|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Это был солнечный и на удивление тёплый октябрьский день. И Лена наслаждалась им, пусть и во сне. Она точно помнила, как отключила будильник и хотела ещё пять минут полежать, но заснула.
И вот, теперь она совсем не хотела просыпаться.
Лена, легкая, словно пёрышко, парила над Самарой на высоте птичьего полёта. Она позволила осеннему ветру подхватить себя и нести… неизвестно куда. Лена смеялась и раскинула руки в стороны, так, будто и сама она была птицей.
Она смотрела на крошечные дома, на линии улиц, на Волгу, казавшуюся с такой высоты широкой синей лентой.
А потом ей захотелось спуститься, и Лена полетела вниз, удивительно быстро и не чувствуя никакого сопротивления воздуха.
Она устремилась к набережной, именно к той, где сияла белизной прекрасная Ладья.
Лена уже больше месяца собиралась сходить сюда, да всё не хватало времени… Вот, хотя бы теперь, во сне…
Теперь она была совсем рядом. Да, Самара — город на холмах, сверху это особенно хорошо было видно. Лена была теперь так близко к земле, что могла бы задеть ногами верхушки синих елей. Но она не хотела этого делать.
Она парила в прохладном осеннем воздухе, наслаждаясь речной свежестью и ярким солнцем.
Людей на набережной было очень мало: всё-таки будний день. Да и большинство киосочков, продававших кофе и мороженое, уже позакрывали.
Лена обожала набережную и пляж в это время года: спокойно, просторно и никакой суеты.
До чего же странный, но чудесный сон!
Она, наконец, решила осмотреть свою одежду. Тёмный брючный костюм, удобные кожаные ботинки без каблуков и классическая куртка-парка бежевого цвета.
«В институт на пары собралась?» — мысленно спросила она себя и тут же громко рассмеялась.
Немногочисленные люди, пришедшие на набережную погулять, не обращали на неё никакого внимания.
И Лена, наслаждаясь своим уединением, полетела дальше, к уже закрытому на зиму фонтану.
Около него она задержалась и ещё раз полюбовалась панорамным видом ярко-синей в этот погожий день Волги.
Небо осенью всегда здесь казалось Лене высоким и бесконечным.
Подумав немного, она полетела над широкой лестницей вниз, к пустынной жёлтой полосе пляжа.
Раздевалки и скамеечки уже давно увезли. Вдоль воды прогуливались немногочисленные люди.
Лена с наслаждением прислушалась к шуму волн.
Никогда на Волге не бывает полного штиля.
Она смотрела на ярко-жёлтый в свете осеннего солнца песок. Вглядывалась в следы, оставленные на нем людьми и собаками.
Осенью хозяева приводят сюда своих четвероногих питомцев побегать, поиграть и насладиться простором. И, несмотря на официальные запреты, никто их с пляжа не выгоняет.
Вдалеке Лена заметила двух лабрадоров и шнауцера. Собаки радостно лаяли и носились друг за другом. А рядом стояли их хозяева.
Лена улыбнулась: давно она не ощущала такой свободы и такого всеобъемлющего, спокойного счастья.
Она полетела над линией прибоя, в сторону волнореза.
До чего же чудесно здесь!
Лена снова поднялась вверх и перенеслась через волнорез, на дикий каменистый пляж. Сюда, конечно же, никогда не привозили песок. А береговая линия не была скована гранитной набережной.
И Природа творила здесь свои шедевры!
Лена смотрела на большие куски известняка, отколовшиеся от каменистого берега, на причудливо искривлённые деревья, проросшие сквозь них корнями.
Каждый год Волга заливала это место, но деревья не погибали и продолжали расти.
Лена полетела дальше. Очень давно мечтала она пройти вдоль этого не обустроенного людьми берега Волги и добраться до Загородного парка. Да всё времени не хватало!
И вот теперь она решила сделать это хотя бы во сне! В этом чудесном, затянувшемся сне!
Лена полетела быстро-быстро, всё вокруг замелькало размытыми пятнами.
А когда она приостановилась, уже достигла пляжа Загородного парка. Дикой его части.
Здесь тоже находились удивительные деревья. Волга, разливавшаяся каждый год, вымывала почву из-под их корней. И вот извилистые, узловатые корни большей частью остались на поверхности. А огромные многолетние деревья продолжали цепляться за берег и расти. Со стороны казалось, что они выбрались из земли и куда-то ползут.
Лена полетела вверх, над наклонным, кое-где обрывистым берегом. Во время дождя здесь стекали самые настоящие водопады, вымывало грунт, и парковым службам часто приходилось делать насыпи, чтобы предотвратить появление оврагов.
Лена увидела старую деревянную усадьбу. Летом здесь работало кафе, но сейчас оно закрыто: осень, и людей теперь в парк приходит намного меньше.
Лена задержалась на высоком холме и посмотрела вниз, на наклонный и неровный, заросший высокой травой берег, на синюю Волгу за ним. И у неё, как и много раз прежде, когда приходила сюда, захватило дух.
Простор и свобода!
Всё-таки Природа — самый лучший художник!
В парке это место давно стало для неё самым любимым. Жалко, что из-за учёбы она теперь так редко сюда выбиралась.
От усадьбы Лена полетела дальше, к большому округлому заграждению, где находились лошади, верблюд и ослики. Здесь рядом располагалась школа верховой езды, Лена занималась в ней, когда училась в школе. Но сейчас всё время уходило на учёбу в институте, и верховую езду Лена забросила.
Животные, очевидно, всё-таки чувствовали её. Они резко дёргали ушами, принюхивались. А лошади начали громко ржать. Чтобы не волновать их, Лена постаралась как можно быстрее удалиться.
В парке было очень красиво. В свете осеннего солнца опадали с деревьев золотые и алые листья и, плавно кружась в прохладном, невероятно прозрачном воздухе, скользили к земле.
А Лене снова захотелось подняться высоко в небо, и она немедленно воплотила это своё желание в жизнь.
Она взлетела высоко над Загородным парком, над Самарой, посмотрела вниз и радостно засмеялась.
А потом радость прошла…
Потому что Лена вспомнила.
Она действительно полежала в постели ещё пять минут этим утром. А потом выпила ещё одну маленькую чашку кофе на кухне за завтраком. И потому Лена сильно опаздывала.
Чтобы добраться до автобусной остановки, Лене надо было перейти дорогу. Но уже загорелся красный свет для пешеходов, и поехали машины. А Лена увидела, как нужный ей автобус приближается к остановке. Следующий будет минут через сорок, и это катастрофа, ведь Лена не успеет на первую пару. И она побежала.
Она слышала визг тормозов, крики. Глухой звук удара. Боль почувствовать не успела. Её подбросило вверх, как тряпичную куклу.
А затем всё погрузилось в немую тьму.
И потом Лена очнулась парящей в небе над Самарой, своим родным городом.
Да, она действительно собралась сегодня на пары, только так и не доехала до института.
И тогда Лена испугалась. Она полетела вниз, снова в парк. По центральной аллее гуляли люди. Мамы с детьми, влюблённые парочки. Вот на траве группа школьников занимается спортом, и с ними тренер…
Лена начала громко кричать, но никто не обращал на неё внимания.
Она попыталась дотрагиваться до прохожих, но её руки проходили сквозь них…
— Я что… умерла?! — спросила вслух Лена.
И ответом ей была тишина.
Она снова поднялась высоко в небо.
— И я навсегда останусь здесь?! Вот так?! — опять спросила она.
И в синеве ясного погожего неба вдруг появилось тёмное пятно. Оно увеличивалось все больше, словно капля чернил, упавшая с текущего стержня шариковой ручки на белый лист бумаги.
И Лена с ужасом поняла, что её затягивает в это пятно. Она попыталась улететь.
Из чёрного пятна к ней метнулись… чудовища. Лохматые, с заострёнными ушами, жёлтыми, почти кошачьими глазами, золотыми рожками и приплюснутыми носами, словно у героев аниме со стилизованной рисовкой. У них были руки с шестью пальцами, а заостренные когти сверкали на солнце металлическим блеском. Они быстро перебирали тонкими волосатыми ногами, заканчивающимися раздвоёнными копытами и окружали... Их было пять или шесть. Лена не могла сказать наверняка, они мелькали перед глазами.
— Ты завидовала одногруппнице, что её поступили в институт богатые родители! А тебе пришлось самой поступать! — закричало одно из чудовищ и схватило её за руку.
— Ты проехала в маршрутке и не заплатила за проезд! — ещё одно чудовище тоже вцепилось в неё.
— Ты в пятом классе съела в столовой две булочки вместо одной на завтрак! — и третье чудовище вцепилось ей в плечи.
— А в прошлом году ты ездила по школьной транспортной сезонке, хоть уже и студентка! — и четвертое чудовище ухватило её за ноги.
В ужасе Лена кричала и извивалась, стараясь вырваться из их хватки.
— Ты надерзила родителям в девятом классе, когда они не пустили тебя на дискотеку в клуб! — радостно завопило пятое чудовище. — А значит, тебе с нами!
И они потащили её по воздуху к черному пятну.
— Ну хватит!
Лена услышала властный женский голос, который заполнил собой всё вокруг.
Короткая вспышка ослепляющего света, и чудовища мгновенно отпустили Лену.
Истошно вопя, они скрылись в чёрном пятне, которое затем исчезло.
— Здравствуй, меня зовут Мария Павловна, и я — хранительница вашего рода.
Лена на всякий случай протёрла глаза. Перед ней в воздухе парила молодая женщина, на вид лет тридцати. Она была одета в старомодное серое бархатное платье с корсетом. Из-под длинных, пышных юбок платья были видны остроносые ботиночки с частой шнуровкой и маленькими каблучками. Светло-русые волосы женщины были собраны в сложную прическу и удерживались серебряными шпильками и заколками, украшенными крошечными бриллиантами.
— Здравствуйте. Я — Лена.
Когда она смотрела на свою спасительницу, собственное имя казалось Лене слишком простым.
— Я знаю, как тебя зовут, — Мария Павловна мило улыбнулась, будто они встретились на светском приеме, а не парили высоко в небе, невидимые для живых людей.
— А ведь ты даже не попыталась поспорить с ними, — укорила её Мария Павловна. — Да, конечно, всё перечисленное ими очень… неприятно, но этого недостаточно, чтобы они смогли утащить тебя в ад, Елена.
— В ад?! — в ужасе переспросила Лена.
— Именно, — спокойно ответила Мария Павловна. — Но не беспокойся, я не позволю им.
— Спасибо, — очень тихо сказала Лена.
— Не благодари, — возразила Мария Павловна. — Я тоже виновата.
— Чем же? — спросила удивленная Лена.
— Я старалась отговорить твою маму от развода с твоим отцом, — ответила Мария Павловна. — Подбрасывала ей нужные мысли. Да, конечно, воскресная ссора — это плохо, но ведь они любят друг друга.
— Спасибо вам, — повторила Лена уже громче, — да, они очень любят друг друга, но оба — ужасные упрямцы и не умеют уступать и договариваться.
— Я так увлеклась, что не заметила, — продолжала Мария Павловна, — точнее, заметила, но слишком поздно, что спасать надо было уже тебя, а не брак твоих родителей.
— Я… всё равно вам очень благодарна, — заверила её Лена, — и за родителей, и за себя.
— Что ж, рада это слышать, — Мария Павловна улыбнулась. — И у нас ещё есть возможность всё исправить, Елена.
— Правда? — с надеждой спросила Лена.
— Твое время придет ещё не скоро, — сказала Мария Павловна, — а потому сейчас, дорогая Елена, ты вернешься в свое тело и продолжишь свою жизнь.
— Спасибо! Огромное вам спасибо! — воскликнула Лена, и на её глаза навернулись слёзы.
Сильный порыв тёплого, почти летнего ветра подхватил её и понёс прочь.
— И больше так не спеши! — крикнула Мария Павловна ей вслед.
Лена находилась в полнейшей темноте и совсем не ощущала своего тела.
— Мне очень жаль, но мы сделали для вашей дочери всё, что могли, — услышала Лена мужской голос, полный сочувствия.
— Леночка! Доченька! Да как же так! — этот голос она узнала сразу, мамин голос.
И Лена услышала рыдания.
— Тома, успокойся, — это отец, как всегда сдержан.
Затем все голоса смолкли. И Лене стало очень страшно. Вдруг… уже слишком поздно?
Но затем чувствительность разом вернулась к ней. Боль, холод, слабость. Она едва не сошла с ума…
— Эту — в морг, — услышала она над собой.
С усилием Лена открыла глаза и пошевелилась. Она, все еще в больничной рубашке, была накрыта простыней. Её куда-то везли.
Лена села и сбросила с себя простыню. Движение резко прекратилось.
— Вот те на!!! — воскликнул один из санитаров, державшийся за ручки больничной каталки.
— Вы не волнуйтесь, мы врача сейчас позовем, — заверил Лену второй и побежал куда-то по коридору.
Белизна больничных стен слепила Лене глаза.
Она молчала и ждала.
Врач, вместе с её родителями, действительно пришёл очень скоро.
— Леночка! Я так молилась! — закричала мама и обняла её.
И Лена неуклюже обняла маму в ответ.
— Ох, Елена Дмитриевна! — сказал врач. — Поседеют ваши родители раньше срока! С такой-то дочкой!
— Это точно! — согласился её отец, и тоже обнял и её, и маму. — Но ты, Елена, всё равно молодец. Вся в меня!
Прошёл месяц. Лена снова ходила в институт на пары.
В четверг первой парой была зарубежная литература. А Лена… проспала. Накануне готовилась к семинару по языкознанию и поздно легла.
И Лена опоздала.
Преподаватель, Куинич Татьяна Сергеевна, как раз делала перекличку и отмечала в журнале отсутствующих.
— Дашкова? — спросила она, когда Лена уже успела пробраться на последнюю парту и сесть рядом с Милой и Олей.
— Здесь! — с надеждой крикнула Лена.
А Мила и Оля заулыбались, уже зная, что ответит Татьяна Сергеевна. Впрочем, они пришли чуть раньше Лены и тоже получили подобные ответы.
— Вы опоздали! — с триумфом объявила преподаватель. — А значит, вас здесь НЕТ, — и она сделала драматическую паузу, ожидая отчаянных возражений Лены.
— Ну нет, так и нет, — миролюбиво согласилась Лена.
Она знала, что Татьяна Сергеевна отметит её, как отсутствующую. Впрочем, та же участь постигла опоздавших Милу и Олю.
Студентки в аудитории засмеялись, но очень быстро замолчали под строгим взглядом Татьяны Сергеевны.
— Но можете остаться и послушать лекцию, раз уж всё равно пришли, — сказала Татьяна Сергеевна.
— Спасибо, конечно, останусь, — ответила Лена, и это вызвало несколько тихих смешков.
— Итак, начнём, — объявила Татьяна Сергеевна. — Сегодня у нас по программе «Ярмарка тщеславия» Уильяма Теккерея.
|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|