Джи Ди (джен)

Джи Ди, известная своим беспримерным талантом и грацией, готовилась к конкурсу «Мисс балет», проходящему по всей Франции долгие месяцы. Конкурс, который проходил в сердце Парижа, собирал лучших балетистов со всего мира. Каждый из участников стремился продемонстрировать своё мастерство и уникальный стиль, и Джи Ди не была исключением. Её трудолюбие и упорство при тренировках выливались в трепетное выполнение каждого движения и каждой позиции.

Джи Ди была на седьмом небе от счастья. Она представляла себе тот момент, когда публика будет аплодировать стоя, когда свет софитов осветит ее фигуру на сцене. Все годы упорных тренировок привели ее к этому мгновению. Но волнение переполняло её — мысли о конкуренции и возможной победе постоянно крутились в голове.

Она так замечталась, что даже забыла про открытый шкафчик, в котором лежали ее пуанты... Пуанты — не просто обувь, а символ ее преданности искусству. Она быстро вернулась в гримерку, стараясь не привлекать внимание других участников. Ошибки в такие моменты были недопустимы, и она не могла позволить себе растерянность.

Открыв шкафчик, Джи Ди ощутила легкое облегчение, но, когда она потянула руку за пуантами, что-то привлекло её внимание. На полке рядом лежала краткая заметка: «Удачи во всем, ты заслуживаешь победы — с вдохновением, А.П.».

Это было от ее наставницы. Эти слова придали ей сил. Вдохновленная, Джи Ди отправилась на сцену, готовая покорить мир.

Объявление о начале соревнований среди финалисток прозвучало в тишине, как будто весь мир замер в ожидании. Джи Ди знала: ей придется бороться не только за свое мастерство, но и за свою жизнь. Поддержка поклонников окружала ее, постепенно возвращая уверенность и силы, освобождая от пут страха.

Неизвестно, что ждет ее впереди, но сияние костюмов и блестящие сценические огни продолжали манить её, как ни в чем не бывало. Теперь она знала: танец — это не просто выступление, это её суть. Ничто не может затмить свет, который она сама излучает на сцене.

Джи Ди быстро пришла в гримерку, чтобы надеть пуанты.

Когда Джи Ди пришла в гримерку, она почувствовала, что что-то не так. Легкий запах несвежего клея и резкого растворителя тут же бросился ей в нос, но она не могла понять, откуда он идет. Открыв свой шкафчик, она сразу заметила, что пуанты, которые она бережно хранила, теперь были безжалостно испорчены. Девушка едва ли верила своим глазам: вместо нежной розовой ткани, убранной в тонкий узор, она увидела замаранные и затянутые лейкопластырем туфли.

Гнев, накатившийся на неё, сменился глубоким огорчением. Она сразу поняла, кто это сделал

— Хань Ли.

Как могла Хань Ли, зная, сколько усилий Джи Ди потратила на свои тренировки, опуститься до такого низкого уровня? Искусство должно было объединять, а не разделять. Вовремя вспомнив о своих амбициях, Джи Ди попыталась собраться с мыслями. Она знала, что нельзя давать сопернице какое-либо преимущество.

Среди тёмных мыслей о мести и неприятностях она вдруг нашла в себе силы. Пуанты — это важно, но её истинная сила заключалась не в обуви, а в упорстве и таланте. Сжав кулаки, она приняла решение — не позволить сопернице сломить её дух. Джи Ди будет бороться, несмотря на все козни Хань Ли. Настало время показать, что настоящая победа приходит к тем, кто не сдается.

И вот прозвучал звонок о начале выступлений. Волнение заполнило зал, создавая невидимую, напряженную атмосферу ожидания.

Джи Ди была второй, кто должен был выступать на соревновании. На сцене уже блистала первая участница, её выступление привлекало внимание всех присутствующих. Но Джи Ди знала, что она тоже способна удивить аудиторию, несмотря на волнение, которое охватило её всего за несколько минут до выхода.

Когда ведущий объявил ее имя в микрофон, сердце Джи Ди забилось быстрее. Она вышла на сцену, собирая мысли и вдохновение. Зал замер, и свет софитов окутал её, вселяя смятение, напоминая об ожидании. Джи Ди глубоко вздохнула и приняла позу для начала.

Заиграла музыка, и Джи Ди танцевала просто великолепно, но она все больше чувствовала боль в ногах из-за испорченных пуант. Каждое её движение отдавалось острой болью, которая заставляла её внутренне сжиматься, но она не могла остановиться. Зал был полон зрителей, которые смотрели на неё, затаив дыхание: любой танцевальный элемент, будь то пассе или даже плие, требовал от неё максимума.

Она знала, что пуанты уже выработали свой ресурс, но выходить на сцену было её обязательством. Каждый шаг, каждое вращение казались ей подвигом, и боль сливалась с музыкой, создавая неповторимую гармонию.

Джи Ди почувствовала, как сердце бьётся в унисон с ритмом, и её желание вынести всё с честью возросло. Она прислушивалась к внутреннему голосу, который шептал: «Ты сильнее, чем думаешь». Публика, казалось, ощущала её напряжение, но в то же время их восхищение окрыляло её, поднимая над собственными страданиями. Она решила, что стоит продолжать, ведь каждый момент этой танцевальной сказки был важен.

Джи Ди продолжала двигаться, несмотря на резкую боль, пронизывающую её ноги. Внутри неё боролись две силы: желание завершить номер и стремление остановиться, чтобы избежать дальнейшего травмирования. Она знала, что нельзя подвести хореографа и зрителей, но каждое движение давалось ей всё тяжелее. В голове промелькнула мысль: «Что, если я просто свернусь калачиком и останусь здесь?»

Когда её нога вдруг подвернулась, все ощущения обрушились на неё с новой силой. Она падала со сцены, но в этот момент, в последнем порыве, Джи Ди запомнила блеск софитов и взгляд зрителей. Время, казалось, замедлилось, и в этот миг она осознала, что больше не сможет продолжить...

И вновь темнота окутала её, как мягкое покрывало, но на этот раз в ней не было успокоения. Джи Ди почувствовала, как её уносят в объятия хаоса, и в сознании вспыхнули обрывки воспоминаний: напоминания о репетициях, смехе подруг, ощущении легкости при каждом движении. Теперь всё это сместилось в нечеткие образы, от которых оставалась лишь пустота...

Падение было неожиданным и оглушающим, как гром среди ясного неба. Вокруг нее раздались крики зрителей, но Джи Ди не слышала ничего, кроме тишины...

Спустя некоторое время Джи Ди открыла глаза. Ей казалось, что сейчас она очнется в больнице. Попробовав подняться, она заметила, что ноги не болят, и легко встала, обув мягкие тапочки. Но в голове метались мысли о том, что произошло с ней на балетной сцене...

Она думала, что очнется в больнице, где белые стены, запах спирта...

Однако вместо больницы со стерильными белыми стенами и запахом спирта, она была в какой-то комнате… Комната была больше похожа на покои принцессы. Джи Ди с любопытством оглядела комнату.

Стены украшали фрески с пейзажами волшебных лесов, а под потолком свисали великолепные хрустальные люстры, переливающиеся при свете свечей. Мягкие ткани обивок заставляли расслабиться, а на подоконниках тихо цвели странные растения с экзотическими лепестками, излучающими сладкий аромат. Огромные окна давали мягкому свету пройти в комнату без труда.

Искусно вырезанные мебельные детали напоминали о былых временах, когда придворные дамы и их кавалеры танцевали на балу. Огромное зеркало в золотой раме отражало окружающий интерьер. Она, казалось, была зачарованной, словно попала в другой мир, где время остановилось, и каждый вздох наполнялся магией.

Она взглянула в зеркало и увидела своё отражение — нежное лицо, обрамлённое серебряными локонами, а на теле — классическое платье, украшенное драгоценностями. Всё это казалось ей сном, но ощущение волшебства и странности её глубоко тронуло.

Она приблизилась к зеркалу, находясь в состоянии легкого шока, и потрогала своё лицо. Это был не сон… Руки дрожали, как листья на ветру, а сердце колотилось в груди, стараясь вырваться на свободу. Отражение в зеркале казалось незнакомым. Глаза, полные испуга, смотрели на неё с новой, таинственной глубиной, как будто кто-то другой, а не она, находился в этом отражении.

Каждая черта лица передавала ей мрачное послание. Линия подбородка казалась более резкой, а кожа — бледнее, чем когда-либо...

"Что со мной случилось?" — прошептала она, но ответа не было. Тишина в комнате бесконечно давила на грудь, словно сама смерть пришла за ней. И всё же внутри, где-то в глубине души, взметнулась искра надежды. Она знала, что должна разобраться в том, что произошло, как бы ни было страшно и опасно...

Вскоре в комнату вошла старая дама в красивом платье, которая представилась как её новая наставница.

О... Боже! Эта старая дама выглядела точь-в-точь как ее хореограф! Её немного седые волосы были собраны в строгий пучок, а чёрное платье подчеркивало её необычайную элегантность и лёгкость...

Её лицо и строгий характер навевали кучу воспоминаний… В тот день, когда Джи Ди не вышла в финал, атмосфера в зале была электризующей. Зрители не могли отвести взгляда от её танца, который, казалось, должен был стать кульминацией конкурса. Однако ошибка, допущенная в середине номера, сломала весь замысел.

Она помнила тот момент, когда уверенность Джи Ди стала её слабостью. На репетициях всё казалось идеальным: каждый шаг был отточен до мелочей, каждый элемент — выверен и прекрасно исполнен. Но на сцене, перед блестящими огнями и ожиданием зрителей, всё пошло наперекосяк. Эта ошибка, казалось, разразилась мгновенно, как удар молнии, прервав поток волнения.

Джи Ди, которая всегда была финалисткой, теперь стояла в тени, с горьким осадком на сердце. Она знала, что её хореограф вложила душу в этот номер, в каждую деталь. Эта мысль лишь добавляла тяжести и без того сложной ситуации.

И наконец её "хореограф" в виде новой дамы представилась…

— Здравствуйте, мадам Джи Ди… Я ваша новая наставница, Джуй Бин.

Голос Джуй Бин звучал мелодично, как струны гитары, растягивая звуки в легком танце. Джи Ди почувствовала, как в груди возникло волнение, смешанное с чувством вины.

— Здравствуйте, Джуй Бин… эмм… можете напомнить мне, где я и что это за место? Просто сегодня мне приснился такой сон, что я не отличу его от реальности.

— Конечно, мадам. Сейчас вы находитесь в большом особняке вашей семьи Джи. Особняк довольно велик и прекрасен.

— А кто это? — спросила Джи Ди дрожащим голосом и показала на картину на стене её комнаты. Джуй Бин взглянула на картину, затем снова на хозяйку, и, как будто взвесив слова, тихо произнесла:

— Это ваша мать, мадам. Её дух все еще живёт в этих стенах, но любое упоминание о ней, взбесит вашего отца...

— Почему же?

— Это и для меня тайна, мадам, нам такое не рассказывают.

— Понятно. А почему тогда эту картину не сняли со стены?

— Ее уже снимали раньше, но вы пришли к вашему отцу, разругались с ним. Вы объявили ему, что если он не вернет картину на место, то вы умрете от голода. И когда вы правда начали голодать, картину вернули на место.

— А кто ещё есть в моей семье, кроме отца? — спросила Джи Ди, задумавшись.

— Старший господин и старшая мадам. Что с вами? Вам дурно? — спросила женщина с наигранным удивлением.

"Ага, значит, я младшая в этой семье", — подумала про себя Джи Ди.

— Мадам, я пришла, чтобы доложить, что ваша семья ожидает вас на завтраке, — тихо промямлила женщина.

— Хорошо, доложите им, что я сейчас приду, — уверенно сказала Джи Ди, будто подмечая все детали диалога.

— Слушаюсь, мадам, — сказала женщина с недовольным лицом и удалилась.

Джуй Бин ушла. Джи Ди взвесила все её слова и вынесла для себя только одно: "Я не понимаю, что произошло, и где я сейчас, но я должна вернуться в свою прошлую жизнь! Это точно не сон!".

Она вышла из комнаты и оглядела коридор особняка, он был великолепен. Белый коридор, устланный красным ковром, и вел в гостиную и кучу разных комнат. Также в особняке было ещё три этажа. Все они были сделаны довольно дивно, но ни один не повторял дизайн предыдущего. Стиль росписи потолка и стен приковывал внимание каждого сюда входящего. В этом не было сомнений.

Джи Ди направилась на кухню, она находилась справа от гостиной. Джи Ди зашла в комнату и увидела свою семью. Её взгляд остановился на старшей сестре.

"Что?! Как и она могла тут оказаться?!"

"Не может быть! Как это может быть она?!" — чуть не поперхнулась Джи Ди.

Джи Ди стояла как вкопанная в дверях и не могла поверить увиденному. В комнате сидела Хань Ли. Та, из-за кого она оказалась в этом мире, и её мерзкое лицо, привычно уверенное, на мгновение также осветилось удивлением. В воздухе витали напряжение и неопределённость, словно в преддверии сильного шторма.

Джи Ди почувствовала, как сердце заколотилось в груди. Она сделала шаг назад, пытаясь осмыслить происходящее. Хань Ли сидела в старинном кресле, обитое глубоким бархатом, и безмолвно смотрела на неё. Взгляд её был полон тайны. Джи Ди не могла отделаться от мысли, что за этой встречей стоит что-то большее. Возможно, даже и беда.

— Ты пришла, дорогая сестрица. Я рада, — наконец произнесла Хань Ли. Голос её был загадочным и пугающим. Джи Ди замерла, ей хотелось сказать что-то, но слова застряли в горле. Хань Ли улыбнулась. Эта улыбка не предвещала ничего хорошего.

Не в силах вынести напряжение, Джи Ди сделала шаг вперёд. Она была полна гнева и недоумения.

— Почему ты послала за мной служанку? Что тебе от меня нужно? — Хань Ли медленно встала и приблизилась. Её красное бархатное платье, расшитое цветными камнями, и сетчатые перчатки чёрного цвета, под цвет её волос, показывали лишь одно: семья была очень богатой.

— Я привела тебя не по своему желанию, а по просьбе отца, — эти слова повисли в воздухе, как тень, и Джи Ди поняла, что это только начало нарастающих проблем.

Джи Ди ощутила, как холодок пробежал по её спине. Слова Хань Ли звучали, как заклинание, привлекая не только её внимание, но и страх.

— Отца? — повторила она, стараясь скрыть дрожь в голосе. — И зачем же меня звал отец? — спросила Джи Ди.

Хань Ли улыбнулась ещё шире, как будто её слова только укрепляли идею о том, что Джи Ди не понимает всей глубины ситуации.

—Ты, кажется, недооцениваешь силу того, что произошло. Каждый шаг, каждая деталь были предопределены. Ты такая глупая, что с первого раза не поняла? — сказала Хань Ли, и её глаза блеснули, напоминая о чем-то давнем и неизменном.

— О чем ты говоришь? — вскинула удивлённо брови Джи Ди.

"Я должна узнать, что здесь происходит и, может, как-то поправить ситуацию. Это не очень похоже на игру, но, наверно, тут надо что-то изменить, и тогда я, возможно, смогу выбраться отсюда", — подумала с улыбкой на лице Джи Ди.

—Неужто ты все забыла, дурочка? Тебя не уважает никто. Ни брат, ни отец, ни рабы, и вообще ты пустое место. Тебя даже рыбы уважать не захотят.

На лице Хань Ли появилась ухмылка.

Для Джи Ди эти слова были словно нож в спину.

"Никто не уважает, значит? Хорошо. Я поняла, что надо всем показать, кто я такая и поставить вас всех на место. Теперь я поняла, кто тут единственная проблема. Хань Ли, всё только начинается".