Стая живёт (гет)

AU к 8x01

Санса была полностью погружена в работу. С приездом Джона и его королевы со всем её войском и драконами Леди Винтерфелла пришлось сильно постараться, чтобы сохранить порядок в своём доме. Скоро могла начаться нехватка еды. И слишком трудно было распределять припасы между войнами и мирными жителями, что, не имея возможности противостоять угрозе, шли сюда для защиты. И Санса не могла их подвести.

Опасность от Иных была близка как никогда. Потому Джон большей частью заботился о военных делах. Стоя рядом с Дейнерис Таргариен... Санса горько вздохнула. Она пыталась не думать об этом. Пыталась не вспоминать о том, что Джон преклонил колено перед совершенно чужой им женщиной, которую любил... И что из этого ранило Сансу сильнее... Она не могла понять. Королева Таргариен прибыла на Север ради его спасения, как она любила повторять, но почему же леди Старк чувствовала в ней опасность для её семьи?

Нужно было пытаться перестать об этом думать, хотя бы сейчас. К ним приближалась смертельная угроза, и возможно они не смогут её пережить. И тогда уже станет всё равно... Но Сансе не удавалось найти в себе силы спокойно размышлять.

Вдруг дверь в её кабинет (точнее Джона, который она заняла во время его отсутствия и даже после него) отворилась, и к ней вошёл Джон.

Санса вздрогнула, лишь на мгновение взглянула на него, вновь обращая свой взгляд к свитку, что держала в руках. Вот только теперь ей не удавалось сосредоточиться на его содержании, ведь она чувствовала, что Джон смотрел на неё. И это приводило её мысли в беспорядок. Они почти не говорили с того спора в день его приезда.

Теперь Санса вновь находилась с ним в той же комнате, которую им не удавалось поделить из-за их обязанности, за ответственность пред их народом.

Джон молчал, словно не решаясь начать. И Санса не могла это выносить. Продолжая смотреть на свиток, она произнесла холодным тоном:

— Если ты хочешь что-то сказать, то не теряй своё время, Джон.

— Санса... — Его уже привычный вздох, когда он произносил её имя, и как болезненно оно звучало в его голосе. — Посмотри на меня. Хватит этого...

В в этих фразах слышалась нескрываемая усталость Джона. И Санса решилась взглянуть на него, возвращая свиток на стол. И это было больнее. Видеть его после стольких лун разлуки, когда она так скучала и желала, чтобы он вернулся... И теперь, когда это наконец случилось... Они были так далеки...

Джон продолжал молчать. И Санса с трудом выдерживала это.

— Я слушаю тебя. И если тебе действительно совершенно нечего сказать, то прошу оставь это. У меня довольно много работы, учитывая...

— Санса, пожалуйста!

Она стояла напротив Джона, не понимая его. Зачем он начинал разговор, который уже изначально приводил их в никуда? Зачем он делал это... Ей ведь и так было слишком больно...

— Ты... Я понимаю, что всё сложно... Но мы не должны отдаляться друг от друга.

Санса не смогла сдержать горькой усмешки:

— Ты так говоришь... Но думал ли ты об этом, когда отдал независимость Севера? Пока я пыталась бороться с заговорами против тебя, убеждала лордов в твоей преданности Северу... Ты просто перечеркнул всё это.

Она не скрывала горечь в своём голосе. Эти чувства разъедали её изнутри. Пока он в очередной раз начинал повторять старые оправдания и слова: «Она нам нужна. Она будет лучше».

Санса качала головой, думая, когда же Джон оказался настолько ослеплён своей новой королевой...

— Санса, мне жаль. Но другого выбора у нас нет. — И словно видя её раздражённость и недоверие Джон продолжал. — Послушай, я знаю, что...

— Нет, ты не знаешь!

Санса уже не могла выносить его непонимание. Если бы он действительно знал, то действовал бы умнее, разумнее... Руководствовался бы головой, а не чувствами. И Санса понимала, что Джон не мог иначе... К сожалению...

И вся эта горечь, обида, боль, даже та ревность — всё смешалось в её голосе:

— Ты уже ничего... Ничего ты не знаешь, Джон. Совершенно. Ты...

Но она остановилась, увидев его взгляд после её слов. Джон выглядел настолько изумлённым. В его глазах читалась нескрываемая боль, а губы словно были готовы что-то прошептать... Казалось, лучше бы она ударила его, чем произнесла эти слова.

— Джон, я...

Но он будто не слышал её, качая головой, закрывая глаза, уходя из комнаты, так и не дав им поговорить.

Лишь позже Санса узнаёт от Тормунда, что эти слова всегда говорила Джону его погибшая возлюбленная из Вольного народа. Лишь потом она осознает их значимость для него, что лишь более озадачивало её. Но в этот момент леди Винетрфелла продолжала стоять в комнате, пытаясь осознать произошедшее, и унять беспорядочный стук сердца в груди, словно оно хотело вырваться наружу, раскрывая всю её боль и противоречие чувств.