Обещание вернуться (гет)

На голосовании две птицы и одно небесное тело стояли перед зрителями. И вот Снегирь, парень-птица, встал перед своей любимой Колибри, девушкой-птицей, на колено на глазах у всех, в том числе и их соперницы, и ведущего, и жюри, и зрителей. Снегирь сделал девушке предложение, и она согласилась. Однако в номинацию попал Снегирь.

На финальном голосовании Снегирь стоял против Лягушки. Итог голосования был настолько предсказуем, что даже ждать и выслушивать все эти решения было крайне неинтересно. Колибри, как только Снегирь ушел на финальное голосование, кинулась в гримерку оплакивать потерю.

Гримерка встретила Колибри глухой тишиной — той самой, которая давит сильнее любого шума. Она захлопнула дверь и, не сдерживаясь, сползла по стене на пол, прижимая ладони к лицу. Крылья мелко дрожали, будто от холода, хотя внутри всё горело.

— Ну почему… — сорвалось у неё сквозь слёзы. — Почему именно сейчас?..

Перед глазами стоял он — Снегирь. На колене. С этим неловким, искренним взглядом, в котором не было ни игры, ни шоу — только он сам. Только правда.

Где-то далеко, за стенами, гремели аплодисменты. Финал подходил к развязке.

* * *

Арсений стоял около зеркала, поправляя свою длинную шевелюру. И тогда увидел, как Снегирь встал. Они долго стояли, глядя друг на друга. И вот Снегирь заговорил.

— Я должен уйти к Колибри… Мне… надо…

— Беги! — одобрительно ответил Арсений. — Я уверен, что она плачет.

Снегирь тут же ушел к ней. Он почти не чувствовал под собой пола — только ритм собственного сердца, сбивчивый и отчаянный. Коридоры казались бесконечными, свет — слишком ярким, звуки — чужими. Всё, что имело значение, было за одной-единственной дверью. Он не стал стучать. Дверь распахнулась резко, и он замер на пороге. Колибри сидела на полу, такая маленькая сейчас, будто вся её лёгкость и яркость куда-то исчезли. Крылья дрожали, лицо было спрятано в ладонях. Она даже не сразу заметила, что он вошёл.

— Колибри…

Его голос сорвался — тихий, почти боязливый. Она вздрогнула. Медленно подняла голову. И застыла. Снегирь не стал ждать, он подошел, упал на колени и распростер руки, приглашая ее в объятия.

Слов не понадобилось, она кинулась в объятия к нему. Оба рыдали над этим.

— Ты уйдешь?

— Я вернусь! — пообещал он.

Хотел Снегирь сказать, что и ее рано или поздно раскроют, но не стал, не хотел сыпать соль на раны. Колибри вцепилась в него сильнее, будто боялась, что если отпустит — он исчезнет прямо сейчас.

— Все будет хорошо! Я к тебе приду!

— Я буду ждать тебя…

— А когда ты узнаешь имя, мы свяжем наши судьбы!

— Правда?

— А стал бы я тебе врать?

Колибри обняла его. И Снегирь взял микрофон и вошел с свет. Девушка продолжила рыдать, и в дверь постучали. Пришла Лягушка, и Колибри в сердцах бросилась на нее с кулаками.

— Это ты!.. — сорвалось у неё. — Это из-за тебя!

Лягушка отшатнулась, едва удержавшись на лапах.

— Эй, эй! — она подняла руки, пытаясь защититься, но не отвечая ударом. — Ты что творишь?!

Колибри снова рванулась вперёд, схватила её за плечи, тряхнула.

— Ты отняла его у меня! — голос сорвался в крик. — Ты понимаешь это?!

Лягушка на секунду замерла. В её взгляде мелькнуло не возмущение — растерянность… и что-то ещё. Понимание. Она аккуратно перехватила запястья Колибри, но не сжала — просто удержала, чтобы та не ранила ни себя, ни её.

— Я… не выбирала это, — тихо сказала Лягушка.

Колибри дёрнулась, но уже слабее. Силы будто начали покидать её вместе со слезами. Лягушка медленно выдохнула, отпустила её руки, но осталась рядом.

— Я знаю, что тебя ранит это, но что мы можем сделать… Я не думаю, что Снегирь был бы не рад, что ты так разошлась…

Лягушка чуть наклонила голову, глядя на неё внимательнее.

— Ты его не теряешь.

Тишина повисла между ними. Уже не глухая и давящая — другая. Хрупкая.

— Он же пообещал вернуться, да? — продолжила Лягушка. — Такие, как он… не бросают тех, кого любят. Даже если сцена их уводит.

— Я не продержусь без него дольше недели…

— Все будет хорошо! Ты сильная! — успокоила Лягушка. — И прости меня, я перестаралась понравиться жюри…

Когда Лягушка ушла, она еще долго плакала, пока не отключилась.

На следующий день Снегирь пришел в мир людей, чтобы увидеть любимую. Она так и лежала в том углу, но уже спала. Парень аккуратно взял ее на руки и уложил на диван. Снегирь задержался рядом с ней чуть дольше, чем собирался. Колибри спала беспокойно — даже во сне её крылья едва заметно подрагивали, будто она всё ещё искала его. Он осторожно провёл пальцами по её перьям, стараясь не разбудить.

— Я же сказал… вернусь, — шепнул он почти беззвучно.

Она тихо вздохнула, и на мгновение его сердце болезненно сжалось — будто она слышала. Снегирь сел рядом на край дивана и погладил по перышкам. Она открыла глаза сразу же и погладила щеку Снегиря.

— Ты правда пришел ко мне?

— Конечно, дорогая, — ответил он.

Она обняла его сразу же, но почувствовала боль в спине. Это было предсказуемо из-за такого положения. Колибри резко втянула воздух сквозь зубы и вздрогнула в его объятиях.

— Ай… — почти шёпотом, но срывающимся.

Снегирь сразу напрягся.

— Больно?.. — он отстранился ровно настолько, чтобы увидеть её лицо.

— Спина… я, кажется… так и уснула… на полу…

— Тише. Не двигайся резко, — попросил он, погладив по перышкам.

Колибри всё равно не отпустила его.

— Ты сдержал слово!

— Я не обману тебя…

Они сидели вместе долго, пока Колибри снова не уснула на руках жениха. Он уложил ее обратно и оставил ее спать.