Экспедиция в магазин, или «Печеньки захвачены, мой генерал!» (джен)

На мгновение замираю перед старым, занимающим всю стену зеркалом, быстро окидываю себя взглядом с головы до ног. Футболка-джинсы-кроссовки, кошелёк в одном кармане, ключи и аккуратно скомканный пакет — в другом. Экипировка в порядке, готовность к экспедиции в магазин — полная. Поворачиваю ключ в замке, выскальзываю на лестничную площадку, закрываю дверь и лечу вниз по лестнице.

Мои ноги знают лестницу наизусть — шесть пролётов по восемь ступенек, плюс ещё пять от первого этажа до двери подъезда. Ступеньки серые, покрыты несмываемой пылью, на некоторых имеются заметные выщербины. Строгую белизну подоконников призваны украшать горшки с цветами — сейчас лето, и они вполне справляются со своей миссией — раскрывшиеся белые и розовые цветы, названия которых я не знаю, выглядят вполне симпатично.

Выхожу на улицу, и в лицо ударяет ветер, а телу становится прохладно: наверное, следовало накинуть ветровку... Нынче ночью, впервые после вереницы жарких августовских дней, хлынул дождь, и теперь земля влажная, а на асфальте всюду лужи. В некоторых из них растекается бензин, образуя причудливые радужные узоры, и я ненадолго замираю, любуясь ими.

Должно быть, всё дело в том, что я слишком редко выхожу на улицу — сейчас каникулы, и не надо никуда ездить. Или у меня просто очень богатое и абсолютно неконтролируемое воображение, и для меня простой поход в магазин становится настоящим приключением. Это было бы даже весело, если бы я не залипала на каждую лужу и каждое дерево, рискуя выпасть из реальности и показаться окружающим сумасшедшей или наркоманкой.

Мысли об окружающих людях заставляют меня оторваться от нереальных узоров и зашагать в сторону магазина. Деревья во дворе знакомы с детства: маленькой девочкой я подолгу рассматривала их, ощупывала стволы, трогала ветки, перебирала листья, иногда срывая листок-другой себе на память, и даже пыталась взобраться наверх — впрочем, безуспешно. Все их я знаю наизусть — и тонкую, совсем как из песни, рябину, так изумительно краснеющую осенью, и поникшие берёзы, чьи листья в сентябре становятся похожими на золотые монетки, и раскидистый клён, пускающий по ветру «самолётики»... Самый расцвет их красоты приходится на осень, а пока они чуть колышутся под дуновениями свежего ветра и немного оживляют зеленью наш унылый дворик.

Магазин совсем рядом — стоит только пройти мимо кирпичной стены, на которой пугающе реалистично намалёван жёлтый кот с изумрудными глазами, и обойти огромную лужу — в дамских романах через такие лужи мужественные герои переносят своих хрупких возлюбленных. В луже отражается небо — чисто-голубое, с облаками настолько маленькими, что в их форме трудно увидеть какое-нибудь животное или воздушный корабль. Солнце ненадолго прячется за ними, но быстро выглядывает. Наверно, именно такое небо в одной песне названо «распахнутым настежь»...

Преодолеваю хитроумный лабиринт — нельзя наступать на швы между плитками, нельзя наступать на трещины и при этом можно идти только по светлым квадратам. Успешно справившись с препятствием, поднимаюсь по лестнице и, потянув на себя тугую тяжёлую дверь, оказываюсь внутри.

Так, а теперь надо на время притвориться нормальным человеком.

Когда я была маленькой, меня называли фантазёркой и выдумщицей и пророчили будущее писательницы. Когда я подросла, где-то прочитала фразу про «обострённое восприятие реальности» и с удовольствием примерила её на себя. Ещё мне понравилась статья про синестетиков — людей, обладающих «соощущениями». Они, например, могут ассоциировать каждую букву, слово, звук или число с каким-нибудь определённым цветом. Помнится, в подростковом возрасте я хотела иметь такую «суперспособность», но теперь понимаю, что мне хватает и «обострённого восприятия».

Конечно, подолгу зависать, тупо глядя в одну точку и восхищаясь формой чашки или цветом листьев, далеко не то, о чём желает каждая девушка. Но зато у меня почти фотографическая память — я никогда не пишу список покупок, потому что всегда запоминаю, что отсутствует в холодильнике.

Наш магазин — мой личный маленький рай. В нём есть всё, что я люблю, — разнообразие и буйство красок, множество людей, за которыми так интересно наблюдать, ровные ряды продуктов, выглядящих очень аппетитно (у меня, помимо залипания на всё и вся, есть ещё одно хобби — вкусно кушать), ровные светлые плитки, по которым так удобно шагать, не наступая на швы...

Беру синюю корзинку для продуктов и отправляюсь на охоту. Рыбный ряд с его серебристыми и алыми красками и заманчиво разложенными дарами моря лучше игнорировать, мясной, с невиданным изобилием колбас и нарезок, тоже. Иду прямо и окунаюсь в белизну молочного отдела. Стоящий тут холод заставляет меня вторично пожалеть об оставленной дома ветровке, и я действую быстро, наполняя корзинку продуктами. Йогурты, творог, два пакета молока, жёлтая пирамидка сыра — о свежести каждого из них свидетельствует аккуратная чёрная надпись, обозначающая дату и почти незаметная.

Из снежного холода молочного отдела перехожу к золотистому теплу хлеба. В магазине чудесно пахнет свежей выпечкой, и приходится напоминать себе, что мучное откладывается на талии. Одна буханка хлеба, и можно переходить к третьей части Мерлезонского балета — вкусняшкам.

Полки с конфетами, печеньем и сладостями по своему богатству не уступают «Сладкому королевству» из «Гарри Поттера» или владениям Щелкунчика из сказки Гофмана. Окидываю взглядом белые ракушки зефира, жёлтые вафельные трубочки, разноцветье мармелада, многообразие форм белого и тёмного шоколада, перевожу взгляд на аккуратно упакованные рулеты и соблазнительно белеющие коробочки «Рафаэлло», перевязанные красными лентами...

Так, стоп. Кажется, я чересчур увлеклась. Цапаю с не самой высокой полки коробочку с зефиром в шоколаде и решительно разворачиваюсь в сторону выхода. Корзина уже оттягивает руку: так и знала, что надо было брать тележку, но с ней куда сложнее шагать по плиточкам!

На пути к кассе кидаю в корзину несколько пакетиков с кофе — срываю их, как листья с дерева. Очереди нет, что хорошо, потому что я хочу быстрее попасть домой, к недосмотренным сериям «Путешествий Жюля Верна», и плохо, потому что я люблю разглядывать людей.

Ещё позапрошлой зимой я запоем посмотрела все сезоны «Шерлока» и с тех пор постоянно пытаюсь понять что-нибудь о человеке по его внешнему виду. Лучше всего это делать во время долгой поездки в автобусе — на пары или с пар, но касса магазина тоже подойдёт.

Кассирша — приветливая женщина, молодая или выглядит молодо — не старше тридцати. Впрочем, возраст людей я определяю неважно. Волосы у неё светлые и вьющиеся, а глаза карие — необычное сочетание!

— Добрый день.

— Здравствуйте, — выгружаю свои покупки, продолжая незаметно изображать Шерлока. Волосы, конечно, могут быть крашеными... хотя нет, похоже, что свои. Зовут кассиршу, согласно бейджику, Мария. Пробив покупки, она озвучивает цену и добавляет:

— У вас есть наша карта?

— Нет, — роюсь в кошельке, выуживая помятые купюры и завалившиеся на дно монетки, и параллельно продолжаю свои наблюдения. Не замужем или, по крайней мере, не носит обручального кольца. Украшений вообще нет — ни серёжек, ни какой-нибудь подвески или бус. Не любит привлекать к себе внимание, не носит украшения на работу из принципа? Улыбка усталая, глаза чуть припухли — не выспалась, работала в вечернюю смену?

— Пакет нужен?

— Нет, спасибо, — достаю из кармана комок, ловкостью рук превращаю в пакет и складываю в него продукты. Изо всех сил пытаюсь делать это аккуратно, но получается, как обычно, художественный беспорядок. Оставляю своё расследование до следующего раза, покидаю магазин, снова преодолев тугие двери, и решительно шагаю на плиточный лабиринт.

Обратно идти приходится быстрее, и нет времени любоваться деревьями, рассматривать узоры в лужах, вдыхать свежий воздух. Всё это можно сделать на следующий день, а сейчас — преодоление ещё одной тяжёлой двери, на этот раз подъездной, марш-бросок на четвёртый этаж, последние метры у входа в квартиру...

Задание выполнено! Или, как в том анекдоте, гуляющем по сети: «Печеньки захвачены, мой генерал!»