Спасенье от тебя (гет)

Я как заколдованный пялюсь в горизонт. А там, на небе, только о том и говорят: какие дивные рассветы, какой закат… Облака шепчутся, перебирая оттенки, будто вспоминают что‑то давно забытое, но бесконечно дорогое сердцу.

Закат полыхнул и потухает — каждый миг его кажется вечным, но переход от алого к пепельному занимает не более нескольких мгновений. Он забирает с собой золотистые лучи, рассыпанные по небу, словно монеты сказочного богача, оставляя на ветвях деревьев лёгкую кисею молочно‑белого тумана. Туман стелется, будто пытается удержать последние отблески дня, но и он не в силах остановить неумолимый ход времени.

Закат оставил стёкла кафешки — они ещё хранят его тепло, но уже начинают остывать. Стало вдруг заметно холодней. После заката яркого солнца невозможно увидеть её тёмных глаз: они растворились в сгущающихся сумерках, стали частью этой мягкой, бархатной темноты.

Она молчит и смотрит на прохожих — спокойно, отстранённо, будто видит сквозь них что‑то иное, недоступное остальным. А я смотрю на неё и на закат. Странно, что так получилось только сегодня. Будто кто‑то невидимый переставил фигуры на шахматной доске мироздания, подтолкнул меня остановиться, поднять глаза, заметить. Видно, так захотела сама Богиня.

Я не планировал начинать ценить её. Я хотел лишь сбежать подальше, раствориться в толпе, затеряться в шуме улиц. Но она знала — знала, что мне не хватит сил. По этому не держала. Не окликала, не просила остаться. Просто отпустила с лёгкой улыбкой, в которой читалось: «Вернёшься». И я сбежал — чтобы понять, что мир без неё оказался слишком пустым. Слишком ровным, слишком тихим, слишком… не моим.

Я не ценил её. Нет. Просто жил, не замечая, как её присутствие стало воздухом, которым я дышу. В один момент осознал: без неё я не живу. Просто существую — механически, по инерции. Нагато мне очень помогла. Тихо, без слов, она показала мне зеркало, в котором я увидел правду. Теперь я понял: она переписала вселенную для меня. Переплела нити судьбы так, чтобы я смог наконец принять — без Судзумии я не протянул бы долго. Без её смеха, её безумия, её способности делать мир ярче.

Последние солнечные лучи тихо соскальзывают с её волос, с лица — будто не хотят уходить, цепляются за каждую прядь, за изгиб улыбки. И мне необъяснимо страшно, как‑то странно. Странно от миллиметров между нашими руками — расстояние, которое можно преодолеть одним движением, но мы оба замираем, боясь нарушить хрупкое равновесие. Странно от воздуха, ставшего подозрительно густым, насыщенным чем‑то невысказанным. Он вибрирует, как натянутая струна, готовая зазвучать.

Я искал спасенья от тебя, а нашёл в тебе своё спасенье. И пусть скептики смеются, пусть крутят пальцем у виска — в этой разливающейся тьме я видел красную ленту, соединившую меня с тобою. Тонкую, почти невидимую, но прочную. Она обвивает наши судьбы, не давая потеряться в хаосе мира. Сейчас уже не сомневаюсь: повязать её могла лишь ты. Сопливая романтика, скажете вы? Но как иначе описать то, что нельзя измерить логикой? Избранником Богини быть — мой крест. Тяжёлый, но желанный.

Шум прекрасен своею тишиной, а ты в последние минуты лишь молчишь. Ветер шевелит твои волосы, доносит едва уловимый аромат — то ли цветов, то ли чего‑то ещё, чего не назвать словами. А между нами… Что? Лишь Боги знают. Может, будущее, которое ещё не случилось, но уже предопределено. Может, обещание, данное без слов. Может, просто вечность, сжатая в одном мгновении.

Из нас двоих — ты Бог. Но ты молчишь. И в этом молчании — вся вселенная. Я закрываю глаза и чувствую: лента всё крепче связывает нас. Теперь я готов. Готов идти за тобой — куда угодно. Даже в закат.