Напалм (гет)

01.09.1944. Вечер. Хогвартс-экспресс.

Юная мисс Блэк сидела в купе поезда и читала. Вокруг неё было тихо, она была одна.

— М-да, Анна Беддингфелд конечно главная героиня книги, — проговорила она, захлопывая книгу на последней странице и убирая её в сундук, стоящий рядом, — но мне кажется, что вся история вертится вокруг алмазов «Де-Бирс». Приеду в Хогвартс, начну «Пятнадцатилетнего капитана». А ещё...

Её прервал стук, дверь приоткрылась. Вальбурга повернула голову и увидела брата.

— Бурги, мы подъезжаем к Хогсмиду, — сказал он.

— Хорошо.

Дверь за Альфардом закрылась.

Вальбурга поправила юбку, надела пальто и берет, на руках у неё были кожаные перчатки.

Поезд замедлял ход.

* * *

01.09.1944. Вечер. Большой зал Хогвартса.

В Большом зале было как обычно шумно.

Вальбурга сидела посередине стола у стены, по краям от неё сидели Друэлла Розье и её брат Альфард. Напротив — Сигнус и её знакомый Роджер Треверс. Вальбурга по привычке смотрела распределение.

— Друэлла, кто это там? Не слишком ли ей поздно поступать? — спросила она, указывая подруге на девушку, которая явно была старше других.

— Эта, — переспросила Друэлла, смотря на девушку с чёрными длинными волосами, которая стояла в центре группы первокурсников.

— Да.

— Я не знаю, кто она, но Паркинсон говорила, что слышала, что она из Шармбатона и поступает на четвёртый.

— Понятно, а...

— Шарп, Беаста, — прозвучал голос профессора Флитвика.

В зале воцарилась гробовая тишина. Девочки переглянулись.

Вышеупомянутая девушка села на табурет, ей на голову опустилась Распределяющая шляпа.

— Слизерин, — спустя секунду выкрикнула Шляпа.

Стол Слизерина взорвался аплодисментами.

Девушка стала со стула, сняла Шляпу, передала её Флитвику, поклонилась и пошла к столу.

Между Роджером и Сигнусом образовалось свободное место.

Беаста подошла к столу, поклонилась мальчикам и села напротив Вальбурги.

— Привет, меня зовут Беаста Шарп. А тебя как? — спросила она, протягивая руку Вальбурге.

— Вальбурга Блэк, — ответила та, протягивая руку в ответ.

— Приятно познакомиться, я слышала о твоей семье, — сказала она, пожимая протянутую руку, а затем спросила, — познакомишь с друзьями?

— Да, конечно. Это Сигнус Блэк, мой брат-близнец , это моя лучшая подруга Друэлла Розье. Справа от тебя мой хороший приятель — Роджер Треверс, а слева, наш с Сигнусом младший брат Альфард. Чуть дальше от него, мой хороший друг-Абраксас Малфой, напротив него — Эйлин Принц, ещё дальше Персефона Паркинсон — главная сплетница всея Хогвартса. Где-то, я точно не знаю где, сидит Роуэн — брат Друэллы. Ну в общем, это всё.

— Ты только со слизеринцами общаешься?

— Нет, не только.

— Позволь задать вопрос, — вмешался Роджер.

— Задавай.

— Почему ты так этим интересуешься?

— Ну, не знаю, может смогу с кем-то из вас подружиться, — пожав плечами, ответила Беста.

Чтобы избежать конфликта, Вальбурга поспешила продолжить.

— Так, ладно. В Гриффиндоре у нас Флимонт Поттер, Юфимия Селвин, Джеральдин Мейкот и Найджел Эванс, на Пуффендуе — Эрика Яксли,на Когтевране — Беатрис Шафик. Ещё есть конечно ребята, с которыми я общаюсь, но не так хорошо как с ними.

— И все чистокровные?

— Нет есть и маглорождённые и полукровки.

— И ваши родители не против этого?

— Нет, ведь у большинства маглорождённых есть среди предков и родственников сквибы чистокровных родов.

— Понятно, а...

— Может хватит уже?! Мне не по себе от такого количества вопросов, — прервал её Роджер.

— А что это вы, мистер Треверс, такой подозрительный? Может мне просто интересно? — с лёгкой усмешкой спросила Беаста, сложив руки на груди.

— Откуда мне знать, что у тебя на уме? — парировал Роджер.

Они возились друг на друга гневными взглядами.

— Хватит, — сказала Вальбурга, хлопнув ладонью по столу, и посмотрев на них строго. — Что вы развели? — спросила она, буквально вскипая. — Роджер, что за подозрительность?

Роджер даже не обратил на неё внимания.

— Роджер Треверс, посмотри на меня и ответь мне.

Он упорно продолжал её игнорировать.

Лицо Вальбурги приобрело равнодушное выражение.

— Ладно, игнорируй меня дальше, Роджер, — сказала она вставая из-за стола, — Спокойно ночи, — с лёгкой иронией кинула она ребятам и вышла из зала.

* * *

02.09.1944. Неизвестный коридор Хогвартса. Около восьми часов вечера, сразу после ужина.

— Кайли.

— Да госпожа.

— Отнеси эти записки тем, кому это может показаться интересным.

— Хорошо госпожа.

На фоне окна, в которое лился лунный свет, был виден лишь силуэт говорящих.

Домовик исчез с лёгким хлопком, а девушка ухмыльнулась.

«Да, этот год будет явно интереснее», — подумала она и направилась в свою гостиную, чтобы лечь спать.

02.09.1944. Одна из мужских спален Слизерина. Около трёх часов ночи.

Абраксас Малфой сидел на своей кровати и читал.

Спустя несколько минут он отложил книгу и отправился в ванную.

* * *

Когда через десять минут Абраксас вернулся, он обнаружил на своей прикроватной тумбочке конверт, перевязанный черной лентой. В лёгком изумлении он взял его в руки, развернул и начал читать...

* * *

02.09.1944. Гостиная Слизерина. Около двух часов ночи.

Персефона Паркинсон, Эйлин Принц и Элена Роули сидели и обсуждали школьные сплетни (несмотря на первый день, их было довольно много).

Пусть главной сплетницей Хогвартса считалась именно Персефона, без посторонней помощи у неё не было бы столько информации.

Эти три дамы, вместе, знали столько информации, что если бы они захотели, они могли бы выпускать газету со сплетнями и новостями Хогвартса. Но они этого не хотели и времени на это не имели.

Оторвавшись от очередной сплетни, они взглянули на часы и поняли, что засиделись (а на часах было, на секундочку, два часа ночи!). Они встали и отправились в комнату.

Войдя, они заметили, что на их общем рабочем столе лежат три одинаковых конверта. Они были самые обычные, перевязанные чёрной лентой.

Девочки переглянулись, взяли один из них, развернули и принялись читать...

* * *

01.09. Одна из женских спален Пуффендуя. Около десяти вечера.

Эрика Яксли опрыскивала свои комнатные растения.

Через несколько минут ей понадобилось набрать воды и она отошла в ванную.

Через пару минут она вернулась и обнаружила под одним из горшков конверт, перевязанный чёрной лентой.

Она поставила опрыскиватель на стол, сняла перчатки, осторожно вытащила конверт из-под горшка, развернула и начала читать...

* * *

01.09.1944. Одна из женских спален Когтеврана. Около девяти часов вечера.

Мисс Беатрис Шафик сидела в своей комнате и читала.

Вдруг, снизу, из гостиной, послышался шум. Он был настолько громким, что Бетрис решила спуститься и посмотреть что там происходит. Она вставила в книгу закладку, положила её на стол и пошла в гостиную.

Через несколько минут она вернулась, и взяв книгу, увидела, что вместо привычной закладки между страниц зажат конверт, перевязанный чёрной лентой. Она достала его, развернула и начала читать...

* * *

01.09.1944. Гостиная Гриффиндора. Около одиннадцати часов ночи.

Флимонт Поттер, Юфимия Селвин, Джеральдин Мейкот и Найджел Эванс сидели в гостиной и играли в шахматы. Они никуда не спешили, ведь завтра суббота, занятий нет и можно спать хоть до двенадцати.

Так вот, они сидели и играли в шахматы. Точнее играли Найджел и Юфимия, а Джеральдин и Флимонт пытались им помогать, но это у них не очень получалось. Поэтому они решили не мешать друзьям и отправиться спать.

Они поднялись каждый к себе, а когда зашли в комнату, обнаружили на своих кроватях конверты, перевязанные чёрной лентой. Они открыли их и стали читать...

* * *

01.09.1944. Большой зал Хогвартса. Около восьми вечера.

Как только Вальбурга скрылась за дверьми, Роджер, гневно зыркнув на Беасту, предпочёл завершить трапезу и уйти из зала.

Нет, он не хотел догонять Вальбургу, смысла не было.

Он вышел из зала и прислонился к стене неподалёку.

Вскоре из зала появились Роуэн и Джастин.

Они приняли решение прогуляться по замку. Бродя по коридорам, они говорили обо всём и ни о чём.

Роуэн Розье, Роджер Треверс и Джастин Уолтрес несмотря на полное различие характеров, были лучшими друзьями.

* * *

01.09.1944. Одна из мужских спален Слизерина Около десяти часов вечера.

Через пару часов они отправились спать. Мальчики зашли в комнату. Роуэн подошёл к окну и нашёл на подоконнике три конверта. Они были совершенно одинаковые, перевязанные чёрной лентой.

— Ребята, — позвал он друзей.

Они подошли к нему. Он молча указал им на конверты. Они взяли один из них, переглянулись, вскрыли его и начали чтение...

* * *

01.09.1944. Неизвестный коридор Хогвартса. Около восьми вечера.

Альфард Блэк и Корбан Эйвери вышли из Большого зала, переговариваясь.

Когда они, увлечённые беседой, подошли к подоконнику, к ним подлетели две белоснежные совы. Они держали в своих клювах конверты, перевязанные черной лентой.

Мальчишки переглянулись, забрали письма у сов. А когда те улетели, вскрыли один из конвертов и приступили к чтению...

* * *

01.09.1944. Коридор Хогвартса. Около половины десятого вечера.

Беаста вышла из зала через полчаса после ухода Роджера. Она шла по коридорам, направляясь в гостиную, и думала о ссоре с Роджером.

Почему он её не взлюбил? Почему отнёсся с такой подозрительностью? Что она ему сделала? Ещё она думала о том что из-за неё Роджер поссорился с Вальбургой.

С такими невесёлыми мыслями она дошла до гостиной своего факультета.

Войдя, она увидела за окном сову. Беаста впустила её, та отдала ей письмо и вылетела в окно.

Беста покрутила конверт в руках.

Ни адресата, ни отправителя на нём не было. Лишь чёрная лента, опоясывающая его.

Беаста села в одно из кресел, вскрыла конверт и начала читать письмо...

* * *

02.09.1944. Одна из мужских спален Слизерина. Восемь часов утра.

Сигнус подскочил на кровати. Его разбудил звон будильника. Он не отключил эту адскую машину смерти с вечера, забыв, что сегодня суббота и на занятия не надо.

Он выключил будильник и откинулся обратно на подушку. Когда его голова коснулась подушки, он услышал странный хруст, как будто мнётся свежий пергамент.

Он привстал и поднял подушку. Под ней лежал самый обычный пергаментный конверт, перевязанный чёрной лентой.

Он почесал затылок, пожал плечами, вскрыл конверт и начал читать...

* * *

02.09.1944. Одна из женских спален Слизерина. Около девяти часов утра.

Друэлла Розье проснулась и взглянула на часы. Было 9:15 утра.

Откинувшись на подушке она сладко потянулась и сложила руки под головой.

Но позже поняла, что кроме привычных будильника и книги на прикроватной тумбочке было ещё что-то.

Она привстала, и посмотрев в сторону тумбы, заметила, что на ней лежит конверт, перевязанный чёрной лентой. Взяв его в руки она огляделась, вскрыла его и начала читать...

* * *

Таким образом по всему Хогвартсу за ночь и начало дня было найдено 16 конвертов. 16 абсолютно одинаковых конвертов без отправителя и получателя, без каких-либо опознавательных знаков. На них были лишь чёрные ленты. Их содержание было так же одинаково. А именно:

"Дорогой получатель, если вам надоела скучная школьная жизнь и ты хочешь её разнообразить, то тебе это точно понравится.

Если ты любишь сплетни, разоблачения и громкие розыгрыши, то тебе это точно понравится.

Если у тебя много свободного времени, и ты не знаешь чем заняться, то тебе это понравится.

Есть идея собрать команду, которая будет устраивать розыгрыши, собирать сплетни, подстраивать мести и устраивать вечеринки и праздники.

Если интересно, приходи. Первый сбор в 22:00 2 сентября, на седьмом этаже у лесницы. Вместе придумаем название, атрибутику, клички и правила.

Просьба приходить с изменённой внешностью и голосом. Желательно конечно, чтобы никто об этом не знал.

Жду не дождусь нашей встречи.

Аноним

P.S Если несколько писем (2 или 3) будут найдены вместе, то их получатели могут знать о тайне друг друга."

М-да, что-то интересное назревает в этом году...

02.09.1944. Одна из мужских спален Слизерина. Около девяти часов утра.

Роджер Треверс проснулся и сел на кровати. Но спустя секунду пожалел об этом, ведь в его голове пронеслись все события вчерашнего вечера: праздничный ужин, распределение, незадавшиеся взаимоотношения с новенькой, ссора с Вальбургой, письмо от таинственного анонима.

Взглянув на часы и увидев, что уже девять часов, он принял решение отправиться на завтрак. Пока он собирался, в его голове крутились сотни вопросов: Как помириться с Вальбургой? Как относиться к новенькой? Идти сегодня вечером или нет?

Наконец собравшись, он проверил кровати соседей — Роуэна и Джастина не было.

* * *

02.09.1944. Гостиная Слизерина. Без пятнадцати десять.

Через полтора часа кое-как собрав себя в кучу, Сигнус отправился на завтрак.

Выходя из гостиной, он чуть было не столкнулся лбами с Друэллой. Поздоровавшись друг с другом, и посмеявшись над собственной неуклюжестью, они наконец вышли из гостиной в направлении Большого зала.

* * *

02.09.1944. Большой зал Хогвартса. Десять часов утра.

Эрика, Кайрис и Альфард сидели за столом Слизерина и обсуждали на какие факультативы запишутся.

— Может магловедение? — предложила Эрика.

— Джеральдин и Найджел говорят, что там всё переврато, — сказал Альфард.

— А они-то откуда знают? — спросила Кайрис, крутя между пальцами ручку.

— Взяли учебник поугарать, — ответил Альфард, пролистывая утреннюю газету.

— Поугорали? — спросила Эрика.

— Ага.

Они замолчали, после этого Кайрис продолжила:

— Руны?

— Дома хватает, — ответила Эрика.

— Тогда, юные леди, остаются только Нумерология и УЗМС, — подвёл итог Альфард.

— Что такое УЗМС? — спросила Эрика.

— Уход за магическими существами, — ответил евший неподалёку Роуэн.

— Ну, значит Нумерология, УЗМС, и давайте всё-таки Руны тоже возьмём, — подвела итог разговора Кайрис.

— Хорошо, — согласились Альфард и Эрика.

Кайрис отвлеклась, чтобы всё записать. А когда оторвала взгляд от пергамента, заметила, что к столу подходят старшие.

Вальбурга, встав за спиной Альфарда, подмигнула ей. А в следующую секунду резко опустила руки ему на плечи, говоря:

— Что делаешь, братец?

Альфард вздрогнул, его лицо приобрело такое выражение, будто за ним пришла сама смерть. Он замер, но лишь на секунду и уже через мгновение стоял перед Вальбургой, спрашивая:

— Вальбурга. Зачем так пугать?

— Мне скучно, — пожав плечами, ответила Вальбурга, садясь рядом.

— Так чем занимаемся, молодёжь? — спросила Вальбурга, подтягивая к себе тарелку с кашей и беря в руку ложку.

— Факультативы выбираем, — ответила Эрика.

— Что выбрали? — поинтересовался Роджер.

— УЗМС, Нумерологию и Руны, — ответил Альфард.

— Куда сдавать? — спросила Кайрис, нарушая установившуюся было тишину.

— Что? — уточнила Вальбурга.

— Списки выбранных факультативов, — ответила Кайрис.

— Профессору Флитвику, — ответил подсевший к ним Роуэн.

— Хорошо, спасибо, — поблагодарила она и пошла к преподавательскому столу, чтобы отдать свитки.

В это время в зал вошла Беаста и тоже пошла в сторону преподавателей. Там девочки пересеклись, отдали каждая своё, а к столу вернулись уже вместе.

— Привет, — поздоровалась Беаста, садясь рядом с Альфардом.

— Привет. Какие факультативы выбрала? — спросила Вальбурга.

— Уход за магическими существами и Нумерологию. Хотела ещё Руны, но посмотрела учебники и поняла, что для меня там ничего интересного и нового не будет, — ответила Беаста, беря омлет.

— Ты хорошо знаешь руны? — спросил Абраксас.

— Ну, да.

— Беаста, — обратился к ней Роджер минут пять спустя.

— Что? — она оторвала взгляд от чашки и посмотрела на него.

— Прости за вчерашнее.

— Я и не обижалась, — сказала она, посмотрев на него ободряюще. — Я бы предпочла находится со всеми вами в нормальных взаимоотношениях, — сказала она, обводя глазами всех сидящих рядом.

* * *

02.09.1944. Одиннадцать часов утра. Гостиная Слизерина.

После завтрака, выйдя из зала, Эйлин и Элена отправились в гостиную, а Персефона пошла в совятню, потому что обещала написать отцу.

Эйлин и Элена уселись за книги. А через несколько минут Персефона вошла в гостиную и направилась прямиком к лестнице в спальню, на ходу бросая им:

— Гадюшник. Общий сбор. Сейчас.

Девочки, отложив книги, поднялись за ней.

Гадюшником их назвал Эрнест Монтегю, когда год назад услышал, как они кого-то обсуждают. Это название им понравилось и вскоре прижилось.

— Написала отцу? — спросила Эйлин, когда они расселись на её кровати, потому что она стояла посередине комнаты.

— Да.

— А почему этого не мог сделать Патрик? — поинтересовалась Элена.

— Потому что: «Сестрёнка, ты так хорошо пишешь. Напиши ты.», — сказала она, передразнивая брата.

— Так, ладно. Мы собрались не для того чтобы обсуждать Патрика, я надеюсь, — сказала Эйлин.

— Дамы, мы пойдём сегодня вечером? — спросила Персефона.

— Конечно, мне казалось, этот вопрос ещё ночью был риторическим, — ответила Эйлин.

— Ну, значит идём, — подытожила Элена.

* * *

02.09.1944. Одна из мужских спален Слизерина. Одиннадцать часов утра.

— Ребят, давайте решим идём мы сегодня или нет, — сказал Джастин, отложив книгу.

— С одной стороны всё это как будто не для нас. Мы же не девчонки, чтобы сплетни и интриги разводить. Но с другой стороны реально какскучновато в последнее время, — начал рассуждать Роуэн.

— Значит, идём? — спросил Роджер.

Два его друга согласно кивнули.

* * *

Много было обсуждений, размышлений и принятий решений у участников ночныхи утренних событий. Они ждали и сидели, в предвкушении поглядывая на часы, делали догадки кто же захотел видеть их и кто же может быть там среди их знакомых, хотя понимали, что и сами пойдут под маскировкой. А день тем временем близился к завершению, ведь время скоротечно.

* * *

02.09.1944. Неизвестный коридор седьмого этажа. Около десяти часов вечера.

В школьных коридорах после отбоя малокого встретишь, поэтому столпотворение из 16 человек в одном из коридоров седьмого этажа привлекло бы внимание, из-за этого все участники событий были слегка нервные.

— И так, вижу вы все пришли, пойдёмте, — как из ниоткуда появилась девушка и поманила их за собой.

Подойдя к одной из стен, она нажала на какой-то кирпичик, и в ней появилась дверь. Девушка потянула за ручку, вся группа вошла.

— Это наш импровизированный штаб, — произнесла она, все остальные тем временем осматривались с восторгом, удивлением и непониманием.

02.09.1944. Неизвестная комната на седьмом этаже. Около десяти часов вечера.

— Это наш импровизированный штаб, — произнесла она, вспоминая, как перевернула всю семейную библиотеку с ног на голову в поиске подходящих формул и заклинаний.

— Это?! Импровизированный штаб?! — в изумлении и полнейшем шоке воскликнул Роджер.

— Ну, да, — ответила она, пожав плечами. — Это же только голые стены, тут нужно всё обустроить, украсить.

— А в чём будет заключаться наша деятельность? — спросила пытливая Эйлин.

— Собственно, я надеялась за эту ночь всё обсудить и продумать, — ответила она.

— А что, собственно, нужно продумать? — уточнила Персефона.

— Ну, собственно, всё: название, эмблему, подставные имена и прозвища, правила, то чем конкретно будем заниматься, — ответила она, немного подумав.

— Мне кажется, сначала нужны подставные имена, — сказала Беаста.

— Я тоже так подумала, поэтому садитесь и будем думать, — сказала она приглашая их.

Они расселись кружком на полу.

— И так, действуем по такой схеме: сейчас по порядку каждый называет любое имя, которое первым приходит на ум, потом каждый придумывает себе прозвище, — сказала она, и увидев взгляды полные непонимания, поспешила объяснить. — Ну, например: я — Дженнифер, Стрела.

— А потом мы с этим выдуманным именем что делать будем? — спросил Джастин.

— Забудем его и будем пользоваться только прозвищами, они и станут нашими именами, — ответила Стрела.

— Ладно, давайте начнём. Кто первый? — спросила Джеральдин.

— Идём по кругу, — ответила Стрела.

— Итак, я — Джейк, Снежный барс, — немного подумав, сказал Абраксас.

— Следующий.

— Так, я Кейли, Чёрная мамба, — сказала Друэлла.

— Я Карл, Чёрный аспид, — сказала сразу после неё Сигнус.

— Плагиатор, — с лёгкой обидой сказала Друэлла.

После её слов Сигнус недовольно покосился на неё.

— Так, успокоились, — приказала Стрела, увидев, что назревает конфликт.

Они отвернулись друг от друга, сложив руки на груди.

— Я Ричард, Львиное сердце, — сказал Альфард.

— Как же это гениально, — сказала с ноткой иронии Персефона.

— Да хватит уже. Что вы как дети малые, — раздражённо сказал Снежный барс. — Давайте дальше.

— Так, дальше я, — проговорила Эрика. — Допустим, Мелисса, Рыжая бестия.

— Так, я Артур, Чёрный гепард, — сказал Роджер.

— А я...

— У меня образовался вопрос: если учителя решат проверить все ли в постелях, что делать будем? Извини что перебила, — спросила Элена и тут же обратилась к Эйлин, извиняясь.

— Они пойдут нас искать, но найти не смогут, мы закодируем стену так, что она будет впускать только нас. Завтра утром откупитесь аля :«Вам показалось, я всю ночь спал.». По моим расчётам мы к пяти-шести часам утра будем в постелях, — ответила Стрела. — И так, продолжаем.

— Я Элис, Принцесса, — сказала Эйлин.

— А почему найти не смогут? — спросил Львиное сердце.

— Потому что, это место не видно даже на планах Хогвартса, которые составлялись ещё при строительстве, — ответила Стрела. — Эта комната полностью творение моих рук.

— Давайте продолжим, чтобы побыстрее закончить. Я Ребекка, Каскад, — сказала Беаста.

— Я Карсон, Сокол, — проговорил Корбан.

А Гепард спросил у Стрелы:

— Ты всё записываешь что ли?

— Да. Чтобы ничего не забыть, — ответила она, на секунду оторвавшись от записей.

— Я Элиза, Заря, — сказала Элена.

— А я Рой, Обсидиан, — продолжил Роуэн.

— Я Джек, Дже У, — сказал Джастин.

— Я Мэри, Би, — сказала Беатрис.

— Я Гризельда, Гадюка, — сказала Персефона.

— Я Николас, Гончар, — сказал Флимонт.

— Гончар? — Переспросила Би.

— Ну, да. Мне как-то всё равно, поэтому сказал то, что первое пришло в голову, — ответил Гончар.

— Ну, и я Карина, Леди Кей, — закончила цепочку Джеральдин.

— С именами закончили. Перейдём к названию, — сказала Стрела. — У кого какие идеи?

— «Команда»? — предложила Заря.

— Слишком банально, — ответила на её предложение Стрела. — Ещё варианты.

— «Банда»? — предложил, немного подумав, Барс.

— То же самое, что и с командой — слишком банально, — ответила Стрела.

Они все замолчали, погрузившись в раздумья.

Спустя минут семь Леди Кей предложила:

— Может «Напалм»?

— А что такое напалм? — спросил Гепард.

— Это горючее вещество на основе керосина, созданное американцами года два назад, — ответила она.

— Мне нравится, — что-то записывая, сказала Стрела. — Кто за то, чтобы называться «Напалм»?

Все проголосовали "за".

— Дальше нужно придумать правила, — сказала Стрела. — Правил должно быть не меньше трёх.

— Мне кажется, учитывая палевность некоторых кличек, никому не в обиду говорю, первое правило должно звучать примерно так: «Если у нас появляются какие-либо догадки насчёт личности наших товарищей, мы их не высказываем.», — немного подумав, сказала Гадюка.

— Я тоже считаю это разумным, — согласился Гончар.

— Ну хорошо. Значит первое правило придумали, — сказала Стрела, записывая.

— Второе: «Не выдавать свою личность товарищам.», — предложил Сокол.

— Хорошо, — одобрила Стрела.

— Ну, имеется ввиду, кроме тех, кто и так знает? — спросила Заря.

— Ну, да.

-А если так: «Не рассуждать насчёт личностей товарищей.», — предложил Гепард.

— Не, это как будто притянуто за уши. Плюс, мы не сможем этого проверить, поэтому думаю нет, — сказала Стрела.

— Ну, ладно.

— «Не выдавать «Напалм» перед школой.», — сказала Леди Кей спустя несколько секунд раздумий.

— Отлично, — похвалила Стрела, продолжая делать записи.

— Так, а если: «Каждое принимаемое решение должно быть обсуждено.», — предложила Би.

— Хорошо, но как будто хочется дополнить.

— «Каждое принимаемое решение должно быть передано на голосование. "За" должны проголосовать 14 из 17 участников, лишь после этого оно считается исполняемым.». — сказал Обсидиан.

— Вот это — превосходно, — констатировала Стрела. — Не в обиду тебе, Би.

— Я и не обижаюсь, — ответила Би.

— Думаю нужно придумать ещё одно правило и всё, — сказала Стрела.

— А зачем? — спросил Львиное сердце, обращаясь к Стреле. — Ты же говорила, что хватит и трёх.

— Для красивого числа, — ответила та.

— Ну тогда пусть последнее правило звучит так: «Принятые правила обсуждению не подлежат.», — предложил он.

— Все за? — спросила Стрела.

Все согласно закивали.

— И так. Что касается деятельности думаю первое время это будут не большие розыгрыши и приколы без злого умысла, чуть позже возможно что-то большее. Возможно будем организовывать украшение школы к праздникам ну, и так далее, — сказала Стрела.

Все согласно закивали.

Тут Заря спросила:

— А как мы будем поддерживать коммуникацию и договариваться о встречах?

— Я сейчас как раз хотела рассказать об этом, — ответила Стрела.

Она отошла, а через секунду вернулась, неся в руках листы пергамента.

— На этих листах особые чары, в том числе и Протеевы, — начала она. — Каждый сейчас подпишет пергамент своей волшебной палочкой, накладывая чары персофиникации. Я надеюсь все умеют это делать. Каждый раз, когда вам будет нужно что-либо написать, вы просто пишете как на обычном пергаменте. Только ваши слова будут появляться на всех пергаментах. Данные пергаменты сами собой маскируются под обычные, поэтому вопросов к вам не будет, и вы не выдадите себя. Периодически, когда место будет заканчиваться пергаменты будут сами обновляться. Всё понятно?

Дождавшись подтверждающих кивков, она раздала каждому по пергаменту.

Получив их, все наложили нужные чары.

— Теперь осталась только дверь. Для этого нам нужно выйти в коридор, — сказала Стрела, подходя к двери.

— А сколько времени? — поинтересовался Дже У.

— Половина четвёртого, — ответила Стрела. — Управились на удивление быстро.

Они вышли за дверь.

— Постучите кто-нибудь палочкой по двери, произнося свою кличку, — попросила она.

Каскад постучала, и дверь превратилась обратно в стену.

— Теперь пусть каждый сделает тоже самое, чтобы дверь запомнила вас. Когда вам нужно будет зайти внутрь, вам нужно будет также постучать палочкой, произнести свою кличку и сказать: «Откройся.». И когда будете уходить — наоборот.

Все сделали, как она сказала.

— Ну, а теперь, спокойной ночи, — сказала Стрела.

Все пожелав друг другу доброй ночи, разошлись.

К счастью за ночь профессора не проверяли спальни учеников, поэтому вопросов к ним утром не возникло.

Ну, что ж. Начало положено.

18.09.1944. Большой зал Хогвартса. Около восьми часов утра.

Прошло две недели с первой и пока что единственной встречи «Напалма», а Персефоне уже было скучно.

— Нужно что-то придумать, — сказала она кажется седьмой раз за последние двадцать минут.

— О, Мерлин! — раздражённо вздохнула Элена. — Тебе надо, ты и придумывай.

Спустя примерно пять минут, мимо них прошли трое: Лиана Причард с раздражённым выражением лица, Клаус Фоули, выглядящий уставшим и Карсон Кэрроу, который вечно донимал их обоих.

Завидев их, девочки переглянулись. Практически одновременно на их лицах расцвели улыбки. Они полезли в сумки за пергаментами, которые им выдала Стрела.

Заря: Нужно провести собрание, появилась идея.

Гепард: Какая?

Принцесса: Узнаешь вечером.

Стрела: Во сколько вы хотите его провести?

Гадюка: В одиннадцать.

Стрела: Хорошо.

* * *

Мне кажется, следует посвятить читателей в события происходящие между Лианой Причард, Клаусом Фоули и Карсоном Кэрроу.

Поэтому, пока Элена, Эйлин и Персефона собираются на занятия, я расскажу вам их историю.

История началась полтора года назад, когда в начале пятого курса Карсон предложил Лиане встречаться, и она согласилась. Они были чуть ли не самой обсуждаемой парой Хогвартса (Калеба Пруэтта и Констанцию Забини, которые выпустились на их шестом, переплюнуть было не возможно).

Но, как говорится, всё имеет свойство заканчиваться. И в середине шестого курса они поссорились и расстались. По Хогвартсу ходили слуги, что вроде как Карсон в очередной раз её к кому-то приревновал. Случилось это перед новогодними каникулами. А примерно в середине апреля Лиана начала встречаться Клаусом. Карсон хотел с ней помириться, но она не захотела его даже слушать. А он обозлившись стал донимать их обоих, и продолжается сие душераздирающее действо до сих пор (полгода).

* * *

18.09.1944. Кабинет трансфигурации. Без пяти девять.

— Привет, Джеральдин, — Вальбурга буквально на ходу села за парту рядом с гриффиндоркой.

— Привет, — ответила та, немного удивившись компании.

Сигнус хотел сесть с ней, но увидев, что она села с Джеральдин, осмотрелся и понял, что единственное свободное место рядом с Друэллой. Он бросил на Вальбургу уничтожающе-недовольный взгляд и сел с Друэллой.

Колокол возвестил о начале первого урока.

В класс вошёл профессор Дамблдор.

— Доброе утро, ученики, — бодро поздоровался он.

— Здравствуйте.

— Тема сегодняшнего урока: «Превращение неживого в живое».

— Профессор, разве не этим мы занимались последние три года? — спросил Найджел.

— Мистер Эванс, мы занимались превращением живого в неживое, а обратный процесс мы ещё не разбирали, — ответил профессор.

— А в чём различие этих процессов? — спросила Элена.

— Когда мы превращаем живое в неживое, птицу в чашу, например, мы упрощаем предмет, ведь птица — это кости, внутренние органы и оперение. То есть многоэлементный предмет сложного строения, а чаша — это единый выплавленный сосуд, то есть предмет из одного, максимум двух элементов, — начал ответ профессор.

В классе послышались звуки понимания и удивления.

— Когда мы превращаем неживое в живое мы усложняем строение предмета.

Дети зашуршали пергаментами и заскрипели перьями, записывая всё услышанное в таблицу.

— И так, вижу, что почти все закончили, — проговорил минут двадцать спустя профессор. — Перейдём к практике. Достаньте свои палочки.

Дети достали палочки, а профессор раздал им пуговицы.

— Ваша задача превратить пуговицу в жука. Для этого нужно направив палочку на пуговицу, чётко представить каким будет жук и произнискти «Вивифицет».

По классу понеслось нескладное «Вивифицет», а после звуки радости и досады.

Спустя пять минут раздался звук колокола, возвещающий об окончании урока.

Дети, попрощавшись с профессором, вышли в коридор в направлении следующего урока.

— Ну спасибо, сестрица, — ехидно проговорил Сигнус, догнав Вальбургу.

— Не за что, братец, — ответила Вальбурга.

— Нет, действительно, спасибо, — сказал Сигнус уже серьёзнее. — Мы классно поболтали.

— А знания?

— И знания мы тоже получили. Ты как обычно.

— Сейчас у нас что? — спросила Вальбурга несколько минут спустя.

— Сдвоенное зельеварение с Когтевраном.

И они направились в подземелья.

* * *

18.09.1944. Большой зал Хогвартса. Около двенадцати часов дня.

— Скажите мне пожалуйста. Кто ставит зельеварение да и любой другой предмет совместно с Когтевраном?! — возмущалась Вальбурга, наливая себе суп. — Близнецы Макмиллан у меня уже в печёнках, а это только третья неделя учёбы.

На её возмущения троица Гадюшника засмеялась, а Сигнус и Альфард закатили глаза.

— Нет, вас неужели не раздражает вот это постоянное, — сказала она и показала, как кто-то вскакивает и трясёт поднятой рукой, желая ответить. — То вдвоём, то по очереди. Вот здесь уже, — проговорила она и показала пальцами на свою шею.

— Будь спокойнее, — сказала Джеральдин, отпивая чай.

Всё изумлённо уставились на неё.

— Ты что здесь делаешь? — спросила, чуть успокоившись, Вальбурга.

— Пришла спросить почему сегодня на трансфигурации ты села со мной, а не с Сигнусом?

— У Сигнуса и спрашивай, — бросая на брата ехидный взгляд, ответила Вальбурга.

Сигнус поперхнулся чаем. Услужливая Персефона похлопала его по спине.

— Ладно, давайте не рассусоливать. У нас ещё ЗОТИ, заклинания и сдвоенная травология с Пуффендуем, — окончательно разрядила обстановку Друэлла.

Они доели и собрались на вечерние занятия.

* * *

18.09.1944. Неизвестная комната на седьмом этаже. Штаб группы «Напалм». Около одиннадцати часов ночи.

— И так, что вы придумали? — спросила Стрела, когда все расселись кружком на полу.

— Вы все наверное знакомы с ситуацией Лианы Причард, Клауса Фоули и Карсона Кэрроу, — начала фразу Заря.

— Ну и, что из этого следует? — задал логичный вопрос Гепард.

— Ну, мы предлагаем сделать что-нибудь, что отвадит Карсона от Лианы, — ответила Гадюка.

— А, вы, девчонки, судя по всему в реальной жизни знакомы, — высказал Аспид мысль, которая поселилась в голове почти у каждого.

— Аспид. Первое правило, — напомнила Стрела.

— Хорошо-хорошо, — подняв руки в жесте капитуляции, пробормотал Аспид.

— Говоря о вашем предложении, девочки, — сказала Стрела, вставая и начиная ходить по комнате, — то тут слишком мало вводных. Да все об этом знают, да это одни из самых громких сплетен. Но этим не заинтересованы преподаватели, поэтому, мне кажется должного эффекта не будет.

— Точнее.., — начал фразу Барс, когда его прервал Львиное сердце.

— А как мы назовём эту комнату? — спросил он. — Прости, что перебил.

— Ничего.

— Думаю, просто штаб группы «Напалм», — сказала Стрела. — Все за?

Все согласились, а Стрела обратилась к Барсу:

— Что ты хотел сказать?

— Я хотел сказать, что практически никто не выстроит связь между этими двумя факторами: тем что кто-то подшутил над Карсоном и тем, что он не отставал от Лианы, — поправил Барс.

— Верно. Поэтому, думаю стоит пока что отложить это дело до лучших времён, — сказала Стрела. — Вы же не обидитесь, девочки?

— Нет, — хором ответили Заря, Принцесса и Гадюка.

— Тогда считаю второе собрание «Напалма» законченным.

Они вышли, запоролили дверь, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись в разные стороны дабы не пересечься.