Летняя подработка (джен)

Лето для Гарри всегда было не самым простым временем. А после того, как неизвестные ограбили Гринготтс, и у него не осталось денег для покупки учебников и прочего, всё стало ещё хуже… Ну как ограбили — гоблины просто «забыли» закрыть двери в хранилище. А потом оказалось, что в договорах с клиентами не прописана их ответственность за утрату золота…

В любом случае Гарри пришлось искать летнюю подработку, чтобы заработать достаточно денег. И свежий выпуск «Ежедневного пророка» ему в этом очень помог.

Никто особо не хотел брать на работу школьников. Больше того — по неведомой причине даже с дипломом Хогвартса можно было устроиться только в Хогвартс…

— Ну, и зачем мы тогда учимся? — покачал головой Гарри, но тут ему на глаза попалось короткое объявление.

«Требуется кондуктор в автобус «Ночной рыцарь». Уровень образования — не важен, опыт работы — не важен, возраст — не важен. Желательно, чтобы вы были живы на момент начало работы, но тоже оговариваемо».

— Какая шикарная вакансия! — хмыкнул Гарри, и естественно, решил испытать свои силы.

* * *

На месте его встретил угрюмый мужчина, который если и узнал знаменитого Гарри Поттера, то вообще не подал вида.

— Я хотел бы попроб… — начал было Гарри, но не успел договорить.

— Вы приняты, первая смена сегодня, — объявил мужчина.

— Ну… ладно.

И Гарри сам не заметил, как оказался на смене кондуктора. И с первых же минут он понял, почему эта вакансия была такой легкодоступной.

Автобус швыряло из стороны в сторону. Эрни так и не научился водить, и за пару лет, кажется, стал ещё более безумным. Посидеть было невозможно из-за безумной тряски. А ещё и работать надо…

А пассажиры, надо сказать, попадались весьма придирчивые. То их не туда привезли, то выдали сдачи меньше, чем им бы хотелось, то обслуживание в автобусе казалось недостаточно вежливым.

Нет, Гарри поначалу честно пытался быть приветливым, но когда очередная старая ведьма из Бэксвилла обругала его за «недостаточно услужливую улыбку», Гарри не выдержал. К счастью, в это время двигатель автобуса взревел особенно сильно, и потому большая часть его слов оказалась заглушена.

— …и тебя и твою мать ведьму! — орал Гарри. — Не нравится улыбка — пойди в… А ещё в… И в… Чтоб тебя там все… А потом… И по итогу… — Автобус остановился, и Гарри добавил: — А вообще, спасибо, что воспользовались услугами нашего автобуса! Будем рады видеть вас снова!

Ведьма была выше того, чтобы отвечать на подобное подобным. Так, просто пару раз плюнула в автобус, когда вышла и всё.

Гарри уже понял, что он не станет здесь работать. Но смену закончить было надо. Даже не столько ради тех десяти галлеонов, что ему обещали, а потому что он не хотел выглядеть слабаком. К тому же, оставалось уже не так долго…

Автобус резко остановился в одном из районов Лондона. Здесь было удивительно плохое освещение, и Гарри поневоле задумался, не побывал ли здесь Дамблдор со своим знаменитым дезолюминатором.

Здание было обшарпанным и каким-то нарочито невзрачным. Зато из окон лился яркий, мигающий свет и доносилась бодрая музыка.

— Сейчас заберём пассажира из «Диких мандрагор», — сообщил Эрни.

— Что-то я не знаю такого места, — нахмурился Гарри.

— А тебе и рановато ещё его знать. Это лучший публичный дом для магов во всём Лондоне. Мы частенько забираем отсюда одного постоянного клиента. Кстати, а вот и он.

Гарри неловко кашлянул и посмотрел в окно. К автобусу, как обычно, изображая огромную летучую мышь, спешил Северус Снейп.

— Профессор?! — удивлённо воскликнул Гарри, когда Снейп ловко вскочил на ступеньки автобуса и скользнул в салон.

— Поттер?! Какого чёрта ты тут делаешь?!

— Я подрабатываю кондуктором. А вы, что тут делаете?

Вопрос был глупым, но Гарри не знал, что ещё сказать.

— А я… я… — начал Снейп, но тут Эрни повернул голову и радостно воскликнул.

— Ну что, Северус, как отдохнул? Марго всё такая же дикая?

Снейп издал звук похожий… да ни на что не похожий, если уж честно. Он ещё надеялся оправдаться, но тут дверь публичного дома открылась, и рыжеволосая женщина весело прокричала:

— Сев, дорогой, ты забыл свои подштанники! Ты же помнишь, что бывает, когда ты ходишь без них?

— ГОНИ! — рявкнул Снейп, и Эрни вдавил педаль газа.

Гарри ещё никогда не было так сложно сдержать смех. Он весь раскраснелся, и его бросило в жар — аж очки запотели.

— Смотри не лопни, Поттер! — прошипел Снейп.

— АХА-ХА!

— Да я просто случайно…

— ХО-ХО-ХО!

— Да послушай ты! Всё не так, как выг…

— МУА-ХА-ХА!

— Ладно, ладно! Давай договоримся... Я обещаю, что у тебя будет «Превосходно» за год по Зельеварению, а ты забываешь о том, что сегодня видел. Идёт?

Гарри перестал смеяться и вполне серьёзно посмотрел на Снейпа.

— Забываю о чём, профессор? Я ничего не видел…

Гарри недолго продержался на должности кондуктора. Бесконечная болтанка, в конце концов, его доконала, и он решил уволиться. Но не просто, а с переходом на другую работу…

Во второй или третий рабочий день Гарри постучал в дверь дома, и ему почти тут же открыли.

— Вообще-то, это не смешно, — заметил он.

— А я и не думала шутить, — улыбнулась Гермиона. — В последнее время ты постоянно занят, а мне очень хотелось тебя увидеть… Я соскучилась.

Гарри покачал головой. Ну, как он мог на неё злиться?

— Ваш заказ, мисс Грейнджер! — Гарри протянул ей небольшой свёрток с новой книгой. На обёртке красовалась надпись: «Магическая-Героическая-Эпическая служба доставки всего, что только доставляется. А что не доставляется, то вам и не нужно!»

Гермиона приняла книгу, но не она интересовала её сейчас. Девушка схватила Гарри за руку и втянула в дом.

— Как насчёт чаевых? — Она поцеловала его.

— Я только за… — улыбнулся он, спустя несколько секунд. — Но ещё и от обнимашек бы не отказался. Всё-таки я ведь очень быстро доставил ваш заказ, мисс…

Весь последующий день Гарри с улыбкой вспоминал эти моменты. Они грели его душу, когда он доставил ящик драконьего навоза сумасшедшему на вид старичку в пригород. И когда группа вампиров заказала коробку крема от солнца. А уж когда один из богатых заключённых заказал пиццу прямо в Азкабан, то Гарри понадобились все положительные воспоминания…

«И чего только маги не заказывают…» — подумал он, передавая ветхой, как её дом на окраине города, старушке, набор для алхимии.

— Я сварю зелье и снова стану молодой! — протянула старушка.

— О, мадам, вам это не нужно… — притворно улыбнулся Гарри, за что тут же получил весьма щедрые чаевые… К счастью, не такие, какие он получил от Гермионы. А сам подумал: «Да во всём мире не хватит омолаживающего зелья, чтобы оно здесь справилось…»

Последний на сегодня заказ показался Гарри особенно трудным. И ещё бы — 30 килограмм особого кошачьего корма: «Мур-Хрум: Сбалансированный корм для анимагов пожилого возраста».

— И кому могло понадобиться столько корма… — бормотал Гарри, подтаскивая мешок к двери небольшого особняка.

Он постучал в дверь и вскоре услышал торопливые шаги.

— А вот и вкусняшки! — услышал он знакомый голос, а когда дверь открылась, то и увидел знакомое лицо. — Я уже так проголод…

— ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ?!

— ПОТТЕР?!

Какое-то время они в шоке смотрели друг на друга, потом МакГонагалл быстро осмотрела улицу, чтобы убедиться, что больше тут никого нет.

— Поттер, вы должны понять… У анимагии есть свои последствия…

— Да я понимаю, профессор…

— Нет, я серьёзно, Поттер! Мне нужен этот кошачий корм!

— Да ешьте вы что хотите!

— Ладно, ладно, я тебя поняла… — МакГонагалл на секунду прикрыла глаза. — Давай так: я ставлю тебе «Безупречно» за семестр по Трансфигурации, а ты не распространяешься о том, что здесь узнал.

Гарри открыл было рот, чтобы сказать, что он и так не собирался ничего никому рассказывать, но, к счастью, вовремя успел себя остановить.

— Договорились, профессор. А если будете закрывать глаза на мои проделки, то могу выбить вам неплохую скидку на корм.

МакГонагалл на несколько секунд задумалась, потом помотала головой, словно бы, прогоняя наваждение.

— Не забывайся, Поттер!

— Простите... В общем, вот ваш заказ.

Он оставил мешок и поспешил удалиться.

«Интересно, — думал он — Что сказала бы Гермиона, узнай она, что я уже почти догнал её по оценкам?»

— Нет, нет, нет... — бормотал Гарри, потирая ноющую спину. — Целыми днями таскать тяжеленные заказы, когда нельзя использовать магию...

Он решил найти что-то похожее, но без риска ходить весь семестр скрюченным и стонать от боли. А как он потом в квиддич-то играть будет?

К счастью, в газете почти мгновенно нашлась свежая вакансия: «В Министерство магии требуется посыльный. Никаких требований. Зарплата высокая. И это совсем не подозрительно!»

— Ну, раз не подозрительно... — пожал плечами Гарри и решил попытать счастье ещё и в этом.

Надо ли говорить, что он был принят ещё до того, как успел договорить: «Здравствуйте, я по поводу работы...»

— А точно нет подвоха? — спросил Гарри своим самым проницательным тоном.

— Само собой! — заверил его сотрудник отдела кадров. — Видите ли, мистер Поттер, совы заср… загадили все столы. А заколдованные бумажные самолётики и птицы слишком тупые. Постоянно улетают не туда, начинают драться между собой и прочее… Поэтому мы и решили использовать посыльных. Может, оно и дольше будет, но зато надёжнее.

Таким нехитрым образом Гарри приступил к работе. Поначалу ему казалось, что он наконец-то нащупал ту самую вакансию, которую так долго хотел. Да, работы было довольно много, его постоянно посылали из одного отдела в другой, но трудностей вообще никаких: конверты лёгкие, заблудиться было невозможно, ведь всюду были указатели.

К тому же его почти никто не торопил: сотрудники Министерства магии, и сами не очень-то хотели работать, поэтому иногда даже говорили: «Ну, куда ж вы так спешите, молодой человек, у вас ещё вся жизнь впереди... Давайте лучше попьем чаю».

Опять же то, что он был знаменитым Гарри Поттером, давало свои плоды: ему многое прощалось.

И всё было хорошо ровно до одного момента, пока лифт не начал барахлить и случайно не остановился не там, где нужно, а именно у Отдела Тайн.

Гарри потыкал кнопки, произнёс заклинание Репаро — это единственное, что он знал из ремонтных чар, — даже попытался позвать на помощь, но всё было тщетно.

А потому он пожал плечами и решил, что стоит зайти в Отдел Тайн и попросить у них помощи, о чём впоследствии сильно жалел.

Это было мрачное и почти безлюдное место. Лишь в дальнем зале слышались приглушённые голоса. Гарри тихонько пошёл на звуки, и с каждым шагом всё отчетливее слышал странные слова:

— Я больше не могу, Аргус, у меня нет сил… Я не видела мужа и детей уже много лет, они наверняка, уже забывают, как выглядит их мать.

— Я всё понимаю, Ирлина, но долг превыше всего…

Первый, женский голос был Гарри не знаком, а вот второй, мужской…

«Да ну, быть такого не может», — подумал Гарри, но продолжил потихоньку приближаться.

— Ты же знаешь, что мы в Хогвартсе не просто так. Нас внедрили туда, чтобы раскрыть величайшую тайну нашего поколения, а может, величайшую и за всю историю человечества.

— Знаю, — печально вздохнула женщина. — Только это меня и поддерживает «на плаву» всё это время.

Гарри не удержался и осторожно заглянул в комнату. Там действительно был Филч — смотритель Хогвартса и сквибб. По крайней мере, так все считали. Сейчас он был не в своей старой, потрёпанной одежде, а в дорогой мантии с эмблемой сотрудника Отдела Тайн. Да даже его лицо, как будто бы поменялось, став каким-то величественным и таинственным что ли.

Рядом с ним стояла женщина лет сорока, высокая, худая, с длинными тёмными волосами. Она немного напоминала Гарри — Макгонагалл, и он почти сразу же понял, в чём тут дело. А ещё его почти сразу же заметили.

— Ну, конечно же… Поттер, — пробормотал Филч.

— Мистер, мать его, Филч?! — не поверил своим глазам Гарри. — Это, и правда вы, или мне пора проверить зрение?

— Это я, Поттер, — устало кивнул тот.

— А это... миссис Норрис?

Женщина сделала изящный реверанс.

— Ты не должен был всё это видеть и слышать, — вздохнул Филч.

Гарри проходил всё это уже множество раз.

— Ладно, дайте угадаю… — устало пробормотал он. — Вы сейчас скажите: «Давай я не буду придираться к тебе в школе, а ты ничего и никому не расскажешь». Верно?

— Вообще нет! — фыркнул Филч. — Вдруг ты проболтаешься? Зачем мне рисковать, если можно сделать так...

И прежде чем Гарри успел моргнуть, Филч выхватил волшебную палочку и уверенно произнёс:

— Обливиэйт!

Утро выдалось тихое и обманчиво мирное. Гарри Поттер лежал на крыльце дома, завёрнутый в одеяло наподобие огромного кокона. Он смотрел на облака и размышлял о том, что явно что-то в своей жизни делает не так…

— Гарри?! — голос Гермионы заставил его вздрогнуть. Она стояла над ним, ещё в пижаме, и с недоумением смотрела на него. — Почему ты спишь на моём крыльце?

Гарри зевнул и потянулся, мысленно поблагодарив судьбу за то, что его переместили сюда, а не к Дурслям, как много лет назад.

— Ко мне тут применили Обливиэйт…

Гермиона замерла, не зная, что и сказать. Её глаза округлились от ужаса.

— Ох, Мерлин…

— Не, это был не он, — покачал головой Гарри.

— Скорее поднимайся и заходи в дом!

Гермиона помогла ему встать на ноги и завела в гостиную. Её родители уехали на конференцию в другой город ещё вчера, и потому не задавали вопросы по типу: «А что это Гарри Поттер делает у нас столь ранним утром?»

Вскоре Гарри был усажен на диван, завёрнут в плед и напоен горячим чаем. Попутно Гермиона пыталась припомнить какие-нибудь рабочие методы для противодействия заклятию Забвения.

— Как назло всё, что я знаю, требует применения сложных чар. А мне ведь нельзя колдовать вне школы… И это я уже молчу о том риске, что без должного опыта, могу снести тебе половину головы… Хотя знаешь, есть один способ, — сказала она тоном целителя, приступающего к сложной операции. — Шоковая терапия чувствами. Резкий эмоциональный всплеск.

Гарри приподнял бровь.

— Это как?

Гермиона наклонилась, пристально глядя ему в глаза, словно пыталась заглянуть в самые глубины его сознания, и поцеловала его. Поцелуй был долгим, основательным, с явным намёком на… научную обоснованность. Когда она отстранилась, Гарри выглядел заметно более довольным жизнью.

— Ну как? — с надеждой спросила она.

— Едва ли это новое слово в магической медицине, — честно признался Гарри. — Но эксперимент, определённо, стоит повторить. Для чистоты данных…

И они повторили два или три раза. Вместо четвёртого Гермиона достала перо и тут же набросала письмо Минерве МакГонагалл. Она опустила детали, написав лишь: «Это очень срочно, профессор! Гарри Поттер лежит на моём крыльце и утверждает, что к нему применили заклятие Забвения. Прошу прибыть с полным составом профессуры, способным помочь».

— Но я ведь уже не на твоём крыльце, — заметил Гарри.

— А что я должна была сказать? Что ты сидишь на диване, завёрнутый в плед и обцелованный мной? Это звучит скорее, как хвастовство, а не просьба о помощи…

И, не говоря больше ни слова, она пошла отправлять письмо с совой…

* * *

Через пару часов в дверь постучали, и МакГонагалл, Дамблдор и Снейп, чьё лицо выражало крайнюю степень неудовольствия от того, что его оторвали от стандартного похода в «Дикие мандрагоры»… то есть, от варки важного зелья ради очередной поттеровской драмы, зашли в гостиную.

— Мистер Поттер, — ледяным тоном начала МакГонагалл, глядя на него, всё ещё кутающегося в плед. — Я наслышана о вашей потере памяти. Это серьёзное дело. Вы и так-то всегда плохо соображали, а теперь у вас появилась отговорка на всех уроках, что вы всё знали, но вам это насильно стёрли из памяти…

Гарри вздохнул, потупил взгляд, а затем на его лице расплылась та самая ленивая, слегка хулиганская улыбка, которая всегда означала, что сейчас он выдаст что-то из ряда вон выходящее.

— Профессор, — сказал он, вставая. — Я должен признаться. Я не терял память.

— Что?! — рявкнул Снейп. — Ты же сказал…

— Что ко мне применили Обливиэйт, да. И это — чистая правда! Но подумайте сами, — пожал плечами Гарри. — Если уж Авада Кедавра на мне не сработала, вы всерьёз думали, что меня можно взять каким-то жалким Обливиэйтом? Я просто притворялся там, в Отделе Тайн. Очень уж хотелось узнать пару секретов Филча и его блохастой помощницы. Что такого они хотят узнать в Хогвартсе…

Он сделал шаг вперёд, глядя на окаменевших профессоров.

— И я узнал.

— И что же там такое? — нахмурился Дамблдор. — Мы, как преподаватели Хогвартса, должны знать.

— Сомневаюсь, что вы готовы. Моей-то психике уже хуже не будет, а вы…

— Поттер! — рассердилась МакГонагалл.

Он пожал плечами, подошёл к ней и что-то прошептал на ухо. Глаза профессора расширились, щёки потеряли румянец, и она, не мешкая ни секунды, нацелила палочку себе в висок.

— Обливиэйт! — выпалила она, после чего застыла с отсутствующим взглядом, бормоча что-то про сливочное пиво.

Гарри перешёл к Снейпу и прошептал ему на ухо всего одну фразу. Снейп, который всё это время смотрел на Гарри с привычным отвращением, вдруг замер. Под раздражённый возглас Гермионы, его вырвало прямо на пол, а потом его глаза закатились, колени подогнулись, и он рухнул с глухим стуком, распластавшись на сделанной им же луже…

— Слабаки… — презрительно фыркнул Дамблдор.

Его очередь была последней. Рассказ Гарри занял секунд десять. Великий волшебник, чьё лицо обычно хранило загадочное выражение, побледнел так, что стал одного цвета со своей бородой. Не говоря ни слова, он развернулся и сиганул в камин с такой скоростью, что Гермиона невольно восхитилась его скрытой атлетичностью.

— И как он смог им воспользоваться? Мой дом ведь не подключен к каминной сети… — нахмурилась Гермиона, но тут же отмахнулась от этой мысли и повернулась к Гарри. — Мне мог бы и сказать. Тогда мне бы не пришлось тебя «лечить»!

— Ой, да брось, тебе ведь самой понравилось не меньше чем мне!

На это Гермионе возразить было нечего.

— Но эту неведомую страшную тайну мне, пожалуй, лучше не знать…

— Верное решение. Я вообще её никому и никогда больше рассказывать не буду, — кивнул Гарри. — Лучше давай выпроводим профессоров из твоего дома, и ты ещё раз попробуешь себя в роли целительницы. Всё-таки я подвергся воздействию мощного заклинания…

— Нет, ну, это точно в последний раз… — пробормотал Гарри, отмечая в газете очередное объявление.

«В «Сладкое королевство» требуется продавец. Никакой ответственности. Делайте, что хотите. График: желательно раз в неделю приходить на работу, но это тоже обговариваемо…»

— Никакой доставки… — улыбаясь, прошептал Гарри. — Никаких безумных профессоров. Никаких зловещих тайн… Просто продавай шоколадки и всё. Что может быть лучше?

Он решил не искушать судьбу долгими раздумьями и отправился на собеседование в тот же день.

«Сладкое королевство» было уютной лавкой с витринами, полными шоколадных лягушек, карамельных палочек и пирожных в виде крохотных снитчей. Запахи ванили, корицы и топлёного шоколада были настолько приятными, что Гарри чуть не прослезился.

Хозяйка, полноватая ведьма по имени Мелисса Флюм с идеально чистым передником, даже бровью не повела, когда он назвал своё имя.

— Гарри Поттер? — переспросила она. — Тот самый, что всё время влипает в неприятности?

— Эм… вообще-то я предпочитаю думать, что это они сами в меня влипают, — обиженно сказал Гарри.

— Ну, если не будешь отпугивать покупателей историями о Тёмном Лорде, то ты принят. Плачу двадцать галлеонов за смену. И, кстати, ты не знаешь такого… Рома Низли?.. Рока Пизли?

— Рона Уизли? Нет, впервые о таком слышу, — заверил её Гарри. — А что он натворил?

— Он пытался устроиться ко мне пару недель назад. Но в первый же день сожрал столько сладостей, что никакие штрафы бы не покрыли… Надеюсь, ты не такой. Да не, точно не такой! Таких, как этот Пизли больше нет… Так что, ты принят!

— Миссис Флюм, — выдохнул Гарри, — вы — лучшая женщина на свете после Гермионы.

— После кого? — не поняла та, но махнула рукой. — Начинаешь завтра.

* * *

Первые три дня прошли как в лучшем сне... Только Гемионы в нём не было, хотя она и обещала зайти. Гарри раскладывал конфеты по полкам, отпускал покупателям остроты вроде «С нашей карамелью даже дементор улыбнётся», а в перерывах уплетал печенье с предсказаниями. Ему попалось: «Вы скоро узнаете нечто шокирующее. И, нет, это не ваша настоящая зарплата».

— Глупости, — хмыкнул Гарри, и плевать, что таких предсказаний было уже десять подряд.

День шёл за днём, никто не пытался его убить, обокрасть или стереть память. Гарри даже начал верить, что нормальная летняя работа существует…

Всё рухнуло на четвёртый день.

Гарри случайно задержался после смены, потому что Мелисса попросила помочь переставить ящики с шоколадными головастиками, из которых потом должны были получиться шоколадные лягушки. Он уже собрался уходить, как вдруг услышал из подсобки приглушённые голоса.

— …я же говорил, что надёжнее гоблинов только мёртвые гоблины, — ворчливо произнёс мужской голос. — Но вы настояли на «тонкой работе».

— А вы, Альб… простите, неизвестный господин в капюшоне, настояли на том, чтобы непременно зайти в сейф Поттера, — ответил мужчина, и Гарри узнал мужа Мелиссы — совладельца магазина.

Гарри замер. Помимо мистера Флюма, там был человек, полностью скрытый тёмной мантией с капюшоном. Лица не было видно, голос звучал искажённо — явно под воздействием заклинания. Но из-под капюшона самым наглым образом торчала длинная седая борода. И от незнакомца прямо-таки разило лимонными дольками…

— …хотя бы деньги из хранилища Поттера ушли по назначению? — спросил мистер Флюм.

— Само собой, — хмыкнул бородатый. — Бедный мальчик теперь вынужден работать на стольких работах. Мне его почти уже жалко…

— Вы же не просто хотели, чтобы он не сидел без дела всё лето, — усмехнулся Флюм. — Вам нужно было узнать, что в Хогвартсе вынюхивает Филч…

— Тсс! — шикнул таинственный. — Не произноси его имени.

— Ну, а если Поттер обо всём догадается?

— У меня всё под контролем. Он, как обычно, полезет на рожон, и я с ним разберусь… Но хватит о Поттере. Нам пора обсудить следующие хранилища. Говорят, у Люциуса Малфоя припрятан неплохой запас золота…

Гарри медленно отлип от двери. Его челюсть сжималась и разжималась, как у шоколадной лягушки. Кровь отлила от лица, а потом прилила обратно с такой силой, что очки запотели.

Ограбление Гринготтса. Его деньги. Летние подработки. Лимонные дольки. Борода. Капюшон…

— Ну конечно, — прошептал он одними губами. — Кто ещё мог придумать такое…

И тут в голове Гарри Поттера, впервые за многие годы, щёлкнул тумблер. Тот самый, который обычно отвечал за: «Беги туда! Спаси всех! Раскрой заговор сам, пока не поздно!» — на этот раз издал совершенно иной звук.

Гарри прислушался к себе. Странное, непривычное чувство разливалось по груди. Это было… благоразумие? Кажется, оно передалось ему от Гермионы во время одного из поцелуев…

— Я туда не полезу, — прошептал он. — Я ни за что не полезу!

Он аккуратно, на цыпочках, вышел из лавки и направился на магическую почту. Там он быстро, но довольно подробно написал всё, что знает в двух экземплярах.

— Отправьте, пожалуйста, эти письма как можно скорее, — попросил он полноватую ведьму, работающую там.

— Как скажете. А какой адрес? Куда нужно доставить письма?

— В Мракоборческий центр и Отдел Тайн… Они разберутся.

Гарри сидел на скамейке в парке и с наслаждением перелистывал свежий номер «Ежедневного пророка». Где-то рядом мерно стучала скакалка — маленькая девочка с рюкзачком увлечённо прыгала, не обращая ни на кого внимания. Чуть дальше гуляла влюблённая парочка, которая счастливо смеялась, дополняя светлую атмосферу. Пели птицы.

Но Гарри смотрел только на газету и улыбался. Нет, не так — он сиял.

«МРАКОБОРЦЫ НАКАНУНЕ АРЕСТОВАЛИ ПОДОЗРЕВАЕМЫХ В ОГРАБЛЕНИИ ГРИНГОТТСА. ИМИ ОКАЗАЛИСЬ ВЛАДЕЛЕЦ КОНДИТЕРСКОЙ МИСТЕР ФЛЮМ И… АЛЬБУС ДАМБЛДОР. ОБА ОТПРАВЛЕНЫ В АЗКАБАН».

— И поделом, — прошептал Гарри. — Лимонные дольки ему теперь будут только сниться...

Внезапно чьи-то мягкие руки обвились вокруг его шеи сзади. Первой мыслью было: «Вывернуться, схватить палочку и шарахнуть в неизвестного Остолбенеем». — Но Гарри вовремя узнал запах знакомых духов и столь родное тепло.

— Гермиона, — выдохнул он, расслабляясь, и, чуть повернув голову, чмокнул её в щёку.

— Угадал с первого раза, — усмехнулась она, обходя скамейку и садясь рядом. — Я вижу, ты уже прочитал?

— Только что. Могу перечитать вслух, если хочешь. Это прекрасно.

Гермиона взяла газету, пробежалась глазами по заголовку и удовлетворённо кивнула.

— Значит, золото тебе вернут?

— Уже вернули, — похлопал себя по карману Гарри. — Гоблины долго извинялись и даже добавили проценты. Так что летняя подработка отменяется. Я теперь богатый бездельник.

— И хорошо, — искренне сказала Гермиона. — А то я уже боялась, что ты найдёшь очередную работу, и там снова начнётся какая-нибудь дичь…

— Дамблдор больше никому не навредит, — хмыкнул Гарри. — Азкабан, кажется, очень даже мотивирует не придумывать хитрых планов. Думаю, мы его больше не увидим…

Они помолчали, наслаждаясь солнцем. Гермиона взяла его за руку.

— Знаешь, что самое интересное? — сказала она. — Ты так радовался возвращённым деньгам, что совсем забыл об одной простой вещи.

— О чём?

— О том, что для того, чтобы пойти погулять по парку, деньги не нужны.

Гарри посмотрел на неё, потом на аллею, залитую светом, снова на Гермиону — и улыбнулся.

— Пошли, — сказал он, поднимаясь.

Они пошли под руку, медленно, никуда не торопясь. Гермиона ненадолго положила голову ему на плечо. Гарри впервые за всё лето чувствовал, что у него всё будет хорошо…

Девочка со скакалкой внезапно остановилась. Она проводила их внимательным взглядом голубых глаз, дёрнула косичками, полезла в рюкзак и достала большой пакет с лимонными дольками.

— Они никогда не научатся… — вздохнула она, покачала головой и, ловко прыгая со скакалкой, скрылась за поворотом…