В этой жизни (гет)

Они впервые встречаются на своей собственной свадьбе, и это, наверное, даже немного иронично, но им обоим совсем не весело. Нед задумчив и преисполнен решимости, он понимает, что впереди его ждёт война, с которой он может и не вернуться. Кэт печальна, но готова исполнить свой долг, и слёзы, выступившие на глазах, она поспешно смахивает уголком платка. «Семья, долг, честь» — таков девиз Талли, и она будет неотступно следовать ему.

Их семейную жизнь нельзя назвать лёгкой, но они выстраивают своё счастье — медленно, шаг за шагом, как строители выкладывают камень, создавая нерушимый замок. Их счастье — в совместных повседневных хлопотах и вечерних конных прогулках, в беззаботных разговорах за ужином и в нежных и жарких ночах. Их счастье в детях — храбром Роббе, нежной Сансе, бойкой Арье, мечтательном Бране и непоседливом Риконе. Кэт привыкает к Северу и понимает, что за его холодом и суровостью прячется тепло, которое нужно только разглядеть. Под сводами Винтерфелла звучат молитвы Семерым, в богороще — слова, обращённые к Старым богам, но просят верящие в них об одном и том же — о мире и благополучии их дома.

Иногда боги не слышат молитв — и беспощадная война разрушает семью Старков и сам Винтерфелл, сметая всё, выстроенное с таким трудом. Опускается меч палача, вонзается в горло сталь, и все попытки защитить семью тщетны. В полусне между жизнью и смертью Кэт вспоминает, что когда-то сказал ей старый мейстер: «Никто не исчезает без следа. Умирая, люди возвращаются в новом обличьи, под новыми именами, и, бывает, встречают и узнают друг друга».

Может, и так, но ей совсем не хочется возвращаться. Неужели в каждой жизни она должна испытывать такие же страдания, как в этой?

Выжившие дети Старков вспоминают своих родителей — Санса зажигает свечи в крипте заново отстроенного Винтерфелла, Бран закрывает глаза, словно сливаясь с чардревом, Арья на корабле что-то шепчет, глядя на небо, затянутое серыми тучами. Дети живы, сильны, способны созидать, они победили — но ни мать, ни отец не смогут сказать им об этом — по крайней мере, в этой жизни.

* * *

Леди Кэтлин семнадцать лет, и она самая завидная невеста в графстве Суррей. Лорд Старк оказывается во владениях её отца проездом и тонет в небесно-синих глазах, но увы — она уже обещана другому и твёрдо намерена сдержать своё слово.

На балу, когда леди Кэтлин и гость из северных земель танцуют, она стыдливо опускает глаза и вспыхивает румянцем каждый раз, когда Нед глядит на неё. Поздним вечером они встречаются в саду, возле решётки — как в балладах, так любимых младшей сестрой Кэтлин. Нед сжимает в горячих ладонях ледяные руки возлюбленной и протягивает ей свой дар — небольшую подвеску в форме серебристой рыбки.

— Если когда-нибудь мне посчастливится... Если я вернусь, и мы оба будем свободны, — сбивчиво шепчет он.

Кэтлин смотрит на подвеску, и ей неожиданно кажется, что она знает этого человека уже несколько десятков лет, что она любит его, что она — подумать только! — его жена!

— Нельзя, лорд Старк, — она поспешно отстраняется. — Вы не должны мне этого говорить, а я не должна вас слушать. Прощайте, вам ведь завтра уезжать. Я... я буду молиться за вас.

На прощание Нед целует ей руку — Кэтлин слишком строгих нравов и никогда не позволит ему поцеловать себя в губы. Он уходит, а Кэт смотрит ему вслед, и ей кажется, что руку жжёт в том месте, где он коснулся её.

Старк уезжает на войну, а Кэтлин выходит замуж. На свадьбе она спокойна, и только руки иногда тянутся к маленькой подвеске, затерявшейся среди кружев. Никто не спрашивает о её появлении, никто и не замечает украшения. Леди Кэтлин в будущем станет достойной супругой и образцовой матерью, а серебряная рыбка, неизменный талисман, будет сопровождать её всю жизнь. Леди Кэтлин никому не расскажет о своей девичьей любви, но иногда при взгляде на решётку сада, освещённую луной, на её глаза будут наворачиваться слёзы.

Она и лорд Старк никогда больше не встретятся — по крайней мере, в этой жизни.

* * *

Любой уважающий себя джентльмен в викторианской Англии считает своим долгом при встрече с приятелем обсудить романы Эддарда Старка. Мистер Старк — выдающийся писатель, и многие ставят его романы в один ряд с произведениями Артура Конан Дойла и Чарльза Диккенса. Старк пишет суровую правду жизни, без прикрас, за что его ненавидят критики и обожают поклонники.

Горничная Кэт — приятная рыжеволосая женщина средних лет — служит в доме Старка уже давно. Хозяин ею доволен — в комнатах всегда чисто, на мебели ни пылинки, бельё выглажено и благоухает лавандой. Хозяйка тоже довольна — Кэт честна, порядочна и всегда готова помочь с детьми — своих детей у неё нет, но юных Старков она обожает.

Эддард Старк не слеп и прекрасно видит, какой огонь пылает в глазах Кэт, когда она смотрит на него. Она прячет свои волосы в тугой пучок, своё тело под аккуратное платье, свои руки — под белый передник, но глаза не спрятать — они выдают все её мысли. Кэт влюблена в него и влюблена безответно — они оба это знают.

Любой английский джентльмен без зазрения совести воспользовался бы подвернувшимся шансом — ведь Кэт красива и ещё не стара! Любой, но не Эддард Старк, для которого слово «честь» является главным среди того великого множества слов, которые он с такой лёгкостью выводит на бумаге, создавая свои романы. Любая горничная была бы рада такой возможности — ведь мистер Старк хорош собой и богат! Любая, но не Кэт, у которой нет фамильного герба, но есть девиз, усвоенный ещё, кажется, в прошлой жизни: «Семья, долг, честь».

У них множество шансов и возможностей, но нет одного на двоих счастливого будущего — именно поэтому Кэт однажды просит у мистера Старка расчёт. Она впервые за долгое время глядит ему прямо в глаза, и этот взгляд — единственное, что останется у Неда на память о ней.

Она уедет куда-то далеко, в другую страну, и никогда не вернётся — по крайней мере, в этой жизни.

* * *

Войны бывают во всех временах и эпохах — наверное, без них людям просто скучно жить. И неважно, сражаются ли солдаты мечами или стреляют друг в друга из ружей, выжигают ли их огнём с неба драконы или сбрасывают бомбы самолёты, действуют ли политики колдовством, ядом, словом или кинжалом — результат всегда один. Величайшая из войн гремит на всю планету, и в неё оказываются затянуты люди, которые никогда не хотели войны.

Нед Старк всегда исполнял свой долг — именно поэтому он пошёл на фронт и именно поэтому сейчас он лежит, кусая губы и стараясь не кричать, пока молодая сестра милосердия перевязывает ему раненую ногу. У девушки, которая борется за его жизнь, большие голубые глаза, а из-под белого платка выбилась рыжая прядь — это всё, что он успевает разглядеть, прежде чем провалиться в беспамятство.

— Очнитесь! — громкий голос приводит его в чувство, и он снова видит над собой её — глаза такие же голубые и огромные, кажущиеся ещё больше из-за худого лица, но рыжая прядь уже спрятана под платком.

— Очнитесь, — повторяет девушка уже тише. У неё много работы, ей надо спасать других больных, но она не может оторвать взгляд от лица раненого — оно кажется ей таким знакомым! Не его ли она видела нынче во сне?

— Как... вас зовут? — Нед хватает её за запястье, пытаясь забыть о боли.

— Кэт Талли.

— А я Нед Старк, — он пытается сказать ещё что-то, но Кэт останавливает его.

— Тише! Лежите тихо, вы сильно ослабли.

— Вы вернётесь? — он, теряя последние силы, выпускает её руку.

— Вернусь, — шепчет она, почти по-матерински укрывая его одеялом. — Обязательно вернусь.

Она возвращается под вечер, когда у Неда начинается жар. Он бредит и никого не узнаёт, но Кэт для него — как глоток чистой воды, он снова хватает её за руку и жарко шепчет:

— Когда весь этот ад закончится, я заберу тебя домой. Мы поженимся, и у нас будет пятеро детей.

— Пятеро детей... — эхом повторяет Кэт: её руки слабнут, она почти верит в произнесённое Недом, а по лицу бегут непрошеные слёзы.

К утру он умирает, так и не выйдя из забытья. Кэт знала его меньше суток, но она выходит на улицу, поднимает голову к сочащемуся дождём небу и кричит — яростно, всем своим существом выражая ненависть к этой чёртовой никому не нужной войне, к судьбе, которая сначала свела, а затем разлучила её с человеком, чьи серые глаза она так часто видела во снах.

Она никогда больше их не увидит — по крайней мере, в этой жизни.

* * *

— Агент Старк, вы готовы? — Кэт стоит у двери кабинета, застёгивая кобуру.

— Да, агент Талли, — Нед отставляет в сторону стакан с недопитым кофе и пружинисто выпрямляется. Сегодня, чувствует он, им должно повезти. Сегодня неуловимый преступник, так любящий взрывы, будет пойман.

Они с Кэт — напарники уже около десяти лет, и за это время много всякого успели повидать. В отделе их стали считать парочкой чуть ли не с первого дня знакомства — уж очень хорошо смотрелись вместе высокий широкоплечий мужчина с седеющими каштановыми волосами и миниатюрная худенькая рыжеволосая женщина. Они и по характеру были очень разные — если Нед всегда руководствовался холодной логикой, то Кэт опиралась на интуицию и чутьё, которые, надо заметить, редко её подводили.

Первые несколько лет Нед и Кэт просто работали бок о бок, затем были лучшими друзьями, и только в последний год их отношения перешли в любовную стадию. Они оба были одиноки, не имели семьи, но сегодня Нед намеревался это исправить. Когда всё закончится, и любитель взрывов будет пойман, он сделает Кэт предложение. Она согласится, Нед не сомневался — как-то раз она призналась ему, что всегда хотела большую семью. Она умела находить общий язык с детьми и хотела родить своих, но подчинилась требованию отца и пошла в полицию, продолжая династию.

До дома, в котором, согласно полученным данным, скрывался преступник, они добрались без происшествий. Дальнейшее было уже делом привычным — выбитая дверь, выхваченные пистолеты, коридор, кухня, спальня... Заметив чёрную фигуру у окна, они оба навели на неё оружие.

— Руки вверх!

Человек подчинился, но тут обнаружилось две неожиданности. Первая — любитель взрывов оказался женщиной — достаточно красивой, зеленоглазой, с короткими светлыми волосами. Вторая — в руке женщина сжимала что-то, похожее на пульт с кнопкой посередине.

— Чёрт... — это было единственное, что смог произнести Нед. Женщина повернулась к нему, и он вспомнил, что уже когда-то, может, в другой жизни, видел это красивое и жестокое лицо с хищной усмешкой. Ей уже нечего терять, понял он, а вот ему...

— Кэт, беги! — он прицелился и нажал на курок, но за несколько секунд до этого пальцы женщины коснулись кнопки, и все звуки заглушил грохот взрыва. Столбом взвилась пыль, зазвенели лопнувшие стёкла, прохожие шарахнулись от огня, вырвавшегося из разбитых окон.

Нед никогда не сделает Кэт предложение — по крайней мере, в этой жизни.

* * *

Звездолёт падал. За стеклом пока ещё медленно проплывали незнакомые звёзды, которые «Винтерфеллу» уже никогда не суждено будет исследовать. Точно было неизвестно, что стало причиной аварии, но двигатели звездолёта вышли из строя, и теперь он, совершенно неуправляемый, нёсся сквозь черноту космоса. Нед Старк ещё ругался сквозь зубы, пытаясь хоть что-то сделать с пультом управления, а Кейтлин Талли уже поняла всю бесполезность действий и сидела в кресле второго пилота, откинувшись назад и глядя в иллюминатор.

— Оставь, Нед, — тихо и безжизненно произнесла она. — Лучше сядь сюда и погляди, какой вид.

— Проклятье! — Нед со стоном опустился рядом с ней. — Должно же быть хоть что-нибудь... Мы не можем просто взять и сгореть в этой посудине!

— Возможно, нашими именами назовут звёзды, — она пыталась шутить, хотя губы у неё дрожали. — Это не самая плохая смерть, как ты думаешь? Мы можем напоследок полюбоваться всей этой красотой...

Единственное, чем сейчас хотел любоваться Нед — это её лицо, на котором уже не было страха, а только печаль и тихая обречённость.

— Кэт, послушай! — он схватил её за руку и крепко сжал. — Раз уж мы должны сгореть ко всем чертям, я должен тебе сказать... Я никогда этого раньше не говорил, но я люблю тебя.

— Я знаю, Нед, — Кейтлин ответила ему мягкой улыбкой. — Я уже давно поняла, и ты знаешь, Нед, я тоже... хотя ты, наверное, давно понял.

— Я был слеп, — дышать становилось труднее, видимо, была повреждена и система жизнеобеспечения. — Если бы я сказал раньше, мы могли бы вообще не полететь! Мы бы поженились, у нас был бы дом и...

— ... и пятеро детей, — продолжила Кэт, и глаза её заблестели. — Но мы оба были слишком увлечены своей работой. Каким мелким всё это кажется сейчас, правда? — она снова посмотрела на него, а затем тихо попросила:

— Нед, поцелуй меня, пожалуйста.

И Нед Старк поцеловал Кейтлин Талли — первый и последний раз в их жизни, в умирающем звездолёте среди падающих звёзд.

Они никогда больше не поцелуются — по крайней мере, в этой жизни.

* * *

Солнце в этот день светило особенно ярко, и настроение у Кейтилин Талли было прекрасным. Она прогулялась до закусочной, купила там гамбургер, мороженое и стаканчик кофе и, перекусив, уже возвращалась в павильон, когда её чуть не сбил с ног какой-то мужчина.

— Ох, простите! — он подхватил покачнувшуюся Кейтилин и помог ей устоять на ногах. Настроение у неё было настолько хорошим, что она не разозлилась, а рассмеялась:

— Если бы мы сейчас были в фильме, то этот кофе непременно оказался бы на вашей футболке. Потом мы бы долго извинялись друг перед другом, я предложила бы вам отстирать футболку, а закончилось бы всё свадьбой и кучей детишек.

— Хорошо, что мы не в фильме, — он чуть смущённо улыбнулся, и Кэт подумала, что где-то уже видела его лицо. — Хотя, если бы мы были в фильме, который мы снимаем, вместо стаканчика с кофе был бы кубок с вином, а меня арестовали бы за нападение на королеву.

Кейтилин от души рассмеялась.

— У вас прекрасное чувство юмора! Как вас зовут?

— Нед.

— Как разбойник Нед Келли? — улыбнулась она.

— Никто ещё не сравнивал меня с разбойником, — усмехнулся он. — Я не разбойник, а каскадёр, и не Келли, а Старк, Нед Старк.

— А я Кэт.

— Как актриса Кэтрин Хепбёрн? — он поймал её шутливый тон.

— Не актриса, а гримёр, и не Хепбёрн, а Талли, Кейтилин Талли, — ответила она в том же духе, что и Нед, и они снова рассмеялись.

— Не представляю, как я мог раньше вас не заметить, — признался он.

— Я обычно вся в своих кремах и баночках, творю и мало интересуюсь тем, что происходит вокруг, — ответила Кэт. — Но мне кажется, я вас где-то видела раньше, только не помню где.

— И у меня такое же чувство. Мы с вами точно где-то встречались!

— Разве что во сне, — улыбнулась она.

— Кстати, Кэт, а до сколько вы сегодня на площадке? Я должен освободиться пораньше, и, если вы меня подождёте, мы можем вместе сходить куда-нибудь.

— Я буду ждать столько, сколько потребуется, — торжественно произнесла Кейтилин, — и за время ожидания постараюсь вспомнить, где я вас всё-таки видела.

И к павильону, где проходили съёмки, Нед Старк и Кейтилин Талли направились вместе — она по-прежнему держала в руке стакан с кофе, Нед придерживал на плече куртку, но свободные их руки коснулись друг друга. Солнце скрылось за облаками, но никого из них это не волновало.

Может, они всё-таки будут счастливы — по крайней мере, в этой жизни.