот это, — он увеличил изображение и указал на крошечный выступ, — вероятно, камера, как на наших шлемах.

Рекс машинально поднял глаза и посмотрел внимательнее на гвардейцев. И правда: у большинства из них в верхней левой части шлема были похожие выступы. Записывающие устройства. Он не заметил их раньше — просто не обращал внимания.

— Зачем ему камера? — спросил Рекс.

— Может, записывает материал для изучения позже, а может, у него есть сообщник. Сложно сказать, — ответил коммандер Стоун, пожав плечами.

— Куда убийца направился дальше?

— По словам очевидцев — на юго-восток. Чар еще опрашивает свидетелей.

— Оттуда легко попасть на другие уровни, значит, он не собирался здесь задерживаться, — заметил Фокс. — Как только водитель сможет дать показания — допросите его. Затем…

Коммандера прервал оживший коммуникатор, и он поднял руку, принимая вызов.

— Коммандер Фокс, один из патрулей столкнулся с подозреваемым на уровне 1312. Оба были оглушены, но Тинкер уже пришел в себя. По его словам, ему удалось ранить подозреваемого.

— Хорошо…

— Вы сказали, что подозреваемый ранен, — вмешался Рекс, встрепенувшись, и случайно перебив Фокса — тот бросил на него осуждающий взгляд, но ничего не сказал. Рекс виновато поморщился, хотя из-за шлема коммандер этого не видел. — Есть какие-нибудь следы?

— Так точно, сэр. Экспертная группа уже на месте и собирает образцы, а отряд Реш выслеживает подозреваемого по следу крови.

— Отлично, — наконец смог вклиниться Фокс. — Я хочу получить результаты как можно быстрее. Держите меня в курсе. Фокс, конец связи.

— Коммандер, насколько я помню, у вас есть массиффы. Не эффективнее ли было бы использовать их для преследования? — поинтересовался капитан, когда вызов завершился. Он прекрасно помнил, насколько результативны эти звери могут быть в правильных руках. Шлем Фокса качнулся в его сторону, и несмотря на то, что лицо коммандера скрыто визором, он почти физически ощутил, как тот сначала одарил его взглядом, так и говорившим, что Рекс сморозил чушь, а затем еще и закатил глаза.

— Ценю ваш интерес, капитан, — произнес Фокс так, что было очевидно, что на самом деле нет. Рекс почувствовал знакомое раздражение — он говорил таким же колким тоном, как тогда, когда преследовал Асоку. Воспоминания об инциденте и о преследовании Файвза вновь отозвались тревожными фантомными покалываниями глубоко внутри. И хотя капитан понимал, что вопрос, возможно, был лишним, неприятный осадок все равно остался. Он загнал эти чувства поглубже. — Позвольте вас успокоить. В отряд Реш входит ЭКР⁽¹⁾ — сержант Хаунд и его массифф Гриззер. Надеюсь, я ответил на ваш вопрос.

Через вокодер шлема послышалось, как Фокс хмыкнул, а затем, заложив руки за идеально прямую спину, развернулся и направился к спидеру. Знакомое раздражение подняло свою голову. Рекс мельком взглянул на коммандера Стоуна, судя по наклону шлема, с интересом наблюдавшим за ними, и тут же поспешил к транспорту.

Уровни менялись, но атмосфера в них была одинаково угнетающей: та же сырость, та же грязь, и ярко бликующие неоновые вывески среди полупустых червеобразных улиц. Люди провожали клонов странными, почти недоверчивыми взглядами и быстро отворачивались. От них становилось неуютно. Гвардейцы легко ориентировалось в этих переплетениях и развилках, напоминающих лабиринт. Рекс постарался расслабиться, терпеливо наслаждаясь поездкой, пока спидер, наконец, не остановился рядом с несколькими клонами.

На двух клонах шлемы были сняты — один из них наверняка Тинкер. Радовало, что все уже в сознании и никто не пострадал. Неудачливые патрульные стояли, прислонившись к серой стене здания и вели тихую, но оживленную беседу, едва не переходящую в спор, с медиком, судя по символу на наплечнике. Спорить с медиком вообще безнадежное занятие. Казалось, все они обладали генетически врожденной способностью переспорить кого угодно, даже джедая. А еще у них есть успокоительные…

Чуть позади медика стоял еще один клон. Он выглядел так, словно был его личной охраной — внимательным наблюдателем, беспрестанно сканирующим окружающее пространство. Третий гвардеец был в необычной мягкой форме и сидел на корточках, водя сканером над поверхностью. Голубой свет скользил по следам, собирая и медленно обрабатывая данные.

Рекс выбрался из транспорта, двигаясь осторожно: не хотелось случайно что-нибудь испортить. Клон, проводивший анализ, не глядя протянул коммандеру датапад, едва тот успел приблизиться, и продолжил сосредоточенно заниматься своим делом. А Фокс поглощал информацию со скоростью света.

Следы боя были очевидны: темные подпалины выделялись на стенах — краска вспузырилась от жара плазмы и застыла хрупкими бугорками; черные штрихи уродовали грязную поверхность под ногами. Неподалеку с яркой меткой лежал коричневый плащ, который Рекс видел на нападавшем. Значит, теперь его броня выставлена напоказ. Чуть дальше — неаккуратное пятно крови, чуть смазанное, словно что-то волочили. Рекс присел на корточки, всматриваясь в следы. Кровь была темной, подсохшей, но влажность, царившая в этом месте, не дала ей засохнуть до конца. Он проследил за удаляющимися следами, которые постепенно становились все менее заметными.

Бесшумная тень Фокса незаметно приблизилась.

— Можем идти? — сухо поинтересовался он. Рекс кивнул. Его охватило чувство, будто он задерживает ход всего расследования одним своим присутствием.

След неровным маршрутом вел по самым разным местам, но становилось очевидно — беглец поднимался все выше. Фокс то и дело поднимал голову, обводя взглядом окружающее пространство, но ничего не говорил, безмолвно фиксируя то, чего наверняка Рекс не заметил.

Вскоре они оказались неподалеку от здания, напоминавшее отделение полиции. Рекс автоматически подметил несколько маршрутов, как убийца мог бы пересечь большую открытую площадь и проникнуть внутрь, а потом все точки на окружающих зданиях, где удобнее всего можно было бы спрятаться и выждать подходящий момент. Перед входом в отделение уже находилось несколько спидеров Гвардии, а среди бело-алой брони выделялся стройный силуэт Скайуокера. Им навстречу плавной, почти парящей походкой, шел коммандер Тайр.

Рекс хорошо запомнил его. Когда Файвз умирал у него на руках, Тайр снял шлем и стоял рядом. Потрясенный, и даже почему-то виноватый, он выразил поддержку и сочувствие капитану, но затем вновь нацепил маску профессионализма, скрыв истинные чувства, как делали все гвардейцы. Рекс ценил его поддержку.

— Тайр. Порадуй новостями. Есть что-нибудь? — поинтересовался коммандер Фокс, в голосе которого неожиданно проскользнуло тепло. Тайр снял шлем, провел рукой по слегка влажным, растрепанным волосам. Он выглядел уставшим и измотанным, под глазами залегли тени, но он был собранным и профессиональным, как и всегда.

— Капитан Рекс, коммандер, — поприветствовал их Тайр, а затем кивнул в сторону здания Службы безопасности. — Итак. Внимание сотрудников, — выплюнул он последнее слово, — привлек полицейский дрон. Мы просмотрели камеры видеонаблюдения: тот вел себя как обычно, подключился к терминалу и какое-то время ничего не происходило. А потом, — он щелкнул пальцами. Звук получился глухим из-за плотных перчаток. — его будто резко выключили. Он просто рухнул на пол, даже не разорвав соединение, повредил из-за этого свой скомп и порт терминала. Техники пытаются его реанимировать, но на это уйдет время.

Что такого важного искал убийца, что взломал дрона и вломился в участок, несмотря на ранение?

— Какие-нибудь логи? — вздохнул Фокс и тоже снял шлем. Он провел пальцами по уставшим глазам, на мгновение задержавшись на переносице. Рекс заметил скопившуюся усталость не по лицу коммандера, а в каждом его движении, будто маска на мгновение спала, обнажив нечто более хрупкое и человечное. Он даже перестал казаться холодным.

— А это еще интереснее. Все подчищено, — Тайр хмыкнул. — Впрочем, Лайн нашел некоторые следы более глубокого взлома и, судя по всему, наш маленький хитрый хакер-убийца умудрился подключиться и отредактировать разведданные ВАР.

— Что? — вскинув голову, тут же спросил Рекс, чувствуя пробежавшее по мышцам беспокойство.

— Что значит «отредактировать»? — прорычал Фокс одновременно с Рексом, хмуро сверля Тайра взглядом. Он явно не ожидал подобных новостей — поза изменилась, мышцы под броней напряглись. — Эти данные секретны и относятся к совершенно другому ведомству. У них нет доступа к ним.

— Техники пока выясняют подробности, — спокойно ответил Тайр, словно не замечая этой вспышки гнева. Затем вздохнул. — Но выглядит это неутешительно, да?

— Выглядит, как криффовый осик, — выругался коммандер, и Тайр хохотнул. Его приподнятое настроение странно контрастировало с напряженной и потенциально опасной ситуацией.

Только вот Рексу было совсем не весело. Происходящее стремительно набирало обороты и с каждым новым открытием становилось только хуже. Насколько глубоким было проникновение в систему? Кому вообще все это нужно? Что, если будут отредактированы данные, и в результате исчезнет целый легион?.. Судьба, постигшая 104-й батальон в самом начале войны никогда не должна повториться.

— Ладно. Я понял. Когда техники выяснят…

Однако договорить Фокс не успел: с ожившим коммом к ним подошел Скайуокер, мгновенно привлекая внимание двух коммандеров и капитана.

— Прошу прощения, господа, я вас прерву, — проворчал он. — Похоже, что-то важное.

Джедай удобно расположил круглое устройство на ладони, и активировал связь — тут же появились голограммы генерала Пло Куна и коммандера Вольфа в полной броне. Коммандер держал шлем в руках, а его хищная ухмылка оправдывала волчье прозвище. Значит, что-то произошло. Рекс невольно напрягся.

— Скайуокер. Капитан Рекс. Коммандеры. Рад вас видеть в добром здравии, — поприветствовал всех своим спокойным, глубоким голосом генерал Кун. Хотя из-за особенностей расы по его лицу было трудно считать эмоции, в голосе смешалась теплота и командная твердость. Джедай источал уверенное спокойствие одним лишь своим присутствием. Рекс и гвардейцы отдали честь, но кел-дор просто отмахнулся от этого.

— Мастер Кун, коммандер Вольф. Что-то случилось? — поинтересовался Энакин с едва слышимой тревогой в голосе.

— Можно и так сказать. Весьма удобно, что вы собрались вот так, все вместе. Коммандер, — джедай повернулся к Вольфу с легким весельем, — не окажете нам честь?

— Конечно, генерал, — выпрямившись, ответил Вольф. — Итак, сообщалось, что в направлении Серенно вылетел сепаратистский корабль с неизвестным грузом на борту.

Рекс нахмурился. Как эта информация сейчас относилась к расследованию? 501-й застрял на Корусанте без разрешения к вылету. Чем они могут помочь 104-му отсюда? Вольф продолжил, не заметив заминки капитана.

— Была разработана операция по перехвату корабля, однако планы в последний момент изменились: мы получили второй набор разведданных. Они казались… подозрительными. Обновленное расчетное время прибытия корабля указано на минуту позже, но мы прибыли на три минуты раньше и успели подготовиться. Когда сеппи появились, ловушка захлопнулась, — скорее скалясь, нежели ухмыляясь, произнес Вольф, но тут же посерьезнел. — Похоже, отредактированные данные были призваны нас задержать.

— Так уж вышло, — вмешался джедай, — что мы как раз узнали, что вы проводите расследование, и Сила подсказала мне, что вы можете знать, в чем дело.

— Все так, мастер, — кивнул Энакин. — Сегодня мы обнаружили взлом, в результате которого был получен доступ к этим данным, но мы еще выясняем, как неизвестному это удалось, и что еще он мог натворить.

— Так что было на корабле сепаратистов? — спросил Тайр, с любопытством склонив голову.

— Ценным грузом оказался СТ-6116, — фыркнул Вольф.

— Кикс в порядке? — тут же спросил Рекс, стараясь держать себя в руках изо всех сил. Его медик, его друг, боевой товарищ, прошедший с ним бок о бок столько кампаний, готовый отдать все ради братьев и постоянно рискующий ради них жизнью на поле боя, не просто нашелся, а оказался похищен! Зачем? Что сепаратистам было нужно от него?

— С Киксом все в порядке, — успокоил его генерал Кун, излучая теплоту, а голос смягчился. Рексу показалось, что кел-дор слегка улыбается под маской. — Он был в стазисе и приходит в себя после разморозки. Какое-то время будет дезориентирован, но скоро полностью восстановится.

Рекс выдохнул, расслабив плечи. Энакин одарил его теплым взглядом, несомненно, почувствовав перемену.

— А кроме вашего медика, — перехватил инициативу Вольф, — на борту было несколько десятков новеньких В2. Но теперь это просто красивый и дорогой металлолом. Люблю запах паленых проводов по утрам.

Рекс не мог не улыбаться, и был рад, что шлем все еще на голове, скрывая искреннюю радость от остальных. В груди стало чуть свободнее, когда он осознал, что Кикс скоро к ним вернется — целый и невредимый. Он привык терять братьев, но возвращать их — так до эгоистичного приятно.

— Кикс исчез во время последней компании, и, похоже, перевозился прямиком к графу Дуку. Вероятно, что-то в нем очень заинтересовало сепаратистов, — задумчиво поглаживая подбородок, протянул генерал Скайуокер. Этот жест, заметил Рекс, проявлялся все чаще и подозрительно напоминал манеру генерала Кеноби поглаживать бородку во время активного мыслительного процесса.

— Не волнуйтесь, — ухмыльнулся Вольф, — скоро вы получите обратно своего медика.

Рекс благодарно кивнул.

— Допросите его, сэр, — вмешался коммандер Фокс, опустив датапад, который успел просмотреть за столь короткое время. Рекс бросил на него испепеляющий взгляд. Если Фокс и заметил это, то никак не показал. — Кто-то очень старается, чтобы он не вернулся в батальон. Очевидно, ваш медик располагает ценной информацией. Нужно узнать, какой. Ради этого наш убийца пошел на очень рискованный шаг, несмотря на ранение, и изменил данные.

— Но зачем им понадобился обычный полевой медик? Что такого он может знать? У него нет особых доступов, это не высокопоставленный офицер, не ЭРК, даже не коммандос и не спецназ, — задумчиво протянул Тайр. — И действительно ли дело в нем? Может, наш взломщик просто проверял свои возможности, а он — побочный результат? — Коммандер тут же поморщился от собственных слов и бросил на Рекса и генерала Скайуокера извиняющийся взгляд. — Прошу прощения за резкость, это просто теория.

— Я понимаю, — ответил Рекс. Это были логичные слова, какими бы неприятными они ни были.

— Каким образом подозреваемый проник в участок? — уточнил Пло Кун.

— С помощью полицейского дрона. Его взломали, доставили в участок и подключили к терминалу. Только когда дрон отключился, не оборвав соединение, сотрудники поняли, что что-то произошло, — пояснил Тайр, пожав плечами.

— Я предполагаю, что на какое-то время убийцу могут перестать интересовать сенаторы, — произнес Фокс, словно это было нечто очевидное.

— Почему? — спросил Скайуокер.

— Теперь он знает, что генерал Кеноби прибывает на Корусант.

— Что ему может быть нужно от Оби-Вана? — нахмурился Энакин.

— Тогда почему он не напал на генерала Скайуокера, — почти одновременно с Энакином, спросил Рекс. Фокс коротко вздохнул.

— Сенатские серверы, к которым он проявлял интерес до этого, не подключены к общим сетям, а их содержимое весьма ограниченно. Убийца просто не знал, что генерал Скайуокер прибыл на Корусант, — Фокс склонил голову набок, внимательно глядя то на присутствующих, то на голограммы своим острым, пронизывающим до костей взглядом. — Однако теперь он взломал источник, с куда более обширными сведениями, и смог забраться очень глубоко. Информация об операциях, поставках, приказы, разведданные… Все было просмотрено и отсортировано с невероятной скоростью.

Для убедительности, коммандер поднял датапад, который просматривал ранее.

— Похоже, он целенаправленно искал расписание прибывающих и улетающих кораблей, чтобы отследить перемещение целей. Таким образом, теперь он знает о прибытии генерала Кеноби. И… все это далеко выходит за рамки обычного взлома.

— Это точно не какой-то навороченный дроид сепаратистов под прикрытием, о котором мы ничего не слышали? — спросил Энакин, мрачно хмурясь.

— Я с ним дрался, сэр, — ответил капитан. — Его движения и стиль не похожи на дроида. И он допускал ошибки, были шероховатости и заминки. Это не похоже на дроида.

— Выглядит как осик’ла проблема⁽²⁾, — фыркнул коммандер Тайр, переминаясь с ноги на ногу и взглянув на задумчивого Фокса. Пло Кун на фоне хохотнул. — Может, мы вообще имеем дело с организованной группой?

— Это многое бы объяснило, на самом деле, — неторопливо произнес коммандер, задумчиво водя большим пальцем по шву на перчатке. — Но еще рано делать какие-то выводы. Нужны доказательства.

— Есть идеи, каким образом наш тень получил доступ к базам данных ВАР? Разве ведомства не изолированы друг от друга? — спросил Рекс. Энакин закивал, очевидно, задаваясь тем же вопросом.

— Это так, — подтвердил Фокс. — Служба безопасности имеет ограниченные связи с ВАР.

— Был послан короткий запрос для получения списка прибывающих кораблей с целью выделения транспорта сопровождения в связи с возросшей террористической активностью, — объяснил Тайр, разводя руками. — Система распознала действительные ключи авторизации и автоматически предоставила запрошенные сведения. Похоже, этого ограниченного канала оказалось достаточно, чтобы обойти защиту и продолжить взлом глубже.

Энакин вздохнул, потерев переносицу.

— Чертовщина какая-то. У него ведь было очень мало времени, а взлом глубокий. Если кто-то может так легко манипулировать нашими данными, то как нам вообще доверять своим источникам и приказам? — Скайуокер активно зажестикулировал. — А если он объявит, ну, не знаю, например, канцлера вне закона? Подобные уязвимости могут очень дорого нам обойтись.

— Это нам еще предстоит выяснить, юный Скайуокер. Пока занимайся поимкой убийцы. Я передам информацию о взломе Совету, и мы начнем работу над уязвимостями. Да пребудет с тобой Сила, — попрощался Пло Кун, слегка поклонившись, и отключился.

— Да пребудет с вами Сила, мастер, — ответил Энакин.

Какое-то время никто ничего не произносил. Тишина была неприятной и давящей, в ней, словно рябь на воде, повисли десятки вопросов без ответов.

— Простите, что говорю это… Ну и крифф, — проворчал Тайр, ловким движением руки надевая шлем.

* * *

Примерно через полчаса Рекс и Фокс присоединились к отряду Реш. Это была группа из трех клонов, во главе которой шагал сержант Хаунд, выделяющийся на фоне типичной неуникальной брони двух других гвардейцев. Его броня с необычной раскраской и шлем со стилизованными клыками по бокам, придавали ему эффектности. Он казался грозным и даже опасным, а массифф, идущий по следу впереди него, дополнял эту картину.

— Коммандер. Капитан, — бодро отсалютовал Хаунд двумя пальцами, пока остановившийся Гриззер, уткнувшись носом в землю, что-то особо тщательно вынюхивал.

— Хаунд, доклад, — буркнул Фокс, не сбавляя шага, когда зверь, наконец, вновь взял след и уверенно повел группу дальше. Настроение Фокса заметно ухудшилось после известия о взломе ВАР.

— Он не особо избегал камер, знатно тут наследил, — ответил сержант. ЭКР выглядел и вел себя расслабленно и уверенно, словно наслаждался процессом выслеживания, уравновешивающе контрастируя на фоне более собранных и молчаливых братьев. Гриззер в шлейке трусил впереди, с глухим цоканьем когтей переставляя короткие толстые лапы.

— Можете пояснить для тех, кто не в курсе? — Рекс вопросительно склонил голову.

— Есть более сложный, но безопасный маршрут, — начал Фокс, — он его не выбрал. Значит, либо сказалось ранение, либо камеры его не волнуют.

Рекс пожал плечами.

— Я думал, это понятно по тому, что после завода убийцу зафиксировала только одна камера, а остальные чудесным образом оказались отключены или ничего не записывали.

Фокс насмешливо фыркнул и через вокодер шлема этот звук слегка треснул.

— Тогда у него было время заниматься взломом общегородской сети и выводить системы безопасности из строя, если, конечно, ему кто-то не помогает изнутри. Опять же, — чуть тише и раздраженнее продолжил коммандер, — это действительно может быть организованная группа.

Фокс покачал головой и заложил руки за спину, расправив бронированные плечи.

— Однако позже, когда он был ранен, находился в стрессе, и был прекрасно осведомлен, что очень скоро пропажа патруля будет обнаружена, такой роскоши как время у него больше не было. И все же он равно выбрал маршрут, изобилующий камерами.

— Этот путь очень простой и прямой, требующий минимальных физических усилий, — также помог Хаунд. — Мы периодически находим следы крови. Похоже, наш маленький беглец измотан и все это время терял кровь. Это наверняка сказалось на его самочувствии, — Хаунд покачал головой в притворном сочувствии. — Хотя, похоже, он себя подлатал, потому что следы стали реже.

— Есть ли что-то интересное впереди? — поинтересовался Рекс, с легким любопытством оглядывая фасады окружающих их зданий и практические пустынные разветвления улиц.

— Впереди только трущобы и территория одной из группировок, — ответил один из солдат, имени которого Рекс не знал. Может, они даже когда-то пересекались, но с типичной одинаковой раскраской брони отличить гвардейцев друг от друга можно было лишь по царапинам и сколам.

Информация про банду была интересной. Рекс ненадолго задумался: могли ли они быть заодно или же убийца направился туда из-за обстоятельств?

— Группировок?

— Да, — решил вступить в разговор и второй гвардеец. Его броня была более гладкой и чистой, а краска меньше облупленной, чем у товарища. — Мы давно с ними ведем борьбу, но они умело избегают рейдов и вовремя избавляются от улик.

— Мы знаем, чем они занимаются, но не можем это доказать, — с холодной сталью в голосе и явной обидой прорычал сержант, и Гриззер, подняв голову, странно оглянулся на него. Хаунд прицокнул языком, сложил пальцы в знак, которого Рекс не знал. — Ищи. Хороший мальчик Гриззер, — похвалил он напарника, и тот, казалось, просиял, еще тщательнее начав втягивать носом воздух.

— Раз это территория банды… — Рекс взглянул на гвардейцев, — мы вообще туда можем заходить?

Фокс тяжело вздохнул, и его плечи едва заметно поникли. Хаунд, словно встрепенувшись, бросил на коммандера короткий взгляд и заговорил.

— Как правило эта банда не трогает нас. Убийства клонов легко сошли бы им с рук, ведь это не считается убийством, а являлось бы порчей имущества, — презрительно выплюнул сержант, — но они стараются держать свой бизнес подальше от любопытных носов. Однако мы… обожглись. И из-за своей ошибки потеряли двоих солдат.

— Вот почему важно действовать по протоколу, — тихо произнес один из сопровождающих, тут же отвернувшись, словно увидел на стене что-то важное. Рекс видел, как эта тема задела каждого из присутствующих. Он мельком взглянул на Фокса — тот явно не собирался вступать в разговор, лишь слушая объяснения товарищей.

— В общем, — продолжил Хаунд, проигнорировав комментарий брата, — их тела мы находили по частям в течение следующего месяца. И, прежде чем ты спросишь, — хмыкнул он, — нет, убийц не арестовали.

Рекс все понял. И ему совсем не нравилось, что происходило в самом сердце Республики, где были Сенат, канцлер и всевозможные службы безопасности.

Среди солдат, воевавших на передовой, считалось, что служба в Гвардии — это больше про дипломатическое сопровождение, поддержание порядка в Сенате и работу с тюрьмами. Минимальный риск. Незначительные потери. На Корусанте нет окопов, бесконечной стрельбы, и тяжелой техники. Вот только здесь враг мог выглядеть как невинный гражданский, а на самом деле быть искусным убийцей… А случившееся с коммандером Торном и его отрядом, стало неприятным уроком для всех. Наверное, тогда другие батальоны ярче всего осознали, что служба в Корусантской гвардии не менее опасна.

Рекс мотнул головой и понял, что слегка отвлекся: Гриззер потерял след, когда они вышли на широкий, довольно оживленный даже в такое позднее время проспект. Шум спидеров, музыка и громкие разговоры резко контрастировали с тишиной узких улиц. Даже сквозь фильтры шлема Рекс почувствовал запахи жирной жареной еды, душистых специй и машинного масла, витавшие в воздухе.

— Ну все, приехали, — с горечью вздохнул Хаунд. Гриззер беспомощно заскулил рядом и все еще кружил на месте, будто пытался найти зацепку. Сержант погладил зверя по голове и подал знак — массифф тут же пристроился у его ноги. — Хороший мальчик.

Рекс огляделся, словно это помогло бы найти ему хоть что-нибудь полезное. Рядом Фокс медленно перевел взгляд по фасадам зданий, потрепанному транспорту, прохожим, будто за несколько секунд успел просканировать все вокруг. Он выглядел уверенным и спокойным. Прожав быструю комбинацию кнопок на наруче, коммандер повернулся к группе.

— Разделимся, — сказал Фокс, обведя всех взглядом. Даже сквозь визор он казался слишком внимательным и цепким. — Если что-нибудь найдете — свяжитесь с остальными. Заметите цель — в контакт не вступать, держаться незаметно и на расстоянии. Мы не можем себе позволить спугнуть его или потерять кого-нибудь, — прорычал коммандер, а затем повернулся к двум гвардейцам. — Арчер и Ланки — вы на запад.

Фокс указал направление и двое гвардейцев, отдав ему честь, быстро растворились среди гражданских.

— Хаунд, вы с Гриззером прочешите район. Я вызвал отряд Джент тебе в помощь.

— Два массиффа лучше, чем один, — кивнул Хаунд, и легко погладил Гриззера по голове. Фокс усмехнулся.

— Только не превращайте снова поиск в соревнование, — проворчал он и повернулся к капитану. — Нам с капитаном Рексом нужно связаться с генералом Кеноби.

Рекс понял, что сильно недооценил фразу: «нужно связаться с генералом Кеноби», потому что разговор практически сразу вышел из-под контроля.

Когда задачи были распределены и отряды принялись за работу, как раз подоспел транспорт Гвардии, в который Фокс и Рекс сразу сели. Дверь закрылась, отрезая от шума и запахов проспекта. Снаружи город продолжал дышать и бесконечно двигаться, но закрытый салон спидера стал маленьким убежищем. Сразу полегчало. Двигатели незаметно гудели, по корпусу проходилась легкая вибрация, в салоне было тихо.

Рекс впервые за последние часы снял шлем. Он провел рукой по коротко стриженным светлым волосам, затем по лицу, собираясь с мыслями, с чего начать. В голове царил бардак. Событий за последние сутки накопилось много.

Достав коммуникатор, он расположил его на полу и активировал. Спустя несколько секунд генерал ответил на вызов, жестом подзывая кого-то еще, а через мгновение в кадре появился Коди.

— Капитан, что-то случилось? — поинтересовался джедай, с легким любопытством оглядев сначала его, а затем заметил Фокса. Он тут же кивнул, приветствуя. — Коммандер.

Шлем Фокса качнулся в ответ в легком кивке.

— У нас появилась важная информация. Генерал, мы полагаем, что на вас может быть совершено покушение на Корусанте… — начал Рекс, но Кеноби прервал его, подняв руку. Он не выглядел расстроенным, скорее наоборот, будто заинтригованным, и даже сквозь голограмму казалось, что в его глазах заплескался озорной огонек.

— Мой дорогой капитан, у меня богатый опыт в покушениях, — насмешливо произнес джедай, поглаживая отросшую бороду, а Коди явно подавил желание закатить глаза, и выглядел странно смирившимся. Слева от Рекса послышался тихий, практически незаметный раздраженный вздох.

— Генерал, боюсь, вы не осознаете всю опасность своего положения, — вмешался коммандер. Кеноби мягко провел пальцами по нижней челюсти и нахмурился.

— Позвольте с вами не согласиться, коммандер. Я прекрасно осознаю риск, — твердо и спокойно ответил он. — Это подтвержденная информация?

Фокс покачал головой.

— Пока не более, чем предположение, но вероятность такого развития событий существует.

Генерал одобрительно кивнул. Изображение слегка распалось, когда по голограмме пробежала легкая рябь.

— Верно, верно. Лучше перестраховаться.

Рекс прищурился, уже предчувствуя то же, что и подозрительно спокойный Коди. В конце концов, не только генерал Скайуокер и коммандер Тано славились неортодоксальными методами решения проблем.

— А раз это лишь вероятность, то этого может и не случиться, так? — загадочно спросил джедай. — Кто станет целью, если это окажусь не я?

Джедай на мгновение обернулся, явно с кем-то разговаривая, а затем появился в кадре уже с кружкой кафа в руках.

— Один из сенаторов, — сдержанно произнес Фокс. — Пока подтвержден интерес к сенатору Чучи. Также в зоне риска сенатор Амидала и сенатор Органа.

— Вот как, — задумчиво кивнул Кеноби и сделал небольшой глоток горячего напитка. — Рекс, Энакин в курсе?

Рекс хотел было уточнить: «в курсе ли Энакин о сенаторах» или «в курсе ли Энакин об очередном покушении на мастера», но придержал язык, решив ответить сразу на оба вопроса.

— Так точно, генерал, — кивнул он.

— Ну что ж… — фыркнул Оби-Ван. Коди, медленно повернув голову, бросил на него испепеляющий взгляд, явно ожидая, что сейчас джедай предложит что-нибудь сомнительное. — Раз я — вероятная цель, то воспользуемся этим.

— Воспользуемся? — опешил Фокс. На какое-то время повисла тишина.

Затем послышался тяжелый вздох Коди — тот приложил пальцы к глазам, явно не прогадав в своих предположениях. Сказывался богатый опыт работы с генералом. Кеноби лишь усмехнулся.

— Верно, коммандер. Воспользуемся. Я выступлю в качестве приманки. — Джедай поднял руку, предвосхищая реакцию Фокса. — Вы сможете обеспечить безопасную посадку у храма джедаев, а надеть под робу дополнительную броню — ничего не стоит и, скорее всего, это даже не будет заметно.

Он опустил взгляд на свою свободную джедайскую одежду и провел ладонью по складкам ткани.

— Также со мной будет меч, Сила и коммандер Коди.

В глубине души Рекс понимал, что Кеноби прав. Использовать себя в качестве приманки было разумным решением, способным приблизить их к поимке преступника, но его все равно одолевало сомнение. Достаточно выстрела в голову, одного незамеченного дроида, мельчайшей ошибки, и его жизнь оборвалась бы. На этот раз по-настоящему.

Рекс нахмурился. Челюсть напряглась.

— Сэр, это опасно. И генералу Скайуокеру не понравится, что вы снова ввязываетесь в авантюры, — проворчал капитан.

— То, чего он не знает, ему не повредит, — ответил Кеноби и тут же поморщился. — Вернее, в этот раз не повредит. В прошлый раз все прошло не очень… хорошо.

Рекс фыркнул без веселья. Он понимал, почему тогда Кеноби прикинулся Рейко Хардином, но еще лучше помнил, как это повлияло на генерала Скайуокера. Повторять подобное не хотелось.

— «Не очень» — мягко сказано, генерал, — сухо заметил Рекс.

Кеноби опустил голову, покачав ею, и, коротко вдохнув, все же продолжил.

— Я не это имел ввиду. Ты прав, я знаю. И все же, думаю, мы могли бы попробовать воспользоваться ситуацией, нежели просто надеяться, что все обойдется. Не так ли?

Коммандер Фокс, скрипнув зубами, сложил руки на груди. Какое-то время он просто молчал, словно взвешивал все «за» и «против», и наконец сдержанно кивнул.

— Хорошо. Я продумаю, как организовать ваше прибытие. Потребуется контроль всей зоны у самого храма, а также строгая проверка всех дроидов — убийца известен виртуозными взломами. Также потребуется осмотр высотных зданий, какие могли бы использоваться в качестве снайперского гнезда. — Он вздохнул. — Это огромная территория.

— К сожалению, 212-й не сможет помочь — на Корусант возвращается лишь небольшой отряд. Батальон сейчас на медицинской станции. — Коди сделал короткую паузу, будто что-то обдумав, затем продолжил. — Но я помогу разработать сетку покрытия и оптимизировать группы.

— 501-й может помочь, но официально к расследованию привлечен минимум людей, и генерал Скайуокер. Хотя он больше времени проводит с канцлером и сенатором Амидалой, — усмехнулся капитан.

К тому же последнее взаимодействие 501-го с Корусантской гвардией закончилось смертью Файвза.

Фокс отвернулся к двери транспорта. Рекс молчал. Даже Коди не вмешивался. Тишина была вязкой, словно над ними висел тяжелый молот, готовый ударить по наковальне.

— Полагаю, — вмешался Кеноби, разрядив внезапно помрачневшую атмосферу, — нескольких отрядов 501-го, нашего отряда, а также гвардейцев должно быть достаточно для облавы.

Фокс отрывисто кивнул.

— Да, должно хватить.

1) ARF — Элитные клоны-разведчики. Сержант Хаунд из Корусантской гвардии относится к ARF

Вернуться к тексту

2) Осик — дерьмо (мандо'а). Осик'ла — прилагательное.

Вернуться к тексту