Кому важна наша смерть? (гет)

Утро началось как обычно. Майкл встал по будильнику в восемь тридцать. Съел яичницу, заботливо приготовленную женой. Оделся в свою стандартную форму пилота. Зашел в комнату дочери, пожелать ей хорошего дня. Лиз в комнате не было.

— Сара, где Лиз? — уточнил он у жены, спустившись в гостиную.

— Она вчера пошла на ночевку к подруге. К Кейт, — ответила Сара, не отрываясь от дел.

— Ты уверена, что к Кейт? Ты ей звонила?

Сара подошла к телефону и набрала номер дома Пенки.

— Алло? Это дом Пенки? Скажите, Лиз у вас? Нет? Странно... Хорошего вам дня, миссис Пенки! — она положила трубку, тревожно оглянувшись на мужа.

— Где она может быть?

— Я не знаю... Может с ней что-то случилось?

— Или нет. Или она опять с тем...

Он взглянул на часы.

— Боже, я опаздываю! Сара, позвонишь, — он торопливо вышел на улицу, ругаясь сквозь зубы и не слушая заверений жены. Он ей уже давно не верил, как и дочери. Долорес была честнее их обоих. Долорес, миссис Мидлтон («Скоро ты будешь миссис Уайт», — говорил он ей после особо жарких ночей) была единственной, кому он верил полностью.

Не дойдя каких-то двух метров до входа в космопорт, Майкл остановился, едва не наступив на мертвого голубя. Он с омерзением осмотрел тушку птицы и осторожно обошёл её, ускоряя шаг. Через несколько секунд он уже находился в зале ожидания.

На двери засветился зелёный свет и человек перед ним вошёл к доктору. Майкл знал его — это был мистер Джонсон, один из тех пилотов, что являются лицом компании. По этому Майкл его и не любил.

Зазвонил телефон в углу зала.

— Мистер Уайт! Вас к телефону!

Подняв трубку, Майкл услышал тот голос, который никак не ожидал — голос Долорес. Взволнованный.

— Майкл... Я... У меня будет ребенок от тебя.

Было слышно, что женщина волнуется, но Майкла это не волновало. Он застыл. Затем поспешно бросил трубку и зашел в кабинет доктора, где загорелся зелёный огонек. Он завершит полёт и со всем разберется. Или останется где-нибудь там, на другой планете — здесь его больше ничего не держало.

Пройдя краткое медицинское обследование, Майкл поспешил на вылет. В космос, в безмятежность, вдаль от всех житейских проблем.

— Это 16-й, повторяю, это 16-й. Дайте разрешение на взлёт.

— Разрешаю, 16-й.

Майкл поспешно запустил механизм взлёта. С постепенным набором высоты исчезала и тревога. Все будет хорошо...

Экран замигал. Майкл покосился на него — и вздрогнул. На включившемся автоматически радаре была видна большая ракета.

Он стал поспешно нажимать на разные кнопки. Все будет хорошо, все будет хорошо... Ракета уже была видна в иллюминаторе, а развернуться всë не выходило. Он выругался.

— Чертов механизм! Чертов мир! Чертова жиз-

* * *

В вечерних новостях показали душераздирающую новость — гибель одного из пилотов. Однако волновала эта новость лишь трёх женщин.